Лучше бы ты бухал...

(все описанные события – реальны, а совпадения – неслучайны)

Любой дурак всё знает про халяву –

Получишь лишь разбитые горшки.

Но я-то умный! Рассуждаю здраво!

Зачем мне знать, что знают дураки?

Живёт у нас в области один мой хороший товарищ, зовут его Жека. Мы с ним в детстве крепко дружили. Простой деревенский рубаха-парень, добродушный, незатейливый, без лишних понтов и предрассудков. Видимся мы с ним в последние годы редко, но иногда созвонимся, спишемся, былое вспомним, а там и до встречи недалеко.

Как-то увиделись мы с ним, разговорились. Рассказал я Жеке о своём хобби – кладоискательстве. Показал находки, приправил всё это дело тонкими нотками приключенческой романтики и добил ссылкой на один из профильных интернет-форумов. На том и расстались.

Жека отзвонился уже на следующий день. Точнее: на утро. Ещё точнее: на рассвете. Извинился за ранний звонок, сказал, что терпеть больше невмоготу, и что он срочно должен поделиться со мной крайне важной информацией. Я был заинтригован. Супруга, до этого мирно сопевшая рядом, встревожено уставилась на меня, но я жестом её успокоил.

С трудом оторвав голову от подушки, выполз из спальни на кухню и попросил Жеку рассказать подробнее, где именно случился пожар.

- Какой пожар? – не понял меня тот.

- Старик, - говорю, - ты мне посреди ночи звонишь. Значит, случилось что-то. Если не пожар, то метеорит тебе в огород упал. Рассказывай уже, не томи!

- А! Ну, да… - растерянно пробубнил Жека, но тут же спохватился и воодушевлённо выпалил: - у моей соседки на огороде золото закопано! Ведро! Ведро золота!

В душу закралось предательское недоверие, резко захотелось спать. Но судя по голосу приятеля, ему спать не хотелось совсем, и я решил всё-таки разузнать детали.

- Короче, там такое дело: до революции в её доме бабка одна жила. Все в деревне говорили, что она богатая. А потом эту бабку раскулачивать пришли, а денег так и не нашли. Прикинь!

Повисла пауза. Я, конечно, прикинул, но ждал продолжения. Даже на всякий случай дунул в мобилу, проверяя, не сорвался ли звонок. Но на этом «ценная» информация была полностью исчерпана. Спать захотелось основательно.

- А откуда такая уверенность, что деньги вообще были? – Непонятно для чего продолжал я расспросы. - И откуда знаешь, что именно на огороде это ведро закопано?

- Блин! Ну, а где ещё, если не на огороде?! – возмутился Жека. Почему-то для него других вариантов не существовало. Не дожидаясь моей реакции, он безапелляционно заявил: - Я, короче, жду тебя сегодня в гости с металлоискателем! Сходим к ней, выкопаем!

Мне минут десять потребовалось, чтобы бессовестно отнять у воодушевлённого человека единственную надежду легко и быстро разбогатеть. Я, как мог, объяснил, что вероятность существования этого клада очень мала, а уж о его уверенности, что золото закопано на огороде, и вовсе речи вести не стал. Жека вздохнул, но опыту моему поверил. Запал иссяк, а мне стало стыдно за свой прагматизм. Уснуть тем утром так и не удалось – совесть мучила. Будто конфетку у ребёнка отобрал.

Следующий тревожный звонок от Жеки поступил через неделю. Я с долей скептицизма слушал очередную историю об одном его товарище (служили вместе), которого зовут Валера. Есть у Валеры дом за городом. В доме этом прожили нелёгкую жизнь его родные бабушка с дедушкой, ныне уж покойные. И рассказывала как-то внучку ещё живая бабушка, что где-то во дворе, или в доме, или даже в погребе, спрятаны несметные сокровища. Никто точно не мог сказать, где именно надо искать, но в том, что сокровища есть, и что они обязательно несметные, у бабушки сомнений не было. А потому, пожелала старушка Валерию быть умненьким и находчивым, и ушла вслед за дедушкой в мир иной с чистой совестью.

На мои резонные расспросы, откуда бабушка получила столь ценные сведения, Жека отвечал невнятным мычанием и тактично переводил стрелки на единственного живого носителя сакральных знаний – Валеру. По словам Жеки, этот безусловно ценный человек великодушно соглашался разделить таинственное наследство с тем, кто поможет ему его найти.

