Мария и её борьба с неведомым.
Сказочные миры Марии.
Завязка. Стильная девушка.
Мария шла упругой и стильной походкой, высоко подняв голову по алее мимо областной администрации, при этом небольшой и теплый майский ветерок слегка ворошил её светлые волосы, которые она по привычке связывала резинкой на затылке в большой и шикарный длинный хвост. Что же касается её внешнего вида то так как в самом конце мая внезапно наступили некоторые холода то одета эта молодая и красивая девушка в эластичные обтягивающие джинсы, легкие ботинки на каблуке средней высоты и кожаную куртку косуху с бахромой на плечах из-под которой виднелась настоящая клетчатая рубашка, которая придавала этой молодой леди самый настоящий и довольно-таки современный шарм. Ну и последнее что дополняло эту стремительно двигающуюся к какой-то одной ей известной цели девушку это была наброшенная на её левое плечо небольшая, но вместительная тканевая сумочка, в которой было все необходимое, что могло в любой момент потребоваться такой стильной и стремительной леди, а именно набор косметики, расческа, кошелек с небольшим количеством наличных, а также банковских и кредитных карт, достаточно навороченный смартфон, а также всякая мелкая всячина и конечно же упаковка самых настоящих презервативов. В общем, что тут и сказать, но эта высокая и стройная блондинка была так скажем подготовлена к любым неожиданностям, которые могли произойти на её жизненном пути, который в данный момент был направлен в сторону центральной части данного областного города который если уж говорить об этом предельно откровенно славился своей исторической частью которая в основном состояла из нескольких достаточно больших торговых рядов и старинных зданий постройки позапрошлого и начала прошлого века.
Таким образом, выше было дано введение, в котором и была предоставлена вкратце информация, что же представляет из себя эта самая Мария и что представляет собой окружающая эту молодую девушку среда, в которой она и вращалась уже вот почти целый год с тех пор как её лысоватый и полноватый папа Сан Саныч решил перебраться в данный областной центр с целью открытия центрального офиса своей транспортно-логистической компании. Однако здесь следует уделить еще немного строк семье нашей Марии, ибо кроме папы в нее еще входили её красивая и симпатичная с большой грудью и броским видом прогрессивная и современная мама Анжела Владимировна и только что закончивший восьмой класс общеобразовательной школы, но уже достаточно самостоятельный и интересующийся всяким разным и интересным для его возраста, младший брат по имени Альберт, ну или просто Алик.
«Ну что же вот и закончился этот учебный год и завтра наступит лето… Кстати, а ведь со следующей недели обещают сильное потепление, а не то этот месяц май хоть и выдался солнечным, но какой-то скажем так достаточно холодный…», - размышляла наша Мария направляясь по вышеупомянутой алее в сторону центра города и все бы было так просто и хорошо, как вдруг прямо перед ней как будь то из ниоткуда неожиданно возник довольно-таки странный тип, судя по внешнему виду которого можно было, смело предположить, что он является актером самого передового кино, ибо главным его отличием являлась длинная всколоченная седая борода «а-ля Гендальф или все тот же «старик Хоттабыч», а также бегающий хитрый, но какой-то явно добродушный взгляд, которым светились его цвета самого настоящего индиго глаза. Кроме этого данный индивид был одет в светлый льняной костюм в стиле Никита Сергеевич Хрущев, белую рубашку с вышивкой, распахнутый длинный двух бортный кремового цвета плащ, лакированные штиблеты и легкую летнюю шляпу с множеством небольших отверстий, что же касается особого шарма в стиле этого явно пожилого субъекта, то им являлась длинная лакированная трость с набалдашником в виде какой-то странной головы золотого цвета которую он довольно-таки так играючи держал в своих морщинистых, но явно крепких руках.
- Добрый день милая Маша, как видите, мы снова с вами встретились! – последовало со стороны этого вышеописанного индивида, который при этом просто на просто преградил путь нашей героине, и на лице которого при этом расплылась самая настоящая и широкая добродушная улыбка.
- Вы… Вы… Да вы же сир Гентиэр Тонги! – с некоторым недоумением воскликнула на это наша героиня на что данный субъект сделал какое-то странное и строгое лицо и кратко произнес:
- К вашим услугам, милая девушка!
- Вы знаете, если честно то когда мы с вами встречаемся, то это меня как-то напрягает, ибо после этого жди чего-либо странного и неизведанного, то есть, проще говоря, самый настоящий эксцесс, - последовало на это со стороны нашей героини, однако её слова ничуть не смутили сира Гентиэра Тонги, и он уже как-то по дружески, но очень и очень деловито заговорил:
- Что же вы совершенно правы Мария, ибо как и в прошлые наши встречи я пожаловал сюда для того чтобы предупредить вас о том, что в самое ближайшее время с вами явно произойдет что-то явно экспрессивное и неординарное. Так что милая девушка соберите весь свой энтузиазм и находчивость и будьте готовы к неожиданному повороту судьбы.
