M1ND Акт Ⅰ — Оправдание монстра

Воспоминание Ⅰ

Седьмого января в пять утра родился он. Детство помнит плохо, лишь обрывками. Имени матери не знает — та скончалась при родах. Знает лишь, что она была шлюхой и забеременела от какого-то очередного алкаша, который любезно предоставил наличку за полтора часа утех. В восемь утра копы выламывают дверь — вызов поступил от соседей из-за родовых криков. Трое мужчин видят мерзкую картину. Ребёнка увозят в детдом, труп — на опознание патологоанатому.

В детдоме меня воспитывают. Дают имя Крисс. Глупое имя. Меня показывают разным семьям на усыновление — все отказываются из-за моей родословной. Расту среди других детей. Лет в шесть впервые получаю удар в лицо от ребёнка постарше. Он смеётся, тычет в меня пальцем и кричит: «Сын шалавы!» Остальные хохочут. Я плачу. В семь лет меня определяют в интернат. Там ситуация не лучше: теперь, помимо сверстников, на меня как на отброс общества смотрят и учителя. Ежедневные издёвки начинают шатать нервишки. Мне трудно, но я пробиваюсь.

В шестнадцать, в девятом классе, после последнего урока (кажется, истории) нас задерживают в кабинете. Учительница уходит, велев оставаться на местах. Трое сразу же сваливают, едва она скрывается в коридоре. Минут через десять в класс заходит мужчина в деловом костюме.

— Всем здравствуйте. Речь пойдёт о вакансиях в N.A.T. — New Age Technologies. — Мужчина окинул класс беглым взглядом. — Компания государственная, занимаемся… ну, скажем так, нетривиальными исследованиями. Из-за этой специфики и отбор у нас особый.

С этими словами он запустил в нас поток гладких, заученных фраз. Но в его словах я уловил не просто спам о вузе, а интригующий шанс. Пока добрая половина класса считала ворон, я слушал.

— Сразу скажу — шансы у каждого мизерные, — он усмехнулся. — Так что не обольщайтесь. Но формальности ради — тест пройти обязаны. Отмечайте варианты, которые считаете верными. Подпишите и сдайте в конце урока.

По классу пронёсся неодобрительный гул. Ещё один потерянный час.

— Кто управится быстрее — свободен. Никаких шпор, никакого интернета. Камеры всё видят. Поймаем на списывании — проблемы будут серьёзные.

Классу выдали анкету из девяти листов, скреплённых степлером. Около четверти учеников, даже не взглянув, подписывают бланки и сдают их минут через пять после начала. Я же решаю взглянуть внимательнее. N.A.T.… Три заветные буквы красовались в углу каждой страницы. Стоп, это что, банальный IQ-тест? Не думаю, что отличаюсь особым умом, но попытать удачу стоит.

Воспоминание Ⅱ

Я еду в чёрном автомобиле в большой город. В столицу. За окном мелькают дома, деревья, люди. В этих силуэтах проступают недавние воспоминания…

Кабинет директора.

—Да ты понимаешь, что натворил? Если списал — это конец и тебе, и школе! — Директор тяжело дышал, его лицо побагровело. — Это госпрограмма! Любая проверка — и нас на дыбы! Понимаешь? На дыбы!

Он тяжело рухнул в кресло,сжав виски.

—Ты думаешь, всё одним тестом кончится? После — проверки, комиссии… Ты же не выдержишь!

Он вдруг наклонился ко мне,и его шёпот стал ядовитым:

—Взрослый не справился бы, а ты… сосунок! Ты не мог всё сделать правильно!

Правильно!!.. Правильно!.. Прав…— самый громкий вопль доносится эхом в моей голове.

В окне мелькает другой облик: я стою с законченным тестом через восемь минут после начала урока. Мужчина смотрит на меня пустыми, безнадёжными глазами — он уверен, что я, как и остальные, ответил наугад.

— Так… а с оценками у тебя как вообще? — голос того же мужчины за рулём возвращает меня в реальность.

— Ну… бывает по-разному, — робко отвечаю я.

— По точным наукам? Математика, физика?

—По алгебре пятерка, по геометрии четвёрка, по физике тоже пятёрка выходит.

