Люди среди нас. Бег на месте. Бета.

Глава 1. Метро.

По тоннелю пронесся сырой сквозняк, где-то вдали протяжно и тоскливо загудело эхо, дрогнула под ногами разбитая плитка.

Хорек, тощий рыжий мальчишка лет восемнадцати, вздрогнул и растерянно огляделся.

- Это не электричка. Мерещится тебе, - ответил ему низкий бас из темноты. – Свети лучше.

Хорек опомнился, поднял руку с фонарем и посветил в ту сторону, откуда был слышен голос. Яркий луч выхватил из темноты кусок длинного и узкого пространства, запрыгал по округлым стенам, отразился бликом от сколов на рельсовых путях и, наконец, остановился на широкоплечей фигуре напарника.

- Нет тут никого и ничего. И уже давно. Не забывайся. – Спокойно повторил Вольф, встряхнул в руках кусок пожеванной временем и влагой бумаги, и, близоруко щурясь, погрузился в изучение пыльного реликта.

- Мало ли… – не то оправдываясь, не то с вызовом буркнул Хорь. Ответом ему было неопределенное гмыканье.

- Мало - не много.

- Мало ли, что тут быть может. Например, как те чудики из леса. Те с крыльями, в смысле. У болот.

- Ну, маразмом еще не болен, помню.

- Вдруг, и здесь, что-то…

Хорек зябко поежился, и, забывшись, посветил вверх. Ему мерещилось всякое, тени на периферии зрения, шелест, цоканье, стрекот, чавканье. И сейчас, будто пробежало что-то по округлому потолку, так и не попав на свет. Хорек поводил фонариком туда и сюда, направил его назад, в пыльную и черную пустоту, но так ничего и не увидел.

Из очередного припадка паранойи мальчишку вытащило недовольное покашливание.

- Дай-ка мне фонарь.

По голосу нельзя было определить – требует ли напарник, просит, предлагает. Хорек хотел было заартачиться, но глянув на громадную защитную рукавицу, которая требовательно вынырнула из непроглядных потемок, почему-то передумал и вещь отдал.

Разумеется, Хорька бы никто и пальцем не тронул: рукоприкладство и лейтенант медицинской службы Валентин Зубов даже в одном помещении не встречались – по уставу не положено. Вольф прекрасно без драк и побоев обходился. Молча. Одним лишь взглядом. Взглядом, который при долгом контакте мог прожечь бетонную стену, поднять мертвого и заставить проходить ежемесячное обследование любого здорового.

«Уж лучше бы бил, чес-слово» - подумал Хорек и незаметно для себя передвинулся ближе к свету.

Вольф будто не обратил на это внимания и снова поудобнее перехватил карту метро. На самом деле он все это время не столько пути изучал, сколько наблюдал за Хорьком, и наблюдаемое ему не нравилось – напарник совсем раскис.

«Фенилузипам с тобой, анорексик несчастный… Как ты жив до сих пор…» - скорее всего подумал Вольф, может, даже тяжелый вздох подавил, когда, наконец, обратился к Хорьку.

- Есть хочешь?

- Не очень.

- А пить? – не унимался Вольф

- Это да. Хотелось бы.

- Тогда привал.

С этими словами Вольф аккуратно сложил карту, неуловимым движением достал планшет, а откуда-то из многочисленных карманов - фляжку с водой.

Хорек с удовольствием сорвал бы с себя респиратор и умер на месте, зато напившись и в глубоком счастье. Но, пришлось, под неусыпным наблюдением старшего напарника, командира и попечителя, сначала переводить на оборудовании клапан в нерабочее состояние, вводить в рабочее состояние другой, открывать кнопкой заслонку…

На самом деле Вольф в этот момент ни о чем не думал – ему невыносимо хотелось спать, просто до одури. Любая, пусть и совсем не долгая остановка, короткая секунда бездействия – и ту же глаза застилала белая пелена, а мозг самой собой отключался. Злость, досада, сокрушение на счет собственного бессилия отошли на другой план и только одна мысль билась в голове упрямо, исступленно – надо держаться, надо держать лицо, нельзя показать слабость младшему, нельзя давать лишний повод для паники, нельзя… нельзя…. нельзя…..

