Людям просто нужен повод

Страх пришел следом за выстрелом. Убийство – грех! А грех – это ад.

Баркус не умереть боялся, а попасть в ад. Все религии любят запугивать прихожан, и запугать Баркуса вполне получилось. Хотя это и не помогло удержать его от грехов, конечно, и бояться ада он начал только когда решил, что точно туда попадет.

Про ад он слышал с рождения, но не думал о нем, пока не убил старика в винном магазине. И вот тогда задумался, что будет дальше. Слишком много в голове сидело сказок про загробный мир. Их Баркус наслушался в свой набожной семейке, где жизнь была похожа на монастырь. Он сбежал из семьи, и бежал все дальше от веры своих родителей. Бежал, и не мог остановиться, пока не выстрелил.

Исповедь бы не помогла, раз уж для нее надо раскаяться, а Баркус ни о чем не жалел. Тот старый продавец, из винного, не хотел отдавать выручку, и Баркус не колебался, когда нажимал на спуск. Он боялся попасть в ад, но не раскаивался. Ограбление запомнилось как приключение! А вот огонь в аду приключением уже не будет. Он обращался к священникам всех религий, до каких смог дотянуться и спрашивал, как избежать мучений. Выхода нет – вот что он понял из их ответов. Для него, во всяком случае.

Вот об этом Баркус и размышлял. Или просто предавался мрачным фантазиям, сидя за стойкой бара, со стаканом в руках, и пока он не сделал ни одного глотка.

-Кажется, у вас проблемы? А то обычно это пьют! – напомнил бармен, пока протирал стакан.

-Обычно я тех, кто не в свое дело лезет, посылаю! – предупредил Баркус. - Но ты, раз такой общительный, скажи-ка тогда – если скоро угодишь в очень хреновое место, и не можешь откосить от этого, что делать?

-Под суд идешь? Посадят?– бармен отставил стакан.

-Хуже!

-К теще в гости, что ли?

Баркус помотал головой.

-Ну, тогда не знаю! – бармен снова взял стакан. - Раз от этого твоего хренового места не откосить, надо сделать его таким не хреновым! Благоустроить или со всеми там познакомиться, заранее. Что бы потом быть там своим, а не каким-то невольником.

-Невольником? – хохотнул Баркус. – Ну и словечко! Ты где язык учил – в 15 веке?

Он выпил залпом, и вышел, не заплатив за выпивку. Бармен не возражал. И был в чем-то прав, хотя и не знал, о чем болтает.

Если ада не избежать, значит, надо принять меры, что бы даже в аду быть своим. Эта мысль вцепилась в голову, скреблась в ней, не давала спать. А когда Баркус все же уснул, то мысль явилась еще и в сон – как образ демона, который машет крыльями, изрыгает огонь и спрашивает: «Чего ты хочешь, смертный?».

И Баркус проснулся с готовым решением проблемы.

***

Путь к спасению начался с интернета. Воображение представляет колдовские книги как древние тома в кожаных переплетах, на полках в сыром подвале старого монастыря, куда надо идти с факелом в руках, но все оказалось куда прозаичнее. Все они оцифрованы и выложены в сеть. Большой и Малый ключи Соломона, Заклятая книга Гонория, Шестая книга Моисея, Тайны Червя, Священная магия Абрамелина... От одних названий магических книг в глаза рябило, а Баркус еще даже не добрался до современной оккультной литературы! Кажется, все в мире разбирались в демонологии и самозабвенно строчили про нее сочинения. И все противоречили друг другу, но суть Баркус уловил.

Он постился и исповедовался, нашел подходящее место, подготовил печати, меч, благовония. Ритуал начинался с молитвы к богу, и Баркус не слишком-то верил в его помощь, но сделал все как положено. Лицом к востоку, глядя в треугольник, где в дыму благовоний должен появиться демон, он торжественно завыл:

-Я призываю тебя, о грозный и незримый бог, обитатель пустого ветра!

-Ближе к делу, пожалуйста! – попросил тихий голос за спиной, а Баркус подпрыгнул на месте, и едва не выскочил из круга. Но выскакивать нельзя! Круг – спасение, защита. Баркус выставил перед собой меч, и обернулся.

Ни рогов не было у его гостя, ни крыльев. В запертой изнутри комнате появился обыкновенный на вид мужчина средних лет, в черной рубашке и наглаженных брюках.

-Войди в треугольник, о демон! – потребовал Баркус.

-Если тебе так спокойнее, то ладно, войду! – демон обошел круг, прихватил по пути стул, уселся в треугольник и ударом ноги выкинул оттуда кадило с благовониями. Предполагалось, что круг защищает мага, а демон будет заточен в треугольнике и не сможет выйти, но пока это не очень хорошо работало. Баркус начал следующее заклятие:

-Отныне, ты, демон, подчинишься мне властью Осороннофриса...

-Ой, да заткнись ты! - перебил демон. - Давай уже к делу – я же тут. Чего ты хочешь?

-Ладно, – Баркус отложил меч и уселся на пол в центре круга. – К делу – так к делу! Я хочу заключить сделку.

-Скукота! – опять перебил демон. – И что тебе нужно? Миллион, красотку или соседскую корову надо сглазить?

-Я хочу быть как ты! – выпалил Баркус.

-Красавчиком?

-Нет, демоном. Я отдам душу аду! За то, что бы после смерти самому переродиться и стать демоном.

Демон задумался.

-Тут есть проблема! Ты хочешь продать душу аду. Вот только ада тебе все равно не избежать. Зачем мне покупать то, что скоро и так скоро будет нашим?

