Магический офшор

Утро в деревне у Варвары Егоровны началось со странного звонка. Видавшая виды звонилка с кнопками, которую она ласково звала «тапок», вдруг ожила в кармане, издав серию немелодичных звуков, напугавших ждущего, когда ему нальют парного молока, кота Феофана.

— Комарова Варвара Егоровна? — осведомился из трубки мобильника визгливый дамский голос. — Вас беспокоят из МАНА по поводу...

Старушкой Егоровна была просвещенной, про мошенников телефонных слыхала и потому просто выключила телефон.

— Хулюганы городские, — пожала она плечами, обращаясь к Феофану и процеживая свеженадоенное молоко через тройной слой марли. — Кыс-кыся, иди пей, не бойся, — позвала она кота, отлив ему в миску ежеутреннюю порцию. — Выключила я эту телебоньку. Мои все равно куда-то далече укатили, роуминг там у них. Отдыхают где-то в заграницах, как будто у нас тут не отдых.

Днем об этом незначительном происшествии пожилая женщина, конечно, забыла, даже не упомянула в разговоре с закадычной подружкой Степановной, встреченной у сельпо.

Раздавшийся под вечер стук в дверь бабулю тоже не удивил. На лето в их деревню дачников наезжало прилично. Сама Комарова пускать в свой дом на постой никого не хотела, но вот клубники продать или, скажем, еще чего с огорода не отказывалась. Ей копеечка, а городским — экологически чистые витамины с грядки. Росло у пенсионерки Егоровны много чего, все же не зря агрономом столько лет проработала. Знания имелись, да и рука у нее была легкая — что ни посадит, приживалось на диво быстро, а плодоносило так и вовсе на зависть всем соседям. К тому она еще и в травах разбиралась неплохо, могла подлечить иногда что-нибудь не очень серьезное, все же до фельдшера несколько километров по проселку добираться.

— Да заходите, не заперто, — крикнула Варвара Егоровна в сторону двери, с любопытством гадая, кто бы это мог быть на ночь глядя.

Порог переступил весьма странно одетый для их сельской местности тип в элегантном костюме, нежно-розовой рубашке с галстуком и в лакированных, блестевших, как зеркало, штиблетах. В руках этот франт держал папку для бумаг на молнии, которую тут же начал расстегивать, извлекая из нее несколько листов плотной желтоватой бумаги с печатями.

— Комарова Варвара Егоровна? — осведомился он, пристально осматривая сухонькую старушку в вязаной пестрой жилетке из квадратов и платье в цветочек.

Бабуля, разглядывавшая его туфли и гадавшая, почему на них нет ни пылинки, согласно кивнула.

— Все верно, а вы кто будете, уважаемый? Никак дачник? За клубничкой-то завтра приходите, молока с вечерней дойки могу литр уступить. Коза у меня чистая, ухоженная, молочко вкусное, — все еще не понимая, что надо этому городскому типу, приветливо заговорила она.

Но похоже, непонятного индивида не интересовали ни молоко, ни ягоды.

— Ай-ай-ай, гражданочка Комарова. За вами долг образовался. Погасить бы надо. Магические налоги своевременно платить положено, а вы уклоняетесь, — сунув опешившей Егоровне под нос свои бумажонки, попенял ей мужчина.

Подслеповато прищурившись и нашарив в кармане платья футляр с очками, пенсионерка выудила окуляры и, нацепив их на нос, внимательно изучила документы.

На плотных, совсем не похожих на официальные бумаги листах витиеватым почерком синими чернилами действительно было написано, что она, Варвара Егоровна Комарова, урожденная Блинова, должна в магическую налоговую полсотни серебрушек за ведьмовскую практику. Также еще дюжину серебрушек за работу без магической регистрации и сорок медных грошей как пени в связи с неуплатой в срок. Последний, третий лист содержал и вовсе странное заявление. Комаровой было велено, помимо денег, оплатить взнос магической энергией.

Прочитав все это, бабуля хмыкнула про себя, решив, что солидно выглядевший моложавый тип, скорее всего, новомодный блогер.

«Развелось их сейчас как собак. Как говорил дед Митрич, которого каждое лето просвещали городские внуки, заезжающие погостить на пару недель, "за контентом они гоняются". Видать, и этот из них. Голову мне решил задурить», — подумала Егоровна, вернув бумажки визитеру, и решила ради шутки ему подыграть, а заодно продать ведерко огурцов, на которые этот год выдался очень урожайным.

— Так ведь не ведьма я, мил человек. А огурчиков не желаете? Может, супруга засолит? Вы, кстати, так и не представились, — радушно засуетилась бабуля, предложив визитеру присесть и почаевничать.

Гость сурово нахмурился и погрозил пальцем:

— Даже и не пытайтесь опоить. И взятки натуральным продуктом всучить. У нас против ваших стихийных всплесков дара амулеты. Мы в МАНА не просто так. Берут только лучших. Вот распишитесь, гражданочка, что в известность вы поставлены и оплатить согласны. И учтите, что в следующий раз уже встреча будет только в суде.

Пожав плечами, Варвара Егоровна, сочтя бумажки неопасными, подмахнула, написав: «Ознакомлена, Комарова В. Е.» — после чего с любопытством стала ждать, что еще придумает этот лощеный хлыщ для контента. Хоть документики и выглядели солидно, с печатями, как из музея, но всем известно, что в эпоху ксероксов и принтеров от руки бумаги никто не заполняет, да еще с каллиграфическими завитушками.

