Люди Ориона

Люди Ориона.

Сборник повестей и рассказов.

Примечание автора: Для лучшего понимания терминов, используемых в сборники, рекомендуется предварительно ознакомиться с кратким глоссарием вселенной «Удела Ориона».

Двадцать фишек на красное.

Повесть.

Пространство доминанты Света.

Территория Индийского абсолюта.

Система 58К-145.

Орбитальная станция «Шрингаверапура».

…Пульс бьёт кувалдой прямо в башку. В ушах гудит. То ли контузия, то ли лысые глушат связь. Культя правой руки залита медпеной, висит плетью. Игольник в левой ходит ходуном. Ого, как ведёт-то…

Грэг приваливается к стене. Левое плечо обжигает. И ещё раз. И ещё.

Пульс на время успокаивается, зато накатывает тошнота. Ну, так ясное дело – передоз. Сколько можно-то? Медикит «муравья» выбивается из сил, но пиктограмма на треснувшем лицевом щитке наливается багрянцем. Худо дело. Остальные десять пиктограмм уже потухли. Группы «Браво» больше нет. Не сохранил. Не уберег ребят. Командир, так меня.

- Купер… Купер, прием!

- Слышу, Лу.

Голос Луизы едва слышен сквозь треск и вой.

- Доложи обстановку.

- Высшие грузятся... Не торопятся, гады…

- Нам не пробиться. Тут такое…

Голос Луизы прерывается. В наушнике тяжело бухают разряды полевого монитора.

- Купер…

- Я приду, Лу. – Хрипит Грэг. – Я скоро… держись.

Грэг с ненавистью смотрит, как последний из Богов заходит в перламутровое зерно галактической яхты, как неторопливо, словно издеваясь, светящийся эллипсоид приподнимается в силовых направляющих. Створки стартовой катапульты медленно расходятся.

- Быстрее… –рычит Грэг из последних сил. На щиток брызжут алые капли из пробитого легкого. – Быстрее… сволочь!

Яхта властителей доминанты Света лениво скользит в катапульту. Разгон.

Палубу трясёт. Издалека доносится гул канонады. Там добивают остатки группы «Альфа».

- Купер… не успеть… взрывай… – голос Луизы тонет в скрежете помех.

Прости, Айзек. Я тебя подвёл.

…А всё так хорошо начиналось!

Пространство доминанты Союз Миров.

Система Калифорния,

Наземная база военно-космических сил «Сан Диего»

Лейтенант Грэг Купер, командир разведочно-диверсионной группы «Браво», третья рота первого отряда SEAL.

Визит к французам прошёл как по маслу. «Браво» сделали своё дело и незаметно улизнули под световые эффекты взрывающихся заводов. Теперь фроги Эльзаса* не скоро получат новый горнодобывающий комплекс. (*От frog – лягушка. Уничижительное прозвище французов в англоязычных странах. Ср. лягушатник). А без металла встанут орбитальные верфи. Короче, французы недосчитаются доброго десятка тяжелых крейсеров. Считай, целая эскадра. Бескровно, быстро, эффективно. Так что группе «Браво» есть что отпраздновать.

Оставив «Эссекс» пополнять запасы на орбите, группа Купера первым же шаттлом отправилась на поверхность, где, не откладывая, закатилась в «Соленого пса*». (* Выражение «Salty Dog» по значению эквивалентно русскому «Морской волк») Почему не откладывая? Потому, что есть традиции, которые нельзя нарушать. К примеру, попойка в «Соленом псе» в финале успешной миссии. Это местечко Грэг когда-то приглядел лично. Ну, как приглядел…. Случайно наткнулся, в общем-то. Накачался в увольнении, искал, где отлить. Зашёл за дерево – а тут нате: «Пёс». Паб отгородился от ярких огней квартала трехметровой живой изгородью и роскошным плакучим буком, который, собственно, и привлек внимание Грэга. Ещё больше понравился командиру группы «Браво» антураж «Пса». Темный кирпич стен и низкого свода, имитация свечей на тележных колесах под потолком, пузатые бочонки в темных углах, столы и скамьи из настоящего балтиморского дуба. В камине трещат настоящие поленья, на гриле шипят, исходя ароматом барбекю, сочные стейки. Ребята выбор командира одобрили. Ну а чего не одобрить-то? Выпивка в «Псе» - не хуже, чем в других местах. Гриль – пальчики оближешь. А главное, в «Псе» не так людно, как в знаменитом «Бартоломью», где флотские с пехотой без конца выясняют, кто из них круче. Что, по сути, есть глупость и тщета, ведь каждый знает: настоящая элита – это тюлени, SEAL, и никто другой.* (*(акроним SEAL: Sea — море, Air — воздух, Land — земля; буквально: англ. Seals — тюлени: основное тактическое подразделение Сил специальных операций (ССО) ВКС СМ. В русской транскрипции часто называются «Морскими котиками»).

Завалившись в «Пса», ребятишки Грэга заняли любимое место у большого аквариума, под сенью синеватого Эрлианского фикуса. И пошло веселье.

Грэг, подперев кулаком подбородок, с удовольствием наблюдал за своими. Уже отзвучали три непременных тоста: за родную команду, за тех, кто сейчас на задании и за тех, кто с заданий не вернулся. Теперь, когда первые кружки и стаканы опустели, каждый нашёл занятие по душе. Малыш Лу Янг – подрывник группы – привычно пытается расшевелить Мастера Би, (он же – Якоб Бинс), отличающегося от медведя гризли лишь умением держать пивную кружку. Либо тяжёлую ракетницу. Либо и то, и другое вместе.

Неразлучные друзья Майк Быковски и Уилл Ратнер, оставив на столе полупустую бутылку текилы, азартно рубятся на парном имитаторе. Приятели – идеальная двойка близкой разведки, они способны составить конкуренцию даже Сквэрлу.

Еще одна парочка: Джордж Эванс и Пол Гаррисон. Записные клоуны отряда. Любимое занятие между заданиями – набедокурить, а потом притвориться полными идиотами. Куперу не раз приходилось за них отдуваться перед начальством. Зато Эванс как бог разбирается в электронике, а Гаррисон штопает шкуры тюленей прямо под огнём.

Эвелин Джонсон потягивает светлое пиво, полузакрыв глаза и расслабившись. Со стороны кажется, что она дремлет. Так она может «продремать» пять часов кряду, а потом с полутора миль всадит пулю в лоб потерявшему осторожность противнику, на мгновение высунувшемуся из укрытия. Такого снайпера, как Джонсон, поискать. И ещё не факт, что найдёшь.

Браун, Эрнандес и Коулман. – Эти трое в группе недавно, и Грэг пока к ним присматривался. Браун и Эрнандес заменили оперативников, получивших собственные группы. А Куолман пришел на смену Теренсу, которого они потеряли два месяца назад. Вот такая она, группа «Браво» – краса и гордость разведочно-диверсионной базы «Эссекс».

Ратнер испустил ликующий вопль: его боец вдребезги разнес аватара Быковски. Оживлённо переговариваясь, друзья вернулись к столу. Проигравший Майк, вздыхая, заказал другу двойной виски.

- Ну что, за удачу? – спросил, как всегда, Мастер Би.

Шустрая рыжая Колин, местная официантка, тут же поставила перед Мастером кварту черного пива, ловко подхватив на обратном пути четыре пустые кружки.

В лапище Мастера Би кварта смотрится маленьким шотом.

Сдвинули кружки. Выпили. Грэг смотрел на своих бойцов и чувствовал, как губы сами собой растягиваются в улыбке. О да, эти ребята способны пролезть в самый ад. И вернуться назад, да ещё прихватить сувениры на память.

В этот раз отдых оказался недолгим. Вечером следующего дня, стоило только разгорячённым после пляжного волейбола тюленям приняться за фирменные стейки баффало, над столом появилась вирт-сфера. В сфере маячила физиономия дежурного офицера. «Капитан Айзек Полонский вызывает всех на базу», – сообщил дежурный, с завистью глядя на тюленей, уплетающих истекающие жиром стейки. Ребята наскоро расправились с баффало, расплатились, оставив милашке Колин щедрые чаевые, и выкатились из «Солёного пса» на стоянку, где их уже поджидал грав до космопорта ВКС. Через полтора часа группа «Браво» в полном составе ввалилась в шлюзовой коридор «Эссекса». Долго? Да, верно. Можно и побыстрее. Но, по словам дежурного, кэп Полонский использовал синий код вызова. А значит, никакого аврала. Просто очередное задание. Ну и для чего, спрашивается, гонять шаттл, когда можно спокойно дождаться рейсовой посудины? Да и теперь, на борту «Эссекса», спешить некуда. По корабельной сети пришло оповещение, что предварительное совещание состоится только после погружения*, то есть минимум через пять часов. (*«Погружением» и «всплытием» принято называть переход в пространство низких вероятностей и возвращение из него в обычное эйнштейново пространство, сопутствующие мгновенным перемещениям кораблей). Поэтому ребятишки, поразмыслив, решили довести начатое дело до конца и направились в рекреационную зону. Грэг же предпочёл заняться делом. Всё равно вечер коту под хвост. Он вызвал в тренажёрку Сквэрла. Пускай попотеет, не всё ему дрыхнуть. По дороге в спортзал, на второй палубе его застала слабая флуктуация вектора тяжести, мгновенно нейтрализованная гравитационными компенсаторами. Ага, значит, уже стартовали. Скоренько, однако. Видать, дело серьезное.

- …Не валяй дурака, Сквэрл, а то я запру тебя в кладовке. Да, представь себе. Причем на весь полёт! Туда и обратно, Сквэрл, и я не шучу.

Нетерпеливо скачущий белый с синими разводами мяч прыгунавозмущённо пискнул. Сквэрл – мобильная часть капитан-лейтенанта Ллойда. Гарольд Ллойд, старший аналитик разведочно-диверсионной базы «Эссекс», чье самоназвание не выражается звуковыми колебаниями, как нетрудно догадаться, фокси. Пень, стационарная часть капитан-лейтенанта, обитает на платформе в самом центре оперативного штаба. Чешуйчатый серый шар с синими прожилками папиллярных узоров, погруженный в поросшую клевером почву, премило смотрится в окружении карликовых канадских кленов. (Как и все фокси, Ллойд тот еще сладкоежка). Вблизи пня мобильная часть капитан-лейтенанта, шар размером с баскетбольный мяч, ведёт себя сообразно званию. Но стоит только ему ускакать подальше, туда, где излучение основного мозга сходит на нет, и хлоп! Кто это тут у нас объявился? Да это же любимец публики Сквэрл, источник проказ, неиссякаемого оптимизма и неукротимой энергии! В роте дуализм природы старшего аналитика ни у кого не вызывает удивления. Да и с чего бы? Фокси же повсюду. Они – единственная раса Союза Миров, без остатка влившаяся в человеческую среду.

По поверхности Сквэрла пробежала чуть заметная волна ряби – так он генерирует колебания звуковых частот.

- Ага, Купер, давай, попробуй. И куда же ты без меня двинешься?

Гэри вздохнул. Вот ведь нахал! Но прав, прав, никуда не денешься. Прыгуны – идеальные разведчики. Они чутко воспринимают звуковые колебания любой частоты, чутки к полям и излучениям, видят и слышат всей поверхностью сферы, обладают отменной реакцией и высокой скоростью. Одна беда: защиту на прыгучий шарик не нахлобучишь. То есть, технически-то это несложно. Только если надеть на него броню – от чутья фокси останется пшик. Так что Сквэрл скачет голышом. А значит, любой разряд в два счёта превратит жизнерадостного Бельчонка* (*Squirrel – белка, бельчонок.) в горстку пепла. Самого капитан-лейтенанта Гарольда Ллойда это, конечно, не убьет, как не убивает человека легкое ранение. Но пока Ллойд, замкнувшись в себе, вырастит Сквэрла заново, пройдет минимум две недели. И всё это время «Эссекс» будет лишён старшего аналитика. А это хреново, потому что бой выигрывается не тогда, когда ребята палят из игольников, а задолго до этого – в насквозь прокуренном оперативном штабе. Там, перед оперативной сферой, сложная личность капитан-лейтенанта Гарольда Ллойда приносит не меньше пользы, чем юркий разведчик Сквэрл на последнем этапе работы – собственно атаке.

- Серьезно, Сквэрл, твоя единственная защита – упреждающий расчёт и уклонение. А ты что делаешь? Скачешь, как полоумный заяц. В прошлый раз ты едва не попал под раздачу.

- Вот и врёшь! Никуда я не попадал. А даже если и попаду, ну так и что? Подумаешь, забуду последние день-два, тоже мне, потеря! И вообще, ты мне не родитель, так что оставь заботу о глупом бельчонке папаше Гарольду. – Парировал прыгун.

У Грэга руки чесались схватить нахальный бело-синий мяч и зашвырнуть куда подальше. Но куда человеческой реакции до фокси!

- Купер, Ллойд-секундо, совещание в третьем зале через десять минут. – Пропел динамик над ухом Грэга.

Купер со вздохом отложил имитатор стационарного разрядника. Вот так всегда. И как, спрашивается, вести воспитательную работу с персоналом, если тебя перебивают на самом важном месте?

- Ладно, мистер секундо, потом договорим. Марш в душ.

Обрадованный Сквэрл возбуждённо пискнул и резво поскакал впереди, отталкиваясь от пола, стен и потолка: фокси-секундо сами не свои до воды. Дай прыгуну волю, он вообще не вылезет из ванны.

Когда посвежевший, с еще мокрым ежиком волос Грэг ввалился в оперштаб, все уже собрались. Шар прыгуна скользнул в родительские объятия пня, тут же слившись с ним сознаниями. Всё, теперь до следующей тренировки прости-прощай, дружище Сквэрл, и здравствуйте, капитан-лейтенант Ллойд, сэр.

Полонский демонстративно покосился на часы и включил режим стенографирования.

- Начало протоколирования. Общее время: восемь ноль-ноль. Совещание проводит командующий мобильной базой «Эссекс» первого отряда SEAL, капитан Айзек Теодор Полонский. Запись ведётся без корректировки и сокращений в режиме полного квантового кодирования и может быть расшифрована исключительно лицами, имеющими соответствующий уровень доступа по специальному разрешению руководства войсковой базы «Сан Диего». – Официальным голосом объявил он. – Прошу присутствующих назвать себя.

- Старший аналитик капитан-лейтенант Гарольд Ллойд. – Бархатно-сладким баритоном возвестил фокси.

Конечно, когда у тебя звучащая поверхность аж три квадратных ярда, можно имитировать хоть бегемота, хоть оперного певца. Тоже мне, достижение.

- Первый заместитель командира роты старший лейтенант Луиза Контарини. – Процедила Лу, хмуро глядя на сжатые кулаки.

Неужели опять полаялись с кэпом? Черные волосы стянуты в конский хвост, желваки так и ходят. О, и кэп на Лу не смотрит. Точно, поругались. И когда только успели?

- Командир группы «Альфа» старший уорент-офицер Дин Майкл.

