Любовь равняется к суициду

Примечание автора

З дравствуйте! Меня зовут Лаи.

Эту книгу я пишу уже довольно давно, но только сейчас почувствовала, что готова поделиться ею. Возможно, в процессе я буду что-то менять, но надеюсь, что этого не потребуется.

Я очень надеюсь, что эта история сможет вас тронуть. Для меня это один из самых любимых сюжетов, и я действительно старалась при его создании.

Краткое содержание

Его не будет, так как там может быть много спойлеров.

Жанры

Романтика и драма

Примечание автора №2

Действие в основном ведётся от лица главной героини, но в некоторых главах повествование может вестись от лица других персонажей. От чьего именно лица идёт рассказ, будет указано в начале главы. Если такого указания нет — значит, повествование ведётся от лица главной героини.

Любовь равняется к суициду

Lai Mi

Глава 1: Первый снег

Полгода. Шесть месяцев, как мы с Мио встречаемся. Мио — милый и добрый парень. С Мио мы знакомы ещё со средней школы. Мы учились в разных классах все три года, но на третьем году обучения вместе вступили в литературный клуб. Мы любили один жанр книг, у нас были общие интересы, мы идеально подходили друг другу — тогда-то я и поняла, что он для меня больше, чем друг. Я долго не решалась признаться, а после окончания средней школы так и не сумела рассказать ему о своих чувствах. Я не думала, что появится возможность это сделать, но в апреле, когда я поступила в старшую школу, я встретила там его. Мио поступил в ту же старшую школу. Я была этому так рада — это был мой шанс. Но после вступительной церемонии кое-что случилось. Полгода назад, после церемонии, Мио попросил меня остаться ещё на некоторое время. Когда все ученики разошлись по домам, я осталась одна с Мио. Мы стояли под сакурой, лёгкий, но тёплый апрельский ветерок обдувал нас, сдувая лепестки сакуры вверх. И тогда это и произошло. Полгода назад Мио признался мне.

Меня зовут Тачибана Кай, мне 16, и я учусь на первом году старшей школы. У меня есть парень — его зовут Сакураги Мио. У меня немного друзей, так что я безумно рада тому, что у меня есть человек, который может меня поддержать и который дорожит мной. Я люблю его.

Наши отношения длятся ровно полгода. Мио считает, что это очень важная дата. Но в последнее время он ведёт себя немного странно. Раньше он постоянно общался с одноклассниками, у него было много друзей, но в последнее время он говорит только со мной, постоянно хочет проводить время вместе. Раньше он всё время улыбался и смеялся, у него всегда было хорошее настроение, но в последнее время он почти не смеётся, а улыбается только мне — и это не та яркая улыбка, а мягкая, спокойная и чем-то даже… грустная. Он всё время хочет быть рядом со мной. Это очень мило, но я волнуюсь — всё ли у него хорошо?

В конце учебного дня, после уроков, когда я уже собирала вещи, Мио подошёл к моей парте.

— Эм, Кай, не хочешь прогуляться у моря? Посидим, поговорим… Я сыграю тебе на гитаре. Сочинил тут одну песню в честь полугодия наших отношений, — сказал Мио, мило улыбнувшись.

Я не считала эту дату настолько важной — это не год, но всё же, я видела, как это важно для него. Это было хорошо видно в его взгляде и той самой улыбке.

Я встала с места, а после нежно посмотрела на него.

— Пойдём скорее, чтобы успеть до темна. Тебе ведь ещё домой за гитарой зайти надо, — сказала я, после чего взяла его за руку, ожидая ответ.

— Ага, — произнёс он, мило и нежно улыбнувшись. От этого у меня внутри словно что-то сжалось, а я немного покраснела.

Мы, держась за руки, пошли к его дому.

Мы немного прогулялись у моря. Солнце еще не садилось, но было не так ярко, как днём. Атмосфера была очень романтичной.

Мы сели на невысокое бетонное ограждение, с которого открывался вид на море. Мы сидели, он играл на гитаре. Я любила слушать, как он играет, как поёт — его голос меня успокаивал. В такие моменты я не хотела думать ни о чём, кроме того, как сильно я его люблю.

В какой-то момент он просто взял и остановился. Он начал смотреть на море — улыбка стерлась с его лица. Его взгляд стал таким грустным… Я не понимала, что случилось. Он опустил голову вниз и, улыбнувшись, что-то пробормотал, но я не смогла разобрать что. Вдруг он отложил гитару в сторону и встал.

— Встань, пожалуйста, напротив меня, — сказал он нежным голосом.

Я встала напротив, всё ещё не понимая, что происходит. Он подошёл ко мне поближе и обнял. Так крепко. Очень крепко. Я не понимала, что происходит.

— Я люблю тебя. Очень люблю. Спасибо тебе. И прости за то, что навязываюсь, и за всё остальное. Просто я правда люблю тебя, — шёпотом сказал он мне на ухо.

Я вздрогнула. Сердце ушло в пятки. Меня накрыла паника, по телу прошлись мурашки. Было ощущение, что сейчас заплачу, но я держалась. Я слышала эти слова раньше… нет, видела. Не может быть. Он не такой. Он любит меня. Я начала успокаивать себя. Я не могла обнять его в ответ — тело не двигалось.

Он отпустил меня и, мягко взяв за плечи, нежно поцеловал в щёку. Но я не почувствовала ничего — в тот момент я лишь надеялась, что он и вправду меня любит.

— Встретимся сегодня ещё раз? Вечером? — спросил он, смотря мне в глаза.

В тот момент я наконец очнулась.

— Ага, — тихо произнесла я, глядя в пол.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Мио.

— Да нет, всё хорошо, — я выдавила из себя улыбку.

— Тогда я тебе позже напишу, хорошо? — спросил он, пряча гитару в чехол.

— Хорошо, — произнесла я, глядя на него.

— Тогда до встречи, — сказал он, ярко улыбнувшись и помахав мне рукой. Я давно не видела эту улыбку.

Я легко помахала ему, а после просто смотрела ему вслед.

Уже дома, вечером, я ждала сообщения, но ничего не приходило. Я уже и не думала, что он напишет. Я уже собиралась ложиться спать, как вдруг мой телефон завибрировал. Там было сообщение от Мио. В нём было написано:

Я жду тебя на крыше школы. Приходи как можно скорее. И помни — я люблю тебя.

По коже пошли мурашки. Я не верила. Его сообщение заставило моё сердце биться невероятно быстро, у меня возникло чувство дежавю. Я накинула на себя куртку и выбежала из дома. Я помчалась в школу. Она была закрыта, но я знала, как попасть на крышу. Открыв дверь на крышу, холодный ветер ударил мне в лицо. На крыше сидел Мио — он легко перебирал струны своей гитары и смотрел в небо. Вдруг он остановился и посмотрел на растерянную меня.

— Ты всё-таки пришла. Я рад, — сказал он, мило улыбнувшись. Сейчас он выглядел намного счастливее, чем днём. Может, я себя просто накручиваю?

Я молча подошла и села рядом.

— У тебя всё хорошо? Выглядишь не очень, — произнёс он, нежно посмотрев мне в глаза.

— Всё в порядке.

Он улыбнулся и продолжил играть. Он спел мне ту самую песню, которую написал — это было очень мило. Я улыбнулась, на душе стало спокойно. Я наслаждалась этим моментом, глядя на звёзды в небе.

— Тебе не холодно? — спросил он, закончив играть.

На улице и вправду было холодно, а я ещё и была в одних шортах и лёгкой куртке. Он снял с себя свою куртку и надел на меня. Он мягко смотрел на меня. Я немного удивилась.

— А как же ты? — спросила я, растерянно смотря на него.

— Она мне уже не понадобится.

Он отложил свою гитару. На крыше было невысокое бетонное ограждение с низким заборчиком. Он перелез через него и встал на самый край. Он стоял, держась за заборчик, смотря вниз. Я не могла и двинуться. Меня охватил страх и шок. Я знала… знала, что то, что он сказал, было сказано не просто так.

— Я люблю тебя, — сказал он, после чего разжал руки, и его тело начало падать вниз.

Я наконец поняла, что происходит. Я вскочила с места. Его куртка упала с моих плеч. Я попыталась схватить его до того, как он упал, но не успела. Он начал быстро падать вниз. Я просто стояла и смотрела, как он приближается к смерти. Внутри было пусто. Но как только он упал на землю — я очнулась. По моим щекам начали течь слёзы. Я не верила в это. Я была в ужасе. Я плакала как вне себя, кричала со всей силы, глядя вниз. В этот момент пошёл снег. Это был первый снег. Мио лежал на холодной земле, истекая кровью, а мягкий, белый снег покрывал его безжизненное тело*. Я кричала и плакала, винила себя. Я не смогла ему помочь. Я всё видела — видела, что ему было плохо, но просто молчала. Я виновата. Я вспомнила, то что он пробормотал ранее было:

Так грустно осознавать то, что сегодня я умру.

Я кричала так громко, что это услышал охранник. Я не могла и слова произнести — у меня была истерика. Он посмотрел вниз и сразу вызвал полицию и скорую. Мио не удалось спасти — он умер.

Я сидела в полиции, давала показания, но не могла сказать ни слова. Я была опустошена. Я знала, что так и будет. Те слова, которые он сказал… я видела их ранее. В сообщении. Больше года назад.

*Примечание автора:

Прошу прощения, но в тот момент я хотела написать, что сочетание крови и снега выглядит невероятно красиво. Потом подумала, что это может прозвучать слишком жестоко...

Но ведь я же права, правда?

Глава 2: Луч света во тьме

Я сидела в полиции, давала показания, но не могла сказать ни слова. Я была опустошена. Я знала, что так и будет. Те слова, которые он сказал… я видела их ранее. В сообщении. Больше года назад.

В конце второго года средней школы у меня появился парень. Его звали Рё. Наши отношения были не слишком серьёзными, мы иногда держались за руки, гуляли вместе, но не более. Я даже не могу сказать, что любила его, это было больше похоже на симпатию — он мне нравился, и я ему тоже. В один из дней, когда я уже собиралась спать, Рё написал мне сообщение:

Спасибо тебе за всё, Кай. Я люблю тебя. Прости.