- Вот как, и что же меня ждет на этот раз? Снова что ли предстоит попасть в эпоху первой русской революции? – с явной обеспокоенностью задала вопрос Маша, на что «Хоттабыч» сделал задумчивое лицо и уже более протяжно и тактично пояснил:
- Не знаю, но если честно то силовые поля очень и очень напряжены, и хранители очень обеспокоены этим, и все это просто крутится вокруг вас, так что будьте готовы в любой момент оказаться где-нибудь в самом неожиданном месте, времени, а возможно и ином мире, - последовало со стороны Гентиэра Тонги, что привело героиню нашего повествования в некоторую задумчивость, в результате чего она задала следующий вопрос:
- А более подробно вы ничего не можете пояснить?
- Более подробно нет, но время пришло и вами заинтересовались иные и очень могущественные силы, так что будьте очень осторожны и аккуратны, кстати, я вроде бы уже предупреждал вас об этом в нашу прошлую встречу…, - как-то так немного неуверенно произнес Машин собеседник, после чего он быстро отступил в сторону освобождая девушке, проход и уже совершенно спокойно добавил: - В общем, я вас предупредил, а теперь я вынужден откланяться, ибо у меня здесь, то есть в этом мире, есть и другие дела. К вашим услугам маг и чародей, а также мастер пластической хирургии, сир Гентиэр Тонги! Успехов вам Мария…
И с этими словами данный индивид быстро засеменил своими обутыми в блестящие штиблеты ногами по аллее мимо областной администрации, куда то в противоположном направлении, ну а что касается нашей героини, то она еще некоторое время задумчиво смотрела ему вслед, после чего встрепенулась и быстро двинулась далее в направлении центральной части города по своим делам, размышляя при этом о следующем:
«Хм, ну древние боги и демоны, это что же получается такое, значит меня ждет неведомое и это может произойти в самое ближайшее время… Да, сир Гентиэр Тонги просто так не появляется на моем пути, хотя ничего такого конкретного он так и не сказал, а может связаться с Полиной и поговорить с ней об этом? Нет, пока не стоит, ведь ничего такого экстраординарного еще и не произошло, но силовые поля очень и очень напряжены и хранители сильно обеспокоены, а это явно говорит о том, что скоро случится какой-либо эксцесс…».
В общем вот так, размышляя о том, что сказал маг и чародей Гентиэр Тонги наша славная Мария и дошла до центра, после чего её мысли отвлеклись от вышеупомянутой встречи, и она занялась самыми обычными покупками, ибо именно в этой части города и находилось большое количество самых разнообразных больших и маленьких магазинов, а также большой продовольственный рынок. Таким образом, вскоре, то есть спустя примерно пару часов героиня нашего повествования с двумя большими пакетами в руках направилась в сторону своего дома, при этом на этот раз она не стала идти пешком, а села в один из городских автобусов, в результате чего спустя всего полчаса она оказалась вблизи своего дома, на чем её данный поход и был закончен и что очень обрадовало её славную маму Анжелу Владимировну, которая к этому времени уже также появилась дома, в результате чего далее обе женщины занялись самой обычной подготовкой к предстоящему ужину.
Ну а когда ужин был окончен и Машин папа Александр Александрович уселся в гостиной их большой четырех комнатной квартиры перед телевизором, а младший брат Альберт, обрадованный тем, что учебный год наконец-то закончился, и наступили самые настоящие летние каникулы отправился гулять во двор, наша героиня и её прогрессивная мама закончив мыть посуду, уединились в комнате Марии, где между ними состоялся следующий и довольно-таки оригинального смысла разговор:
- Мам, я должна сказать тебе кое-что важное, - начала его девушка.
- Я внимательно слушаю тебя дочка? – тут же последовало на это стороны Анжелы Владимировны.
- Послушай, может случиться так, что я снова на некоторое время пропаду, - с каким-то толи сомнением, толи неуверенностью в голосе произнесла Маша.
- Как опять, ну знаешь ли… Когда это случилось в прошлый раз, мы все так перепугались! – воскликнула на это её мама.
- Видишь ли, мам, это не зависит от меня, просто это может случиться в любой момент, - продолжила данную тему героиня нашего повествования.
- А чего это ты вдруг так решила? – с некоторым скептицизмом в голосе произнесла на это Анжела.
- Об этом мне сказали знающие люди, но ты не беспокойся за меня мама, я уже достаточно взрослая, да и опыт в этом деле у меня есть, так что все будет в порядке, тем более что на этот раз наступили каникулы и никаких проблем не должно быть, - попыталась успокоить Анжелу Владимировну её дочь.
- Ну, уж не знаю, во всяком случае, одну я тебя не отпущу, - явно расстроенным голосом дала следующее заключение всему вышесказанному мама, ну а далее данный разговор зашел о вещах более обыденных и менее актуальных.
Глава 1. Один странный вечер.