Дину до сих пор не дают покоя нашивки Луизы. Как будто это она виновата, что Грэг слетел с должности, поспорив с майором из управления тылом. Ну, как поспорив… рыло тому майору он начистил знатно. Если бы не кэп Айзек, сидеть бы Куперу, не пересидеть. Айзек заступился, выручил старого друга. Но нашивкой и должностью пришлось пожертвовать. Ну и хрен с ними, если уж на то пошло. Зато остался с ребятами, а это главное.

- Второй заместитель командира роты, командир группы «Браво» лейтенант Грэг Купер.

- Командир группы «Чарли» старший уорент-офицер Дэн Чу.

Вот Чу – мировой парень. Он первым поддержал Грэга, когда того попёрли из первых замов. А еще невысокий, жилистый Чу единственный человек в роте, который может поймать прыгуна голыми руками.

- Командир группы «Дельта» старший уорент-офицер Оскар Дойл.

Рыжий, кряжистый Дойл только с виду увалень. Конечно, Оскару не под силу поймать Сквэрла, даже присобачь к его заднице реактивный двигатель. Зато он в секунду нашпигует прыгуна тяжёлыми иглами, как повар жирного каплуна.

- Предлагаю старшему аналитику приступить к докладу. – Закончил стандартную перекличку кэп.

Фокси многозначительно померцал синими папиллярными линями (некий безвестный остряк лет сто назад окрестил их «гирляндой». Дурацкое название, как это всегда бывает, прижилось) и распахнул над столом совещаний вирт-сферу в режиме общего доступа.

На этот раз высокое начальство поручило «Эссексу» уничтожить индийскую военную станцию «Шрингаверапура». По словам Ллойда, станция обращается на высокой орбите внешней планеты системы 58К-145 и ничем особенным, кроме размеров, не выделяется. Как и сама система, если уж на то пошло. Прозвучало всё это довольно мирно. Но когда фокси вывел в вирт-сферу трехмерную проекцию станции, Грэг только присвистнул. И чего штаб так усложняет? Дали бы тюленям приказ застрелиться прямо на месте – сэкономили бы время и топливо. Откуда такой пессимизм? Да оттуда. Потому что «Шрингаверапура» оказалась станцией первого класса. А это вам не какой-нибудь горно-обогатительный комбинат в поясе астероидов. Это, считай, целая эскадра, только в виде концентрата. Мало того, что лысые* выстроили на орбите чуть не целый город, так ещё и вооружили его до зубов. (*Уничижительное прозвище индийцев в Союзе Миров, связанное с традицией индийских браминов брить голову). Атаковать такую штуку в лоб – отчаянная и, главное, совершенно бессмысленная затея. У штаба должны быть по-настоящему веские причины, чтобы выставить стоярдовую* каменюку «Эссекса» против этого чудовища. (*Мобильные базы SEAL маскируются под обычный каменный астероид примерно 94-ёх метров в поперечнике).

Грэг так прямо и спросил: Что такого особенного в «Шрингаверапуре», чтоб посылать «Эссекс» на верную гибель?

Гарольд просиял гирляндой и объяснил.

- Сама станция, конечно, никому не нужна. Но «Шрингаверапура» не простая орбитальная станция. Большую часть комплекса составляют ремонтные доки. Отсюда и размеры станции. И угадайте, кто сейчас стоит в этих доках?

Фокси сделал приглашающую паузу. Ага, размечтался. Можно подумать, у людей в мозгах зашит чертов вирт. Понятное дело, все промолчали. Не дождавшись ответа на вопрос, Гарольд милостиво прокашлялся.

Позёр хренов, у него и легких-то нет. Кашляет он.

- «Ганеша»! – Провозгласил фокси, торжественно сверкая гирляндой. – Управление разведки сообщает, что индийцы завершили ремонт «Ганеши».

- Ого.

Ну, правда, а что тут ещё скажешь? Секторальный флот «Ганеша» – это сила. Три месяца назад два ударных флота, Двенадцатый и Сороковой, едва не навернулись, пока ломали «Ганешу». А ломали его, кстати говоря, не искусства ради, а чтобы выбить браминов из «Пьяного удава». Тогда побитый «Ганеша» уполз в тылы, рассыпая по дороге болты и шестерёнки. Там бы его и добить, но у флотов не осталось сил, чтобы преследовать индийцев в глубине их же пространства. Проклятый «Ганеша» прошёлся по «Дюжине» и «Сороковке», как асфальтовый каток по яичной упаковке. Ни одного целого корабля, сплошное решето. Половина экипажей – либо в госпиталях, либо тискают валькирий в Вальгалле. Жаль ребят, но зато Союз захватил «Удава», а это, без дураков, настоящий успех. Кто не знает, «Пьяный удав» – это узкая кишка, звездный проток, извивающийся между непроходимыми трясинами* (*Области изменённого пространства, гибельные для кораблей). В общем-то, ничего особенного, проток, как проток. Средний радиус просвета – два световых года, общая протяжённость – семь сотен световых. Корветом проходится в восемь погружений, флотом – в двенадцать. Ценность «Пьяного удава» в том, что в пятом секторе он, словно пуповина, соединяет тылы доминанты Света с пространством Союза Миров. Тот, кто владеет «Удавом», держит под контролем целую звездную область поперечником парсеков в сто. Когда потрёпанные «Дюжина» и «Сороковка» вернулись на ремонтные станции, в «Удав» притащили три боевые станции. Всякую малотоннажную мелочь типа эскадр они шугают, тут без вопросов. Но вот если «Ганеша» вернётся в строй, станциям крышка. Лысые разнесут их к чертям собачьим, даже не отрываясь от долбанного карри, и заберут «Пьяного удава» обратно. Помнится, аналитики утверждали, что «Ганеше» потребуется на ремонт минимум пять месяцев. Выходит, они ошиблись.

- Усилить станции некем. – Продолжил фокси. – Двенадцатый и Сороковой флота завершили ремонт всего на сорок семь процентов. Других свободных соединений у Союза Миров сейчас нет. Основная масса боеспособных подразделений заняты на немецком направлении.

- А снять с французского фронта? – Удивился Дин.

- Невозможно. Французы воспользовались тем, что русские наращивают войска на китайском направлении и перебросили силы с русского фронта. Наши пограничные флотилии едва сдерживают напор французских эскадр. – Вклинился капитан Подольский.

- По данным разведки, – продолжил фокси, – реакторы «Ганеши» заправлены и полностью готовы к эксплуатации. Через четыре дня ожидается прибытие тяжелых транспортов с экипажами и боекомплектом. Если «Ганеша» выйдет из доков, «Пьяного удава» не удержать.

- В общем, или мы взорвем станцию, или можете считать, что «Удав» уже у браминов. – Подвел итог кэп Полонский. – Так что, сами понимаете…

Да чего тут особенно понимать? Дураку ясно, «Ганешу» нужно добить прямо в доках. Только как? Тут ведь даже на таран не пойдёшь, лысые взорвут астероид еще на подлёте.

Командиры групп переглянулись. Луиза Контарини демонстративно отвернулась. Ага, значит, говорить с шефом мисс замком не желает. Мисс замком желает дуться. А говорить за всех опять лейтенанту Куперу. Нашли себе штатного спикера, честное слово!

- Ладно, с целью понятно. – Грэг ткнул пальцем в сферу. – А как разведка себе это представляет? Ну, то есть, в принципе? Мы что, должны взять эту зверюгу на абордаж?

Луиза едва слышно фыркнула. Вот спасибо, Лу, твоя поддержка бесценна.

Полонский, как-то виновато стрельнув глазами в сторону Луизы, потянулся к вирту. Изображение сменилось. Теперь вместо грозной станции первого класса в сфере появилась грязно-голубая посудина, судя по профилю – лихтеровоз.

- Это лихтер «Неэла хиппо»* (*«Синий бегемот») – пояснил кэп. – Вышел два дня назад из системы Калькутты с грузом броневых плит для обшивки «Шрингаверапуры». По графику причалит к орбитальному комплексу через три дня.

- Ну и что нам это даёт? – Тут же спросил нетерпеливый Дэн Чу.

- Разведка скопировала данные с навигационного компьютера «Бегемота». – Торжественно сообщил фокси. – Мы перехватим лихтер.

- Но блокиратор сигнала действует на малых расстояниях. – Напомнил Оскар Дойл. – Если экипаж успеет сообщить своим…

Фокси перебил его короткой синей вспышкой.

- Не успеет. Два года назад «Неэла хиппо» прошёл капитальный ремонт. На нём установлено новейшее навигационное оборудование.

- А значит, их навигационный комп даёт минимальное отклонение от курса! – Подхватил Ден Чу. – Отлично! Заляжем в дрейф рядом с их точкой всплытия. Они даже пискнуть не успеют, как мы – бах! И они наши!

- Именно так. – Подтвердил фокси.

- Разведка предлагает превратить лихтер в брандёр? – предположил Дин Майкл.

Как тактик командир «Альфы» хорош, но вот насчёт стратегического планирования, это всё-таки не к нему. Поэтому и торчит в уорентах. А вовсе не из-за Луизы Контарини.

- Брандёр не прокатит. – Грэг повернулся к фокси. – Можно снова станцию?

Ллойд мигнул гирляндой. В сфере вновь возник «Шрингаверапура».

- Лихтер, как я посмотрю, здоровый. Такие швартуют не в ангарах, а через транспортный рукав. Вот тут, видите? Значит, если мы его заминируем, он всё равно останется снаружи. Термоядерный взрыв повредит внешнюю оболочку и выступающие надстройки. Ну, может, ещё пару-тройку секций вглубь. В любом случае, для «Ганеши» это как комариный укус.

- Верно. – Поддержал его Айзек. – Поэтому разведка отвергла этот вариант. Они предлагают другое. Гарольд, будь добр.

Фокси просиял гирляндой и принялся излагать придуманный штабными стратегами штаба план. Грэг слушал и не верил ушам: это что же такое должно было случиться, чтобы наверху, наконец, родили что-то оригинальное и, главное, выполнимое?

Штаб предлагал сыграть на страхах самих индийцев. Лысые же не идиоты. Они понимают, что из-за «Ганеши» их станция превратилась в приманку для диверсантов. Индийский гарнизон тренируется, готовясь к отражению атаки. Флотская разведка решила довести эту подготовку до абсурда с тем, чтобы парализовать работу всех защитных систем станции. Идея, что и говорить, отличная. Любой военный вам скажет, что инициативный болван страшнее атомной бомбы. Нашёлся такой болван и на «Шрингаверапуре»: начальник службы безопасности станции, подполковник Дханпатрай. Разведка Союза Миров сумела внедрить к нему в штаб агента. И хотя агент, по словам фокси, носит скромный чин наиб-субидара*, его набожность, знания, а, главное, умение польстить начальнику сделали его правой рукой дурака – подполковника. (*прапорщик) С подачи агента Дханпатрай взял моду регулярно проводить учения, имитирующие атаки вражеского флота, диверсии изнутри, системные сбои и прочие кары многочисленных индийских Богов. Гарнизон, как докладывает агент, волком воет, но покорно участвует в идиотских спектаклях Дханпатрая. А всё потому, что индийская дисциплина – это не наш курорт. У лысых только начни качать права – сразу огребешь плетей. В общем, люди на станции валятся с ног, а Дханпатрай знай, возносит молитвы своим Божественным и выдумывает новые учения. Точнее, придумывает их агент Союза Миров, а дурак – подполковник только подписывает приказы, выдавая чужие идеи за свои. Наверное, уже сверлит погоны под вторую звезду*. (*В индийской армии погоны полковника имеют две, а не три звезды).

- Перед прилетом экипажей Дханпатрай проведет финальные двухчасовые учения, имитирующие глобальный сбой энергосистем в одной из восьми секций станции. – Сообщил фокси. – Секция «Га» в верхней полусфере станции будет полностью обесточена, её персонал эвакуирован по экстренному протоколу. Важно подчеркнуть, что на время учений секция отключается от общего центра управления и контроля, имитируя полное уничтожение систем. Также отключаются средства наблюдения и контроля. Станция переходит в экстренный режим. По графику «Синий бегемот» должен прибыть на орбиту станции за 12 часов до начала учений, чтобы успеть разгрузиться. Мы подготовим убедительную историю о поломке ходовых механизмов, из-за которой лихтер появится у станции как раз во время учений. Это означает, что «Синего бегемота» не станут разгружать, а временно оставят на орбите. Что нам и нужно. Когда лихтер пройдёт над слепой зоной отключенной секции, в действие вступите вы.

- И что же мы сделаем? – Уточнил Майкл Дин.

- Пользуясь слепотой камер, вы десантируетесь на обшивку у ворот ангара секции «Га» и через аварийные люки проникаете внутрь. Ваша задача – добраться до центрального реактора базы и взорвать его.

- Я правильно понимаю, – недоверчиво уточнил Оскар Дойл – нам нужно превратить термоядерный реактор в бомбу?

- Совершенно верно. Необходим мощный, не менее ста мегатонн, взрыв в центре станции. Тогда цель будет гарантированно уничтожена. Предупреждая вопросы, сообщаю, что у нас есть санкция Высшего военного совета доминанты на применение спецсредств.

Грэг присвистнул. Выходит, даже до витающих в эмпиреях Высших дошло, что «Удава» нужно отстоять. Спецсредствами называют вооружения из арсенала Высших рас. Говорят, доминанты договорились между собой о жестких квотах на использование такого оружия. Его выдают только с разрешения титульных рас доминанты и только под конкретную задачу. За всё время службы Грэгу еще не доводилось сталкиваться с такой штукой.

- Спецсредства это хорошо. – Согласился слегка обалдевший Дойл. – Значит, взорвать реактор мы сможем*. Но остаются два вопроса. Как нам до него добраться и как вернуться назад? (*термоядерные реакторы считаются безопасными. В случае повреждения реакция синтеза в их активном ядре прекращается. С помощью технологий Высших рас существует возможность предотвратить затухание реакции синтеза и превратить её в неуправляемую, что влечёт практически мгновенный термоядерный взрыв).

Гарольд снова моргнул гирляндой. Что-то он сегодня разошёлся. Сияет, как рождественская ель.

- Для решения этой задачи секторальный штаб разработал поминутный план. Прошу.

И снова штабисты не ударили в грязь лицом. Согласно плану, «Синий бегемот» не просто возьмёт на борт роту котиков. Вместе с ними в объемистое брюхо лихтера отправится десантный «Фалькон-9». А эта шустрая птичка запросто упорхнёт из-под носа любого врага. Правда, из-за «Фалькона» на задание пойдёт только две группы из четырёх. Больше «Фалькон» не вмещает. Одна группа займётся реактором, а вторая загрузит в управляющие процессоры секции вирус, который вызовет обрушение операционки станции, если лысые подключат энергию раньше срока. Пока индийцы будут разбираться с вирусом, у тюленей будет вдоволь времени, чтобы улизнуть.

В общем, план что надо. Теперь главное, чтобы группа «Браво» оказалась в числе тех, кто будет его выполнять, а не осталась в запасе. Но капитан пока не спешит с назначениями. Чего тянет-то?