—А вот это уже интересно. — Он бросил на меня короткий взгляд через зеркало заднего вида. — Тогда чего же ты мямлишь?

—Ну… по истории, литературе, русскому — всё похуже.

—А, тогда не парься. Если не списывал, шансы есть. N.A.T. давно поняла — диплом не признак ума. Коррупция, шпаргалки, система, штампующая рабов… Всё это убило связь между мозгом и корочкой. Вот мы с государством и договорились о новом отборе. В офисе тебя ждут ещё тесты, некоторые — с ЭЭГ. Если твои мозги нас устроят — дорога в светлую жизнь открыта. За два года пройдёшь ускоренный курс школы и универа, потом — работа. Ты вообще-то сам такой судьбы хочешь?

Хм. Хочу ли? Поворачиваюсь к окну. В отражении стекла вижу своё лицо. Чего я хочу? Не знаю. Всю жизнь ко мне относились как к дерьму, всю жизнь я был лишним. Светлая жизнь? Неужели выход в рай? Или новый круг ада? Не знаю. Но терять мне нечего. Будущего у меня не было, а шанс его получить я упускать не хочу.

— Да.

Воспоминание Ⅲ

Тесты. Тесты. Тесты. Тесты. Тесты. Тесты. Тесты.

Меня водят из одного учреждения в другое.Быстрый счёт в электроэнцефалографом на голове. Задачи с открытым ответом, поиск оптимальных решений. Психологические опросники. Всё это длится три дня. Даже ночью я сплю в аппаратуре. Начинает казаться, что я — лабораторная крыса, которую вот-вот отправят на лоботомию. Но всё заканчивается.

Меня усаживают в офисе, дают кипу бумаг — договоры о неразглашении, условия труда. В последний раз спрашивают, согласен ли я. Это последний шанс уйти. Я соглашаюсь.

— Часть наших разработок… выходят за рамки общепринятой морали. Потому и режим секретности такой жестокий, — говорит напротив сидящий мужчина в таком же костюме. Закончив с бюрократией, он кратко вводит в курс дела. — Контакты с внешним миром будут, но только как выходные. Жить будешь в нашем общежитии. Прежнего имени у тебя больше нет. Мы стёрли тебя из всех баз. Все здесь используют позывные. Выбирай, как тебя теперь звать. — Он подвинул ко мне папку и ткнул пальцем в строку «Username». — Напиши.

Новое имя… Слава богу, «Крисс» всегда звучало для меня как оскорбление, ассоциируясь с насмешками. Возможно, я не слишком оригинален или даже самоуверен, но…

Рука с ручкой тянется к графе. Шарик выводит четыре заветные буквы:

«m1nd».

Воспоминание Ⅳ

— Добрый. Поздравляю, группа укомплектована. — Безразличный «дворецкий» сунул мне в руку ключ-карту с фото. На ней текст: ID: 0711 USERNAME: M1ND. — Комната 11. Обустраивайся. Занятия через неделю.

«Пиджачок» удалился. Я остался один с десятью подростками. Все одного возраста, но разные. Я не всматривался. Мне стало плевать на них, когда они, не глядя, отвернулись и продолжили свои дела. Лишь одна девушка… Она смотрела на меня дольше других. Я запомнил: худая, бледная, русые волосы, большие голубые глаза, тонкие губы.

Очнулся у двери с номером 11. Поднёс карту к считывателю — щёлк, дверь отпирается.

Комната — как хороший номер в отеле. Никакой роскоши, но есть всё: кровать, стол, кухня, санузел. Сойдёт. До этого своей комнаты у меня не было. На столе — компьютер, рядом — листок с правилами: в сети — никакого самовыражения. Любой цифровой след стирается. Холодильник полный. Кровать застелена.

Осмотрелся, сделал пару бутербродов, заглянул в шкаф. Семь комплектов униформы: чёрные брюки, белый халат. Примеряю, смотрю в зеркало. На груди вышито: ID: 0711 USERNAME: M1ND.

— Блять. Как в концлагере. Хорошо, что не QR-код, — выдохнул я.

Форма сидит идеально. В тумбе у входа — семь пар чёрных туфель. Закрыл дверцу, сел в кресло.

