Магия сказочного замка

Больше всего на свете в данный момент я хотела бы оказаться у себя дома в комнате. Обычно на каждые летние каникулы по литературе нам задавали прочесть несколько книг. Каждый год после окончания четверти я приносила их домой, ставила на полку и мысленно прикидывала, с какой из них начну читать, но в итоге так ни к одной и не притрагивалась. Это лето не оказалось исключением ни для меня, ни для книг. Впрочем, в этот раз забросила чтение я не по собственной воле.

И я бы с огромным удовольствием прочла все-все книги, если бы ни одно «но»: этим летом я умудрилась попасть в волшебный мир. И теперь я убегала от стражников, желающих меня схватить. А тем временем книги из школьной библиотеки преспокойно себе лежали в комнате...

Эх, если бы только отмотать время немного назад... Хотя нет, отматывать я ничего не хотела. Возможно, и к лучшему, что сорвалась поездка в Австралию, ведь иначе я бы никогда не узнала, что папа в своей рукописи не выдумал волшебный мир. Ему это было не нужно. И теперь я ни капли не сомневалась – папа здесь побывал. А потом просто взял и описал, все, что видел кругом. И хотя это было правдой, а не выдумкой, поверить в это было сложно. Не удивительно, что издателю рукопись показалась слишком волшебной.

Конечно, был еще один вариант, который мне не очень нравился: я попросту сошла с ума. Возможно, как и моя тезка из книги писателя Льюиса Кэрролла я угодила в страну чудес?! Но где же пушистый белый кролик, где мудрая гусеница или, на худой конец, шляпник? Нет, в отличие от тезки, встречающей на своем пути удивительных существ, я удирала от стражников. Даже не знаю, чтобы я делала, если бы Нестор их не отвлек? Сидела бы в темнице и лила горючие слезы по своей рано загубленной жизни?

– Как же я хочу домой! – резко завернув за угол, сообщила я возникшей перед собой стене.

Я оказалась в тупике, но, кажется, стражники пробежали мимо, дав мне возможность немного отдышаться и перевести дух.

Итак, задание на сегодня – остаться в живых и не загреметь за решетку. Интересно, а что представляет из себя в этом волшебном мире тюрьма? «Даже не хочу знать!» – быстро поправила я себя. Наверняка, это что-то зловещее, как из фильмов про средние века – сырые подземелья, по стенам развешаны факелы, на полу крюки и цепи, а в туннелях бродят сквозняки... Или призраки? Ой, ну все! Нужно подумать о чем-нибудь хорошем, например, о летающих по воздуху феях и говорящих гусях, а не стражниках, бегущих за мной. И уж точно не о злой ведьме Леди, которая на ужин приготовит из меня похлебку.

– Главное позитивный настрой! – строго сказала я себе. – Позитивный настрой!

«А вдруг я вообще больше никогда не вернусь домой?» – в панике подумала я, и позитивный настрой внезапно отказался работать! Голос, живущий в моей голове и верящий только в худший исход событий, в последнее время начал меня жутко нервировать. Он словно жил собственной жизнью. И мало того, что пугался сам, так – пугал меня.

– Позитивный настрой! – напомнила я себе. – А ты, глупый голос, перестань накручивать. Все будет хорошо. Я обязательно отсюда выберусь. А еще помогу Нестору. Главное, сейчас спрятаться на какое-то время...

Я осторожно выглянула из-за угла и прислушалась. Никого не было ни видно, ни слышно, поэтому я помчалась во всю прыть, будто бы участвовала в марафоне по бегу. Иногда все же я могла похвастаться своими спортивными достижениями. Эх, видели бы меня только дедушка и бабушка. Вспомнив про них, у меня неприятно засосало под ложечкой. Интересно, поверили бы мне старики, расскажи я им про этот мир, где обитают мифические существа? Впрочем, ведь одно такое мифическое существо я сама. Причем очень опасное. По крайней мере, все так считали, а доказывать обратное вооруженным до зубов стражникам не очень-то хотелось.

Помнится, еще несколько дней назад я стояла на кухне и ругаясь с родителями насчет сватовства Виталика, но не прошло и нескольких дней, как я уже считалась опасной беглой преступницей. Куда катится мир? И как же мне хотелось рассказать обо всем Наде. Ведь подруга ничего не знает. Она счастливая вернется с Бали, бросится мне звонить, а тут обнаружится, что меня-то и нет. И что тогда? Она вспомнит наш разговор в поселке? Приедет в деревню, чтобы меня спасти?

Меня зовут Алиса. Мне шестнадцать лет, но буквально через неделю исполнится семнадцать. И это мог бы быть самый лучший день рождения на свете. Я бы встретила его в Австралии и запомнила на всю оставшуюся жизнь. Но что-то пошло не так. И думаю, это случилось задолго до того, как я упала с крыши и приехала в деревню. А именно в тот самый момент, когда папе пришлось выбрать работу, а не семейный отдых. Хотя, если задуматься Австралия, она и в Африке Австралия, а волшебный мир он... просто волшебный мир... Да уж, такой день рождения я точно не забуду!

– Эй, смотри, куда несешься, ненормальная! – рявкнул на меня какой-то не очень дружелюбный парень. Но ведь я, погруженная в свои мысли, налетела на него случайно. Разумеется, мне бы быть повнимательнее, а вот ему не помешало бы поучиться вежливости.

– Извините, – сказала я.

На парне была черная до пят мантия, развивающаяся при ходьбе словно флаг. Волосы аккуратно уложены, кажется, не без помощи лака. Напоследок он так злобно на меня посмотрел, что стало как-то не по себе.

