Магия на троих (и двух котиков)

Если бы кто-то спросил у Кирилла Чароплюева, в чём главное отличие обычной семьи от магической, он бы, не задумываясь, ответил: «В скорости наступления хаоса». В обычной семье хаос накапливается постепенно: разбросанные игрушки, немытая посуда, забытые портфели. В его семье хаос мог материализоваться мгновенно. Например, прямо сейчас, в субботнее утро, на кухне их трёхкомнатной квартиры в панельной девятиэтажке.

Кирилл, потомственный, но, по мнению жены, ленивый маг, сосредоточенно водил рукой над кастрюлей. В ней булькала водичка для супа. Эта магия была тихой, домашней, основанной на инерции и простейших трансформациях. Зачем резать картошку ножом, если можно мягким движением пальцев разделить её на идеальные кубики прямо в воздухе? Зачем ждать, пока закипит? Можно поймать в ладонь тепло от батареи и, аккуратно выдохнув, направить его в дно кастрюли. В теории.

Но Кирилл не искал легких путей. Да и вообще, если честно, считал, что в 2026 году надо постепенно отходить от магических «штучек» и направляться в сторону технологического прогресса. Нет, конечно, не тогда, когда машина увязла в снегу до середины колес. Тут проще применить магию, чем лопату или какой-нибудь чат «джи-пи-ти». Но вот в повседневной жизни, как, например, сегодня…

Первоначальный план приготовления супа был технологичным, но не до конца продуманным. Жена ушла в салон красоты, а Кирилл решил ее обрадовать и приготовить обед. В магазин идти было лень, про доставку он попросту забыл (его мысли витали вокруг нового 3D-принтера, который он присмотрел на маркетплейсе). Потому он открыл шкафчик с различной консервацией и решил приготовить суп из того, что было на полках. На глаза попался консервированный тунец, килька в томате и кукуруза. Он полчаса советовался с голосовым помощником на планшете, пытаясь найти оптимальное сочетание этих продуктов в одной кастрюле. Искусственный интеллект, проанализировав тысячи рецептов и отзывов, выдал лаконичный вердикт: «На основании имеющихся данных, рекомендую либо заранее приобрести средство от расстройства желудка, либо не переводить продукты. Могу предложить рецепт классического куриного бульона?»

Кирилл плюнул и отключил болтуна. Вот она, ограниченность технологий! Никакой фантазии, никакой воли к открытиям. Где же душа? Тогда он решил вернуться к истокам – к магии. В конце концов, дед-Чароплюй умудрялся превращать репу в ананасы (правда, только по запаху). С супом из консервов он точно справится. Кирилл взмахнул рукой и… На практике кубики картошки, зависшие в воздухе, внезапно превратились в россыпь идеальных, но абсолютно ненужных шариков размером с горошину.

— Опа, — пробормотал Кирилл. — С пульсацией переборщил. Спасибо, что хотя бы не бусины из пластика.

Он попытался спасти положение, жестом направляя картофельные шарики в бульон, но в этот момент из-за его спины метнулись два клубка меха: серый и рыжий. Луна и Лаки с недовольным «Мяяяяу!». Они были кошки, как современная молодежь говорит: «на опыте», и не особо доверяли чарам хозяина. Наверное, помнили, как он пытался сделать им среди ночи паштет из курицы, без использования блендера, а потом шерсть еще два месяца у них клоками росла. Кошки решили, что на них охотятся, и шмыгнули под стол. Кирилл дёрнулся, и поток магии, предназначавшийся для картошки, слегка задел край пакета с мукой на полке.

Над кухней расцвело маленькое, пушистое облачко. Оно грациозно опустилось снежной пылью на голову, плечи и только что закипевший бульон Кирилла.

Дверь на кухню открылась. На пороге стояла Марина Чароплюева. Жена. Мать. Опытная, практичная и обладающая тем самым, «прикладным» даром ведьма. В отличие от супруга в нано-технологии она верила еще меньше, чем в стабильность биткоина, и свои магические знания не только умело применяла, но и регулярно оттачивала. Она посмотрела на мужа, седого от муки, на кастрюлю с мутноватой водой, на пол, усеянный картофельными шариками, и на недовольные морды кошек, выглядывавших из-под стула. В её зеленых глазах мелькнули знакомые Кириллу эмоции: сначала — мгновенная оценка ситуации, затем — лёгкое раздражение, и, наконец, — тёплая, снисходительная усмешка.

— Кирилл Алекссевич, — сказала она мягким, ровным голосом, который сам по себе был магией успокоения. — Мы же договорились: сложные фокусы — после второй чашки кофе. А ещё лучше — в моём присутствии.