И вот наступили первые дни лета, при этом погода все-таки совершенно наладилась и стало очень и очень тепло, что привело к тому, что девушки и женщины стали оголяться или если говорить более точно перешли в своей одежде с курток и плащей на легкие маечки, шортики и платья, в общем, что тут и сказать, но первые дни лета принесли с собой горячее и даже так сказать обжигающее тепло. Что же касается нашей Марии, то она, также как и остальные девушки её возраста, сменила свои стильные джинсы и кожаную куртку на более легкий наряд и, как и положено, в первый же день лета вместе со своей прогрессивной и современной мамой Анжелой Владимировной решила прошвырнуться по магазинам, что привело к тому, что обе эти красивые и стильные женщины примерно в десять часов утра покинули свою четырех комнатную квартиру и пешком, благо, что погода явно способствовала этому, направились в центр города. В общем, что тут и сказать, но примерно минут через сорок они оказались в данном славившемся старинными зданиями центральном районе данного областного центра и первым делом зашли в один из расположенных там многочисленных фирменных бутиков, чтобы подобрать себе по паре соответствующих моде этого года купальников.
И все бы было так просто и хорошо, но так как в связи с наступлением жары в этом торгующим женской одеждой магазине было полным полно народу Мария и Анжела были вынуждены задержаться там, на достаточно так длительное время и лишь уже когда наступил жаркий полдень они покинули данный магазин и с двумя фирменными пакетами направились в одно хорошо знакомое им кафе, которое было расположено в находящихся ближе к реке торговых рядах рядом с магазином товаров для взрослых, над дверьми которого висела большая вывеска «Интим». И вот когда мама и дочка расположились за столиком в прохладном затемненном зале данного заведения, между ними состоялся следующий довольно-таки так оригинальный разговор:
- Послушай Марья, - а именно так обычно и называли свою старшую дочку родители, - а это, насчет того что ты снова можешь исчезнуть, серьезно? – задала нашей героине вопрос Анжела Владимировна.
- Вполне вероятно, что да, видишь ли мама, недавно я встретила одного человека, который, как и в прошлый раз предупредил меня, что это может скоро случиться, а это очень и очень серьезно, - ответила на вышезаданный вопрос Маша.
- Так понятно, теперь я вижу, что у тебя очень и очень серьезные знакомые, но все-таки Марья, наш папа уже как месяц назад приобрел для нас всех туристический тур на Черное море, так что может все-таки, ты соизволишь составить нам компанию в этом мероприятии? – неожиданно последовало со стороны Анжелы, на что наша Мария немного подумав, дала следующий ответ:
- Если честно, то я даже не знаю, когда все это может случиться, так что будущее нам предугадать, не дано, мама.
- Ой, Марья, Марья, я даже не знаю, что на это и сказать, ну ладно давай доедай свое мороженое и пошли дальше, ибо нам еще предстоит посетить как минимум три магазина, - последовало на это со стороны её мамы и вскоре, то есть если говорить более точно, примерно минут пять спустя обе женщины покинули данное кафе и направились далее чтобы примерно еще в течение полутора часов посетить еще несколько торговых точек, после чего они, усевшись на этот раз в идущий в нужную сторону городской автобус, преспокойно наконец-то добрались домой.
И все бы вроде в данном эпизоде не предвещало ничего, скажем так необычного, однако уже вечером, когда вся семья, включая их папу лысоватого и полноватого Александр Александровича и младшего брата нашей героини Альберта, поужинала, обе женщины, а именно главная героиня нашего повествования Мария и её прогрессивная и современная мама Анжела, решили выйти подышать свежим воздухом, а заодно и посетить ближайший к их дому дикий пляж чтобы посмотреть много ли там в этот жаркий вечер собралось народу. При этом лезть в воду они скажем так все-таки не собирались, но все-таки решили надеть под легкую верхнюю одежду по только что приобретенному в этот день стильному и модному купальнику-бикини, что они немедленно и сделали, после чего оставив своих папу и брата дома покинули их элитный многоквартирный дом и направились в сторону протекающей через данный областной центр большой и полноводной реки.
И вот примерно через полчаса Маша и её мама оказались возле перекинутого через вышеупомянутую водную преграду сделанного из железных ферм огромного железнодорожного моста, где и начинался тот самый дикий пляж, при этом, несмотря на то, что яркое летнее солнце уже склонилось к горизонту, там оказалось достаточно так многолюдно, хотя в основном желающих искупаться было все-таки немного, а большинство отдыхающих там горожан просто наслаждалось исходящей от воды прохладой и нежилось под все еще жарким солнечным светом.
- Послушай Марья, а ты знаешь, что это за мост? – вдруг совершенно неожиданно обратилась к своей дочери Анжела.
- В смысле мама? Железнодорожный, - с удивлением произнесла на это девушка.
- Этот мост построили еще до войны в начале тридцатых и его строил твой прадед, но самое главное не это, а то, что он имеет важное стратегическое значение и во время войны через него шли поезда с интервалом в тридцать секунд, кстати, он и сейчас охраняется, вон видишь те железные будки с бойницами и колючую проволоку? – пояснила умная Анжела Владимировна, на что удивленная этим разговором Маша произнесла следующие слова:
- И откуда ты все это знаешь мама? Ведь прошло столько лет…
- Кое-что мне рассказывали мои родители, а вообще-то через этот мост идет единственная наикратчайшая дорога на восток страны, - последовало от Анжелы.
