Магазинчик диковинных вещиц Генри Дюбеля

Главная улица была слишком большой и широкой для столь маленького городка. Её специально задумали такой много лет назад: на ней планировали проводить различные торжества. А как же без громких массовых шествий и проезда украшенных различными блестяшками платформ люди узнают о том, что на их улицу пришёл праздник? Этот вопрос решили строители, сделав главную улицу такой, какая она есть.

Неважно, откуда и куда шёл человек: из банка, в полицейский участок, в гости или просто бродил по переулкам — рано или поздно он попадал на главную улицу. Местные даже прозвали её Римской улицей, потому что все дороги вели к ней.

Слева и справа от дороги располагались магазины, бары и кафе. Многие из них были очень старыми — это можно было определить по фамилии в названии. Если таковая отсутствовала, заведению было не больше десяти лет.

Дома плотно стояли друг к другу. На нижних этажах продавались товары, а на верхних жили семьи, и кипела обычная бытовая жизнь. Так было во всех домах, кроме одного.

На перекрёстке Римской улицы и Пекарного переулка стоял мрачный двухэтажный дом. Его резной фасад был создан умелыми мастерами — таких сейчас не встретишь. Внешний вид кричал о почтенном возрасте и тайнах, скрытых внутри. Но облезлая краска и стены, заросшие плющом, выдавали тот факт, что в истории нет счастливого конца.

Каждый житель городка знал историю по-своему: кто-то рассказывал о ведьмах и тёмных ритуалах в подвалах дома; другие считали, что там бродят духи неупокоенных жильцов; дети же объясняли просто — там спит монстр. Они точно были уверены, что там монстр, ведь его храп периодически разносился вдоль улицы.

Эта версия никогда не была бы озвучена, если бы кто-то, хоть изредка, смазывал старый флюгер на крыше мрачного дома.

Кто бы и что ни думал, но здание давно не видело новых хозяев. Однажды в нём было семейное кафе, затем бар и даже ломбард, но ни одно заведение не проработало достаточно долго, чтобы на вывеске появилась фамилия владельца.

А вчера жители городка видели, как незнакомец в сером клетчатом костюме с пышными усами открыл парадную дверь и скрылся во мраке страшного дома. Местные дети прождали его почти до самой ночи, надеясь увидеть смельчака, но тот так и не вышел.

На следующее утро все были поражены, увидев некогда пугающий дом, разукрашенный в яркие цвета. Его стены стали пёстрыми, но в меру; на первом этаже появились новенькие окна, а на втором — вместо окон — разноцветные витражи. Маленькие стёклышки складывались в изображения мифических существ. Здесь были многоголовая гидра, женщина с головой кошки, лепреконы, жонглирующие золотыми монетами, и… жираф.

На крыше свободно вертелся новенький флюгер. Он не скрипел, но в нём было что-то загадочное. Некоторые были готовы поклясться, что флюгер напевал какую-то весёлую песенку, которую тут же подхватывал ветер и уносил за горизонт.

Ещё через день на здании появилась вывеска — «Магазинчик диковинных вещиц Генри Дюбеля». На ней была фамилия, говорящая о долгом существовании этого магазина. Это вызывало доверие среди местных. Но на вывеске также было то, чего горожане никогда не видели в своей жизни — имя. Только человек, готовый отвечать головой за свой товар, не побоится такое написать. К доверию присоединилось уважение.

Первым официальным посетителем магазинчика стал сэр Пембрук. Он уверенно открыл входную дверь, и колокольчик торжественно объявил о его прибытии.

— Вы, должно быть, Генри Дюбель? — не церемонясь, сказал мужчина в богатой одежде, украшенной золотыми узорами.

— Никак нет, сэр, — улыбнувшись, ответил человек за стойкой.

— Так вы его сын? — продолжил гость, направляясь к торговцу. Он постукивал тростью с рукоятью из слоновой кости по деревянному полу, отбивая ритм шагов.

— Нет, — снова ответил продавец.

— Брат?

— Нет.

— Это хотя бы ваш родственник? — тихо поинтересовался сэр Пембрук.