Темный узкий переулок вывел меня на огромную хорошо освещенную площадь. Людей здесь было так много, что яблоку негде упасть. Может быть, здесь проходит какая-то ярмарка или что-то типа того?

– Эй, не стой на самом проходе! – прикрикнул на меня другой парень, очень похожий на предыдущего: на вид неприятный и грубый, волосы аккуратные и блестящие, мантия черная.

Пока парень не скрылся из виду, я высверлила в его черной спине дырку и только потом переключила внимание на площадь.

Город, как я уже говорила раньше, был волшебным. Здесь жили мифические существа, в реальность которых еще неделю назад я бы ни за что не поверила. Но теперь сложно было отрицать увиденное. И папа ведь точно все описал, жаль только не припомню момента, как лучше всего отсюда выбраться. Но если у папы получилось, значит я тоже смогу, не стоит переживать?!

А пока отец был далеко и спросить его я не могла, приходилось разбираться во всем самостоятельно. А подростку, не верящему в волшебство большую часть своей сознательной жизни, сделать это не так уж и легко. И с горем пополам мне удавалось переваривать мысли о летающих феях, гуляющих по улочкам неспешным шагом нимфах, грозных кентаврах, не менее грозных минотаврах и очаровательных маленьких человечках – лепреконах. И даже говорящие гуси в очках (елки-палки) ничуть не пошатнули моего спокойствия.

На площади было так много народа, что затеряться в толпе труда не составило. Но вот протиснуться куда-нибудь – не так уж и просто. В основном здесь были подростки, одетые преимущественно в серые одеяния, но встречались люди и в черных мантиях. Их было гораздо меньше, но они, похоже, этим только гордились и задирали носы, презрительно поглядывая на остальных. Все-таки, весьма неприятные личности.

Пока я пробиралась через многолюдную площадь, то внимательно прислушивалась к чужим разговорам. Про беглую опасную преступницу (то есть меня), к счастью, никто пока не говорил. Наверное, это был хороший знак, чтобы попытаться удрать из города, пока есть возможность, а не разгуливать по площади, на которой была вроде как сходка фанатов Гарри Поттера.

И снова проснулся внутренний голос и осуждающе зашептал:

«Зачем ты вообще пришла в город, велено же тебе было сматывать удочки в сторону портала?! Ну почему ты никогда никого не слушаешь?»

Я могла бы ответить длинной тирадой, что в тот момент была слишком голодна, одинока и напугана, и разум покинул меня вместе с надеждой на то, что случившееся – всего лишь дурной сон. К тому же, в глубине души я наделась увидеть Яна, ведь он жил в городе... Наверное.

«Ну и дура, поплатиться жизнью ради парня, который недавно тебя чуть не сожрал, потому что он оборотень!»

Остановившись у фонтана, чтобы перевести дух, я увидела там золотую рыбку, нежащуюся на большом сером камне. При этом местный воздух, похоже, ничуть не беспокоил рыбку, будто бы у нее вместо жабр были...

– Чего уставилась? – грубым мужским голосом просипела золотая крошка.

– Ой! – смутилась я и поспешила прочь.

А быть может, в моей жизни началась черная полоса? Ведь не случайно эти полосы вообще существуют. Возможно, все, что было в моей жизни «до», являлось самым замечательным временем, на которое зря было обижаться, а «после», то есть сейчас – моя расплата за прежние грехи?! Но за что? Я ведь не такая уж и плохая. А то, что с мамой часто ругаюсь, так это же всему виной подростковый переходный возраст. Не я сама! Так почему ж я здесь оказалась?

Но самым ужасным было то, что, если все забыть и начать с чистого листа, например, с того момента, когда я приехала в деревню, то скорее всего поступила бы точно так же. Вначале бы не поверила Мире, потом забыла закрыть калитку... И нет, чтобы спокойно сидеть и ждать бабушку и дедушку, так обязательно бы пошла проверить все самостоятельно. Затем Ян... Его образ не исчезал из моего сознания. Причем не тот, который хотел меня «сожрать», а добрый и ласковый, который нежно касался моей щеки, а потом отпустил домой. Я бы снова не ушла и в лучшем случае оказалась на этой же площади, а в худшем – в темнице.

Глупо скажете? Возможно, и глупо влюбиться в первого встречного (оборотня?), но сердцу ведь не прикажешь. Бросив меня в поле одну, он разбил мое сердце на мелкие кусочки, но некая волшебная сила склеила их вновь. Может быть, это судьба?

Обуреваемая подобными мыслями, я с трудом пробиралась через ярко-освещенную площадь мимо людей в серых и черных мантиях, толком не осознавая, куда именно держу путь. Нестор сказал, чтобы выбраться из города, мне нужно попасть в какой-то замок... Я огляделась в поисках чего-то, что напоминало указатель, но не увидела ни таблички, ни даже дорожного знака.

– Все по местам! – внезапно раздался женский, хорошо поставленный голос.

Он пронесся по площади как раскат грома, заставив содрогнуться каждого из присутствующих. Поняла я это, когда вздрогнула и испуганно начала озираться по сторонам, и тут обнаружила, что то же самое делают и другие люди. Мы искали источник шума, и он не заставил себя долго ждать.

Голос принадлежал высокой женщине средних лет, одетой в строгий темно-синий брючный костюм. Классический наряд для учительницы из моего мира. Пройди она мимо меня по школьному коридору, я даже не обратила бы на нее внимания.

