Лучи восходящего солнца

В тот день,

На ныне зелёном холме,

Человек стоял, держа в одной руке младенца,

А в другой, запятнанный кровью меч.

– Тогда и началась твоя история…

Это был самый тёмный день в жизни маленькой девочки, даже темнее чем тот, когда она очнулась одна, в черноте бескрайнего леса.

Её брат упивался звуками агонии своих родственников, пока она молчаливо смотрела на это, не понимая, как он к такому пришёл.

Их семья неспроста считалась посланниками дьявола, но даже они не заслуживали столь ужасный конец. Оттого, что их смерть не сулила ничего хорошего для страны.

Страны.

Как часто молодой принц отмахивался от этого слова и того, что за ним стояло? Среди двух императорских детей именно старший ребёнок сильнее отличался взглядами от всего семейства, так почему же отец заклеймил незаконнорождённой дочь?

Перед глазами принцессы в это момент должна проноситься вся, хоть и короткая, жизнь. Но в сей миг, девочка видела только поля и крестьян, работающий на них; маленькие деревянные дома и каменные поместья; фруктовые сады и пустынные равнины.

То была её страна, в которой она прожила от первого крика и в которой сегодня безмолвно умрёт.

Парень подошёл к своей сестре, и тогда принцесса увидела его взгляд, столь пугающий своей не человечностью, что его невозможно описать. Таким взглядом даже разъярённый зверь не смотрит на добычу или своего охотника, такого взгляда не должно быть у человека. Но было страшнее то, что он за секунду опустел. Налитый ненавистью, но ясный взор словно закрыла заслонка из мутного стекла. Зелёные глаза с серыми белками стали, кажется, на несколько оттенков светлее.

Скорее машинально, нежели действительно контролируя себя, старший брат приставил к горлу сестры меч. Он не торопился убивать её, не истязал тело, как происходило с другими родственниками, а просто ждал. Ждал, как и бесчисленное количество раз в детстве, когда прикладывал острый металл к её горлу. Вот только чего он выжидал, она за столько лет так и не поняла. И ей тоже приходилось томиться в ожидании, пока брат не отпустит, ведь принцесса с юных, слишком юных лет поняла, что её жизнь – в его руках.

Но тогда принцессе надоела ждать.

В голове что-то щёлкнуло, в ушах зазвенело, и она поняла: если умрёт сейчас, то её страна, во главе с тираном-императором, не сможет существовать дальше.

Девочка, которой было всего тринадцать лет в тот день, встала на колени перед старшим братом и произнесла:

– Я, Митани Рафаэлла Де Эльд, дочь Рафиля Тертиаса Де Эльда, отрекаюсь от своих прав на трон до той поры, пока живы мой брат, Альтас Рафаэль Де Эльд, и его наследники. Клянусь своей кровью, своим именем и сердцем своим!

Но, несмотря на всю свою решимость, в тот момент девочка ещё не поняла истинное значение своих слов.

Без капли радости, казалось бы, жаждущий власти принц ответил:

– Хорошо, с этих пор ты – всего лишь бессмысленная принцесса.

– Нет, вы ошибаетесь, брат. Смысл моей жизни никогда не понять вам, ведь, если закрыть глаза на кровь в ваших венах, вы не истинный Эльд. Жестокость никогда не была тем, что нас определяет.

И ставший императором принц смеялся, так искренне, как только мог, и почему-то всё-таки оставил сестру живой.