«Еще бы приволок на бересте нацарапанные», — ехидно думала пенсионерка, глядя, как довольный дядечка убрал документы в папку, а потом достал оттуда подставку с двумя пустыми пузатыми колбами. На прозрачных сосудах были нанесены черточки. На одной золотым, а на другой серебряным цветом.

— Вот смотрите, — по-деловому заговорил он, демонстрируя бабуле эту штуковину. — Здесь будет отражаться погашение долга. Денежный в правой колбе, — его палец постучал по сосудику с золотыми отметками, — а магический долг в левой.

— И как же я их заплачу? — с нескрываемым интересом осведомилась Егоровна. Дешевая с виду стекляшка из лаборатории тоже ее не впечатлила. Блогер был, видно, начинающий и на оборудовании экономил. — Серебра-то у меня не водится, а из медяшек разве что вон подсвечник дедов, даже лампадка скорее. А уж где магию для вас взять, господин хороший, и вовсе теряюсь в догадках. Я бы со всей душой, но вот как?

— Хм... — Незнакомец, который до сих пор так и не удосужился представиться, издевки не почуял и задумчиво поскреб подбородок. — Вижу, вы не обманываете и правда готовы все возместить.

Причем при слове «возместить» в глазах у него мелькнуло что-то такое, что Егоровна напряглась. Она тут же стала припоминать на всякий случай, надежно ли запрятаны у нее «гробовые» и кто может ее сейчас услышать, если она начнет звать на помощь. Получалось, что куча народу. Домик ее выходил почти к косогору у речки, а там в теплый вечер ошивалась пропасть всякой публики, включая орущего частушки местного алкаша Алика-шкалика.

Тип в лакированных ботах меж тем, поставив на стол непонятный приборчик, опять закопался в своей папочке.

— Поскольку у вас первое нарушение, причем по незнанию, предлагаю вам на время переехать в магическую офшорную зону. Льготно, как пожилой слабоодаренной особе. У меня как раз по квоте есть еще пара мест, — демонстрируя, что делает бабуле величайшее одолжение, и выуживая очередные бумажонки, расписывал ее перспективы франтоватый хлыщ. — Там и магический дар разовьете, и подзаработать сможете. Если согласны, то распишитесь еще вот тут в получении брошюры по правилам пребывания в свободной от налогов магоэкономической зоне и готовьтесь к переезду.

Он протянул Комаровой еще один формуляр и тонкую книжицу в яркой обложке, озаглавленную «Путеводитель по Магофу». Внизу мелкими буковками значилось: «Под редакцией МАНА».

— Но послушайте, — не торопясь брать непонятную печатную продукцию, решила немного помурыжить блогера Егоровна, ей этот челлендж «надури деревенскую бабку» пока не прискучил. — А пенсия моя? А хозяйство? Коза, котик вон, огород. Кто за животиной присмотрит?

Вопросы мужчину не только не смутили, но и, кажется, даже обрадовали.

— Так вы вместе с ними и переедете. Весь ваш участок с домом туда доставим. Пенсию вашу пересчитаем по тамошнему курсу, и долг гасить будете в одном из банков. Рекомендовать не буду, сами решите в каком.

— Ага, — только и могла в ответ на это произнести озадаченная старушка, уже безропотно подписывая очередной поданный формуляр и забирая брошюрку. — Прямо с хозяйством, значит, и пенсией? Тогда согласная я.

— Тогда изучайте, готовьтесь. Завтра будете уже на месте. Надеюсь, вам понравится.

Странный визитер раскланялся и удалился, оставив женщине дубликаты документов вместе с яркой книжицей путеводителя.

— Вот что за люди пошли, Феофаша? — поделилась с котом своими размышлениями старушка, закрывая за гостем дверь. — Ради своих чатов да мемов ездят и нормальных людей баламутят. Слыхал, что тип этот нам пообещал? Говорит, завтра переедем вместе с тобой и козой Маруськой прямо в офшоры. Не те, куда жулики деньги отправляют, чтобы не нашли, а в магические. Потому что я на старости лет, оказывается, ведьмой стала, неплательщицей к тому же. О как!

Что думал по этому поводу откормленный, лоснящийся черно-белый Феофан, бабуля тогда так и не узнала. Кот был очень занят вылизыванием задней лапы и даже не глянул в ее сторону, считая все подобные рассуждения обычной старушечьей болтовней.

Варвара Егоровна повздыхала, в одиночестве выпила чаю с куском испеченного утром пирога с клубникой и занялась повседневными вечерними делами, требующими внимания. Все же деревня совсем не город. Надо и огородик нагретой за день в бочке водой полить, особенно вымахавшие огурцы, и малину в палисаднике собрать, потому как днем не успела, а к утру того и гляди осыплется половина. Загнать гуляющих по двору пяток курей да проведать любимицу Маруську.

Спать она ложилась, совершенно выкинув из головы все нелепые обещания чудаковатого блогера, в полной уверенности, что завтра ее день будет мало отличаться от предыдущих.

Егоровна понятия не имела, что Феофан, сидя сейчас на кухонном столе, что ему строго-настрого запрещалось, внимательно изучает брошюрку, аккуратно переворачивая странички кончиком когтя.

Ровно в полночь стены окутало призрачным сиянием, чуть скрипнули половицы, и все снова стихло, словно ничего и не было.