Вольф упрямо сжал пальцами кусок бесполезной бумажки. Зачем он ее содрал со стены на входе в метро… Часть переходов обвалилась, в какой из веток сейчас они находятся непонятно, а через запотевший экран не видно ничего, даже с фонариком. Зачем…. Вольф еще некоторое время смотрел поверх головы младшего напарника, чувствуя приятную ломоту и изо всех сил борясь со дремотой. Сколько там человек может продержаться без сна? Три дня, пять? По ощущениям прошли все десять. Напарник суетливо дернулся, чуть не выронил фляжку. Опять шугается чего-то… Вертлявый. Не было бы его – лег где-нибудь, а дальше будь что будет….

Словно чей-то предсмертный хрип пронесся по тоннелю метро. Вдалеке стали слышны какие-то странные, чужеродные для человеческого слуха звуки. Хорек поспешно оторвался от фляги, наспех закрыл клапан и, набычившись, встал спиной к стене.

- Правильно. Именно спиной, и именно к стене. Учись, пока я живой, – поспешил похвалить Вольф подопечного, а про себя чуть ли не со стоном вопросил в пустоту – «Кого еще нелегкая принесла? Да за что это все?! Бред, бред, сущий бред кругом, и нет ему конца и края!...»

Почему-то Вольф был уверен, что усиливающийся гул слева и справа не предвещает ничего хорошего, потому снял с автомата предохранитель и сам попятился к стене. Его опасения подтвердились.

Хорек успел заметить только неясно мерцающую фигуру, распластавшуюся в прыжке. Вольф вскинул автомат, и тут же Хоря ослепило яркой вспышкой. Серебристой кометой электрический разряд пролетел несколько метров и врезался в нападающего. Тело неизвестного изогнулось и рухнуло стрелкам под ноги.

Хорь невольно отшатнулся. Перед ним на рельсах распластался полуразложившийся труп. И ладно просто трупешник – так он еще и светился. Надолго теперь в памяти застрянет сползшее с черепа лицо и гримаса, каждая складочка и морщинка которой подсвечена изнутри зеленоватым сиянием. Всего на секунду Хорек застыл, против своей воли рассматривая покойника, лохмотья рабочей спецовки на нем и сияющую жидкость, которая склизкой лужей принялась расползаться по земле.

Хоря привели в чувство стрекот автомата, грязные ругательства, для Вольфа вовсе не характерные, и шум. Шум, будто и слева, и справа бежит толпа…

И это действительно была толпа. Женщины, мужчины, дети, старики и личности вовсе не идентифицирующиеся бежали, шагали, семенили - и все как один с пустым взглядом и лицами, застывшими в каком-то холодном изумлении, удивлении, а иногда и в страхе, ужасе, с печатью предсмертной судороги. И каждый силуэт испускал из себя чуть зеленоватый свет, который поступательно и быстро затапливал весь тоннель метро.

Хорек видел толпу людей и с ужасом осознавал – они все мертвы.

Вольф толкнул Хорька локтем, рыкнул что-то нечленораздельное и выхватил из портативного зарядника батарейку. Хорек опомнился – это что же получается, прошло секунд десять, или пятнадцать, а заряд на сотню выстрелов у напарника уже все? Уже кончился?

Хорек подхватил с земли брошенный фонарь, закрепил на поясе так, чтобы свет попадал на батареи, а сам с трудом перевел винтовку в рабочий режим. Он уже не увидел, сгодился ли свет такого рода для зарядки солнечных панелей, или нет – с его стороны толпа светящихся фигур уже наступала.

На некоторое время Хорек будто выпал из реальности. Сперва ему казалось неправильным то, что он делал, и какое-то неприятное чувство вспыхивало с каждым новым падающим телом. Но затем на душу навалилось тупое оцепенение и Хорь, уже не раздумывая, палил по толпе, не разбирая, кто перед ним, не чувствуя тяжести винтовки, которую раньше поднимал с большим трудом – ему просто очень хотелось жить.

А мертвецов с каждой минутой как будто становилось все больше и больше.

Хорек на секунду отвлекся, чтобы заменить батарею, и случайно опустил взгляд на самого первого «залетчика».

«Залетчик» медленно согнул руки, приподнял торс, но застигнутый врасплох остановился и поднял взгляд на Хорька. Что-то насмешливое, лукавое, и при этом холодное смотрело откуда-то из глубины впалых глазниц. Это был не человек, но мальчику казалось, что на него смотрит кто-то разумный. Кто-то, кто все понимает. И хочет его убить.