Не знаю, что именно заставило решиться на эту поездку: то ли страх в очередной раз расстроить хорошего человека, жаждущего романтики и приключений, то ли неполнота полученной информации, а следовательно – возможность её получения при встрече с Валерой, а может и то, что моя вторая половинка, узнав душещипательную историю, сказала:

- А что? Вдруг и вправду чего-нибудь найдём? Ты же любишь такое. Что мы теряем?

А, собственно, ничего мы не теряли. Оказалось, что Валера готов был даже стоимость бензина компенсировать, лишь бы заветный кладоискатель подсказал ему, где деньги спрятаны. На том и порешили. Встретились с парнями в городе и рванули через окружную дорогу к заветному дому.

Валера оказался крупным, молчаливым, я бы даже сказал угрюмым парнем с коротко стрижеными волосами и пудовыми кулаками. Он почти всю дорогу молчал и громко сопел. Изредка мычал и кивал на мои расспросы о его таинственной семейной легенде. Диалог строился примерно так:

- Так откуда, говоришь, у твоей бабушки была такая уверенность?

- Ну, так… - пожимал плечами Валера, глядя в одну точку прямо перед собой.

- А она сама их прятала или ей тоже кто-то рассказал?

- Ну, да, - кивал тот в ответ и ехал дальше молча, нервно покачиваясь взад-вперёд и громко посапывая носом. Валера был тяжёлым и от того, что он покачивался, кузов седана слегка раскачивало в такт. Его напряжение передавалось всем, кто был в салоне. Супруга с Жекой сидели сзади притихшие, что, несомненно, привносило дополнительный изюм в общую гнетущую атмосферу.

Так я ничего толком и не выведал. Решил, что Валера, просто не хочет раскрывать перед нами всех карт. Дело-то не шуточное – сокровища! Семейная реликвия, можно сказать. Кто про такое будет лишнее болтать? Вот и не стал я больше ни о чем расспрашивать. Перевёл, от греха подальше, одностороннюю беседу в отвлечённое русло. Это я уже потом понял, что Валера мало говорил не потому, что ему нечего было сказать, а потому, что просто фразы формулировать затруднялся. Но это уже частности. Рассказ-то, в общем, не об этом.

Когда мы подъехали к заветному дому, Валера первым выскочил из машины и вприпрыжку поспешил к калитке. Он махом её распахнул и скрылся в глубине двора. Я неспешно достал из багажника рюкзак, расчехлил металлоискатель и начал отстраиваться от помех. Жека заинтересованно следил за каждым моим движением, супруга скучала рядом. Через минуту в проёме калитки показалось лицо Валеры. Кивком головы он пригласил нас войти. Мы вошли, и хозяин вопросительно уставился на меня. По спине пробежался лёгкий холодок.

- Где искать будем, - улыбаясь, чтобы не разозлить, осторожно спросил я.

- А где ищут? – вопросом на вопрос ответил мне Валера.

- Да где угодно. Я-то надеялся, ты хотя бы приблизительно подскажешь, где…

- В погребе! – не раздумывая, перебил меня он.

- В погребе, так в погребе. Только вот металлоискатель нам с тобой в этом погребе вряд ли поможет. Слишком много там будет помех. Арматура и всё такое…

Но Валеру это вообще не смутило. Мало того, он меня даже не слушал. Пока я подбирал необидные слова, он уже открывал погреб. А когда спустился вниз, жена тихонько взяла меня под руку и прошептала на ухо:

- Серый, какой-то он стрёмный, тебе не кажется?

В ответ я только улыбнулся, и скорчил максимально беззаботную рожу. Мне очень не хотелось, чтобы она волновалась. Но в душе я был полностью солидарен с второй половинкой – стрёмный.

Спустившись вместе с Жекой в погреб, мы обнаружили отштукатуренные бетонным раствором стены и такой же бетонный пол. Отделка была свежей, явно не столетней давности, и я предложил поискать где-нибудь в другом месте, но решительный Валера настоятельно рекомендовал поискать золото в стенах и в полу. Возражать было опасно. Я стал методично водить катушкой металлоискателя вдоль стен. Иногда звенело «железо», но в общем, сигналов практически не было. И вдруг прибор залился высокотональными переливами! А это значило, что под катушкой, с большой долей вероятности, мог быть цветной металл. В груди ёкнуло.