- Как так мам, по нему же сейчас ходит всего пара поездов в сутки? – последовал следующий вопрос со стороны дочери.
- Это сейчас, когда основные поезда идут через расположенную севернее узловую станцию, но фактически этот мост и сегодня не потерял своей значимости, ну да ладно, пойдем Марья прошвырнемся по пляжу, посмотрим на обывателей этого городка, - предложила мама, и далее наши женщины направились вдоль берега, причем, чем далее они удалялись от моста, тем менее встречалось отдыхающих и вскоре они оказались в таком уединенном месте, где для того чтобы спуститься к воде было необходимо преодолеть как минимум десяти метровый обрыв.
- Да, однако, ну и зашли же мы мама в глухомань? Давай позвоним домой папе и скажем, что мы возвращаемся, - последовало со стороны Маши, чему они тут же последовали, после чего женщины направились обратную сторону, ну а солнце тем временем практически скрылось за горизонтом, и внезапно наступили самые настоящие сумерки.
- Знаешь Марья мне здесь уже когда-то давным давно приходилось бывать и вообще-то где-то в этом месте был проход к проходящей вдоль реки дороге, так что предлагаю срезать путь, а не то уже действительно поздно, - внезапно произнесла Анжела и действительно вскоре они оказались возле огороженного двумя высокими заборами с колючей проволокой узкого проулка который действительно вел в указанную сторону.
- Ага, это вроде бы действительно здесь, - как-то не особо уверенно последовало от мамы, на что Маша тут же произнесла:
- Ну, если ты так считаешь то пошли…
И далее мама, и дочка углубились в данный проход, причем, чем далее они удалялись от реки, на душе у нашей героини становилось все более и более беспокойно, пока вдруг совершенно неожиданно по стройному телу нашей героини совершенно внезапно пробежала та самая хорошо знакомая ей дрожь, которая явно свидетельствовала о том, что где-то рядом происходит что-то явно необычное и экстраординарное.
- Мам, мам, погоди! – тут же последовало со стороны Марии на что шедшая впереди по протоптанной многими ногами тропинке Анжела тут же остановилась и обернувшись к дочери произнесла:
- Что, что случилось, Марья?
- Тут явно что-то не то… Я думаю, что нам следует вернуться, - ответила ей героиня нашего повествования.
- Погоди дочка, мы уже практически добрались до цели, еще десяток другой шагов и будет дорога, - уверенно произнесла на это женщина.
- Да мам, я понимаю, но, похоже, что это началось…, - тихо почти, что шепотом произнесла Маша.
- Что началось?
- Просто я чувствую, что где-то рядом возник переход.
- Переход?
- Ну да, переход между мирами ну или иными временами, называй это как хочешь мама, - с явной тревогой в голосе произнесла Мария, на что Анжела Владимировна немного подумав, произнесла следующие слова:
- Хм, ладно Марья, пошли, осталось совсем немного, ну а если что не так, то вернемся…
И после этих слов мама и дочка двинулись дальше, причем, чем далее они продвигались через этот ограниченный двумя высокими заборами с колючей проволокой наверху заборами, тем все тревожней и тоскливей становилось на душе у нашей героини. И вот примерно еще метров через пятьдесят Маша и мама совершенно неожиданно вышли на открытое пространство, однако самым удивительным стало то, что вместо заасфальтированной современной дороги они оказались возле обычной грунтового проселка, который извилисто вел куда-то в сторону поросшей густыми деревьями окраины города.
- Нее мам, тут явно что-то не то, - с тревогой в голосе произнесла Мария, на что со стороны Анжелы последовал следующий вопрос:
- Что ты имеешь в виду девочка моя?
- Мам это не наш мир, по крайней мере, посмотри сама, никаких многоэтажек я не вижу, - пояснила наша героиня.
- Однако, однако, да ты действительно права… Это явно не наш город, - с удивлением последовало со стороны Анжелы Владимировны, после чего Маша быстро заговорила:
- Мама, мама, мы просто попали во временной переход и находимся в прошлом, надо немедленно и как можно быстрее возвращаться обратно!
- Хорошо дочка, пошли, - кратко ответила на это женщина и далее они быстро направились в обратную сторону через этот узкий проход, чтобы минут через десять снова очутиться на берегу и тут вдруг перед ними совершенно неожиданно возник медленно плывущий и испускающий в еще светлое на фоне заката небо черные клубы дыма колесный пароход, внешний вид которого явно свидетельствовал о том, что наша героиня и её умная и прогрессивная мама все также остались в каком-то еще пока неизведанном далеком прошлом.