– Я повторять дважды не стану, – строго произнесла она, шагая мимо остолбеневших людей. – Живо стройтесь рядами, или сегодня никто никуда не полетит.

– Какая суровая дама, – подумала я. Но, как оказалось, не просто подумала, а произнесла вслух. Причем в тот самый момент, когда женщина проходила мимо. Она остановилась, повернулась и так строго на меня, что по спине побежали мурашки. «Точно учительница», – подумала я и решила, что только указки не хватает, хотя постойте. Это что у нее в руке? Указка?

Я так внимательно разглядывала, что у женщины в руке, что даже не заметила, как люди рядом со мной стали пихаться и строиться. Передо мной появился просвет, и я сразу же шмыгнула в него. Очень удачно образовалась узкая дорожка, по которой я беспрепятственно смогла сбежать. Ну, если бы обстоятельства сложились немного иначе...

Не успела я порадоваться своему спасению, как лицом к лицу столкнулась с очень знакомой рыжеволосой девочкой с косичками, перевязанными зелеными ленточками. И я совершенно была не готова к такой встрече.

«Она видела меня! – мелькнула в голове неутешительная мысль. – Видела, меня с Нестором. Она знает! Знает, что я не из города! Я пропала!»

И тут же я представила, что случится дальше: стражники, темница, допрос, Леди... Я словно приросла к земле, не в силах пошевелиться. Впрочем, девочка тоже замерла на месте, явно неготовая к тому, что снова меня увидит, и, вполне возможно, размышляла над чем-то подобным. И сколько потребуется времени стражникам, чтобы прибежать на ее истошные крики?

– Ну и? – затаив дыхание, спросила я.

Люди продолжали толкаться. Они напирали сзади, спереди, по бокам, а мы стояли на самом проходе, словно статуи.

– Что «ну»? – поинтересовалась девочка.

И так напротив друг друга стояли мы не меньше минуты: я, не успевшая придумать план к отступлению, и она, внимательно меня разглядывающая. Интересно, что ее заинтересовало? Ведь я в отличие от нее не выделялась из толпы. Одета девочка была так же, как и большинство подростков, в серую, длинную до пят, мантию, за плечами у нее болтался темный кожаный мешок, а в руках был крепко зажат керамический чайник. Я не вру, самый что ни на есть чайник! Большой, пузатый с нарисованным на боку голубым слоником. «Ааа..!» – у меня просто не было слов.

И ладно с ней, с мантией, вид которой переносил в мир серого Гарри Поттера. Плевать даже на мешок, болтающийся за спиной и вызывающий противоречащую реакцию в отношении мира Гарри Поттера, пусть даже и серого, но чайник... «Чайник-то зачем? Зачем?» – мысленно кричала я.

– Построились по рядам! – снова и очень близко раздался громкий голос.

Строгая женщина шагала между рядами, и стоило мне повернуть голову, как я тут же встретилась с ней взглядом. Смотрела она в упор, словно хорошо меня знала и хотела что-то сказать. А быть может я просто казалась ей подозрительной?

Я отвернулась, но чувствовала затылком взгляд женщины. И не прошло пары секунд, как услышала:

– Как тебя зовут, девочка?

Ну конечно, иначе и быть не могло. Мне показалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ну вот и все...

– Нам пора, бежим скорее! – сдвинулась с места девочка с рыжими косичками и, схватив меня за руку, бесцеремонно уволокла за собой в толпу. Прямо перед это суровой женщиной. Не знаю, кричала ли та нам вслед, так как у меня внезапно загудело в ушах.

– Ты меня не выдашь? – уточнила я у девочки, когда мы отошли как можно дальше от женщины и протиснулись между какими-то эмоциональными подростками.

– Так я же тебе об этом и говорю! – кричал конопатый мальчик, размахивая руками.

– Да такого быть не может, – отвечала кудрявая девочка. – Ой, Забава, приветик.

– Привет, Рада, – улыбнулась моя знакомая и потянула меня в другую сторону. – Почему я должна тебя выдавать? – спросила девочка. – Ты разве преступница и сделала что-то плохое?

Я не сдержалась и глупо захихикала.

– Случилось жуткое недоразумение, – поспешно сказала я.

– Я так и подумала, – улыбнулась она. – Я давно знаю Нестора. Знаешь, если с человеком случается что-то нехорошее, это не значит, что он плохой. Просто обстоятельства так сложились...

Она определенно начинала мне нравиться.

На мгновение беспокойство сменилось успокоением. Все-таки мне определенно везло на друзей в этом мире. Сначала Ян освободил, потом Нестор пошел против сестры, а теперь эта рыжая девочка... Вот только не попали бы сами в беду из-за того, что решили мне помочь.

Из-за этих тревожных мыслей я не заметила, как мы оказались в медленно движущейся вперед очереди. Я не успела вовремя остановиться и врезалась в спину стоящего впереди подростка.

– Эй, поосторожнее, – недовольно произнес он. – Глаза тебе для чего? Смотри, куда идешь!

На мальчике была серая мантия, хотя черная ему явно подошла бы больше. Выглядел он довольно симпатично. Волосы короткие и темные, также темные глаза, ресницы длинные и пушистые, узкие губы.

Мальчик скорчил недовольную гримасу, будто я совершила самое жуткое преступление на свете. Не выношу таких противных мальчишек. Их я больше всего любила избивать на тренировках по самообороне, а вот Надя не разделяла моего вкуса и чаще всего предпочитала сражаться с симпатичными представителями мужского пола. Ну и что из того, что подруга чаще всего проигрывала? Зато какое эстетическое удовольствие получала...