-Скоро? – Баркус вздрогнул.

-Скоро, скоро. Да ты не волнуйся, не прямо же сейчас! Но это только первая проблема. А вторая – ты отдаешь душу, и в уплату за сделку она должна потом гореть в огне. А ты как раз хочешь не гореть, и заключаешь сделку, которая поможет тебе избежать выполнения условий сделки. Да еще и продаешь то, что уже и так не твое! Так дела не делаются.

Демон встал, вошел в круг, не замечая границы, которая должна его сдерживать, и сел рядом с Баркусом.

-Но я понимаю твой ход мысли, - продолжил он. - Да ты и не первый, кто мечтает о демонизации. И не первый кто ее получит.

-Получит? – Баркус опять вздрогнул.

-Да сиди ты, не дергайся! - приказал демон. - Да, ты получишь свой шанс. Можно сказать, что мы принимаем новых сотрудников из числа людей. Конечно, ты будешь самой мелкой сошкой, исполнителем, рядовым творцом зла. Мне не нужно покупать твою душу, ей и так конец, но я дам тебе шанс заслужить право стать демоном. Ты начнешь работать на ад, пока еще жив. Станешь моим слугой! Считай это испытательным сроком на должности стажера.

-И что мне надо сделать? Подписать договор кровью?

-Не тупи! Тебе надо начать выполнять свою работу. Кстати, выбора у тебя уже нет – или ты делаешь свою работу, или я лично тебя убью. А работа демонов – нести смерть, боль и горе. Страдания нас подпитываю, как еда. Чем изысканнее страдания людей, тем они вкуснее! Так что отныне твоя работа – готовить для меня эти блюда, заставлять людей страдать. Жди приказаний.

Демон поднялся, а веки Баркуса вдруг стали тяжелыми. Он моргнул раз, второй, и не смог больше открыть глаза. А когда все же открыл, наступило утро. Баркус лежал в круге, и никого не было рядом с ним. И следующие несколько дней он считал все это сном. Демон-вербовщик, который предлагает испытательный срок для работы на ад? Демон в рубашке и наглаженных брюках? Бред! Что было в том благовонии, что такое померещилось?

***

-Пора работать!

Голос заговорил за спиной, пока Баркус в пустой квартире жевал макароны с сыром. Он дернулся, поперхнулся и обернулся. Баркус сидел спиной к стене, и только эта стена и была за ним. Он похлопал себя по груди и прокашлялся. Повернулся к тарелке и шарахнулся назад так, что затылком врезался в стену. Демон сидел на стуле напротив Баркуса, и ел его макароны.

-Закончил клоунаду? Тогда пора работать, стажер!

Так Баркус и получил первое задание. Совсем пустяковое, и совершенно не адского масштаба – украсть манекен, прийти с ним в нужное место и сделать то, что скажет демон.

Манекены стояли в магазинах, а с ограблениями магазина в прошлый раз не заладилось, так что Баркус выбрал другой путь. Не обязательно же красть манекен, который можно просто купить! Так он и сделал, и чувствовал себя дураком, пока тащил одетую и снабженную париком куклу через весь город. Координаты, выданные демоном, привели к пешеходному мосту над дорогой. Машины потоком текли внизу, а редкие прохожие могли перейти по мосту на другую сторону, не рискуя жизнью. Демон ждал его там.

-Я разочарован, стажер! – сообщил он. – Ты мог украсть манекен, мог даже попутно убить владельца магазина, а выбрал скучный путь. Хуже того – законный путь! Не делай так. Тебя видели с этой куклой, да?

-Ну, да, – неуверенно пробормотал Баркус.

-Отлично! Творить зло, не таясь – наш принцип. Бросай его. Ну, чего тупишь? Бросай с моста.

Баркус посмотрел вниз. Машины, одна за другой, сплошной рекой. Если он бросит куклу, ее примут за человека на дороге. Кто-то резко затормозит, дернет руль в сторону, и машины превратятся в смесь из железа, пластика и перемолотых тел. Он просто бросит манекен, и люди внизу умрут. Вот что делает стажер ада, его агент на земле – кормит демонов смертью и болью.

Он подумал о людях внизу. Об их семьях, детях, женах. О своей душе. Об адском огне, которого иначе не избежать. И бросил манекен.

Можно было сделать это на секунду позже, когда большой красный автобус уже скрылся бы под мостом, но он и так вызвал недовольство наставника, и теперь старался все исправить. Кукла полетела вниз точно перед автобусом.

Водитель успел увидеть только, как человек бьется о его лобовое стекло. Завизжали тормоза, завизжали пассажиры, автобус вильную в сторону, и встречный мотоциклист слетел с дороги. Когда автобус повернулся поперек трассы, потоки машин ударили в него с двух сторон. Черный фургон смял салон, полный пассажиров, пока спортивная машина пыталась затормозить, подставляя себя для удара грузовика.

-Эффект домино! – прокомментировал демон. – Один резко тормозит, в него врезается второй, в него – третий. А все потому, что едут быстро и не соблюдают дистанцию! Что ж, вышло неплохо, для первого раза. А теперь спускайся вниз, окажи пострадавшим помощь. Я хочу, что бы ты увидел их вблизи. Их боль, их сломанные кости, мертвые глаза. Хочу, что бы ты смотрел, как они страдают. Напитайся их болью и напитай меня. Потом продолжим подготовку.