…
Мария и Анжела Владимировна сидели в большом с обшарпанными стенами помещении, окна в котором были забраны самыми настоящими решетками, а под потолком свисали, и тускло освещали данное пространство две самые настоящие лампочки накаливания без каких-либо абажуров. Однако самым главным было то, что прямо перед сидящими на самых настоящих крашеных синей краской деревянных табуретках женщинами за обычным письменным двухтумбовым столом находился одетый в кожаную куртку с красным бантом на груди чисто выбритый с небольшой аккуратно подстриженной бородкой сутулый тип в круглых металлических очках и внимательно глядя на маму и дочку что-то периодически записывал в толстом коленкоровом журнале.
И вот по прошествии достаточно длительного времени этот индивид «а-ля русская революция» наконец-то каким-то строгим и скрипящим голосом громко произнес:
- Так, так, так и как же вас зовут уважаемые дамы?
- Ну, вообще-то меня Анжела Владимировна, а это моя дочь Мария, - тут же ответила на его слова мама.
- И откуда же это вы взялись в таком, скажем так, непотребном виде? – продолжил допрос, данный представитель нового революционного режима, явно имея в виду то, что одетые в легкую одежду и кроссовки мама и дочка явно не соответствовали образу этого времени.
- Вообще-то мы попали сюда…, - начала, было, Анжела однако тут она внезапно замолчала а со стороны одетого в кожанку с красным бантом индивида последовали следующие грозно сказанные слова:
- Ладненько, откуда вы взялись, мы обязательно разберемся, ну а пока что разрешите представиться, перед вами начальник губернского ЧК Симон Косиорович Беркель, ну а вы как я понимаю, есть самые настоящие проститутки местного пошиба причем, скорее всего индивидуалки. В общем, так! – и тут чекист обратился к стоящему возле дверей одетому в солдатскую форму с винтовкой в руках сотруднику Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и бандитизмом: - Товарищ Смирнов отведите этих дам в камеру и подберите для них какую-нибудь подходящую одежду, ну а завтра когда выяснение будет закончено, отправим этих двух дам на принудительные работы. Будут знать, как заниматься проституцией в первом государстве рабочих и крестьян!
- Будет исполнено товарищ Беркель! – громко и как-то даже радостно ответил на это солдат, и грозно направив свою винтовку с примкнутым штыком на наших женщин уже как-то с явной угрозой добавил; - Ну что пошли, что ли дамочки!
В общем вот так, наши Мария и Анжела Владимировна совершенно неожиданно для себя оказались вместо своих теплых и чистых постелей в самой настоящей камере губернского ЧК, где из удобств было лишь старое ржавое ведро и три с набитыми соломой матрацами сетчатые железные кровати, на одной из которых уже расположилась одетая с явным вызовом по всей моде того постреволюционного времени, как сразу же стало ясно, дама легкого поведения. При этом едва только наши женщины оказались в этой каталажке, эта явно не первой свежести дива тут же поднялась со своего ложа и подсев к ним с каким-то явно анархистским апломбом произнесла:
- Ого, вот это индивидуалки пожаловали к нам, скажите и много у вас клиентов?
- Вообще-то мы здесь совершенно случайно, - тут же среагировала на слова этой представительницы самой древнейшей профессии Мария, на что с её стороны тут же последовало:
- Меня Акулина зовут, у вас курить есть?
- Нет, мы не курим, - кратко ответила на данный вопрос Анжела Владимировна.
- Жаль, ну ничего, утром придет товарищ Смирнов, у него и спросим. А вы как вообще здесь оказались? – продолжила данный диалог Акулина.
- Совершенно случайно, в общем, мы из другого времени, - дала очередной ответ Машина мама.
- Из другого времени… Ну тогда я вам не завидую, - произнесла на это местная проститутка.
- Почему? – спросила на этот раз Мария.
- Это большевиками не приветствуется, - как-то немного загадочно продолжила Акулина, - лучше скажите чекистам, что вы индивидуалки, тогда на работы просто отправят, хотя мне кажется, что скоро власть большевиков кончится.
- Хм, и с чего бы это? – с некоторым сарказмом задала очередной вопрос Анжела.
- Да просто эсеры так и мутят народ, скоро явно будет большая буза, особенно в Ярославле и Москве, - ответила на это дама легкого поведения, после чего она внезапно прекратила этот разговор, и снова завалившись на свою кровать громко захрапев, заснула здоровым и глубоким сном.
Глава 2. Собрание ЦК.
Тем не менее, но здесь следует немного отступить назад и пояснить как же это наши Мария и её прогрессивная и современная мама Анжела Владимировна оказались в застенках губернского ЧК, ну а произошло это если говорить предельно откровенно самым банальным образом, ибо едва только наши женщины поняли что переход между временами неожиданно закрылся, они тут же направились вдоль берега реки в сторону городских окраин с целью найти какое-нибудь прибежище хотя бы на первые дни, после чего снова вернуться на это место и попробовать снова перенестись в свое славное и спокойное будущее. Однако едва они только достигли того самого места, где в будущем должен был находиться тот самый уже ранее упомянутый железнодорожный мост, перед ними вдруг совершенно неожиданно возник самый настоящий состоящий из одетых самой что ни на есть революционной моде вооруженных людей, чекистский патруль который тут же и доставил Машу и её маму в управление губернского ЧК, где их тут же и приняли за самых что ни на есть настоящих проституток. В общем вот такая история и случилась с нашими женщинами, ну а ранним утром следующего дня в камеру, где они находились, и пожаловал первым делом все тот же самый товарищ Смирнов который наложил из большого металлического бачка в железные миски густой сваренной на одной воде перловой каши и выдав всем по металлической ложке и куску черного хлеба строго и как всегда почему-то радостно и громко произнес:
- Кушать подано, уважаемые проститутки! Давайте жрите быстрее, ну а потом я вам выдам более приличную одежду и на разбирательство к товарищу Беркелю!
