Мальчик-фейерверк и девочка-змея

7 января Миша проснулся в своей постели в московской квартире в абсолютной уверенности, что сегодня уж точно он сможет доказать миру, что чудеса существуют и ему удастся порадовать всех, кто его окружает. Мише 19. Он встаёт каждое утро в 6:00, суёт длинные стопы в не менее длинные махровые тапочки, закутывается в банный халат, что висит рядом, на потёртом стульчике, обитом зелёной тканью, и идёт в ванную. Там он не спеша принимает душ, регулируя поток воды и делая напор то сильнее, то слабее, нагревая и охлаждая душ по настроению, после чего выключает кран, вылазит из ванны, заворачивается в своё жёлтое-прежёлтое пушистое полотенце, которое приятно пахнет порошком "Дося", затем натягивает свежую майку и спортивные штаны и идёт на кухню, чтобы сварить себе черный кофе и сделать горячий бутерброд с сыром. Не самый полезный завтрак, зато невероятно вкусный. После парень спешит на учёбу. Он будущий программист. Сосед Миши, Костя Боровских, с которым они напополам снимают квартиру, ещё долго не появляется ни на кухне, ни в коридоре, ни в ванной. Ему можно спать подольше, потому что его работа начинается только с 10. Костя - начинающий бизнесмен. У него несколько ларьков по продаже газет, в одном из которых сидит он сам. Миша - довольно симпатичный парень - высокий зеленоглазый брюнет с забавной родинкой под правым глазом в виде искры. Откуда взялась эта странная родинка, спросите вы? Позвольте мне рассказать. Ведь с появления этой-то родинки всё и началось...

***

Детские годы Миша провёл с отцом и матерью в коммуналке в Митино, которая располагалась на улице Дубровской. Семья была довольно бедной, и родители мальчика могли позволить себе только одну комнатушку в большой, просторной квартире Хозяйкиных, которые сдавали свою недвижимую собственность в аренду сразу трем семьям. Три комнаты - и, соответственно, жить в каждой из них могло по одной семье. Семейство Гуровых (семья Миши) занимало самую маленькую - крохотную считай - комнатушку, что находилась почти впритык с кухней. Мебели у них всего-то и было что две маленьких тумбочки, кровать Миши и родительская кровать — чуть побольше. Думаю, говорить о том, что мальчик спал на раскладушке, излишне (другая кровать бы просто не влезла). У самого входа в квартиру находилась комната побольше, с телевизором, двумя диванами, шкафом и кухонным столом. Там жили молодожены Кисточкины со своей собакой Мопсей. Как они умудрились уговорить Хозяйкиных и разрешить им жить с домашним животным, уму непостижимо. И, наконец, напротив комнаты Гуровых была самая большая комната в квартире - она принадлежала семейству Ласточкиных. О, это была та еще семейка. Отец, мать и две девочки-близняшки. Ух и злые же были эти девчонки! Вечно обзывали Мишу длинным червяком (уже в маленьком возрасте он был выше сверстников), дурашкой и слюнтяем.

Миша не упускал случая дернуть ту или иную озорницу за их косички, а ещё как-то раз украл и надежно спрятал подаренную им на именины банку вишневого варенья, и только после того, как отец отлупил его ремнем, вернул все на место. Больше он на сестер не реагировал - делал вид, будто их не существовало. Вообще в то время складывалось впечатление, что понимают Мишу только два человека - его мама и Катя Кисточкина - худенькая светловолосая девушка, с веснушками на носу и в уголках вечно смеющихся губ. Остальные или не хотели общаться с мальчиком, или нарочно не замечали, задевая его, пихая, как будто он был случайным незнакомцем, зашедшим в гости на часок. Отец вообще постоянно, казалось, изыскивал случай, чтобы отругать, отлупить, завалить сына работой. Сам он работал в смену на заводе и приходил оттуда очень злой и усталый. Мама в такие моменты уводила Мишу в другую комнату - к Кисточкиным или же в кладовку - и сидела с ним там, гладя сына по волосам, пока отец ел ужин и приходил в себя. А ещё чаще с мальчиком беседовала его лучшая подруга Катя. В одну из таких тихих бесед летней ночью 1985 года и произошёл случай, о котором мне хотелось бы вам рассказать. -Не переживай ты так из-за девчонок, Миш, - ласково говорила Катя, имея в виду сестер Ласточкиных, когда они как-то с мальчиком втихоря, рано утром сидели на кухне и пили чай. Обоим не спалось.