Воспоминание Ⅴ

Обучение оказалось и впрямь неординарным. За первую четверть мы углублённо прошли школьную программу за 10-11 классы. На второй перешли к практике.

Вторая половина третьей четверти.

—Утро. Сегодня закрываем ядерную физику. Четыре пары подряд. Домашнее задание: макеты реакторов — ВВЭР, LFR или HTGR на выбор. Послезавтра — на полигоне.

И так — каждый день. Зная наши способности, программу сжали до предела. Минимум воды, максимум практики. За полтора года мы прошли ядерную, лазерную физику, квантовую механику, био- и химическую физику, кристаллографию, астрофизику, физику экстремальных состояний — почти всё. Плюс ботанику, зоологию, микробиологию, микологию, биохимию, молекулярную биологию, генетику. То же — с химией, алгеброй, геометрией. Гуманитарные науки не вошли в программу. Наши головы, как губки, впитывали знания. Нас сделали универсальными специалистами. Учёными-инженерами. Просто самыми умными людьми на Земле. Просто…

Воспоминание Ⅵ

Бип-бип-бип-бип…

—Ох… ебёный в рот…

Бип-бип-бип-бип…

—Семь утра… ахуеть…

Бип-бип-бип-бип…

Небрежно протягиваю руку к тумбочке,промахиваюсь и выключаю будильник.

Бип-би-… динь.

На часах— 7:04.

Потягиваюсь, зеваю, сажусь на кровати. Пару раз шлёпаю себя ладонями по лицу, чтобы взбодриться, и резко встаю.

— Джарвис, какой сегодня день?

—Понедельник, 28 февраля, — отвечает мой же электронный голос. Да, я был не слишком оригинален в выборе имени для помощника.

Сонной походкой бреду в ванную. Чищу зубы, умываюсь. Принимаю холодный душ и направляюсь на кухню.

— Джарвис, кофе.

Автомат шипит,начиная работу. Пока он готовит капучино с молоком (стандартная настройка), я достаю из холодильника яйца, бекон, помидоры. Режу бекон и помидоры, разбиваю яйца на сковороду. Через пятнадцать минут сижу за столом, поглощая белки с углеводами.

Закончив, закидываю тарелку в посудомойку, надеваю униформу и выхожу.

У подъезда меня ждёт чёрный автомобиль с шофёром. Сажусь на заднее сиденье:

—В корпус.

Водитель трогается с места. Смотрю в окно, ровно как три года назад. Угрюмые пешеходы, мне до них нет дела. Думаю. Когда N.A.T. завершила наше обучение, седьмому подразделению (то есть нам) поручили проект хроматического сплава. Предыдущая группа открыла новое соединение на основе празеодима и неодима — редкоземельных элементов с уникальными магнитными и оптическими свойствами. Их кристаллическая решётка идеально подходит для «записи» энергии. Легирующие элементы — галлий и кремний — придают сплаву аморфность. Но самое удивительное — процесс создания: компоненты сплавляются в магнитном поле в условиях глубокого вакуума. Расплав подвергается сверхбыстрой закалке, чтобы атомы не успели выстроиться в решётку, оставаясь в хаотичном, «жадном» состоянии, готовом принять заряд. Результат — хроматический сплав. Его атомы поглощают почти весь видимый спектр, отражая лишь фиолетовые волны. Фиолетовый слиток металлического стекла. Этот оттенок — индикатор успешной закалки и готовности к приёму заряда. Если цвет иной — партия бракованная.