Тогда я не поняла, к чему это сообщение. На следующее утро после этого я, как обычно, пришла к Рё. Мы всегда ходили в школу вместе. Он жил недалеко от школы, я всегда заходила за ним, и мы вместе шли туда. Но в это утро было по-другому. Когда я пришла, его мать открыла мне дверь. Она сказала, что думала, у нас выходной, по крайней мере, так ей сказал Рё. Она сказала, чтобы я пошла разбудила его.

Войдя в комнату, я оцепенела, школьная сумка выпала из рук, после я упала на пол, по щекам потекли слёзы, после чего я закричала. Рё сидел на полу, опершись на кровать. Он был весь в крови, в его руках лежал нож — небольшой кухонный нож, которым он перерезал себе вены.

На мой крик прибежала его мать. Она подбежала ко мне, а после, увидев сына, бросилась к нему, после чего вызвала скорую. Врачи не сумели его спасти, они осмотрели его и констатировали смерть от потери крови. Рё сделал это ранним утром. Он сказал, что в школу ему не надо, чтобы его мама не пришла его будить. Он засунул в рот полотенце, чтобы, если закричит, не разбудить мать.

После этого я некоторое время не ходила в школу, не могла отойти от этого.

Начало третьего года обучения далось мне невероятно трудно. Именно тогда я и встретила Мио. Он мне очень помог в то время, я была очень благодарна ему за это. Но сейчас его больше нет и не будет рядом.

После происшествия на крыше, так же как и после смерти Рё, я несколько дней не ходила в школу. Я наконец-то решилась прийти. Всё казалось нереальным… Люди смотрели на меня. Я чувствовала на себе их взгляды, слышала шёпот за спиной. Они знали, что Мио больше нет. И они винили меня. Да что уж говорить — я сама себя винила.

— Слышала, Кай, твой парень покончил с собой, — произнёс один из одноклассников, который всегда шутил, даже в самых неподходящих ситуациях.

— Это не так, — произнесла я, но мой голос был слишком тихим, чтобы его кто-то услышал.

— А что, ты думала, что всё будет хорошо? Он был слишком чувствительным. Ему не следовало с тобой встречаться, — усмехнулся он, и я почувствовала, как сердце сжимается от боли. Каждый день мне приходилось слышать это, а в глазах окружающих я видела только осуждение.

Каждый шаг по коридорам был мучительным. В голове путались мысли: " Почему я не остановила его? " " Может, если бы я сделала что-то иначе, всё было бы по-другому? " Но ответа не было, только невыносимая тяжесть. Я хотела бросить школу, уйти. Но вместо этого я решила доучиться.

В апреле, на следующий учебный год, я была одна. У меня больше не было друзей, даже первогодки не решались со мной заговорить.

Новый учебный год. Моё место было в самом конце класса, через парту от окна, слева от той, что стояла прямо у него. Я сидела и смотрела в окно, место рядом пустовало. Интересно, кто там сидит? Когда учитель вошёл в класс, вместе с ним вошёл ещё кто-то. Это был парень среднего роста, на нём была наша форма. Новый ученик? Учитель просто указал ему на место, где он может сесть — место возле окна, а именно рядом со мной. Он сел и начал смотреть в окно, а я уже смотрела на него. Я точно не видела его на вступительной церемонии и в первые дни учёбы — я бы его точно заметила. Он не сильно выделялся: у него были светлые волосы, но не блондинистые, они были не очень длинные, но не короткие, они падали ему на лицо по бокам. Глаза у него были голубовато-серые. Единственное, что отличало его от других учеников — это то, что он не проявлял эмоций. Его взгляд был спокоен и пуст, никакого намёка на эмоции. Он заинтересовал меня, так как я не видела людей с подобным поведением.

В какой-то момент краем глаза он заметил меня и обернулся. В этот раз мы смотрели друг на друга. Его спокойный взгляд смотрел мне прямо в душу, я чуть напряглась.

— Что-то случилось? — спросил он.

— А, нет.

Я отвела взгляд. Он не сказал мне в ответ ни слова, а просто повернулся и продолжил смотреть в окно. Я немного удивилась. После этого я на него не смотрела.

На уроке истории я поняла, что забыла учебник. Я не была сильно социализирована, а в моей ситуации мне было ещё труднее, я не знала, у кого его попросить.

— Что-то случилось? — спросил тот парень, заметив мою суету.

— Я просто забыла учебник, но ты не переживай, я сама разберусь.

— Да я и не переживал, просто поинтересовался, — сказал он спокойным и безразличным голосом.

Я всё-таки решилась попросить учебник у одноклассницы, что сидела справа от меня. Но ничего не получилось. Она начала искать отмазки — я знала почему. Я не стала настаивать. Вдруг я услышала, как ко мне сзади кто-то подошёл. Я повернулась.

— Отойди, пожалуйста, — сказал тот парень.

После того как я отошла, он пододвинул мою парту к своей, после чего, положив посередине учебник, сел на своё место. Он всё это сделал с таким безразличием. Я не стала ничего говорить, а просто села за своё место.

Урок был скучным. Хоть раньше я и была прилежной ученицей, но историю я не любила никогда. Я сидела, смотря в одну точку. Затем я услышала звук — у парня рядом упала ручка. Я начала снова смотреть на него. Не было похоже, что он был сильно заинтересован, но он всё равно делал записи и слушал, что говорит учитель. Только в этот момент я осознала, что пол урока сижу рядом с парнем, которого совсем не знаю. В итоге я решилась с ним заговорить.

— Эм, — это было единственное, что я смогла из себя выдавить.

— Что-то случилось? — опять спросил он.

— Ну, я тут это… Эм, а как тебя зовут? — Какая же я дура, это, наверное, так тупо прозвучало.

Мне хотелось провалиться под землю.

— Зачем тебе знать моё имя? — спросил он, посмотрев на меня с тем самым безразличием.

— Ну, мы же одноклассники, мне надо знать, как к тебе обращаться.

— Мори. Мори Кайто, — сказал он, после чего продолжил слушать учителя.

— Кайто, значит. Приятно познакомиться, — сказала я, мило улыбнувшись.

— Называй меня по фамилии. Я тебе не друг, чтобы обращаться по имени.

Я чуть удивилась, но это было логично — не все хотят, чтобы их звали по имени.

— А тебя как? Мне ведь, наверное, тоже надо знать, — сказал он, смотря на меня тем самым мягким безэмоциональным взглядом.

— Я Тачибана Кай.

— Ясно, — сказал он, после чего продолжил слушать учителя.

Я не стала больше ничего говорить, просто положила голову на парту и тоже стала слушать учителя, хотя я не сильно вникала в то, что он говорил. Так и пролежала до конца урока.

Это был последний урок, так что все собирались по домам. Я подошла к Мори — он собирал свои вещи и уже собирался уходить.

— Эм, Мори, спасибо за учебник, — пробормотала я.

— Ага. Только, как понимаю, тебе он всё равно был не нужен — ты в него даже ни разу не заглянула.

— Это, ну я… — я не знала, что сказать.

Он что, смотрел на меня?

— Научись нормально говорить, а то только мямлишь, — сказал он. Его лицо было безэмоциональным, но это прозвучало чуть жестоко.

— Сказал тот, кто кроме фразы «что-то случилось?» больше ничего не знает.

— Могу говорить по-другому, если тебя это устроит.

Он меня почему-то взбесил.

— Ладно, пока. Скажи, если ещё понадобится помощь, — сказал он, помахав рукой и выйдя из класса.

Этот парень… он бесил меня, но одновременно с этим говорить с ним было как-то легко.

В один из дней я сидела на подоконнике, закинув ноги на него, в пустом классе, читала мангу. В классе было очень тихо — идеальная атмосфера, чтобы сконцентрироваться. Я настолько погрузилась в чтение, что не обращала внимания на происходящее вокруг: ни на разговоры в коридоре, ни на людей на улице. Но было то, что вывело меня из транса. Голос — мягкий, нежный, спокойный. Я сразу его узнала — он сильно выделялся среди остальных голосов.

— Тачибана, можно поговорить? — спросил парень, встав в дверном проёме. Это был Мори.

— Да. Что-то случилось? — спросила я, закрыв мангу и положив рядом с собой.

— А разве не ты меня недавно отчитывала за эту фразу?

— Чего тебе? — сказала я, после чего хотела слезть с подоконника.

— Сиди. — Он сел напротив меня на подоконнике, закинув одну ногу на него.

Я удивилась — он выглядел таким спокойным и безразличным.

— У тебя был парень? — сходу спросил он.

Я немного замешкалась, но всё же ответила:

— Да. И не один. Два.

— И оба покончили с собой?

Мой взгляд вмиг опустел. Я лишь кивнула.

— Извини за этот вопрос, но можно ещё кое-что спросить?

Я посмотрела на него, а после снова кивнула.

— Над тобой издеваются?

Сердце забилось чуть быстрее.

— Да, — прошептала я.

Я снова взяла мангу в руки, словно пытаясь спрятаться.

— Ясно, — сказал он, после чего спустил ногу и сел нормально. Он начал смотреть вниз, словно что-то обдумывая.

Он хотел что-то произнести, но не стал.

— Хочешь, я помогу тебе? — неожиданно спросил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Станем товарищами?

Я не знала, что ответить.

— Можешь просто кивнуть, как ты ранее делала, — он издевается?

Я всё же кивнула.

— Ну и хорошо, — он спрыгнул на пол. — Тогда до завтра, Кай.

Он вышел из класса, а я осталась сидеть одна. Он назвал меня по имени.

