Лягушачий скафандр

— Посадка совершена успешно, — прогудел басистый голос в наушниках.

Иван, облегчённо вздохнув, откинулся в кресле. Можно позволить несколько минут отдыха после изнурительного полёта по космическим просторам.

Наконец-то. «Стрела-3» успешно совершила посадку.

— Ведун, доложи обстановку, — поручил Иван бортовому компьютеру.

Электронный мудрец задумчиво попищал, прежде чем басистый голос вновь раздался в наушниках: «Планета земного типа. Силы притяжения и гравитации идентичны земным. Атмосфера пригодна для дыхания. Факторов, потенциально вредных для человеческого организма, не обнаружено.».

Несмотря на положительные характеристики планеты, Иван всё же надел шлем при выходе из корабля — безопасность превыше всего. Неизвестно, какой комар ещё укусит на этой планете и насколько этот укус может оказаться опасным (или безопасным).

Правда, ничего зловещего из себя планета не представляла, скорее наоборот. Вокруг Ивана расцветал и шелестел Рай, какой могли описывать в древних заветах. Ярко-зелёная трава приятно тёрлась о резиновые ботинки космонавта. Деревья, напоминавшие земные берёзы, тихо подрагивали бесчисленными листьями. Местное солнце теребило растительность, будто бардовская рука перебирала струны.

Впитав глазами тёплый пейзаж, Иван на миг даже позабыл о целях прибытия.

Однако работа не была волком и не вздумала убегать в лес (хотя звёздный странник окружён этим лесом). Иван глубоко вздохнул и подошёл к ближайшей берёзе.

Иван хотел взять образец для обследования. Достав из кармана пинцет, он потянулся к низкой ветке и сорвал с неё лист. Но, к его удивлению, лист мгновенно рассыпался в зелёную пыль. Мелкие частицы, в свою очередь, поплыли по воздуху извилистой струёй к прежней ветви. За несколько секунд пыль «пересобралась» в прежний лист.

— Ага, — подумал Иван. — Планета не так уж земная…

Звёздный странник двинулся дальше. Он оглядывался по сторонам. Для надёжности он запустил маленького дрона «Жар», по форме напоминающего птицу. Верный спутник жужжал над кронами деревьев, изредка пуская аналитические лучи.

И вот, выйдя на очередную открытую поляну, «Жар» заурчал и упал прямо на траву. Не на шутку перепугавшись за инструмент, Иван подбежал к дрону. Благо, электронный друг не пострадал.

Однако юноше показалось подозрительным, что «Жар» отключился, будучи заряженным перед разведкой. Следовательно, в этой местности есть глушилка или локальное природное явление, выводящее технику из строя.

Подходя к дрону, Иван почувствовал под ногами твёрдую поверхность. Юноша, наклонившись, поковырял землю.

Надо же! Под тонким слоем почвы оказался железный лист… Нацелившись запястьем, юноша выстрелил лазером из рукава по листу. Под металлическим покрытием оказался маленький схрон. Внутри него лежал объект в форме параллелепипеда. Иван изъял находку. Этим объектом оказался кейс. Пыль, покрывавшая поверхность чемодана, мгновенно разлетелась в лучах солнца. Юноша разглядел на находке несколько кнопок.

— Футуристический ларец... — мысленно определил Иван, —образца прошлого столетия… Знакомая вещь. Кажется, нам её показывали в Институте Космических Странствий.

Немного подумав, Иван нажал на одну из кнопок в боковой части кейса. И «Жар», некогда лежавший без электрического сознания, мгновенно взлетел.

— Вот и деактивировал глушилку, — Иван похвалил себя за то, что не прогуливал практику. — Теперь бы понять, откуда здесь предметы земного происхождения? Кто-то тут явно…

Раздался шорох, прервавший ход мыслей звёздного странника. Иван огляделся. Показалось, что за ближайшими стволами мелькнула высокая тень. Но на всякий случай Иван двинулся туда, где ему эта тень «почудилась». Пройдя несколько метров, Иван споткнулся и шмякнулся о землю.

— Какого?… — прошипел Иван, сдерживая ругательства.

Юноша поднялся, оглянулся. Оказывается, кто-то натянул между деревьями верёвку. Но вот что странно: соприкоснувшись с землей, Иван не почувствовал боли.