Баркус увидел их мертвые глаза и пил следующие два дня, что бы успокоить нервы, но не раскаивался. Он сделал то, что должен был сделать! Как и тогда, в магазине, когда пришлось застрелить старика.

Хотя тогда все случилось быстро, и он сразу сбежал, а теперь он был рядом со своими жертвами. Кровь погибших в аварии испачкала его одежду, они кричали, просили о помощи. И Баркус вынул телефон. Он сделал вид, что звонит куда-то и крикнул остальным: «Не отвлекайтесь, я уже вызвал врача!», что бы другие не звонили в скорую. Конечно, скорая приехала – но куда позже, чем могла бы, и кто-то мог умереть из-за этого.

Баркус не раскаивался. Наоборот! Смерть возбуждала. Смерть давала власть. Он решает теперь, кому жить, а кому умереть! Наверное, так и чувствуют себя маньяки. Только они – безмозглые идиоты, которые портят себе жизнь, а он свою спасает. И Баркус пил два дня, что бы заглушить возбуждение и жажду новой крови.

***

Демон вернулся через неделю.

-Пора работать, стажер! – голос снова заговорил за спиной, и в этот раз демон выбрал момент, когда Баркус сосредоточенно орошал унитаз. Баркус дернулся и полил собственную ногу.

-Обязательно вот так делать? – заорал он.

-Разумеется. В этом суть демона – мы делает гадости. Даже друг другу. А ты чем-то не доволен?

Дружелюбный тон сменился на угрожающий.

-Нет, нет, все отлично! Всем доволен! – Баркус быстро застегнул молнию.

-А мне кажется, что не всем. Может, окунуть тебя в то, что из тебя вытекло, что бы ни хамил? Ладно, вот твое второе задание.

Все движется от простого к сложному, и второе задание оказалось сложнее. Хотя теперь Баркус думал об этом иначе – второе задание оказалось забавнее. Будет весело и сытно!

-Храм Спасения Народов сейчас очень популярен, – объяснил демон. - Не знаю почему, это просто скучная секта-однодневка. Но его любят, особенно приезжие, мигранты. В Храме им обещают дать жилье и работу. А вот отношения с обычной церковью у Храма так себе. Они выступают с нападками все остальные религии, и учат, что их пророк три года назад встретил бога, а все, кто не с ними – безбожники. А церковь говорит, что они – еретики. Уже были стычки. Знаешь, не всем нравятся приезжие и иноверцы, порой начинаются скандалы, драки. Кто-то уже сжег в парке портрет их пророка, а прихожане Храма Спасения в ответ официально прокляли всех христиан. И вот что ты сделаешь...

В этот раз демон сказал только, что именно надо сделать. Как делать – решать Баркусу. И он решил, что нужно оружие. Его можно просто купить, но в прошлый раз демон был недоволен законным путем, и Баркус сделал то, что порадует его работодателя – украл пистолет.

В криминальном районе, на окраине, среди ночлежек и притонов, много кто держит дома оружие, и мало кто умеет им пользоваться. Спившаяся тетка жила двумя этажами ниже самого Баркуса и регулярно закатывала скандалы местным наркоманам. Баркус помнил ее вопли: «Я вас перестреляю!» и не сомневался, что оружие у нее есть.

Она услышала стук в дверь, бездумно открыла ее, и увидела человека в маске. Что тут делать, кроме как вопить и бежать за пистолетом? Руки тряслись, когда она пыталась выловить из коробки дешевый пятизарядный револьвер. А руки Баркус не тряслись, когда он замахнулся молотком. Так он и получил пистолет, который не зарегистрирован на его имя. Демон будет доволен.

Баркус вытащил из кармана листовку с рекламой Храма Спасения и бросил на труп. Оружие можно отследить, и его отследят до квартиры мертвой пьянчуги. А листовка Храма подскажет, кого подозревать в ее убийстве.

Он ушел, избавился от маски, сменил одежду, и пошел в церковь. Куда еще идти грешнику, как не туда? Только там можно найти спасение! Хотя и не то, что предлагают проповедники.

Большой готический храм собрал прихожан в своем зале с бесконечно высоким потолком. Пахло ладаном и свечами, священник читал проповедь, и подтверждал правдивость своих слов, показывая пастве Библию. Баркус шел по проходу и смотрел в пол. Он почти дошел про проповедника, когда на него началами обращать внимание. Кто-то шикнул ему в спину, намекая, что неплохо бы сесть, послушать и не мешать другим. Значит, пора начинать!

-Сльава Хьраму Сьпасения! - заорал Баркус, очень скверно имитируя акцент. -Смьерть невьерующим!

Шикание стихло. Проповедник сбился и замер с Библией в руках, как мишень в тире. Всего один раз Баркус нажал на спуск. Проповедник прижимал Библию к сердцу, и пуля пробила книгу навылет, прежде чем войти в его тело. Демон будет доволен!

Кто-то завопил, и Баркус обернулся к скамьям с прихожанами еще до того, как священник повалился на спину. Он снова поднял пистолет. Вопящий умолк навсегда, и только тогда остальные кинулись наружу. Люди в задних рядах выскакивали за дверь, а остальные сбивались в толпу и давили друг друга. Этих людей даже не надо убивать – надо только дать им повод, и они сами прикончат друг друга! Примерно так и сказал демон.

На этом можно было остановиться, но Баркус опять поднял пистолет. Еще три выстрела и барабан опустел. Баркус перезарядил оружие и еще пять раз нажал на спуск, прежде чем бросил пистолет на пол. Все кончилось еще до того, как выжившие прихожане прорвались наружу, затаптывая насмерть своих собратьев. Девять человека в этой толпе убили пули, и куда больше убила давка. И никто не вспомнил про боковую дверь, в которую вышел Баркус. Он уходил все дальше от храма, и никуда не торопился.

