Маленькие кусочки смерти

Ноте, которая не любит ужасы)

Первое, на что Олег обратил внимание, когда она вошла в его кабинет, были, конечно, ее глаза. "Глаза ведьмы", – подумал он, загипнотизированный ее пронзительным взглядом. Один глаз был зелёный, другой карий, ничего сверхъестественного, редкое, но известное явление под названием гетерохромия. Тем не менее было что-то во взгляде этих глаз, что заставило Олега, человека науки, а не веры, подумать так, как он подумал.

Их зрительный контакт прервался довольно быстро, хотя Олегу и показалось, что он длился чересчур долго. Посетительница представилась и попросила называть ее просто Лена. Затем перевела взгляд на дипломы в рамке, висящие на стене. Ее губ, лишь слегка тронутых помадой, так же едва коснулась улыбка.

– Впечатляет, – произнесла она своим немного хрипловатым голосом. – Учитывая ваш возраст, вы уже многого добились. Доктор психологии и все дела.

– Полагаю, то же самое можно сказать и про вас, – ответил Олег, жестом предлагая ей сесть.

– Вы навели обо мне справки, не так ли? – Лена расположилась в кресле, закинув ногу на ногу. Ее красное платье было не слишком длинным и не слишком коротким. Оно было таким, каким нужно.

– Ничего особо не пришлось наводить, ваше имя сейчас на слуху, к вам приковано внимание всей прессы, – сказал Олег, устраиваясь напротив за своим рабочим столом.

– Ну, тогда вы в курсе, что далеко не все считают, что я чего-то добилась сама. Мой отец – да, а я... Просто богатая наследница, – в ее голосе прозвучало нечто похожее на разочарование. В ком именно она была больше разочарована, в себе или в других, сказать было сложно.

– Однако, насколько мне известно, вы многое делаете, чтобы доказать обратное, – заметил Олег.

Наступила пауза. Лена в задумчивости смотрела в окно, Олег смотрел на нее, откинувшись на спинку кресла и прикидывая, с чего лучше начать. Он незаметно снял под столом ботинки, которые ему жутко тёрли и с наслаждением погрузил ступни в мягкий ковер.

– Могу я спросить, почему вы выбрали именно меня? – нарушил наконец молчание Олег. – Ведь...

– Ведь у меня такой большой выбор, а я пришла к человеку, который вовсе не является постоянным психологом у живущих где-то в престижном районе, – прервала она его с усмешкой. – Тем не менее, вы профессионал. И вы именно тот, кто нужен, чтобы я могла, не привлекая к себе излишнего внимания, совершать свои визиты в эту часть города.

– Понимаю, конспирация, – кивнул Олег. – Сейчас, когда вы под пристальным контролем, это важно.

– Именно. И дело не столько в прессе, сколько в людях, которые хотят избавиться от меня и разрушить все то, что с таким трудом создавал мой отец, – в ее глазах сверкнула ярость, пальцы впились в подлокотники кресла. – Если они узнают, что у меня проблемы...

– Не узнают, не волнуйтесь, – успокаивающе поднял ладонь Олег. – Все, что будет сказано в этой комнате, умрет вместе со мной. Клянусь.

Лена слегка расслабилась.

– Один человек, которому я доверяю, говорил о вас много хорошего. Поэтому я здесь. Все слишком странно. Настолько странно, что я боюсь, что...

Она запнулась. Теперь в ее взгляде была беспомощность.

– Не бойтесь, – психолог открыл ящик стола и зашуршал в нем. – Хотите мармеладных мишек?

Лена недоуменно посмотрела на него:

– Что, простите?

– Мишки, тут зелёные, красные и жёлтые. Выбирайте на свой страх и риск, потому что если вы подумали, что раскусили их, они могут вас удивить, – Олег подмигнул своей клиентке.

Лена рассмеялась.

– Серьезно, это ваш метод? Неужели работает?

– Безотказно, – с самым серьезным видом сообщил Олег.

– Ладно. Я выбираю красный, – она снова пронзила его взглядом своих удивительных глаз и он почувствовал, что его сердце забилось быстрее. Он откашлялся и протянул ей пакет. Она извлекла красного медвежонка, повертела в пальцах и, прошептав: "Ну, удиви меня", откусила ему голову. Медленно прожевав, произнесла:

– Клубника, как я и думала.

– Жаль, что не удалось вас удивить, – вздохнул Олег.

– Нет, вам удалось, – улыбнулась Лена. Снова наступило молчание, затем богатая наследница внезапно спросила:

– Скажите, вы верите в призраков?

Олег скользнул взглядом по циферблату часов в виде кота, которые стояли перед ним на столе и отсчитывали оставшееся им время. Затем медленно, словно взвешивая каждое слово, проговорил:

– Как это ни странно, верю. Но только в тех, что живут у нас в голове.

– Вот как. Что ж, у меня их видимо там переизбыток, потому что я готова поверить и в тех, что обитают снаружи, – нервно усмехнулась Лена. И не дав ему ответить, быстро продолжила:

– Все началось около двух месяцев назад. Я только вступила в новую должность, у нас было совещание, мы обсуждали, что будем делать теперь, когда отца больше нет. Было шумно. Один из акционеров компании внезапно перестал говорить и посмотрел на меня и я вдруг поняла, что его глаза изменили цвет. Из голубых они стали черными. Черными и голодными. Эти глаза, они словно хотели меня... съесть. Потом внезапно к ним вернулся прежний цвет, а этот человек продолжал как ни в чем не бывало отстаивать свою точку зрения. Никто не обратил на произошедшее внимания, словно ничего и не было. Но я видела этот взгляд и он напугал меня до смерти.

– Это не могла быть игра света? Заранее знаю, что вы скажете, но я обязан спросить.

– Учитывая, что происходило в дальнейшем, нет, не могла.

– Тогда, прежде, чем вы продолжите, ещё вопрос. Какие у вас отношения с этим акционером? Вы с ним конфликтовали?

– У нас с ним разные точки зрения на то, как должен развиваться бизнес в дальнейшем, – признала Лена. – Но мы не враги. Есть те, с кем договориться в принципе невозможно. Этот человек к ним не относится.

– Прошу вас, продолжайте, – доверительным тоном произнес психолог.

– Я выкинула это из головы, работы было по горло, а спустя два дня, моя секретарша, Соня... Она зашла ко мне по поводу отпуска, я попыталась объяснить ей, что сейчас нам нужен каждый человек и не могла бы она пойти навстречу, в конце концов, я всегда шла навстречу людям, в независимости от занимаемой ими должности... И вот уже она смотрит на меня этими чужими глазами. Смотреть в них, все равно что смотреть в бездну. Она затягивает тебя.

– Вы не знаете никого, у кого был бы такой цвет глаз? – спросил Олег.

– Мне кажется, таких глаз в принципе не существует в природе, – нервно усмехнулась Лена. – Их словно кто-то вырезал из самого мрака.

– А какого цвета глаза были у вашего отца? – внезапно спросил Олег.

Наследница миллионов в изумлении уставилась на него:

– А при чем тут мой отец, доктор Фрейд?

– Вообще, я больше поклонник Юнга, – мягко улыбнулся Олег. – Впрочем, и тот, и другой были правы лишь отчасти. Как и все мы. Понимаете, я не привык ходить вокруг да около. В этом мой метод. Я хочу заставить клиента думать, а не думать за него. Эти глаза стали мерещиться вам вскоре после смерти отца и после того, как вы заняли его место, взвалили на себя его ношу. Поэтому, мне интересно, не его ли это глаза следят за вами, чтобы вы не натворили ошибок. Не буквально, конечно, а в переносном смысле.