- Пройдёмся по тайм-кодам. – Айзек Полонский настроил виртуальную указку. – «Бегемот» окажется над точкой высадки ровно через сорок пять минут после начала плановых учений. Сразу после проникновения группы отправляются к своим целям. Большая часть пути пройдёт по техническим тоннелям, но на двух отрезках придётся использовать общие коридоры. Ещё раз напоминаю, штаб требует, неукоснительно придерживаться маршрута и графика.

- По времени штаб предусмотрел допуск в полторы минуты. – Милостиво добавил фокси.

- Основной отряд должен оказаться возле отключенной части реакторного комплекса через восемнадцать минут после старта операции. – Продолжил кэп Полонский. – Шестнадцать минут на закладку активаторов и программирование управляющих процессоров реактора. Итого – тридцать четыре минуты ровно. Возвращение тем же маршрутом. Вторая группа. Маршрут занимает девять минут. Установка вируса – еще четверть часа. Итого – двадцать четыре минуты. После этого группа переходит в статус группы поддержки, синхронизируется с основным отрядом и направляется встречным курсом. Точка встречи групп вот здесь, у медпункта. Дальше совместный отход к ангару. Перед выходом на внешнюю оболочку станции запускается таймер активатора на четыре минуты. Как только объединённый отряд оказывается на внешней оболочке, «Бегемот» высылает «Фалькон». На это еще двадцать секунд. «Фалькон» уходит на форсаже, под прикрытием помех, которые поставит наша автоматика на «Бегемоте». Итого операция продлится около пятидесяти минут. Вопросы?

Как и следовало ожидать, вопрос оказался один: какие группы отправятся на задание, а какие останутся просиживать штаны в резерве. Тут-то и выяснилось, из-за чего Лу смотрит на кэпа волком. Оказывается, Айзек решил тряхнуть стариной и самолично пойти на операцию с группой «Альфа». Ну и, само собой, в пару взять Грэга с его «Браво». А Луизу оставить на «Эссексе».

Командиры оставшихся не у дел групп попытались возражать, но с Айзеком не очень-то поспоришь. Всё бы так и закончилось, если бы в дискуссию не встрял фокси. Его гирлянда засверкала так, что аж в глазах зарябило.

- Вы совершаете ошибку, капитан. – Безапелляционно заявил он. – Ради безопасности старшего лейтенанта Контарини вы ставите под угрозу успех операции.

Оп-па. А вот это он уже зря.

Лу гневно фыркнула, а Айзека прямо перекосило. А кого бы на его месте не перекосило? То есть, все давно привыкли к прямолинейности фокси, но чтоб так откровенно критиковать командира! Прежде он себе такого не позволял. Что-то развоевался наш пень.

- В чем же моя ошибка, капитан-лейтенант Ллойд? – Официально переспросил Полонский. – На ваш взгляд, конечно.

- Задача должна быть выполнена любой ценой. Если спланированная штабом атака провалится, резерву с «Эссекса» придется действовать в более сложных условиях. – Невозмутимо пояснил фокси, притушив свою гирлянду. – Индийцы будут начеку. А значит, во главе резервного подразделения должен стоять более опытный офицер.

- Согласна. – Поспешно заявила Луиза, сверкнув антрацитовыми глазами на смущенного капитана. – Я сказала господину капитану то же самое.

- Понятно. – Полонский мрачно уставился на командиров групп. – У кого-то еще будут соображения?

Офицеры смущенно опустили глаза.

- Это сложная миссия. Она из труднейших на моей памяти. – Негромко произнес Полонский. – Не думайте, что раз штаб расписал план по минутам, всё пройдёт, как по нотам. В операциях такой сложности никогда не идёт. Возникнет тысяча мелочей, которые придётся решать прямо на месте.

Ну, тут, положим, Айзек загнул. Обычная миссия, чего там. И не такое проворачивали.

- Я справлюсь. – Упрямо заявила Луиза, вздернув подбородок. – Вы командир, сэр. Ваша задача – обеспечить успех. Направить нас. Так было всегда. Так что же изменилось?

- При всем уважении, сэр. – Грэг и сам не знал, какой черт потянул его за язык. – Сейчас ребята уверены в победе, потому что всё идёт, как обычно. Но если вы примете участие в высадке, они подумают, что что-то пошло не так, ведь это обязанность помощника командира. А в нашем деле уверенность главное. Если бойцы засомневаются, у кого-то может дрогнуть палец, кто-то замешкается… а там «Ганеша», это не какой-нибудь дерьмовый завод… ну и… в общем, нам не нужен линий риск. Сами сказали, операция сложная… Прошу меня простить, сэр.

Ободрённые словами Купера, зашумели и другие командиры групп.

Судя по выражению лица, Полонский понял, что остался один. Нет, он, конечно, может просто приказать и дело с концом. Он такой, за ним не заржавеет. Когда надо, Ай Ти тверже камня. Но сейчас хитрый пень выкрутил капитану руки. Продолжи он стоять на своём и все подумают, что кэп просто опасается за подружку. А значит, и сам не уверен в успехе… в общем, как бы то ни было, Полонский сдался.

- Хорошо, будь по-вашему. – С плохо скрытой досадой проронил он. – Старший лейтенант Контарини, десантом командуете вы.

Луиза расцвела улыбкой. А Грэг, глядя на расстроенного друга, подумал, что пора уже научиться держать язык за зубами.

«Эссекс» отправился в путь. Ходовые реакторы исправно погружали корабль в пространство низкой вероятности и исправно вытягивали его наружу, на поверхность, вычерчивая тонкую курсовую ломаную между смертельными ловушками трясин. На базе тем временем кипела работа. Десантные группы готовились к операции. Подрывники доводили до автоматизма навыки работы с активаторами термоядерного взрыва, бойцы часами трудились на виртуальном полигоне, прозванном «Диснейлендом». Полигон точно воспроизводил полученную от разведки схему палуб, тоннелей и коридоров секции «Га» «Шрингаверапуры».

В трех погружениях от цели «Эссекс», как и планировалось, перехватил лихтер «Неэла хиппо», он же «Синий бегемот». Всё прошло – лучше некуда, прямо как в кино. Индийские пилоты едва не наложили в штаны, когда безобидный астероид, случившийся неподалеку от точки их выхода, внезапно прибавил ходу, да ещё и выпустил боевой перехватчик. Глушилки мгновенной связи, хоть и забрали чуть не половину мощности реактора «Эссекса», внесли такие помехи в структуры пространства, что индийцам не то, что полноценное сообщение, заурядный SOS не удалось отправить. А когда перед носом вознамерившегося дать дёру «Неэла хиппо» с шикарными спецэффектами разорвалась килотонная ракета, лысые покорно легли в дрейф, открыли шлюзовую камеру и подняли лапки кверху. Может, индийцы и малость чокнутые с этими своими богами, но себе не враги, чтобы затевать потасовку с десантом. Правда, помощник капитана полез было картинно погеройствовать, но получил по зубам и смирной овечкой отправился под арест на «Эссекс». А чтобы ему там не было сильно одиноко, за компанию с ним отправился почти весь экипаж лихтера. Из индийцев на «Бегемоте» остались только капитан, навигатор и пилот. В конце операции их вместе с остальными прихватит «Фалькон».

Пятьсот бронепластин отправились в открытый космос, а их место занял «Фалькон-9» с двумя группами тюленей на борту. Заполнив объемистое чрево, «Бегемот» грузно опустился в пучины невероятности. На этот раз не один, а в компании неприметного астероида, скучной каменюки, скрывающей в сердцевине стальное сердце – разведочно-диверсионную базу «Эссекс». Через десять часов два корабля как единое целое всплыли на окраине системы 58К-145. Дальше их пути разошлись: «Синий Бегемот» продолжил свой путь к обреченной «Шрингаверапуре», а «Эссекс» остался в местном поясе Койпера, притворившись обычным астероидом.

Перед последним всплытием Полонский провел финальное совещание. С точки зрения Грэга, никакой необходимости в нём не было, но устав есть устав.

Развернув над столом вирт-сферу, Айзек открыл общий доступ. В вершине проекции, рядом с танцующим сиреневым тюленем появилась красная ракета: к совещанию подключились ребята из SWCC* (Crewmen Combatant-craft Special Warfare - группа командования специальных боевых действий ВКС СМ, которая управляет и обслуживает корабли для специальных операций, в том числе для поддержки морских котиков). На экране появились знакомые лица.

- Командир десантного катера «Фалькон-9» Уорент-офицер Том Стивенс.

Опухоль с правого глаза пилота уже спала, а синяк на черной физиономии всё равно почти незаметен. Зато блокировку локтевого бэкфиста Грэг ему поставил – хоть сейчас на ринг. Том дружески подмигнул Грэгу. Здоровым глазом, само собой.

- Второй пилот десантного катера «Фалькон-9» Уорент-офицер Рахиль Лифшиц.

Стройная, словно статуэтка, Рахиль подмигивать Грэгу не стала. Жаль.

- Значит, так, дамы и господа. Мы всплываем в реальность. Давайте сделаем последний прогон. И хочу напомнить вам распоряжение штаба: никакой самодеятельности. Следовать строго по маршрутам, никаких отклонений ни в направлении, ни в тайминге. Надеюсь, это понятно?

Грэг вздохнул. Вот охота человеку переливать из пустого в порожнее. Чего тут не понять-то? Обычное задание типа «Нас тут вообще не было». Тихо пришли, сделали своё дело, тихо ушли. Такие операции Грэг любил больше всего. Это молодняк спит и видит, чтоб пострелять, захлёбываясь адреналином. А с опытом приходит понимание, что если диверсионная группа вынуждена вступать в бой, значит, это плохо подготовленная диверсионная группа. На «Эссексе» таких не держат.

Только вселенной иногда глубоко наплевать, как ты подготовлен. У неё свои планы и меньше всего её интересуют судьбы глупеньких человечков, которые слишком много о себе возомнили.

Пространство доминанты Света.

Территория Индийского абсолюта.

Система 58К-145.

Орбитальная станция «Шрингаверапура».

Небольшой «Фалькон-9» Тома Стивенса вольготно расположился в трюме лихтера. Сам Том, терзаясь вынужденным бездельем, включил бортовую связь и от души потешался над бойцами, рассевшимися на полу в шлюзовой камере «Бегемота». Поводом для зубоскальства Тома послужила форма индийских механиков, в которую для сегодняшней миссии облачились тюлени. Под мешковатыми серыми робами скрывались тонкие боекостюмы типа «муравей». Да и шлемы только выглядели пластиковыми, как у работников ангара, а на деле обеспечивали отличную герметичность и держали прямые попадания легких игл. Конечно, этот нехитрый маскарад не способен выдержать сколько-нибудь серьезную проверку, но в случае форс-мажора он может выиграть тюленям пару драгоценных минут. А две минуты в боевых условиях – это, считай, вечность.

- Не, правда, Купер, бросай десант! – С напускной серьезностью убеждал приятеля Том. – Чего ты в него упёрся? Мой тебе совет: посмотри на себя в зеркало: ты же просто создан для ангара. Правда, ребята, гляньте, как ему идёт комбез с оттопыренными карманами! Какой силуэт, какая грация! Дайте ему щетку в руки, и будет полный комплект. Купер, ты же прямо пробудился уборщиком!

Грэг только посмеивался, нежно поглаживая шар Сквэрла. Прыгун, как всегда, устроился на коленях Грэга, пригрелся и едва заметно пульсировал, думая о чем-то своем, далеком от человеческого. Грэг никогда не пытаться угадать, что за мысли бродят в мозгу мобильной части капитан-лейтенанта Ллойда. Всё-таки фокси не люди. У них даже физиономии нормальной нету, чтобы судить по мимике. Грэгу вспомнился последний разговор с Полонским. Ай Ти перехватил его у шлюза, перед самым стартом. Ребятки понятливо прошли вперед, давая офицерам возможность переговорить без свидетелей.

- Верни её… Ладно? – Попросил Айзек, запинаясь даже сильнее обычного и с тоской глядя Грэгу в глаза. – Целой и невредимой, ладно?

Грэг пообещал. Он искренне верил в то, что говорил. Он собирался вернуть их всех и не сомневался в успехе.

«Синий Бегемот» не торопился. Тюлени успели перекусить и даже вздремнуть, пока он полз из пояса Койпера к внутренним планетам системы.

- Поздравляю, ребятишки. – Наконец, торжественно объявил Том Стивенс, выслушав доклад из рубки лихтера. – Наш «Бегемот» на месте. Диспетчерская Шриво… Шрива… тьфу, язык сломаешь! Короче, нам велено до окончания учений поболтаться неподалеку. Так что давайте. Обуваемся, вытираем носы, не забываем шапочки, на улице холодно!

- Трепло. – Хмыкнула Лу.

- Высадка через полторы минуты. – Не обращая внимания на ворчание лейтенанта, продолжил Том. – Служебные люки ангара «Га». Всё как заказывали: энергия в секции отключена, системы слежения деактивированы.

Отлично! Купер потрепал Сквэрла по гладкой макушке. Значит, разведка не ошиблась. Похоже, на этот раз тюленям светит самая спокойная операция в истории.

Ровно через полторы минуты бойцы вылетели из шлюза зашедшего в мертвую зону «Бегемота» и ловко «приземлились» на внешнюю броню станции. Разброс, как и планировалось, составил не более пятидесяти метров от люков аварийного доступа. Для того, чтобы подобрать коды системы и получить доступ к автономным системам шлюза, спецам SEAL потребовалось не более минуты. Вскоре мягкие подошвы ботинок десанта глухо стукнули в металлопласт шлюзовой камеры. Засвистела система подачи воздуха. Когда свист прекратился, обманутый чужими программами шлюз гостеприимно поднял перегородку, не подозревая о том, каких опасных гостей он пускает на станцию.

- Карты на щитки. – Скомандовала Луиза. – Таймер на ноль.

Оба командира послушно обнулили показания вирта.

- Отсчет!

В правом верхнем углу лицевого щитка Грэга замелькали секунды. Метроном, задающий темп продвижения, тихо защелкал.

- Группа «Альфа» – со мной.

Группа Дина двинулась вперед, на первом перекрестке свернула в правый коридор.

- «Браво», вперёд. – Прозвучал в наушниках голос Луизы. – Связь на четвертом канале.

Полупрозрачная бледно-зеленая угловатая змейка маршрута на щитке Грэга уклонялась влево.

Ну всё, пошла игра!

- Сквэрл, сканирование.

Бело-синий мяч послушно скакнул вперед. Его поверхность лучше любого сканера улавливает любые колебания – от электромагнитных до вибрационных.

- Впереди на сто ярдов чисто. – Доложил он.

- Быковски, Ратнер – вперед.

Приятели бесшумно обогнули Грэга. У обоих – веерники. Тут не до сантиментов и не до ювелирной точности. Никто не знает, с чем придется столкнуться.

- Мастер Би!

Здоровяк с тяжёлой ракетницей выдвинулся следом.

- Эванс, Джонсон – прикрываете.

Пара бойцов отстала, ощупывая стволами веерных излучателей оставшееся позади пространство.

- Пошли.

