Маги современного урбана. День призыва

Я проснулся от странного стука и сначала даже не понял, откуда он раздаётся. Оторвал голову от подушки и прислушался. Стучали в окно. А я, на минуточку, живу на пятом этаже.

В стекло колотила клювом жирная ворона. Одна стучала, а с десяток её товарок, примостившихся на металлическом подоконнике, пытались рассмотреть меня блестящими бусинками глаз.

Это что ещё за сплет-совет-собрание? Я потёр спросонья лицо, в надежде, что этот пернатый митинг мне мерещится. Но воронья стая и не думала исчезать. А настырная предводительница снова постучала клювом в стекло. Вставать, чтобы прогнать крылатых нахалок, было лень. Нащупал на кровати полотенце, в котором вчера пришёл из ванной, скомкал и запустил его в окно. Махровый клубок мягко ударил в стекло, и воронья кодла тут же разлетелась в разные стороны.

Я потянулся, выходной, можно ещё поваляться в постели. Люблю такие моменты отдыха и неторопливости. Перевернулся набок, приобнял подушку и стал плавно погружаться в мягкую дремоту. Со стороны окна послышалось хлопанье крыльев и птичьи коготки противно заскребли по металлу подоконника.

Да вы издеваетесь!

Я перевернулся, чтобы снова лицезреть скопление пернатых чёрных тушек за стеклом. Их стало раза в два больше. Вороны молча пялились, рассматривая меня то одним, то другим глазом. Я пошевелился и тут же с десяток клювов застучали по стеклу.

Ну сами напросились!

Я с криком птеродактиля-переростка вскочил с кровати, мотыляя покрывало над головой, как футбольный фанат знамя. Вороны не ожидали от хомо адекватус такого поведения и бросились врассыпную, роняя по пути кал и теряя перья. Я издал победный клич и повязал покрывало на манер римского легионера, собираясь гордо прошествовать в направлении ванны.

Но не успел покинуть комнату, как в окошко снова ударили. И этот стук был мощнее предыдущих.

Я повернулся и вновь взмахнул своим текстильным орудием. Но на птиц это не подействовало, они словно включили игнор. Вороны летели в атаку, как чёрные мессершмитты. Каждая таранила клювом стекло. Шмякалась от удара на карниз, пару секунд приходила в себя и снова вставала на крыло.

Я заметил, как после особо сильных ударов в стекле остаются мелкие выбоины. Было полное ощущение, что я нахожусь в фильме Хичкока, где сумасшедшие птицы напада́ют на людей, не обращая внимания на разницу в размерах. Через несколько сколов, прямо на глазах, побежала тонкая трещина.

С римского легионера слетела вся гордость и спесь лёгкой победы, я выскочил из спальни, хлопнув дверью, чуть не прищемив плащ-покрывало. Мои стеклопакеты явно не пройдут проверку на вороностойкость.

Интересно, сумасшедшие птицы все окна многоэтажки проверяют на прочность или у них претензии только к моему? Я на корточках пересёк кухню, и накинув покрывало на голову, всплыл над подоконником, как шпионская подлодка в чужих прибрежных водах.

М-да! Чёрные птицы были недовольны именно моей спальней.

От вороньей стаи отделилась парочка самых внимательных и начала барражировать вдоль кухни. Я решил, что хочу заменить только стекло в спальне, а не все окна в моей квартире и медленно, практически по-пластунски двинулся назад, в прихожую. Слишком странное поведение врановых натолкнуло меня на мысль. Кажется, я догадался, откуда растут перья в этой истории — студенты ВМУЗа постарались, а точнее — Высшего Магического Учебного Заведения.

Уже с полувека существует понятие о параллельных мирах, а несколько лет назад эта теория получила материальное подтверждение. Наш мир столкнулся с миром магии. Это не было случайностью: волшебники у себя чего-то нашаманили и их миру пришёл колдовской трындец. И чтобы спастись, они не придумали ничего лучше, как с помощью магии схлопнуть два мира в один. Хотя «схлопнуть» — это громко сказано; они перенесли сюда практически всё магическое население и несколько небольших участков земли, оставив немагических жителей и остальной мир лететь в колдовские тартарары.