– Какая интересная теория... – протянула Лена. – У моего отца были добрые глаза. Темные, да, но не настолько. Они никогда не смогли бы напугать меня.

– Разумеется, нет, но ведь это не его глаза пугают вас. Это просто ваш страх, что вы не справитесь со своими обязанностями и подведете вашего покойного отца. Я думаю, вы меня прекрасно поняли, – в голосе Олега впервые промелькнуло некое самодовольство.

– Браво, браво, док, не прошло и пяти минут, а вы уже разобрались с моей проблемой, – язвительно произнесла Лена. – Не зря столько дипломов понавесили.

– И все же, я бы хотел, чтобы вы подумали о том, что я... – начал несколько уязвленный Олег, но клиентка прервала его:

– Спустя ещё дня три было одно публичное мероприятие. Вокруг меня было полно журналистов, поклонников и хейтеров. В какой-то момент их стало слишком много. Один из моих телохранителей начал теснить толпу, а другой, Борис, внезапно схватил меня за руку и потянул. Он сделал мне больно. Я вскрикнула и сказала, чтобы он умерил свой пыл. Но он продолжал тянуть, хотя в этом не было никакой необходимости. Его глаза были совершенно пусты, словно он был под гипнозом. Я взглянула на его руку, сжимающую мое запястье. И это была не его рука. Бледная, тощая и холодная, похожая на руку мертвеца, при этом очень сильная. На пальце был перстень с красным камнем. И нет, предупреждая ваш вопрос, у моего отца не было такого перстня. Ещё мгновение спустя все закончилось, эта рука исчезла, вместо нее меня осторожно держала лапища Бориса, который в недоумении смотрел на меня и извинялся, не понимая, что произошло, а я орала на него. Не потому что мне было больно. А потому что тот, кто должен был меня охранять, стал на какое-то время кем-то другим. Словно что-то вселилось в него. И это что-то хотело причинить мне вред.

– Что ж, это все очень любопытно, тем не менее, вполне объяснимо, – задумчиво проговорил Олег. – Стресс от ситуации мог повлиять и на вас, и на вашего телохранителя. Другое дело, что за человек вам не даёт покоя и видится в других людях. Очевидно, существует некто, кого вы боитесь. Некто с черными глазами и перстнем с красным камнем.

– Ни среди живых, ни среди мертвых такого человека нет, – покачала головой Лена. – Дальше я видела его снова, в самых разных людях. То опять те же глаза, то улыбка, не как в том дурацком фильме, а просто насмешливая улыбка тонких губ, которая буквально на несколько секунд искажает чьи-то черты, а люди этого даже не замечают... Иногда это просто поза, представляете? Ты видишь, как сквозь знакомого человека проступает другой, незнакомый тебе. И всегда не полностью, лишь частично. Словно некое существо пытается собрать себя по кускам и не может. Я про себя называю эти явления маленькими кусочками смерти.

– Маленькие кусочки смерти... – нараспев повторил Олег. Знакомое лицо, уже несколько подзабытое, на мгновение мелькнуло перед его мысленным взором. У психолога возникло ощущение, что его ступни утопают в мягком ворсе ковра все глубже и глубже.

– Док, вы тут? – Лена щёлкнула у него перед лицом пальцами. – Вы куда-то пропали на время. И ваш взгляд... – Она явно нервничала. – Был прямо как у Бориса в тот день.

– Простите, я задумался, – смущённо пробормотал Олег. – Не хотел вас испугать.

И рискнул добавить:

– Хотя бы цвет глаз не изменился, уже хорошо. И руки пока ещё не руки мертвеца.

Они оба неловко засмеялись.

– К сожалению, наше время вышло, – Олег указал на кошачьи часы. – Если вы снова захотите нанести мне визит, я буду рад. Но, в независимости от вашего решения, очень прошу вас подумать вот о чем... Кем бы ни был тот человек, который в вашем воображении использует лица и тела других людей в качестве маски, главная проблема не в нем. Никто из нас не может контролировать всего, как бы богат и успешен он ни был. Нам всем иногда кажется, что все вокруг начинает разваливаться на части. Я не прошу с этим смириться, такие люди, как вы, никогда не смиряются, я знаю... Но попробуйте хотя бы принять тот факт, что вы не вечны и не всемогущи, Лена. Ни вы, ни ваш отец, ни ваши враги и союзники.

Она взглянула на него все с той же лёгкой улыбкой на губах.

– Спасибо, я подумаю. И я ещё вернусь.

Она вернулась раньше, чем он ожидал. Ворвалась в его кабинет, совершенно не похожая на ту роковую красотку, словно сошедшую с экрана фильма нуар, которая днями ранее приходила к нему на прием. В этот раз на ней был спортивный костюм, она явно бежала и вспотела, и Олег даже не сразу узнал ее.

– Прошу прощения, вам назначено? – недоуменно произнес психолог, отрываясь от экрана ноутбука, а потом их глаза встретились.

– Нет, док, но это случилось снова, прямо сейчас, и я решила забежать к вам, – она как ни в чем не бывало плюхнулась в кресло. – Ускользнуть от Бориса и Глеба, которые меня стерегут, вообще не проблема, они сущие дети, на самом деле.

– Воды? – предложил Олег.

– Нет, спасибо... Слушайте, у вас тут не слишком душно? – Лена заерзала на месте. – Мы можем выйти на улицу?

– Не расскажете сначала, что произошло? – спросил Олег. Он встал и открыл окно, впуская осенний воздух.

– Я бегала в парке, тут, неподалеку... Со мной бегал один парень, я его раньше видела, мы даже болтали пару раз, о том о сем... В этот раз мы просто поздоровались, когда бежали навстречу друг другу, а потом он вдруг окликнул меня. Точнее, не он, а кто-то другой. Голос. В этот раз это был голос.

– Голос? – переспросил Олег. На улице мальчишки играли в футбол, мяч попал кому-то в голову и тот возмущённо кричал.

– Да, я обернулась и в этот раз как будто бы не было ничего во внешности, но голос изменился. Впервые это существо заговорило со мной. Оно сказало: "Вы думали, что закончили со мной, но дело в том, что я с вами ещё не закончил. Твой отец уже получил по заслугам. Ты следующая".

Олегу показалось, что в комнате стало значительно прохладнее, и дело было не в открытом окне.

– Голос не показался вам знакомым? – спросил психолог.

Лена замялась. Впервые она была не уверена.

– Не могу вспомнить. Как будто бы слышала его во сне. Понятия не имею, чей он. Но что-то знакомое в нем было. Он похож на карканье ворона.

– Это уже кое-что. Теперь нужно понять, что означают услышанные вами слова.

– Они означают, что мой отец был убит, а вовсе не скончался от сердечного приступа, вот что они означают, – медленно, словно взвешивая каждое слово, проговорила Лена. – Оно убило его.

– Так, давайте не будем заходить так далеко, – поспешно возразил Олег. – Мне кажется, нам стоит...

На улице раздался победный вопль, который заставил их обоих вздрогнуть.

– Нам стоит бежать, вот что нам стоит сделать! – вскочила на ноги Лена. – Я не могу сидеть тут и думать. Я должна бежать. И вы побежите со мной.

– Боюсь, моя обувь не предназначена для марафонского забега, – попытался увильнуть Олег.

– Так снимите ее. Вы же уже так делали, – лукаво улыбнулась Лена. – Да, да, я все вижу. Помните, вы следите за мной, а я слежу за вами. Ну же, не стесняйтесь. И не бойтесь простудиться. Последние погожие осенние деньки, будем ловить момент.

Олег пожал плечами.

– Вы платите, вы и заказываете музыку. Клиент всегда прав. Ну и все в таком духе.

Он снова с большим удовольствием избавился от обуви.