– Извиниться не хочешь? – спросил парень таким тоном, что мне захотелось его ударить. – Вообще-то ты нарушила мое личное пространство.

«Чего-чего?» – возмутилась я.

– Прости, – против воли произнесла я и жутко за себя на это рассердилась.

Сегодняшнее столпотворение напоминало столичный метрополитен в разгар час пика. Интересно, в метро он тоже бы заговорил про личное пространство?

– В следующий раз будь осторожнее, раз стоишь за мной в очереди, – не унимался парень, при этом он вовсе не шутил. Вот ведь – противный парень. В дальнейшем я решила называть его именно так и никак иначе.

– Полицаи, полицаи... – прошелся по рядам встревоженный шепот.

– Кто? – довольно-таки громко спросила я.

– Ты что не местная? – подал голос «противный парень».

– Построились все! В последний раз говорю! – рявкнула строгая женщина. – Наши доблестные охранники города разыскивают очень опасную беглую преступницу, поэтому по приказу Леди велено всех вас досмотреть!

«Опоздала!» – мелькнула у меня в голове мысль. Наверное, на лице у меня появился неподдельный ужас, поэтому моя рыжая знакомая в качестве поддержки взяла меня за руку.

Холодок пробежал по спине, когда я увидела одного из полицаев: невысокий румяный мужчина в форме песочного цвета. На нем были коричневые сапоги, доходящие почти до колен и темная каска с козырьком. В руке он держал лист бумаги и периодически на него погладывал.

«Ориентировка!» – осенило меня, и я дернулась было в сторону, но моя знакомая крепко удержала меня за руку. Она мотнула головой, и я поняла, что, если попытаюсь сбежать, меня точно заметят и схватят. К тому же, как на зло, женщина только что объявила, что за поимку беглянки (то есть меня) Леди заплатит круглую сумму. Любопытство загорелось в глазах большинства присутствующих, и люди начали расспрашивать, как выглядит беглянка.

– Сто смирн – это же целое состояние, – присвистнул какой-то парень, стоящий неподалеку от нас.

– Каждый из вас может ознакомиться с портретом преступницы, если кто-то ее видел и может помочь в поимке, того ждет вознаграждение, – сказала женщина, и народ воодушевленно зашумел.

Чем ближе приближался ко мне один из полицаев, у которого на поясе поблескивал небольшой топорик, тем хуже я себя чувствовала. Подходя к девочкам, он внимательно всматривался в их лица, а потом показывал лист и что-то спрашивал. Кто-то качал головой, а кто-то долго рассматривал изображение и что-то отвечал.

«Так, главное не переживай, все будет хорошо, – тщетно пыталась успокоить я себя, но это не помогало. – Кого я обманываю? Мне конец, я пропала».

Я заметила, что до сих пор мы держимся с девочкой за руки, причем я вцепилась в нее с такой силой, что у той даже посинели пальцы. Я немного разжала руку и огляделась по сторонам. Парень, за которым я стояла теперь, повернулся боком и прищуренно на меня посматривал, словно в чем-то подозревал.

Я только и ждала сигнала: «Это она», как готова была поднырнуть под рукой мужчины, не забыв выхватить у него из-за пояса топорик, прокатиться по земле и броситься к самой дальней стене, где виднелся слабый просвет между домами. Вот только я не подумала о том, что за мной бросится больше половины площади... Так, на этот счет нужно срочно что-то придумать, но не успела я этого сделать, как мужчина ко мне обратился:

– Не видела ее?

Я с трудом сглотнула и взглянула на протянутую мне листовку. И мне потребовалось неимоверной выдержки, чтобы возмущенно не закричать: «И кто вообще составлял этот фоторобот? Я ведь совершенно на него не похожа!»

Девушка, изображенная на листке, была больше похожа на домовенка Кузю из советского мультика (реально – копия). Лохматая и чумазая, она (то есть я) действительно походила на преступницу. Глаза были черными и страшными, нос занимал собой пол-листа, а непропорционально длинные губы кривились в подобии улыбки. Я довольно-таки долго рассматривала это ужасное изображение, что полицай даже не выдержал и кашлянул.

– Не видела, – ответила я, отрываясь от портрета. – Но, если увижу, обязательно сообщу куда следует.

– Правильно, – ответил полицай и пошел дальше.

– Ты это видела?! – прошептала моя знакомая. – Ужас какой-то. Вот ведь поиздевались над образом.

– Ага, у меня фотография в паспорте и то лучше будет, – согласилась я.

Девочка прищурилась. Наверное, слово «паспорт» было ей не знакомо. Хотя, может быть, о фотографии она тоже ничего не слышала? Так или иначе девочка быстро вернула себе прежнее выражение лица.

– Я, кстати, Забава, – шепнула она.

У нее были очень красивые голубые глаза, которые не очень сочетались с ярким цветом рыжих волос. Зато подходили к слонику, изображенному на чайнике.

– Милый чайник, – пробормотала я.

Наверное, мне следовало представиться, как это сделала девочка, но я пока не определилась, стоит ли мне называть свое настоящее имя. Может быть назваться Надей или, например, кем-нибудь другим. Я ведь могла придумать себе любое имя, которое главное, потом не забыть. Итак, в детстве мне нравилось имя... Ну вот... забыла.

– Ой, спасибо... – заулыбалась Забава и принялась рассказывать мне о своей жизни, начиная чуть ли не с самого рождения.