Глава 3: Начало чего-то нового

Уже прошёл месяц с начала учебного года. Мы с Кайто стали товарищами: он каждое утро здоровается со мной, иногда я ему что-то рассказываю, но он мне никогда ничего не говорит. На обеденных перерывах я одна, он обедает с ребятами из класса. Не похоже, что ему с ними интересно, но всё же, я никогда не встревала в их разговоры. Мы с Кайто стали ближе, но мы всё равно очень далеко. С Мио мы за месяц намного быстрее сблизились, чем с Кайто — он слишком закрытый, он никогда не говорил о себе. Может, он просто не хочет со мной дружить, а делает это просто из жалости.

На одном из обеденных перерывов я опять была одна — сидела за своим местом в пустом классе, читала мангу. Почему-то тут никогда никого нет, все всегда обедают в других классах либо в кафетерии.

Я услышала, как дверь в класс тихо отъехала в сторону. В класс вошёл Кайто.

— Опять одна сидишь, — сказал он, взяв стул и сев рядом. — Найди уже себе друзей.

Он сказал это, как обычно, с безразличием, но прозвучало это больше как претензия.

— А ты почему здесь? Ты же обычно с другими обедаешь.

— Они решили пообедать на крыше, а вход туда запрещён. Не хочу неприятностей.

Вход на крышу всегда был запрещён, но после случая с Мио правила стали ещё строже.

— Ты чего не ешь? Не взяла ничего с собой? — спросил он, облокотившись на парту.

— Я обычно бэнто не готовлю, покупаю что-нибудь в кафетерии, но сегодня забыла деньги.

— Ясно, — сказал он, после чего встал. — Жди здесь.

Он вышел из класса.

Спустя минут семь Кайто вернулся, у него в руках был пакет.

— Я не знал, что брать, поэтому взял несколько. Выбирай, — он протянул мне пакет.

— Зачем? Ты не должен был.

— Должен — не должен, я уже сделал, так что уже всё равно.

Я очень удивилась, но всё же приняла.

— Почему ты помогаешь мне? — решилась спросить я.

— Секрет.

— Я хочу знать. Ты делаешь это из жалости?

— Я же сказал — секрет. Я расскажу, когда буду готов, — он посмотрел мне прямо в глаза. Его пустой взгляд смотрел прямо в душу. — Но пока знай: нет, не из жалости. У меня есть свои причины.

Он встал и поставил стул на место, после чего сел за свою парту и, положив голову на неё, решил немного поспать до начала урока. Я не знаю, что происходит, но я рада, что я не одна.

Следующим уроком была алгебра. Я сидела и слушала учителя, иногда что-то записывала. Вдруг я заметила, что Кайто так и спал — уже прошло около пятнадцати минут урока, а он и не собирается просыпаться. Я ткнула в него ручкой, чтобы разбудить. Кайто проснулся от моего тычка, но было уже поздно — учитель подошёл и встал напротив его парты.

Кайто поднял голову. По его выражению лица даже не было видно, что он спал — словно он просто лежал все эти пятнадцать минут.

— Мори, если ты такой смелый, чтобы спать у меня на уроках, иди и реши уравнение на доске, — сказал учитель, протянув ему мел.

Наш учитель был достаточно строгим.

Кайто как ни в чём не бывало взял мел и подошёл к доске. На моё удивление, он достаточно быстро решил уравнение, да ещё и не совершил ни единой ошибки — всё было расписано и написано правильно и понятно. Он сел на своё место и в этот раз начал слушать учителя.

Как он может делать это всё с таким выражением лица?

После уроков, когда Кайто выходил из класса, я последовала за ним. Выйдя на улицу, он остановился, после чего развернулся и посмотрел на меня.

— Ты что, сталкер?

— Нет, я просто… — я немного растерялась. — Ты сейчас куда?

— Домой, куда ещё?

— У тебя нет никаких планов?

Он странно посмотрел на меня. Его взгляд был, как обычно, пустым, но в нём виднелось презрение.

— Нет. А что?

— Не хочешь прогуляться немного? Просто пройтись по городу? — спросила я, наконец-то решившись.

________________________________________

В торая часть главы будет произведена от лица Кайто Мори.

Она смотрела на меня, дожидаясь ответа. В её взгляде была надежда на то, что я соглашусь.

Она правда этого хочет?

Я не горел желанием гулять с ней, но пройтись по городу в принципе можно. Если это её сделает счастливой — то почему бы и нет.

— Просто пройдёмся, — произнёс я, после чего продолжил идти к выходу со школьного двора.

Она немного замешкалась, а после пошла за мной.

Мы шли по улице, людей почему-то не было. Мы шли на одной линии, на расстоянии более метра друг от друга. Мы шли молча. Думаю, это бессмысленная прогулка.

В какой-то момент Кай отстала от меня. Она остановилась и смотрела на что-то через стекло магазинчика, мимо которого я только что прошёл. Я решил вернуться, чтобы посмотреть, на что она смотрела. Подойдя к ней, я увидел: она смотрела на моти.

— Хочешь купить?

— Не знаю, выглядит вкусно.

— Ха-х, — вздохнул я. — Давай зайдём.

Она выбирала, а я просто стоял рядом и ждал.

— Ты будешь?

— Нет, — я ответил холодно, как и всегда.

Она выбрала пару штук, а после хотела оплатить, но я решил сделать это вместо неё. Я протянул кассиру 1000 йен и просто вышел из магазина. Было видно, что она удивилась. Это ничего не значит, я просто захотел сделать что-то хорошее.

Выйдя из магазина, я остановился. В голове пронеслась мысль.

— Что-то не так? — спросила она.

— Просто задумался.

— О чём?

— Неважно.

Мы продолжили идти. Она достала моти, которые купила, и протянула мне один.

— Возьми, — она отвела взгляд. — Ты же за них заплатил.

Я немного замешкался. Я правда не хотел, но из вежливости принял.

Моти было вкусным. Она высказывала всё, что о нём думает, описывала его вкус и улыбалась. Было видно, что ей вправду понравилось. Я же, в свою очередь, кроме вкуса, ничего не почувствовал. Никакого восторга — мне было всё равно.

Мы продолжили идти в тишине. Она несколько раз пыталась завести разговор, но ни разу не произнесла ни слова. В какой-то момент она снова остановилась. Я обернулся.

— Ты чего застыла?

— Дождь, походу, идёт, — сказала она, смотря в небо.

И вправду — мелкие капли дождя начали капать.

— От маленького дождя ничего не будет, пойдём, — я продолжил идти. Она быстрым шагом подбежала ко мне.

Дождь немного усилился, но незначительно.

— Может, пойдём лучше переждём? — спросила она.

— Не сахарная, не растаешь.

Лучше бы я её послушал, ведь через каких-то пару минут пролился ливень. Повезло хоть, что на улице тепло. Мы побежали и спрятались под козырёк ближайшего круглосуточного. Кай смеялась. Я не мог понять, почему. Хотя, ситуация правда была немного смешной. Я не мог посмеяться вместе с ней — я не чувствовал ничего, что могло бы вызвать у меня такие эмоции. Смех Кай был чистым. Любой парень на моём месте посчитал бы его милым, но я не чувствовал ничего.

Кай поправляла волосы, которые успели промокнуть. Я знал, где она живёт — так как она умудрилась в этом месяце заболеть, и именно меня попросили занести ей домашнее задание. До её дома оставалось недалеко, но я всё равно снял с себя пиджак и протянул ей. Она была одета в одну школьную форму без него, так как на улице было тепло, но из-за дождя она могла замёрзнуть. Я подумал, что должен поступить именно так.

— Прими его как благодарность.

Она с недоумением смотрела на меня.

— За что?

— За этот день. Я давненько не выбирался никуда, даже просто прогуляться по городу. Мне было… — я пытался заставить себя улыбнуться, но это было тщетно, поэтому я просто сказал: — весело. Мне было весело.

Я говорил это с тем самым безразличием, что и обычно. Я соврал. Я не знал, как мне сегодня было — весело или просто интересно. А может, просто в моей жизни случилось что-то новое, помимо учёбы.

Она приняла пиджак. Мы постояли ещё несколько минут, и ливень закончился. Под лёгким дождём я проводил её до дома. Пока мы шли, расстояние между нами чуть сократилось, но не сильно. Когда мы были совсем близко к её дому, она хотела отдать мне пиджак, но я отказался.

— Мне пройти тут метров сто, а тебе ещё ехать, — сказала она, сняв с себя пиджак.

— Плевать. Лучше ты пройди эти сто метров в тепле, а я как-то сам разберусь.

Я помахал ей рукой и ушёл.

Глава 4: Дежавю

Глава будет произведена от лица Кайто Мори.

В один из дней мне понадобилось съездить в центр — зайти в один магазин. Я не очень люблю выходить из дома, но здесь пришлось. Я шёл по улице, был уже вечер, солнце только садилось, всё было как обычно. Людей почти не было. Вдруг я услышал, как кто-то вскрикнул — это был женский голос. Может, ей нужна помощь?

Поняв, откуда шёл звук, я прошёл дальше. Он исходил из узкого переулка. Я пошёл туда, и, встав напротив, увидел, как двое парней пристают к девушке. Я хотел просто уйти — я её не знаю, и это не моё дело. Но тело не двигалось, я не мог просто пройти мимо. Словно что-то внутри мешало это сделать. Нет, не чувство жалости к ней или ответственности как к мужчине — что-то другое.

Я вошёл в переулок.

— Эй, что вам от неё нужно?

— А ты ещё кто? — сказал один из парней. Его речь звучала так, словно он был под чем-то.

— Слушай, ты её знаешь? — спросил второй. Он выглядел нормально. — Если нет, то вали и не мешай.

Я бы с удовольствием свалил, но набить морду каким-то уродам мне хотелось больше. Девушка выглядела очень напуганной, в её взгляде виднелась надежда. Я больше не имел права просто развернуться и уйти. Я стал медленно подходить к ним.

— Держи её, а я с ним разберусь, — сказал тот, что был под веществами.

Он подошёл ко мне и взял за воротник. Он был выше меня и массивнее, но это ничего не значило. Я взялся за его руку.

— Отпусти, — произнёс я спокойно. Я не мог сказать это как-то угрожающе.

