Любовь

Я люблю тебя очень сильно и очень давно. Но я хочу, чтобы ты знал: я никогда не буду ломать твою жизнь. Я готова ждать: одну, две, сто, тысячу жизней. Ждать, пока Господь позволит нам быть вместе. Сейчас мы можем быть вместе только во снах. И такие сны периодически приходят ко мне. Как я благодарна за них Вселенной! Ведь в этих снах я могу держать тебя за руку, обнимать, говорить с тобой, целовать твое лицо. Смогли бы мы сейчас быть вместе? Вряд ли. Я не готова, ты не готов. У тебя семья, у меня – ну, у меня тоже своя жизнь. Мы можем быть вместе только во снах. И ждать тысячу жизней, чтобы оказаться рука об руку. Я готова ждать, я буду ждать.

Зима выдалась очень снежной. Снег все шел и шел, сугробы росли, снег заполнял собой все пространство между домами. Машины не могли выехать, люди не могли идти. Встречи отменялись, переговоры откладывались, жизнь остановилась. Рады были только дети и собаки - они радостно и весело копошились в сугробах.

Под снежной кашей был лед. До этого была оттепель, все растаяло, потом замерзло, а потом навалило снега. Я пробиралась по колено в снегу к дому и поскользнулась. Всю зиму не падала – и вот тебе! Больно и обидно до слез. Сзади меня схватила сильная рука: высокий парень поднял меня и поставил на ноги.

- Девушка, вы как? – спросил он участливо.

- Спасибо, вроде, нормально. – я отряхнула снег с сумки.

- Проводить?

- Не, не надо, – постаралась вежливо ответить я. Вот еще, провожатый нашелся.

С мужчинами у меня не клеится. Вроде и внимание обращают, и комплименты делают, а я как будто не вижу их. Как будто они для меня не существуют. На самом деле, мне хорошо одной, и кажется, что мне никто не нужен. У меня и подруг-то толком нет. В общем, я социофоб, наверное. Предпочитаю молчать в компаниях, спрятаться на собраниях и вообще быть менее заметной. Я устаю от людей, от их мелочных забот и разговоров ни о чем. Особенно, когда попадаю в компанию женщин, которые начинают обсуждать, как они варят борщ, или почему моему Васеньке поставили двойку по труду. Вот мне зачем эта информация, скажите на милость?

Наверное, может показаться, что я «сухарь», «синий чулок» или как там еще называют таких неженственных женщин как я. Мне не жаль людей, которые мне жалуются (ведь я в основном молчу, поэтому желающих «присесть на уши» хоть отбавляй), ноют, рассказывают о своих болезнях и неприятностях. А еще хуже – о болезнях и неприятностях своих родственников. Эмпатия – это явно не мой профиль.

Так вот: пойдет провожать, и начнется какое-нибудь нытье. Девушка бросила, цены растут, поясницу ломит, машину не откопать, начальник козел. А я не хочу это слушать! Я хочу про цветы и замки, про реки, горы и единорогов. Короче, «я читаю стихи драконам, водопадам и облакам». В общем, ненормальная я, вот что. Но спасибо, что подняли и на ноги поставили.

Когда-то все было по-другому. У меня были поклонники. Много. Были шумные компании, веселые студенческие пирушки. Мне нравилось внимание, хотелось всем нравиться. Влюблялась, как спичка вспыхивает – быстро, сильно, страстно, но и гасла быстро. А поклонники не могли так. Им надо было еще. Я уже перегорела, а они хотели дальше. Поэтому за мной закрепилась репутация стервы.

А потом я закончила вуз и пошла устраиваться на работу. Ходила по собеседованиям, и мне даже делали предложения, но все было что-то не то. И вот однажды я встретила его.

Офис, куда меня пригласили, находился в невзрачном здании какого-то обшарпанного НИИ. Ну-ну, подумала я, начало неплохое. Иностранная компания, а сидят в какой-то попе мира. Переговорка была под стать зданию: комнатка, давно не знавшая ремонта, старая мебель. Сэкономили ребята на аренде.