Группа Купера втянулась в освещенный красными аварийными лампами лабиринт служебных проходов индийской станции. Двигались бесшумно, и только приглушённый стук шара прыгуна нарушал тишину обесточенной секции. По дороге Джонсон методично отстреливала немногочисленные камеры наблюдения и блоки слежения. Со стороны может показаться, что это она зря, всё равно секция обесточена. Но наученные опытом множества операций тюлени всегда предпочитают перестраховаться, оставляя себе гарантированно безопасный отнорок.

Едва слышно пощёлкивал в наушниках таймер. Тюлени серыми тенями перемещалась по обезлюдевшей, погружённой в тягучие багровые сумерки секции. Зеленая змейка маршрута отрезок за отрезком окрашивалась в желтый цвет пройденных участков. Ну что… пока без сюрпризов. Даже проще, чем тренировка на «Диснейленде» родного «Эссекса». Но Грэг ни на секунду не ослаблял внимания. Потерявший бдительность боец – мертвый боец. И проваленный план.

Пока группа точно укладывается в сроки. А всё спасибо стандартным аварийным протоколам. При экстренном обесточивании, это если без нарушения герметичности корпуса и без задымления, все люки и двери фиксируются в открытом положении, для ускорения эвакуации сотрудников. Если бы не это, тюленям пришлось бы тратить драгоценные минуты, вручную поднимая тяжелые перегородки между блоками. (Для этого слева от перегородок, за ломким предохранительным стеклом торчат рычаги простой лебедки).

В общем, до центра управления тюлени добрались точно по графику. Практически секунда в секунду. Хоть в учебник заноси.

Центр управления секции «Га», в отличие от других отсеков, оказался закрытым. Ясное дело, безопасность,. Но тюлени вскрывали консервные банки и покруче этой. Никуда этот центр не делся, открылся как миленький. Всего сорок секунд – и массивная перегородка рывками двинулась вверх, освобождая путь.

- Эванс, твой ход. Пол, ты с ним. Остальные – занимаем оборону. Сквэрл, сканируешь пространство.

Тюлени разошлись по постам.

Джордж Эванс с ухмылкой раскрыл контейнер с приборами, снял перчатки и демонстративно хрустнул суставами пальцев.

- Командир, начинаю. Подготовка центрального блока.

Электронщик осторожно снял переднюю панель со стойки управляющих систем. В лучах нашлемного фонаря тускло блеснули ряды кристаллов-носителей информации. От них расходились тонкие пучки проводов. Часть из них Эванс отключил, остальные перекоммутировал.

- Подготовка к установке системы.

Закончив с кристаллами, Эванс принялся за блоки процессоров. Грэг скосил глаза на бегущие цифры таймера. Нормально, успеваем.

- Пол, давай кристалл.

Гаррисон достал из гнезда упакованный в мягкую оболочку кристалл памяти с обновлением операционной системы, содержащий вирус. Эванс распаковал мутный кристалл и двумя аккуратными движениями вставил его в одно из освободившихся гнезд считывателей.

- Установка закончена. Подключаю локальную подачу энергии.

Эванс раскрыл электрощиток справа от дверей, отсоединил несколько кабелей, педантично заизолировал концы, а к освободившимся разъемам подключил небольшую коробочку «вечной» атомной батареи.

Эванс убедился, что контакты батареи подключены правильно и торжественно щелкнул кнопкой на её торце.

В просторном зале центра управления вспыхнул свет. Эванс выдвинул из недр стойки управляющих систем секции физическую клавиатуру и принялся за дело.

В центре зала развернулась вирт-сфера, в которой замелькали столбцы строк кода.

Шар фокси радостно подпрыгнул, ударился о потолок и срикошетировал точно на шлем мастера Би.

- Кончай, Сквэрл! – Пробурчал силач, поправляя шлем.

- Извини, мастер Би. – Пискнул прыгун. – Застоялся. Захотелось ноги размять.

Эвелин Джонсон прыснула. Грэг только вздохнул.

Что за трепло. Ноги у него…

- Всё, готово. – Выдохнул Эванс, закрывая сферу. – Обновление прошло. Вирус в системе.

- Отлично. – Грэг сверился с таймером. Джордж успел даже раньше срока. Вот и хорошо. – Две минуты отдых. Пьём, едим… и всё остальное.

Пока ребята перекусывали, Грэг связался с Луизой Контарини. «Альфа» благополучно добралась до обесточенной части реакторного отсека, в сердцевине огромного яблока станции. Лу сказала, что им, похоже, придётся чуть задержаться. Не подошли коннекторы для закачки жидкого компонента активатора в систему охлаждения реактора. Не катастрофа, конечно, но задержка. Вот тебе и штабные специалисты. Хоть где-то, да накосячат. Что ты с ними будешь делать.

По словам Луизы, «Альфа» опоздает максимум на пять минут. Грэг успокоился. Пять минут – не тот срок, чтобы менять разработанную схему операции. Договорились, что «Браво» подождёт основную группу в точке сбора.

Таймер на щитке Грэга нетерпеливо полыхнул красным. Время. Пора выдвигаться.

- Закончили, народ. Движемся к точке встречи. Построение стандартное. Сквэрл, продолжаешь сканирование. Пошли, пошли.

Тюлени выскользнули из центра управления. Зеленая змейка нового курса заканчивалась у отметки с красным крестиком – медпунктом. Именно там «Браво» встретится с основной группой. Если, конечно, не случится новых происшествий. Грэгу очень не понравился прокол с коннекторами. Кто его знает, в чем ещё ошиблись штабные стратеги?

Группа перешла в новый коридор. За поворотом ожидаемо оказался узел: пять тоннелей, сходящихся в одной точке. Им направо. Прыгун пока спокоен: никаких посторонних полей и шумов. Вот бы и дальше так: Дождаться «Альфу», вместе вернуться на «Фалькон», полюбоваться на фейерверк термоядерного взрыва, и домой! В «Соленом псе» тюленей уже, наверное, заждались.

Метроном предупреждающе пискнул – впереди первая точка выхода из служебных тоннелей. Дальше группе придётся пройти через открытое пространство секции. По идее, там пусто, но если вспомнить коннекторы…

- Скверл?

- Чисто. – Тихо пропел прыгун.

- Вперед, сто шагов.

Мягкий шелест шагов. Негромкий стук Сквэрла. Группа вынырнула из узкого технического коридора на простор жилого сектора. Грэг поднял сжатую в кулак руку, осматриваясь. Бойцы послушно замерли, бросая вокруг цепкие взгляды.

Что за фокусы? Опять штабные напутали? Такого в «Диснейленде» не было! Судя по карте, это просто общий коридор гостевой палубы станции. На тренажёре он и был широким, тянущимся на две сотни метров коридором. В реальности же перед озадаченными тюленями оказалась настоящая дворцовая анфилада. Совсем, что ли, лысые головой ушиблись? Для чего на космической станции вся эта мишура? На кой ляд здесь аллея пальм в декоративных кадках, витражные фальш-окна, сводчатые изразцовые потолки, покрытые резьбой витые колонны, статуи Светлых богов в нишах? Какому чокнутому брамину пришло в голову устроить такое на орбитальной военной станции? «Хреново, – подумалось Грэгу, – Здесь целый полк спрятать можно». В багровом свете аварийных ламп статуи казались живыми. Импульсивный Эрнандес уже дважды вскидывал игольник, выцеливая мелькнувшую за колонной тень. Да и остальных нервировали чертовы истуканы. Из-за них приходилось осторожничать, заглядывать в каждый темный угол. Даже Скверл потерял обычную резвость. Продвижение группы замедлилось. Метроном издал тревожную трель. Группа «Браво» выбилась из графика.

- Пошли, пошли! Не в музее!

Ожил коммуникатор шлема. Сигнал кодированной связи автоматически разбивался на десятки диапазонов, прячась в фоновых шумах. Голос Луизы отдавал дребезжащей жестью.

- Купер?

- Слышу, Лу.

- Мы всё ещё работаем. Как у вас?

- Мы в гостевом блоке. Не поверишь, что они тут понастроили. Идем, как по музею. Прямо экскурсия.

-Ясно. До встречи у медпункта. Конец связи.

- Конец связи.

Везение тюленей закончилось через полторы минуты, когда до конца роскошной анфилады оставалось всего ничего. Группа шла мимо каких-то апартаментов. В этом блоке двери почему-то остались запертыми.

«Очевидно, он давно пустует. – Решил Грэг, вглядываясь в темнеющие в нишах фигуры божеств. – Нет, правда, кому придёт в голову гостить на военной станции? Удивительно, что здесь всё не заросло пылью. Наверное, целая рота штрафников с утра до вечера отрабатывает наряды».

Сквэрл, шарахаясь от изваяний, скакал перед цепочкой тюленей. В полумраке уже замаячил конец коридора. Скоро сбоку должен показаться аварийный вход в технический тоннель. Грэг уже поднял руку, чтобы скомандовать поворот, когда прыгун, отпрянув от статуи какого-то четверорукого Бога, промахнулся и опрокинул вазу с цветами, стоящую в простенке. С оглушительным грохотом ваза разлетелась на мелкие осколки. Группа замерла. Внезапно справа от Грэга распахнулись инкрустированные золотом двери…

Грэг реагирует мгновенно: поворот корпуса, палец мягко нажимает на спуск, игольник тихо щелкает, и мужчина в парадной форме индийских ВКС падает, как подкошенный. Бойцы занимают круговую оборону у дверей. Грэг врывается в зал, перепрыгнув через убитого. Со спины его прикрывают Гаррисон и Лу Янг. В глубине темного зала смутно маячат высокие тонкие фигуры. Интеллектуальный прицел вирта, совмещенный с игольником, на миг ловит чужаков, заключая их в смертельную рамку, но тут же теряет. Что за… Мимо проносится Сквэрл и принимается скакать перед самым жалом игольника. Грэг едва успевает убрать палец с кнопки.

- Сквэрл, назад! – рычит он, уже понимая, что все планы летят в тартарары.

- Это Высшие, Грэг! Высшие! – Пронзительно визжит Сквэрл, прикрывая своим тельцем Повелителей индийской доминанты.

Из сумрака выплывают три тонкие нечеловеческие фигуры. В них никак не меньше трех метров. Грэг опускает игольник и отступает на шаг. Дьявольщина, действительно Высшие! Правила Кодекса, вдолбленные в ещё в начальной учебке, гласят: «Высшие расы – над схваткой. Солдат любой стороны обязан обеспечить безопасность Высших, оказавшихся в зоне боевых действий». Грэг лихорадочно думает. Высшие не должны пострадать – это аксиома. И что теперь делать?! Отменять операцию? Ну, уж нет! Тогда что? Вот, есть! Откуда-то же Высшие тут взялись? На чём-то же они прилетели? А раз так, то корабль Высших стоит тут же, в ангаре секции «Га», потому что каждую секцию обслуживает ровно один ангар. Значит, можно разделиться. Пара бойцов поведёт Высших к их кораблю и проследит за тем, чтобы они безопасно добрались. А там пусть катятся на все четыре стороны. А остальные продолжат выполнение задания. Грэг вызвал Лу.

- Лу, здесь Купер.

- Грэг, нам нужна ещё пара минут.

- Лу, слушай внимательно. Нас спалили. Один лысый убит. Не знаю, успел ли он поднять тревогу.

- Откуда он взялся? Ведь…

- Лу, это еще не всё. У меня тут трое Высших на мушке.

- Высшие?! Проклятье! Грэг, операция отменяется. Сворачиваемся!

- Нет, Лу, постой. Вспомни про «Ганешу». Мы не можем отменить операцию. Отправим их в ангар, к их кораблю. Я выделю сопровождение, всё такое… короче, всё по закону.

Пауза. Луиза думает. Давай, девочка, давай быстрее, решайся! Индийцы в любую секунду могут поднять тревогу.

- Грэг, Высшие не должны пострадать. Проследи лично.

Умница, молодец! Айзек ещё будет тобой гордиться.

- Понял, займусь сам. Ребят отправляю к тебе.

- Отставить. Твоя группа сопровождает Высших. В полном составе.

- Но…

- Грэг, это приказ. Встречаемся в шлюзе. Всё. Конец связи.

- Ясно. Конец связи. Сквэрл, скажи им…

Фокси знает прорву языков. Бело-синий шар разражается серией высоких щелчков. Индийские Высшие внимают ему, склонив к Прыгуну нечеловеческие полупрозрачные головы. Их кожа напоминает шероховатый лед. Кажется, ударь посильнее, и они разлетятся вдребезги, осыпав пол острыми осколками… Вертикальные щели, разделяющие лица Высших надвое, вибрируют. Очевидно, они что-то говорят. Но Купер ничего не слышит. Грэг скашивает взгляд на дешифратор. Вирт вычерчивает суматошные синусоиды. Сорок килогерц. Ультразвук. Понятно. Похоже, эти Высшие – порождения ночи.

- Божественные А Первый, А Второй и А Третий благодарят вас за соблюдения Кодекса. – Торжественно возвещает Сквэрл.

Грэг дергает щекой. Час от часу нелегче. Так это не просто Высшие! Перед ним – сами Светлые Боги индийской доминанты. Вот попали, так попали…

- Ну… да. Скажи, что они должны пойти с нами в ангар.

- Уже. Божественные…

- Короче!

- Они предлагают нам прекратить операцию. Гарантируют свободу. Ты свяжешься с Луизой?

Грэг бьет тяжелой перчаткой в стену, оставляя в ней некрасивую вмятину. Всё наперекосяк! Не должно тут быть никаких Богов, ни первых, ни третьих! И это он должен взрывать реактор! Он, а не девчонка, которая пытается что-то доказать любимому и от которой зависит… да ничего от неё не зависит! Это проблема Грэга и ему её расхлебывать…

- Скажи, что они идут с нами. Это не обсуждается.

Сквэрл снова принимается щелкать. Один из высших поворачивает к Грэгу нечеловеческое лицо. По обе стороны от вертикальной щели рта разворачиваются полупрозрачные кожистые лепестки с острыми концами – зазубринами. Лепестки подрагивают, словно ощупывая Грэга. Ротовая щель едва заметно вибрирует.

- Они напоминают, что пятый пункт Кодекса запрещает ограничение свободы Высших.

- Все правильно. Но если они останутся тут, я не смогу обеспечить их выживание. Коллизия первого и пятого пункта. Первый важнее.

Щель дергается.

- Они сожалеют о твоем решении. Он сказал: «Вы все умрёте».

Вместо ответа Грэг поднимает игольник. На это раз перевода не требуется. Группа «Браво» отправляется в обратный путь.

Высшие не соврали. Очевидно, перед гибелью индийский офицер успел активировать тревожный протокол. Сначала индийцы попытались запустить энергоснабжение отключённой секции. Но добились только того, что внедренный Эвансом вирус уничтожил операционные системы станции. «Шрингаверапура» перешла в аварийный режим. Отрубились внешние системы наблюдения, внутренние следящие сенсоры, камеры, вся электроника, кроме автономной. Встали транспортные линии и основные лифты. Но индийские службы безопасности, как оказалось, не зря ели свои лепёшки. Мобильные отряды военной полиции, перейдя на простые рации, принялись прочёсывать секцию блок за блоком. В реакторную, как и следовало ожидать, они наведались в числе первых. Группа «Альфа» уничтожила передовой отряд, и теперь с минуты на минуту ожидала подхода основных сил противника. Техники группы с лихорадочной скоростью заканчивали подготовку реактора к взрыву.