Видимо, это его не устроило. Он посмотрел на меня с такой яростью — аж противно стало.

— Не делай вид, что тебе не страшно. Глаза расслабил — и уже всё, непобедим? — Он усмехнулся. — Ты же ещё жалкий школьник. Может, всё же уйдёшь по-хорошему?

— Нет.

— Ну тогда тебя отсюда вперёд ногами вынесут.

Он ударил меня со всей силы прямо в лицо, так, что я свалился на пол. Я провёл рукой по лицу — остался след от крови. Удар был неплохой, но если человек не сопротивляется, то и первоклассник так сможет. Я поднялся и просто посмотрел на него.

— Тебе мало?

— Нет, пока достаточно, — сказал я, потирая нос.

— Тогда вали, пока ещё не получил.

Я молча подошёл к нему.

— Ну ты сам напросился. Другого шанса я тебе не дам.

Он попытался ударить снова, но я остановил его руку. Нет, драться я не умею — точно так же, как и он. Он бил наобум. Я ударил его второй рукой, пока он пребывал в шоке, ударил ещё раз. Костяшки рук болели, я не привык к этому. Когда он упал на пол, я начал избивать его ногами — так было проще. В какой-то момент он пришёл в себя и остановил мою ногу своей грязной ручонкой.

— Ах ты ж, сукин сын.

— Да, ты прав. Моя мать ещё та сука, — после этих слов я ударил его изо всех сил.

Я увидел, что второй парень убежал. Испугался? Девушка тоже убежала.

Я уже думал уйти, но мне перекрыли дорогу. Тот парень не убежал — он побежал за подмогой. Я не думал, что смогу справиться. Вырубить двух-трёх человек ещё мог бы, но их было больше восьми — я им не противник. Я был достаточно спортивным и умным, но этого недостаточно. Они были массивнее. Мне надо было уходить. Я решил уйти с другой стороны, но и там мне перекрыли дорогу. Меня окружили.

— Чёрт.

Один из них быстрым шагом пошёл ко мне. Я постарался отойти назад, но меня остановили. Двое сзади схватили меня, а тот ударил. Этот удар был сильнее, чем у первого парня. Он ударил несколько раз, после чего мне надоело. Я вырвался и врезал ему так сильно, как только мог. Это его взбесило. Он прижал меня к стене, держа за шею, и начал бить в живот. Я отбивался. Я смог ударить его ногой прямо в пах — этого было достаточно, чтобы он разозлился ещё сильнее. Один из них держал меня, а другой бил. Остальные стояли и смотрели. Я больше не мог отбиваться — у меня просто не было сил. Я сдался. Они продолжали избивать. Мне было всё равно. Только сильная физическая боль. Больше ничего. Он ударил в лицо, затем в живот, потом начал бить коленом в пах до тех пор, пока я не свалился. Он продолжал избивать.

Дежавю. У меня было дежавю.

Когда они закончили, они просто ушли. На удивление, раны были не серьёзными, никаких переломов. Я просто был измотан и чувствовал себя хреново. Я думал, что дойду до станции, а потом и домой, но сил хватило только на то, чтобы выйти из переулка. Я сел, оперевшись на стену. Людей по-прежнему не было. Мне было тяжело, глаза закрывались, думал потеряю сознание.

— Как же я жалок, — прошептал я. — Так и не смог стать сильнее.

Я так и не смог постоять за себя. Даже виня себя, я ничего не чувствовал. Всё это время мои глаза были пусты. Ни страха, ни боли — ничего в них не было. Я ничего не чувствую. Какая же я мразь. Может, было бы лучше, чтобы они меня убили. Мне было бы всё равно. Я бы не боялся. Я бы ничего не чувствовал.

Полился сильный ливень. Вряд ли бы люди вышли в такую погоду. Я хотел вызвать такси, но телефон был разбит. Он не включался. Сил дойти до дома не было. Я просто сидел и ждал, когда мне станет легче, чтобы пойти домой. Глаза постепенно закрывались, я потихоньку терял сознание от усталости. Глаза закрылись. Я сидел там не так долго — минут пятнадцать от силы. Но это время длилось вечно. Ливень продолжал лить, я был уже полностью промокшим. В какой-то момент ливень прекратился. Я больше не чувствовал, как капли дождя падали на меня. Хоть я больше не мок, но звук капель, падающих на землю, был. Но я не чувствовал их. Дождь не прекратился?

Я открыл глаза. Передо мной кто-то стоял. Это была девушка, лица я ещё не видел, но был уверен.

— Кай? — спросил я, после чего поднял голову.

Кай стояла и держала надо мной зонт.

— Почему ты тут? — спросила она, присев на корточки.

Я просто промолчал.

— Тебя избили? Как и почему?

— Неважно, — я встал, собираясь уйти, но двигаться было больно.

— Ты же весь промок. Пойдём ко мне.

— Не беспокойся обо мне.

— Сегодня холодно, ты же простудишься, — она не собиралась отпускать меня. — Пойдём ко мне, хотя бы согреешься и раны обработаем.

Я остановился. Кай жила неподалёку, в отличие от меня. На улице правда было достаточно холодно, да и уже стемнело. Зайти к ней было лучшим решением.

— Только ненадолго.

Она улыбнулась. Подойдя ко мне, она протянула мне зонт. Я принял его. Она взяла меня за руку и потащила за собой. Я держал зонт так, чтобы он покрывал нас обоих. Я не знаю, что обычно испытывают парни, когда девушка берёт их за руку — трепет в сердце или смущение? Я же в свою очередь не почувствовал ничего. Только небольшую неприязнь — я не очень люблю прикосновения. Я мудак, если так себя веду? Её рука была меньше моей, было ощущение, что если сожму её в ответ — она сломается.

Мы подошли к её дому. Она доставала ключи из рюкзака, а я держал зонт над её головой.

— Дома никого нет, — произнесла она, открывая дверь.

Это хорошо. Было бы трудно объяснить, кто я.

— Простите за вторжение, — сказал я, войдя внутрь.

Её дом был не огромным, но и не маленьким — два этажа, несколько комнат. Всё выглядело достаточно современно и уютно.

— Моя комната на втором этаже, первая дверь слева. А я пойду возьму тебе сменную одежду.

Я послушал Кай и пошёл в её комнату. Она была не маленькой. Односпальная кровать, шкаф, компьютерный стол и небольшой низкий столик. Стоял стеллаж с книгами и мангой, и несколькими фигурками из аниме.

Кай вошла в комнату.

— Это одежда моего брата. Он чуть выше тебя, но не думаю, что это будет проблемой.

Она протянула мне одежду и вышла из комнаты, чтобы я переоделся.

Так у неё есть брат.

Я переоделся. Кай усадила меня за маленький столик и принесла попить. На часах было уже полдесятого вечера. Я знал, что мне надо домой, но не хотел показаться невежливым. На самом деле я пожалел, что пришёл, но не показывал вида.

— А где родители? — спросил я.

— Уехали к друзьям, их пару дней не будет.

— А брат?

— Где-то шляется вечно. Видите ли, “он уже студент, ему можно”.

Не было похоже, что у них хорошие отношения, учитывая, с какой грубостью она это произнесла. Хотя, кто я такой, чтобы судить.

— А у тебя есть братья или сёстры? — спросила она.

От её вопроса я чуть не подавился водой. Я немного задумался, но всё же ответил:

— Есть. Брат.

— Младший или старший?

— Младший, — мой голос звучал неуверенно. Давно я такого не чувствовал.

— Так ты у нас старший брат, значит. Здорово.

— Я с ним даже не общался почти. Просто жили вместе.

Она посмотрела на меня, словно что-то подозревала. Я уже знал, что она скажет.

— Знаешь, ты никогда не говорил о себе, — она сжала руки. — Расскажи, пожалуйста.

Я хотел отказать, но было видно, что она действительно хочет знать. Я собрался с мыслями.

Глава 5: Потеря чувств

Глава будет произведена от лица Кайто Мори.

Я не был желанным ребёнком. Родители не хотели меня, они хотели избавиться от меня, сделав аборт, но у них не было уважительной причины для этого. Им пришлось оставить меня. Они не сдали меня в детский дом, потому что боялись осуждения. Они стали меня воспитывать, если, конечно, это можно так назвать. Они просто кормили меня, одевали, выполняли все свои обязанности, кроме одной: они не обращали на меня внимания. Со мной никогда не играли и не гуляли. Как только я достиг нужного возраста, они сразу отдали меня в детский сад, чтобы было меньше мороки.

Я помню всё, что было со мной с раннего детства. Я точно могу сказать — они меня не любили. Они проявляли «любовь» только на людях, а в остальное время игнорировали. Когда мне было около четырёх лет, у меня родился брат. Я думал, он будет таким же, как и я — никому не нужным. Но нет. Его они любили, делали для него всё, а на меня по-прежнему не обращали внимания. С братом я никогда не общался — они не хотели, чтобы он говорил со мной. Однажды он подошёл ко мне, хотел что-то спросить, но мать сразу его отвела.

Мне было, наверное, лет пять. В детском саду мы рисовали «мою семью». Я нарисовал себя, маму, папу… и почему-то не нарисовал брата, словно не хотел, чтобы он был моим братом. На рисунке мы были на качелях. Мама качает меня, а папа улыбается. Я так хотел, чтобы это было правдой. Когда мы пришли домой, я подошёл к ней с рисунком в руках, протянул его с радостью:

— Смотри, это ты, я, мы вместе!

Она даже не посмотрела. Только отмахнулась:

— Не сейчас. Убери, у меня голова болит.

Я тогда оставил рисунок на тумбочке. На следующий день он лежал в мусорном ведре. Скомканный. Мокрый от чего-то. Мне ничего не сказали. Просто выбросили.

В младшей школе я начал вставать раньше всех, готовил себе завтрак, чтобы не тревожить. Молча уносил мусор, мыл за собой посуду, складывал одежду по линейке — я надеялся, что за это меня заметят. Хоть как-то.

