Маги.Драконы.Демоны

Тучи сгущались над Гроссом. Скоро полдень, а было темно как в последние минуты перед наступлением черной ночи. Город в этом районе пах брагой и какой-то сладковато-мышиной вонью портовых товаров вперемежку с растущими кустами сирени.

Мак Громила должен был исполнить поручение тети своего хозяина и передать таинственный и увесистый сверток, а потом отправиться за покупками в торговый квартал. Такого количества приправ и специй, которые ему заказала Аллесия – старшая служанка хозяина – Грому было в жизни не упомнить, поэтому ему дали список и ракушку – устройство для связи на случай, если он что-нибудь забудет.

Мак Громила (или просто Гром) когда-то был подающим надежды магом, острым на ум и язык. Его обожали женщины всех мастей, а мужчины видели в нем сильного и надежного союзника. Но все изменилось, когда он решил попытать счастья в приключениях и отправился испытать удачу на Алмазный континент. Данный материк славится не только своими драгоценностями, но и работорговлей, которая составляет, возможно, даже большую, чем торговля алмазами и изумрудами часть прибыли. Целью Мака было найти легендарный артефакт, выкованный согласно древним мифам самим богом жизни – Витой. Конечно, данный бог был языческим, а легенды эти являлись настолько древними, что им было доверия ровно столько, сколько жрецам богини лжи – Мензогны. Однако, молодая кровь жаждала приключений и славных свершений, коих в биографии Мака еще не имелось, если не считать того путешествия на север своей страны, где он в составе небольшой группы авантюристов одолел великана Маркула и тем самым освободил несколько деревень от его деспотичного правления.

Потерпев кораблекрушение на берегах Асторы, Мак оказался в плену у племени игонтов, которые поняв, что перед ним представитель магического сообщества, предусмотрительно сковали его титановыми кандалами. После этого его продали местному скупщику рабов, и тот через две недели выставил его на аукцион. Те две недели, что Мак провел в ожидании собственной продажи, стали самыми мучительными в его жизни. Мак Громила – свободолюбивый человек, родившийся в Партуре – стране, где рабства не существовало уже более тысячи лет, - поначалу сильно сопротивлялся своему положению и не хотел с ним мириться. Сначала это ощутили малорослые дикари игонты, которые, несмотря на то, что их пленник было скован титановыми кандалами, весьма существенно пострадали от пинков и ударов Грома. Лишь после того, как местный шаман успокоил его сонным заклятием, скованный Мак Гром изъявил желание утихомириться. Скупщик тоже едва не лишился здоровья после того, как Мак Гром решил убить его, напрыгнув на него из темного угла клети, где его держали. Попытка едва не увенчалась успехом, однако, на помощь вопящему от ужаса работорговцу прибежала его охрана и, увидев, что происходит, крепкие молодчики стали усиленно работать дубинками до тех пор, пока почти все тело Мака не стало синим. В темноте клети порядком досталось и работорговцу Чико, который получив немало тумаков от нанятых им же охранников, поспешил отползти в сторону.

Чико думал, что Мак Гром не выживет. Однако, к его сожалению, он выжил и за две недели почти вернулся к прежнему состоянию. Однако, Громила, теперь осознал, что нужно быть осторожней и свободолюбие свое задвинул на крайний план, ведь, несмотря на завидное здоровье и силу, можно было легко отправиться на тот свет, где нет времени и бесконечное лето, - как говорили жрецы Инфинито на его родине.

Теперь он даже не смотрел на Чико, а только недовольно гремел кандалами, когда вертухаи приносили ему еду.

Когда Гром лежал на холодном полу корабля, не в силах даже пошевелиться, Чико пришел к нему лично.

- Послушай, Мак. Я не особо злопамятный по натуре, - Но три передних зуба я тебе еще припомню. Посмотри на это, - работорговец оскалился, - Смех, да и только. Даже шлюхи теперь нос будут воротить, если рот открою. Ладно, раскошелюсь на медмага, когда приплывем в порт.

- Я могу тебя вылечить. Я владею магией. – Через силу прошептал Гром, на уголках его губ проступила кровь.