– Мои глаза меня обманывают или на вас правда носки с медвежатами? –притворно ужаснулась Лена.

– К сожалению, вы не ошиблись. Страшная правда вышла наружу, – так же притворно вздохнул Олег.

Глаза Лены искрились весельем.

– И кому из нас двоих нужна помощь, спрашивается?

– А вы разве не знали, что люди, которые становятся психологами, первые кандидаты в пациенты? Я серьезно, научный факт, – усмехнулся Олег.

– Док, вы нравитесь мне все больше, – констатировала Лена. – А теперь шевелите булками. Погнали!

Олег еле поспевал за стремительно мчащейся по улицам города Леной. Та периодически оборачивалась и, продолжая бежать спиной вперёд, шутливо подбадривала его. В конце концов они остановились отдохнуть под деревом, осыпаемые дождем из жёлтых листьев. Олег согнулся и, оперев руки о колени, перевел дух.

– Вот они, минусы сидячей работы во все своей красе, – заметил он.

Лена улыбнулась, провела ладонью по стволу дерева и сказала:

– Тот парень из парка... Когда этот призрак, демон или кто он там покинул его тело, я словно взглянула в зеркало. Потому что на его лице был тот же страх, что и на моем. Впервые кто-то почувствовал это по-настоящему. Я спросила, что с ним и он сказал: "Мне показалось, что я умер. А потом воскрес".

– Звучит жутковато, – Олег выпрямился.

– Мне кажется, это существо становится все сильнее. Оно хочет добраться до меня, как добралось до отца.

– Вы сказали, что оно убило вашего отца. Если оно способно на такое, то куда уж ему становиться сильнее.

– Мой отец был болен, у него было слабое сердце. С ним могло все быть проще. Достаточно было как-то напугать его, – предположила Лена. – Со мной такой номер не пройдет. Этой твари придется попотеть, чтобы добраться до меня.

Она с грустью посмотрела на Олега.

– Я смотрю на вас и вижу, что вы думаете. "Она безумна. Как бы сплавить ее поскорее в психушку и заняться теми, кому действительно можно помочь".

– Я не думаю, что вы безумны, – проговорил Олег и замолчал, неловко переминаясь с ноги на ногу. Со стороны могло показаться, что он пытается принять какое-то решение. Наконец психолог сказал:

– Я видел, как выглядит безумие, я смотрел ему в глаза. Мой отец страдал шизофренией. Однажды, когда мне было 13 лет, он напал на мою 10-летнюю сестру с молотком. Я был рядом и бейсбольной битой сломал ему руку. Его поместили в психиатрическую больницу, где он вскоре умер. Его лицо в момент нападения на сестру... Было ощущение, что в него вселилось какое-то существо, прямо как в тех людей, о которых вы говорили. Казалось, что это не мой отец. Но это была просто болезнь. Думаю, поэтому я решил стать тем, кем я стал. Хотел помогать людям, пока не стало ещё слишком поздно. И вам помочь можно. В отличие от моего отца.

– Спасибо за эту откровенность, док, – слегка дрогнувшим голосом сказала Лена. Он оторвала от дерева кусочек коры и вертела его в руке. – Как ваша сестра?

– О, с ней все в порядке. Она сейчас живёт за границей и гораздо успешнее меня, – улыбнулся Олег.

– Видите ли, все те люди, о которых я говорила, не могут быть больны, как ваш отец. Из чего логически следует, что больна я и мне все это мерещится.

– Вы пережили какую-то травму. Связанную с человеком с черными глазами и, вероятно, с вашим отцом. Какое-то событие, скорее всего, в детстве, как и у меня, очень сильно вас напугало и теперь возвращается к вам снова и снова в таком виде. Ваша память заблокировала его. Соответственно, нужно разблокировать воспоминание об этом событии. Возможно, стоит попробовать гипноз.

– Гипноз... Даже не знаю... – Лена покачала головой. – Но знаю, что хочу мороженого! И не просто мороженого, а необычного мороженого. Идёмте, я знаю одно место.

– Со вкусом шишек... со вкусом кваса... со вкусом белых грибов... со вкусом... хм... Знаете, пожалуй, пробежки по городу без обуви мне на сегодня более чем достаточно, можно мне просто ванильного, – взмолился Олег, откладывая меню.

Лена рассмеялась.

– Я ожидала большего от человека с медвежатами на носках.

– Медвежата это самое консервативное, что может быть, вы о чем, – отмахнулся Олег. – Вот если бы они были с покемонами...

– Ужас! Вы такой отсталый! – продолжала веселиться Лена. Олегу было радостно видеть ее такой.

– Торжественно клянусь, что попробую самое необычное мороженое в этом кафе, в тот день, когда мы решим вашу проблему, – пообещал Олег. – Но не сегодня, у меня ещё клиенты, они должны меня дождаться.

– Ладно, по крайней мере вы смешной, – Лена подозвала официантку и они сделали заказ. Олег с опаской наблюдал, как Лена поглощает заказанное ею мороженое с перцем чили.

– Ну как? – спросил он.

– А вы попробуйте, – она протянула ему ложечку с порцией сладости.

– Лучше расскажите ещё о себе, – поспешно перевел тему Олег. – Я был с вами откровенен, а должно быть наоборот. Я психолог, а вы мой клиент, не забывайте.

– Я кручусь как белка в колесе. Ничего, кроме работы, – вздохнула Лена. – Как там в "Алисе в Зазеркалье"... Нужно бежать, чтобы просто оставаться на одном месте, а чтобы куда-то попасть, нужно бежать в два раза быстрее. И мы с отцом бежали. Я выросла в нищете, мама рано умерла, денег практически не было, но отец совершил невозможное. То, что он построил с нуля, ничего не украв, никого не обманув, было чудом для многих. А теперь воронье слетелось на его наследие и хочет им полакомиться, оторвать кусок пожирнее. Ненавижу!

Она ударила ложечкой по вазочке с мороженым.

– Понимаете, я хочу больше помогать людям. Тратить деньги на что-то действительно важное. А они мне мешают. Как раньше мешали отцу. Но его они по крайней мере уважали. И боялись. Со мной всё иначе. Они думают, я не справлюсь.

– Вы справитесь, я не сомневаюсь, – сказал Олег.

– Я уже не так уверена... – покачала головой Лена. – Бесконечные собрания совета директоров, которые ни к чему не ведут. Ночи без сна. И этот призрак в придачу. Это готовый рецепт краха.

– Есть кто-то, кто особенно мешает вам достигнуть желаемого? – спросил Олег.

Лена хотела ответить и осеклась, помрачнев. Проследив за ее взглядом, Олег увидел возле двери человека в деловом костюме. Он приветственно помахал рукой и неспешно подошёл к их столику.

– Лена, какой сюрприз, – произнес мужчина елейным голосом. – Не знал, что у тебя выходной.

– У меня нет выходных, только перерывы на обед, – процедила Лена сквозь зубы. Ее разноцветные глаза потемнели от гнева.

– И на десерт. Выглядит аппетитно, – заметил мужчина. Он был весь какой-то гладкий и ненастоящий, словно манекен. – А кто твой друг?

Олег открыл было рот, но Лена ответила первой:

– Это Олег, мой консультант.

– Твой консультант. Ясно, – с усмешкой проговорил мужчина и протянул Олегу руку. – А я Сергей, мы с Леной трудимся вместе на благо нашей страны. Капитализм, счастье и все такое.

Он хихикнул. Рука у него тоже была какой-то слишком гладкой.

– Ладно, прошу прощения, мне пора. Дел невпроворот. – Лена вскочила с места. – Олег, я с вами позже свяжусь, всего доброго.