Единственный день, когда я получал хоть какое-то внимание — это был мой день рождения. Хотя я не могу сказать, что был этому рад. Они радовались, что я на год ближе к совершеннолетию, дарили подарок, а весь оставшийся день я был один. Я ненавидел этот праздник.

В младшей школе надо мной начали издеваться. Я не умел говорить с людьми, у меня были серьёзные проблемы с коммуникацией, из-за чего я стал мишенью для издевательств.

Один раз они заперли меня в школьной кладовке на целый обеденный перерыв. Я слышал, как кто-то смеётся за дверью. Никто не открыл, даже учителя. Тогда я впервые понял, что взрослым тоже плевать.

Издевательства продолжались вплоть до средней школы. А родителям было плевать — сколько бы раз ни говорил, всем было всё равно. Я перестал пытаться просить их о помощи. Я просто смирился с издевательствами и продолжал жить.

На втором году издевательства перешли на новый уровень: помимо гадких слов и «приколов», они начали избивать. Сначала несильно, потом до синяков, бывало — до крови. Но терпимо. Даже тогда я молчал. В один из дней на уроке я высказал своё мнение по поводу слов одного ученика. Ему это не понравилось. Когда я возвращался домой, он и его небольшая компания встали у меня на пути, завели в пустой переулок. Он ударил. Сначала один раз, затем второй. Ударил по лицу, потом в живот, начал бить коленом прямо в пах, пока я не свалился на землю. Взяв меня за шиворот, он достал канцелярский нож. Он хотел вырезать мне что-то на щеке. Я был очень напуган. Думал, он убьёт меня. Но он не успел ничего сделать — какая-то женщина проходила мимо и заметила нас. Парни сбежали. Позже их поймали, отчитали и исключили из школы. Мне обработали раны и отправили домой. Моим родителям позвонили, чтобы сообщить о ситуации, но они даже не стали слушать, что им говорят. Просто проигнорировали.

Придя домой, я не сдержался. Скинув портфель, я разрыдался. Начал говорить, насколько мне тяжело и больно. Умолял перевести меня в другую школу или хотя бы помочь, выслушать, поддержать. Я стоял перед ней в надежде на чудо. Но оно не произошло. Всё, что я услышал в ответ:

— Сколько же с тобой мороки, задолбал. Сам виноват. Люди не издеваются просто так.

Я знал, что мне не стоило надеяться. Она никогда не изменит своего мнения.

— Но я же не виноват! Я ничего не сделал! — говорил я, давясь слезами.

— Вот именно, ты ничего не сделал. Жалкий бездарь. Уйди с глаз долой.

— А он сделал?

— А?

— Твой жалкий сынишка, которого вы так любите. Что он сделал, чтобы его любили?

Она промолчала. Тут я уже не смог сдержаться.

— Какого чёрта?.. — сказал я тихим, безнадёжным голосом.

— Что?

— Какого чёрта вы его любите, а меня — нет? Он ничего не сделал для этого. Я делаю всё, что вы скажете, стараюсь быть идеальным, я все эти грёбаные годы мучился, но тебе ни слова не сказал, чтобы не мешать. А он не делает ничего — только жрёт и срёт, а вы пляшете под его грёбаную дудку. Этот мудак не сделал ничего, чтобы его любили!

— Не смей говорить так о своём брате!

— Он мне не брат. Так же, как ты мне не мать. Да лучше бы ты сделала аборт. Лучше бы я не рождался. Если я убью себя — вас это устроит?

— Заткнись!

— Да чтоб ты сдохла, сука.

После той ссоры с матерью внутри меня что-то сломалось. Я больше не чувствовал ничего — ни радости, ни грусти, ни злости. Просто пустота. Я мог целыми днями сидеть и смотреть в одну точку — в потолок, в стену, в окно. Мысли были, но как будто не мои — просто текли фоном. Иногда я даже не замечал, сколько прошло времени.

Поначалу мне было страшно от этого состояния. Я пытался что-то с собой сделать. Резал плечи — не глубоко, просто чтобы почувствовать хоть что-то. Но ничего не чувствовал. Даже боль была какая-то… слабая. Как будто через стекло. Я быстро понял, что смысла в этом нет, и перестал.

Я не хотел умирать, но и жить особого желания не было. Просто существовал. Ел, спал, учился, делал всё, что нужно. Без эмоций. Просто потому что надо. Не из-за цели или надежды. Просто потому, что так проще.

Иногда я думал: «А зачем вообще всё это?» Но ответов не находил. И перестал искать. Привык. Это стало нормой. Люди бы сказали, что это депрессия. Но мне было всё равно. Мне было всё равно на всё.

Издевательства прекратились. Люди больше не находили повода. Я стал тем, кому было плевать. Таких обычно обходят стороной.

После первого года старшей школы я уехал. Родители были только рады. Я не говорил, куда уехал, где учусь — хотя им это всё равно неинтересно. Они купили мне квартиру, оплачивают коммунальные счета, скидывают деньги. Этого мне хватает на месяц, даже больше. Оплачивают все расходы. Помимо этого я подрабатываю, поэтому жить одному не так трудно.

Когда я впервые вошёл в свою квартиру, там было пусто и тихо. Никто не кричал, не смотрел с осуждением, не игнорировал. Это была не радость — просто тишина. Первая в моей жизни.

Глава 6: Впервые

Глава будет произведена от лица Кайто Мори.

После того как я рассказал ей о своём прошлом, я не почувствовал ничего. Мне не стало легче от того, что я выговорился, мне было всё равно, хотя внутри стало как-то более пусто. Те воспоминания, что я хранил в себе столько лет, заполняли эту пустоту.

Я сидел и смотрел в пол, моё лицо было, как всегда, абсолютно безэмоциональным.

— Прости, — услышал я.

Я поднял взгляд на Кай. Она почему-то плакала.

— За что? — спросил я, не понимая, почему она извиняется.

Она смотрела на меня, слёзы стекали по её щекам, которые покраснели, а в глазах виднелось сочувствие. Я знал, что она очень чувствительная, но не думал, что она будет плакать из-за меня. В тот момент я почувствовал себя тем ещё уродом — заставил девушку плакать.

— Это я должен извиня… — я не успел договорить.

Кай резко бросилась на меня, толкнув меня в грудь своими руками, она повалила меня на пол. Я ударился головой, но не подавал виду, что мне больно. Мы вместе лежали на полу, точнее — я лежал на полу, а она на мне. Она лежала на моей груди, я почувствовал её тепло, но внутри не было ничего. Она показалась мне такой лёгкой и хрупкой. В этот момент мне стало не по себе, я ненавидел прикосновения, я хотел, чтобы она встала с меня как можно быстрее. Кай немного приподнялась, её голова была напротив моей, а волосы падали мне на лицо. Она была так близко, я чувствовал её дыхание. Она отодвинулась немного назад, она смотрела вниз, а её руки были на моей груди, слёзы капали мне на футболку.

— Прости, я считала тебя бесчувственным идиотом, даже не попытавшись узнать причину, — её голос дрожал.

Она сказала это тихо, но я хорошо всё расслышал.

— Я и есть бесчувственный идиот, недостойный этой жизни. Твоих слёз я тоже не достоин, — я приподнял руку, — поэтому не плачь, прошу.

Я преподнёс руку к её лицу, она с недоумением взглянула на меня, а я с тем самым пустым выражением лица вытер большим пальцем слезу с её щеки. Её зрачки расширились, а лицо ещё больше покраснело. Она выглядела такой уязвимой, а во взгляде было столько боли, было видно, что ей тяжело, а тут ещё я со своим неидеальным прошлым. Я хотел улыбнуться, чтобы успокоить её, но я не смог этого сделать — лишь уголки моих губ немного дёрнулись, и всё. Я не способен сделать этого, из-за чего мне было противно от самого себя.

В какой-то момент в глазах начало темнеть, образ Кай искажался. Я провалился в сон.

Очнулся я в своей комнате. Но не в той квартире, где живу сейчас, а в доме родителей. Взглянув на свои руки, я увидел, что они детские. Я снова был в теле ребёнка… но почему? Это сон? Открыв дверь, я вышел из спальни и начал идти вдоль коридора. Всё было как прежде. Высокий потолок… нет, он не был высоким, это я был низким. Подойдя к гостиной, я услышал голоса. Это были родители. Пульс участился, по телу пошли мурашки. Взяв себя в руки, я вошёл в гостиную. На диване сидели родители. Мама почему-то плакала.

— Кайто, — сказала она нежно, так, как никогда не говорила.

Я хотел уже было сказать, чтобы она не называла меня так, но вдруг она встала и начала идти в мою сторону. Сердце ушло в пятки, моё детское, беззащитное тело начало дрожать, я думал, что она меня ударит. Я отвернулся и зажмурил глаза. Испугавшись, я захотел как можно быстрее проснуться. Я знал, что это сон, но мне всё равно было страшно. Вдруг я почувствовал то, что никогда прежде не чувствовал. Тепло. Я впервые почувствовал тепло матери. Она не ударила, а лишь крепко обняла, так крепко, что стало трудно дышать.

— Кайто, милый, прости, — в её голосе слышалась сильная боль.

— Мама, — мой детский голос вздрогнул.

Я машинально обнял её в ответ, мои глаза начали наполняться слезами. Я впервые ей нужен. Как по щелчку пальцев мои эмоции вернулись, чувства. Я снова мог чувствовать. Я прижался к ней и начал сжимать так сильно, как только мог. Я плакал как вне себя. Я нужен ей. Она любит меня.

— Мама, мама, — кричал я, боясь, что она отпустит.

Я не хотел, чтобы это был сон. Я отдам всё что угодно, только прошу, лишь бы это было правдой. Я снова ребёнок. Ребёнок, который впервые почувствовал тепло матери. Я не хочу, не хочу снова оставаться один.