…
И вот спустя примерно час, одетые в какие-то явно снятые с чужого плеча грязные платья, Мария и Анжела Владимировна снова сидели в том самом помещении с двумя лампочками накаливания под потолком и взирали на находящегося перед ними начальника губернского ЧК Симона Косиоровича Беркеля, внешний вид которого говорил о том, что на этот раз этот индивид находился в некоторой задумчивости и явном затруднении.
- Значит так дамы! – начал излагать свое мнение главный чекист: - Мы внимательно осмотрели ваши вещи и скажу вам прямо я и мои товарищи находимся в явном затруднении насчет того кто вы такие?
И после этих слов товарищ Беркель извлек из ящика своего двух тумбового стола сумочки и личные вещи Марии и Анжелы Владимировны и, взяв в руку один из их сотовых телефонов, указал на него своим пальцем и строго добавил:
- Может, вы поясните мне, что это такое, а не то я склоняюсь к мысли, что вы английские шпионы?
- Вообще-то товарищ начальник губернского ЧК это телефоны для мобильной связи, но они, к сожалению здесь, то есть в вашем времени не действуют, потому что здесь просто этого нет, - попыталась пояснить данную проблему Анжела, в результате чего Симон Косиорович снова задумался и после достаточно продолжительной паузы продолжил:
- Что же, допустим, вы говорите правду, но тогда значит вы прибыли сюда из будущего?
- Не просто из будущего, а из очень далекого, далекого будущего, - с некоторым облегчением последовало со стороны Машиной мамы, что вызвало со стороны товарища Беркеля следующий вопрос:
- Ну, если это так, то тогда вы может, просветите меня, кто же победит в этой гражданской войне?
- Скажу вам прямо, победите вы, то есть большевики, - кратко ответила на его вопрос Анжела Владимировна, что вызвало на лице чекиста самую настоящую улыбку, после чего он о чем-то опять мечтательно задумался и лишь спустя пару минут продолжил:
- Вы знаете, а я склонен верить вам… Значит так, уважаемые дамы, сейчас вас отведут в один очень и очень хороший престижный дом, где вы сможете привести себя в порядок и подобрать соответствующую нашему революционному времени одежду, ну а к шести часам вечера за вами зайдет наш человек и… В общем приглашаю вас на наше собрание центрального комитета губернского совета рабочих и крестьян…
…
И вот уже вечером этого же дня Мария и её мама Анжела Владимировна одетые в по самой что ни на есть революционной моде «а-ля восемнадцатый год» в длинные кожаные куртки с красным бантом на левой стороне груди, зеленые юбки по колено, самые настоящие хромовые сапоги и, конечно же, такого же защитного цвета косынки оказались в большом зале бывшей губернской администрации где в густом табачном дыму и началось собрание центрального комитета совета рабочих и крестьян не раз уже вышеупомянутого губернско-городского масштаба. При этом на данном собрании н соседнем с ними стуле находился также и хорошо знакомый им начальник чрезвычайной комиссии Симон Косиорович Беркель, который, если немного забежать вперед, во время всего данного мероприятия, как заметила наша остроглазая и продвинутая в этих вещах Мария, то и дело бросал какие-то странные и явно похотливые взгляды на её прогрессивную и современную маму Анжелу Владимировну.
«Эх, ну и ну, видать товарищ Беркель явно запал на мою маму… Как бы это не кончилось каким-нибудь большим эксцессом…», - то и дело возникало в голове у нашей героини, ну а тем временем после посвященных революционной политике нескольких выступлений членов ЦК как-то внезапно и неожиданно очередное слово оказалось предоставлено лично самому начальнику губернского ЧК который тут же поднялся со своего венского стула и громким ораторским голосом начал свою речь:
- Товарищи! Сегодня я не буду уделять внимание на политические аспекты нашей революционной борьбы посвященной строительству первого в мире государства рабочих и крестьян, а более уделю внимание тому, что является самой настоящей и очень опасной угрозой нашему революционному строю!
Тут после этих слов Симона Косиоровича находящаяся в зале публика сильно заволновалась и стала активно перешептываться, испуская при этом еще более густые клубы табачного дыма, который уже и так стоял волнами в воздухе этого вышеупомянутого помещения.