— Нет, сэр, — ещё тише прошептал продавец.

— Но на вывеске есть имя и фамилия! — возмутился посетитель. — Нельзя писать чужие имена на вывеске! — мужчина задумчиво замолчал, а затем его озарило. — Кажется, я понял. Вы его помощник! Ну точно! Не могли бы вы позвать хозяина этого магазина? У меня к нему дело.

— Он перед вами, сэр, — ответил продавец.

— Вы морочите мне голову! Снаружи написано, что магазин принадлежит Генри Дюбелю. А вы утверждаете, что им не являетесь. Зачем писать на вывеске чужие фамилии? — мужчина затих и с прищуром взглянул на самозванца. — Скрываете свою настоящую фамилию? Боитесь, что из-за неё у вас будет меньше посетителей? — сэр Пембрук упёрся руками в стойку. — Вы что... француз?

— Нет, сэр.

— Немец?

— Нет.

— Кто-то из коренных?

— Нет.

— Так кто же вы, чёрт возьми?! — взорвался знатный господин.

— А разве по мне не видно? — сказал мужчина, подкручивая кончики своих пышных усов. — Я — человек.

Сэр Пембрук сжал кулаки и сквозь зубы процедил:

— А как зовут человека?

— Джонатан Паркс, — продавец бодро протянул руку. — А вас?

Сэр Пембрук неохотно протянул в ответ украшенную перстнями руку и ощутил крепкое рукопожатие.

— Сэр Пембрук, — с раздражением проговорил он, будто устал от того, что некоторые до сих пор не знают о существовании столь знатной особы.

— Чем могу вам помочь, сэр Пембрук? — сказал мистер Паркс, продолжая трясти руку долгожданного клиента. Перстни и золотые узоры на рукавах засверкали в солнечном свете.

Если бы в мире существовала хотя бы одна гигантская сорока, гость уже сидел бы у неё в гнезде.

Сэр Пембрук с трудом освободился от рукопожатия, достал серебристый платок с золотым теснением и вытер ладонь.

— Боюсь, уже ничем... — ответил он, убирая платок и доставая большую сигару. — Я думал, что это приличное место, куда может зайти не просто порядочный гражданин, а человек моего статуса, — он стиснул сигару между зубов и стал хлопать себя по карманам в поисках спичек.

Мистер Паркс поднёс к лицу гостя руку и щёлкнул пальцами. Край сигары неожиданно вспыхнул, как и удивление на лице сэра Пембрука. Он затянулся и почувствовал крепкий вкус табака, затем оценивающе взглянул на стоящего перед ним фокусника.

— Сэр, поверьте, здесь было очень много порядочных людей, — продавец указал на стену, на которой висело множество фотографий. В богато украшенных рамках позировали, смеялись, показывали языки и даже неприличные жесты музыканты, учёные, артисты, политики и писатели.

Посетитель скользил взглядом от одной фотографии к другой, и в нём зародилось доверие. Если все эти знаменитости были клиентами этого чудака, то это место чего-то да стоит.

Сэр Пембрук остановился на самой обычной фотографии в деревянной рамке в центре композиции. На ней был мужчина в шляпе, с роскошными усами и метлой в руках.

— Этот тоже порядочный? — произнёс сэр Пембрук, ткнув горящей сигарой в сторону фотографии.

— Порядочный, — ответил мистер Паркс. — Не самый известный, но самый порядочный.

Посетитель затянулся сигарой, затем выпустил клуб дыма и одобрительно качнул головой.

— Хорошо, мистер Паркс, — сказал сэр Пембрук, решив дать продавцу шанс. — Я собираюсь на охоту, и мне нужно хорошее ружьё, — он снова затянулся и продолжил: — Я бы сказал, не просто хорошее, а отличное. Лучшее!

— Так вы из тех людей, что любят сочный стейк? — поинтересовался продавец.

— Нет, мистер Паркс, кулинария меня не интересует. Я — спортсмен и коллекционер. Как ваша стена украшена головами знаменитостей, так и в моём доме имеется нечто подобное.

— Значит, вы делаете это ради забавы, — спокойно проговорил продавец. — Так какое ружьё нужно столь опытному охотнику, как вы?