- Золото? – тут же с каким-то напряжением в голосе поинтересовался Валера.

- Изумруды, - попытался пошутить я, но Валера шутку, видимо, не оценил и изо всей силы ударил по бетонной стене невесть откуда появившейся кувалдой. Внезапно ударил! Я, взвизгнув, подпрыгнул на месте и чуть не выронил из рук прибор. Жека, до сих пор стоявший позади, ринулся нафиг из погреба и даже успел пробежать пару ступенек наверх, но остановился на полпути и испуганно уставился на целеустремлённого сослуживца.

Раздался следующий удар, с потолка посыпалась пыль. Когда Валера сделал очередной замах, я громко произнёс несколько русских слов, которые ввиду воспитания, не могу здесь повторить, и, толкая Жеку дальше по проходу, ломанулся наверх. Там нас ждала доведённая до отчаянья супруга. Она вздрагивала от каждого нового удара, доносящегося из подземелья. Немного придя в себя, мы с Жекой захихикали. Но смех, скорее, был нервным, нежели искренним. Нужно было срочно что-то делать. Валера мог погибнуть, а мне он начинал нравиться. Решительный человек. Таких мало.

- Валера! - Крикнул я сверху, стараясь при этом, чтобы тон был вежливым. - Ты сейчас на себя погреб обвалишь!

К моему колоссальному удивлению, грюканье сразу прекратилось. Мы облегчённо вздохнули. Я, не без удовлетворения, посмотрел на супругу с Жекой. Они тоже облегчённо вздохнули, но тут земля под ногами снова вздрогнула, и Валерин молот продолжил мерное громыхание.

Спустя две-три минуты напряжённого ожидания, стук стих, и низкий Валерин голос пробубнил:

- А ну, иди сюда, ещё поищи.

Решив, что речь идёт обо мне, я мысленно попрощался с любимой, едва не роняя скупую слезу, с грустью и отчаяньем посмотрел в глаза другу и сделал шаг навстречу судьбе.

В погребе было пыльно. Валера стал похож на мукомола, отпахавшего три смены без перекуров. Я включил мобильник и осветил многострадальную стену, в которой теперь зияла внушительная дыра, за которой – зловещая тьма. Валера глубоко дышал и смотрел на меня, словно вопрошая: «Ну, и чё дальше?»

Я, уловив мощный мысленный посыл, предложил ему проверить, что там внутри, и азартный кладоискатель, не задумываясь, сунул массивную руку в глубину проёма. Послышался какой-то скрежет. Судя по звуку – Валерины ногти скребли о металл.

- Ну, что там, - нетерпеливо спросил я.

Валера молчал. Высунул руку обратно и быстро вышел из погреба. Я снова включил фонарик и просунул его в дыру. Судя по всему, стена была провалена насквозь. Открывшаяся полость стала неожиданностью и наводила на мысли, что мой скепсис насчёт клада, возможно, преувеличен. В глубине, на расстоянии вытянутой руки, был виден ржавый лист железа. Я внимательно осматривал коричневый металл, прикидывая, что бы его наличие могло значить, но, вдруг, отчётливо услышал за ним какой-то шорох!

От неожиданности и нервного напряжения я выдернул руку из отверстия и даже немного отступил назад. Шорох усиливался. Плюнув на условности, я пулей выскочил из погреба и только тогда понял, кто это шуршал. Оказалось, пока я рассматривал дыру и думал-гадал, откуда она там взялась, Валера уже сходил за лопатой и стал копать погреб снаружи, пробивая туннель к заветной цели с другой стороны!

Я, можно сказать – кладоискатель матёрый… Делом этим занимаюсь давно, копать приходилось часто и на коллег по увлечению тоже насмотрелся. Но так, как копал собственный погреб Валера, на моей практике не копал ещё никто! Струи пота градом катились по его бордовому лицу, он хрипел и кряхтел, слюна брызгала изо рта, а комья земли разлетались в радиусе десятка метров. Валера искал золото!

Через пять минут лист ржавого железа был выкопан и отброшен в сторону. Золота, почему-то, не было. Мне стало неудобно, что дал Валере неверный совет, но ему, судя по настрою, было всё равно. Он отбросил в сторону лопату и, борясь со сбившимся дыханием, спросил:

- Где ещё искать?