И все было вроде как у всех – училась в школе, дружила с подружками, даже дралась с мальчишками... Кто бы мог подумать, что дети в волшебном мире тоже ходят в школу? Да и жизнь девочки не сильно отличалась от моей, но тут Забава произнесла:

– ...а месяц назад превратила лягушонка в чайник и решила, что пора попробовать пройти Выбор.

– Чего превратила? – не поняла я, тупо уставившись на чайник в руках знакомой.

Подумала, что ослышалась, но Забава потрясла пузатый чайник, и тот приглушенно квакнул.

«Лягушонок? – вихрем пронеслась у меня в голове мысль, – Это лягушонок? Чайник-лягушонок?» Но не успела я как следует над этим поразмыслить, а девочка, как ни в чем ни бывало, продолжила свой рассказ. И я снова погрузилась в нудную историю о том, как живется в волшебном мире среднестатистическому школьнику.

На вид Забаве было лет четырнадцать, но по рассуждениям я дала бы ей и того меньше. Это была наивная девочка, видящая в мире и людях только прекрасное. И так как спорить мне с ней не хотелось, пришлось молча слушать о том, какие же люди добрые и замечательные. Непроизвольно перед глазами проплывали образы моих учителей, не щадящих школьников домашними заданиями, нелюбимых одноклассников, ворчливой мамы с ее такими же дотошными правильными подругами.

А еще Забава мечтала о жизни полной приключений. И тут я не сдержалась.

– Ты поосторожнее с мечтами! – предостерегла я, по собственному опыту зная, что столь опасные мечтания, как внесение в жизнь чуточку интереса, до добра не доводят.

Но Забава беззаботно продолжала щебетать о своем детстве, о друзьях и домашних, а еще о том, как мечтает посмотреть мир и особенно попасть в страну фей.

«Ну вот еще одна...» – заметила я, вспомнив про Нестора. Сердце болезненно сжалось в груди, когда я представила, что мечты мальчика могут никогда не сбыться. И где он сейчас был? Поймали ли его стражники? Или он от них удрал и сейчас прятался в каком-нибудь подвале?

– Говорят, что они злые и коварные... – зашептала Забава. – Но я в это не верю...

– Ну и зря, – внезапно раздался мальчишеский голос и, повернув голову, я заметила, что «противный парень», стоящий впереди нас, повернулся и внимательно слушает наш разговор, причем, насколько я могла судить по его лицу, уже довольно долго. – Феи – это самые гнусные существа, ну быть может, хуже них только оборотни.

– Ничего подобного, – категорически мотнула головой Забава.

– Оборотни не плохие, – зачем-то встряла я.

Парень громко рассмеялся. Теперь на нас были обращены взгляды всех подростков, двигающихся с нами рядом по очереди.

– Вы что оттуда свалились? – фыркнул он и ткнул пальцем в зеленое небо и белое солнце.

– Знаешь что... – ревностно заспорила девочка.

И за полчаса диалога, а точнее монолога Забавы, я пришла к выводу, что обманчиво приняла свою новую знакомую за нежное и слабое создание, верящее во все чудесное и хорошее. В споре с «противным парнем», она доказала, что не так уж проста и наивна.

– С тобой невозможно разговаривать, – пробормотал он, когда Забава взяла секундную передышку. – Какой в школе была болтушкой, такой и осталась.

– Кто бы говорил, – не по-доброму прищурилась Забава. – Может быть, хочешь сказать что-нибудь в ответ?

А еще спустя пять минут, я поняла, что не только Забава болтушка, но и этот «противный парень». Причем оба такие упрямцы, что, споря друг с другом, чуть даже не подрались. Я в их разговор не лезла, но вдруг поняла, как сильно у меня разболелась голова от их болтовни.

– Разговоры, – произнесла строгая женщина, оказавшись рядом с нами. И снова этот пристальный взгляд... «Пожалуйста, идите дальше!» – попросила я мысленно, но женщина стояла напротив и не торопилась уходить. Зато Забава и «противный парень» тут же замолчали.

– Жуть, правда? – спросила у меня Забава, когда женщина все же ушла.

– А почему она на тебя так смотрит? – спросил «противный парень».

– Наверное, я жутко ей нравлюсь, – предположила я.

Забава хихикнула, а вот парень шутки не понял.

Полицаи покинули площадь, а эта женщина продолжала расхаживать между рядами и следить за порядком. Ей не нравился шум, поэтому она пресекала все разговоры. А еще следила, чтобы в очереди сохранялся порядок, но особенно пристально за шеренгой, где стояла я.

Я узнала, что называли ее Надсмотрщицей. Настоящего имени ее никто не знал. Когда-то она жила в замке и носила черную мантию, но случилось что-то ужасное, после чего женщина оказалась здесь. Теперь она носила строгий брючный костюм и в один из дней каждого года контролировала очереди перед отправкой в замок. Чем она занималась в оставшееся время – загадка. Она была как призрак – появлялась только в один единственный день в году и исчезала до следующего.

– Опять идет, – пробормотал «противный парень» и подозрительно на меня взглянул. – Так откуда ты? Я не припомню тебя в школе. Ты училась с нами?

– Много будешь знать, рано состаришься, – ответила я.

Забава улыбнулась, а парень фыркнул.

– Так ты не местная? – спросил другой мальчик из очереди. За спиной у него была косичка-жгутик, больше напоминающая крысиный хвост, и очень печальные глаза. – Привет, я Виктор. Я давно вас слушаю и вот все же не выдержал и решил вмешаться. Привет, Забава.