Собеседование проводил руководитель отдела, себе он и искал ассистента. Мужчина обычной внешности, в очках, довольно высокий, статный. Мы разговаривали, он задавал разные вопросы, попросил поговорить по-немецки. И вот бывает же так, что между людьми возникает что-то невидимое, неосязаемое, что-то необъяснимое и вечное – «мы звездная память друг друга». Это случилось и с нами. Как воспитанные интеллигентные люди мы, конечно, не подали вида. И вообще никогда не показывали ни друг другу, ни окружающим, что между нами что-то есть. Просто коллеги. У него семья, сын и дочка. У меня – у меня даже котенка нет. Я отличный работник: я исполнительная, ответственная, на меня можно положиться. Он так и говорил всегда: Я могу на тебя положиться. Мы часто сидели у одного компа. Он что-то мне показывал, какие-то таблички в Эксель, а я смотрела не на таблички, а на его руки, и мне хотелось взять его за руку и приложить к своим губам.

Иногда я думала: я провожу с ним больше времени, чем его жена. На работе он находится 9 часов, а дома – два-три, и спать. Эта мысль успокаивала меня: значит, я владею им больше, чем она. Я никогда не ревновала, ведь 5 дней в неделю он был только моим.Я всегда могла зайти к нему в кабинет, поговорить, обсудить рабочие задачи.

А потом случился тот корпоратив. Вот так все банально и просто. Мы отмечали в нашем офисе, было много алкоголя, и народ разбрелся по кабинетам. А в самой большой переговорке играла музыка, и оставшиеся желающие танцевали и орали песни. Я не знаю, как так оказалось, что включился медляк, и все разбежались, а мы с ним остались. И мы, конечно, стали танцевать. И это был единственный раз, когда мы были так близко. «Танцы вдвоем, странные танцы» - вот это играло. Мы дурачились, орали песню, под которую танцевали, в общем, все как будто в шутку, но на самом деле это было просто прикрытие. Я это знала, и он это знал. Нельзя было показывать своих эмоций, поэтому мы прикрывали их шуткой, игрой. Но я чувствовала по тому, как он сжимает мою руку – легко и осторожно, что между нами что-то существует. Музыка закончилась, мы оторвались друг от друга. Появились другие коллеги, веселье возобновилось. Волшебство пропало, но в моем сердце этот момент остался, как нестираемый след. Я до сих пор чувствую легкое пожатие его руки…

Мы продолжили работать, как ни в чем не бывало. Годы шли. Его дети росли, а брак только крепчал. Однажды я увидела в соцсети в его ленте фото его жены в красивом зеленом платье, и его подпись: Боготворю. Платье ей и правда было к лицу. Он ее боготворит. А как же я??

Не знаю почему, но мне не было больно. Ведь он принадлежал мне 5 дней в неделю по 8 часов, даже по 9, включая обед. Я могла видеть его, слышать, говорить с ним. Не могла дотронуться, ну и пусть. Я была счастлива уже тем, что он просто был в соседнем кабинете.

Мы работали вместе десять лет. Десять лет он принадлежал мне безраздельно. Он очень многому меня научил. Благодаря ему моя карьера пошла в гору. А потом он взял и уволился. Просто в один день. Перегорел. Ушел совсем в другую сферу, вот так разом. Бросил меня. Он меня бросил. Больше мы не общались, хотя так долго работали вместе. Но я не страдала. Потому что никто не может отобрать его у меня, даже он сам. Потому что он - в моем сердце.

Зима выдалась снежная, и я спешу домой по сугробам, чтобы поужинать и лечь спать, ведь есть шанс, что во сне я увижу его. В моих снах мы вместе, и он признается мне, что тоже любит меня. Я верю, что это так и есть. И я готова ждать хоть тысячу жизней.