Если бы не Высшие, неторопливо шествующие по коридорам, «Браво» могли бы до бесконечности играть в прятки с патрулями. Но чужие Боги связали тюленей по рукам и ногам. Грэг, плюнув на все планы, повел группу по кратчайшему пути к тем тоннелям, через которые они шли по дороге к центру управления. Там, по крайней мере, отстрелены все камеры наблюдения. Даже если индийцам каким-то чудом удастся вернуть свои компьютеры к жизни, группа останется невидимой.

В двухстах метрах от входа в тоннель их нагнал индийский спецназ. На прикрывающих тыл группы тюленей обрушился шквал огня. Бронекостюмы «муравей», замаскированные под форму техников, не предназначены для серьезного боя. Легкие, не стесняющие движений, они способны задержать легкие иглы и шальные осколки. Но индийцы не стали мелочиться. Коулман и Браун упали почти сразу, сражённые мощным энергоразрядом. Гаррисон получил ранение, но пока тянул. Лу Янг, морщась, заливал медпеной сочащийся кровью бок, не прекращая отстреливаться. Мастер Би лишился мочки уха вместе с любимой серьгой. Но и лысым досталось. Первую волну индийских коммандос тюлени буквально смели дружными залпами веерников.

Индийцы послали на выручку своим Высшим чуть не половину спецназа. Их огневая мощь сводила на нет все преимущества подготовки тюленей. Упал Быковски, срезанный извивающимся плазменным жгутом. И почти сразу за ним – бросившийся на выручку Ратнер. Их силуэты на вирте потемнели. Грэг орал и ругался, игольник в его руках дергался, как будто тоже не мог сдержать ярость. Спустя мгновение ракета мастера Би вдребезги разнесла плазменную установку вместе с расчётом, но ребят было уже не вернуть. Тела пришлось оставить. Группа прорывалась через ад, окруженная хлещущим пламенем. И только вокруг неспешно шагающих Высших огонь волшебным образом стихал, как если бы они и вправду были Богами. Снабжённое интеллектуальными прицелами оружие индийцев просто не наводилось на Высших. Наверное, со стороны это выглядело дико: покрытые кровью и гарью десантники, ведущие ожесточенный бой, и безмятежно плывущие меж ними высокие силуэты Высших. Между перекрещивающимися лучами разрядов лихо носился закопченный шар Сквэрла. Один раз его почти задело. Уворачиваясь, легонький фокси буквально впечатался в лицо одному из Божественных. Тот не успел заслониться, и Грэг со злорадством заметил, как Высший схватился за свои лицевые лепестки трехпалыми сизыми руками. «Что, сволочь, и тебе бывает больно?» – мелькнула шальная мысль. Грэг отвлекся и прозевал удар с фланга. Из-за перпендикулярного коридора показались индийские коммандос и с ходу открыли огонь по группе, пытаясь отсечь её от Высших. Очередь тараном ударила в тело. Грэга отшвырнуло к стене, прямо мордой припечатало. Лицевой щиток шлема пошёл трещинами.

- Би, на девять часов! – плюясь кровью, каркнул Купер. Высшие отшатнулись, когда мимо них с воем пронеслась ракета. Коридор расцвел оранжевым пионом взрыва. Грохот едва не порвал перепонки. Переборки вынесло напрочь. Потолок обрушился на индийцев, смяв людей, словно тряпичных кукол.

Медикит впрыснул Грэгу анастетики и коагулянт. Плечо в месте укола онемело, зато голова прояснилась, хотя в ушах звенело по-прежнему. Наверное, сотрясение мозга. Грэг показал Мастеру Би большой палец. Невозмутимый здоровяк переместился назад – прикрывать тыл. Позади что-то с шумом осыпалось – индийские коммандос торопливо разгребали завалы. Впереди показался долгожданный зев прохода в служебный тоннель. Грэг торжествующе взмахнул рукой, и тут же поплатился за свою неосторожность: из-за завалов высунулась хищная морда разрядника. Импульс разворотил Грэгу ладонь, оторвав три пальца. Окропив коридор кровью, Грэг откатился под ноги бойцам. Лу Янг и Гаррисон подхватили его. Скрипя зубами, Грэг достал из накладного кармана баллончик и залил обрубок кисти оранжевой пеной. Медикит вколол в плечо антишок. Грэг вцепился в игольник уцелевшей левой рукой. Ничего, повоюем еще… тюлени стреляют с обеих рук. Отобьемся…

От передоза анестетиков мутило. Только не хватало блевануть на щиток.

- Не стоять! Мастер Би!

Ракета ушла назад, обрушив еще одну секцию потолка на противника. Коридор мгновенно затянуло едким дымом. Кашляя, десантники ринулись к заветной двери. Мастер Би святотатственно подталкивал Божественных А в спины. Первым в служебный коридор влетел Сквэрл, за ним покатился по полу Грэг, зацепившись ботинком за выступ. Следующими порог переступили трое Высших. И тут же сверху со свистом рухнула массивная перегородка. Сквэрл придушенно пискнул. Высшие замерли длинными, несуразными тенями. А Грэг не мог оторвать глаз от лежащего на полу торса Мастера Би, наискось разваленного стальной гильотиной перегородки. На вирте погас еще один силуэт. Снаружи доносились голоса, удары в дверь. Грэг понимал, что оставшиеся без поддержки ребята обречены – вчетвером, с легким вооружением им не пройти по коридору к ангару, прорываясь сквозь ряды коммандос. Грэг закинул игольник за спину, выбил стекло, схватился за ручку лебедки, навалился. Тщетно. Заклинило. Плита даже не дрогнула. Высшие безучастно наблюдали. Один из них склонился к Прыгуну.

- Ещё не поздно. – Тихо перевел Сквэрл. За ним, в полумраке, маячили угрюмые тени чужаков. – Остановитесь, сдайтесь, и вы спасёте своих людей.

По щекам Грэга текли слезы. Едкий дым проник под разбитый шлем.

- Вы можете их спасти…

В тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием Грэга, треск коммуникатора прозвучал как автоматная очередь.

- Купер? Купер, отвечай!

- Лу? – Грэг стряхнул с себя оцепенение, скосил глаза на вирт. – Лу, слышу тебя! Я в трехстах метрах от ангара!

- Купер, отправляй Высших и взрывай станцию. Код активации три.

- Лу, где вы?

- Нас зажали у реактора. Лысые рвутся внутрь, но мы их удержим… Код три! Я переслала тебе права…

Грэга трясло. В коммуникаторе скрипело и хрипело на разные лады – надорванный динамик с трудом справлялся, передавая Грэгу эхо далекой перестрелки.

- Лу, я скоро… Я вернусь…! – заорал Купер. Но Лу уже отключилась.

Грэг поднял игольник

- Эй, вы. А ну вперед!

Высшие не сдвинулись с места. Не помня себя, Грэг саданул ближайшего прикладом в узкую грудь. Высший согнулся, разинув ротовую щель в беззвучном вопле.

- Живо, я сказал!

Высшие потрясенно отшатнулись и послушно заскользили по узкому, низкому проходу. Следом запрыгал Сквэрл. Грэг поплелся за ними, мотаясь от стены к стене. Только что он подписал себе смертный приговор. За насилие над Высшими трибунал карает беспощадно. Плевать. Всё равно. Грэга трясло, перед глазами плавали цветные круги. Медикит «муравья» обеспокоенно жужжал, не в силах справиться с болевым шоком и нарастающими последствиями множественных ранений. Сквозь дырки в легкой броне пузырясь, выплескивалась кровь, оставляя за Грэгом цепочку алых клякс. На вирте один за другим гасли силуэты последних бойцов группы «Браво». До ангара двести десять метров.

Грэг всё-таки дошел. Дотянул. Дотащился до ангара. Корабль Высших, иссиня-черный эллипсоид, при появлении хозяев озарился тусклым жемчужным сиянием. В его покатом борту прорезался узкий провал входа.

- Давайте… валите уже. – Прохрипел Грэг.

Высшие не удостоили его ответом. Не торопясь, они один за другим исчезали во мраке проёма.

- Быстрее… –простонал Грэг из последних сил удерживая себя в сознании. – Быстрее… сволочь!

Яхта властителей доминанты Света лениво скользнула в стартовый тоннель.

Палубу трясло. Издалека донёсся тяжелый гул разрывов. Там вели последний бой остатки группы «Альфа».

Грэг включил связь.

«Купер… как только… взрывай…» – голос Луизы с трудом пробился сквозь треск помех.

Прости, Айзек. Я тебя подвёл.

Грэг навзничь рухнул на пол, судорожно нащупывая двумя оставшимися пальцами нарукавный вирт. Код три. Надо ввести код… В глаза стремительно темнело.

- Только не сейчас… только успеть…

Стены ангара дрогнули. Грэга подбросило вверх. В массивных воротах появилась рваная дыра, сквозь которую со ревом устремился воздух. На фоне звезд мелькнула чья-то стремительная тень. Над теряющим сознание бойцом склонилась темная фигура. Грэг попытался поднять игольник.

- Не дури, Купер!

Том Стивенс, узнал Грэг.

- Том… надо… взорвать. Код три…

- Где остальные?

- Нет… все… лысые скоро… взрывай!

Они успели. Таймер принялся отсчитывать секунды до взрыва. С болтающимся на привязи Купером и со Сквэрлом под мышкой, Стивенс вынырнул в открытый космос и одним импульсом двигателей скафандра преодолел двадцать метров, разделяющих станцию и зависший над ангаром «Фалькон-9». Едва пилот с полумёртвым десантником оказались на борту, Рахиль врубила двигательную установку на полную мощность. Двигатель взвыл. Навалилась перегрузка. «Фалькон» швыряло, словно щепку в потоке.

Грэг обессилено закрыл глаза. Его медикит испуганно заверещал: у лейтенанта Купера отказывало сердце, и примитивный медик не мог ничем помочь. А за кормой десантного бота ширилось, разливалось огненным валом иступленное сияние термоядерного взрыва, поглотившего без остатка станцию «Шрингаверапура», флот «Ганеша» и вместе с ними – единственную надежду индийцев отвоевать сектор Удава. Ослепительный шар перегретой плазмы пылал и пылал, словно огненное надгробие бойцов четвертой роты. Словно огненное надгробие Луизы Контарини, которую лейтенант сил специального назначения Союза Миров Грэг Купер обещал, но так и не сумел вернуть домой.

Пространство доминанты Союз Миров.

Система Калифорния,

Регенерационный центр госпиталя базы военно-космических сил «Сан Диего».

Пальцы отросли, но не слушаются. Просто торчат розовыми пухлыми сосисками. Грэг снова попытался сжать кулак. Куда там. Но врачи дружно утверждают, что кисть надо разрабатывать, и Грэг прилежно тренировался. А как же иначе? Надо же будет чем-то показать кукиш перед расстрелом.

Уже неделю, как его маринуют в госпитале. Тоска смертная. Процедуры, осмотры. Допросы… ну, это святое, куда же без них? Хорошо, хоть посетителей пускают. Пусть только на десять минут в день, но и на том спасибо, могли бы запереть в одиночку и выбросить ключ. Первым, само собой, прискакал Сквэрл и таинственным тоном посоветовал Грэгу держать язык за зубами. Для его же собственного блага. Приходили уорент-офицеры Чу и Дойл. Хитрый ирландец протащил в палату фляжку с бурбоном. Не чокаясь, выпили за упокой душ ребят. Пили молча, потому что какие тут, к черту, могут быть слова? Заглянул неунывающий Стивенс, похлопал Грэга по плечу – заново выращенное легкое еще не умялось, болезненно ударило в сращенные ребра. Заскочила печальная Рахиль, чмокнула в щеку. И только один человек ни разу и не зашел. Ай Ти. Капитан Айзек Теодор Полонский. Лучший друг. Ну, это как раз хорошо. Видеть Айзека сейчас… Нет, это уже выше человеческих сил.

«Всё правильно. – Думал Грэг, настойчиво пытаясь пошевелить мизинцем. – Айзек имеет полное право меня презирать. Это я должен был остаться у реактора. Я, а не Лу. Я обещал Айзеку её вернуть? Обещал. Десантник или выполняет обещания, или гибнет. А я… Даже сдохнуть не сумел. Ну и кто я после этого?»

А капитан Айзек Полонский мечтал поспать хотя бы четыре часа. Но времени хватало только на то, чтобы покемарить в очередной приёмной. Айзек спасал шкуру Грэга. Божественные не простили лейтенанту Куперу нанесённого оскорбления. А может быть, их задело за живое уничтожение «Шрингаверапуры». Кто их знает. Факт в том, что повелители индийской доминанты избрали своей целью лейтенанта Купера, посмевшего диктовать им свою волю и дерзнувшего унизить Божественного А Третьего. А если называть вещи своими именами, от души приложившего Божественного прикладом штатного штурмового игольника «Гриффин-4М». Грэгу грозила высшая мера, и Айзек делал всё возможное, чтобы спасти друга. Насилие в отношении Высших считается тягчайшим преступлением во всех доминантах, так что на снисхождение судей надеяться не приходилось. Оставалось одно: сражаться. Полонский отыскал лучшего в секторе адвоката, майора Байерса, того самого, который вытащил из петли ложно обвиненного в измене генерала Дженкинса. Услышав, что именно инкриминируют Куперу, адвокат схватился за голову. Но за дело всё-таки взялся, как показалось капитану, из чистого спортивного интереса. Услуги Байерса съели практически все сбережения капитана, но Айзек Полонский менее всего думал о деньгах. Он вообще старался не думать. Спасая друга, он отвлекался от собственной боли. От угрызений совести. Капитан терзался двойным чувством вины. Он смалодушничал, поддался на уговоры подчиненных, отпустил Луизу во главе группы. А ведь знал, что та из кожи вон полезет, чтобы доказать, какая она крутая. Знал, но проявил слабость. Согласился. И вот чем всё закончилось. Не настояв на своем, он фактически отправил Луизу на смерть. И, как будто этого мало, он повесил груз ответственности за женщину, которую не сумел защитить сам, на Грэга Купера. Вынудил лучшего друга дать такое обещание, которого не имел права не только требовать, но даже просить. Он боялся представить, что сейчас творится в душе Грэга, потерявшего всех бойцов, пошедшего на страшное преступление и всё равно не сумевшего сдержать данное слово. Полонский не просто бился за своего офицера, за друга. Он замаливал грех. Только не было божества, которое услышало бы его молитву. В рукаве Ориона нет иных богов, кроме жестоких повелителей доминанты Света. И по их воле за грех капитана Полонского должен расплатиться его лучший друг – лейтенант Грэг Купер. Если только не случится чуда.

Но капитан Полонский не верил в чудеса.