- Так вот товарищи, - продолжил товарищ Беркель, когда гул потихоньку более менее утих и все снова обратили самое пристальное внимание на очередного оратора, - в данный момент в нашем городе снова поднимает свою голову контрреволюционная гидра в лице бывших приспешников царского режима, а именно дворянства, буржуазии и прочих неблагонадежных элементов которые, и об этом я скажу прямо, переметнулись на сторону наших врагов в лице генерала Алексеева и англо-французских интервентов, которые, как всем известно, недавно высадились в не так уж и удаленном от нас Архангельске.
Ну и если уж говорить о сложившейся после этих слов главного чекиста обстановке то после этих его слов в зале наступила гробовая тишина и даже густые полосы табачного дыма как показалось нашей Марии так и застыли в воздухе, ну а этот оратор выдержав небольшую паузу тем временем продолжал:
- Мои дорогие соратники по революционной борьбе, я скажу вам прямо, наша губернская чрезвычайная комиссия не теряет зря времени и в данный момент нам стало известно, что враги нового революционного строя в лице левых социал-революционеров, меньшевиков и всяких там анархистов разного толка спелись с бывшим офицерством и в настоящее время готовят самый настоящий вооруженный мятеж основной целью которого как все прекрасно понимают является свержение существующего революционного строя!
И тут после этих слов товарища Беркеля в зале внезапно поднялся самый настоящий гул бурного обсуждения этих слов и в сторону оратора тут же полетели следующие выкрики:
- Это надо еще доказать!
- Большевики опять хотят захватить власть!
- Почему во всем всегда виноваты эсеры!?
- Надо распустить чрезвычайную комиссию и передать её полномочия народной милиции…!
Однако что тут и сказать, но, несмотря на все эти голословные высказывания Симон Косиорович отнюдь не смутился и когда гул немного поутих громко и властно продолжил свою речь:
- Не расстраивайтесь товарищи, все доказательства противоправной деятельности антиреволюционных элементов у нас имеются, иначе я бы не выступил сейчас с такими словами, но самым главным является не это, а то, что эти деятели сейчас активно подбивают крестьянство к выступлению против советской власти и поэтому я прошу вас выдать чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и бандитизмом особый мандат, который будет обуславливать её право карать врагов революции самыми жесткими и неотложными методами!
Тут товарищ Беркель неожиданно замолчал и сидящий в центре зала за большим накрытым зеленой тканью столом председатель центрального комитета губернского совета рабочих и крестьян пожилой и лысоватый человек с густыми чапаевского вида усами поднялся со своего стула и громко обращаясь к присутствующей в зале разномастной публике заявил:
- Что же, товарищ Беркель, мы вас услышали! Так что товарищи, дадим особые полномочия чрезвычайной комиссии!? Ведь сами понимаете, это и аресты, и расстрел по приговору специального трибунала…, - уже не так громко добавил он, после чего шум в зале окончательно стих и со стороны из сидящих за столом членов губернского ЦК последовала следующая фраза:
- Давайте поставим этот вопрос на голосование!
- Так поступило предложение проголосовать! Итак, товарищи, кто за то чтобы предоставить ЧК и её начальнику товарищу Беркелю особые полномочия, прошу поднять руку!? – мгновенно среагировал на это предложение председатель центрального комитета и через несколько минут вверх взметнулся лес рук.
«Ого вот это я понимаю… Как быстро все решается, не то что у нас в нашем времени…», - с удивлением подумала глядя на все это действие Мария и тут председатель ЦК совета рабочих крестьян все также громко произнес:
- Кто против!?
И как не странно, но на этот раз вверх взметнулось всего несколько рук, однако как тут же стало понятно героине нашего повествования это было мотивировано тем, что многие из представителей иного толка партий просто не стали афишировать свое мнение, ибо сразу стало ясно, что победа в голосовании явно будет за большевиками и сочувствующими им элементами.
- И так товарищи, предложение принято, поэтому начиная с девяти часов утра завтрашнего дня, начальнику губернской чрезвычайной комиссии товарищу Беркелю и его сотрудникам предоставляется особый мандат на борьбу с контрреволюцией, саботажем и прочими антинародными явлениями! Текст данного документа будет подготовлен членами ЦК немедленно! – подвел итог всему вышепроизошедшему председатель с чапаевскими усами, ну а что касается Симона Косиоровича, то на его чисто выбритом с небольшой аккуратно подстриженной бородкой лице засияла самая настоящая благодатная улыбка, а прикрытые круглыми стеклами очков глаза так и заискрились самым настоящим лучезарным светом.
«Да однако… Теперь я понимаю почему большевикам удалось выстоять в этой страшной и неравной борьбе… Это потому, что все решения в то время принимались коллегиально…», - подумала про себя наша героиня ну а дальнейшие несколько еще поднятых на этом заседании вопросов были посвящены делам второстепенным и ни таким важным и интересным.