Но сам по себе он не так интересен. Интересна заряженная форма. Слиток помещают в фокус сверхъяркого луча. Происходит не нагрев, а фотонный импринтинг — «впечатывание» света в атомарную структуру. Слиток поглощает свет до насыщения. Результат — изысканное сияние: металл становится идеально белым, с перламутровым отливом, словно светится изнутри. На ощупь — всегда тёплый. Его свойства удивительны: при подаче тока он испускает новый тип излучения, создающий гравитационные искажения. Прошлая группа нашла ему применение — прототипы гравитационных пушек (как в Half-Life). Принцип основан на фокусировке излучения в точке, фиксируя объект в пространстве. Стабильность, правда, желает лучшего — объект трясёт с перегрузкой до 5G, а через пять минут удержания его разрывает на части. Но нам это не столь важно. Наш спецотряд решил копнуть глубже и создать нечто вроде гравитационной червоточины — портал. Уже год бьёмся над гравитационно-фокусирующим устройством, которое могло бы перемещать объекты через кротовую нору. Пока безуспешно. На последнем испытании почти получилось: куб сияния, установленный в пяти метрах от портала и подключённый к высоковольтному конденсатору, создал визуальные искажения. Мы увидели ярко-белое свечение и контур портала, но пройти сквозь него не удалось — вход был слишком мутным. Манекен разорвало. Нужно усиливать излучение и повышать точность. Нужно…

— Приехали.

Выхожу из машины перед большим белым восьмиэтажным зданием с обсерваторией размером с десяток футбольных полей. Провожу ключ-картой у двери и захожу внутрь. В пятом отделе занимаются космическими исследованиями — гипердвигателем, многоразовыми ракетами, чёрными дырами. В седьмом — генетикой, созданием суперсолдата. Во втором — компьютерной симуляцией «Матрицы». В общем, N.A.T. и впрямь занимается «экстраординарными исследованиями» — каждый отдел способен уничтожить добрую четверть мира. В том числе и мы. Нам выделили четвёртый отдел.

Спускаюсь по лестнице на минус первый этаж, поворачиваю налево и иду до конца коридора. По пути прохожу мимо открытой двери седьмого отдела. Оттуда доносится низкий нечеловеческий рык и пахнет формалином. Опять кто-то сбежал, — мелькает мысль. Исследовательские комнаты по бокам пролетают мимо. Лечу по коридору к своим. Белый халат развевается за спиной. Поворот направо, ещё двадцать метров прямо — кабинет -273, помещение 12. В центре комнаты за круглым столом меня ждут семь коллег: Raz0r, Axis, Kernel, Iris, Omen, Shard и Lune… Lune… За три года мы с горем пополам познакомились, но, как и им было плевать на меня, так и мне на них. Иногда общаемся по работе, но не более. Меня не то чтобы принимали. Не до ненависти или травли — нам уже по девятнадцать, — но тёплыми отношения не назвать. Всё равно лучше, чем в детстве. Хотя по ночам воспоминания преследуют… Я просто стараюсь проснуться.

— m1nd, ты вообще часы смотрел? — Raz0r бросил на него недовольный взгляд.

—А ты на свои расчёты смотрел? Которые мне в одиннадцать вечера скинул? — парировал я.

—Эй, парни, давайте без этого, — вмешалась Lune, переводя взгляд с Raz0r на меня. — Сроки горят, а вы тут выясняете.

—Да он опять про свою «теневую сталь» толкует!

Кхм кхм. Ах да, совсем забыл. Ещё в начале этого цирка он выдвинул «гениальную» гипотезу. Если хроматический сплав можно зарядить светом, получив изысканное сияние, то почему бы не проделать обратное? Не зарядить его, а разрядить до дна. Выкачать из него всю энергию, весь фоновый шум, до состояния ниже нуля. Зарядить пустотой. Абсолютной тьмой. Теоретическому продукту этой авантюры они дали пафосное название — «теневая сталь». Идиотское название для идиотской идеи. Но, как это часто бывает, нашлись те, кого эта бредовая концепция зацепила — V0id и Omen. И вот уже почти год они втихаря от всех, в свободное от основной работы время, корпят над этой рулеткой со смертельным исходом. «Побочный проект». Ну да, конечно. Просто безобидное хулиганство. Ничего, что мы играем с веществами, фундаментальные свойства которых не до конца понимаем?

— Axis с раздражением ткнул пальцем в сторону Raz0r. — У нас сегодня тестирование! Вся группа должна быть здесь, а не гонять чаи!

—И где вообще Lens? V0id? Cline? — Axis окидывает всех взглядом, его пальцы барабанят по столешнице. — Без них мы даже тест версии 4.8.15.16.23.42 не сможем запустить!

—А тебе не надоело эти циферки выговаривать? — я не удержался. — Может, просто «последняя версия»?