В какой-то момент мама начала исчезать, испаряться на моих глазах. Я начал кричать и пытаться удержать её, но ничего не получилось — она исчезла. Я оказался в странном месте. Здесь было темно, ничего не было. Вот она — пустота, что внутри меня. Я всё ещё был в теле ребёнка, ребёнка, который никому не нужен. Я смотрел вперёд, в пустоту. В моих глазах не было ничего, ни боли, ни слёз. Но в той пустоте я что-то увидел. Свет. Свет среди всей этой тьмы. Этим светом был силуэт девушки, которая улыбалась, и её улыбка была ярче солнца.

Я проснулся. Я всё ещё лежал на полу в комнате Кай, я смотрел в потолок — белый, абсолютно пустой потолок. Я почувствовал слёзы на своих щеках, но внутри было абсолютно пусто, только странная тревога, от которой сердце стучало быстрее, чем обычно. Вспомнив сон, а именно тот силуэт девушки, я прикоснулся к груди, к тому самому месту, которое всё ещё было мокрым от слёз Кай. Я вспомнил тепло её тела, и на душе стало спокойнее. Я приподнялся и сел. Прикрыв лицо руками, я пытался прийти в себя. Осмотрев комнату, я не увидел в ней Кай — она куда-то ушла.

— Как ты себя чувствуешь? — услышал я женский голос. Мягкий, но всё ещё дрожащий голос.

Услышав его, я вспомнил сон и… маму. Я резко обернулся — в дверном проёме стояла Кай со стаканом воды. Я выдохнул.

— Нормально. Я долго спал?

— Нет, минут пятнадцать.

Сев на пол рядом со мной, она протянула мне воду. Я взял стакан, и наши пальцы на миг соприкоснулись. Я сделал глоток, а после заметил — щёки Кай всё ещё почему-то были красноваты, а под её глазами появились пятна от слёз. Я не подал виду, что что-то не так.

В какой-то момент она приблизилась ко мне и встала на колени, и тут я впервые, уже не во сне, а по-настоящему… я впервые почувствовал тепло. Тепло от объятий. Кай обняла меня. Хоть и легко, хоть и незначительно, но обняла. Она прижала меня к себе, на душе стало легче и спокойнее. Но… неприязнь. Я снова почувствовал неприязнь, и мне было немного не по себе. Ненавижу прикосновения — кто бы меня ни касался, всегда одно и то же. Я ждал, когда она меня отпустит. Я не мог обнять её в ответ. Я не хотел отталкивать её — видно, что для неё это важно. Да и сам я хотел ощутить, каково это — быть нужным. Я закрыл глаза и просто ждал. В какой-то момент я услышал звон — звон, как будто кто-то играется с ключами.

— Кхм-кхм.

В дверном проёме стоял парень и крутил на пальце ключи. Как я понял, это её брат.

Кай резко оттолкнула меня, так что я ударился головой о столик, который был рядом.

— И что здесь происходит? — спросил парень, смотря на меня с презрением.

— Тебя стучаться не научили?! — выкрикнула Кай, её щёки начали краснеть ещё больше.

— По голове себе постучи! Дверь открыта была.

Он вошёл в комнату и подошёл ко мне.

— Ты ещё кто? — спросил он, в его взгляде был странный гнев.

— Мори Кайто, друг вашей сестры. Приятно познакомиться.

— Взаимно, Кайто…

— По фамилии, попрошу.

— Ха-х, а ты забавный, — на его лице появилась ухмылка. — Тачибана Такуми.

Я встал с пола. Голова немного болела, но мне уже было лучше, так что можно было идти домой. К тому же было уже поздно.

— Увидимся завтра в школе, Кай, — сказал я, взял пакет со своими вещами, которые ещё не успели высохнуть, и направился к выходу. Но меня остановили. Положив мне руку на плечо, Такуми не дал мне уйти.

— Куда собрался? Мы не договорили, чёрт.

— Я не чёрт, — я скинул его руку с моего плеча. От его прикосновений было ещё противнее.

— Таку! — выкрикнула Кай. — Не трогай его!

— Кто он тебе?

— Друг.

— Просто друг? — он с подозрением улыбнулся. — Ты уверена?

— Да, — голос Кай вздрогнул, хоть она и пыталась казаться уверенной.

— Ладно, иди. Надеюсь, мы больше с тобой не увидимся, Мори, — он с такой странной яростью произнёс мою фамилию, что захотелось ему врезать. Но я не мог — он всё же брат Кай.

— И это… не попади под машину, — сказал Таку с ухмылкой.

— Специально ради тебя брошусь прямо под неё.

Спустившись вниз по лестнице, я направился в прихожую. Кай побежала за мной.

— Ты сможешь дойти? — спросила она с беспокойством.

— Да, не волнуйся.

— Ты это… прости Таку. Он хоть и грубый, но хороший. Не знаю, что на него нашло… но ты, если сможешь, прости его.

— Я на него не в обиде. Он правильно делает. Береги его, он у тебя хороший брат.

С этими словами я вышел из дома Кай. По пути на станцию все мои мысли были заняты сном и произошедшим.

В торая часть главы будет произведена от лица главной героини.

После того как Кайто ушёл, я, полная ненависти, направилась к Таку.

— И что это было?!

— Чё?

— Какого чёрта ты учудил?! — выкрикнула я.

— А какого хера вы здесь делали?

Мои щёки моментально наполнились краской после того, как я вспомнила, что обняла Кайто. Подумать только, как же это, наверное, странно выглядело.

— Это всё равно не даёт тебе права так к нему относиться. Почему к моим парням ты всегда относился хорошо?

— Они были адекватными, а этот ведёт себя как мудак.

— Ты просто его не знаешь, — произнесла я сквозь зубы.

— Знаю — не знаю, плевать, ты лучше не возись с ним.

— У тебя что, сестринский комплекс развился? — с ухмылкой произнесла я. — Я вот тебя к Аой не ревную.

— Я не ревную тебя, просто оберегаю, — сказал Таку, легко ударив меня по голове ребром ладони. — И Аой, в отличие от твоего подонка, хорошая.

Аой — это девушка Таку. Она и вправду хорошая, а ещё красивая, умная. Иногда я думаю, что мой брат не достоин такой девушки, как она. Она очень хорошо ко мне относится, иногда Таку ревнует её ко мне, так как думает, что она меня любит больше, чем его. Я не думаю, что Аой способна разбить ему сердце.

— Я не хочу, чтобы ты снова страдала, — тихо произнёс Таку, после чего вышел из моей комнаты.

Когда умер Мио, мне было очень тяжело, и именно Такуми в этот момент был рядом. Он грубый, но очень хороший, просто не умеет говорить о своих чувствах. Я рада, что он у меня есть.

Когда я готовилась ко сну, Таку постучался.

— Не спишь? — спросил он, войдя в комнату.

— Нет.

Он кинул мне пачку конфет “Киндер”, я еле её поймала — не ожидала.

— Это в качестве извинений за сегодня, — он почему-то немного засмущался. — И ещё, напиши, спроси у твоего этого, как он добрался. На улице уже темно, а он всё же ещё несовершеннолетний.

Я сильно удивилась.

— Спасибо, — мягко сказала я. — Это… я не смогу ему написать.

— Почему это?

— У него телефон сломан.

— Ясно. Значит, если с ним что-то случится — мне похер.

Он вышел из комнаты, но буквально через минуту вернулся.

— Где моя чёрная футболка? Которая только после стирки была.

Я напряглась. Я поняла, о какой футболке он говорит.

— Штаны тоже пропали… Стой, а разве он не в моей одежде ушёл?

Я встала и вытолкнула его из комнаты. Закрыв дверь, я села и упёрлась спиной к ней — и тихо рассмеялась. Таку его закопает.

Потом на мой телефон пришло сообщение:

Если он её не вернёт — я его закопаю, а тебя за компанию.

Глава 7: Что это за чувство?

Глава будет произведена от лица Кайто Мори.

Домой я пришёл уже поздно вечером. В квартире было тихо, спокойно и сыро. На душе стало ещё более пусто. Хоть в доме Кай никого не было, и мы были только вдвоём, там всё равно было не так, как здесь.

Я сел на пол, опершись на входную дверь. Чувствовал я себя хреново, тело снова начало болеть. Я так вымотался, что готов был прямо здесь, на полу, закрыть глаза и провалиться в сон. Глаза слипались. Я еле смог встать, чтобы дойти до комнаты. Дойдя до кровати, я даже не стал переодеваться — просто упал на неё и закрыл глаза.

Сон мой длился недолго. Я проснулся посреди ночи, весь в поту и со странной тревогой. Эта тревога знакома мне. Это ощущается не так, как обычно, а как-то отдалённо. Словно эта тревога далеко, но бьёт прямо в сердце, да так больно, что грудь сжимается, а сердце начинает колоть, словно сотни иголок вонзаются прямо в него. Я знал, что будет. У меня раньше часто такое было, но после переезда прекратилось. Почему это снова началось?

Спустя мгновение у меня началась паническая атака. Лёгкие начали сжиматься, я начал глотать воздух. Сердце ныло, руки начали дрожать и покалывать. У меня всегда рядом с кроватью стоит стакан воды на всякий случай, но в этот раз я забыл набрать его — слишком уставшим был. Я не смог подняться с кровати, чтобы дойти до кухни. Я сидел, сжимая футболку на груди и пытаясь дышать ровно. В глазах темнело. Раньше я спокойно мог избавиться от панических атак, но я уже давно с этим не сталкивался. Опустив голову, я сильнее сжал футболку. Пот стекал по моему лицу, а я пытался дышать, но ничего не получалось. Это не длилось долго, но по ощущениям прошла вечность.

Когда это прекратилось, я снова смог нормально дышать. Отдышавшись, я еле встал, чтобы пойти попить воды. Тело ломило, в душе было пусто, но тревога не прекращалась. Выпив воды, я лёг на кровать и снова закрыл глаза. Но уснуть не получилось, сколько бы я ни пытался. Я думал час-два посидеть в телефоне и снова попробовать уснуть, но потом вспомнил, что тот сломан.