- Всё образуется, вот увидишь. Ты им просто понравился, вот и всё.

-Да уж, понравился, как же, - дулся Миша. - Они меня сжить со свету хотят, что я, не знаю, что ли. Девчонки такие противные, хуже нас, мальчишек! А еще все нас обвинить пытаются, мол, какие мы агрессивные. Катя тихо засмеялась.

-Как я тебя понимаю! Сама я в детстве была такой драчуньей, ух! Когда мой будущий муж меня встретил, и я рассказала ему о своем прошлом, то он долго поверить не мог, что я со своим телосложением могу кого-то победить, но ты представь себе! Я с шести лет занимаюсь айкидо, поэтому знаю секретные приемы и могу уложить противника в считанные минуты. Вы, мальчишки, деретесь только затем, чтобы показать, что вы сильные, чтобы приобрести определенный статус в своей компании. Но сила не в мускулах, Миш. Сила - она в другом... Миша с сомнением посмотрел на неё.

-В чём же, если не секрет? Расскажешь?

-Отчего же, это не тайна.

Катя выпрямилась, сняла со своего плеча несуществующую пылинку и, когда она вновь заговорила, голос её был твёрдым и уверенным, как сталь.

-Можно быть самым сильным зверем на Земле. Как например вот тигр или слон. Но если найти правильный подход, отыскать ключик к тому самому сердцу, то всё станет ясно. Сила не в том. Сила - в доброте и способности укротить разбушевавшегося. Сила в кротости и смирении. Сила в силе воли, как ни странно, в вере в себя и в Создателя, в терпении и мужестве. Любовь — это сила. Нежность — это сила. Ум — это сила. Способность перешагнуть через свой страх и защитить того, кто тебе дорог — как мать защищает собственное дитя от опасности — это невероятная сила. Мало кто это всё осознает и понимает в начале своего жизненного пути, но я тебе говорю это сейчас, чтобы ты понимал — даже если тебе кажется, что ты слаб, поверь — это далеко не так.

В этот момент что-то ярко полыхнуло за окном, будто бы зарница. Миша и Катя разом вскочили. Из других комнат стали доноситься шорохи. Кажется, странное природное явление разбудило весь дом. В коридоре странно запищало радио, с треском щелкнуло, а потом затихло...

-Постой, не шевелись... Лучше я сама посмотрю, что случилось. — С этими словами Катя подошла к окну. В тот момент на дворе стояло довольно сухое лето, и ничто, казалось, не предвещало беды. Как вдруг — снова полыхнуло! Это было похоже на молнию, вот только почему она возникла так внезапно?

-Необычно. Просто невероятно! Миша, беги скорее к родителям в комнату! К нам приближается буря... И действительно, не прошло и минуты, как хлынул сильный дождь, стеной закрывший всё вокруг, отрезавший дом, где находились наши герои от улицы, машин, деревьев и всего, что было по ту сторону... Ярко полыхали молнии. Вспышки просто ослепляли. Электрические разряды били в землю, в вышки сотовой связи, в деревья. Где-то вдалеке запахло жареным. Послышались далекие гудки пожарной машины. К счастью, это было не рядом с домом Хозяйкиных. Однако природное явление на некоторое время посеяло настоящий хаос среди жителей Северо-Западного административного округа. Но нет, нет... Они же закрыли все окна, ничего страшного не должно приключиться! Миша дрожал. Он не знал, что и думать. Все звуки, как то: голоса и смех соседей, лай собаки, голос мамы и Кати, шум и гам на улице куда-то пропали, отдалились... Теперь Миша мог лишь завороженно смотреть на искру, летевшую к нему. Вся его пижама пропотела, но он этого не замечал; мама принесла ему в комнату какао, тихо поцеловала в макушку и тут же вышла, потому что все теперь, даже Ласточкины, собирались на кухне, чтобы было не так страшно, где-то издалека он услышал крик папы, мол, "где ты, сынок, только тебя и дожидаемся?" - он почти что не понял, что это всё происходило наяву. На него будто бы напал сонный паралич, двигаться не было сил и возможности. Он сидел и молча, про себя, отсчитывал расстояние от молнии до него.

Пятьсот метров...четыреста....триста....сто пятьдесят...двадцать пять...десять...девять...восемь...семь...шесть...пять...четыре...три...два...один...