– Привет, – немного смущенно ответила девочка.

Я вспомнила, что Забава рассказывала про школу в их мире, где учились практически все будущие чародеи. Поэтому присутствующие на площади подростки так или иначе были знакомы друг с другом. Возможно, они даже сидели за одной партой или сталкивались случайно в коридоре.

– Ты меня, наверное, не помнишь, – произнес Виктор и тоже засмущался. – Мы ни разу с тобой не разговаривали и виделись мельком.

Забава пожала плечами.

– Тихоня-Виктор, – произнес «противный парень» и злорадно улыбнулся. – Кажется, ты пытаешься познакомиться с... девушкой... Я не верю своим глазам. Ну ясно нашел себе дурочку-феечку.

Виктор покраснел, как рак. А вот «противный парень» заливисто засмеялся над собственной шуткой.

– А ты, кажется, пытаешься быть тем еще придурком. Хотя нет, тебе и пытаться не нужно! – ответила я, и смех парня резко оборвался.

Зато в очереди рядом с нами оживились другие ребята.

– Это ты в точку попала, – хлопнул меня кто-то по плечу.

«Противный парень» наградил меня ненавистным взглядом и, поджав губы, холодно произнес:

– Откуда ты вообще такая взялась? Случаем не тебя ищут полицаи?

Возможно, сказал он это в шутку, хоть на его лице не дрогнул ни один мускул, но мне стало очень страшно. Особенно оттого, что рядом с нами остановилась Надсмотрщица и отчетливо услышала каждое слово. Итак, сейчас главное было не опростоволоситься.

– Случайно, нет, – спокойно ответила я, хотя внутри у меня все задрожало. – И... если ты не заметил, умник, один уже проходил здесь, но меня не забрал, не догадываешься почему? Хотя у меня создается впечатление, что ты не слишком блещешь умом.

– Осторожнее, детка, – прошептал он, кривя рот в улыбке.

Вот теперь я поняла, кого мне напоминал этот парень: моего одноклассника-мажора Макса Иванова. Правда, ростом он был повыше, да и на лицо посимпатичнее. К тому же, бесил он меня куда сильнее Макса.

– Прекратите, – попросила Забава, почувствовав напряжение. – Иначе нам влетит. Если Надсмо...

Забава замолчала так резко, словно внезапно потеряла дар речи. Надсмотрщица, почувствовав неладное, подошла к нам и испепелила каждого взглядом.

– У вас все хорошо? – осведомилась она, а когда мы дружно кинули добавила: – В таком случае постарайтесь вести себя тихо.

Пока мы стояли на площади, туда-сюда летали миниатюрные феи, то и дело кого-нибудь задевая по голове. Когда мы ехали в телеге с Нестором и его дедушкой, я сначала приняла их за птиц, но быстро сообразила, что это и есть легендарные феи – существа, которыми восторгается Забава. Больше всего они были похожи на куклы Барби, одетые в преимущественно зеленую одежду. Я задумалась над тем, бывают ли среди них мальчики и принялась с интересом разглядывать фей. Все равно куда лучше, чем пререкаться с «противным парнем».

– Жуткие создания, – нарушил молчание «противный парень», который явно не мог просто стоять молча. – Хорошо, что мы держим их в подчинении.

– Каким образом? – поинтересовалась я, хотя минуту назад твердо решила хранить молчание.

Из рассказов Забавы мне казалось, что феи – одаренные магические существа, а из рассказов «противного парня» – очень опасные и сильные. Услышать, что они в подчинении у кого-то, было более чем странно.

На мой вопрос ответил мальчик с косой челкой, стоящий радом с Виктором. Одна из прядок его челки была выкрашена в зеленый цвет и небрежно выбилась из остальных светлых, аккуратно-уложенных волос.

– Видишь, у них на талии золотой браслет? Это знак подчинения. Если увидишь фею без браслета, лучше с ней не связывайся.

Адресовав мне эту фразу, он многозначительно на меня посмотрел, словно был уверен в том, что из всех присутствующих именно я в ближайшее время начну крутить шашни с феями.

– А еще фея, не подчиненная магии чародеев, может принимать облик человека, – заметила Забава. – Говорят, что были такие случаи, когда они влюблялись и даже женились и сложно узнать, человек перед тобой или фея...

– Глупости все это! – отрезал «противный парень», и они с Забавой снова заспорили.

На этот раз спорили они так долго и увлеченно, что даже не обратили внимания на оклик Надсмотрщицы.

«Плохо дело!» – заметила я, когда женщина, грозно сверкая глазами, поспешила в нашу сторону.

– Эй, сладкая парочка, это я к вам обращаюсь! – крикнула она раз в пятый, и только после этого ребята, просверлив друг друга злобными взглядами, отвернулись друг от друга.

– А ты не боишься потерять силу? – обратился к Забаве Виктор. Может быть он хотел разрядить накаленную до предела обстановку? – Лично я очень боюсь, сколько тебе уже лет?

– Пятнадцать, – живо откликнулась девочка. – Я, конечно, могла подождать еще годок, но лучше не рисовать, мало ли...

– А, что ты смогла сделать? – спросил он, и Забава прямо-таки расцвела, подумав, что у нее появился новый слушатель.

«Ну что же – он вполне не дурен собой и ростом удался. А еще, в отличие от «противного парня» у него хороший характер, и он умеет слушать, не перебивая», – одобрила я.