***

Его шутка на богослужении смела в мусор остальные новости. «Нападение на церковь во время службы!» – орали все заголовки. «Убийца выкрикивал лозунги Храма Спасения!».

«Лидер Храма Спасения арестован» – добавили заголовки на следующий день. «При обыске в Храме найдено нелегальное оружие и крупные суммы наличных денег».

-Вышло неплохо! – признал демон, когда появился снова. На сей раз просто вошел в дверь, не пугая Баркуса голосом за спиной, и Баркус ощутил уважение ада к тому, чего добился.

-Не шедевр, но неплохо. Я принес третье задание.

-Когда я стану демоном? – перебил Баркус. - Ты обещал, что еще при жизни!

-Рот закрой! – велел демон и Баркус захлопнул рот так, что едва не сломал зубы. – Ты станешь демоном, если не будешь хамить старшему по званию. Это плавный процесс, а пока я дам тебе немного силы – для третьего задания. Это уже не шутка, и тебе понадобится кое-что посерьезнее, чем пистолет.

Он положил ладонь на руку Баркуса. И сжал ее раскаленными пальцами. Баркус завопил, рванул руку, но не смог освободиться.

-Терпи! – приказал демон.

Боль длилась слишком долго, а когда демон отпустил его, Баркус рыдал и укачивал обожженную руку.

-Это тебе напоминание, что такое ад! И напоминание, что ты не должен мне хамить. А еще это твоя новая сила! Только так ее и обретают, через боль. Да не ной ты! Все с тобой в порядке, посмотри!

Баркус посмотрел – гладка кожа, никаких ожогов.

-Сила исцеления? – спросил он.

-Нет, идиот! Смотри! – демон рывком поднял его и швырнул к грязному зеркалу на дверце шкафа.

-Исчезни! – приказал демон.

И Баркус исчез. Он все так же стоял перед зеркалом, но не видел своего отражения. Посмотрел вниз и не увидел своих ног. Он вздрогнул и снова появился в зеркале.

-Это первый дар тебе. Он пригодится, что бы исполнить новый приказ. Или не пригодится – это тебе решать. Больше я не стану помогать, учись сам все планировать.

***

Город бурлил. Расстрел в соборе стравил церковь и Храм Спасения, местных прихожан и приезжих, охотно пополнявших ряды Храма. Митинг в поддержку одних, шествие в защиту других, требования, петиции, а потом и стычки, от мелких ссор до крупных драк. Баркус гулял по улицам и восхищался масштабами своего творения. Митинги на улицах стали драками. Из драк выросли погромы. Пока одни протестовали, другие били витрины магазинов и растаскивали все, что могли унести.

Да, демон прав – людишкам надо только дать повод! Они сами сделают с собой зло, до которого и в аду не додумаются. Все шло отлично! Хаос, смерть, боль дают силу, они – как изысканный деликатес! Теперь Баркус сам ощущал это и питался хаосом, пока шел по улице невидимкой.

Невидимка может легко взять все, что захочет, а хотел Баркус грузовик, мощныйнасос, бочонок с бензином и ракетницу. Из этого он приготовит потрясающий ужин для своего демона, да и для себя тоже!

Он стал видимым, только когда сел за руль, и спокойно ехал теперь к цели, которую указал демон. Обычная ночлежка, мимо нее Баркус ходил много раз. Официально место называлось Центром Помощи, а по сути это и была ночлежка для тех, кому некуда пойти. Внутри всем заправлял Храм Спасения, предлагал жилье и бесплатную еду погорельцам, наркоманам, бродягам. А чаще всего – приезжим, который кинулись покорять большой город, да так и застряли в нем, без жилья, работы и денег.

Рядом с ночлежкой Баркус и оставил грузовик с припасами. Вокруг пока все было спокойно. Обитатели Центра Помощи старались не появляться на бурлящих улицах, не привлекали к себе внимания. Но совсем скоро все изменится! Надо только найти актеров для будущего спектакля.

Актеры нашлись в заведении, мимо которого Баркус не просто ходил, но и заходил внутрь. Бар «Адский Пес» не часто попадал в криминальные новости, но только потому, что его посетители никогда не обращались с полицию после очередной драки или поножовщины. Баркус прихлебывал пиво, слушал разговоры. В таком месте всегда много болтают, и обычно не выбирают выражения.

-Достали! – прозвучало через пару столиков.

Голос сменился бурчанием, но слова: «Вот и пусть домой валят!»,Баркус расслышал. Смысл понятен: кому-то надоели приезжие, вот что обсуждали наголо бритые крепкие парни за столиком у самой двери. Пора! Баркус ударил пустой кружкой по своему столу.

-Да они нас всех перестреляют, как того священника! – выпалил он.

Парни за столиком обернулись.

-А вы чего смотрите? – спросил Баркус – За столом сидеть все герои, да? А эти, со своим Храмом Спасения, уже везде! Где наши рабочие места? У них! На кого наши налоги тратятся? На них! А что нам? Пуля в спину!

Кто-то одобрительно забормотал, а Баркус уже вышел в центр зала, почти как тот проповедник перед паствой.

-И что они делают, а? Расхаживают тут как дома! Убивают наших родных! Кто устроил стрельбу в доме божьем? Этот долбаный Храм Спасения! Они везде, сраные сектанты!