Майор Байерс тоже в них не верил. Но он не любил брать денег зря. А ещё больше не любил проигрывать дела. Байерс понимал, что суд над Купером станет резонансным. Не каждый день человек поднимает руку на того, кого называют Богом, на вершителя судеб целой доминанты. Об этом деле будут трубить СМИ обеих доминант. А значит, исход дела предрешён. Находясь под прицелом камер, трибунал, разбирающий дело Купера, неминуемо вынесет обвинительный приговор. Можно считать, Купер уже мертв. А значит, нельзя доводить дело до суда. Байерс напряг свои связи и добился согласия на предварительное слушание в смешанной комиссии, состоящей из военных атташе заинтересованных сторон и трёх представителей Высших рас: по одному из доминант – сторон конфликта и наблюдателя из состава галактического трибунала.

Слушание назначили на нейтральной территории: одной из станций, принадлежащих трибуналу. Потерпевшую сторону – Божественных А – представлял офицер военно-юридической службы вооруженных сил Индийского абсолюта полковник Сингх.

Статный бронзовокожий полковник оказался мастером своего дела. Кратко и исчерпывающе он изложил суть претензий доминанты Света:

- Лейтенант Купер сознательно рисковал жизнями Высших, приняв решение продолжить боевую операцию после того, как произошел контакт группы «Браво» с Божественными А.

- Лейтенант Купер сознательно отказался принять конструктивное предложение о мирном разрешении конфликта, предложенное Высшими.

- Лейтенант Купер сознательно ограничил свободу передвижений Высших, предписав им следовать к шлюзу.

- Лейтенант Купер сознательно совершил насильственные действия в отношении Высшего.

Согласно Галактическому кодексу, ратифицированному всеми доминантами рукава Ориона, Лейтенант Грэг Купер является военным преступником. От имени Индийского абсолюта и всей доминанты Света он, полковник Сингх, будет требовать смертного приговора в отношении означенного лейтенанта.

Выслушав спич обвинителя, члены комиссии многозначительно переглянулись. Полковник Сингх бросил снисходительный взгляд на своего визави и уселся на свое место. На фоне импозантного полковника, на мундире которого сияли, позвякивая при каждом движении, многочисленные награды, Байерс в его скромном френче с узкой орденской планкой выглядел, по меньшей мере, неубедительно.

«Ну всё, конец. – Подумал Айзек, беспокойно ерзая на жесткой скамейке заднего ряда. – Грэгу крышка».

Но, несмотря на всю тяжесть предъявленных его клиенту обвинений, Байерс выглядел совершенно безмятежным.

Выслушав претензии противной стороны, он поднялся, одернул полы френча и вместо того, чтобы искать смягчающие вину обстоятельства, неожиданно перешел в наступление.

- Прописано ли в Галактическом кодексе безусловное подчинение офицера какой-либо доминанты представителю Высшей расы доминанты-противника? Нет, не прописано. Значит, лейтенант Купер не был обязан прекращать боевую операцию после предложения Божественных А. С согласия лейтенанта Контарини он избрал единственно правильный путь: использовать своих людей в качестве группы прикрытия, что позволило ему обеспечить полную безопасность уважаемых Божественных А. Поэтому говорить о том, что Купер рисковал жизнями представителей высшей расы является грубейшей ошибкой. Скорее, бойцы индийского спецназа рисковали жизнями Божественных, навязав отступающему подразделению совершенно ненужный бой.

- Имел ли право лейтенант Купер потребовать от Высших доминанты противника эвакуироваться из зоны проведения боевой операции? Да, имел. Более того, его простообязывал к этому пункт 1 статьи 114. Цитирую: «Первоочередной задачей каждого солдата является обеспечение безопасности Высшего любой доминанты, оказавшегося по какой-либо причине в зоне боевых действий». Так что ни о каком ограничении свободы передвижения не могло быть и речи. Напротив, лейтенант Купер указал Божественным А кратчайший путь к этой свободе: шлюз «Га». Оказавшись с помощью лейтенанта Купера на своем корабле, Высшие смогли в полной мере реализовать свое законное право на свободу перемещения. Право, которое – я подчеркиваю – обеспечил им мой подзащитный.

Индиец попытался было возразить, прибегнув к 5-му пункту той же статьи, но Байерс, угрожающе сверкнув лысиной, погрозил полковнику пальцем.

- Вы что, предпочли бы, чтобы лейтенант Купер предложил вашим клиентам катиться на все четыре стороны? И это на станции, на которой, хочу напомнить, велись активные боевые действия?

Индиец посерел от такого святотатства и не сразу нашелся, что ответить. А могучий локомотив по имени майор Байерс тем временем на всех парах летел вперед.

- Имел ли право лейтенант Купер оскорблять действием Божественного А-третьего? – Байерс удивленно развел руками – Упаси господь! Соверши мой клиент нечто подобное, я бы первым проголосовал за высшую меру. Но давайте будем опираться на факты. С чего вы, господин полковник, взяли, что лейтенант Купер совершил насильственные действия в отношении вашего клиента?

- Он нанес Божественному А Третьему удар прикладом! – вознегодовал индиец. – Что же это, по-вашему?

- Лейтенант Купер в точности следовал духу и букве Кодекса. А именно – статье 117, пункт 3. «Солдат имеет право и обязан применить необходимые меры для спасения жизни Высшего, оказавшегося в зоне боевых действий, включая любые необходимые меры воздействия на других участников боевых действий» – процитировал Байерс, наставительно воздев к потолку указательный палец. – Заметьте, господа, согласно кодексу, в отношении участников боевых действий возможно применение любых мер!

- Да, но Высшие не участвуют в боевых действиях! – Радостно воскликнул полковник Сингх, нащупав, наконец, слабину в аргументах противника. – А значит, Купер совершил преступление и должен быть наказан!

- Увы. Факты говорят о другом. – Байерс распахнул на центр зала вирт-сферу. – Я прошу членов уважаемой комиссии взглянуть на экран. Перед вами запись нашлемной сферокамеры лейтенанта Купера. Вот…прошу вас. Напоминаю также уважаемой комиссии, что к описываемому моменту боевая программа американского десанта вывела из строя системы слежения станции и отключила подачу энергии. Не так ли, господин полковник?

Уверенный тон американца очень не понравился индийскому юристу. Но полковник Сингх решительно не видел, чем факт отключения электроники может повредить его клиенту.

- Действительно, слежения нет. – Согласился он – Но отсутствие камер не даёт права вашему подзащитному безнаказанно совершать военные преступления.

Голос Байерса стал холоден, как лед.

- Прошу заметить, представитель истца подтвердил, что администрация станции не имела никакой возможности узнать о том, что именно происходит в этом жутком месте. Как не имела возможности управлять электроникой станции. Но если так, то объясните мне, господин полковник, кто отдал приказ опустить перегородку, нанесшую смертельные повреждения сержанту первого класса Бинсу? И как этот приказ был выполнен?

Ответом ему было недоуменное молчание. Члены комиссии озадаченно переглядывались. Они не понимали, какое отношение имеет перегородка к делу лейтенанта Купера. И только полковник Сингх стиснул кулаки, осознав, в какую ловушку завел его коварный американец. Байерс, как ни в чем не бывало, продолжил.

- Согласитесь, происшедшее, по меньшей мере, странно. Аппаратура слежения уничтожена. Визуальное наблюдение отсутствует. Подачи энергии нет. И, тем не менее, перегородка опускается ровно в ту секунду, когда Божественные А уже проследовали в служебный коридор, а солдаты лейтенанта Купера – ещё нет.

- Это могло быть простым совпадением! – воскликнул Сингх в отчаянии. – Вы же сами видели, такие разрушения… она могла рухнуть просто от сотрясения, под тяжестью собственного веса.

Члены комиссии согласно загудели – версия полковника всё объясняла. Ну конечно, перегородка просто рухнула, чего тут непонятного?

Но Байерс не позволил сбить себя с толка.

- Вы ошибаетесь, господин полковник. Надеюсь, непреднамеренно. Давайте не будем строить необоснованные предположения, а посмотрим на документы. Вот стоп-кадр записи с нашлемной камеры лейтенанта Купера. Сейчас я увеличу фрагмент… Прошу вас. Как видите, стена вокруг перегородки не имеет никаких видимых следов повреждений. Более того. Взгляните на маркировку перегородки. Вот она, в нижнем левом углу. Это стандартная конструкция, применяющаяся во всех доминантах. Я взял на себя труд запросить техническую документацию на механизмы перегородки.

На большом экране появилась трехмерная схема.

- Посмотрите вот сюда. В поднятом состоянии стальная пластина перегородки механически блокируется в четырех точках с помощью массивных металлических стержней, проходящих сквозь неё насквозь и фиксирующихся в укреплённых гнездах несущей конструкции стены. Извлекаются стрежни либо механическим способом через ручную лебедку, закрепленную в стене у пульта, либо путём подачи напряжения на обмотки соленоида через простое электромагнитное реле. Сигнал подается со стенного пульта управления, либо, разумеется, с центрального штабного пульта. Думаю, нет нужды доказывать, что перегородка в неповрежденной стене чисто технически не может обрушиться от сотрясения, как предположил мой уважаемый оппонент. Если комиссия пожелает, мы можем провести соответствующий следственный эксперимент.

Комиссия, посовещавшись, согласилась с доводами адвоката. Полковник Сингх мрачно кивнул. Байерс откашлялся.

- Но если случайность исключается, получается, перегородка была опущена сознательно, чтобы отрезать группе «Браво» путь к отступлению. Но, как мы уже выяснили, центр управления станции не мог знать о происходящем в этой части тоннеля и не имел возможности на него влиять. Следовательно, сигнал на реле был послан тем, кто непосредственно присутствовал в данной точке и мог визуально следить за происходящим. Но ни к пульту, который снабжен автономным источником питания, ни к ручной лебедке никто не прикасался. Так кто же всё-таки опустил перегородку? Кто физически мог это сделать? – Байерс не удержался от риторического вопроса и тут же, не давая противнику перевести дыхание, продолжил. – Это были ваши клиенты, господин полковник. Я навёл справки и выяснил, что Божественные А обладают способностью дистанционно управлять некоторыми силовыми полями, в частности, электромагнитным полем. Божественные А имели возможность замкнуть реле простым усилием воли, не так ли?

Индиец пролепетал что-то невразумительное, судорожно пытаясь найти в представленных защитой аргументах хоть какую-то лазейку.

- Таким образом, ваши клиенты совершили сознательное деяние, непосредственно приведшее к смерти вражеского солдата на поле боя и повлекшее за собой гибель других членов группы «Браво». Тем самым Божественные А формально стали участниками боевых действий. Следовательно, лейтенант Купер имел право оказывать на них необходимое воздействие, как и гласит статья 117. Купер всего лишь следовал букве Галактического кодекса. Он – невиновен.

- Но Кодекс подразумевает, что участниками боевых действий являются только люди и второстепенные расы! – возопил полковник, вскакивая.

- В юриспруденции нет понятия «подразумевает». Будьте добры показать мне, в каком именно месте статья 117 накладывает расовое ограничение на понятие «участник боевых действий»? – кротко попросил Байерс.

Сингх только махнул рукой и сел на свое место. На полковника было жалко смотреть.

- Высшие неприкосновенны… – глухо произнес он, глядя на молчащих в ожидании его ответа членов трибунала. – Вы создаёте страшный прецедент.

Байерс расцвел улыбкой и прижал руку к сердцу.

- Ну что вы, господин полковник! Как вы могли такое подумать! Никакого прецедента мы не создаем. У нас не суд, а всего лишь предварительные слушания…. Другое дело, если вы захотите довести дело до трибунала, донести его, так сказать, до масс....

Доводить дела до трибунала индиец не захотел.

Комиссия единогласно постановила прекратить дело в отношении лейтенанта Купера и настойчиво порекомендовала засекретить все материалы дела.

По возвращению триумфаторов на базу «Сан Диего» командование устроило вечеринку. Поднимались тосты за флот, спецназ и Союз Миров. В конце вечера майор Байерс улучил минутку и попросил капитана Полонского уделить ему немного времени. Они проговорили всю ночь. На следующий день Полонский отправился в госпиталь.

Грэг гулял по узкой тропинке рекреационной зоны госпиталя. Ну как гулял? Переставлял ноги. Гулять-то как раз не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Доктор заставил. Дескать, крайне полезно, красота лечит и так далее. Красиво, да. Золотистый песочек тропинки, цветущие клумбы, пинии, кипарисы. Хвойный перелесок. Эскулапы полагают, что выздоровлению в наибольшей степени способствуют картины живой природы и естественные фитонциды. А лейтенант Купер, понятное дело, обязан срочно выздороветь. А то придётся ставить к стенке больным – а это некрасиво, негуманно. Грэг криво усмехнулся. И правда, экая пастораль. Ветерок шумит в кронах, какие-то мелкие птахи попискивают в ветвях. Пахнет нагретой хвоей, дорожной пылью и свежескошенной травой.

Грег остановился.

За поворотом, у пурпурной бугенвиллии, стоял Айзек Теодор Полонский. Однокашник по училищу, лучший друг, любимую женщину которого лейтенант Купер оставил умирать на обречённой станции чужого пространства. И если бы только её. Всех похоронил. Зато сам – живой. Ручку, вон, новую отрастил. Лёгкое. Лучше б новую совесть отрастил. А то на старой-то уже живого места нет.

- Неплохо выглядишь, как для умирающего. – Улыбнулся Айзек.

Тепло, понимающе, как всегда. Как будто ничего не случилось. Кому он врёт-то? Как будто Грэг не видит, какая у капитана Полонского тоска в глазах. Звериная, беспросветная.

Грэг молча кивнул.

- Молодец, что выбрался. – Айзек подошёл, порывисто обнял. Легкое тут же отозвалось вспышкой боли. Но что такое физическая боль по сравнению с болью, терзающей душу?

- Прости, Ай Ти… Я не смог. – Голос звучал нетвердо, срывался. Новое легкое всё никак не желало нормально работать. – Я виноват, я…

- Сделай милость, Грэг, заткнись. – Айзек легонько сжал его плечо, как прежде, как он делал тысячу раз, еще в учебке, в Аннаполисе. – Заткнись и слушай. Ты всё сделал правильно.

- Врёшь… – упрямо повторил Грэг. – Что ты, как я не знаю…

- Точно, не знаешь. И не можешь знать. Поверь, уж кто-кто, но ты точно не виноват.

Грэга поразила убежденность, звучащая в голосе друга. Полонский чего-то не договаривал.

- Ага, не виноват. – Грэг пнул камешек, подвернувшийся под ногу. – Ты это трибуналу расскажи. Вот они посмеются.

- Трибунала не будет. Дело закрыто. – Отрезал Полонский. – Божественные отозвали иск.

- Отозвали? Это как понимать?

- Как угодно. Короче, ты больше не преступник.

Грэг помолчал. Такие новости зараз и не переваришь.

- Твоя работа? – Наконец, проронил он.

- За тебя вступилось много хороших людей. – Уклончиво ответил Полонский. – Но мы об этом ещё поговорим.

- Да уж, наверное.