Lune фыркнула,но тут же сдержалась, прикрыв рот рукой. Axis же покраснел от злости, его скулы напряглись.

—Мы тут! — в дверь ввалились запыхавшиеся Lens и Cline.

—Ну наконец-то, — Axis с облегчением вздохнул. — Садитесь. Так. Где V0id?

—На больничном, — ответила Iris.

—Опять? Ладно… — Axis сжал переносицу. — Что делаем? Завтра уже март. Мы должны были всё вчера закончить. Мы в жопе. Вы же понимаете, что нас тут не за красивые глаза кормят? Предложения? Есть хоть что-то?

—Может, ночью доделаем? Все вместе? — робко предложил Shard.

—Ага, чтобы завтра, сонные, всю лабораторию в воздух взлетели? Гениально! — Axis язвительно хмыкнул.

—Стойте, — Kernel поднял палец. — Завтра ведь 29 февраля? Год високосный.

—Точно! Но… это же сработает? — в голосе Axis прозвучала надежда.

—В договоре сказано: «до конца февраля». Если они не учли лишний день — это их проблемы, — уверенно заявил Raz0r.

—Офигеть! Значит, у нас ещё целый день! — Axis наконец расслабился.

Воспоминание Ⅶ

Работу распределили. Мне, как всегда, досталась рутина. В придачу Raz0r попросил помочь — он, конечно же, «занят теневой сталью». Боже. И вот уже в девять вечера я сижу один в лаборатории, перечитываю программу управления излучением. Как же это надоело…

По телевизору на стене мелькает новость о прорыве в космических запусках. Без упоминания N.A.T., но я узнаю почерк пятого отдела. Выключаю надоедливый ящик.

Почему я каждый раз заново вывожу закон Бугера-Ламберта-Бера… I = I₀ * e^(-μx)… Ослабление излучения, куда уж проще…

Погрешность… ΔI = √( (∂I/∂U * ΔU)² + (∂I/∂I₀ * ΔI₀)² )… Копейки, а набегает…

Если время импульса t_imp меньше константы системы τ… Чёрт, а какое тут τ?..

Сколько раз можно проверять эту логику: if (dosage >= threshold) AND (cooling_status == TRUE) then enable_beam… Всё же очевидно!

Клонит в сон. Кофе кончился, энергетики тоже, мозг отказывается работать.

Вероятность того, что я усну прямо здесь: P = 1 - e^(-λt), где λ — обратное количество выпитого кофе, а t — время с начала смены… Бля. Надо собраться.

— О, а ты чего не спишь? — в дверях появилась Lune.

—Да так… Raz0r опять своё повесил на меня, — я с трудом скрывал усталость.

—m1nd, тут уже десять вечера. Тебе ещё домой добираться, а в шесть подъём. Ты сколько ещё тут сидеть собрался?

—Да немало… А ты что здесь делаешь?

—Чертёж на изготовление забыла сдать, вот и вернулась.

—Понятно…

—Давай, помогу? Вдвоём быстрее управимся.

—Да ты что, не надо, я и один… упра-а-авлюсь… — меня вырубает.

—Да ты уже засыпаешь. Ничего слышать не хочу. Что тут у тебя? — она пододвинула стул.

Она помогала закончить расчёты. Та самая голубоглазая, русая Lune… Все эти три года только она и обращала на меня внимание. Только ей было не плевать. Только она помогала, когда могла. К двенадцати ночи заканчиваем. Запираем лабораторию — мы единственные во всём здании в такой час.

— Слушай, тебе куда? — спросила Lune, поправляя прядь волос.

—На Северную, 19. А что?

—Транспорт уже не ходит. Таксисты до десяти работают. Может, дойдём пешком? Мне по пути, — она улыбнулась.

—М… давай.

Идём по ночному городу. Фонари погашены, путь освещают лишь звёзды и луна.

— Пфф, а сегодня было забавно, когда на Raz0r все накинулись, — с лёгким смешком сказала она.

—Хах, ага. А помнишь, как Axis готов был взорваться от моей шутки?

—Хи-хи, да! Видел бы ты его лицо. Забавные они, наши мальчишки.

—Ага.