– И вам, – Олег тоже поднялся.

– Минуточку, – Сергей встал у нее на пути. – Не могла бы ты уделить мне время, Леночка, потому что ситуация несколько напряжённая и хотелось бы ее обсудить.

– Нет, не могла бы! – огрызнулась Лена. – Не сейчас.

– Дело в том, что, честно говоря, ситуация близка к критической, нужно что-то решать, а не сидеть в кафе с каким-то посторонним человеком, – продолжал Сергей. – Что вообще происходит? Как член совета директоров, я имею право знать...

– Узнаешь на собрании, – Лена отпихнула его и бросилась к выходу.

Сергей пригладил волосы и повернулся к Олегу.

– А вы не уделите мне минутку внимания, я бы хотел уточнить ваш статус...

– Извините, не могу, это было бы непрофессионально, до свидания, – Олег поспешно направился вслед за Леной.

– Да, конечно, мы все тут профессионалы своего дела! – раздалось ему вслед.

Олег вышел на улицу, но Лены уже и след простыл. Олег поежился под внезапным порывом ветром и направился домой. Нужно было принять душ, переодеться и возвращаться на работу.

Распрощавшись с последним клиентом, Олег погасил свет и улёгся на диванчик с ноутбуком на коленях. Сначала он отыскал Сергея на сайте компании, которой теперь руководила Лена, а затем всю доступную информацию о нем. Ничего особенного не нашлось. Ясно было только то, что во главу угла Сергей ставит прибыль.

Затем Олег набрал в поиске имя и фамилию отца Лены и название созданной им когда-то бизнес-компании, ставшей известной на всю страну, и отправился в путешествие в прошлое, изучая статьи и фотографии. Любопытно было наблюдать за тем, как гордая и уверенная в себе бизнес-леди Елена Белова постепенно превращается на снимках в юную девушку с сомнением во взгляде, а затем и вовсе в девочку, робко держащуюся за руку отца и испуганно смотрящую в камеру. И, наоборот, как уже немолодой, усталый и больной Петр Белов с каждым фото становится все моложе и сильнее, все более горя желанием заниматься любимым делом и зажигать этим желанием других. Столько событий, столько людей, связанных с отцом и дочерью... их было слишком много... на глазах Олега целая Вселенная схлопывалась в точку... назад... назад... к началу... а, может быть, это было вовсе и не начало, а конец... и есть ли между ними вообще разница?

Внезапно один снимок заставил Олега прекратить поиск и присмотреться внимательнее. Чёрно-белый и нечеткий, на нем Белов с маленькой Леной стояли на какой-то сцене, во время дня города, как следовало из статьи. Позади них, теряясь в тени, стоял худощавый мужчина, которого Олег раньше не видел на снимках. Его лицо и сейчас разглядеть было проблематично, он словно ускользал. Почему-то именно это заставило Олега искать ещё снимки из этого периода, и вот, пожалуйста, нашлось ещё одно фото.

Отец Лены выступает перед журналистами, а позади него снова он, можно разглядеть лишь язвительную улыбку и острый подбородок, тень от дерева скрывает остальное. И тем не менее, у Олега не было никаких сомнений, что это тот же самый человек. При этом, никаких упоминаний в статье о нем не было, ни в первом, ни во втором случае. И только под третьим найденным снимком, на котором с трудом, но всё-таки можно было различить ястребиные черты лица данного персонажа, была подпись: "П.А.Белов и П.И.Чернов".

– Белов и Чернов? Серьезно? – пробормотал Олег себе под нос. Он увеличил фотографию, на которой Белов пожимал руку новоизбранному мэру, а Чернов как всегда маячил где-то на заднем плане. Руки он сложил на груди. На пальце правой руки можно было разглядеть перстень.

Информация о Чернове, так же как и он сам на снимках, представляла собой какие-то обрывки, кусочки пазла, которые никак не хотели собираться в единую картину. Ясно было только то, что в 90-е он вел бизнес вместе с Беловым, а потом просто куда-то пропал. В одной статье говорилось, что ему предъявлялись обвинения в вымогательстве, однако дело так и не дошло до суда. Какой-то журналист требовал привлечь Чернова за нанесение телесных повреждений и разбитую фотокамеру, но и тут все было спущено на тормозах.

Олег тяжело вздохнул и потёр лоб. Что могло связывать отца Лены, известного своей безупречной репутацией, с такой сомнительной личностью? С другой стороны, разве можно было быть вообще безупречным, строя бизнес в то время?

Подумав, Олег достал телефон и набрал номер одного из своих бывших клиентов. Тот ответил почти сразу.

– Рад вас слышать! – радостно поприветствовал психолога Матвей. На заднем фоне слышались женские голоса, детские крики и музыка.

– Надеюсь, не помешал? – спросил Олег.

– Для вас у меня всегда найдется время. Мы тут празднуем день рождения младшенького. И если бы не вы, меня бы здесь не было. Возможно, вообще бы нигде не было, – серьезным голосом сказал Матвей.

– Не преувеличивайте. Я всего лишь подтолкнул вас в нужную сторону.

– Это был очень мощный толчок. Благодаря ему я до сих пор иду в правильном направлении. Чем могу помочь?

– Мне нужна информация об одном человеке. В интернете есть какие-то фрагменты, но я бы хотел конкретики от специалиста, написавшего ни одну книгу о том, что происходило в то время в нашем городе.

– Кто именно вас интересует?

– Павел Чернов.

На той стороне трубки повисло молчание. Олег услышал, как Матвей прикрыл дверь и шум празднества стих.

– Да уж, личность неординарная этот Чернов, – произнес Матвей. – Серый кардинал. Всегда где-то в тени. Кукловод, такое у него было прозвище в известных кругах. Он много к чему приложил руку, но когда начинало пахнуть жареным, всегда успевал ускользнуть. Вместо него кто-то другой получал пулю или садился в тюрьму.

– Что его связывало с Петром Беловым?

– Они были друзьями с детства. Это объясняет, почему Белов столь терпимо относился к нему. Не хочу показаться автором жёлтой прессы, но жена Белова, Оксана, вроде как сначала встречалась с Черновым. Но замуж вышла за его друга. Потом она умерла и это как-то сплотило их ещё больше. Запутанный любовный треугольник, мда... Тем не менее, факт в том, что Белов на многое смотрел сквозь пальцы в отношении Чернова, а Чернов в свою очередь не навредил репутации и бизнесу Белова, как он это сделал в отношении многих других, с кем вел дела. Хотя, возможно, просто не успел. В один прекрасный день он взял и исчез, словно его и не было.

– Его убили? – слова Олега прозвучали скорее утвердительно, чем вопросительно.

– Это никому неизвестно, – ответил Матвей. – Не нашли ни тела, ни даже кусочка тела, прошу прощения за мой юмор. Вполне вероятно, кого-то он все же наконец достал и его отправили на корм рыбам. Но не исключено, что он в очередной раз ускользнул и начал где-то с чистого листа. В конце концов, ему это всегда неплохо удавалось.

– Понятно. И все же, насколько Чернов был... плохим? Он мог совершить, например, убийство? Или что-то столь же ужасное?

Было слышно, как Матвей вздохнул.

– Сложно сказать. Ему, очевидно, было плевать на закон, но он не был в этом одинок, многие плевали, считая, что главные преступники во власти, так какой смысл подчиняться законам, которые они издают? У меня сложилось впечатление, что Чернов презирал всех, с кем имел дело: власть имущих, бизнесменов, бандитов, журналистов. Он считал себя лучше других, сильнее, умнее. И такое ощущение, что все, что он делал, он делал не столько ради денег, сколько для того, чтобы доказать именно это. А такие люди способны на все.