Естественно, первый год только и было разговоров о магическом мире и его возможностях. Резко активизировались гадалки, предсказатели судьбы, колдуны, практикующие приворот любимых человеков, денег и удачи. Отвороты тоже получили свой виток славы, отворачивали лишний вес на нелюбимых подруг, отваживали неприятных соседей и приезжающих в гости тёщей. Но через год объединённый совет магов и правительства начал разбираться в возможностях волшбы; и стал наказывать штрафами всех пытающихся нагреться на наивности людей, — и лже-маги поутихли.

Второй год после Великого Слияния Миров — так звучит официальное название — ознаменовался развлекательными шоу: маги начали показывать своё мастерство. Программа про экстрасенсов расцвела буйным цветом. Было раскрыто несколько дел благодаря иномирным колдунам. С того момента и началось настоящее внедрение магии в нашу жизнь. До этого волшебники были вроде туристов — новый мир посмотреть, себя показать, а теперь стали внедряться с упором на долгую и стабильную жизнь.

Спустя некоторое время учёные выяснили, что дети нашего мира могут практически свободно получать энергию и преобразовывать её в силу магических способностей, у взрослых с этим обстояло сложнее. Наша цивилизация до схлопывания, шла технологическим путём, именно это наложило отпечаток на сознание зрелых людей. Но несмотря на сложности, магия начала быстро переплетаться с нашей жизнью и в обычных садах и школах появились уроки по магическим основам. Спустя несколько лет начали создавать университеты для внедрения магии в некоторые профессии.

И вот такие товарищи индиго въехали несколько недель назад в квартиру надо мной, три парня и одна девица.

В день приезда они смыли в канализацию свои неудачные экспериментальные зелья. Не знаю, что у них там пошло не так, но унитазы по всему стояку выдавали такие зарницы! Светомузыка в клубах тусклее будет. В первый день на толчок было страшно садиться. Да и в последующие дни не слишком комфортно, как будто на сцене, на софит гадишь. Слава Прометею, постепенно сортирное сияние сошло на нет.

Сбой телевидения случился неделю назад. При просмотре новостей сексапильная дикторша обратилась ко мне с экрана по имени-отчеству. Я чуть поддон кирпичей не навалил! Думал, что крышей потёк и пора заказывать рубашку с длинными рукавами, завязывающимися на спине! Благо морок быстро выветрился, но каждый житель нашего подъезда успел пообщаться с телевизором. А теперь вот — пернатый десант. Перо из вороньей задницы на кон поставлю, что это их магических ручонок дело.

Я прислушался, в спальне не прекращались дзынькающие удары в окно. Не будем злить и так злых птичек, переодеванием в домашние треники и футболку, которые находятся на оккупированной территории. На шестой этаж я смогу подняться и в покрывале. Я влез в разношенные кроссовки, накинул многострадальное покрывало, открыл входную дверь… и замер.

Весь подъезд был оплетён толстым слоем паутины. Весь — значит от пола до потолка, от перил до стены, стояла плотная липкая завеса. Снизу раздавался такой забористый трёхэтажный мат, что некоторые обороты речи и заковыристые проклятия в адрес безалаберных волшебников, наш подъезд растащит на статусы. А потом ещё месяц будет смаковать, могущество русского и великого.

Нецензурные тирады исходили из продирающегося на мой этаж белого кокона. Соседа Сергеича, я узнал по голосу. Замотанный в паутину он походил на мумию, которая сбежала в процессе пеленания. Ввалившись в мою открытую дверь, Сергеич отдышался и поведал о паучьей засаде, в которую попал, выйдя на прогулку со своим пекинесом. Тонкая душевная психика домашнего питомца не выдержала такого посягательства на свободу передвижения и животинка опросталась прямо на площадке и по-большому, и по-маленькому. И в виде завёрнутого в паутину хот-дога на хозяйских руках была занесена в полубессознательном состоянии домой.