Бежать за таким шутником всё же расхотелось. Разумнее вернуться в «Стрелу-3» и, оставаясь в четырёх стенах, провести дополнительную разведку. Благо, дронов, помимо «Жары», было предостаточно.

Иван пришёл к кораблю. Прежде чем зайти в аппарат, он рискнул снять шлем. И не пожалел: воздух оказался лёгким, приятным для дыхания, с карамельными нотками.

— Так бы и вдыхал весь день, — подумал Иван.

Но его «медитацию» прервало внезапное «ква». Юноша замер, прислушался. Квакнули ещё раз. И ещё. Затем раздались шлепки.

Иван огляделся. Оказалось, по трапе, ведущей вовнутрь корабля, прыгала лягушка. Да, лягушка. Обыкновенная пятнистая лягушка.

— Оп-па, куда ж ты… — Иван двинулся было к земноводной, как за спиной раздался рык.

Из-за чащи между деревьями ползла огромная, размером с поезд, змея. Раскрыла пасть, обнажив клыки. Иван резко выкинул руку вперед. Из-под запястья выстрелил лазер, и змея обернулась в пыль. Вспомнив, с какой лёгкостью восстановился сорванный лист берёзы, Иван не стал дожидаться воскрешения хищника.

Звёздный странник помчался по трапу.

Не прошло и минуты, как «Стрела-3» поднялась с земли и устремилось в небо.

— Всё-таки есть агрессивные элементы на этой планете, — подумал Иван. — Ничего. Сейчас я поменяю место для базы и тогда…

— Должен Вас предупредить, — в наушниках раздался бас бортового «Ведуна», — заряд «Стрелы-3» практически истощён. Рекомендуется вернуться на Землю.

Ивану казалось, что волосы на его голове зашевелились от удивления.

— Не может быть… — думал шокированный странник. — Я ведь проверял состояние корабля перед посадкой… Должно было хватить на год…

Загадки атаковали голову Ивана одна за другой. Кто обитает на этой планете? Кто украл запасы заряда для электрической «Стрелы-3»? Кто ставил глушилку возле схрона? Что хранится в том найденном кейсе?...

И что делать с лягушкой, которая «зайцем» пропрыгала в космический корабль и теперь прыгает по клавиатуре?!

Иван включил автопилот, подхватил озорное земноводное и положил его в специальный контейнер.

— Ладно, — сказал Иван. — Поедешь со мной в качестве сувенира. А там, глядишь, обследуем тебя в «Лукоморье».

Иван не знал, сможет ли лягушка прожить в земных условиях. Да и не очевидно, что земноводное окажется таким же безобидным, как земные аналоги.

Утомлённый сегодняшними переделками, Иван позволил себе выделить несколько часов сновидения. Однако через некоторое время Иван пробудился от того, что холодные длинные пальцы скользнули по его щетине. Вздрогнув, Иван открыл глаза. Рядом с ним на его койке сидела стройная девушка в зелёной униформе и с короткой рыжей стрижкой «каре». Её большие зелёные глаза излучали неподдельное любопытство.

— Что же ты не брился сегодня, Иван? — с укором произнесла девушка. — А если бы какой-нибудь комарик застрял в твоих «бородинках»?

У юноши не нашлось ни слов, ни мыслей. Он вообще не понимал, как реагировать.

— Откуда… — выдавил ошеломлённый юноша.

Иван огляделся и заметил лежащую на полу зелёную пятнистую тряпку… Нет, то была не тряпка... Лягушачья кожа!

— Её-то за что?… — спросил Иван.

Девушка взглянула на останки земноводной и слегка приподняла брови.

— А, — девушка усмехнулась, — это я и есть. То есть это мой скафандр.

— Скафандр? — прежде Ивану казалось, что в мире технического прогресса его будет сложно удивить. — А как ты в него?...

— Поймёшь, — мягким тоном отрезала девушка, — но потом. Считай, что я — сборище пылинок. А уж пыль в таком костюме какая-нибудь уместится! А сейчас поведай, пожалуйста, куда летим?

— Домой, — сказал Иван. — Если конкретнее, то ко мне домой. Если конкретнее, чтобы не возникало двусмысленностей, то ко мне на планету Земля, в мой научный институт.