—А ты почему опять за Raz0r работаешь?

—Не знаю… Просто не могу отказать.

—Так нельзя. Надо учиться говорить «нет». Тратя себя на других, можно потерять себя.

—Не знаю… Обратная сторона — эгоизм.

—Всё же лучше, чем безграничный альтруизм.

Идём по тротуару вдоль длинной дороги. Снег под ногами похрустывает.

— А почему ты мне сегодня решила помочь? Сама-то не альтруистка?

—Ну… я не всем подряд помогаю. Мне интересен именно ты.

—А почему? Извини за глупые вопросы, просто я за всю жизнь ни от кого не получал помощи. Кроме тебя. Почему я? Зачем?

—Не извиню. Ты меня смущаешь… Дурак. — она отвела взгляд, потом снова посмотрела на меня. — Просто ты не такой, как остальные. Все ставят себя выше, а ты — нет.

—Прости… Но мне приятно это слышать. Ты тоже не такая, как все.

Lune улыбнулась, и я сиял ярче звёзд. Мы разговаривали всю ночь. На часах — два, мы шли через парк в центре города.

— Ладно, мне вот сюда, — она указала рукой в сторону.

—Проводить?

—Не стоит, — улыбнулась она.

—Всё-таки ночь… Ты уверена, что доберёшься?

—Угу, я в десяти минутах отсюда. Не волнуйся.

—Ну ладно…

—А что, если завтра после работы снова погуляем? Куда-нибудь сходим? После тестов же неделя свободная.

Её слова тронули меня до глубины души. Чёрт, я влюбился. Я счастлив.

— Конечно, я только за.

Lune обняла меня на прощание и поцеловала в щёку.

— Пока.

Её силуэт растворился в тени парка. Я стоял несколько минут в ступоре. Охренеть. Воспоминания об этой ночи крутились в голове до самого вечера. Лежал в постели и улыбался. Я счастлив. Завтрашний день ничто не испортит.

Воспоминание Ⅷ

Бип-бип-бип-бип…

Легко тянусь к тумбочке и выключаю будильник.

Бип-би-… динь.

На часах— 6:00.

Подскакиваю с кровати, бегу умываться.

— Джарвис, сегодня лучший день в моей жизни!

—Вторник, 29 февраля.

— Джарвис, кофе.

Пока автомат готовил напиток, почистил зубы, позавтракал, надел униформу и вылетел из квартиры самым счастливым человеком на свете.

У подъезда — всё тот же чёрный автомобиль. Сел, сказал водителю:

—В корпус.

Мы тронулись.

…

…

…

— V0id, ты всё стабилизировал? — раздался знакомый бас.

—Да, да. В этот раз должно сработать.

—Тогда включай фотонные гасители, готовь теневую камеру. Мы должны успеть до презентации — пусть и наши успехи увидят.

Raz0r и V0id в арендованной лаборатории на другом конце материка управляли двумя компьютерами одновременно, запуская установку в виде металлического герметичного куба. Больничный V0id-а, судя по всему, был прикрытием.

— Давай, у нас самолёт через полчаса. Надо успеть.

Установка загудела и нагрелась. Фотонные гасители начали работу. Внутри куба наступила абсолютная темнота. Затем — ещё темнее, и ещё. Установка высасывала весь свет, новые лучи не могли пробиться сквозь стенки.

— 87… 89… 93… 94… 97… 100! Стабильно! Готов?

—О да! Погнали!

Raz0r щёлкнул рубильником. Капсула с хроматическим сплавом раскрылась внутри. Момент истины.

Фиолетовый куб тускнел, на поверхности появлялись чёрные пятна. Соединение начинало метаморфозы.

— Чёрт побери! По показаниям — работает! Не может быть! Да!!! — радовался V0id.

Куб чернел. Ещё. Ещё. Абсолютная тьма. Теневой сплав готов.

— Так, хорошо. Выключай, — нетерпеливо сказал Raz0r.

—Ага.

—Наконец-то! Открывай!

V0id отключил установку и нажал клавишу. Дверца открылась. Raz0r зашёл в комнату с победоносной улыбкой и протянул руку к кубу.