- Конечно, не сейчас. Завтра, после… в общем, увидишь. Кстати, тебя выписывают. Хватит уже штаны просиживать.

Грэг узнал этот тон. Айзек что-то раскопал. Выходит, дело не закончено. Что-то намечается…. Но о таком и правда лучше говорить в другом месте, а не на виду у служб безопасности госпиталя.

- Выписывают, значит. – Повторил Грэг. – Ладно. Тогда пойду собираться, раз меня выписывают.

- Вот и правильно. Да, и еще. Сделай милость, не распускай язык. Что бы кто ни говорил, просто кивай и молчи. Договорились?

Полонский хлопнул его по плечу и ушел. Грэг стоял, глядя ему вслед, и пытался привести мысли в порядок. Значит, трибунал отменяется. Не будет никакого расстрела. Да-а, лейтенант Купер. Вот ты хитрец. Опять обманул костлявую. Ребята полегли, Луиза… все. А ты, значит, выкрутился. Ты всегда выкручиваешься. Сволочь скользкая.

Грэг пошел собирать вещи.

Парадный плац «Сан Диего» забит до отказа. Пехота, военная полиция, летуны, морпехи, электронщики, вон, даже тыловики – все выстроились перед трибуной.

В центре площади четырьмя прямоугольниками застыли роты отряда SEAL. Рядом с ними – отдельная рота войсковой разведки.

Командующий базой, бригадный генерал Маллоун, выступил с речью.

«На последнем задании мы потеряли отличных ребят. Хороших друзей. Опытных бойцов. – Сказал он. – Это тяжело и больно. Но они погибли не напрасно. Своей жертвой они сохранили жизни многим тысячам таких же отличных мужчин и женщин, как они сами. Таких, как вы».

Грэг стоял, думая о своём. Прореха в рядах четвертой роты зияла открытой раной, отдавалась такой же мучительной пустотой в сердце. Ему было нестерпимо стыдно стоять тут, живым и здоровым, и слушать про то, как остальные выполнили свой долг до конца. Они-то выполнили. Все, как один. И только он отказался разделить общую участь, сбежал, поджав хвост, забился в свою конуру…

- Лейтенант Купер! – разнеслось по плацу и стоящий рядом Дэн Чу незаметно пихнул Грэга локтем. Купер вздрогнул и оглянулся. Дэн выразительно округлил глаза, указывая на Маллоуна. О чёрт, только не это… Грэг, чеканя шаг, вышел к трибуне, где уже стояли Рахиль Лифшиц и Том Стивенс. У обоих на груди сверкали кругляши похвальной медали флота. Рядом возбуждённо подпрыгивал Сквэрл, которому было решительно некуда прикрепить свою медаль.

- Лейтенант Купер награждается Пурпурным сердцем.

Штабной уорент-офицер в белоснежных перчатках прикрепил к мундиру Грэга сиреневую медаль. С дубовыми листьями, конечно, ведь это уже второе Пурпурное сердце Купера. Маллоун продолжал говорить. Усиленные динамиками слова, долетая до стен плаца, отражались, и из-за этого складывалось впечатление, что генерал сам себя перебивает.

- Приказом начальника штаба спецподразделений флота лейтенанту Грэгу Куперу присваивается очередное воинское звание старшего лейтенанта. Приказом командира базы «Эссекс – 3» генерала Маллоуна старший лейтенант Купер назначается заместителем командира четвертой роты отряда спецопераций.

Как там сказал Айзек? Ничему не удивляться? Ну да, попробуй тут, не удивись.

После того, как личный состав, промаршировав перед трибуной, отправился восвояси, Маллоун устроил отдельный прием для офицеров, который окончательно вымотал Грэга. В совещательной, примыкающей к кабинету генерала, накрыли обильный фуршет. Звучали здравицы, звенели бокалы. К Грэгу подходили, осторожно пожимали регенерированную руку, хлопали по спине, что-то говорили. Грэг рассеянно отвечал и краем глаза следил за Айзеком.

Ближе к концу приема Полонский тронул друга за рукав и указал глазами на выход. В коридоре Грэг попытался было открыть рот, но Полонский перебил его, затеяв подчеркнуто громкий разговор о планах старшего лейтенанта Купера на новом посту. Грэг покорно принял игру и принялся нести какую-то чушь об изменении системы тренировок для новичков.

Айзек вызвал наземный транспорт, и всё время, пока колесная машина катилась куда-то на окраину полигонов, Грэга не покидало ощущение какой-то глупой игры в заговорщиков.

Айзек привез Грэга к заброшенному тренировочному городку. Два года назад здесь произошёл пожар. Здания выгорели дотла, остались лишь коробки. Их уже сто раз собирались отремонтировать, но у инженерной службы вечно не доходят руки. В затхлом воздухе секции до сих пор ощущается горечь пожара. Электричества, понятное дело, нет. Айзек достал из кармана пару люменов – универсальных светильников, излучающих в любой среде в заданном спектре, настроил, включил. Тусклый сероватый свет залил почерневшие каркасы стен. Грег огляделся. Ага. Внутреннее помещение без окон. Под ногами обугленные обломки, у дверей стопки строительных панелей, затянутые в прозрачный полиэтилен. Айзек смахнул с одной пыль, сел. Грэг последовал его примеру и нетерпеливо уставился на друга.

- Ай Ти, что происходит?

Полонский сцепил руки на колене.

- Выслушай меня спокойно и внимательно. Сможешь?

Грэг отмахнулся.

- Что за вопрос. Давай, выкладывай. Во что мы влипли?

- Влипли? – Насторожился Полонский. – Почему ты так решил? Ты что-то знаешь?

- Айзек, я ничего не знаю. Но ты затеял какие-то шпионские игры… Вон, свет на минимуме. Дыра эта…тут вся электроника выгорела, а стены экранируют звук. Выходит, ты боишься прослушки. Ну, и что я должен подумать?

Полонский секунду помолчал, собираясь с мыслями.

- Верно. Ты прав. Дело в том, что нас обманули. Это грязная игра, дружище. Очень грязная.

Грэг внимательно посмотрел в глаза друга. В тусклом, неживом свете люменов они казались черными провалами. Можно ли доверять словам Айзека? ПТСР* – штука коварная. (*Посттравматическое стрессовое расстройство). Возможно, потеря любимой женщины и половины отряда сказалась на капитане сильнее, чем он сам думает? Защитные механизмы психики стараются преодолеть чувство вины, перекладывая её на кого-то другого. Знаем, встречали.

- Думаешь, я свихнулся? – спросил Полонский с нервным смешком.

- Пока не решил. У тебя есть какие-то доказательства?

- Думаю, да. Но… Это не так-то просто объяснить… Когда я занимался твоим делом… Не я один, конечно, но это не важно. Имён я предпочёл бы не называть, сам понимаешь...

Грэг с всё возрастающей тревогой следил за другом. Айзеку хорошо даётся язык приказов, а вот в простом разговоре он сразу теряется, начинает запинаться, кружит вокруг да около. Трагедия только обострила эту черту. Капитан никак не мог собраться, найти нужных слов.

- Давай по фактам. – Попросил Грэг. – Коротко, как на совещании.

Это помогло. Айзек взял себя в руки.

- Нам дали ложные вводные.

Грэг присвистнул. Это уже серьезно. Если, конечно, это правда.

- Старику доложил?

Айзек снова грустно усмехнулся.

- Если бы всё было так просто. Я не знаю, кто за этим стоит. Возможно, генерал Маллоун один из них.

- Даже Старик?! Ну… ничего себе… Хорошо, ладно… тогда поступим иначе. – Грэг поймал себя на том, что запинается не хуже, чем Полонский. – Выкладывай всё, как есть. А там уже решим, что делать.

- Именно это я и собирался предложить.

Капитан достал простейший, неотслеживаемый планшет без доступа в сеть.

Неужели дело зашло так далеко? Или Айзеку пора наведаться к мозгоправу?

- Я должен был понять… надо было раньше догадаться. – Начал Полонский, вводя в планшет пароль и прикладывая палец к сканеру. Планшет осветился, сформировал над плоскостью экрана шар голографического интерфейса. – Но когда всё это случилось, я… ни о чем не мог думать, кроме… только про то, как послал её… в общем, ладно, это к делу не относится.

«Ага, конечно, не относится. – Подумал Грэг. – Кому другому рассказывай. Ещё как относится».

Полонский выдохнул, сконцентрировался.

- Когда нас отправили на это задание, нам сказали, что мы – последний рубеж обороны, что сил для защиты «Пьяного удава» у Союза нет.

- Ну да, так и есть. Я помню раскладку по флотам.

- Вот и хорошо, что помнишь. А теперь смотри сюда.

По команде с планшета сфера развернулась в многоярусную плоскость таблиц.

- Так. Ну что… Начнём с линии соприкосновения с Немецкой машинерией. Там, как всегда, позиционные бои. Неделю назад Пятнадцатая и Восьмая эскадры по ротации вышли из боя. Вот доклад о состоянии эскадр. Как видишь, потеря боеспособности менее семи процентов. Допустим, заправка, мелкий там… текущий ремонт. На это три дня. Потом еще время на передислокацию… Короче говоря, максимум, через десять дней Пятнадцатая и Восьмая могли бы занять устье Удава. Теперь статистика резервов. Смотри вот тут, где китайский сектор. Видишь? Восемнадцатый усиленный флот вообще не задействован в боевых действиях! Он просто торчит на границе. А мог бы наглухо закрыть проток Удава.

Грэг недоверчиво изучил таблицу. Знаем мы эту вашу статистику. Её к чему хочешь притянуть можно… Ну вот, точно.

Купер сочувственно посмотрел на друга.

- Не сходится. Ты предлагаешь отвести Восемнадцатый и тем самым оголить границу с китайцами. Ай Ти, я понимаю, тебе больно, но…

- Ты ни черта не понимаешь, Грэг! Ни черта! Восемнадцатый там не нужен! На узкоглазых насели русские, отхватили целое скопление. Так что сейчас китайцам не до нас. Три недели назад они согласовали с генштабом прекращение огня, общим сроком на полгода. Вот документы, почитай. Только не спрашивай, как я их достал.

Грэг внимательно изучил докладную дипломатического отдела. Дьявол. А ведь, похоже, Айзек прав. Китайцы действительно подписали договор. Причём без дураков, официально, с визированием в галактическом реестре. Ну дела! Выходит, Восемнадцатому флоту действительно незачем торчать на китайской границе. Он запросто мог передислоцироваться и прикрывать «Пьяного удава» до тех пор, пока «Дюжина» и «Сороковка» залижут раны и вернутся в строй. Вроде всё складывается… Хотя…

Грэг тряхнул головой, отгоняя наваждение аргументов друга.

- Какого черта, Ай Ти? Что ты несёшь? Что толку от этих флотов? Ты же сам сказал, им надо десять дней. Десять долбанных дней, Ай Ти! Я уж не говорю про Восемнадцатый, но даже пока Пятнадцатая с Восьмёркой притащатся к «Удаву», «Ганеша» доест боестанции и встретит их прямо у входа в проток. Причём, заметь, встретит в стратегически выгодной позиции. Ну, в смысле, встретил бы, если б мы не взорвали его вместе с этой проклятой станцией.

- Вообще-то нет.

- Вообще-то да. – Запальчиво возразил Грэг. – Ай Ти, я понимаю, тебе хреново, ты ищешь виноватых… Но поверь старому другу, ты ошибаешься. Да, у наших был резерв. Это ты доказал, хорошо. Но где был-то? У черта в заднице! Думаешь, индийцы стали бы ждать, пока мы подтянем флот? Ай Ти, ты же видел отчёт разведки! «Ганеша» уже, считай, стоял под парами. Лысым оставалось только загрузить боекомплект и экипажи. И всё, «Ганеша» бы вышел из доков. А оттуда ему, кстати, до «Удава» всего два дня хода.

- Вранье. Это всё вранье!

Грэг с жалостью взглянул на друга.

- Ай Ти… слушай, мне ведь тоже не сладко… Но…

- Ты думаешь, я пытаюсь на кого переложить вину?

- А разве не так?

Вместо ответа Полонский свернул схемы и вернул сферу в центр помещения.

- Посмотри сюда. Это не мои выдумки, это съемка с камер вашего «Фалькона».

В объеме планшета появился стремительно удаляющийся «Шрингаверапура». Потом сферу залило ослепительное сияние термоядерного взрыва.

У Грэга перехватило дыхание.

- Ты издеваешься, что ли?

- Хочу, чтобы ты увидел своими глазами. Грэг, дружище, я ведь тоже сначала не понял. Пришлось делать развертку по наносекундам, и прогонять через обработку.

Полонский вернул сцену взрыва на начало.

- Смотри. Вот «Фалькон» врубает форсаж. Через тринадцать секунд взрывается главный реактор. А вот динамика изменения мощности взрыва и уровня излучения.

Поверх затенённой фильтрами картинки взрыва зазмеились графики.

- В этой точке происходит основной взрыв. – Практически лежавшая на оси прямая выхода энергии в момент детонации устремилась вверх по экспоненте, поднимаясь все выше по мере вовлечения атомов дейтерия в реакцию неуправляемого синтеза. – Общее время взрыва – сорок наносекунд. Первые тридцать наносекунд энергия возрастает. Потом начинает спадать, потому что большая часть атомов дейтерия уже слилась в ядра гелия. Теперь смотри внимательно на кривую спада: вот тут, тут и тут – он указал на зазубрины, испещрившие кривую. – Видишь локальные пики? Как думаешь, откуда они взялись?

- Взорвались корабельные реакторы «Ганеши»?

- Точно. А теперь смотри мощность.

Грэг углубился в документы.

Черт возьми, а ведь правда! Вторичные пики невелики – от силы на полторы килотонны. Да и как-то маловато их…

Грэг нахмурился. Он всё ещё не мог уловить мысль друга.

- К чему ты клонишь?

- Это реакторы класса дестройер*, не выше. Понимаешь? Даже не крейсеры. (* В русской военной терминологии принято название эсминец)

- Дьявол… – Грэг ошеломленно уставился на график, на котором кривая выделения энергии стремительно скатывалась к нулю. – Точно, сраные дестройеры. Или вообще корветы. Но… как же «Ганеша»? Там же линкоры, мониторы подавления, у них реакторы мощней раз в сто.

- В двести пятьдесят, если точно. Ты понимаешь, что это означает? Всё, что нам рассказали, что у нас нет времени, что индийцы вот-вот введут флот в проток – всё это ложь. Индийцы даже не загрузили реакторы линкоров топливом! Знаешь, если уж на то пошло, я вообще не уверен, что «Ганеша» был на «Шрингаверапуре». Может, это такое же враньё, как и все остальное. Хотя, это уже не важно. Главное, что у наших было достаточно времени, чтобы защитить «Удава». Генштаб мог напичкать туда столько кораблей, что индийцы даже смотреть в их сторону побоялись бы. Наша миссия была не нужна, дружище. Вот такие дела.

Грэг стиснул кулаки. Что же получается? Ребята погибли зря?

- Но почему, Айзек? Зачем они так с нами?