— Одобряю, — девушка кивнула. — Меня будут исследовать?

Юноша не ожидал такой проницательности от нежданной гостьи. Иван задумался: «Так, эта особа с той планете. Может, это был её схрон там, в лесу? Значит, она своя? Наша? Но как она могла помещаться в лягушачью накидку?»

Иван кивнул в сторону кейса, лежащего на тумбочке, и спросил: «Это твоё?».

Обведя безразличным взглядом находку Ивана, девушка подошла к юноше и приложила холодные пальцы кего лбу.

— Потом, — ласково прошептала она. — Всё потом.

Девушка отвела руку. Иван моргнул.

— Есть хочешь? — спросил Иван.

***

Перед прибытием на Землю, Иван отправил весточку по межгалактическому мессенджеру: «Скоро буду. Не один. Со мной инопланетянка. Готовь валидол.».

Когда за пилотным окном проносились знакомые глазам Сатурн и Юпитер, Иван явно помрачнел. Спутницу, сидевшую рядом, это беспокоило. Она ласково спросила: «Отчего мы такие грустные?».

Иван решил, что честность — лучшая политика в отношении инопланетян.

— Видишь ли, — задумчиво говорил Иван, — когда мы прилетим на Землю, ты станешь объектом для исследования. Поскольку никто тебя не знает и не знает твоих мотивов, мы поселим тебя в особом месте, где сможем контролировать твои возможные силы.

— Я к этому готова, — спокойно произнесла девушка, — я постараюсь особо не бузить.

Настроившись на словесные баталии, Иван растерялся. Кто бы мог подумать, что инопланетянка согласится на такие условия? Но легче на душе не стало: кто знает, может, она временно исполняет роль послушной овцы? И, когда настанет час Х, она сбросит эту шкуру и продемонстрирует волчий оскал? Может, в этой безобидной девчачьей голове зреет план по порабощению Земли?

— Нет, — подумал Иван, — поменьше надо те басурманские фильмы смотреть. Как от них только фанатели в предыдущих столетиях?… Но всё-таки… Откуда у неё такие познания в русском языке и в человеческих повадках?

И вот, через некоторое время «Стрела-3» залетела в родные облака, пронзила знакомые слои атмосферы и наконец приземлилась на зелёную поляну, окружённую людьми. Иван и его спутница вышли из корабля. Среди стражей порядка в серебряных доспехах с бластерами и людей в строгих чёрных костюмах с галстуками юноша увидел знакомую седовласую голову. «Обладатель» этой головы подошёл и обнял долгожданного сына.

— Значит, это и есть то неведомое существо с безымянной планеты? — сказал пожилой мужчина, он же — начальник института «Лукоморье», он же — отец Ивана.

— Она, батя… — подтвердил Иван. — И она согласна на проживание в камере.

— Приятно познакомится, — улыбнувшись, инопланетянка протянула руку. — Можете звать меня Василиса.

Изумлённый этикетом гостьи, начальник института аккуратно пожал её руку.

— Василиса, — задумчиво пробормотал он и повернулся к сыну. — Сам придумал?

— Сама, — хихикнув, ответила Василиса.

— Точно землянка, — подумал Иван. — Откуда ей знать наши имена?

***

Василису обследовали без какого-либо сопротивления с её стороны. В том числе сделали рентген. И оказалось, что тело инопланетянки оказалось полым, т. е. оно было буквально пустым! Ни сердца, ни вен, ни скелета, ни мышц… Даже глазные яблоки существовали лишь с внешней стороны лица.

— Вот что она имела в виду, когда называла себя сборищем пылинок, — воскликнул Иван при осмотре её «внутреннего мира» в лаборатории. — Она является совокупностью молекул и управляет ими, как заблагорассудится.

— То есть у неё нет как такового тела, — сказал отец. — Она может принять любой облик, какой захочет, я правильно понимаю?

— Видимо так, — Иван пожал плечами.

Научный объект «Василиса» вызывал у юноши много вопросов. Например, на что ещё способна эта внеземная гостья? И почему она выбрала себе облик девушки-землянки?

***

Утром Иван навестил инопланетянку в камере, предварительно прихватив с собой хлеб и тюбик с чаем. Но его ожидал сюрприз: Василиса сидела в позе лотоса на койке, покусывая багет.