Через секунду мертвец кинулся на Хорька.

Вольф вовремя обернулся. Если бы он этого не сделал, то Хорька бы через несколько мгновений уже не было. Да и самого Вольфа тоже.

Убитый каким-то невероятным образом встал, выбил у Хоря винтовку и уже держал его за горло. На весу. Не прикладывая никаких видимых усилий. Еще и смотрел как-то так задумчиво на брыкающегося парня, наклоняя голову то влево, то вправо. Вольф в непонимании и неком даже ошеломлении щелкнул переключателем, переводя автомат на максимальную мощность. Мертвец с хрустом повернул голову и посмотрел на него. Как по команде с земли медленно стали подниматься другие убитые и раненные. А вдали уже слышался приближающийся гул новой толпы.

Наконец, мертвец повернулся к Хорьку, осклабился, и одним ударом вмял человеческое тело в крепь.

И тут Вольфа перемкнуло. Реальность вокруг него вдруг резко замедлилась, так, будто видео на экране поставили на минимальную скорость. Он видел, как мертвец разворачивается и заносит руку для удара. Как отлетает бетонное крошево, а Хорек медленно сползает вниз по округлой стене тоннеля, оставляя после себя вмятину. Как медленно встает на ноги один покойник, второй, как из-за угла в свете упавшего фонаря выбегают какие-то новые, странные уроды, мерцающие зеленым.

А Вольф уже все осознал и решил, как лучше поступить и что делать.

Не сдерживая силы, он прикладом врезал по голове мертвеца. Ошметки и осколки черепа медленно разлетались, еще медленнее тело падало обратно в зеленую склизкую лужу, а в это время Вольф уже достал из кармана маленький серебристый шарик. Серебром блеснула гравировка на боку – Е-756. Вольф покрутил шар в руках, нажал на незаметную клавишу и подбросил его вверх. Шарик подлетел, замер в воздухе и начал медленно дрожать. Пятнадцать долгих секунд будет ткаться защитный купол, надо продержаться проклятых пятнадцать секунд, любой ценой, и автомат тут явно не помощник – все батарейки разрядились в ноль. Еще бы при таком расходе. Молниеносно Вольф закинул электроавтомат за спину, хрустнул плечами и начался сущий ад.

Новоприбывшие действительно отличались от других покойников, а конкретно – своей скоростью. Вольф успевал за ними на грани своих возможностей, метался по тоннелю туда и сюда, в ход шло все, что попадалось под руки, и было не приколочено. Вольф не знал, какие есть уязвимые точки у этих существ, как их правильнее бить, кто перед ним, что там с Хорьком. Только безумный бег и идущий таймер на пятнадцать секунд перед глазами.

Наконец, отоваривая кулаком одного из мертвецов, Вольф услышал спасительный писк. Вольф сразу же остановился, стряхнул с рук прилипшие куски плоти и костей, запустил руки в карман, достал два цилиндра, безобидных на первый взгляд. Без лишних раздумий, Вольф оторвал от цилиндров кольца, и один забросил далеко вправо, а второй - как можно дальше влево. Оба цилиндра пропали в толпе нерешительно переминающихся фигур.

Хорек все также лежал у стенки, когда Вольф подскочил, как можно осторожнее поднял его, и встал под шаром, который задрожал, завибрировал и начал выбрасывать из себя снопы искр.

- Ну, друг мой, или я все правильно рассчитал, или мы оба пропали.

Вольф видел в своем плане значительные недочеты: а если тоннель обвалится? А если этих упырей окажется больше? А если?... А если нет другого способа спасти себя и напарника? Ну вот нету быстрого и надежного решения? Вольф сжал зубы и стал медленно про себя отсчитать…

До полного завершения постройки защитного поля осталось 5 секунд… 4… один из мертвяков опомнился, издал протяжный горловой звук, что для Вольфа стало неожиданностью, и сделал один громадный прыжок, покрывший сразу четыре метра… 3… Защитный купол вспыхнул и встал непробиваемой стеной между мертвецами и людьми … 2 секунды… людей и мертвецов разделяет всего метр… 1… 0… Вдали зажглись два красных маячка. Вольф прикрыл глаза, и замер в ожидании….