Он говорил что-то еще, и его почти не было слышно за одобрительными криками пьянчуг. Бар давно перегрелся от избытка адреналина и тестостерона. Баркус пошел к двери, и лысые крепыши поднялись из-за стола. Вслед за Баркусом из бара вышло восемь человек. Через квартал их стало двадцать. Еще через один – тридцать. Они орали, размаивали руками, искали драки, и к концу второго квартала пришли на место.

Баркус просто швырнул первый камень в окно ночлежки, и отошел в сторону. Не понадобилось даже кричать: «Бей их!». Все и так знали, что надо делать, и осколки стекла посыпались на асфальт. Когда толпа втянулась в двери ночлежки, Баркус не двинулся с места.

Ему не надо было входить внутрь, что бы понять, что там происходит. В ночлежку вошли три десятка взбешенных обывателей, которые искали, на ком сорвать злость за свою жизнь, за потерянную работу, за все, чего не смогли добиться.И встретились там с сотней обитателей ночлежки, таких же озлобленных, но еще и вооруженных. Храм Спасения уже винили во всех бедах, и его прихожане готовились к нападению Их больше, у них оружие. Скоро охотники окажутся дичью, а в здании станет очень грязно.

Если бы кто-то видел Баркуса со стороны, он бы навсегда запомнил, как человек растворился в воздухе, но никто не видел этого. Баркус исчез, и уже как невидимка завел мотор грузовика. Все, что случилось до этого, было лишь вступлением, он просто готовил продукты для своего адского деликатеса. Теперь продуктыв духовке, и пора все как следует прожарить!

Что бы подогнать грузовик к ночлежке, не ушло и минуты. Внутри вопили, слышались удары и стрельба, кто-то выбегал из дверей, кто-то прыгал из окон. К уже разбитым стеклам добавились новые.

Баркус забрался в кузов и завел насос, большой и мощный. Тот мог бы выдать струю воды метров в пять или шесть, если бы в баке была вода. Но в баке был только бензин. Баркус провел струей, как пожарник, стараясь не мазать мимо разбитых окон. Поток бензина захлестнул первый этаж, второй, прошелся по входной двери, по асфальту под окнами, куда будут прыгать погорельцы, пытаясь спастись от огня.

Вонь бензина моментально заполнила воздух и оказалась одуряющей. От запаха мутилась голова, а прихватить противогаз Баркус не додумался. Но это уже ничего не меняло, отступать поздно. Он вынул ракетницу, и горящий снаряд влетел во входную дверь ночлежки. Пламя потекло вдоль здания, влилось внутрь, и воплям внутри сразу прибавили громкость.

Еще одна ракета, и огонь всплеснулся из окна первого этажа. Баркус пускал ракеты одну за другой, и радовался, как ребенок во время фейерверка. Он чувствовал вкус того, что творилось внутри. Ужас, боль, агония! Изысканные деликатесы. Огонь – настоящий демократ! Ему не важно, кто перед ним, не важно, прихожане Храма Спасения горят в нем или те лысые крепыши из бара. Для огня все люди равны! И горели все.

А когда полиция доберется сюда, то найдет не только грузовик с насосом. Она найдет в бардачке грузовика расписание богослужений в той самой церкви, где недавно была стрельба. Найдет фотографию пророка Храма Спасения, и глаза на фото его будут выколоты.

В расстреле прихожан церкви обвинят Храм Спасения. А в поджоге ночлежки Храма Спасения обвинят прихожан церкви, где был расстрел. Нападение и месть за него – так это будет выглядеть. И только Баркуса никто не увидит!

Голова опять закружилась от вони, и он вцепился в насос, что бы ни упасть. Нужна еще одна ракета! Второй этаж пока плохо горит. Он прицелился. Здание перед глазами вихляло и кружилось. Кажется, ему надо на воздух! Он уже надышался парами бензина, и скоро, чего доброго, начнутся галлюцинации. Он подпер руку с ракетницей второй рукой, старательно прицелился и потянул спуск.

Ракета ударилась в стену, и упала на уже и так горящий асфальт, но Баркуса это не заботило. Остатки бензина вытекли из шланга, пока он хватался за насос, промочили его одежду, и теперь пламя ракеты коснулось рукава. Бензин любит огонь, и всегда ждет любой искры. Если бы кто-то смотрел на грузовик, он бы увидел, как в воздухе вспыхнуло пламя, запрыгало, превратился в человека, который машет горящей рукой и орет. Но и этого никто не видел.

Баркус вывалился из кузова грузовика и завыл, катаясь по земле. Понадобилось немного времени, что бы понять, что размахивать рукой бесполезно. Баркус повалился на горящий рукав, прижал его к земле, и лежал, пока пламя задыхалось без доступа кислорода.

Огонь погас, но эти ожоги были настоящими, они не исчезнут, как следы того огненного рукопожатия демона. Вся рука превратилась с волдырь. Рукав куртки сгорел, а рубашка из дешевой синтетики расплавилась и впечаталась в мясо. Волосы обгорели, половина лица покрылась волдырями.

Хотя, после пожара в ночлежке обгореть самому – лучшее алиби! Теперь он выглядел жертвой, а не террористом, но это совсем не утешало и не убирало боль. Баркус поднялся и побрел к дороге. Пожарные уже ехали к ночлежке. Он шагнул под колеса, и стал первым из всех пострадавших в пожаре, кого отвезли в больницу. Баркус получил свой обезболивающий укол, и с ним пришел покой.