Бессонница у меня также часто была и продолжалась даже после переезда. Каждую неделю, бывало, по несколько дней я не спал ночью, из-за чего засыпал во время уроков. В такие ночи я прогуливался вдоль улиц или же занимался уроками. Но сейчас не было сил даже ходить — я просто лежал в кровати в надежде на то, что получится заснуть. Но не получилось.

Солнце уже всходило за горизонт, а я так и лежал.

Встав с кровати, я посмотрел на часы. Было раннее утро. Я всегда вставал примерно в это время. Мне уже было лучше, но тело всё ещё ломило. Несмотря на это, я всё равно начал собираться в школу.

Только после того, как я уже сидел в поезде, глаза начали слипаться, но я держался.

_______________________________________

В школе я не мог сосредоточиться на том, что говорит учитель — мысли были только о вчерашнем.

_______________________________________

На обеденном перерыве я просто решил немного поспать. Я не ел ничего со вчерашнего дня, и хотя я был голоден, я не пошёл купить еды — просто хотел немного отдохнуть.

— Эй, Мори, ты чего? — ко мне подошёл один из парней, с которым я общался.

— Просто устал.

— Пойдём с нами, — сказал он, показав на парней в дверном проёме.

— Нет, — лениво сказал я.

— Ну не ломайся ты.

Он меня уже начал раздражать. Что ему непонятно в слове «нет»?

— Иди к чёрту, — сказал я, мой голос звучал более жёстко, чем обычно.

Я очень устал и не хотел ни с кем говорить. Я просто хотел отдохнуть.

— А, я понял, — сказал он с мерзкой ухмылкой. — Ты ждёшь эту, как там её… Тачибану.

Я немного напрягся. Почему его фраза вызвала такое странное ощущение?

— Ты в последнее время только с ней и общаешься, — он сел на парту, что стояла напротив моей. — Влюбился, что ли?

Его ехидная улыбка мозолила глаза. Я резко встал, да так, что мой стул отлетел на пару десятков сантиметров. Было видно, как этот придурок напрягся.

Не говоря ни слова и глядя в пол, я пошёл в сторону выхода. В дверном проёме я остановился и задумался, а после обернулся к нему и посмотрел прямо в глаза. Было видно, как его тело дёрнулось от напряжения.

— Я не способен любить, — сказал я напоследок, а после вышел из класса.

Парни, которые стояли у входа, смотрели мне вслед, не говоря ни слова.

_______________________________________

Я шёл по пустому коридору. Я был очень уставшим, просто валился с ног. В какой-то момент я услышал голоса. Женские голоса, словно девчонки о чём-то спорили или, что похуже. Я пошёл к источнику звука, словно что-то подозревал. Не ошибся. За углом стояла группа девчонок, я не мог понять, что там происходит. Они ссорились из-за чего-то?

Подойдя поближе, я увидел, что они не просто стояли, они окружили кого-то. Я не мог разглядеть кого именно. Я хотел уйти — это не моё дело, пусть они сами решают свои проблемы, да и я слишком уставший. Но услышав, что сказала одна из них, тело само не дало мне уйти.

— Эй, Кай, — сказала одна из них с насмешкой.

Та девочка, которую окружили, — это Кай.

— Какая же ты мерзкая, — с отвращением сказала она. — И года не прошло, а ты уже нового себе нашла.

Кай просто стояла и молчала. А я стоял и подслушивал — мне стало интересно.

— Ты чего молчишь, не беси меня.

Она приподняла голову Кай, и странное чувство злости нахлынуло на меня.

— Скажи честно, что у вас?

— Ничего, — сквозь зубы произнесла Кай.

Она пыталась казаться уверенной, но было слышно, как её голос дрогнул.

— Врёшь, — ухмыльнулась она. — Я знаю тебя.

— Мы просто друзья, — уже отчаянно сказала Кай.

— Не может такого быть.

Та девчонка приблизилась к лицу Кай, шепнув что-то на ухо. Я не смог расслышать, что именно. Но это задело Кай. Растолкав толпу, Кай просто убежала. Пробегая мимо меня, она даже не посмотрела в мою сторону — просто понеслась по коридору прочь.

Сначала я просто провожал её взглядом, а когда я хотел пойти за ней, остановился и показался перед теми девчонками. Одна из них, сначала не увидев меня, произнесла фразу, из-за которой кулаки сами по себе сжались:

— Пусть бежит, грёбаная шлюха, — сказала она с мерзким смешком.

Я посмотрел ей прямо в глаза. Когда она заметила меня, быстро замолчала. Я пристально смотрел на неё, да так, что она мигом отвернулась и, глядя в пол, пошла прочь. Я же быстрым шагом пошёл в сторону, куда убежала Кай.

_______________________________________

Когда я наконец нашёл её, сил оставалось немного, но мне надо было выяснить, что случилось. Я знаю, что значит травля — сам был жертвой.

Она сидела на лестнице и, прижав колени к груди, смотрела вниз. Я спустился ниже, чтобы попробовать заглянуть ей в глаза.

— Кай, — спокойно окликнул её я.

Её плечи дрогнули.

— Всё в порядке? — спросил я, протягивая руку.

— Да, — тихо произнесла она.

Её голос звучал безнадёжно. Я дотронулся до её плеча, её тело немного, почти неощутимо, но дрожало. Я провёл рукой в сторону лица, хотел убедиться, что она плачет, но Кай резко встала.

— У меня всё хорошо, — сказала она и побежала вниз по лестнице.

Я пошёл за ней.

_______________________________________

Мы шли по пустому школьному коридору, на удивление людей вообще не было. Расстояние между нами было пару метров. Я шел следом за Кай, было тяжело, но я не имел права уйти, не убедившись, что у нее все хорошо. В какой-то момент она резко остановилась.

— Почему ты ходишь за мной, — спросила Кай, не поворачиваясь.

В ее голосе слышалась боль.

— Хочу убедиться, что у тебя все хорошо.

— Я в порядке.

— Врешь, — резко отрезал я.

Она промолчала.

— Кай, скажи мне правду. Я не отстану от тебя, пока не услышу ее.

Сначала мы просто стояли и молчали. Расстояние между нами так и оставалось — несколько метров.

В какой-то момент Кай резко обернулась. Я увидел ее лицо. По ее уже красным щекам текли слезы боли и отчаяния, а сама она прикусила нижнюю губу, да так, что она уже начала кровоточить. Было видно, как ей тяжело.

Она резко отвернулась, я увидел, как она сжала кулаки, а после, сначала посмотрев в потолок, видимо, чтобы немного приостановить поток слез, ринулась в мою сторону.

Она ударила кулаком мне в грудь, так сильно, что я пошатнулся.

— Хочешь услышать правду? — отчаянно сказала она, глядя в пол.

— Хочу, — спокойным и уставшим голосом ответил я.

Она подняла голову и взглянула мне в глаза. Помимо боли и отчаяния в ее глазах было… разочарование.

Ее руки лежали на мне. Она начала сжимать мою рубашку. Сначала мне хотелось ее оттолкнуть, но после я смирился. Я готов терпеть, если ей от этого станет легче.

— Я думала, что смогу, — сказала она, упершись головой мне в грудь. — Но мне слишком больно.

На рубашке оставались следы от ее слез. Мне было не по себе от ее прикосновений, но я не подавал виду.

— Я вела себя так, словно мне все равно, но это не так, — сказала Кай так тихо, что я еле расслышал. — Мне так больно.

Она сильнее сжала мою рубашку, а потом сказала громко, с болью в голосе:

— Я устала. Устала от всего: от издевательств, от людей, от…

Она ненадолго замолчала, а после произнесла то, из-за чего внутри появилось странное чувство:

— От жизни, — она отстранилась, — устала от этой гребаной жизни, в которой я словно лишняя.

Она отошла от меня на шаг и начала вытирать слезы, но было видно, что они не прекращались. Меня настигло то самое странное чувство тревоги. Эта тревога была легкой, но одновременно невероятно тяжелой.

— Кайто, ты ведь не бросишь меня? — спросила она с надеждой, посмотрев мне прямо в душу.

После ее слов я почувствовал странный щелчок, и тут я понял, что помню его. Его не слышно, это можно лишь ощутить. Такой щелчок был, когда я потерял свои чувства, и секунды после него не прошло, как я больше не мог испытывать эмоции. Но я помню, что он был еще один раз, я помню его, буквально недавно это произошло… Но когда именно?

Смотря в полные боли глаза Кай, я вспомнил. День, когда мы гуляли вечером после школы, начался ливень, мы стояли под козырьком ближайшего круглосуточного, Кай смеялась. Ее чистый, пронзающий до глубины души смех заставил внутри что-то щелкнуть. В тот день я снова обрел чувства — другие, слабые и в основном негативные. Я по-прежнему не мог улыбаться, смеяться, любить, быть… счастливым, но я мог ненавидеть тех, кто причинил боль человеку, который подарил мне новые возможности. Мог проявлять хоть что-нибудь. Я снова начал думать о будущем и не жить так, как судьба того захочет. Может, эти чувства ничего не значат — они слабые и странно ощущаются, но они способны заполнить ту самую пустоту.

Правой рукой Кай сжимала свой кардиган в области груди, а левой держалась за мою рубашку. Стиснув зубы и преодолев отвращение от прикосновений, я сначала начал разжимать пальцы ее левой руки, чтобы она отпустила меня, а после сделал то же самое и с правой.

Обе ее ладони оказались в моих руках. Они были теплые, в отличие от моих вечно холодных рук. Ее ладони были меньше, чем мои, и у меня снова появилось чувство, что если я сожму их, то они сломаются. В этот момент я подловил себя на том, что мне не было противно, а наоборот, как-то… уютно, что ли. Ее теплые, немного дрожащие руки согревали мои. Мне впервые не хотелось отпускать их. Я понял, что каждому человеку жизненно необходим контакт с другими, тактильность — это то, что нужно всем, даже мне. Меня никогда не обнимали, не держали за руку, только били. Прикосновения у меня начали ассоциироваться с болью и неприятными ощущениями, но Кай смогла мне показать, что тактильность может быть теплой и приятной. Мне это нужно. Я впервые чувствую себя уютно от прикосновений — от ее прикосновений.