Она не стала щёлкать пальцами или произносить громовые заклинания. Марина просто взмахнула рукой, будто смахивая паутину. Воздух над кухней дрогнул. Мучное облако собралось в аккуратный шарик и улетело в мусорное ведро. Картофельные шарики на полу дружно подпрыгнули и, превратившись обратно в аккуратные кубики, сами уложились в миску. Бульон в кастрюле прояснился, приняв вид аппетитного будущего супа.

— Спасибо, Мариш, — вздохнул Кирилл, отряхиваясь. — Без тебя я как без… без рецепта зелья.

— Я знаю, — улыбнулась Марина, подходя к кофемашине. — Где наша огневица?

«Огневицей» в семье ласково звали их одиннадцатилетнюю дочь, Киру. Её дар, унаследованный от деда-Чароплюя, в последний год просыпался с такой силой и непредсказуемостью, что временами напоминал то ли гениальные прозрения, то ли природные катаклизмы в миниатюре. В общем, девочка была просто огонь — яркая, непредсказуемая, еще и Лев по знаку зодиака. Отсюда и домашнее прозвище ей дали такое.

— Она в своей комнате. Готовится к контрольной по истории, — ответил Кирилл, с подозрением поглядывая на луковицу, которая лежала рядом с разделочной доской и, как ему показалось, подрагивала.

Из комнаты Киры донеслось приглушённое бормотание. Марина насторожилась. Это бормотание было знакомым — дочь не зубрила учебник, она нашептывала заклинание. Марина тихо подошла к двери и приоткрыла её.

Кира сидела за столом, склонившись над тетрадью. Но её взгляд был прикован не к датам сражений, а к маленькой фигурке пластилинового римского легионера, стоявшего на учебнике. Фигурка, слепленная на прошлой неделе на трудах, была щедро «усилена» — от неё исходил едва заметный серебристый свет, а в руке вместо сломанного копья теперь торчала канцелярская скрепка. Это был последний, самый стойкий солдат «Пластилиновой империи» Киры. Остальные одиннадцать уже бесследно растаяли в ходе предыдущих экспериментов по оживлению.

— …и помни о доблести предков, и не подведи товарищей… — нашептывала Кира, вдохновенно глядя на легионера. — Расскажи мне про Цезаря, как свой последний секрет…

Фигурка дёрнулась, повернула голову-горошину и, скрипя пластилином, попыталась сделать шаг по раскрытой странице с изображением Галльской войны. От неё пахло грушей и детской присыпкой. Вместо связного рассказа раздавалось лишь жалобное: «Хлюп-хлюп-хлюп…».

— Кирюша, — мягко сказала Марина, входя в комнату. — Это новый метод изучения истории — подслушивать тайны у пластилина?

Кира вздрогнула и взмахнула рукой над учебником. Легионер замер, серебристый свет погас, и он превратился обратно в обычную, слегка засаленную фигурку с кривой скрепкой.

— Мам, я не навредила! Я хотела его оживить, чтобы он всё рассказал! Чтобы я сдала контрольную! — залепетала Кира. — А он только «хлюпать» и умеет…

— Потому что вчера за ужином ты думала не о Цезаре, а о фруктовом киселе, — вздохнула Марина, садясь на край кровати. — Мы с тобой сто раз говорили: намерение должно быть чистым. Не «чтобы сдать», а «чтобы понять и запомнить». А иначе магия цепляет первое попавшееся из твоих мыслей. Хлюпающего кисельного легионера, например.

— Папа тоже так делает! — парировала Кира. — Он вчера хотел починить паяльник, а случайно заставил тостер паять бутерброды!

— Твой папа — это отдельная статья, — улыбнулась Марина. — Но мы сейчас не о нём. Давай по старинке. Берём учебник, берём тетрадь, и учим даты. Без волшебства. Иногда лучшая магия — это просто выученный урок.

В этот момент на кухне раздался громкий всплеск, довольное мурлыканье и сдавленное «Вот чёрт!» Кирилла. Марина и Кира переглянулись.

— Папа, кажется, решил добавить в суп рыбьего духа, — сказала Кира.

— Идём спасать обед, — поднялась Марина. — И, солнце…

— Да, мам?

— Если заставишь свой учебник выучить всё за тебя, я это замечу. И тогда вместо телефона ты неделю будешь носить в кармане мешочек с солью для заземления. Понятно?

— Понятно, — вздохнула Кира, но в её глазах мелькнула искорка. Мешочек с солью — это, конечно, скучно. Зато можно было бы попробовать зарядить его так, чтобы он притягивал пятёрки в электронный дневник… Надо будет поэкспериментировать.

Так начинался обычный выходной день в семье Чароплюевых. Где суп мог внезапно забурлить с неприличной силой, пластилиновый рыцарь — хлюпать киселем, а лучшим средством от магических проблем была простая материнская любовь и трезвый расчёт.