***

И ушел, как только действие препарата закончилось. Баркус очнулся в больничной палате, с рукой обмотанной бинтом и лицом, покрытым волдырями. Демон сидел на краешке кровати.

-Я тебе цветы принес! – сказал он и положил на кровать рядом с Баркусом две гвоздики. – Кажется, у вас, у смертных, так принято. Ты хорошо потрудился! Десятки трупов, смерть, агония! Отлично! И еще лучше, что трупов все больше и больше. Активисты Храма Спасения кому попало мстят за твой поджог, а все остальные мстят им за расстрел церкви. Они там убивают друг друга, банды громят и грабят, машины горят, кто-то орет, что скоро конец света. А кто-то требует женского равноправия – хотя я так и не понял, при чем тут это. В город подтянули армию, солдаты стреляют на каждый шорох, а городские отморозки охотятся на солдат, что бы разжиться оружием. Ты молодец!

-Ты мне поможешь? – спросил Баркус и показал забинтованную руку.

-Конечно! Я отвлеку тебя от боли. Я мог бы тебя вылечить, но ты же в курсе, что боль питает демонов? Твоя боль – в том числе. Так что я просто помогу тебе отвлечься. Твой врач, доктор Арават, прекрасный специалист! Он отлично лечит ожоги и мог бы тебе помочь. Но не поможет, потому что ты его убьешь. Сегодня же! Не хочу, что бы он кого-то вылечил.

Демон поднялся и исчез до того, как Баркус ответил хоть что-то. Он сел на кровати. Рука горела, чесалась и дергалась. Он так боялся адского огня, и нашел способ не гореть в нем после смерти! Так какого черта он горит уже при жизни? Со второй попытки он смог стать невидимкой, и вышел из палаты. Что бы убить врача, понадобится оружие, но невидимке в больнице совсем не сложно украсть скальпель.

Баркус шатался и держался за стену. Голова кружилась, желудок выворачивался наизнанку, и Баркус едва мог понять, кто перед ним, когда медсестра сказала кому-то: «Доктор Арават!». Вот он – его спаситель, тот, кто избавит его от боли, исцелит. Тот, кто хочет ему помочь! Доктор стоял спиной, и вся его жизнь текла по венам на тощем горле. Баркус ударил скальпелем и ушел, не проверяя, жив доктор или нет. С перерезанным горлом нельзя выжить!

Невидимость иссякла, когда он выходил из больницы. В бинтах и больничной пижаме он добрался до дома. И в городе, полном грабежей и перестрелок, горящем и кричащем, никому не было дела до обгоревшего чудака в пижаме.

***

-Ты меня разочаровал! – знакомый голос не напугал, на сей раз, а медленно вытянул из сна. Или из того места, куда проваливаются люди, теряющие сознание от постоянной боли.

Со второй попытки Баркус смог разлепить глаза. Горло пересохло, губы потрескались. Демон сидел на кровати и потягивал воду из стакана.

Баркус побулькал что-то невнятное.

-Кажется, ты просил пить? - расшифровал демон. – Конечно, угощайся!

Он перевернул стакан и тонкой струйкой вылил ледяную воду в промежность Баркуса.

-Ты не убил врача. Это плохо! Ты теряешь свой шанс.

-Я.. - Баркус закашлялся.

-Я все сделал! Там весь город спятил! – прошептал он со второй попытки.

-Спятил, да, – признал демон. – И этим ты мог бы сделать шаг к своей мечте, но ошибки наказываются, в любом случае. Ты не убил врача!

-Убил!

-Не убил, идиот! И мало того, что тот, в белом халате, выжил. Так это и не Арават был, ты порезал не того! Кажется, ад тебя ждет, но не как демона, а как грешника.

-Я убью! – пообещал Баркус.

-Поздно! - демон смял стакан и тот рассыпался, покрывая кровать осколками. – Теперь это не твое задание. Что? Ты же не возомнил, что ты единственный, кто работает на меня? Они все выполняют приказы. Другие убьют доктора, когда я прикажу. А тебя придется наказать.

Демон снова исчез, и Баркус снова не успел ответить. Да и не знал, что сказать.

***

Еще день прошел в приступах боли и потерях сознания. На третий день Баркус смог добраться до крана с водой, сжевал то, что было в холодильнике, и окреп достаточно, что бы решиться выйти на улицу. Безумие города или утихло, или отступило, ушло в другие районы. Он добрался до аптеки, рассовал по карманам обезболивающие, и медленно шел домой.

-Тварь! – крикнул кто-то сзади, и Баркус получил удар по голове.

Он рухнул на землю, но не потерял сознания, и чувствовал каждый удар ногой, по лицу и ребрам. Чувствовал, как его обожженную руку прижимают к асфальту. Он видел молоток, но не мог сопротивляться, когда тот опустился на пальцы. Он не мог бороться, не мог стать невидимым, мог только смотреть на осколки костей, которые торчат из разорванных мышц.

-А это я возьму! – сказал человек с молотком, и забрал таблетки. Баркус потерял сознание и почти надеялся, что не очнется

Но он очнулся. Дома, в своей постели, с демоном, сидящим рядом.

-Хочешь водички? - спросил демон, и опять наклонил стакан над промежностью Баркуса, как в прошлый раз. Все повторилось, кроме одного – в этот раз в стакане был кипяток. И Баркус заплакал, первый раз с тех пор, как пошел в школу.