Айзек выключил планшет, вынул кристалл памяти, швырнул на покрытый сажей пол и раздробил ударом ботинка.

- Подумай сам. В конце концов, там был ты, а… не я.

Грэг ожесточенно запустил пальцы в короткий ежик волос. Да что же это с мозгами? Совсем отупел после сотрясения? Или просто слишком много обрушилось за один день на его бедную голову? Так… Давай, Грэг, шевели мозгами!

В затылке проснулась тупая боль, но Купер не обратил на неё внимания. Мысленно он прокрутил всё, что произошло на борту индийской станции.

«Ведь для чего-то же нас посылали на «Шрингаверапуру»? – Думал он. – Если не для уничтожения «Ганеши», то для чего тогда? Если отбросить лишнее, убрать эмоции… Ага, уберешь их, когда хочется кого-нибудь пристрелить… Но всё-таки… Ладно, предположим, «Ганеша» – это только прикрытие, отговорка. Но всё равно была же какая-то чёткая цель, пусть и скрытая от нас, от исполнителей. Вон как штаб озаботился подробным планом. Я тогда ещё поразился – в кои-то веки сверху спустили такую проработанную схему… Маршрут до метра, время – до секунд… Так что же именно мы взорвали точно в назначенное время? Или же… А что, если, сам взрыв станции – тоже прикрытие? Что, если вообще всё было иначе? Но тогда… что может быть важнее «Ганеши»? Или, возможно, правильнее спросить – кто?»

- Ай Ти… как, по-твоему, Божественные могли быть целью?

Полонский мрачно улыбнулся.

- Вот и мне так кажется…

Дальше думали уже вместе.

- Нам рассказали сказочку про учения, из-за которых индийцы очистили и обесточили целую секцию. – Вслух рассуждал Грэг. – Раньше я, дурак, не задумался, но сейчас вижу, что это полная хрень. Разве стали бы Лысые проводить учения в то время, когда на станции находились их обожаемые Божественные? Да ни за что! Но ведь для чего-то они отключили энергию? Правда, эти Высшие мне показались ночными существами. Глаз почти не видно, бледная кожа, ультразвук… Может, дело в том, что свет им вреден?

- Возможно. Но я думаю, что Высшие просто не желали афишировать свой визит. – Возразил Айзек. – А благодаря версии об учениях про Божественных знали только наиболее доверенные офицеры.

- Тогда чего ради Высшие припёрлись на станцию? – раздраженно спросил Грэг. – Какого черта им понадобилось?

- Боюсь, этого мы не узнаем. – Вздохнул Айзек. – Знаешь, неисповедимы пути…

- Вот только не надо мне тут этих библейских цитат. – Огрызнулся Грэг. Воспоминания о высокомерных чужих Богах жгли душу. Хорошо хоть, Сквэрл приложил одного прямо по морде… Жаль, что прыгун, что не сам. Надо же, аж кулаки зачесались, как вспомнил.

- Значит, будем считать, что учений на станции не было. – Продолжил Полонский. – Грэг? Грэг, ты со мной?

Грэг вздрогнул. Айзек сбил его с какой-то важной мысли. Вот только что была, мелькнула, и всё. Эх…

- Да, конечно. Просто задумался.

- То есть, ты согласен, что нашим зачем-то понадобилось ликвидировать трёх Высших?

- Ну… да… – Назойливая мысль вертелась совсем рядом, словно муха. – Ликвидировать Высших… Чего?! Стоп, что за чушь?!

Грэг хлопнул себя по лбу. Мысль вернулась, и картина операции, наконец, предстала перед ним в своём истинном свете.

- Мы с тобой два идиота! Никто не собирался убивать Высших! Совсем наоборот!

Полонский недоуменно нахмурился.

- Что значит «Наоборот»? Куда ты клонишь?

Мысли, обгоняя друг друга, проносились в голове Грэга. Всё, что казалось странным, нелогичным, бессмысленным – всё выстраивалось в строгую последовательную схему. Точную и безжалостную. Схему, которая практически со стопроцентной вероятностью позволяла достичь поставленных целей. И она не оставляла группе «Альфа» ни малейшего шанса на выживание.

- Смотри. Нам дали поминутный план, предписали маршруты с точностью до шага, верно?

- Так точно. Продолжай.

Грэг тряхнул головой. Всё-таки бездна препаратов, которыми его накачали в госпитале, ещё сказывалась.

- Погоди… дай сосредоточиться. Ага… значит, про точность. Луиза с «Альфой» минировали реактор. А мы установили этот вирус и… пошли к медпункту. Эх, жаль, карты нет!

- Ничего, я помню схему наизусть.

- Отлично. Я тоже.

Грэг поднял с пола сухой прутик и принялся вычерчивать извилистую ломаную.

- Нам приказали следовать вот этим маршрутом. Помню, я еще тогда удивился, почему именно им? Ведь был маршрут всего на сотню метров длиннее, зато без выхода на открытое пространство. Да и вообще, там был десяток почти равноценных путей. Верно?

- Да, согласен, давай дальше.

- Дальше… А дальше скажи мне, Ай Ти, если в штабе задумали под видом «трагической случайности» ликвидировать чужих Высших, то какого хрена посылать нас по тому единственному пути, который проходит мимо их покоев? Ведь логичнее выбрать такой маршрут, чтобы мы не столкнулись с Высшими. Тогда бы мы, ничего не подозревая, встретились с «Альфой», тихо свалили и взорвали станцию к чертям вместе с Высшими. И никто бы нам ничего не сделал. В крайнем случае, сделали бы козлом отпущения агента на станции, который дал неверную ориентировку. Понимаешь? И задача была бы выполнена, и кодекс не нарушен. Типа, несчастный случай во время боевой операции, такое случается, мы сожалеем и всё такое. Верно я говорю?

Полонский взялся за подбородок, сосредоточенно вглядываясь в бороздки, прочерченные Грэгом в пыли.

- Ты хочешь сказать, вас специально послали к Божественным? Но… нет, дружище, это ты хватил… это же совсем нелогично! Подумай сам, они же не могли знать, что Сквэрл…

- Именно, Ай Ти. – Медленно и раздельно произнёс Грэг. – Сквэрл. У прыгуна идеальнаякоординация. Он никогда не промахивался. А тут врезался в эту проклятую вазу. Прямо напротив покоев Высших. Прямо как нарочно, не находишь?

Полонский оторопело уставился на друга.

- Ты всерьез считаешь, что Сквэрл специально подставил группу? Грэг, это уже совсем ни в какие ворота… Какой в этом смысл? То есть, для чего? Вы же в итоге только сопроводили Высших к яхте и всё.

Грэг на секунду задумался, прикидывая, как половчее объяснить капитану свою идею. Айзек неверно оценил его заминку.

- Ну же, дружище, не сгущай краски. То есть, насчёт того, что Сквэрл прежде не ошибался, я согласен. Тут ты прав, не спорю. Но с другой стороны, всегда что-то случается в первый раз, верно?

- Вот! Точно! То есть, нет! – Грэг хлопнул регенерированной рукой по импровизированному сиденью, подняв тучу пыли. Рука отозвалась вспышкой боли. – Ай… зараза. Нет, Ай Ти! Ни хрена не верно! Ты там не был, и кое-чего не знаешь. Штука в том, что когда мы отступали по тому коридору… После огневого контакта с коммандос… Сквэрл уклонился от импульса и на скорости врезался кому-то из Божественных прямо в морду. Аж до хруста, представляешь? Я еще тогда подумал: так ему, сука, и надо!

- И что?

- Получается, Сквэрл потерял координацию дважды за пять минут! А до этого ни разу в жизни! Снова скажешь, совпадение? Ну-ка, прикинь, какова вероятность?

- Я всё равно не понимаю, куда ты клонишь. – Медленно произнёс Айзек.

- Я считаю, Сквэрл не ошибался. Серьезно, с его-то реакцией! Не-ет, чёрта с два! Он точно знал, что делает. Это и была его задача. Вступить в тесный контакт с Божественным, но так, чтобы тот ничего не заподозрил. Чтобы это выглядело, как случайность, как ошибка.

Полонский разочарованно хмыкнул.

- Не слишком ли сложный план для того, чтобы поставить фингал Высшему?

- Да очнись ты, Ай Ти! – Грэг, не в силах усидеть на месте, вскочил и принялся метаться по тёмному помещению, вцепившись руками в волосы. Если бы только мозги работали быстрее! Проклятые доктора со своими уколами! Мысли разбегаются, что твои овцы из загона!

- Погоди… я же только что думал… сейчас… Чёрт, ушла мысль…

Точно, мысли! Мысли, разрази их гром!

- Вот! – Он ожесточенно ударил себя по лбу. – Вот! Мысли, понимаешь? Мысли!

- Что – мысли? – осторожно спросил Айзек, настороженно глядя на друга. – Грэг, ты… ты в порядке?

- О да! Не сомневайся, я в полном порядке! – Со злым смешком выпалил Грэг. – Фокус в том, что на долю секунды Сквэрл сумел прижаться к голове Высшего. Это ему и было нужно! Плотный контакт!

- Так… И зачем? – начиная что-то подозревать, произнёс Полонский.

- Да затем, что все энергетические поля подчиняются закону обратных квадратов! Элементарная физика! Чем меньше расстояние до источника поля, тем оно сильнее. Вот в чём фокус! – повторил Грэг. – Сквэрл способен воспринимать практически любые поля, так? А мысли, это, как там… токи между нейронов. Как-то так.

- Э-э… ну, предположим. Хотя там всё сложнее.

- Да какая разница, сложнее, проще! Смотри, Сквэрл и со своим Пнём тоже общается мыслями, но только вблизи. У пня фокси эти токи мощные, поэтому им не нужен плотный контакт… А у этих тварей… у Божественных… Раз они мыслят, где-то в их грёбаных мозгах есть токи, а значит, вокруг будет электромагнитное поле. Но оно такое слабое, что на расстоянии фиг почуешь, будь ты хоть фокси, хоть кто! Но когда Сквэрл прижался к голове этой твари, он сократил расстояние до мозгов этой твари чуть не до нуля, понимаешь? И знаешь, что получилось? Сквэрл получил доступ к его мыслям, вот что! Серьезно, Ай Ти, ты только представь, сколько тайн хранится в голове верховного божества целой доминанты! Да чтобы заполучить эти тайны, там, наверху, пожертвуют сотней таких, как мы. Кой чёрт, сотней, хоть тысячей, хоть десятью тысячами!

Теперь уже Полонский стиснул кулаки. Слова Купера расставили всё на свои места.

- Значит, это Сквэрл. Но тогда… тогда, получается, и Ллойд-примо знал! Грэг, он заранее всё знал! Он… он…

- Он убил наших ребят. – Процедил Купер. – Он всех нас продал за эти поганые тайны. Ллойд предал отряд.

- Ясно. – Капитан Полонский рывком поднялся на ноги. Глаза его пылали. – А ну-ка, вставай. Пошли.

В оперативном штабе «Эссекса» царили синеватые сумерки. Только в середине зала, за тонкими стволами карликовых кленов задумчиво блуждали цепочки мерцающих огоньков. Шар Сквэрла покоился в раскрытой чаше пня. Папиллярные линии на его поверхности тускло светились, сонно пульсируя.

- Я не спрашиваю, что именно ты узнал, Гарольд. – Тихо произнес Купер, беззвучно появляясь в проеме входа.

Световые узоры на мгновение застыли.

- Наверное, это не мое дело. Скажи только, оно того стоило? Стоило жизней наших друзей? Твоих друзей, которых ты отправил умирать? Оно того стоило, чёртова ты гнилушка?!

Из-за кленов донесся тихий вздох.

Опять ложь! Притворство. У Фокси нет легких. Чёртов лжец!

- Ты умный человек Грэг. Я боялся, что ты всё поймешь.

- Ты боялся? Интересно, чего? – холодно спросил Айзек Полонский, выходя из тени.

- Я не хотел терять друзей. И сейчас не хочу. Но мой ответ: да. Оно того стоило. И – да. Я виновен в смерти наших товарищей. Но я не посылал их на гибель. По плану, «Альфа» должна была закончить с реактором до контакта. Но они задержались. Из-за коннекторов. У меня не оставалось окна возможностей. Я должен был принять решение.

- Ты должен был сказать нам. Если считал нас друзьями.

Ллойд слабо сверкнул гирляндой.

- У меня не было права. Это операция Высших Союза Миров.

- Кто знает, кроме тебя?

Синие линии засияли ярче. Резкие тени кленов упали на стены рубки.

- Я не могу ответить.

- Я должен знать, кому на этой базе можно доверять, а кому - нет. Так кто? – с нажимом повторил Айзек. – Разведка? Маллоун?

- Никто из них. Это операция отдела «Омега» Генштаба флота.

Грэг присвистнул. Во флоте об отделе «Омега» ходят разные легенды. В частности, такой легендой считается сам факт его существования. Фокси сказал им куда больше, чем можно было ожидать.

«Мы покойники – внезапно понял Грэг. – Интересно, сколько мы протянем с таким знанием? Час? Два?»

Синие узоры ослепляли, пульсируя с лихорадочной быстротой.

- Вы не должны ни с кем делиться полученной информацией. Ни тем, что сказал вам я, ни тем, что вам удалось понять самим. – Глухо произнес фокси.

Под потолком что-то треснуло, потянуло дымком. Записывающая система?

«Ллойд только что спас наши жизни». – Догадался Грэг.

- Завтра ты попросишь о переводе. – Холодно бросил Полонский. – Ты понял, фокси?

Айзек впервые назвал чужого родовым именем, а не человеческим.

- Ты совершаешь ошибку, Айзек. – Печально отозвался Гарольд Ллойд. – Но я выполню твой приказ. Для меня было честью служить с вами, капитан Полонский, старший лейтенант Купер.

- Отлично. – Полонский, не оглядываясь, вышел из темного зала. Грэг замялся, не зная, что сказать на прощание. Он любил Сквэрла, когда тот веселым мячиком скакал вокруг. Уважал и ценил его в ипостаси Гарольда Ллойда. Сейчас у него было чувство, будто тот злосчастный бой на чужой станции ещё не закончен. Что он теряет ещё одного друга. Но, как и Айзек, он не мог простить фокси одного – молчания.

- Удачи тебе, Сквэрл. – Пробормотал Купер. – Жаль, что всё так вышло.

Прозвучало по-дурацки, но он не нашел лучших слов.

– Мне будет тебя не хватать. – Добавил он.

Уже в дверях Грэг услышал тихий, едва различимый шепот.

- Мне не удалось приникнуть в мысли Бога. – Донеслось до него. – Только в мысли Божественного А. Грэг, они не те, кем мы их считали. Не просто Высшие. Они – что-то принципиально иное. Что-то большее. И теперь мы это знаем.

Купер в замешательстве оглянулся. Но синие линии уже погасли. Шар фокси закрылся, хороня в себе грозные тайны чужих Богов*.

(*Тайна Божественных А будет раскрыта в цикле романов «Раджан Кхан: жрец Ориона». Выход цикла ориентировочно – вторая половина 2023/начало 2024 года).