Макс и Ко

Визг тормозов, глухой удар, хруст пластика и… темнота.

Вот так банально и обрывается моя сюжетная линия. Мне сорок лет. У меня пивной животик, хронический недосып, куча неоплаченных счетов и статус писателя-неудачника. Я всегда думал, что конец будет более драматичным. Ну знаете, перестрелка с мафией, героическое спасение блондинки, на худой конец, метеорит. Я всегда мечтал написать бестселлер, но издатели только смеялись над моими рукописями. А по факту, мокрый асфальт, ослепляющие фары встречной фуры и абсолютная пустота.

Бездарный финал для бездарной книги под названием «Моя жизнь». Мой внутренний критик даже сейчас недовольно качает головой, отмечая избитость сцены. Никакой интриги. Никакого пафоса. Просто титры. Я даже не успел удалить историю браузера, о чём жалею больше всего.

Но вместо белого света в конце туннеля или жаркого адского пламени меня встретил холодный ветер. Он ударил в лицо, выбивая остатки мыслей. Я открыл глаза и понял, что лечу вниз. Прямо на грязный деревянный пирс.

Дождь хлестал по щекам, в нос ударил резкий запах соли, ржавчины и гниющих водорослей. Я инстинктивно сгруппировался, ожидая, что сейчас мои старые кости разлетятся в труху. Приготовился к невыносимой боли, к хрусту позвоночника и долгой коме. Но приземление вышло на удивление мягким. Точнее, жёстким, но без мерзкого хруста, который обычно сопровождает падение сорокалетнего мужика с высоты.

Пока я летел, мой взгляд зацепился за странную деталь. В густой тени между массивными металлическими контейнерами на берегу притаился сгусток абсолютного мрака. Это был жуткий силуэт, из которого на меня смотрели два ярких янтарных глаза. Они светились так пронзительно, что по спине пробежал холодок. Я готов был поклясться, что эта тень живая и разумная. Но стоило мне с грохотом свалиться на мокрые доски пирса, тень бесшумно растворилась в воздухе, словно её и не было.

Я лежал на спине, жадно глотая сырой воздух. Надо мной возвышалось странное небо. Оно не было чёрным или серым. Оно переливалось неоновыми всполохами, отражая зарево какого-то колоссального мегаполиса на горизонте. Высоко в облаках парили конструкции, похожие на корабли, а воздух гудел от вибрации невидимых механизмов.

— Эй, ты живой? — раздался сверху неуверенный голос.

Я с кряхтением приподнялся, потирая ушибленный бок, и сфокусировал зрение. Передо мной стояли двое подростков. У обоих в руках были самодельные удочки. Они таращились на меня так, будто я только что вылупился из яйца дракона.

Я моргнул, потом ещё раз. Галлюцинации не пропадали.

Первый парень был похож на ходячую гору зелёных мышц. Выступающие клыки, массивные плечи, грубая рабочая одежда, испачканная каким-то маслом. Классический орк из бульварного фэнтези, только в антураже промышленного района. Второй выглядел полной его противоположностью. Утончённый, бледный, с острыми ушами, торчащими из-под капюшона нелепо чистого плаща. Типичный эльф из романов про магические академии.

Эльф и орк мирно рыбачат на грязном пирсе на фоне неонового киберпанка?

Я усмехнулся. Мой угасающий мозг решил напоследок смешать Толкина, фильм про безумного Макса и дешёвое аниме про попаданцев. Какая безвкусица. Видимо, я сейчас лежу в реанимации, подключённый к аппаратам жизнеобеспечения, а моя подкорка генерирует этот бредовый кроссовер от нехватки кислорода.

— Дядь, ты с неба упал, — констатировал зелёный качок, почёсывая затылок свободной рукой. — Ушибся сильно?

— Я тебе не дядя, Шрек, — буркнул я, пытаясь встать.

К моему величайшему удивлению, тело послушалось мгновенно. Спина не заныла, колени не хрустнули, поясницу не прострелило привычной болью. Я легко вскочил на ноги, чувствуя невероятную лёгкость во всём теле.

— Меня зовут Грол, — обиженно прогудел орк, переминаясь с ноги на ногу. — А Шрека я не знаю. Это из соседнего квартала парень?