-Не надейся, что слезы и крики тебе помогут. Ты же в курсе, что я только ради них и живу? Но тебе повезло! Я дам тебе еще один шанс. Верну силы и подарю новые! И даже залечу твои раны. Надеюсь, больше ты меня не подведешь. Ты уже понял, что ты не один такой? И если ты меня подвел, то всегда есть тот, кому я прикажу тебя наказать.

-Спи! – велел демон, и Баркус потерял сознание.

И проснулся без боли. Не болела рука, сожженная и переломанная. Не болело лицо. Он пощупал его, и понял, что волдырей нет. А потом понял, что щупает лицо здоровыми пальцами, которые не перемолоты молотком.

-Пить хочешь? - спросил демон из пустоты, и Баркус сжался в комок, но демон появился перед ним и протянул стакан пива. Баркус осторожно попробовал. Да, пиво!

-Пей! - приказал демон и Баркус выпил все до дна.

-Отлично. Итак, у тебя есть новый шанс и новая сила. Вот так это и работает – чем больше зла ты создаешь, тем сильнее становишься, больше этих сил в себе открываешь. Так ты и становишься, демоном, потихоньку. А теперь пора убить доктора, но ты сделаешь это не сам.

-У меня будет помощник?

-У тебя будет задание. Теперь ты сам найдешь тех, кто захочет повторить твой путь, стать как ты. И отправишь их убивать. А что бы ты мог их найти, я дам тебе новый дар – ты сможешь слышать призывы и переноситься к тем, кто тебя зовет. Ты теперь демон-вербовщик и найдешь тех, кто убьет доктора уже по твоему приказу. И ты знаешь, как дается новый дар.

Демон протянул руку с огненным рукопожатием. И его пришлось принять.

***

Мир изменился. Вот как видят его демоны! Или почти демоны. Или полудемоны? Не важно! Мир дышал, мир жил, совсем не так, как раньше. Злость, страх и ненависть стали почти видны глазу, как цветной туман. Они клубились, покрывали город, сплетались в узоры. И в этих узорах голоса звали Баркуса. Кто-то хотел убивать. Кто-то мечтал мстить. Кого-то просто манили секс, богатство, власть и прочие примитивные радости. Баркуса они тоже когда-то манили, пока он не научился питаться болью и горем.

А над всем гулом города звучал один голос. Он звал, он требовал прийти. Голос не мог случайно появится именно сейчас, демон наверняка знал, когда прозвучит зов и дал новый дар как раз в нужное время. Баркус просто захотел перенестись туда, куда манил зов. И это случилось.

Он рассматривал тех, кто звал его. Его собственный ритуал был куда лучше! А эти болваны намалевали кривые пентаграммы и облили все кровью. Двое парней, обряженных в черные рясы, да еще и с перевернутыми крестами на шее. Один читал невразумительные заклятия, а второй кропил комнату кровью из чаши. Клоуны, которые воображают себя сатанистами! Но они звали демона, и Баркус услышал их призыв. Он перестал быть невидимым и эффектно появился прямо из воздуха.

Парень с чашей завопил, упал на колени и разлил кровь. Второй вздрогнул, и прервал заклинание, но тут же продолжил:

-Повелеваю тебе, демон...

-Затухни, скотина! - приказал Баркус, и с удовольствием отхлебнул страха своего взрывателя.

Он мог бы не являться к ним, но теперь понял, почему демоны приходят к таким людям. Их страх – деликатес. И не он выполнит их приказы, а они сделают то, что прикажет он! И будут думать, что заключили сделку. Первый сатанист так и стоял на коленях, и бормотал что-то под нос. Похоже, пытался молиться.

-С тобой будем говорить! - сказал Баркус второму. – Как зовут?

-Мое магическое имя – Аскольд аль-Хамир! – торжественно провозгласил вызыватель демонов.

-А мама как называет?

-Эрик, - признался вызыватель.

-И чего бы хочешь, Эрик аль-Хамон? Это у тебя там магический кинжал валяется, да? Хорошо! Как раз пригодится. Так чего ты хотел? Хотя не важно. Вот как мы поступим – я убью тебя и твоего дружка. И уйду. Согласен?

Новая порция страха, восхитительного на вкус! Второй сатанист на коленях забормотал громче. «Отче наш, сущий на небесах!» – расслышал Баркус. Ну что за придурок? Сам вызвал, сам перепугался?

-Я хочу... - промямлил Эрик, но Баркус перебил:

-Сразу нет! Забыли. Хрень про душу и все прочее – забыли. Есть только одна сделка – ты будешь служить аду. Служить мне!

- Я служу Темному Владыке...

-Ты придурок, который играет в сатаниста, и еще ни разу не видел демонов. Но я дам тебе шанс. Ты будешь служить аду, и выполнять мои приказы. И сможешь сам стать демоном.

-В смысле, как?..

-Ты глухой? Стать демоном – в смысле, стать демоном, как я. Одним из нас. Конечно, самой мелкой сошкой! Будешь заключать сделки, сеять горе, а как загнешься (а это уже скоро, учти!), так в аду окажешься не как невольник, а как работник, станешь не тем, кто горит, а тем, кто жжет других. Вот как служат аду!

«Да святится имя твое!» - всхлипнул парень на коленях. Зря он с такими нервами ввязался в служение этому своему Темному Владыке.

-И что мне нужно сделать? - спросил Эрик. Его страх не исчез, он все еще боялся, но уже не сомневался.

-Бери кинжал. Да, вон тот, ритуальный. И убей своего приятеля-богомольца, для начала.