Я посмотрел на Кай, продолжая держать ее за руки. Ее лицо сильно покраснело от смущения, лишь остатки слез падали с ее щек, а кровь от прокушенной губы стекала по подбородку. Я впервые вгляделся в ее глаза: они казались просто карими, но, приглядевшись, можно увидеть больше. Светло-карие глаза, с тусклым оттенком зеленого по краям радужки — глаза, в которых так много боли, но при этом так много тепла. Мои глаза пустые, в них нет ничего, а в ее глазах — жизнь.

— Что ты делаешь? — спросила Кай, отводя взгляд.

Я не знаю почему, мой мозг словно отключился в тот момент, а тело двигалось само. Я сцепил ее руки за моей спиной, а сам обнял ее — легко, почти неощутимо. Я впервые кого-то обнимал, боялся навредить ей, но мне это было нужно, мне нужно было почувствовать тепло ее тела.

В какой-то момент я вспомнил слова того придурка про влюбленность. Я и сам начал думать об этом, но сколько бы я ни пытался внушить себе это, я ничего не чувствовал, даже обнимая ее. Я понимаю — я не способен любить.

Выражение моего лица, как обычно, было пустым, а в глазах ничего не было, лишь вода, стекающая по моим щекам. Это были не слезы — я ничего не чувствовал, чтобы плакать. Это просто вода, которая мигом перестала литься, лишь пару капель успело стечь. Мои глаза даже не покраснели, ведь это не слезы.

Я отпустил Кай и, взяв ее за руку, повел в медпункт обработать рану на губе. Она лишь удивленно смотрела на меня, не говоря ни слова.

_______________________________________

Медсестры в кабинете не было, так что мне придется действовать самостоятельно.

Посадив Кай на стул, я пошел искать нужные средства для обработки ран.

— Почему мы здесь? — спросила Кай, посмотрев на меня. Ее щеки по-прежнему были красные, но слез уже не было. Лишь немного опухшие от этого глаза смотрели на меня с удивлением.

Я не сказал ни слова, а лишь сел перед ней на одно колено. Поднеся руку к ее лицу, я провел ватным диском со средством вдоль ее нижней губы. Она остановила мою руку, схватив ее.

Мой палец остановился на уголке ее немного опухших губ.

— Больно? — спросил я.

Она легко покачала головой вверх-вниз, давая понять, что это так.

— Ясно, буду аккуратнее.

Она отпустила мою руку и, положив свои ладони на колени, крепко сжала юбку и зажмурила глаза. Это выглядело немного нелепо, но я не обращал внимания.

Я протер ее губу от крови, и, когда повернулся, чтобы достать средство, чтобы обработать саму рану, почувствовал прикосновение. Она положила руку мне на плечо и, немного толкнув, развернула к себе.

Она провела пальцами вниз по моей груди.

— Тут след остался, — сказала она, остановив пальцы на пятне от крови, которое осталось на мне после того, как я обнял ее.

— Дома постираю, не беспокойся, — сказал я, опустив ее руку. — А пока не двигайся и не мешай мне выполнять свою работу.

Я поднёс свободную руку к её лицу и большим пальцем опустил немного её подбородок, тем самым приоткрыв её рот, чтобы было удобнее обработать. Её щёки ещё больше покраснели, а глаза немного расширились.

— Ну вот и всё, — сказал я, закончив. — Ты больше так не делай, больно, наверное?

— Я случайно, — опустила она глаза.

— Как можно случайно прикусить губу, да так, что с тебя кровь ручьём лилась?

Она лишь молча отвела взгляд, но я увидел, что она легко улыбнулась. От этого стало легче — она больше не плачет, тяжело видеть её слёзы.

Я встал, чтобы прибраться после себя, как вдруг в глазах резко потемнело, а тело пошатнулось.

Кай резко ринулась ко мне.

— Ты в порядке? — спросила она, придерживая меня за плечо.

— Да, просто резко встал, такое бывает, — соврал я.

Причина была другой — моя усталость, о которой я уже успел забыть, вернулась.

— Иди первая, я догоню.

— Хорошо.

Остановившись в дверном проёме, она напоследок сказала:

— Спасибо.

Улыбнувшись, она побежала в класс, скоро должен прозвенеть звонок.

_______________________________________

После того как я закончил убирать, я сел на стул, на котором сидела Кай, и начал думать о том, что произошло. Я сам всего не понял, все мысли в тот момент словно были не мои, и только сейчас я начал приходить в себя. На душе снова было пусто.

_______________________________________

Уже возле двери в класс, когда я уже хотел войти, кто-то со спины потянул меня за рубашку. Обернувшись, я увидел ту самую девушку, что довела Кай, а потом ещё и шлюхой назвала. При виде неё стало мерзко. Я резко отстранился.

— Эм, Кайто, можно тебя на минуту?

Когда она произнесла моё имя, на меня опять нахлынуло то самое чувство злости. Она не имеет права звать меня по имени.

— Не называй меня по имени, — сказал я, посмотрев ей в глаза так, что было видно, как она напряглась.

— Так, мы можем поговорить? — спросила она жалостным голосом.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, — сказал я, открыв дверь класса.

Я уже готов был войти внутрь, но она схватила меня за руку. От её прикосновения стало противно настолько, что я выдернул руку, да так, что причинил ей боль. Она вскрикнула от неожиданности.

Видимо, я и вправду не люблю прикосновения, так почему же с Кай всё иначе? Её прикосновения мне приятны, тепло её рук… Я мигом откинул все странные мысли.

— О чём ты хочешь поговорить? — спросил я, даже не смотря на неё.

— То, что произошло сегодня, — она отвела глаза, — я хочу поговорить о Кай.

Она произнесла её имя с неким отвращением. Что же Кай ей такого сделала?

До начала урока было всего несколько минут, но разговор не должен был затянуться надолго. В крайнем случае я просто уйду. Мне интересно, о чём именно она хочет поговорить.

— Пошли, — сказал я и направился вперёд по коридору, она быстрым шагом пошла за мной.

_______________________________________

Я завёл её в пустое пространство под лестницей. Оперевшись на стену и засунув руки в карманы, я смотрел на неё. Она выглядела совсем иначе. Обычно она ведёт себя высокомерно, насмехаясь над более слабыми и показывая себя с “лучшей” стороны. Но сейчас она была похожа на беззащитного зайца, словно боялась чего-то. Меня?

— Чего ты молчишь? — спросил я, смотря на неё исподлобья. — Разве не ты хотела поговорить?

Она лишь вздрогнула, но так и продолжала молчать. Я решил действовать самостоятельно.

— Начнём с того, почему ты назвала Кай шлюхой? — я не мог забыть то, каким тоном она это произнесла.

— А разве это не так? — спросила она с ухмылкой. — У неё до тебя, вообще-то, было ещё пара парней, или ты не знаешь?

Что-то она сильно осмелела. Высунув руки из карманов, я пошёл в её сторону. Она начала отходить назад.

— Что ты делаешь? — спросила она испуганно.

Схватив её всего одной рукой за галстук, я с небольшой силой прижал её к стене. Услышав её короткий стон, который она издала от боли, стало как-то проще.

— Тебе повезло, что ты девушка, — сказал я, всё ещё сжимая её галстук. — Девушек не бью.

Я понял, что лично мне она всё же не решится рассказать ничего. Зачем тогда звать, если молчишь? Я перешёл в наступление.

Склонив голову к ней, как бы мне ни было противно от неё, я шепнул ей на ухо:

— Ты ведь знаешь, почему умер Мио? — шёпотом произнёс я.

Её почти полностью обнажённые ноги из-за короткой юбки вздрогнули.

— Можешь не отвечать, я всё равно узнаю, — сказал я, отходя назад. — А пока иди и извинись перед Кай.

— Какой же ты всё-таки мудак.

— Это-то я знаю, а вот ты не знаешь, какая ты мразь, которая то и умеет, как над слабыми смеяться, — я говорил это с абсолютной безэмоциональностью. — Знай, ты не набираешь так популярность, тебя просто боятся. После выпуска ты останешься одна.

— Кайто, — опять назвала она меня по имени.

— Ещё хоть раз назовёшь меня по имени — я не посмотрю на то, что ты девушка.

Было видно, что она мне не поверила, но всё же насторожилась.

— Мори, что между вами с Кай? — спросила она с некой жалостью.

— Ничего, мы просто друзья.

Она не стала больше задавать вопросы.

_______________________________________

Наконец, зайдя в класс, я сел на своё место и быстро начал готовиться к уроку.

— Сакура! — выкрикнула одна из девушек, состоящая в компании той, с кем я только что говорил. — Где ты была?

Сакура, значит, так вот как её зовут. Я не сильно узнавал имена одноклассников, мне это было неинтересно, поэтому и её имени я тоже не знал. На удивление, у такой мрази очень даже красивое имя.

Перед тем как пойти в компанию своих подруг, Сакура сначала подошла к парте Кай, которая в тот момент сидела и читала мангу. Она забрала её у Кай и с отвращением взглянула.

— Ужас какой, и это кто-то читает? — сказала она с ехидным смешком.

Она собиралась обернуться к своим подругам, видно, чтобы вместе поугарать, но, увидев мой взгляд, просто вернула её мангу, положив на парту Кай прямо перед ней.

— Ха-х, ладно, — сказала она, а после отвела взгляд. — Прости, что ли, ну, за сегодня. Не думала, что ты так отреагируешь.

Кай лишь с удивлением смотрела на неё. Она сжала руки в кулаки и уже собиралась что-то сказать, но Сакура её перебила.

— Да к чёрту тебя. Я извинилась, с тебя достаточно, — она пошла в сторону подруг, они сразу начали что-то бурно обсуждать.

По взгляду Кай было ясно, что она не собирается её прощать. Ну это было логично.

Ну что ж, Сакура, с сегодняшнего дня я начну вести своё расследование. Я узнаю, что ты скрываешь. Я обещаю, я доведу тебя до слёз.