– Что ж, спасибо большое, Матвей, – поблагодарил Олег. – Передайте мои поздравления сыну.

Завершив разговор, Олег закрыл ноутбук и остался в полной темноте.

Когда три дня спустя Лена снова возникла на пороге его кабинета, то Олег в очередной раз ее не узнал. На этот раз она была одета в деловые юбку и пиджак, волосы были стянуты в тугой пучок, а глаза скрывались за стеклами темных очков. Только когда она заговорила, психолог понял, кто это.

– Простите, док, что опять являюсь к вам без предупреждения, – извинилась Лена. – Но времени не было совершенно. Я получила ваше сообщение о том, что нам нужно встретиться, но смогла вырваться только сейчас. И то, с тем лишь условием, что вы снова отправитесь со мной, у меня срочное совещание.

– Ну, сегодня вам повезло, у меня свободный день до самого вечера, – несколько растерянно произнес Олег. – Но как же ваша конспирация?

– Уже неважно. Сергей видел нас вместе и даже если он ещё не выяснил, кто вы конкретно, все уже в курсе о моем таинственном "консультанте". Так что вас теперь нет смысла скрывать от посторонних глаз. Вы можете спокойно проехаться со мной до работы и по пути мы обсудим то, что вы хотели.

– Что ж... тогда... – Олег схватил со стола мобильный телефон. – Все, я готов.

На улице их ждал роскошный автомобиль, а возле него стоял здоровенный мужчина с наушником в ухе.

– Это Борис, – представила телохранителя Лена.

– Очень приятно, – поздоровался Олег. Борис лишь молча кивнул и, оглядевшись по сторонам, распахнул перед ними дверцу машины. Олег и Лена устроились на заднем сидении, а Борис сел рядом с шофером, уже немолодым седовласым мужчиной.

– Михаил, он с нашей семьёй очень давно, возил моего отца, а теперь вот и меня, – познакомила и с ним Олега Лена.

– Здравствуйте, – сказал Олег и в ответ получил точно такой же молчаливый кивок, как и от телохранителя.

Машина тронулась. Олег обратил внимание, что вслед за ними, на некотором расстоянии, едет ещё один автомобиль, в котором, очевидно, находился второй телохранитель, Глеб.

Лена сняла очки. Ее глаза были покрасневшими от усталости.

– Так о чем вы хотели поговорить? – спросила она без особого интереса.

– Вы уверены, что... - Олег многозначительно посмотрел на сидящих впереди шофера и охранника.

– Говорите, я им доверяю.

– Хорошо, – Олег протянул ей свой телефон, на экране которого была лучшая из фотографий Чернова, которую он смог найти. – Вы узнаете этого человека?

Лена бросила на экран быстрый взгляд и тут же отвернулась.

– Нет. Кто это?

– Вы даже не посмотрели, прошу вас, взгляните ещё раз, – попросил Олег.

– Кто это? – повторила бизнес-леди, уже громче. В ее голосе возникли какие-то незнакомые, неприятные нотки.

– Как хотите, – Олег принялся рассказывать обо всем, что ему удалось узнать. Лена глядела перед собой, выражение ее лица было каменным. Когда Олег закончил, она сказала:

– Не помню этого типа.

– Он был другом вашего отца и наверняка бывал у вас дома.

– Сказала же, не помню. Я была ребенком. Вы психолог или детектив, что за допрос? – раздражённо спросила Лена.

– Психолог гораздо больше похож на детектива, чем кажется. Когда Чернов исчез, вам было примерно 10 лет, вы должны что-то помнить. А если вы не помните, то придется вспомнить. Иначе он так и будет преследовать вас, – осторожно произнес Олег. Лена, наконец, повернулась к нему.

– Откуда вы знаете, что это он преследует меня? Как вы можете быть уверены? На фотографии ничего не разобрать.

– Михаил, вы ведь давно в семье, – внезапно обратился к шофёру Олег. – Вы не помните случайно господина Чернова, может быть, расскажете что-то о нем?

– Не сметь! – крикнула Лена, когда Михаил открыл было рот. Борис передёрнул плечами и слегка повернул голову в их сторону:

– Елена Петровна?

– Все в порядке, – Лена понизила голос до шёпота и наклонилась к Олегу:

– Вы что творите? Это между нами.

– Вы сами начали этот разговор при них. Чего вы боитесь, теперь, когда мы что-то нащупали? Правды? Да, правда может испугать. Но только она делает человека свободным, – твердо сказал Олег, глядя ей прямо в глаза. Лена внезапно сникла под его взглядом.

– Простите, я не знаю, что на меня нашло... Я хочу знать и в то же время... Мой отец, как он мог иметь дела с таким, как Чернов...

– Забудьте об отце, речь не о нем, а о вас. Пришло время позаботиться о себе, а не о том, что скажут другие.

– Подъезжаем, – сообщил Борис, приложив пальцы к уху. – Там толпа.

– Черт возьми! – выругалась Лена, вцепившись в спинку его кресла. – Сергей позвал журналистов, это его рук дело. Так и знала!

Машина остановилась возле здания компании и ее тут же окружили люди. Борис вышел из машины и потребовал от них разойтись.

– Думаю, нам лучше продолжить в другой раз, – сказала Лена, надевая очки.

– Позвольте проводить вас, – предложил Олег.

– Считаете, Борис и команда не справятся без вашей помощи? – насмешливо поинтересовалась Лена. Она вышла из машины со всей возможной элегантностью, Олег последовал за ней. Борис и другие подоспевшие охранники создавали буферную зону между ними и журналистами.

– Госпожа Белова, это правда, что совет директоров потребует вашей отставки? – крикнул кто-то из толпы.

Лена резко обернулась в сторону кричавшего.

Внезапно, словно ниоткуда, перед ней и Олегом материализовался какой-то мужчина с торчащими во все стороны волосами. Все черты его лица были словно протравлены ненавистью, черные глаза горели жаждой крови, а губы были искривлены в дьявольской усмешке.

– Сдохни, шлюха! – прокаркал он и тут до Олега дошло, что у мужчины в руке пистолет. Что случилось дальше, психолог и сам не мог объяснить, он инстинктивно заслонил собой Лену, даже не думая, что сам сейчас станет мишенью, что через секунду маленький кусочек смерти под названием пуля вонзится ему прямо в сердце. А если бы у него было время подумать, сделал бы он то же самое, прикрыл бы собой свою клиентку? Он не знал. Приятно было думать, что да, но потом, вспоминая этот момент, Олег сомневался в этом. В любом случае, времени не было, все произошло мгновенно, он исполнил роль телохранителя и сразу же прозвучал выстрел. Лена вскрикнула. Олег застыл как вкопанный. Боли не было, наверное, стрелявший промахнулся. А потом стрелявший упал.

Олег обернулся и увидел бледного как мел Бориса, в его руке тоже был пистолет. И этот пистолет выстрелил первым.

Толпа взревела, люди рванули во все стороны, кто-то споткнулся и упал. Олег медленно, на ватных ногах, приблизился к распростертому на земле стрелку. Лена шла рядом, держась за руку Олега, несмотря на настойчивые призывы Бориса укрыться в здании.

Нападавший лежал на спине в луже крови. Его широко раскрытые голубые глаза смотрели в такое же голубое небо. На внезапно помолодевшем лице было написано величайшее изумление, как будто бы стрелок не мог поверить, что он мертв.

– Это был не он, вы же видели... – прошептала Лена.

– Да, – так же шепотом ответил Олег. – Это был кто-то другой.

– Его звали Игорь. Мы с ним встречались, – призналась Лена позже, когда они с Олегом сидели в коридоре полицейского участка в ожидании допроса. – Расстались по моей инициативе, но остались в хороших отношениях. Игорь был добрым. Он бы никогда не причинил мне вреда. Этот Чернов управлял им как марионеткой. Я знаю.