— Сегодня уже кто-то заходил до меня? — спросил Иван.

— Нет, — спокойно Василиса. — Но спасибо, что принёс попить…

Иван протянул девушке тюбик с чаем и аккуратно сел рядом, пока Василиса запивала завтрак.

— Но откуда… — хотел было спросить юноша.

— Сама нагенерировала, — прямо ответила девушка.

— Значит, хлеб ты точно можешь нагенерировать?

— Любой, — Василиса хмыкнула.

— А слабо нагенерировать хлеб с каким-нибудь изображением на нём? — в шутку сказал Иван.

— Могу, только завтра, — спокойно произнесла Василиса. — Силы надо восстановить.

— Ладно.

В этот же день Иван заглядывал в информационно-аналитический отдел, где пожилая лаборантка Ягина исследовала кейс. Женщине удалось открыть отдельный сектор с клавиатурой и монитором. Однако требовался код, чтобы активировать операционную систему в кейсе. Ягина пока не смогла определить, какие цифры нужно вводить.

Также Иван отсмотрел записи с видеокамер, следивших за «бытиём» Василисы. Юноша оценил алгоритмы инопланетной кулинарии: в записях Василиса вращала руками вокруг пространства над головой, затем в этом пространстве возникала точка, которая через несколько секунд вырастала в продолговатый багет.

— Магия, не иначе, — подумал Иван.

***

Шли дни. Иван каждое утро выдавал задание «гостье», а та с лёгкостью выполняла их в течение ночи. Например, сделает Иван запрос: «сгенерируй ковёр, который можно повесить, подобно нашим советским предкам». И на следующий день Иван зайдёт в камеру и диву даётся: и в правду ковёр сгенерировала на пустом месте! А хлебы… За эти дни Василиса «слепила» много изделий разных форм, с различными портретами на верхней части. А на одном батоне Василиса даже сделала целый хлебобулочный макет европейского города со зданиями в стиле «барокко»!

И, что не менее примечательно, каждую ночь Василиса, распадаясь на пылинки, уходила в лягушачью кожу. И к утру она «высыпалась» обратно из этого «скафандра», преобразовываясь в девушку.

После очередного визита к инопланетянке Иван размышлял над тем, каким образом Василиса способна вытворять подобные фокусы. Будучи не в состоянии думать на голодный желудок, юноша посетил столовую.

Иван открыл буфет и удивился, что один из хлеб оказался ободран с разных краёв.

— Странно, — подумал Иван. — Мышей у нас вроде не водится…

Но тут его осенило! И в этот же торжественный момент отец вызвал к себе в кабинет.

***

— Что твоя Василиса вытворяет… — задумчиво бормотал папа, покачиваясь взад-вперёд на летающем реактивном кресле. — А кстати… Как думаешь, что она вытворяет?

— Видимо, вытворяет кренделя с молекулами, — выдвинул гипотезу Иван. — Только откуда она их берёт? С параллельных измерений, что ли?

— Была такая мысль, — папа кивнул. — Правда, существование мультивселенной не доказано, хотя и Ягина работает над этим вопросом. Ещё есть версии?

Иван почувствовал, как папа одним лишь спокойным тоном умудряется прижать его разум к стене. Юнцу ничего не оставалось, как выдавить из себя самую необработанную гипотезу: «Возможно, какое-то притяжение молекул с далёких пространств…»

— Так… — папа кивнул. — Проясни.

— Я точно пока не понял, как это работает… — Иван собирался с мыслями. — Но что, если, например, она хочет буквально на пустом месте приготовить себе хлеб?… И тогда она шевелит пальцами, применяет левитацию или ещё какой-нибудь иноземный фокус… И в этот же момент в каком-нибудь другом месте… Да хоть у нас в столовой!… Хлеб распадается на молекулы, эти же молекулы пролетают под дверь её камеры… И затем молекулы структурируются в новый хлеб… А поскольку её этот новоиспеченный хлеб требует, так сказать, дополнительной «мучной сметы», то она низводит до молекул другой хлеб, не обязательно целиком. У нас как раз в столовой, как я смотрю, один батон этой «сметы» лишился. Видимо, тут и замешана Василиса.

— Таким образом, честь и невинность закона сохранения энергии защищены? — уточнил начальник института.

— Вроде того...

Отец откинулся в кресле.

