Мальчик-пряник

Жила одна женщина, и не было у нее ни мужа, ни детей. Как-то раз загоревала она, сидя у окошка. Дом есть, сама хозяйственная, любые дела в руках спорятся, а вот поди ж ты, одна и одна. Сидит и слезы утирая, в окошко смотрит. В это самое время проходил мимо странник, увидел он, как женщина плачет.

-- Что хозяйка, нет ли водицы испить?

Женщина вынесла ему воды ковшик, он отпил глоток и говорит:

-- Славный у тебя квасок.

Она смотрит: в ковшике и впрямь квас.

-- А нет ли кусочка хлеба, хозяюшка?

Принесла она ему хлеба краюху, он в руки взял и говорит:

-- Хороший пирог, да стоя есть не по-нашему.

Пригласила она его в дом зайти, раз такое дело. Вошёл старик в дом, огляделся, длинную бороду погладил, сел на скамью и говорит:

-- Знатно живёшь. Всё у тебя есть.

Тут она опять заплакала и говорит:

-- Живу как умею, да Бог семьи не дал. Хочу сыночка маленького да ладненького, к старости утешение.

-- Не горюй, будет у тебя сынок. И очень скоро.

Посидел старик, отдохнул, да и дальше пошёл. А женщина задумалась. Скоро сказывается, не скоро делается. Откуда взяться сынку-то? Это ж не пирог какой-нибудь.

А дай-ка, думает, испеку пирожок. Хотела тесто замесить, а муки-то нету. Пошла она к соседке, муки одолжить. Соседка муки дала, даже очень охотно. Она знала, что спички да соль нельзя одалживать, а муки чем больше дашь, тем лучше для тебя.

Пришла женщина домой, видит: у неё и вода закончилась. Взяла ведро, пошла к колодцу. Как ведро-то с водой домой принесла – глянь, а в нём монета серебряная на донышке. Вот чудеса! Да на этом чудеса не кончились. Враз в доме – ни спички, ни соли, ни растопки для печи – ничегошеньки нет. Куда все подевалось? Не спроста это всё. Видать, это не странник был, а тот, кто чужим добром поживиться любит. Но она дело до конца доведет. Взяла она монету, понесла к соседке – это, говорит, тебе за муку, а ещё дай мне соли и спичек, да масла бутылку. Соседка скупая была, да монета полдома стоила, она и дала всё, что женщина просила.

Хозяйка наша пришла, значит, домой, тесто месить начала. Мигом пирог был готов. Запахло в доме вкусной выпечкой. Она достала противень из печи, да и ахнула: вовсе не пирог испёкся, а пряник вроде. Да такой странный – на человечка похожий. И голова есть, и руки-ноги. Мальчишечка, да и только.

Тут, как на грех, соседку принесло. Я, говорит, зашла посмотреть, что ты испекла из моей муки. Увидала пряник и аж позеленела от зависти. Отрежь, говорит, мне голову.

-- Нетушки, -- отвечает хозяйка, я этот пряник есть не собираюсь. А насчет муки да прочего ты лучше помалкивай, сколько я тебе за них денег отвалила.

А та: нету у меня твоей денежки, пропала куда-то. Слово за слово, поссорились они. Ушла соседка и дверью хлопнула.

А женщина положила пряник на окошко остудить. Шли мимо цыгане, увидали пряник и украли его. Все крали, что на окнах лежало, а потом сели в кибитку и с песнями покатили в чисто поле. Там цыганёнок стал у матери пряник просить, а та ему:

-- Не дам, это не простой пряник, кто его съест, тому счастье будет, а ты у нас и так счастливый, Яшка.

Старая цыганка услыхала и говорит:

-- Что ж ты тогда, Надя, чужое счастье украла? Надо было за него денежку оставить. А так ешь – не ешь, толку не будет. А не то ещё и Бог накажет.

-- Раз так, -- говорит молодая цыганка, -- надо его вернуть, только у нас денег нет, только золото одно. Ладно, дам той женщине золота.

Легко сказать, да трудно сделать. Они ведь уже далеко отъехали, да и ночь наступала. Ихний табор в поле заночевал, там они костры разожгли. Подъехали другие цыгане, все с добычей: кто так взял, как цыганка Надя, кто нагадал, а кто наторговал. А одна цыганка ребенка привезла. Маленький мальчик, да шустрый, как цыганёнок. Никто не поверил, что она его у нищенки купила. Стали на смех поднимать, а та рассказывает: в городе была, видит, сидит нищенка у церкви, да не побирается, а ребенка продаёт. Она и купила, потому что видит – та не жилица на белом свете. А рядом босяки крутятся, знамо дело, пропадёт ребеночёк. Вот и купила, пусть в таборе растёт.

Все уснули, одна старая цыганка не спит, сидит у костра, думу думает.

А тем временем женщина, что пряник испекла, сидит дома, опять горюет, корит себя, что пряник на окошко положила. Думает, что его собака стащила и съела. Ладно, думает, завтра испеку новый пряник, лучше прежнего, угощу соседку. С тем и спать легла.

А старая цыганка, которая много чего на своем веку повидала и много чего знала, решила пряник съесть. Я, думает, всё равно старая, мне и грех на душу брать. Взяла она пряник, открыла рот, да и куснула. Тут у нее последний зуб и сломался. Не может она пряник откусить, хоть ты тресни! А тут мальчик купленный к ней подходит. Она ему пряник и сунула в сердцах – на, говорит, откуси, попробуй. Он взял пряник и съел, как ни в чем не бывало. Тогда старуха взяла его за руку, вывела в поле и показала:

-- Иди вон к той деревне. Там тебя мамка дожидается.

Так оно и вышло. Утром мальчик пришел к тому дому, откуда пирогами пахло. Сел у порога и уснул. Женщина та бездетная выходит по воду, значит, а у порога мальчик сидит – ну чистый пряник: рубашечка на нЁм красная, сапожки лаковые, а лицом ну как есть сынок. Взяла она его себе, и зажила счастливо. А там и добрый человек выискался, посватался, ещЁ двое детишек у них появилось. Вот такая сказка.