— А я Лициус, — учтиво кивнул эльф, поправляя свой белоснежный плащ. — Вам точно не нужна помощь лекаря? Вы материализовались прямо из воздуха, нарушив базовые законы пространственной магии.

— Лекаря оставьте себе, ботаники, — отмахнулся я и подошёл к краю пирса.

Мне срочно нужно было умыться и прийти в себя. Вода внизу казалась густой и зеленоватой, покрытой радужной плёнкой мазута, но выбирать не приходилось. Я зачерпнул ледяную жижу руками, обильно плеснул в лицо и посмотрел на своё отражение в неверном свете неоновых ламп.

Из воды на меня смотрел незнакомец. Точнее, это был я, но лет двадцать назад. Никаких мешков под глазами от бессонных ночей за ноутбуком, никакой намечающейся лысины. Густые тёмные волосы, острые скулы, гладкая упругая кожа. Я сжал кулаки. Мышцы налились силой, тело буквально звенело от переполняющей его энергии. Я осторожно потрогал свой живот сквозь мокрую рубашку. Пресс. Настоящий, твёрдый пресс вместо привычной пивной подушки, которую я ласково называл комком нервов.

Я снова усмехнулся, утирая мокрое лицо рукавом. Штамп номер раз. Самая заезженная классика жанра про попаданцев. Омоложение, новая жизнь, новое красивое тело. Ну, раз уж это мой предсмертный сон, почему бы не насладиться им на полную катушку? Если мой умирающий мозг решил выдать мне такой шикарный бонус перед окончательным отключением, я точно не собираюсь жаловаться. В кои-то веки я чувствую себя на все сто.

Идиллию нарушил резкий лязг металла. Звук шагов по мокрым доскам заставил меня обернуться. Из-за тех самых контейнеров, где недавно пряталась жуткая янтарноглазая тень, вырулила весьма колоритная компания. Местная уличная шпана, идеальная массовка для первой обучающей боевой сцены.

И это, как вы понимаете, штамп номер два.

Их было четверо. Два мелких уродца, явно гоблины, с ржавыми металлическими пластинами прямо на лицах и проводами, торчащими из затылков. Один тощий долговязый тролль, похожий на ожившую бетонную сваю с маленькими злобными глазками. И главарь банды, обычный человек с уродливой татуировкой на пол-лица в виде кривой шестерёнки.

Главарь вальяжно подошёл ближе, сплюнул на доски пирса светящуюся неоновую жвачку и криво усмехнулся, демонстрируя железные зубы.

— Ну надо же, какие люди в нашем болоте, — протянул он хриплым прокуренным голосом, угрожающе поигрывая массивным гаечным ключом. — Остроухим неженкам из Верхних ярусов нечего делать в нашем мусорном районе. Вы заблудились, девочки? Или пришли раздавать милостыню беднякам?

Лициус заметно побледнел (хотя куда уж дальше?!), его руки задрожали, и он пугливо попятился назад. Грол, напротив, сурово нахмурился и сделал решительный шаг вперёд, заслоняя хрупкого эльфа своей широкой зелёной спиной.

— Мы просто ловим рыбу, Ржавый, — низким басом ответил орк, до хруста сжимая огромные кулаки. — Мы никого не трогаем. Не ищи проблем там, где их нет.

— Проблемы уже нашли вас, зеленокожей мусор, — злобно оскалился Ржавый, кивнув своим приспешникам.

Гоблины радостно захихикали, а тролль глухо зарычал. Банда начала медленно брать нас в полукольцо, отрезая путь к отступлению.

Я стоял немного в стороне и наблюдал за происходящим с профессиональным интересом скучающего писателя. Сцена была прописана до боли топорно. Мотивация уличных злодеев находилась на уровне куска мыла, диалоги казались невероятно картонными и фальшивыми. Автору этой галлюцинации явно не хватало таланта. Но раз уж я здесь главный герой, пора брать инициативу в свои руки и спасать этот убогий сюжет.

— Извините, господа бандиты, — громко и чётко сказал я, привлекая их внимание и выходя вперёд. — Вы не подскажете, где здесь кнопка выхода в главное меню? А то ваш дизайн уровней и диалоги оставляют желать лучшего. Я хочу написать жалобу разработчикам.