- Есть неписанный кодекс работорговли, друг. Если раб владеет магией, то тут два пути – либо в расход его, либо браслеты из титана. А они дорогие очень. Но у меня есть. Я торговец богатый, могу себе позволить. Тем более, если не сдохнешь, я хороший барыш за тебя выручу, понял!

Чико рассмеялся полубеззубым ртом и, плюнув на едва живого Мака, вышел, хлопнув за собой дверью чугунной клетки. Согласно некоему поверью западных стран Алмазного континента считалось, что чугун подавляет магическую силу. Конечно, титановых оков хватало с лихвой, но подстраховаться не мешало.

Теперь на Громе оков не было, но было кое-что похуже – противомагические татуировки. Они жгли нутро, уничтожали чакры. При одной лишь попытке невинного колдовства, - например сотворения огонька на кончике пальца, - носителя такой татуировки могло настолько сильно изувечить, что он лежал бы в луже собственной крови не в силах двинуться.

Аукцион подходил к концу. Покупатели лениво отмахивались веерами от назойливых насекомых, но не спешили расходиться. Впереди были интересные лоты.

- Прошу обратить внимание, уважаемые господа, - кричал Чико, - силен как бык, умен как профессор Монтенского университета, да и магическими способностями не обделен. Но вы не волнуйтесь, - добавил торгаш, заслышав недовольство в голосах присутствующих, - я был вчера в лавке Соверена, он не сможет больше творить волшбу. Взгляните на эти татуировки.

- Ну и зачем он вообще нужен? – поинтересовался сидящий в первом ряду толстосум в тунике из лидийского шелка. – Колдовать не может, весь какой-то побитый, вид нетоварный совсем.

- То, что колдовать не может, это скорее плюс, чем минус, добрый господин. А может он многое, он силен настолько, что легко может выполнять любую физическую работу, и умен настолько, что легко может выполнять самые деликатные поручения.

Такая речь, казалось, никого особо не впечатлила. Гром диким зверем озирался вокруг. Толпа равнодушно взирала на бесполезного раба.

- Я поколочу тебя еще сильнее, если тебя никто не купит, - прошептал Чико, злобно посмотрев на Мака, - Мне нахлебники не нужны.

Итак, - улыбнулся уже новыми выращенными зубами торговец живым товаром, - Делайте свои ставки, уважаемые.

- Сто пистонов! – начальная ставка, - Есть желающие повысить?

Ответом прозвучала тишина. Было слышно даже, как жужжат мухи, лениво летающие на солнце.

Толстосум с первого ряда пробурчал: «Лучше сразу вел бы его в столицу сражаться на арене».

Чико сглотнул слюну. Он уже готов был сказать, что данный лот никто не купил, поэтому переходим к следующему, но тут раздался женский хриплый голос.

- Я беру его по начальной цене. Раз никто не хочет предложить больше, - улыбнулась сидящая в третьем ряду женщина.

- Продано. – поспешил Чико даже не удосужившись досчитать до трех.

- Черт, это ведь расходы на тату антимагии. Даже в ноль не вышел, - негромко сказал Маку работорговец.- Хотя в столице мне вряд ли дали бы больше. Да ну и ладно, я думаю, такому колдуну как ты невыносимо будет не мочь пользоваться магией. А я по ауре видел, что ты маг сильный, очень сильный. После того, как ты посмел напасть на меня, твоя никчемная жизнь стала моим личным вопросом. Желаю тебе множество страданий на твоем пути, козлина.

Вот так Гром стал собственностью князя Линеля Лансдорма и купила Мака его родная тетя Арина, которая искала высокого и сильного слугу для выполнения поручений семьи.

Семья Лансдормов была из «выскочек» - тех, кто приобрели значительный статус в обществе не благодаря праву крови, а добились исключительно своим упорством и наглостью, как любили за глаза говорить о них «древнейшие» семьи. В своем желании приобщиться к богатствам и знатности предки Ландсдормов превзошли всех остальных полукриминальных глав семей, стремившихся к тому же. Сейчас, когда фортуна благоволила этой семье, они владели множеством виноградников в своем регионе, не считая огромного количества другой земли. Незаконный бизнес в виде подпольных боев, торговлей дурным зельем и контрабандой запрещенных в Карриве товаров также процветал и приносил доход даже больший, чем от законной деятельности.

