Любовь, Тыквинка и Русалки

Огненно-жёлтые листья побурели и осыпались на землю, оставив сиротливые голые ветки. Снег падал и тут же таял. Но чаще шёл дождь. Мелкий, холодный, долгий. На улицу не выйти - только выбежать, да обратно в хату, к печке, к живому теплу. Что поделать, жовтень переходит в листОпад. Только и радости, что вечорки да свадебки.

Анютка, хоть ей и не сравнялось 16 зим, тоже могла бы нынче выйти замуж - три недели назад Егорка сватов прислал, отец был за, а вот мать строго сказала:

- Нет! Пусть ещё год с простой косой походит! Вот следующей осенью свадебку и сыграем, коли Аня не передумает.

Впрочем, встречаться молодым не запрещали, правда, бдить стали вдвое строже - куда пошли, к кому, когда вернётесь.

Анютка достала из печи пирог с тыквой и разрезала. Половину оставила на противне, а вторую аккуратно завернула в тряпицу и сложила в лукошко, где уже лежало шитьё с новой рубахой. Ещё не свадебной, но скоро и до неё черёд дойдёт.

На пороге возник Егорка. До чего ж славный хлопец! Плечи широкие, чуб смоляной, под кожухом праздничная рубаха - Анюта шила-вышивала, да на Осенины подарила. Вот бы сейчас прижаться к этой широкой груди, да в уста поцеловать! Вместо этого Анютка глаза в пол опустила да чинно поздоровалась.

- Тёть Люб, дядь Степа, отпУстите Анютку со мной на вечорку к Кузнецовым?

Говорит с родителями, а сам на Анютку смотрит. До чего ж девица ладная, складная. Глаза опустила, косу русую, украшенную лентами теребит, а румянец на щеках так и играет! Невеста!

- Отпущу, чего ж не отпустить! - молвил Степан, крепкий, ещё не старый мужчина. - В Тыквинку молодым с родителям сидеть - только русалок злить. Но смотри, доньку мою не обижай!

- Да разве ж можно такую красавицу обижать! И сам не обижу и другим в обиду не дам!

- Ступайте, дети, - благословила тётя Люба. - Но смотрите, до рассвета из хаты не выходить и огня не гасить!

- Мы помним, - хором ответили Егор и Аня.

Девушка накинула кожух, подхватила лукошко и выбежала за дверь.

Теперь можно и поцеловаться!