Виктор явно проявлял к Забаве интерес, вот только она, кажется, этого не замечала и думала, что все дело в ее историях. Но я-то профи в подобных вещах... Ну, стала им не так давно. И ведь это же было очевидным. Забава, проигнорировав вопросы: «Есть ли у тебя друг?» и «Какие парни тебе нравятся?» взахлеб пересказывала свою длинную историю о чайнике и лягушонке.

А я до сих пор не могла себе представить, какого это бедному лягушонку стать чайником. Взглянув на посудину в руках Забавы и снова услышав тихое, но настойчивое «ква», у меня сердце кровью облилось.

– А, что чародейное умеешь делать ты? – в свою очередь обратился ко мне мальчик с косой челкой.

Ха, весьма хороший вопрос!

Единственное чародейное, что я могу сделать, так это не спалить квартиру, готовя блинчики или не постирать кота, вовремя проверив барабан стиральной машинки... Хотя постойте, это ведь никакая не магия, а элементарное «везение».

Вот и сейчас я снова начала сомневаться, что моя жизнь как-то может быть связана с волшебством. «Наверняка, это какая-то жуткая ошибка!» – думала я. На моем месте должна оказаться какая-нибудь другая девушка, например, Мира. Может быть, Ян нас просто перепутал?

А потом я вдруг подумала о том, куда именно отправлюсь – в волшебный замок, чтобы проверить свои чародейные силы. Забава вон лягушонка в чайник превратила, «противный парень» силой мысли двигал предметы, Виктор видел вещие сны, а мальчик с косой челкой понимал язык зверей. А что могла я? Жуткая паника начала расползаться по моему телу. И что я вообще творю? Куда я собираюсь ехать? Да меня на раз-два разоблачат и отправят на растерзание Леди: «Варись Алиса... Варись Алиса...»

– Ну... – протянула я. – Многое могу.

– Например, – встрял «противный парень». Его злорадству не было предела.

Но к счастью, от ответа меня спас мальчик с косой челкой, задумчиво произнеся:

– Выбор можно пройти только до семнадцати лет, всего раз в жизни. Если сегодня мы ничего не покажем, то сможем забыть о карьере чародея навсегда.

«Карьере чародея?» – повторила я про себя.

На мгновение мне показалось это даже забавным. Вот бы круто было прийти в свою школу и заявить: «Ну что сопляки, бойтесь меня, теперь я чародей». Ну и показать какую-нибудь бумажку. Ведь после прохождения этого Выбора давали же какой-нибудь сертификат?

А в следующее мгновение я представила, как одноклассники вызывают скорую помощь, и медики, подхватив меня под руки, тащат к машине. Таков мой реальный мир, а здесь... Здесь в городе, где живут кентавры, минотавры, нимфы и феи, никто бы не увез меня в психушку. Волшебство здесь было в порядке вещей.

«И как же я хочу домой. В мой нормальный мир, к нормальной жизни, снова стать серой мышкой...» – отчаянно пожелала я. А вдруг я вообще никогда больше не смогу вернуться домой?

– А что происходит после семнадцати? – спросила я, лишь бы поддержать разговор и отогнать от себя тоскливые мысли по дому.

– Если не пройти Выбор, сила уйдет навсегда, – самодовольно заметил «противный парень». – Конечно, она может покинуть тебя и раньше. Но после семнадцати можешь не надеяться на магию. В таком случае ты быстро состаришься и умрешь...

– Не пугай ее, – пригрозила девочка с золотистыми кудряшками на голове. Ее укладка была просто обалденной и в аккуратно закрученных локонах я не обнаружила ни одного торчащего волоска. – Не слушай его, – она обернулась ко мне и добродушно улыбнулась, словно я была тяжелобольным пациентом, а она заботливой медсестрой. – От этого никто еще не умирал. Сила либо останется у твоей матери, либо у тебя. И это никак не скажется на здоровье и, тем более, на жизни.

Я открыла было рот, чтобы сообщить, что моя мама не чародейка, а обычная домохозяйка, которая уж точно не обладает никакой силой, разве что только громко кричать на свою дочь, если та не приберется у себя в комнате, не помоет посуду или забудет покормить кота. Примечательно, что при этом мама еще ни разу не сорвала голоса. «Может она и вправду наделена магией?» – призадумалась я.

К счастью, снова заговорил «противный парень», избавив меня от неловкого момента – придумывать новую ложь.

– Майя, так ты веришь в этот бред? А я думал, ты умнее этих, – он, кивнул на меня и Забаву. – Хотя, если честно, я не сильно удивлен. Ты всегда отдавала предпочтение ущербным и недостойным тебя.

Мы неспешно продвигались вперед. Людей на площади было так много, что я не сомневалась, что в очереди мы простоим довольно долго. А потом я представила набитый автобус, вспомнила, как каждое утро в час пик езжу в школу, чувствуя на своем лице чью-то руку, а на животе сумку или рюкзак, и помрачнела. Школа. «А вдруг я все же не успею вернуться к первому сентября?» – испугалась я.

– Рассаживайтесь быстрее! – прогремел на всю площадь знакомый женский голос.

– На чем мы поедем? – спросила я, выглядывая из-за спины впередистоящей высокой девушки. Вряд ли в этом мире были автобусы или маршрутки... Может быть какая-нибудь телега?

– О чем это ты? – удивленно спросил Виктор. – Ясное дело на чем.

Толпа впереди немного рассеялась, и я увидела, на чем нам предстояло ехать. А как увидела, так и осталась стоять с вытянутой шеей и открытым ртом. Это были не автобус, не маршрутка и даже не такси!.. Чувство сорваться с места и убежать, куда глаза глядят, было настолько сильным, что, когда меня нечаянно толкнул парень с косой челкой, идущий следом в очереди, я инстинктивно дернулась и отпрыгнула в сторону.