«И избави нас от лукавого!» - завыл приятель с пола. Эрик поднял кинжал и вкус того, кто губит себя окончательно, продается в рабство демону, оказался еще прекраснее, чем вкус его страха. Когда сатанист на полу умолк, Эрик отбросил нож и спросил:

-И что дальше, демон? Я теперь такой как ты?

-Нет! – ответил Баркус. – У тебя впереди еще много работы. А пока ты найдешь больницу, где в ожоговом отделении работает доктор Арават, и убьешь его.

Эрик все еще не сомневался ни в чем, и Баркус видел его сущность. Видел, как он наслаждается смертью – и той, что уже лежала в черной рясе у его ног, и той, что еще будет. Видел его злость на весь мир. Видел страх и зависть. Видел Эрика, как отражение в зеркале – Баркус и сам был таким.

***

Он услышал зов Эрика на следующий день. Тот звал, хотя сам не знал, что зовет, а просто думал о своей миссии, о выполненном задании. Баркус знал, что доктор мертв. Новости кричали, что маньяк со скальпелем, напавший недавно на врача, вернулся и нанес новый удар. Теперь резня в больнице интересовала людей больше, чем недавние погромы – про них уже начали забывать. Город остывал, беспорядки утихли, стрельба умолкла. Пир демона подходил концу.

-Твой новобранец хорошо справился. Он лучше, чем был ты! - демон явился без приглашения, и сидел в кресле Баркуса, как хозяин квартиры. Но теперь Баркус и сам демон, и может многое себе позволить. Они равны! Никакого больше подобострастия и подчинения.

-Теперь я стал демоном до конца? Я привел новичка, и заслужил награду! Я хочу ее получить.

-Ишь ты, как заговорил! – демон рассмеялся, почти добродушно. – Нет, ты не демон. Но ты на верном пути. Я дам тебе новый дар.

Баркус протянул руку.

-Дар награждать даром других, - уточнил демон.

Баркус опустил руку.

-Зачем?

-Для твоего новичка! Ты дашь ему следующее задание. Какое – придумаешьсам, теперь это твоя проблема. Он все сделает, наберется сил, и сможет принять от тебя невидимость. А если он хорошо себя покажет, ты сделаешь его новым вербовщиком, как ты сам. Ты же ощутил, как он убивал доктора? И я тоже. Ты привел ко мне его, а он приведет новых, и все они будут убивать в мою честь. Его слуги насытятся болью, и передадут эту боль ему. А он – тебе. А ты – мне! Это...

- Финансовая пирамида боли! – перебил Баркус. –Какой-то сетевой маркетинг ада, получается. Люди вербуют друг друга, делают твою работу за тебя, а ты со всей пирамиды получаешь свою долю? Кормишься, пока мы вкалываем, убиваем, вербуем, посылаем других убивать и вербовать, что бы ты жил в свое удовольствие! Какой-то лохотрон получается! А я вообще стану демоном? Или ты просто всучил мне эти силы, что бы я тебе верил и находил новых стажеров, которые будут тебя кормить? А они находили еще новичков, а те еще! Сколько нас?

-Много вас. Откуда берутся террористы или маньяки, ты не думал? Все вы готовите новые блюда для моего удовольствия и вербуете новых поваров. И большинство даже не требует за это никаких демонских сил.

-Так, погоди! – Баркус поднялся. – Ты обещал, что я не попаду в ад!

-А ты вообще с чего взял, что демоны в аду? Ад пуст, все черти здесь давно. Нет никакого ада! Это сказка, и ты не попадешь в него, потому чтопопадать некуда, тебе ничего и не грозило никогда. Есть, правда, у меня в запасе кое-что похуже, чем этот твой ад– для тех, кто меня разочаровывает.

-Ты же сказал, что демоны творят зло и...

-Я сказал все, что захотел сказать. Люди сами творят свое зло и учат других его творить. Сам я никогда не делаю зла! Люди, вроде тебя, все делают за меня.

-Да ты меня развел! Я же должен стать демоном! – заорал Баркус.

-Ты должен делать что приказано! – ответил демон, и больше в его голосе не было добродушия. - И ты снова меня разочаровал. Так что теперь ты пойдешь со мной, и пожалеешь, что не попал в тот ад, которого ты так боялся. Я займусь тобой лично! Из таких, как ты, получаются самые изысканные деликатесы страха и боли. А потом и смерти, но обещаю, ты еще долго не умрешь! У нас впереди много веселых и вкусных лет.

Прошло время, и Баркуса объявили пропавшим без вести.

А потом – умершим.

Но он жил еще очень долго, и жалел, что не попал в ад. Но ада нет, демон не солгал. И не солгал, когда сказал, что не творит зло. Сами люди творят его куда лучше! Надо только дать им повод.

***

Бармен за стойкой скучал, протирал стакан и слушал. Бар – место утешения. Люди несут сюда все свои проблемы, болтают, пьют. И пока напиваются, самая бредовая идея кажется прекрасной. В прошлый раз он подарил Баркусу идею стать демоном. А в этот раз унылая девица с бокалом сухого вина явно страдала от любовных мук, так что приворот силами демона покажется ей отличной идеей. Пора готовить новое блюдо!

Демон за барной стойкой видел ее сущность. Видел злость, ревность. И желание мстить неверному парню – этого она хотела еще больше, чем вернуть его. Приворот и порча! Это ей понравится. Даже если ради этого придется поработать на демона, выполнить пару его приказов, а потом завербовать нового исполнителя.

Демон поставил стакан на стойку.

-Кажется у вас проблемы? - просил он девицу.

Игра началась.