Олег промолчал. Сейчас, когда он немного успокоился и смог начать мыслить логически, он уже не был так уверен в том, что видел.

– Если он действительно вернулся, в буквальном смысле... – спустя какое-то время проговорил Олег. – Почему именно сейчас, через столько лет?

Лена тоже ответила не сразу. Она в задумчивости вертела в пальцах видавшую виды ручку, когда-то позолоченную, а теперь почти полностью облезшую. Как уже знал Олег, это была ручка ее отца, которой он подписал свой первый контракт. Для Лены она была чем-то вроде талисмана.

– А кто сказал, что оттуда так легко вернуться? – произнесла она наконец. – Что, если смерть это глубокий сон, от которого очень тяжело пробудиться и для этого нужно очень много времени?

– Интересная теория, – признал Олег. – Лена, вам никогда не приходило в голову, что вы занимаетесь не своим делом? Что вы были бы гораздо счастливее, занимаясь чем-то другим? Поэзией, например.

– Док, вы спасли мне жизнь, поэтому я не пошлю вас сейчас куда подальше, хоть и очень хочется, – зловеще сверкнула в его сторону глазами Лена.

– Боюсь, от шока у вас снова провалы в памяти, вас спас ваш телохранитель, – с усмешкой поправил ее Олег.

– Ладно, вы оба спасли меня, – легко согласилась Лена. И, помолчав, добавила:

– Я хочу знать правду. И я вам доверяю. Пусть будет гипноз.

После всего случившегося дискуссии по поводу будущего компании и смены ее руководства были поставлены на паузу. У Олега и Лены появилось время, чтобы подготовиться к сеансу гипноза, пусть меньше, чем хотелось бы, но все же.

В тот вечер, когда сеанс состоялся, воздух в городе был наэлектризован грозой. По просьбе Лены, Олег распахнул в кабинете все окна. Сам он встал у изголовья кушетки, на которой лежала его клиентка.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

– Спокойно, – ответила она. – Здесь я чувствую себя в безопасности.

– Хорошо. Я хочу, чтобы вы полностью расслабились. Закройте глаза и слушайте мой голос. Сфокусируйтесь на нем и позвольте ему вести вас. Мы отправимся в ваше прошлое, в тот год и день, когда Павла Чернова видели в последний раз живым. Помните, что вам ничего не угрожает. Я буду рядом и в любой момент верну вас обратно. И так, я начинаю считать от одного до пяти и, когда я скажу пять, вы вернётесь в 25 октября 1998 года. Один... два...три... четыре... пять...

Лена вздрогнула.

– Все в порядке?

– Да. Это гром. Только что за окном ударил гром, – ее голос стал заметно тоньше. Это был голос 10-летней девочки.

– Ясно, – Олег посмотрел в окно, где на улице все словно замерло в ожидании грозы. – Где ты сейчас находишься, Лена?

– Я нахожусь в нашем загородном доме, сижу на полу возле горящего камина и рисую. Снаружи льет дождь и сверкают молнии, а здесь так тепло и уютно.

– Что ты рисуешь?

– Огонь в камине.

– Твой папа рядом?

– Он в соседней комнате. Дверь приоткрыта. Он и дядя Павел о чем-то спорят.

– Ты слышишь, о чем именно?

Лена хмурится.

– "Неужели это правда, Павел?" - говорит папа. – "Все то, что о тебе говорят? Я тебе доверял..."

"И я никогда не предавал твоего доверия" , – отвечает дядя Павел. – "Но ты же не думаешь, что все, чего тебе удалось добиться, ты добился исключительно сам? Кто-то должен был делать за тебя грязную работу и расчищать тебе путь на вершину. И этим кем-то был я. Так позволь мне продолжить. Блистай в лучах софитов, а я буду за кулисами решать твои проблемы".

"Нет, так неправильно", – говорит папа. – "Это не то, чего я хотел. Прости, но нет. На этом наши пути расходятся. Дальше я сам".

"Вот как... Уверен, что справишься без меня? Все то, чего мы добились вместе, может рухнуть в один момент. Подумай о дочери. Подумай о том, чего хотела бы Оксана..."

"Заткнись!" – папа повышает голос. – "Не смей приплетать их сюда. Это только между нами."

Звонит телефон. Я слышу, как папа берет трубку и о чем-то разговаривает. Затем выходит из комнаты и говорит мне:

"Милая, мне нужно вернуться в город, забрать кое-что, а Михаила я уже отпустил, придется ехать самому. Дядя Павел побудет с тобой, это буквально на пару часов."

Я не хочу оставаться с дядей Павлом. Он мне не нравится. Но ничего не поделаешь.

Отец уходит, а дядя Павел, похожий на сгорбившуюся ворону, медленно подходит к камину, ворошит в нем дрова кочергой, а затем со вздохом усаживается в кресло. Он совсем не старый, дядя Павел, но мне почему-то всегда казался каким-то древним. Он сидит в кресле, глядя на огонь, а его тень на стене такая огромная. И по сравнению с ней дядя Павел такой маленький и незначительный.

Я хочу нарисовать его. Я достаю чистый лист и делаю карандашом наброски. Дядя Павел поворачивает голову в мою сторону и ухмыляется:

"Будущая художница растет".

Я не отвечаю, продолжая рисовать.

"Тебе ведь уже говорили, что ты очень похожа на свою мать? И внешне, и по характеру. Она тоже была особенная, как и ты. Очень талантливая".

Я молчу.

"Ты знаешь, ведь ты бы могла быть моей дочерью", – продолжает он. – "Но Оксана сказала, что я слишком злой, а твой отец якобы добрый. Но разве я злой, Леночка?"

"Вы странный", – отвечаю я. Он в ответ смеётся своим странным смехом.

"Да, я не такой, как все. Я тоже особенный. А вот твой папа совсем обычный. Ему просто повезло, что я всегда был рядом."

"Мой папа самый лучший. А вы чудик", – я дерзко смотрю на него, но тут же отвожу глаза, мне не нравится как меняется его лицо.

"Кому-то не мешало бы заняться твоим воспитанием," – скрипучим голосом говорит дядя Павел. – "Кто тебе так позволил разговаривать со старшими, твой отец"?

Он встаёт с кресла и подходит ко мне. Я не смотрю на него, уткнувшись в лист бумаги. Его тень нависает надо мной.

"Что там у тебя?" – он вырывает у меня из рук рисунок. Он смотрит на него очень долго, с непонятным мне выражением, а затем комкает и бросает в горящий камин.

"Не сметь!" – кричу я, вскакивая. – "Он мой! Вы гадина!"

"Ты видишь то, чего не видят другие", – хрипит дядя Павел, пламя камина отражается в его черных глазах. Он хватает меня за запястье своей рукой, похожей на птичью лапу. Камень в его перстне сверкает. Мне больно.

Лицо Лены искажает гримаса. За окном слышны раскаты грома. Олег усилием воли заставляет себя продолжать сеанс.

– Не бойтесь, Лена, я рядом, он не причинит вам вреда. Что происходит дальше?

– Он хочет проучить меня... Он говорит, что за свою дерзость я заслужила наказание... Он хватает меня, очень грубо, я кричу... И тут я вижу на стене ещё одну тень... Мой папа вернулся... Он что-то забыл или понял, как глупо поступил, оставив меня наедине с этим страшным человеком... "Что ты делаешь с моей дочерью, подонок?!" – кричит папа. Он стремительно оказывается рядом с нами... Кочерга... Он хватает кочергу и бьёт дядю Павла... Дядя Павел падает, без единого звука... Как кукла, у которой перерезали ниточки... Он лежит на полу... Чёрное пятно растекается вокруг его головы... Папа прижимает меня к себе... Я плачу и не могу остановиться...