— Ну пусть так… — выдохнул он. — Знаешь, комиссия хочет поглядеть на нашу инопланетянку. Честно скажу, я их долго уговаривал отложить это мероприятие. Но они настояли. Как думаешь, она сможет обеспечить перформанс без жертв?

— Постараюсь уговорить, — Иван встал и пошёл к выходу.

— Вань, — окликнул отец. — Ты так и не понял, зачем она к тебе прилипла?

— Эта проблема находится в процессе разрешения, — сказал Иван. — Если вдруг она будет порабощать наш разум, жахни по мне из бластера.

— Обязательно, — отец кивнул.

— Да, — подумал отец, когда юноша покинул кабинет, — пора завязывать с этими басурманскими фильмами…

***

Пожилые члены комиссии с заинтересованным видом наблюдали за «перформансом», сидя за столом.

Улыбчивая Василиса, у которой рукава униформы оказались сильно распущенными, творила чудеса: мука и яйца, кувыркаясь в полёте, расщеплялись до бесцветных пылинок, а затем извилистой струёй протекали по воздуху и залетали в рукав униформы Василисы. А из другого рукава выскакивали пирожки, пироги и один чебурек, который достался отцу Ивана. Ему понравилось.

Стол наполнялся яствами, а лица комиссии расцветали от восхищения. Даже непонятно, что их завораживало больше: манипуляции молекулами Василисы или идеальная консистенция хлебобулочных изделий?

— Сейчас я попробую сменить свой облик, — заявила виновница торжества.

Иван, стоявший рядом с Василисой, всматривался в её лицо: между её напряжёнными бровями пробегали капли пота. Ивану это не понравилось. Сколько он помнил Василису, та прежде не знала усталости… Иван приготовился к тому, что нужно вмешаться в ситуацию.

И вот, кожа на лице инопланетянки покрылась зелёной чешуёй. На её белоснежных зубах увеличились клыки, а в глазах радужки пожелтели, зрачки заметно сузились. Василиса качнулась вперед.

Иван услышал, как щёлкнули бластеры у стражей порядка. Он рванул вперед, прежде чем раздались выстрелы. Юноша закрыл собой обмякшую девушку. Хотя они сам не заметил, когда успел потерять сознание...

***

Иван пришёл в себя в больничной койке. Возле него сидел утомлённый переживаниями отец. При виде живого сына директор института облегчённо вздохнул.

— Больше так не делай, — сдавленным голосом сказал он. — Благо, хоть лазеры ничего сверхважного не задели.

— А вы больше так не стреляйте, — выдавил юноша. — Она жива?

— Жива, но слаба, — ответил отец. — А комиссии понравилось в целом… Несмотря на эксцессы. И всё-таки, пожалуйста, не бросайся больше под лазеры.

***

Через несколько дней Иван, восстановившись, зашёл в камеру. К его удивлению, Василиса казалась потерянной. На её круглом лице проступали морщины. Будто некогда спелый мандарин начал тухнуть.

— Василиса, что с тобой? — Иван с обеспокоенным видом сел рядом.

— Не знаю, — Василиса еле заметно мотнула головой. — Это что-то тяжёлое.

Иван коснулся её лба. Нежная кожа оказалась умеренно тёплой.

— Вроде здорова, — ответил он. — А кого ты хотела изобразить тогда на комиссии?

— Воробья… Но… Когда я хотела перенаправить свою энергию, со мной что-то произошло… То, что вы называете как группа мышц… Они и сейчас работают нестабильно… Что это значит на вашей планете?

— Это значит усталость, — Иван погладил ладонь инопланетянки, — тебе надо отдохнуть.

— А эти ваши лазеры, выстрелы… — шептала Василса, — я почувствовала уровень напряжения моих частиц…

— Это страх, — пояснил Иван. — Мы очень напрягаемся, когда боимся что-то потерять. В данном случае, ты могла потерять жизнь.

— А ты? Ты когда бросился под лазеры, ты ведь тоже мог её потерять?

— Мог, — Иван кивнул, — но к счастью, я не думал, пока прыгал под бластеры. Редко случается, когда неумение думать пригодится…

— Я теперь понимаю, почему он решил остаться…

Иван не успел обдумать последнюю фразу Василисы, как оказался в её крепких объятиях. Юноше показалось, что из пальцев девушки впервые исходило тепло.