Ржавый остановился, уставившись на меня с искренним непониманием. Гоблины озадаченно переглянулись, их металлические импланты тихо зажужжали.

— Ты ещё кто такой, клоун? — прорычал главарь, перехватив гаечный ключ поудобнее. — Тебе жить надоело?

— Я ваш новый сюжетный поворот, — нагло заявил я, делая ещё один шаг навстречу вооружённой толпе. — И поверьте моему писательскому опыту, вы очень не хотите знать, чем обычно заканчиваются подобные сцены для безымянных второстепенных персонажей.

Грол снова попытался уладить всё миром. Он поднял руки, показывая пустые ладони, словно хотел успокоить диких зверей.

— Давайте просто разойдёмся, — басом произнёс орк, пятясь назад. — Нам не нужны проблемы. Мы просто идём домой.

Но Ржавый не собирался разговаривать. Главарь резко выкинул кулак вперёд и подло ударил орка в челюсть. Удар вышел глухим. Грол покачнулся, отступая на шаг и мотая головой. Гопники радостно загоготали, готовясь запинать растерянного здоровяка и его остроухого друга.

Я же с восторгом понял одну вещь. В этом теле у меня были отличные рефлексы. Я чувствовал каждую мышцу, каждое движение давалось легко и непринуждённо. Радикулит и боль в пояснице исчезли без следа. Будучи уверенным в своей безнаказанности, я бесцеремонно вклинился в потасовку.

Это же мой сон, верно? В своих снах я могу делать всё, что захочу. Я главный герой этого сюжета.

— Эй, Ржавый, у тебя шнурки развязались, — весело бросил я, вставая между ним и орком.

Главарь рефлекторно опустил взгляд. В эту же секунду я отвесил ему такую оплеуху, что звук эхом разнёсся по пирсу, перекрывая шум дождя. Ржавый взвыл от неожиданности и обиды. Его лицо перекосило от злости. Он замахнулся на меня арматурой, целясь прямо в голову.

Но я лишь ухмыльнулся и вспомнил секцию дзюдо из прошлой жизни, куда ходил ещё в школе. Тело само сделало нужные движения без усилий. Я перехватил его руку, подвернулся и сделал бросок через бедро. Главарь с хрустом впечатался спиной в доски пирса. Из его лёгких вырвался тяжёлый и, я бы сказал, недоумённый, хрип. Он остался лежать, пуская пузыри и хватая ртом воздух.

Остальные гопники замерли в замешательстве. Их импланты растерянно жужжали и искрили. Они не ожидали такой прыти от парня в промокшей одежде. Я даже немного разочаровался. Настоящие злодеи должны нападать толпой, а эти стоят столбами и ждут своей очереди.

Но шок длился недолго. Гопники дружно достали ножи, ситуация начала накаляться. Я уже приготовился раскидать их всех по правилам жанра, но тут вмешался Лициус.

Эльф дрожащими руками выхватил из-под плаща странное оружие. Это была смесь старинного мушкета и бластера из фильмов. Ствол угрожающе гудел, переливаясь маной (по-другому эти блестящие завихрения и не назвать).

— Назад! — пискляво крикнул Лициус, целясь в толпу. — Я буду стрелять!

И тогда шпана замерла. Одно дело избивать рыбаков, совсем другое, лезть на боевую магию. Гопники подхватили стонущего главаря под руки и трусливо ретировались, растворяясь в темноте между контейнерами.

В этот самый момент вдалеке раздался гудок. Из тумана вынырнул экипаж без колёс. Он парил над землёй, издавая тихий гул. Из открытого окна высунулся ушастый водитель в униформе.

— Господин Лициус! — гаркнул он голосом, полным тревоги. — Быстрее к машине!

Эльф виновато посмотрел на Грола, торопливо пряча пистолет обратно под плащ.

— Прости, Грол, — сбивчиво забормотал Лициус, пятясь к экипажу. — Если Стража застукает меня здесь, отец убьёт. Тебе тоже лучше уйти.

Я возмущённо фыркнул. Вот он, классический штамп. Богатый друг бросает бедного товарища отдуваться за проблемы. Я ждал, что орк разозлится, назовёт его трусом и предателем, но Грол лишь добродушно махнул рукой.