По лицу Лены текли вполне реальные слезы.

– Все в порядке. Сейчас я сосчитаю от пяти до одного и вы вернётесь обратно в мой кабинет, откуда мы начали наше путешествие. Пять... четыре... три... два... один... – голос Олега остаётся совершенно спокойным, несмотря на захлестнувшие его эмоции.

Лена проснулась. Она села на кушетке и вытерла слезы. Олег протянул ей стакан воды, но она только покачала головой. Затем встала и нетвердой походкой подошла к окну. Вдалеке гремел гром, сверкали молнии, но дождя не было.

– Гроза прошла стороной, – сказала Лена как будто бы с огорчением.

– В этот раз да, – отозвался Олег, обеспокоенно наблюдая за ней. – Как вы себя чувствуете?

– Свободной, видимо, – ответила Лена. – Я же теперь знаю правду.

– Если вы хотите поговорить, я готов.

– Не сейчас. Сейчас я бы хотела побыть одна.

– Разумеется. Но в ближайшем будущем мы непременно должны будем обсудить то, что вам удалось вспомнить, – сказал Олег.

– Я вам позвоню. Ну или ворвусь как обычно, без приглашения, – она обернулась к нему и улыбнулась. Он рассмеялся:

– Как вам будет удобно.

Она внезапно бросилась к нему и крепко обняла, а затем, схватив свои вещи, молнией выскочила из кабинета.

Прошла неделя, за ней другая, а от Лены не было никаких известий. Олег оставил ей сообщение, в котором осторожно поинтересовался о ее самочувствии, но ответа так и не получил.

В ту ночь, когда все закончилось, психолог задержался на работе допоздна, изучая историю ещё одного своего клиента. В результате он так и уснул в кабинете на диване.

Сон был тревожным. Похожая на птицу фигура, размытая, словно клякса, преследовала Олега, пока он бежал по осенним листьям в одних носках. Она что-то неразборчиво шептала ему на ухо, а Олег отмахивался от нее и ускорял бег. "Отстань!" – кричал он, то и дело оборачиваясь, чтобы посмотреть, удалось ли ему оторваться. Но клякса все время была у него прямо за спиной, совсем близко, и продолжала бормотать, сводя с ума своим противным голосом. Если бы хоть одно слово можно было понять... хоть одно... кажется... что-то знакомое... да, он почти разобрал... это слово... это...

Телефонный звонок вырвал его из объятий сна одновременно с раскатом грома. За окном бушевал ветер и молнии пронзали ночное небо, но дождя снова не было. "Что за странная осень..." – лениво подумал Олег, нащупывая мобильный в складках дивана. Кошачьи часы, горевшие в темноте зловещим зелёным светом, показывали половину двенадцатого ночи.

– Да, кто это? – несколько раздражённо проговорил Олег в телефон.

– Здравствуйте... Это Борис... Телохранитель Лены... То есть, Елены Петровны... Она оставила мне ваш номер... На всякий случай... – сбивчиво забормотали на другом конце.

– Что случилось? – Олег вскочил с дивана, окончательно проснувшись.

– Я не знаю... Но она чувствовала, что что-то произойдет... – растерянно говорил Борис. – У них было какое-то совещание, оно затянулось до позднего вечера. Я был снаружи, а потом мне сообщили, что Елена Петровна... она разругалась с одним из членов совета... и воткнула ручку ему в горло... можете себе такое представить?

– Того, кому она воткнула ручку, случайно не Сергей зовут? – поинтересовался Олег, чувствуя, что пол словно уходит у него из-под ног.

– Да, а откуда вы знаете? – удивился Борис. – К счастью, он жив, его только что увезли на скорой... А Лена, она... Она сейчас на крыше здания и все боятся, что она... Ну вы понимаете... Тут повсюду полиция, журналисты... Я не знаю как, но мне удалось убедить всех дождаться вас, я передал им то, что она меня просила... Что вы ее личный психолог и только вы сможете ей помочь...

– Я уже еду, – бросил Олег, натягивая пальто. – Пусть ничего не делают, пока я с ней не поговорю, слышите? Я скоро буду!

Он выбежал из кабинета, на ходу вызывая такси.

Порывы ветра гнали по улице листья и мусор, буквально сбивали немногочисленных прохожих с ног. Завороженно глядя на небо, которое прошивали разряды молний, Олег подумал, что такую грозу никак нельзя назвать естественной.

– Что-то аномальное, – озвучил его мысли водитель такси, которое, к счастью, подъехало довольно быстро. – "Призрачный дождь", так это называют. Но в это время года его не бывает. Чудеса да и только.

– Призрачный, значит, – произнес Олег, устраиваясь на заднем сидении. – Сначала заедем по одному адресу, это недалеко, а потом по другому. Езжайте как можно быстрее, я заплачу за скорость.

Совершенно дурацкая идея пришла ему в голову и, как он не пытался выкинуть ее оттуда, она не уходила.

– Ладно, посмотрим, кто кого, Чернов, – прошептал Олег. Такси сорвалось с места и с бешеной скоростью помчалось по городу.

– Можно взглянуть, что там у вас? – спросил полицейский, выразительно взглянув на пластиковый контейнер в руке у Олега.

– Ваши коллеги внизу уже проверяли, но разумеется, прошу, – ответил тот. Страж закона приоткрыл крышку, присмотрелся к содержимому, принюхался, затем уставился на Олега как на сумасшедшего.

– У меня свой метод, – пожал плечами психолог.

– Ладно, черт с вами, можете подняться и поговорить с этой психичкой, – махнул рукой полицейский. – Если бы не звонок сверху, я бы уже давно закончил эту комедию. А вообще мне плевать.

– Ну а мне нет, – ответил Олег и, под пристальными взглядами сотрудников правоохранительных органов, начал подниматься по лестнице. Он помедлил перед дверью, ведущую на крышу, затем, собравшись с духом, толкнул ее.

От налетевшего порыва ветра Олег чуть не задохнулся, а раскат грома над головой оглушил его. Дверь за спиной с грохотом захлопнулась.

Сверкнувшая молния высветила сгорбленную фигуру, стоявшую возле самого ограждения. Она, как и Олег, была в пальто, полы которого беспощадно трепал ветер.

– Лена? – позвал Олег, сделав несколько шагов по направлению к ней.

Она не ответила. Ещё одна вспышка. Олег разглядел, что человек в пальто стоит к нему спиной и смотрит на залитый огнями ночной город.

– Это я, Олег! – повысил голос психолог, стараясь перекричать ветер. Он приблизился к фигуре ещё немного и замер, услышав каркающий голос, который совсем не был похож на голос Лены:

– Доброй ночи, док. Чудесная сегодня погодка, не так ли?

Затем раздался странный смех, похожий на клекот птицы.

– Я тут решил немного полюбоваться видом на город. Мы с Петром в свое время сделали немало для его развития и, должен сказать, то, во что он превратился сейчас, вызывает у меня чувство гордости. Приятно осознавать, что во всей этой красоте есть и моя заслуга.

– Не думаю, что вы имеете хоть какое-то отношение к тому хорошему, что есть в этом городе, господин Чернов, – отозвался Олег.

– Можете думать, как хотите, но, чтобы вырастить цветы, нужны удобрения. Я делал то, что должен, и ни о чем не сожалею. Оставим это, мы ведь не для того здесь собрались. Я вас ждал и хотел бы поблагодарить за то, что вы помогли мне вернуться. Это был очень долгий путь. Вы не представляете, как это тяжело, возвращаться оттуда. Иногда мне казалось, что я не смогу. Но я смог и все благодаря вам.