Сэр Пембрук скинул пепел сигары на пол.

— Я отправляюсь на сафари и хочу подстрелить какого-нибудь опасного хищника, — мечтательно начал господин. — Ружьё должно быть точным и способным убить свою жертву. А ещё оно должно быть красивым. Желательно с уникальным орнаментом или узором. Можно даже из драгоценных металлов или с какими-нибудь рубинами. Чтобы все понимали, кто перед ними стоит и сколько у него денег.

— Я вас понял, — быстро сказал продавец, отошёл от стойки и взял деревянный ящик, стоящий на одной из полок. Затем он поставил его на прилавок.

Ящик был очень старым, а доски — немного подгнившими. Сэр Пембрук подумал, что в таком уродливом ящике вряд ли будет что-то ему подходящее. Старинное и антикварное — да, но не подходящее.

Когда мистер Паркс снял крышку, знатный господин понял, как же он ошибался. Человеку его статуса было сложно признавать свои ошибки даже самому себе, но в этот раз он был готов это сделать. Перед ним лежало самое красивое ружьё из всех, которые он когда-либо видел. Здесь были и орнамент, и гравировка, и золотые вставки, и даже… рубины! Именно такое ружьё он представлял в своём воображении минуту назад.

Сэр Пембрук с трепетом коснулся дула и пальцами провёл по вьющимся узорам.

— И оно стреляет? Я могу убить даже крокодила? — пытаясь прийти в себя, проговорил он.

— Сэр, если бы я хотел, чтобы вы охотились на крокодилов, то предложил бы вам дубину, — гордо ответил продавец. — А это ружьё не просто стреляет — каждая пуля всегда попадает самому опасному хищнику прямо в голову, — мистер Паркс постучал пальцем по своему виску.

Удивлённый сэр Пембрук нежно взял ружьё и стал целиться. В прицеле появился рыцарский доспех, затем часы, книги, подсвечники и всё, что было в магазинчике. Когда в прицеле мелькнула статуэтка человека с головой слона, уважаемый господин нажал на курок, и ружьё ответило ему тихим щелчком.

— Смогу ли я подстрелить тигра или льва? — полюбопытствовал сэр Пембрук.

— Вы снова мыслите мелко, — ответил продавец. — Одного выстрела достаточно, чтобы свалить с ног самое опасное существо.

— Так, получается, я привезу домой голову носорога?

Мистер Паркс улыбнулся.

— Я его беру!

Сэр Пембрук не стал торговаться и сразу распахнул свой кошелёк из крокодиловой кожи. Затем он долго раскланивался и благодарил мистера Паркса за столь щедрый подарок. Впервые за долгое время он оставил чаевые в качестве благодарности и пообещал пригласить продавца в гости, когда вернётся домой, чтобы рассказать ему о своих приключениях.

О приключениях сэра Пембрука всему городу стало известно уже через несколько дней. В первый же день сафари он выследил своего хищника — льва. Подкравшись к опасному зверю, он увидел, как тот играет с каким-то куском металла. Знатный господин прицелился и… то ли солнце ослепило его своими лучами, то ли в глаза попал песок, но охотник промахнулся, а зверь сбежал.

Сэр Пембрук может быть и промахнулся, но не промахнулась выпущенная из ружья пуля. Она отрикошетила от куска металла, оставленного львом, и угодила сэру Пембруку прямо в голову.

Как и обещал мистер Паркс, одного выстрела хватило, чтобы сбить с ног самое опасное существо в мире.

Охотника чудом удалось спасти. Хирург после операции долго рисовал на рентгеновских снимках какие-то линии и говорил о каких-то миллиметрах, объясняя знатному господину, как же тому повезло. Чтобы сэр Пембрук никогда об этом не забывал, хирург отдал ему на память рентгеновский снимок.

Вернувшись домой, сэр Пембрук снял со стены, которой он так гордился, головы всех животных. А на их место повесил тот самый рентгеновский снимок. С тех пор он одиноко висит на пустой стене, а сэр Пембрук больше никогда в жизни не брал в руки оружие.