– Ты чего? – изумился он моей реакции. Я очень медленно повернула голову и в ужасе посмотрела на то, что должно было нас везти.

Думая об автобусе, я никак не представляла увидеть на его месте рычащих лохматых монстров с красными глазами. А люди, как ни в чем не бывало, забирались на спины зверей с радостными воплями, словно они находились в парке аттракционов и выбрали самую интересную карусель... И почему же меня ни на не мгновение покидало чувство, что мой аттракцион – американские горки?

– Давай же, идем! – Забава схватила меня за руку и потащила вперед.

Я упиралась, но ей помог парень с косой челкой. Они вдвоем тянули меня за собой, а я, словно баран, упиралась и отказывалась идти. Смотреть на монстров с горящими красными глазами, острыми зубами и когтями было – одно, но садиться на них верхом... Нет уж, увольте.

– Нет! – выкрикнула я. Внутри у меня все затряслось. Вроде бы никто не боялся и мне тоже не нужно было этого сделать, но я не смогла с собой ничего поделать. Инстинкт самосохранения подсказывал – беги. И я побежала. Вырвавшись из рук ребят, дала деру.

Я слышала за спиной крик Забавы и возгласы ребят из очереди, но остановиться была не в силах. Голова закружилась, а перед глазами замигали темные мигающие точки. Мне раньше никогда не приходилось падать в обморок, и я не знала, что этому должно предшествовать... До этого самого момента.

Не знаю, как долго я была без сознания, но, открыв глаза, обнаружила, что на площади еще полным-полно народа. Я сидела возле стены. Кто-то проявил благородство и оттащил меня в тень, а не оставил валяться в центре площади.

«Неужели я хлопнулась в обморок?» – удивилась я. Со мной подобного не происходило класса эдак с... В общем, на моей памяти этого вообще никогда не происходило.

– Как себя чувствуешь? – спросил кто-то, и я резко повернула голову.

Рядом со мной сидел парень, словно сошедший с картины какого-нибудь талантливого художника. У него были длинные распущенные серебристые волосы, греческий нос, большие карие глаза, высокие скулы, выраженный подбородок и тонкие губы. А пока я его разглядывала, пытаясь найти на этом прекрасном лице хотя бы один изъян, он протянул мне небольшой сверток.

– Что это? – прошептала я, с трудом отводя взгляд от его лица.

– Это лед. Приложи к щеке, станет легче. У тебя, видимо, тепловой удар случился... – ответил он, и я услышала какой же у него чудесный мелодичный голос. Словно струны арфы прозвучали... «Ой, ну что я мелю? Как будто я знаю, как звучит арфа...» – осадила я себя и вспомнила, что на самом деле однажды слышала ее, причем вживую.

Я взяла лед, обернутый в платок, приложила к виску и зачем-то снова принялась разглядывать незнакомца. Но чтобы не предстать перед ним влюбленной дурочкой, поспешно отвернулась.

– Да-да, видимо, тепловой удар, – кивнула я. На самом деле, я бы ни за что не призналась, что просто испугалась. Да и вообще, где это видано, чтобы от страха падали в обморок?

– Может быть, тебя проводить, где ты стояла? – заботливо поинтересовался он, и я снова на него посмотрела и снова не смогла оторвать взгляда.

– Спасибо за помощь... И за лед... – промямлила я. – И за платок, в который завернут лед...

Ой, ну что же это такое. Так, нужно поставить все точки над «i» и сразу дать понять, что я вполне адекватная и умею говорить нормально. И меня ничуть не смущает этот красавец. Ой, он что коснулся моей руки?

– Давай все же помогу, – он поднялся на ноги и попытался поднять меня.

– У меня вообще-то есть парень! – строго сказала я и резко выдернула руку. – Не трогай меня.

Ну вот, теперь он точно смотрит на меня как на глупую. И какая муха меня вообще укусила? Он же просто хотел помочь, а я... «Вот ведь дура!»

– Прости, я... – он не мог подобрать слов. Впрочем, будь я на его месте, повела бы себя точно так же. Правильно говорят: «не делай добра, не получишь зла».

Парень попятился назад.

– Ой, я не то хотела сказать, – спохватилась я. – То есть не в том тоне. Ты мне, правда очень помог... Видимо, во всем виноват удар. На самом деле я не такая...

Я попыталась подняться на ноги, и получилось у меня это не сразу. При этом парень смотрел на меня с сочувствием, явно хотел помочь, но словно бы боялся, что я снова ему резко отвечу. В конечном счете, он не выдержал и все же подал мне руку.

– Я очень рад, – искренне произнес он.

Кто-то громко крикнул, и парень обернулся. Его очередь как раз подходила, и машущие ему друзья стояли в паре метров от помоста, откуда улетали кровожадные звери.

– Хочешь с нами? – предложил он. – Ты, наверное, пропустила свою очередь.

– Вовсе нет, – покачала я головой. – Я лучше вернусь к своим, а ты иди. И спасибо еще раз. Я чувствую себя гораздо лучше.

– Ладно, увидимся, – обворожительно улыбнулся он и ушел.

Провожая взглядом его фигуру, облаченную в черную мантию, я подумала, что среди этих самодовольных типов встречаются и хорошие люди.

А еще я, конечно же, пропустила свою очередь, но желая оттянуть момент посадки на кровожадного монстра, уверенно зашагала к концу площади.