Маленькие засранцы

Когда-то давно на одном из островов обнаружили маленьких людей.

И тогда большие люди поклялись защищать маленьких.

Конец.

Джордж шёл на работу и случайно наступил на что-то мягкое.

Поднял ногу, посмотрел на подошву, а там — красная клякса с мини-одеждой.

Мужчина отошёл к траве, чтобы оттереть недоразумение.

Он свистел и думал:

«Опять эти засранцы! Плодятся будто крысы!»

Один из засранцев, проходя мимо, поднял шляпу:

— Здравствуйте, сэр!

Джордж вымученно улыбнулся (всё ещё тёр ногой):

— Здравствуйте. Сэр.

Маленький человечек пошёл дальше в лёгкой припрыжке.

Джордж хмуро проводил его взглядом, вспоминая дивные школьные годы:

— Джордж, а пойдём ловить маленьких детей маленьких человечков? — радостно воскликнул Эдик.

— Давай! А давай ещё попробуем нассать на их домики?

Но нассать не вышло. Охранник маленьких городков выпнул их.

Джордж вздохнул, предаваясь этим воспоминаниям.

Дошёл до работы спокойно. Почти.

На пешеходном переходе вечно смотрел под ноги, чтобы никого не раздавить. В конце концов за это могут и штраф дать.

На тротуаре он смотрел направо:

Там большие люди с плакатами «МАЛЕНЬКИЕ люди — НЕ ЛЮДИ», «они ЗАБЕРУТ НАШУ ПЛАНЕТУ», «МИР катится ПОД МАЛЕНЬКИЕ НОГИ».

А на левой стороне — маленькие, со своими плакатами и громкоговорителями:

«МАЛЕНЬКИЕ и большие — все ЛЮДИ», «РАВЕНСТВО всем и МАЛЕНЬКИМ».

Лично Джордж за права больших — те боролись за его удобства.

На работе мужчина проходил мимо кулера, слыша, как начальник (он тоже из маленьких) отчитывает коллегу за то, что та не выполнила задачу вовремя.

«Совсем оборзели», — думал Джордж.

Сев за свой компьютер, мужчина посмотрел на соседний.

Там друг детства разговаривал по телефону со своей женой:

— Маленькая моя, потерпи, ещё несколько месяцев — и у нас наконец появится ребёнок!

— (ответ из трубки).

— Я тоже очень рад!

Когда те закончили разговор, Джордж наклонился к другу:

— Ребёнок? Это вы этим самым занимаетесь, что ли?

— Не твоё дело.

— Это как? Она же маленькая, — не унимался тот.

Друг выжидающе посмотрел, а потом процедил сквозь зубы:

— Во-первых, мы не занимаемся «этим». Во-вторых, как я уже говорил, это не твоё дело.

— Эдик, ты какой-то скучный стал, — фыркнул. — И без «этого» любви нет.

Эдисон проигнорировал Джорджа и начал работать.

Рабочие часы почти закончились. И к концу дня все коллеги сидели в телефоне, изображая занятость только рядом с начальством.

Джордж не следовал их примеру — это скорее они следовали его примеру, ведь он самый первый открыл телефон.

Там, в «Телеграф», мужчина сидел в канале больших.

Админы публиковали фото и видео агрессивных маленьких, а Джордж и остальные либо возмущались, либо печатали «АХАХАХА».

Иногда туда сливали обнажёнки мини-женщин, накладывая блюр. Зато в комментариях (или в закрытом, но платном канале) — всё без цензуры!

Как бы то ни было, день большого человека подходил к концу.

Он шёл домой.

Городские огни потихоньку загорались. А Джордж потихоньку сгорал от тяжести жизни.

Он зашёл в магазин. В магазине два отдела — для маленьких и для больших.

Для разнообразия Джордж пошёл в левый отдел. Маленькие люди бросали косые взгляды.

Мужчина глянул на ценник. Пиво в десять раз дешевле!

Теперь уже Джордж бросал косые взгляды на маленьких.

Он открыл телефон, зашёл в «Телеграф» и нашёл канал «Подслушка сообщества больших». В него напечатал анонимное сообщение:

«Представьте себе, у них даже продукты дешевле! А зарплата у всех одинаковая! Им надо зарплату урезать до двух тысяч. Поделом им».

И пошёл покупать пиво.

Минут через пять, с пакетом, в котором лежали две банки и сухарики, плёлся к квартире.

На этой ноте шуршащего пакета закончился очередной день большого человека.