Вивиан сидела в аудитории и слушала скучнейшую лекцию по структурной магии. На улице который день шел дождь, и отчего-то она чувствовала себя одиноко и грустно. Да, конечно, со многими такое случается осенью, как будто весь мир становится серым и унылым. Но популярность данного недуга не помогала понять, что же делать ей с подобной хандрой. Возможно, осень закончится, выпадет снег и станет полегче, но сейчас, глядя сквозь стекло на пожелтевший парк академии, так хотелось вернуться в лето. Но не просто в теплую погоду и яркое солнце, а именно в такое лето, какое у нее не раз бывало до поступления в академию, когда Вивиан ездила к бабушке-травнице, которая жила в небольшом городке. Вот бы хоть ненадолго погрузиться в эту атмосферу беззаботности и любви, которая окружала ее там...
На улице тогда тоже всю неделю стояла дождливая погода, Вивиан только-только стукнуло четырнадцать. Пару дней назад,они с Адрианом, ее другом детства, выбрались погулять по окрестностям. Он предлагал ей одеться потеплее, но Вивиан хотелось выгулять новую зеленую рубашку, которую ей сшила бабушка, поэтому куртку она оставила дома. И, когда хлынул ливень, Адриан отдал ей свою кожаную, и они побежали домой. В итоге Вив чувствовала себя прекрасно, даже не заработав насморка. А ее слишком добрый друг свалился с тяжелой простудой и болью в ушах.
С раннего утра она скучала на крытом крыльце бабушкиной лавки, наблюдая за тем, как падают капли в деревянное корыто во дворе и думала о том, чтобы навестить Адриана, но он так не любил выглядеть жалким в ее глазах, что наверняка опять ворчал бы и прогонял ее прочь.
Бабушка появилась на крыльце и принесла травы, тетрадь с рецептами, затем зажгла огонь под котелком, стоявшим там же.
Старушка важно кивнула.
Вивиан взяла листочки мелисы и проговорив про себя “спасибо” бросила их в котел. Они забавно завертелись в кипятке, как будто играли в догонялки друг с другом, но больше ничего не произошло.
Она взялась за прихватку и вынесла котел во двор, чтобы вылить воду. Затем налила свежей воды из ведра и вернула его на огонь.
Вивиан представила Адриана, который лежит сейчас в кровати и мучается от болезни, как он отдал ей свою куртку, хотя вовсе не должен был этого делать, и она осталась здорова.
Вода в котелке уже закипела, и Вив опустила листья мелисы в воду, думая о друге, который пострадал за нее. Вода засветилась золотым.
Вивиан взяла пару шариков ромашки. И вспомнила радугу на этой неделе, еще до болезни Адриана, как они выбежали с ним после дождя и стали прыгать по лужам босиком, прохлада после ливня еще ощущалась, но солнце согревало так нежно и ласково, что хотелось купаться в этих лучах. Она опустила ромашку в котел и жидкость в нем продолжила сиять ровным светом, как солнышко в ее воспоминаниях. Бабушка кивнула, подтверждая ее успех.
Вивиан задумалась, какие же приключения есть в ее жизни? О! Это же походы с Адрианом на развалины старого храма за городом. Он долго отказывался ее туда вести, считая, что девчонкам там не место. Но этим летом она его уломала, обиделась на него и целую неделю не разговаривала. Поначалу он даже радовался, что она молчит, шутил над ней безнаказанно, но в итоге сдался. Сказал, быть готовой после завтрака и слушаться его беспрекословно. Вивиан постаралась вспомнить это чувство, которое переполняло ее - смесь страха и радости. Даже руки у нее дрожали всю дорогу, а в груди замирало от предвкушения. Она опустила веточку зверобоя в котел, удерживая это воспоминание, а зелье продолжило сиять.
Бабушка довольно помешивала его еще какое-то время, а затем перелила в небольшую бутылочку.
Когда зелье остыло и перестало сиять (но не потеряло свою силу), Вивиан отправилась к Адриану, спасать друга от тяжкой болезни. Он лежал, уткнувшись носом в стенку, и держался руками за уши.
Адриан дернулся от неожиданности, но не повернулся к ней, а еще больше завернулся в одеяло.
Вивиан испытывала предвкушение, вот, как сейчас, он выпьет ее зелье и поправится сразу. А потом долго еще будет ее благодарить, а она будет ходить важная, ведь она сама теперь травница как бабушка.
И она всхлипнула, глаза наполнились слезами, но Вивиан не стала их вытирать. Было обидно, и от его слов, и от того, что зелье зря пропадает. Гора под одеялами зашевелилась и оттуда появилась рука.
Вивиан аккуратно передала ему бутылек с зельем. Конечно же ей было обидно от его слов, но за годы, которые она проводила в деревне у бабушки, она привыкла к характеру друга и знала, что он не со зла ворчит, когда болеет. А еще она знала, что слез девчачьих он не выносит вовсе. Но Вив ведь его не обманула особо, она взаправду плакала, тем более так он быстрее поправится.
Адриан выпил зелье и вернул ей пустой бутылек. Вивиан схватил его и, не прощаясь, убежала. Лучше не нервировать друга лишний раз.
Дома она вся извелась. Дело шло к вечеру, и было ужасно интересно, подействовало ли зелье, и почему друг никак не приходит. Ведь должен же он появиться, если поправился. А вдруг зелье не подействовало, вдруг она что-то не так добавила, и Адриан лежит и все еще болеет? Сначала она услышала чавкающие звуки, как будто кто-то шел по лужам в сапогах, а затем из-за угла вывернул друг, его почти не было видно за огромным букетом подсолнухов.
И они уселись на крыльце поедать ее букет. Семечки уже совсем созрели - были сладкие и хрустящие. Вскоре снаружи опять начался дождь и стемнело. Но это совсем не огорчило друзей, они допоздна рассказывали друг другу страшные истории, которые придумывали на ходу. Получалось скорее смешно, чем страшно. А когда семечки закончились, бабушка разогнала их спать, постелив Адриану в мастерской, на лавке.
Вивиан отвлеклась от капель на стекле и попыталась сосредоточиться на лекции, но профессор Розенфорд сегодня был в ярко желтой рубашке, которая возвращала Вив к воспоминаниям о подсолнухах и никак не давала увлечься темой занятия. Жаль, что она не смогла этим летом поехать в Заречье и увидеться с бабушкой и Адрианом. В следующем году нужно обязательно выбраться!