— Беги давай, уши оторвут, — прогудел орк, потирая челюсть.

Я мысленно поставил галочку в голове. Значит, социальное неравенство здесь воспринимается как норма. Эльфам можно всё, а оркам остаётся только получать по лицу. Лициус ловко запрыгнул в антиграв. Машина бесшумно взмыла в небо и исчезла в облаках.

Как только она улетела, адреналин начал отпускать Грола. Сказался удар гопника и стресс. Орк внезапно потерял равновесие. Он смешно закатил глаза, нелепо взмахнул руками и с плюхом свалился с края пирса прямо в воду дока. Брызги полетели во все стороны.

Я хлопнул себя ладонью по лбу.

Серьёзно? Мой первый квест заключается в том, чтобы вытаскивать орка из лужи? Сценаристы моей комы халтурят и экономят бюджет. Могли бы придумать испытание поэпичнее, например, битву с драконом.

Я со вздохом подошёл к краю пирса и прыгнул следом за ним.

Вода оказалась ледяной. Она омерзительно воняла мазутом, рыбой и химией. Я нащупал Грола под водой, схватил его за воротник спецовки и с трудом потащил на берег, ругаясь про себя.

Мы наконец выбрались на сушу. Грол откашливался водой, пытаясь прийти в себя. Он смущённо посмотрел на меня, вытирая лицо рукавом куртки.

— Спасибо, — прохрипел он, тяжело дыша. — Я плавать не умею.

Я стоял рядом, брезгливо отжимая рубашку от жижи.

— Не умеешь плавать, не тусуйся на пирсе, — саркастично заметил я. — Это же базовое правило выживания второстепенных персонажей. Тебя что, не учили основам сценарного мастерства? Если на стене висит ружьё, оно выстрелит. Если ты стоишь у воды и не умеешь плавать, ты обязательно упадёшь.

Грол непонимающе заморгал. Мои слова прозвучали для него как иностранная речь. Но он был явно впечатлён моей дракой с гопниками и спасением из воды.

— Я теперь обязан тебе жизнью, — серьёзно заявил орк, поднимаясь на ноги. — Откуда ты вообще взялся? У нас в Гетто мало парней без имплантов. Ты дерёшься как демон из легенд.

Я усмехнулся. Всё ещё веря, что общаюсь с плодом своего сознания, я решил подыграть персонажу. Театрально раскинул руки в стороны, принимая пафосную позу.

— Я, мой друг, прибыл из другого мира! — провозгласил я, глядя в небо. — Трагически погиб в аварии и реинкарнировал тут, чтобы сломать вашу стилистику и навести шороху!

Я ждал, что орк рассмеётся или растворится в тумане. Заиграет музыка, пойдут титры, и я проснусь в палате. Но лицо Грола внезапно стало серьёзным. Даже испуганным. Он нервно оглянулся по сторонам, словно ожидая удара в спину.

Орк подошёл ко мне вплотную и понизил голос до шёпота.

— Ты, Закидыш? — выдохнул он, широко раскрыв глаза. — Бездна. Если тебя найдут Ищейки Высших Домов, они пустят тебя на реагенты или запрут в лабораториях до конца дней. Нам нужно уходить отсюда, пока нас не засекли.

Я замер. Его слова прозвучали пугающе и правдоподобно. Я вдруг почувствовал, как ветер пробирает меня до костей. Одежда противно липла к телу, заставляя дрожать. Боль в боку, о которой я на время забыл, стала пульсирующей, острой и слишком настоящей. Каждая царапина на руках горела и щипала от воды.

До меня начало медленно, с нарастающим ужасом доходить. Это совершенно не похоже на сон. Сны не бывают такими холодными, мокрыми и болезненными. Запахи мазута и рыбы не могут быть настолько реалистичными. Мой внутренний писатель впал в панику, осознавая масштаб проблемы. Я не в коме. Я застрял здесь по-настоящему.

— Я отведу тебя к бате, — решительно заявил Грол, хватая меня за плечо ручищей. — Борг умный, он точно знает, что делать в таких ситуациях.

Я молча кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Моя самоуверенность мгновенно испарилась, оставив после себя лишь страх.

Добро пожаловать в реальность, Макс. И кажется, эта реальность с самого начала планирует тебя убить.