Я опешил! В дом его впускать сейчас точно было нельзя. Очень захотелось посоветовать поискать на огороде, но представив, как Валера перекапывает десять соток земли, превращая плодородную почву в лунную поверхность, сжалился над ним и сказал:

- Вообще-то на чердаках много чего интересного находят, но…

Я ещё не успел закончить фразу, а Валера уже нёс массивную лестницу. Он затащил её в дом, ловко вскарабкался наверх, распахнул люк и, через мгновение его красное лицо снова вопросительно смотрело на меня из проёма в потолке, ожидая дальнейших инструкций. И тут я с ужасом вспомнил, что по дороге сюда опрометчиво обмолвился Валере, что клады иногда прятали в дымоходах. Видимо Валера тоже вспомнил, потому что заорал:

- Жека, тащи кувалду.

- Валера, может не надо? - С искренней надеждой спросил я, но голос мой звучал, скорее, обрёченно.

Мы уезжали от Валеры с какой-то необъяснимой грустью на душе. Он стоял возле калитки с кувалдой в руке. Коротко стриженая голова была густо покрыта толстым слоем пыли, одежда перепачкана паутиной и сажей. Раскрасневшиеся глаза, казалось, полнились слезами. Он тяжело дышал и, возможно, не до конца понимал, что же, всё-таки, с ним происходило в последнюю пару часов. Таким я его и запомнил.

Некоторое время мы ехали молча. Я не выдержал первым:

- Как-то нехорошо получилось с Валерой.

Моя вторая половинка осуждающе посмотрела на меня, тяжело вздохнула и, отвернувшись к окну, сказала:

- Ох, Серый… Лучше бы ты бухал.

ЭПИЛОГ

Валера, всё-таки, нашёл свой клад. Правда не тот, который искал тогда, а совсем другой. И без нашей помощи, если наше участие в разрушении чужого имущества вообще можно называть помощью.

Как-то, спустя пару лет после описанных выше событий, Валера позвонил мне и попросил приехать к нему на работу. Когда я узнал, кем он работает, всё встало на свои места. Дело в том, что он состоит в бригаде демонтажников. Ну, то есть, суть его работы заключается в разрушении зданий.

Не знаю, работали ли он там на момент поисков клада в бабушкином доме, но даже если нет, талант демонтажника прослеживался невооружённым глазом уже тогда. Я даже немного утешаю себя мыслью, что с моей подачи человек мог обрести стезю мечты.

И вот позвонил он мне и позвал приехать на объект в центре города. Это было старое здание дореволюционной постройки. До 1920-х годов в нём действовала гостиница, но с приходом большевиков, гостиница превратилась в жилой дом с коммунальными квартирами. Спустя столетие, дом обветшал и подлегал сносу.

Валера с коллегами разбирали крышу, и под старой деревянной балкой нашли тряпичный большой свёрток. В нём-то и обнаружились сокровища. Это были пачки купюр царской России различного номинала. А ещё там было нотариально заверенное завещание на имена двух братьев, унаследовавших от отца мельницу и довольно внушительное состояние в деньгах.

С сожалением пришлось честно признаться, что ценность старых купюр, как таковых, очень невысока. Да, их количество было более, чем внушительным, если не сказать – колоссальным. Общая сумма в рублях составляла более полумиллиона, при том, что простой рабочий в те времена получал зарплату около двадцати пяти рублей в месяц. То есть, найденные деньги – это было состояние очень богатого человека, или даже капитал целого предприятия. За полмиллиона можно было купить крупную фабрику, если не две.

Но теперь это богатство, увы, стало не больше, чем просто бумагой, изъеденной плесенью… Если бы братья спрятали свой клад в монетах, Валера мог бы стать очень богатым человеком. «Десять рублей», к примеру, чеканились из чистого золота и весили 8,6 граммов. Таким образом, если бы клад состоял из таких монет, его общий вес составил бы четыреста тридцать килограммов. Но Валере снова не повезло…

Не знаю, были ли там какие-то драгоценности или те же монеты… Валера утверждал, что нет. Но подозреваю, что он мог мне в этом просто не признаться. Я ему понадобился исключительно для того, чтобы высказать экспертное мнение насчёт купюр. Чем смог, помог. Мужики подарили мне пачку старинных денег и нотариально заверенную доверенность. С тем и расстались.

Надеюсь, рано или поздно Валера всё-таки найдёт свою удачу. Уж слишком он для этого старается.