Речь Сергеича изобиловала эмоциями и матами, я даже представить не мог, что одно слово может употребляться в роли подлежащего, сказуемого, дополнения и связки слов в предложении. Но его мнение по поводу студентов, магов и магии в общем, я понял. При жестикуляции и угрожающих жестах Сергеича, белая паутина, свисающая с рук и тела, колыхалась и подрагивала, и я понял, что он похож на спецназовца в лохматом маскировочном костюме «Леший», для зимних операций. Сдерживая улыбку, я машинально кивал на предложение Сергеича, о возобновлении практики сжигания колдунов на кострах, чтобы нормальным людям жить не мешали. И это натолкнуло меня на мысль.

Я сходил на кухню за зажигалкой и, поднеся её к паутине, что белёсой пеленой перекрывала лестницу на верхний этаж, чиркнул кремниевым колёсиком. Результат превысил ожидания. Липкая паутина вспыхнула, как тополиный пух, и огонь, мгновенно сжигая её, понёсся вверх. Через пару секунд послышался звук раскрывшегося люка, в который ударила волна тёплого воздуха. Сергеич помолчал с полминуты, пожевал губы, не спрашивая забрал зажигалку, и поднёс её к паутине, свисающей с рукава. Я не успел его остановить.

Паутина вспыхнула и сгорела, но этого хватило, чтобы поджечь бороду соседа. Далее последовал парный танец тушения с прихлопываниями, и я подумал, что карма, наверное, существует: пару минут назад сосед хотел сжечь колдунов, а они подпалили его. Не всего, конечно, только бороду, и не собственноручно, но всё же…

Успокоив соседа, что с укороченной бородкой ему стало лучше и он теперь выглядит на десяток лет моложе. Вспомнил Людмилку со второго этажа, которая такие перемены обязательно оценит и вытолкал слегка покрасневшего Сергеича из квартиры, а сам рванул на шестой.

Открыла мне заспанная ведьмочка. Увидев мой нестандартный, покрывальный наряд, у неё округлились глаза.

— Что с вами? — опередила она меня.

Я подхватил одеяло поудобнее:

— Вороны — это ваша работа? — сквозь зубы процедил я.

— Какая работа? — голубые глаза девушки смотрели на меня пустыми стекляшками, она явно не понимала, о чём идёт речь.

Я подхватил покрывало, как дама восемнадцатого века в платье с кринолином, и двинулся на неё. Девушка в испуге отступила в квартиру. Я гордо прошествовал мимо и, остановившись у кухонного окна, ткнул в стекло пальцем. Где этажом ниже вороний десант всё ещё пытался захватить моё окно. Девушка подошла с опаской и глянула, куда показывал указующий перст. Её губы сложились колечком.

— Обалдеть! — раздался голос за спиной.

К нашей компании присоединился вихрастый рыжий парень в пижамных штанах и в выцветшей серой футболке с нарисованными рунами.

— Надо же, призыв сработал, — произнёс он удивлённо, рассматривая кружащуюся воронью стаю.

— Твоя работа? — спросил я, медленно на него наступая.

— Нет, — ответил он, делая шаг назад, — у нас Сэра по зверью учится.

Я, вопросительно выгнув бровь, посмотрел на девушку. Она, испуганно хлопая глазами, прикрыла рот ладошкой и пролепетала:

— Простите.

И тут же рванула в комнату, бросив на ходу:

— Я сейчас быстро всё исправлю!

Мы остались вдвоём. Рыжему было явно некомфортно находиться в комнате с соседом, одетым в одеяло на босу ногу, и он промямлил:

— Пойду помогу, — и скрылся в глубине квартиры.

Я остался в одиночестве. Пока стоял и соображал, что мне делать — спуститься к себе или остаться ждать здесь, когда недоучки разберутся с вороньей стаей, — за окном раздался громкий хлопок и возмущённые птичьи крики. Я прильнул к стеклу. Вороны бесновались словно в прозрачном шаре из птиц и перьев. Из-за стены послышался сердитый голос:

— Ты перепутала заклинания! Оно должно было лишить их желания находиться рядом, а твоё лишило их половины перьев!

