Лучезарная нимфа. Отрывок

Конклав никто не охранял. Как же потрясающе беспечна и неосторожна стала его жена!

Распахнув плотно сдвинутые занавеси, отделяющие конклав от пустого коридора, все трое замерли на пороге, пораженные открывшейся картиной. На полосатой шкуре тигра, среди сброшенных в пылу страсти на пол подушек и покрывал, сражались молодые любовники. Зрелище поистине впечатляло красотой и бесстыдством. От двух сплетенных воедино тел невозможно было оторвать глаз. Впрочем, Юлию Публию Гаю, в отличие от его спутников, совсем не хотелось любоваться увиденным. В нем кипели радость и злость — наконец-то! Наконец-то неуловимая Юлия попалась, да так глупо! А вот он, Юлий, молодец, не зря подобрал ей такого партнера, от которого, даже под страхом быть разоблаченной, она не смогла отказаться.

- Охрану ко мне! - выдохнул он, не сумев скрыть победный блеск в глазах, - В темницу его!

Увлеченные друг другом молодые люди только после его крика поняли, что больше не одни, вскочили, пытаясь прикрыться попавшей под руки одеждой. Юлия медленно переводила ошалевший взгляд с мужа на любовника и обратно.

- Ты все-таки сделал это, - удивленно произнесла она, наконец задержавшись взглядом на Кефее, - Я думала ты не осмелишься…

Кефей мог бы попытаться бежать. Молодой и сильный он раскидал бы в разные стороны всех собравшихся, но вместо этого обернулся к Юлии. Она знала. С самого начала знала все и молчала, до последнего надеясь на его порядочность. Он не оправдал ее надежд не по своей воле, но этого теперь не доказать.

- Я надеюсь ни у кого не осталось сомнений в том, что моя жена имела преступную связь с собственным рабом? - проговорил Юлий, обернувшись к своим сопровождающим, - Каждый из вас подтвердит все, что видел сегодня.

Клодий и магистрат переглянулись. Юлия нравилась обоим, и губить ее не входило в их планы, но ведь преступление действительно совершилось, можно только уговорить Юлия быть помягче с неверной женой, что оба тут же и попытались сделать, чем вызвали ярость префекта.

- Она заплатит за все! - пообещал он обманчиво нежным тоном в то время, как в комнату вбежали шестеро чернокожих телохранителей.

Кефею заломили руки назад и вытащили из комнаты. Юлия даже не сомневалась в том, что это всего лишь игра на публику. Разве мог Юлий признаться перед свидетелями, что весь этот кошмар подстроил сам, а Кефей его пособник? Она лихорадочно соображала, как выбраться из сложившейся ситуации с наименьшими потерями. Казалось бы, выхода нет, но тут на полу, под своими ногами, среди оставленной Кефеем одежды, увидела знакомый свиток пергамента. Недолго думая, наклонилась, подняла и развернула его. Потом вскинула голову, сверкнула, потухшими было, глазами. Нет! Она не позволит мужу одержать верх. Она будет бороться за себя.

- Сейчас, здесь при свидетелях я заявляю, что ни в чем не повинна! - произнесла она, - Раб моего мужа застал меня врасплох, пока я отдыхала, сорвал с меня одежды и принудил к плотской любви.

- Юлия, мы видели, как все происходило, - рассмеялся довольный Юлий. Уж теперь-то ей никого не перехитрить, когда есть свидетели ее позора.

- Меня насиловал мужчина — вот что вы видели, - бросила она, - Сегодня в нашем доме происходит нечто ужасное, все словно сошли с ума от вина и вседозволенности. Я пыталась укрыться в своих покоях, но здесь меня некому было защитить. Ты занимался своими делами, Юлий, позабыв о своей жене! А наши рабы, глядя на забавы патрициев, сами решили в них поучаствовать. Один из них выбрал меня. Тебе бы, Юлий, пожалеть меня и наказать виновника!

- Но ведь это ложь! - выдохнул пораженный ее изворотливостью префект анноны. Как же она неподражаема в своем умении вывернуть все наизнанку, - Ты лжешь, Юлия, нам в глаза! Этот раб — твой любовник уже не первый день.

- Он не мой любовник — он насильник и преступник! - проговорила она, глядя на мужа широко раскрытыми глазами. И было в этом взгляде столько искреннего негодования, что Клодий и престарелый магистрат почти поверили ей, хотя каждый из них знал, насколько она порочна на самом деле.

Они попытались отстоять свои позиции перед Юлием, а он, чувствуя, что и на этот раз его жена самым неожиданным образом может вывернуться из, казалось бы, безнадежной ситуации, злился все сильнее.

- Как же можно не видеть очевидного и явную страсть двоих принимать за насилие? - крикнул он

Юлия протянула Клодию свиток.

- Взгляни, вот что я сейчас подобрала с пола. Это забыл тот, кого Юлий называет моим любовником. Это был не случайный раб, ворвавшийся к госпоже по недоразумению. Меня пытаются запланировано опорочить и уничтожить, Клодий, — и не кто иной, как мой собственный муж.

Юлий только сейчас обратил на свиток внимание. Сначала он побледнел, потом побагровел, сообразив, что за документ подала Клодию его жена. Как вообще этот злосчастный свиток, обещающий свободу за совращение, мог оказаться здесь?

А Клодий уже углядел подпись престарелого магистрата под гнусным содержанием, а также подпись самого префекта анноны. После того, что он только что прочел, Юлия показалась ему непорочной девой в сравнении с собственным мужем.

- Отдай! - крикнул Юлий попытавшись завладеть свитком, но Клодий отдернул руку.

- Твоя жена действительно ни в чем не повинна, - проговорил он, - Ты зря затеял все это, Юлий. Сейчас она отправиться со мной. Я поручу ее заботам моей Ливии на эту ночь, а завтра вот этот документ будет предъявлен консулам и городскому префекту в курии. Я постараюсь, чтобы за свои непомерные злодеяния наказан был ты, а вовсе не Юлия.

Продолжение на сайтах «Литрес» и «Ридеро».