И эти люди в итоге стали хозяевами Грома. Парень быстро понял, что раб, который хочет долго жить, не должен показывать своего ума и тех качеств, на фоне которых вышестоящие люди могли бы почувствовать себя ущербнее. Поэтому он сходу прикинулся малоумным, но сильным парнем, предпочитающим разговорам грубую силу.

- И что же Чико так, интересно, разорился на противомагические тату? – любопытствовала Арина.

- Не знаю, госпожа. Я немного умел колдовать, но, видно, он меня с кем-то перепутал, раз посчитал опасным.

- Ну ладно, Мак Гром, верно? Я буду называть тебя Громила.

Мак кивнул в ответ.

- Что я должен делать?

- Завтра ты должен будешь передать кое-что. Как туда пройти ты поймешь по этому амулету. Держи его на вытянутой руке, и он будет тебя тянуть в точку прибытия.

Маку такие амулеты попадались раньше. Кроме роли компаса они могли таить в себе дополнительные сюрпризы в виде возможности отслеживать носителя данного мидальона, и даже могли наслать проклятие или порчу.

- После того, как отнесешь эту вещь, сходи на рынок. Алессия просила купить множество вещей. Даже, если не сумеешь принести все, постарайся закупиться по максимуму. Понятно?

- Да, госпожа.

- Хорошо, идем.

Итак, Мак Громила находился в портовом районе. То и дело он сверялся с амулетом, который тянул его к точке назначения. Наконец, амулет просто повис на его руке и засиял, что, скорее всего, означало, что он уже на месте. Мак стоял перед дубовой дверью большого каменного дома. Он постучал два раза. Вскоре дверь отворилась.

Немного привыкнув к темноте, Гром стал озираться по сторонам. Везде, где ни кинь взор, располагалась добротная и недешевая мебель. На стенах красовались гобелены с гербами, незнакомыми нашему герою, но производившими впечатления принадлежности к древним и знатным семьям.

- А вот и ты, - раздалось откуда-то сзади.

Обернувшись, Мак похолодел, губы его начали было нашептывать заклятие разрушения нежити, но он вовремя опомнился, вспомнив о татуировках.

В гостиной просторного дома перед Маком стоял скелет, одетый в королевскую мантию, который, казалось, посмеивался комичности ситуации.

- Кто ты? – спросил Гром, - Просто на поднятого скелета ты не похож. Раз можешь говорить, значит ты – высшая нежить. Не особо силен в некромантии, но мне кажется ты – лич.

- Если бы, - ответствовал скелет, - я тот, кто стал жертвой одного проклятия. Мне уж триста лет и я бессмертен. Условно.

- Условно? – переспросил Мак.

- Да, мне нужны жертвы, чтобы продолжать жить. Сильные физически и духовно. Мне нужен такой, как ты. Да, твоя сила скрыта антимагическими татуировками, но она есть. Это, понимаешь, как вкусная курочка в пакете для меня. Пакет я вскрою, это не проблема.

Мак быстро прикинул, как он сильно влип. Будь он свободен от антимаг-тату, развалить зарвавшегося скелетона не составило бы для него труда, но сейчас, когда в его распоряжении только ноги и кулаки, перевес был явно не в его сторону. Гром оценил по ауре нежити, что тот владеет магией и на довольно неплохом уровне. Сомнений нет, для того, кто прожил триста лет, не проблема выучить несколько десятков заклинаний, имея даже начатки магии в своем теле.

К слову, ауры и различные духовные проявления Мак видел прекрасно. Татуировки не влияли на блокирование истинного зрения.

- А что в свертке? – полюбопытствовал парень, посмотрев на предмет, который нес через весь город.

- Да какая разница. Арина обычно дает бедолагам первое попавшееся под руку, заворачивает в сверток и дает мне. А я уже встречаю гостей и пью их силу, как пьяница пьет вино.

- А я все же посмотрю, - у Мака была догадка о том, что находилось внутри свертка, и он поспешил проверить ее.

«Тяжелый вес. Если прикинуть, что объем небольшой, то можно прийти к выводу, что это…», - лихорадочно думал парень.

- Серебро! – Чуть было не завизжал скелет, - Эта дура положила тебе из всех возможных предметов именно подсвечник из серебра. Ну ладно, это все равно тебе не сильно поможет. Я задушу тебя телекинезом, а потом сожру твою душу.

