Лунный лучик

За окном давно погас свет в соседних домах, а маленький Егорка всё ворочался с боку на бок. Сон не шёл. Луна заглянула в комнату, нарисовала на полу светлую дорожку, но и это не помогло. Егорка сел на кровати и посмотрел на старую берёзу за окном. Её ветви тянулись к самому небу, и среди них, запутавшись в листве, бился тонкий серебристый лучик. Он дрожал, пытался вырваться, но ветки держали крепко.

— Ты тоже не спишь? — шёпотом спросил Егорка. — Заблудился?

Лучик мигнул в ответ — то ли от страха, то ли от холода.

И тогда в комнате стало чуть светлее. Не от лампы, а от того особого света, который появляется, когда самые разные голоса начинают шептать одну историю на ухо спящему миру.

Тонкая серебристая нить лунного света всё билась между листьев. Лучик был совсем маленький, он отстал от своей лунной дорожки, когда та перешагивала через берёзу, и теперь не знал, как выбраться из зелёного лабиринта.

Где-то в глубине ветвей зашевелились крошечные существа. Их крылышки были сделаны из берёзовых серёжек, а сами они напоминали искорки, пойманные в каплю росы. Это были ночные жители дерева. Они заметались, зажужжали, пытаясь помочь, но их силы были слишком малы, чтобы распутать упрямые ветки.

Вдруг один из листьев дрогнул, и на нём появился старый паучок. Он был не простой, а тот, что ткёт сети из лунных ниток. Паучок внимательно посмотрел на лучика, покачал головой и начал спускаться на своей паутинке. Казалось, он хотел что-то сказать, но вместо слов из его лапок потянулась тончайшая серебряная нить.

Однако ветер качнул берёзу, и паучок испуганно спрятался обратно в щель коры.

Лучик совсем приуныл и задрожал мелко-мелко, как осиновый лист.

И тут, откуда-то снизу, из травы, донёсся шорох. Это выполз старый ёжик, который жил под крыльцом и считал себя главным садовником всех окрестных тропинок. Он поднял мордочку кверху, принюхался и фыркнул.

— Ну и дела, — прошептал он сам себе. — Запутался кто-то. Надо бы выручать. Только как? Я по земле ходок, а не по веткам скакатель.

Ёжик потоптался на месте и побежал будить старого воробья, который спал в скворечнике. Воробей проснулся, рассердился, но, узнав, в чём дело, встрепенулся:

— Скок-поскок! Вижу! Маленький лучик в беде! Сейчас я позову своих — мы вмиг растащим ветки!

Но другие воробьи только поворачивались во сне и бормотали: «До утра подождёт, никуда не денется». И правда, кому охота вылезать из тёплого гнезда в такую холодную ночь?

Тут из-за тучи выглянула сама Луна. Она увидела своего потерявшегося сыночка и загрустила. Ей очень хотелось спуститься вниз и помочь, но она знала: если она подойдёт слишком близко к земле, всё вокруг зальёт таким ярким светом, что никто не сможет уснуть. А ночь для того и нужна, чтобы спать.

И тогда случилось то, чего никто не ожидал.

Скрипнула оконная рама. Маленькая ладошка приоткрыла створку. Егорка высунулся в ночь, протянул руку к берёзе и тихо-тихо позвал:

— Иди сюда. Я тебя поймаю. Не бойся.

Лучик замер. Потом, словно набравшись храбрости, скользнул по воздуху тоненькой дрожащей ниточкой и — раз! — упал прямо в Егоркину ладошку.

Мальчик зажмурился от счастья. Ладошка стала тёплой и светящейся, как маленький карманный фонарик. Он аккуратно перенёс лучика в комнату и положил на подушку рядом с собой.

Лучик свернулся калачиком и тихонько замурлыкал. Он был таким крошечным и беззащитным, но теперь ему было тепло и совсем не страшно.

Егорка лёг, прикрыл глаза и почувствовал, как лучик гладит его по щеке своим мягким светом.

А в комнате началось самое интересное.

Тени на стенах ожили. Тень от старого плюшевого зайца превратилась в настоящего зайца, который уселся у изголовья и начал рассказывать лучику про морковку, которая растёт на грядке при свете луны. Тень от маминого платья на стуле стала доброй феей и укрыла обоих невидимым одеялом. Даже тень от забытой на столе кружки превратилась в круглого толстячка, который всё подливал и подливал лунное молоко в воображаемое блюдце.

Лучик светил всё тише и тише. Он насыщался теплом Егоркиной комнаты и теплом его сердца.

— Спи, — прошептал лучик тоненьким голоском. — Завтра я расскажу тебе, что видела луна, когда ты спал. А сегодня просто спи.

Егорка зевнул и провалился в сон. Самый сладкий, какой только бывает на свете. Ему снилось, что он плывёт по небу на большом серебряном листе, а вокруг него пляшут лучики и поют колыбельную.

А за окном берёза вздохнула, расправила ветви и пропустила к дому всю лунную дорожку целиком. Теперь она вела прямо к Егоркиному окну. Мало ли, вдруг завтра ещё какой лучик заблудится?