– Мне?

– Ваши сеансы вернули нашей девочке прошлое, а, значит, вернули и меня. До этого я мог лишь, так сказать, подсматривать в замочную скважину или в слегка приоткрытую дверь, а теперь эта дверь распахнута настежь, – голос захлёбывался от восторга. – Бедняжка была настолько убита правдой о том, кем был на самом деле ее отец, что мне не составило никакого труда завладеть ею целиком и полностью.

– Лена, не слушайте того, что он говорит, – сказал Олег. – Это все чушь. Никакого Чернова нет, есть только вы.

– Это меня-то нет? Вот он я! – прокричала фигура в пальто и резко повернулась к Олегу лицом. Увиденное в свете молнии заставило того отвернуться. У существа в пальто было словно два лица, сквозь красивое лицо Лены проступало уродливое лицо Чернова. Кто-то сравнил бы их с двумя причудливо сросшимися сиамскими близнецами, кто-то сказал бы, что сквозь надетую маску каким-то странным образом проступило подлинное обличье ее носителя. Но Олегу почему-то пришла на ум ассоциация с питоном, который проглотил свою жертву. Лицо Лены было искажено страданием, лицо Чернова сияло триумфом. Олег почувствовал, как к горлу подступает тошнота.

– И что вы собираетесь делать дальше, вернувшись? – спросил он с презрением, снова заставив себя взглянуть на существо. Жуткое лицо теперь было в тени и можно было даже попытаться убедить себя, что увиденное ему лишь померещилось.

– Да все что угодно! – воскликнул Чернов. – Могу, например, убить вас, док, разрезать на мелкие кусочки и скормить вон тем свиньям, что собрались там внизу в ожидании крови. Когда-то так поступили со мной. Теперь моя очередь.

Снова сверкнула молния и Олег увидел в руке Чернова большой острый нож.

– А потом? – спросил Олег.

– Потом спрыгну с крыши и закончу начатое!

– А потом? – внезапно улыбнулся Олег.

– Что значит, что потом? – в голосе Чернова промелькнуло недоумение. – Чему ты улыбаешься? Потом я найду себе новое тело и продолжу развлекаться, вот что потом!

– Ты дурак, – рассмеялся Олег. – Ты такой дурак!

– Ты что несёшь? – прохрипел Чернов. Очередная вспышка и Олег увидел, что на обоих лицах застыло изумление.

– Ты же сам сказал про дверь. Твоя ненависть к Беловым и желание мести вернули тебя обратно. Лена была магнитом, который тянул тебя из небытия. И я думаю, нет, я уверен, что без нее ты ничто. Если не станет ее, не станет и тебя. Ты жив, только пока жива она.

– Ничего подобно! – заорал Чернов. – Я больше не завишу ни от этой сучки, ни от ее отца! У меня достаточно сил, чтобы стать свободным!

– Ты призрак призрака, тень тени, сон сна, – твердым голосом произнес Олег. – Мне нет даже смысла дальше разговаривать с тобой. Лена, послушайте меня. Он сам загнал себя в ловушку. Ваше тело, ваш разум, они так или иначе станут для него могилой. Весь вопрос в том, сможете ли вы жить дальше, после всего случившегося. И у меня есть на него ответ. Сможете. Потому что вы сильны, умны и прекрасны. А он слаб, глуп и уродлив. Смотрите, что я принес, как доказательство моей веры в вас.

Олег потряс контейнером.

– Здесь то, чего я боюсь больше любого призрака. Мороженое с чернилами каракатицы. Но я рискну попробовать, ради вас. Ведь сегодня особенный день, тот день, Лена, когда Чернов умрет во второй раз, на этот раз окончательно. Присоединяйтесь к моей поминальной трапезе, один я это не осилю.

С этими словами Олег повернулся к Чернову спиной, уселся прямо на крыше и открыл контейнер.

– Не смей поворачиваться ко мне спиной! – завизжал Чернов. – Не смей!

– Запах так себе, понятно, почему у полицейских было такое лицо, – не обращая на него внимания продолжал Олег. – Присаживайтесь, Лена, тут две ложки, одна для вас. Не знаю, может, вы такое уже пробовали? Если так, то я в ещё большем восхищении от вас.

– Сейчас ты умрёшь, – раздался позади него голос и Олег почувствовал, что Чернов подошёл к нему вплотную. Он слышал его прерывистое дыхание. Чувствовал исходящий от него запах смерти. – Сейчас...

Голос прервался, захлебнулся, словно кто-то подавился слишком большим куском пищи. Затем раздался всхлип. Кто-то сел рядом с Олегом и взял его за руку. Это была Лена. Выглядела она совершенно нормально, если не считать заплаканного лица и растрёпанных волос.

Они молча взяли ложки и принялись поглощать мороженое. Когда двадцать минут спустя на крышу все же поднялись другие люди, психолог и его клиентка по-прежнему так и сидели, плечом к плечу, глядя на раскалываемое молниями небо. Пустой контейнер стоял у них в ногах и на его дне блестела одинокая черная лужица.

А потом внезапно хлынул дождь.

На окрытие клиники для лечения детей, страдающих онкологическими заболеваниями, собралось немало народу. Мэр, стоя на импровизированной сцене, что-то бубнил о том, как важно, когда бизнес социально ответственен. Олег и Лена сидели в самом первом ряду, ожидая церемонии перерезания ленточки.

– Жаль, что нельзя построить такую больницу, в которой бы лечили от того безумия, которым больно все наше общество, – вполголоса проговорила Лена. – Подумайте только, я воткнула отцовскую ручку человеку в горло, меня должны были упечь за решетку или в психушку, а вместо этого эти упыри признали меня своей. Наконец-то я добилась от них уважения, стала альфа-самкой. Все замяли и признали несчастным случаем. Лишь бы сохранить статус-кво.

– Опять вы за свое, – мягко улыбнулся Олег. – Смиритесь с тем, что вы достигли своего и можете теперь помогать людям, как вы того и хотели. Благодаря вам тысячи детей получат необходимое им лечение. Разве оно того не стоило?

– Получается, я должна смириться так же и с тем, что это произошло благодаря Чернову, – заметила Лена. – Ведь это он заставил меня сделать то, что я сделала.

Олег только покачал головой.

– Что, вы до сих пор не уверены? – Лена насмешливо взглянула на него. - Вы же все видели. Вы все знаете. Это наша с вами тайна на двоих.

– Я знаю, что вам пора на сцену, вас уже объявляют. Это ваш день и не стоит его портить дурными воспоминаниями.

– Это наш день, док, – Лена встала и протянула ему руку. – Поэтому вы пойдете со мной и будете, как и положено хорошему психологу, следить за тем, чтобы я случайно не обматерила со сцены всех этих лицемеров, что сейчас меня облизывают.

Олег рассмеялся и они под аплодисменты поднялись на сцену. Сидевший все это время неподалеку от них мальчик лет семи подёргал за руку отца:

– Пап, почему у этой тети такие страшные глаза?

– Почему же страшные, сынок, по-моему, наоборот, красивые, просто необычные, разного цвета. Такое редко, но бывает. Забыл, как это называется по-научному.

– Да нет же, они не разного цвета, а черные-пречерные! – воскликнул мальчик. – Прямо как у того монстра под кроватью, о котором я вам с мамой постоянно говорю, а вы не слушаете!

– Черные? – отец уже не слушал, он отвлекся на какое-то сообщение, пришедшее к нему на телефон. – Черные глаза тоже встречаются, редко, но встречаются. И, поверь мне, в этом тоже нет совершенно ничего сверхъестественного.