Скелет вытянул руку, прошептал несколько заклинаний, сделал три пасса пальцами и удивленно вытаращился на Мака.

- Ничего не понимаю, - сказал он, - моя магия на тебе не де…

Договорить он не успел, так как тяжеленный увесистый подсвечник с треском проломил пустую черепушку излишне болтливого скелета. Одним ударом наш герой не ограничился. Он знал насколько живуча бывает поднятая нежить. Поэтому постарался нанести максимум урона твари, что вопреки законам мироздания продолжает жить и приносить несчастия простым людям вроде Мака.

Искромсав старые кости на много мелких частей, тяжело дыша, Гром выбросил медальон в угол гостиной и с силой наступил на переговорную ракушку, раздробив ее на части.

В этом городе Мака мало что держало, и нужно было бежать. Однако к одному человеку ему все же стоило наведаться, чтобы задать пару вопросов.

Предполагая, что искать в ближайшее время его точно не станут, Мак отправился к умельцу, что сделал ему такие «замечательные» тату, которые не только не позволяют самому колдовать, но и блокирую чужую магию. Также Мака интересовал вопрос о том, почему его отправили на рынок и даже дали внушительное количество денег на покупки. Возможно, сделано это было для того, чтобы не вызвать подозрений, ведь, скорее всего, старшая служанка не в курсе того, какие дела на самом деле творятся в доме ее хозяев.

Соверен был в замечательном расположении духа. Сегодня он отпустил двух богатых клиентов. Одному он набил тату решимости и тот из законченного труса, стал смелым как лев. Другой пожелал тату харизмы для того, чтобы притягивать взгляды. Даже говоря при этом полную сушь, владельцы таких тату производили впечатление притягательных и остроумных людей, в крайнем случае – экстравагантных.

Мак, прокравшись через задний двор, подождал, пока Соверен останется один и осторожно начал двигаться к черному ходу.

Зайдя через неприметную дверь, он поднялся по ступенькам на второй этаж. Гром старался идти осторожно, не издавая излишнего шума.

- Странно, что защитные руны не испепелили тебя, - сказал Соверен, поднимаясь по ступенькам с другой стороны дома.

- У меня такой же вопрос, ты же мне эти тату сделал, - сказал Мак, засучив рукава, чтобы продемонстрировать автору его работу.

- Хм, мне кажется, что я был не совсем трезв в тот день, а этот торговец живым товаром мне так досаждал, да еще скидку запросил конскую, что я, кажется, работу сделал довольно таки небрежно. Да и торопился я в тот день. У сына свадьба была. Вот и случайно нанес тебе не ту руну.

- Какую?

- Защитную. Сказать по правде, сделана она на удивление хорошо. Даже боевой архимаг не нанесет тебе большого урона. Ну, секунд пять ты, наверное, выдержишь, даже против колдуна удивительной силы.

- Это здорово. А не мог бы ты вернуть мне мои силы и удалить тату?

- Могу, но с какой стати мне тебе помогать? Ты раб и никто в нашей стране. Радуйся, что получил полезную руну на руку. По крайней мере, теперь ты не так ущербен, как с одними лишь рунами антимагии. Даю тебе минуту, чтобы убраться. В противном случае, мои защитные големы разорвут тебя на части. Им антимагия не страшна, они просто забьют тебя до смерти. Я уже активировал их. Они двигаются с заднего двора, откуда ты пришел. Выходи через парадную дверь и не возвращайся.

Гром стиснул зубы, и злобно посмотрев на мага, все же послушался его и ушел через главный вход. Непонятно было куда идти. Увидев во тьме ночного города огни, Мак устремился к ним и вскоре увидел трактир, где после тяжелого рабочего дня отдыхали и веселились местные жители.

- Чего будешь? – полюбопытствовал стоящий за барной стойкой гнилозубый тип, который видимо был тут за разливалу.

- Мне бы поесть чего. А выпить – ну пива налей.

У Мака было довольно таки приличное количество денег, что до этого дали ему на покупки. Немного перекусив вчерашней рыбой, еще не успевшей испортиться и мятым картофелем, запив кислым пивом, наш герой отправился поспать в арендованную комнату.