— Спасибо тебе, — шептала Василиса. — Я уже бесконечное число лет живу на своей планете и знаю о ней всё. А у вас… Столько всего неизведанного, а мне не хватит жизни, чтобы её познать. Как бы я хотела, чтобы Ваша атмосфера могла передать бессмертие с моей планеты. И ты дал мне почувствовать, каково это — когда твоя жизнь на волоске. Это дорогого стоит. Вы смертны, вам есть что терять. А вы всё равно не боитесь делать то, что принесёт вам смерть.

— Да ладно… — выдавил растерянный Иван.

Василиса улыбнулась и промолвила в уши: «Три. Девять. Три. Девять.».

— Что? — недоумевал Иван.

Девушка отпустила юношу из своих объятий.

— То, что ты ищешь, — сказала Василиса с ухмылкой. — Ты же хотел узнать, что хранится в том кейсе...

Иван побежал в лабораторию, насколько ему позволяли бинты вокруг туловища.

***

Наконец-то в кейсе удалось набрать желанный код, и операционная система запустилась. Контейнер открылся, и Иван вытащил из этого «ларца» тонкий металлический стержень, сверкающий позолотой. Иван аккуратно взял его двумя пальцами. Юноша удивился: это ведь карта памяти, модель «Игла»! Подобные устройства вышли из обихода примерно полвека назад!

Благо, укомпьютера в лаборатории имелся вход для этого накопителя. Иван вставил «Иглу» в компьютер. Пока на мониторе бегал клубок, символизирующий загрузку, юноша протирал пальцы, вспотевшие от волнения. И вот, в мониторе любезно отобразилась папка с текстовым документом. Иван открыл его и принялся за чтение:

«14 апреля 2234 года.

Наконец, моя «Утка» совершила посадку на этой планете. Пока что я не рискну выходить без скафандра. Хотя компьютер уверяет, что атмосфера в норме. Мне нужно убедиться, что какая-нибудь пакость не залетит в ухо. В случае чего, до больницы отсюда не так уж и близко, несколько парсеков…

Пока ничего не могу сказать про данную местность. Одним словом, Рай. Пока не готов к тому, чтобы поковыряться в нём измерительными приборами — понять бы, как на это гипотетически может отреагировать местность.

15 апреля 2234 года.

Сегодня, отойдя на несколько метров от «Утки», я обнаружил у лесного порога силуэт. Я пока не стал к нему приближаться. Ждал, когда объект сам двинется навстречу. Кто знает, как бы объект себя повёл, если бы я первым сделал шаг? Конечно, колени мои замучились... Всё вечернее время я бродил в «Утке» будто палками вместо ног. А силуэт остался стоять.

16 апреля 2234 года.

Пока я спал, камера слежения фиксировала поведения объекта под лесным порогом. За семь часов моего пребывания во сне объект удосужился сделать два шага вперёд. И, как мне кажется, очертания объекта будто слегка преобразились.

Как бы объяснить. Когда я изначально заприметил силуэт, его очертания были округлые…как у человечка, сошедшего с фар светофора, который был в обиходе примерно два столетия назад. А сейчас у объекта появились какие-то кривизны. Рельефы. А некогда круглая голова взлохматилась.

17 апреля 2234 года.

Я погладил траву возле «Утки» и проследил за объектом. Он тоже погладил траву, но как-то неуклюже. Он чуть не упал.

18 апреля 2234 года.

Удивительное дело: я собирался сегодня побриться. Но не получилось. Щетина как будто отлепилась от моей бороды чёрными точками и улетела куда-то. И ногти… Я вчера подумывал их постричь, а теперь нет необходимости — они идеально отстрижены.

19 апреля 2234 года.

Бессонница. Но не могу сказать, что она меня мучает. Не хочу спать, и всё тут. Остаётся только бодрствовать.

И только сейчас обратил внимание на такую вещь…Ещё недавно у меня болело колено после многочисленных путешествий. Мне пришлось доложить начальству об этой проблеме… И начальство постановило, что этот рейд станет последним. Хотя, конечно, я взял на себя эту наглость заглянуть сюда. Напоследок. Очень уж не хочется расставаться с космосом.

А сейчас я обратил внимание: колено не болит.