И действительно: перьев было столько, что ими можно было набить подушки всему подъезду.

— Как в стиральной машине крутятся, — раздался негромкий голос за спиной.

Я подпрыгнул от неожиданности, чуть не упустив свой немудрёный наряд, — да что же они здесь все подкрадываются? — и обернулся.

За мной стоял высокий парень, одетый только в джинсы. Чёрные длинные волосы водопадом падали ему на грудь и плечи, на солнечном сплетении была круглая татуировка, вязь непонятных знаков. Лицо с правильными чертами было бесстрастно, лишь фиолетовые глаза выражали хоть какой-то интерес к происходящему.

«Некромант, наверное», — подумал я, глядя на его бледную кожу.

— Как малые дети, — вздохнул он и, выдернув салфетку из держателя на столе, нарисовал на ней закорючки карандашом, вынутым из-за уха.

Затем скатал салфетку в плотный шарик и, открыв окно, кинул в пернатый водоворот. Раздался негромкий хлопок, вспышка, словно от фотоаппарата, — и вороны исчезли. Об их присутствии напоминали лишь несколько перьев, медленно кружащиеся вниз. Спустя пару секунд из-за стены раздался смущённый голос:

— Спасибо, Натаниэль!

Я закашлялся: было неожиданно услышать такое имя в квартире номенклатурной советской постройки. Этому имени и внешности подходили бы эльфийские леса где-нибудь на страницах книг Толкиена. По-видимому, всё выше обдуманное отразилось на моём лице, так как ведьмак покачал головой:

— Это не эльфийское имя.

Я смутился и, стараясь хоть как-то выбраться из неудобной ситуации, спросил:

— А какое?

— Библейское, означает «Божий дар».

— А, — потянул я, словно всё понимая.

— И, предугадывая ваш следующий вопрос, отвечу: нет, я не чернокнижник, — взгляд его фиолетовых глаз словно скользил мимо меня.

— Странный выбор имени сделали ваши родители.

Натаниэль слегка приподнял бровь, и слабая усмешка чуть искривила тонкие губы:

— Это мой выбор. Вы разве не знаете, что таков древний обычай магов?

— Понятия не имею, о чём вы…

— О тайне своего имени.

Этот длинноволосый худыш начинал меня бесить непонятной манерой разговора, но я пошёл наперекор эмоциям и кивнул:

— Продолжайте.

— Маги с той стороны считали, что, зная настоящее имя человека, можно навести на него порчу или причинить какой-нибудь магический вред. И поэтому брали себе псевдонимы.

— И это правда, про порчу?

Ведьмак покачал головой:

— Конечно, нет. Это было доказано в первый год Слияния. Когда конгломерат магов пытался таким образом повлиять на правительство. Вернее, на особо непримиримых с магией оппонентов. Так что обычай превратился в нашем мире в традицию, и каждый поступивший в магический универ выбирает себе имя, которое будет сопровождать его магическую деятельность.

— А как же удостоверение и паспорт? Их тоже меняют? — мне уже становились интересно.

Натаниэль наморщил нос:

— Это пока нерешённый вопрос. А в университете студенческий билет и прочие документы заполняются на второе имя.

Я поправил одеяло:

— На мой взгляд, будет путаница.

— И на мой тоже, — соблаговолил согласиться оппонент. — Но разве вам никогда не хотелось сменить имя?

— Не знаю, — ответил я, — может, в детстве. Кстати… — я протянул ладонь для рукопожатия…

От движения покрывало распахнулось, и взору соседа предстали мои чёрные боксеры с супергеройской эмблемой летучей мыши на причинном месте, и мне ничего не оставалось как сказать:

— Я Бэтмен! Живу на пятом!

Ну, в общем, так состоялось моё знакомство с соседями магами.

От автора