И молния, замерев на мгновение, как ни в чем не бывало протекла сквозь окно и стала потихоньку приближаться к мальчику. Она плыла, такая горячая, такая живая, пульсирующая, с ярко-желтым ядром внутри и красными краями. Синие, зеленые, фиолетовые всполохи окружали ее. Это была необычная искра, необычная молния. Это...

— Шаровая молния! — крикнула мама Ласточкиных, Тина, и упала без чувств. В комнату тут же ринулись все обитатели квартиры, но они опоздали буквально на секунду. Что же случилось? Шар энергии подплыл к Мише и, мягко коснувшись его щеки, растворился. Молния прошла сквозь мальчика. Окружающие об этом еще не знали, поскольку были слишком взбудоражены общей суматохой.

— Дайте подушку, — громко прошептала Катя. Ей протянули что-то мягкое и, схватив это, девушка со всей силы пульнула подушкой в сторону гостиной — места обитания Ласточкиных.

— Нужно увести её и открыть балкон! Тогда она улетит!

Маневр сработал — молния плавно проплыла мимо зевак, неспешно затекла в комнату, куда по-пластунски уже прополз Алексей и, быстро и аккуратно открыв балкон (на балконе маленькая форточка всегда оставалась открытой), спешно отполз назад. Шаровая молния потекла дальше, достигла балконной двери, ткнулась в проём, ведущий на сам балкон, потусовалась на балконе, после чего таки вылетела в форточку, и тут уже было принято решение саму форточку захлопнуть на ближайшее время, дабы молния не вернулась. Только после этого все обратились к Мише, пытаясь узнать, все ли с ним в порядке. Кажется, это был первый случай в жизни мальчика, когда все к нему старались отнестись по-доброму. Мама Ласточкиных принесла огромный теплый плед и укутала мальчика, Алексей Кисточкин принес томик Жюля Верна (он гордился своей коллекцией книг и никому не давал её почитать), близняшки отдали свои порции какао, а отец сел рядом с ним, крепко обнял и закурил, после чего спросил:

— Сын, ты в порядке? Тебя не задело? Все хорошо? Миша только повернулся к нему, сонно похлопал глазами и пробормотал:

— Фиолетовая искра. Теплая и живая. Ик! Тут отец заметил, что с сыном что-то не так. Что-то изменилось.

— Вера! Пойди сюда, — окликнул он жену. — Не припомню этой родинки... Откуда она тут? Мама Миши присела на корточки и внимательно стала смотреть.

— И правда, — охнула она. Под правым глазом у Миши было что-то, похожее на выжженную искру. Вероятно, это был след от шаровой молнии, прожегшей кожу паренька.

— Бог мой, да что с ним такое?! — Катя кинулась к своему маленькому другу. Повернув лицо к себе, она тоже ойкнула.

— У тебя тут шрам! Боже, сквозь него прошла шаровая молния! Его срочно нужно везти в больницу! Она кричала очень эмоционально, что было совсем непривычно для хрупкой девушки. Алексей поднял ее и, обняв, оттащил в сторону. — Пусть родители решают. Если мальчик чувствует себя хорошо, то зачем мы станем устраивать весь сыр - бор из-за какой-то там родинки!

***

Дальше Миша помнит, что все-таки его отвезли в больницу, делали УЗИ, рентген, анализы, тестировали его на светобоязнь и прочие штуковины. Все было в норме. Потом — щелк! — другая картинка. Он с мамой в парке, гуляет среди осенних деревьев. Мише десять. Мама ненадолго отвернулась. Миша решил собрать для мамочки букет. Мальчик нагибается, поднимает один листок, второй, третий... На пятом букет начинает у него дымиться в руках. Миша не понимает, в чем дело, и испуганно роняет листья на землю. Дым идет сильнее, проявляются первые искорки. Может начаться пожар! К счастью, вовремя подбегает мама и помогает все это затушить водой из бутылки. Щелк! — память крутит свою кинопленку... Мише 15. На дворе - 1993 год. Парень в первый раз, тайком от матери, за гаражами, пробует закурить. У него нет зажигалки, а зажигалка друзей сломалась. Миша берет сигарету, зажигалку, слегка касается ее пальцем - вдруг получится провернуть давний фокус с листьями? Парень слегка щелкает пальцами, и - вуаля! - на конце зажигалки горит крохотный огонек. — Прикол! Вот это ты даешь, бро! Друзья в шоке. Миша и сам удивлен — он что же, стал носителем огня? Очень-очень странно...