22 апреля 2234 года.

Я три дня не вёл дневник по одной простой причине: я всё это время бежал вокруг «Утки». Я не почувствовал никакой усталости. Объект бегал вместе со мной. С этого дня я должен проверить состояние своего организма через микроскоп.

22 мая 2234 года.

Так я и думал. Результаты диагностики моего организма подтвердили догадки: я не старею. Похоже, даже через скафандр планета умудряется воздействовать на меня.

Поскольку мне уже нечего терять, я совершил прогулку без шлема. Мой друг-силуэт распался в пыль. Видимо, он не ожидал, что подо мной может оказаться ещё один «слой» головы.

23 мая 2234 года.

Удивительно ведёт себя материя: стоило мне разорвать рукой траву, как та распалась на мелкие частицы и пересобралась на прежнем месте. Я бы хотел применить лазер на каком-нибудь дереве, но не буду провоцировать здешнюю фауну.

29 июня 2234 года.

Я всё меньше начинаю беспокоиться о таком явлении, как время. Этот месяц пролетел незаметно. Я много брожу, провожу измерения, наблюдаю поведение пылинок различными путями. Даже иногда забываю вводить заметки, поскольку знаю, что могу ввести их попозже. Мне уже не придётся умирать.

Кажется, я нашёл для себя идеальное место. Всю вечность изучай эту планету, а вечности при этом не убавится! Жаль только, это бессмертие нельзя перенести на всю Вселенную. Впрочем, можно провести эксперимент…

12 августа 2234 года.

Я пришёл в себя после затяжной депрессии. Как оказалось, стоило мне на несколько метров отлететь за орбиту планеты, как я почувствовал прежние боли. Теперь ясно: если я хочу жить вечно, придётся оставаться здесь.

Но мне нельзя оставаться. Земля ждёт от меня информации! Да и просто ждёт меня. Но кажется, я недостаточно много получил информации об этой планете. Я хочу побыть здесь ещё.

12 августа 2235 года.

Я обратил внимание, что прошёл ровно год с момента этой записи. А я до сих пор застрял на этой планете. А силуэт, ставший моим спутником, уже обрёл черты моей давней подруги Василисы. Никак не могу забыть, как посещал с ней музеи в студенческие годы...

Я подарил силуэту копию фотографии и не прогадал: планета смогла сконструировать мою давнюю подругу. Я много говорил этому силуэту о своей жизни. Показывал фильмы, книги. Моя «Василиса» пока ещё учится познавать мой далёкий смертный мир. Она даже поняла, что есть такие понятия как «наказание» и «запрет». Она хотела порвать мою фотографию, но я за это влепил ей пощечину. Видимо, частицы на её лице так привыкли находиться в одном состоянии, что они не распались, когда моя ладонь соприкоснулась с ними. Пощёчина получилась настоящей.

Моя Василиса теперь познаёт, что такое обида.

...

14 апреля 2284 года.

Ещё один прилетел. Мне кажется, нашей планете не нужен ещё один счастливый узник вроде меня. Я выпровожу собрата. А Василиса отправится с ним. Устроим межпланетарный обмен. Я — смертный, остаюсь изучать планету, в которой царствует бессмертие. А Василиса — бессмертная, она отправится в планету, в которой познает смертность.

Похоже, Василисе пора отправиться туда, куда сама хотела. Пока новый пришелец тоже не заразился чарующим бессмертием на этой планете. Ради этого я даже преобразуюсь в змея, чтобы его прогнать. Многому же я тут научился...

Пора отпустить Василису в свободный полёт.

Признаюсь, мне страшно. Вот он, её «выпускной вечер». Больше я её не увижу. Если она хочет познать смертность, каковы гарантии, что она успеет вернуться сюда до летального исхода?

Тем более, я уже подготовил для неё «выпускное платье». Лягушачий скафандр. Моя новая разработка, сделанная из материалов запасной униформы и нескольких частиц этой бессмертной планеты. Надеюсь, Василисе не будет слишком тесно в этом скафандре. По крайней мере, находясь в ней, её молодость будет хранится вечно…

Записи вёл ваш дорогой товарищ Костя Бессмертный.»

Юноша откинулся в кресле. Его голова бурно кипела от новой информации. Многое вставало на свои места.