— У нас получилось… Ура-а-а!!!…

Жизнерадостный крик оборвался леденящим душу воплем.

—А-а-а-А-А-А-А!!!

Рука Raz0r, коснувшаяся стали, активировала поглощающую реакцию. Пальцы, запястье, предплечье — всё темнело, превращалось в абсолютный мрак, в теневую сталь. Тьма лавиной заполнила помещение. Raz0r и V0id растворились в небытии. Тьма вырвалась на улицу, поглотила здание, улицы, город… Мир стирался. Куб теневой стали, пытаясь насытить бесконечную пустоту, создавал новые дыры. Он — как разрез на ткани реальности. Как чёрная дыра. До прикосновения он не реагировал — в лишённой света комнате не было энергии для поглощения. Но теперь…

…

…

…

Я подъезжал к знакомому белому зданию. Ключ-карта, минус первый этаж, налево. Чёрт, сегодня лучший день…

Даже под землёй мои мысли прервал гул сирены. Замедлил шаг, полез в карман за телефоном.

— Что за фигня?

На экране — обрывок СМС от МЧС: «Неизвестная тьма наступает с северо-востока. Сохраняйте спокойствие, эвакуируйтесь в сторону столицы…»

Время остановилось. Дыхание, пульс, стрелки часов — всё замерло. Мозг работал на пределе. На принятие решения — доли секунды.

Неизвестная тьма… Варианты? Биомасса? Нет, проекты свёрнуты. Наномашины? Тоже нет, нас бы подключили. Другая страна? Бред. Во-первых, разведка бы знала. Во-вторых, с юго-запада было бы логичнее. Думай. Наши разработки. Весь год — только изысканное сияние… Стоп. Не только. Raz0r, твою мать… Теневая сталь… Могла ли дать такой эффект?.. Чёрт… Думай! Теоретически — при низкой атомарной стабильности возможен эффект самовоспроизводства через попытку заполнить пустоты материей. А пустоты бесконечны… Самокопирование… Твою ж…

Время запустилось снова. Я уже нёсся по коридору к кабинету -273, помещению №15. К порталу.

Почему эвакуация в столицу? Ясно. Здесь — главный корпус, основные запасы сияния. Оно — противоположность стали, как магниты. Не оттолкнёт, но замедлит. Сюда тьма доберётся последней. Но объёмов не хватит для остановки. Единственный шанс — портал. Укрыться в гравитационном туннеле. Чёрт! Кто-то уже догадался про сияние и сообщил правительству. Но про портал? Времени нет… Не успею никого предупредить. Надежда только на чудо. Чтоб он заработал… Блять… Где же Lune…

Влетел в комнату №15. Дрожащими руками вставил флешку в ноутбук на столике у портала.

— Диск E… Открыть… Exe… Давай, быстрее!!! F11… Y… s, t, a, r, t… Enter… ДАВАЙ!!!

Портал запускался. На ободке — движение, вращение, сочился белый свет. Аппаратура гудела, нагревалась.

— Ошибка?! Чёрт! Работай, сука!!!

На мониторе — ошибки компиляции. Одна, другая… Судорожно правил код, менял параметры, молился.

— M1nd!

Оборачиваюсь. Это она.

— Lune!!!

Она бежала по коридору к порталу. Слава богу, догадалась!.. Нет… Нет-нет-нет-НЕТ!!!

Прямо за ней — наступающая теневая сталь, абсолютная пустота, пожирающая мир. Она не успевала…

— НЕ-Е-Е-ЕТ!!!

Вопль вырвался из самой глубины души. Силуэт Lune растворился в чёрном небытии. Конец?

Бормоча матерные слова, пытался заставить машину работать. Внезапно ошибки исчезли. В ободке портала возникло ярко-белое свечение туннеля. Вход ещё мутный, опасный, но выбора не было. Остались последние доли секунды. Каждый шаг — как в замедленной съёмке. Свет резал глаза. Прикрыл лицо рукой, побежал внутрь. Последний миг. Тьма заполнила комнату, неслась на меня. В последнюю секунду прыгнул в портал. Силуэт растворился в белом свете, а тьма пожирала последний оплот мира.

Я успел. В последнюю секунду.

Прыжок в неизвестность.