Щелк! — мы в 1996 году. Миша не хочет быть обычным. Он хочет понять, как использовать свою силу. Четыре года он ее обуздывал, пытался осознать, что мешает ему ее развить и кто может помочь сделать так, чтобы все было отлично. Он долго мается, проводя часы в библиотеке, размышляя над своей сущностью, работая в магазине стройматериалов и понемногу учась на подпольных курсах на программиста. Он верит - еще немного, и все наладится. Еще немного — и разгадка найдется. Что это за таинственная шаровая молния? Кто ее наслал тогда, в далеком 90-м? Что дает парню его сила? Одно он знал точно - она может помочь ему творить чудеса и проявить себя с лучшей стороны. Он сможет защищать слабых и не давать их в обиду. Это уж как пить дать. Вот бы выяснить, что он не один такой особенный, что есть и другие...Похожие на него. С подобным даром! Быть может, та самая молния не только его задела, как знать?

***

Молния настигла Мишу, когда ему было всего семь лет. С той поры отношения в семье изменились. Мать больше проводила времени с сыном, отец не мог это так спокойно оставить, ревновал, искал внимание на стороне... Вскоре эти измены участились и однажды всплыли на поверхность в одной вечерней ссоре. Итог - развод, плачевный разрыв, мама с Мишей оказались фактически на улице, ведь платил за коммуналку именно папа... Хорошо, что в трудные времена нашлись добрые люди. Приютили, обогрели, дали кров и пищу. Поначалу пережидали сложности у бабушек-дедушек, после мама нашла работу - устроилась уборщицей в ближайшую поликлинику, а после дослужилась до медсестры, поскольку окончила специальные курсы - и на скопленные и подаренные от родных деньги удалось снять комнату у одной сердобольной женщины в Новых Черёмушках. Потом парень пошёл в школу, стало несколько легче, не нужно было Мишку везде на себе таскать... А начиная с 14 лет парень стал подрабатывать - то продажей газет, то помощником на стройке, то раздавал листовки. Но только поступив в институт на бюджет понял наконец, что жить на стипендию гораздо проще, чем вкалывать за гроши и ныкаться от милиции, когда занимаешься чем-то незаконным (порой приходилось идти на разные не вполне легальные сделки, о содержании которых мы умолчим...). Плюс ко всему парню не давал покоя его дар - владение огнем, который то прорывался в моменты гнева и злости, то утихал. Но пока не поддавался полному контролю. Каждый вечер после учёбы, возвращаясь к себе домой, Миша поспешно бросал ключи на журнальный столик, и они мягко звякали о поверхность. Как он сделал и сегодня. День был неплохой, их группу даже отпустили пораньше с последней пары в честь праздника. Преподаватель был верующим дядечкой и посоветовал всем провести этот день дома, вместе с семьей... Ха.

Знал бы он, что семья Мишина уже сто лет как распалась. Сейчас Миша слышит, как кто-то разогревает еду в микроволновке, кто-то смотрит телевизор и это тоже слышно... Каждое утро бабушке с 10 - го этажа кто-то звонит по проводному телефону... Вроде, казалось бы, мелочи, осколки чужих жизней, но они понемногу прорывались в жизнь Миши. В какой-то момент он даже задумался – а что, если это неспроста? Что, если ему нужно использовать свой дар во благо близким? Он этого не знал. После того случая в 96-м парень всегда изыскивал способ скрывать свой дар от других. Пока что ему везло, потому что в отдельных случаях огонь так и порывал выбраться наружу из кончиков его пальцев. Спасало лишь одно только чудо. Не успел Миша целиком и полностью погрузиться в свои мысли, как из кухни вынырнул Костя и пробасил:

— Здорова, Мишк. Тебе тут твой отец звонил, просил в гараж заглянуть, как будет минутка. Миша тихо застонал и сполз спиной по стене. Только этого ещё не хватало. После того, как Сергей Гуров оставил семью, он практически не выходил на связь. Хотя Миша навёл справки и выяснил, что отец всё это время находился неподалеку, как бы наблюдая исподтишка за жизнью бывшей семьи. Не стремясь при этом помочь ни морально, ни материально. Последним желанием парня было бы встретиться с этой сволочью. Но деваться было некуда. Особенно после того, как Костя добавил:

— Твоя мать в курсе.