А между тем, «Игла» хранила терабайты непрочитанных истин!

Иван вспомнил, что не находил на той планете ни одного старого дерева. Ни одной жухлой травинки или опавшего рыжего листа. Эта планета не знала старения или просто энтропийного процесса… Планета Бессмертия. И посетил её Костя Бессмертный. Странник, много лет считавшийся пропавшим без вести...

Получалось, что Костя Бессмертный обучил Василису многим вещам: человеческой речи, манере поведения. Можно сказать, он смог перевоспитать несколько элементов одной планеты и вырастить из них целого человека. И на протяжении многих лет Костя воспитывал Василису так, как родители воспитывают своих детей. Благо, на той планете подобным можно заниматься целую вечность. И, скорее всего, Костя до сих пор обитает в том далёком Раю.

И лягушачий скафандр был разработан Костей Бессмертным, чтобы Василиса могла, находясь в нашей атмосфере, сохранять свои клетки от старения. Другое дело, что она не может провернуть фарш назад. То есть, даже если она на секунду вылезет из скафандра и вернётся в него обратно, то она всё равно постареет, хотя бы на секунду. Таким образом, получается, если Василиса намерена остаться бессмертной, то ей придётся никогда не вылезать из скафандра.

— Любопытно, — Иван активно перебирал извилины, — значит, Василиса действительно могла погибнуть от выстрелов… Значит, не зря я её спасал… Но понимала ли это Василиса? Почему она столько времени хранила доступ к «Игле» и не говорила код? Ждала, когда получит желаемое — страх перед смертью? Или она решила таким образом поблагодарить меня за то, что я спас от гибели? Но могла ли она знать наверняка, что она погибнет от лазеров на нашей планете? Или, может, она… Да… Пустое это — мышление инопланетной девицы понять. Ты у земных-то сперва расшифруй…

Не теряя времени, юноша поспешил поделиться открытием с отцом в его кабинете.

— Подлец этот твой Костя, — восклицал Иван. — Я-то думал, что первый всё сделал: и планету открыл, и её жительницу приручил. А оказалось, нет. Костя всему виной! Вот уж действительно, Бессмертный! О его вкладе в планетологии будут помнить веками!

— Не переживай, Ванюша, — папа махнул рукой. — Накатай векопись об открытии Кости, и на тебя будут ссылаться другие планетологи, когда будут писать свои диссертации. Тем более, получается, что Костя жив, и ты можешь получать от него сведения до бесконечности. Если ты, конечно, полетишь туда. В крайнем случае, можем туда Ягину послать. Думаю, она захочет свою жизнь продлить… И кожу проапгрейдить без лишних девайсов…

— А мне что делать? — спросил Иван.

— Сам решай, — отец отмахнулся. — В конце концов, Василиса — твой объект исследования. И она, судя по всему, не против того, чтобы ты её дальше изучал.

И юноша принял решение: пора выпускать Василису из камеры и дать ей возможность поглядеть на мир! Когда Иван покидал кабинет отца, ему показалось, что отец потянулся к бутылке с медовухой. Старика можно понять: нашёлся его старый товарищ, потерявшийся полвека назад. Отцу нужно побыть наедине.

А между тем Иван обнаружил камеру Василисы пустой. Похоже, она всё-таки смогла, обернувшись пылью, проскользнуть под дверью! Однако юноша нашёл свою беглянку достаточно быстро: та проникла на кухню. Иван увидел, как Василиса с размаху швырнула лягушачий скафандр в аннигиляционную печь.

Тряпка кривилась под лучами, распадаясь на бессмысленные точки. Юноша долго наблюдал за тем, как лягушачий скафандр терял своё существование… Иван взглянул на Василису. Удивительно, но её лицо выражало спокойствие.

— Ну и… на фига? — спросил Иван инопланетянку, лишившую себя бессмертия.

— В моей планете старость есть неизведанная страница, — пояснила Василиса. — И эту страницу я хочу прочесть на Вашей планете, как ваш Костя прочитал бессмертие на моей земле.

— Понятно, — грустно подумал Иван, — этот негодяй Бессмертный ещё и красноречию приучил…

Василиса взялась за ладонь Ивана.

— Надеюсь, эту смертность ты мне поможешь изучить, — сказала она.

Юноша, в принципе, не возражал.