Любовь в стиле спецназа

20.11.2021г.

Конец ноября выдался мерзким. Даже не по-настоящему холодным, а именно что промозглым — когда влажный ветер пробирает до костей, а серая каша из снега и дождя под ногами делает мир плоским и унылым.

Я зябко переминалась с ноги на ногу на краю остановки, вжав голову в плечи. Пальто, которое ещё в октябре казалось мне элегантным и тёплым, сейчас пропускало ледяные иглы ветра. В голове играла мелодия из фильма, который вчера досмотрела, но она не спасала — мысли назойливо жужжали где-то на фоне, возвращаясь к одному и тому же.

Вчерашняя ссора с Максом. Господи, как же это было глупо.

«Ты где была? Почему трубку не брала? Я же волнуюсь!» — его голос в телефоне был полон не столько тревоги, сколько обвинений. В очередной раз он требовал от меня отчета за каждую пропущенную минуту, за каждый вздох, который сделала не при нём.

Я объясняла, что просто гуляла, что телефон разрядился, что мне двадцать четыре года и у меня есть право на личные часы. Но он слышал только себя. В какой-то момент я просто устала. Устала оправдываться. Положила трубку, и вчера вечером мы больше не разговаривали.

Холод пробрался под воротник, и я поежилась. Маршрутки всё не было. В такую погоду они, как назло, набиваются битком и ползут медленно. Я уже почти смирилась с мыслью, что сейчас втиснусь в ледяной, запотевший салон, буду ловить равновесие на ухабах и вдыхать чужие запахи мокрой одежды…

— Ника?

Я замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. Я знала этот голос. Я запрещала себе его помнить, но стоило ему прозвучать — и всё внутри перевернулось.

Я медленно повернула голову.

Он стоял в метре от меня. Высокий, широкие плечи обтянуты чёрным пуховиком, который сидел на нём как влитой. Волосы короче средней длины, уверенный, спокойный взгляд. Он будто стал шире, взрослее, надёжнее. Два года — срок небольшой, но его он изменил. Сделал тем мужчиной, которым всегда обещал стать.

Но глаза… Глаза остались теми же.

Тёплые. Спокойные. Родные. До боли, до дрожи. Те самые глаза, в которые я так боялась смотреть, потому что тонула в них без остатка.

— Кирилл? — мой голос прозвучал хрипло и неуверенно, будто я разучилась говорить.

— Не замёрзла ещё? — он кивнул на мои побелевшие пальцы, вцепившиеся в воротник пальто.

Пауза. Всего пара секунд, но за них в голове пронеслось столько всего. Наша последняя встреча. Его слова: «Хорошо». Мои слёзы. Пустота. Потом — попытки забыть, стереть, вычеркнуть. Макс, который появился и, кажется, заполнил эту пустоту собой. Кажется.

— Есть немного, — выдавила я улыбку, чувствуя, как ветер треплет мои волосы, выбившиеся из-под капюшона.

— Давно стоишь? — спросил он, делая шаг ближе. От него пахло морозной свежестью, кожей и чем-то неуловимо знакомым, от чего защипало в носу.

— Минут пятнадцать… Маршрутки, сам знаешь, — я пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Знаю, — он кивнул на свою машину. — Тебе куда? Давай подвезу.

Это было сказано так просто. Будто мы расстались вчера. Будто не было этих двух лет тишины, боли и попыток жить дальше. Будто он по-прежнему имеет право заботиться.

Нужно было отказаться. Вежливо улыбнуться, сказать: «Спасибо, не стоит, я сама». Вспомнить о Максе, о вчерашней ссоре, о том, что я вроде как не одна. Вспомнить, что этот человек ушёл сам. Разбил мне сердце и ушёл.

Но я смотрела на него и в его глаза и понимала: не могу.

Не могу отказаться от этих нескольких минут рядом с ним. Просто побыть в его пространстве, вдохнуть тот самый воздух, услышать голос вживую. Глупо. Опасно. Но я за всё время так устала быть правильной и сильной.

— Спасибо, — выдохнула я и пошла вместе с ним.

Он открыл передо мной дверь, и когда я села на тёплое кожаное сиденье, меня накрыло волной тепла и запахов — его парфюм, мятная жвачка и кофе. Машина тронулась с места, оставляя мёрзнущих людей на остановке далеко позади, а я сжимала ремень безопасности в кулаке и боялась поднять на него взгляд.

В салоне играла негромкая музыка, старая, наша. И тишина была такой же тягучей, как тогда — полная невысказанных слов и вопросов, на которые у нас не было ответов.

— Как ты? — спросил он, когда мы вырулили со стоянки. — И куда едем?

Я повернула голову и встретилась с ним взглядом. Тёплым. Спокойным. Родным. И мир сжался до размеров этого салона.