Любовь к Плоти

Шёл мужик, высокий, белокурый, почерневший под суровым северным солнцем, с аккуратной таллинской бородкой. Минчалтали его звали. Делал он шаг и холм миновал, второй делал реку переступал и шёл он так по земле уже не один год. Бывало и страдал, а бывало и нет. Леса были ему по колено, а моря по пояс, небо подпирала его макушка, а ноги землю.

Шёл он так долго, года два, или четыре, или шестидесяти четыре и шёл бы также если бы однажды не ступила его грубая ступня на землю ту. Подкосилась его нога. Сам того не ведая наступил он на лодыжку прекрасной Чахалхели, что спала под той землёй.

Поднялась Чахалхели, рост во весь свой встала, подперев главой небо, упершись в твёрду землю, на Минчалтали тут взглянула. Взглядом тысячи звёзд, на него она смотрела. Руки широко расставив, как хватила его за плечи, да на землю повалила.

Горы синие поднялись, море красным закипело, Минчалтали приподнявшись, силы могучий направил, Чахалхели к себе прижал. Он могучими руками, её шеи так сжал что светило встало ново. Как за шеи взял так Чахалхели змеёй в плоть его впилась, да руки его перехватала и посыпались те руки мириадами звёзд.

Разошлись горы, затрещало небо, ведь не было людей сильнее них. Завертелись они, сплетясь, невыразимой хваткой. Где ступала Чахалхели - там провалы появлялись. Где Минчалтали отступал - там горы подымались. Не гром гремел - то кости их могучие хрустели. Не молния сверкала - то взгляд Чахалхели, встречался со взором Минчалтали.

И тогда грохотом гимн разнесся по миру. Не треск как пение. Где соприкасались их тела - плечо к плечу, бедро к бедру, взгляд ко взгляду - плоть светилась, раскаляясь их телами. Синева гор и краснота моря слились в единый фиолетовый рассвета. Они растворились друг в друге. Могучие ноги Минчалтали вплелись в тело Чахалхели, а её прекрасные руки в его рёбра.

И земля успокоилась. Провалы окатились, став долинами, океаны расступились, горы разрушились. А в глубине скал, в шепоте лесов, в пульсации недр осталось лишь оно что слилось неделимым в единое, и отчего тишина наступила на земле, исчезли боль и страдания, оставляя только смех и покой.