…
- Ну что дорогие женщины, теперь вы видите, что мы, то есть партия большевиков, умеем добиваться своих целей? – произнес Симон Косиорович, когда уже поздно ночью, когда вышеуказанное собрание наконец-то закончилось он вместе с Анжелой Владимировной и Машей оказался в небольшой комнатушке губернского ЧК за большим круглым столом, на котором благодаря заботам хозяйственного товарища Смирнова попыхивал паром самый настоящий начищенный до блеска самовар, а в изящных филигранных подстаканниках находились граненые стаканы с налитым в них душистым черным чаем, кроме этого тут же на покрытом красной материей столе стоял заварочный чайник и большая ваза с наколотым вареным сахаром. В общем, что тут и сказать, но новый этап в борьбе с контрреволюцией на уровне этой среднерусской губернии был явно отмечен самым что ни на есть настоящим и добродушным чаепитием, главную роль в котором, как и положено играл лично сам начальник губернского ЧК товарищ Беркель.
- Как вам сказать Симон Косиорович, лично я даже скажем так, была сильно поражена, как быстро у вас решаются все важные вопросы, - ответила на вопрос чекиста Анжела Владимировна.
- А у вас, что не так разве? – с удивлением последовало на это со стороны Симона Косиоровича.
- Эх, да о чем тут можно говорить, дело в том, что чтобы решить в нашем времени какой-либо самый незначимый вопрос надо пройти такой путь, - задумчиво последовало со стороны Анжелы, и тут товарищ Беркель каким-то очень добродушным и в тоже время заговорщицким голосом неожиданно вывез следующее:
- Вы знаете, уважаемая Анжела Владимировна, я предлагаю вам и вашей дочке вступить в ряды нашей славной организации и принять самое деятельное участие в борьбе за укрепление власти трудящихся нашей губернии.
- Хм, вы знаете, уважаемый товарищ Беркель, ваше предложение я бы так сказала очень своевременное и я, да и моя дочка принимаем его с явным облегчением, что на это скажешь Марья? – все также совершенно неожиданно выдала Машина мама, ну а сама героиня нашего повествования, так как она скажем так немного превосходила своих сверстников в начитанности и знаниях совершенно спокойно, прихлебывая при этом горячий чай дала следующий ответ:
- Я считаю, что это правильное решение, мама…
Глава 3. В рядах чекистов.
В общем, что тут и сказать, но в течение нескольких следующих дней наши Маша и Анжела полностью вошли в курс всех так скажем чекистских дел и, как и положено заняли самые необходимые и достойные должности в иерархии этой организации, при этом благодаря заботам и помощи начальника губернской чрезвычайной комиссии Симона Косиоровича Беркеля Анжела Владимировна как очень образованная и опытная в подобных делах женщина заняла пост делопроизводителя в штабе этой организации, а наша умная и многознающая Мария заделалась личным секретарем товарища Беркеля, при этом она так ловко и умело решала всякие организационные дела, что у начальника ЧК даже округлились глаза от восхищения и удивления. Таким образом, благодаря нашим женщинам дела у чекистов пошли в гору, и все бы было так просто и хорошо, однако на политическом горизонте становилось все напряжённей и напряженней и жаркие июньские дни явно говорили о том, что вот-вот должна была наступить самая настоящая буза.
- Вы знаете Симон Косиорович, а ведь «Союз защиты Родины и Свободы» явно может вот-вот поднять самый настоящий мятеж, - как-то утром понедельника обратилась наша Мария к находящемуся вместе с ней в кабинете товарищу Беркелю.
- Ого, откуда у вас такие познания девушка? – с явным удивлением отреагировал на её слова главный губернский чекист.
- Просто я немного читала об этом, ну там у себя, вы понимаете, - с некоторым смущением произнесла в ответ на вышезаданный вопрос наша героиня и тут товарищ Беркель самым серьезным голосом заговорил:
- Да Марья, люди Бориса Савинкова в последнее время стали проявлять самую настоящую активность, по нашим сведениям они так и шныряют по нашей губернии, подбивая крестьян на неповиновение советской власти. Особенно они активизировались в южных волостях, ибо именно там живет большое количество недовольных советской властью.
- Я это понимаю, но надо же что-то делать? – с тревогой в голосе задала вопрос Маша.
- У нас слишком мало сил, и нам бы хотя бы удержать контроль над городом, однако завтра мы с вами Марья отправляемся с отрядом красногвардейцев на юг, посмотрим что там и к чему, - ответил на её вопрос Симон Косиорович.
И вот уже на следующий день главный уездный чекист и наша Мария в сопровождении еще нескольких сотрудников чрезвычайной комиссии и состоящего из рабочих отряда красногвардейцев выдвинулись из города на юг по проселочной дороге на шести запряженных лошадьми подводах, в общем, что тут и сказать, но путь оказался отнюдь не близкий и лишь утром позаследующего дня этот небольшой отряд достиг большого расположенного на возвышенности села, невдалеке от которого протекала большая и полноводная река.
«Да уж, ну и ну, а ведь здесь жила моя бабушка у которой я с родителями и гостила не раз… Это надо же снова оказаться в хорошо знакомом мне месте хотя и очень много лет назад…», - раздумывала наша героиня находясь вместе с товарищем Беркелем на передней головной подводе которая с небольшим скрипом въезжала в хорошо знакомый ей населенный пункт.
И что бы тут еще можно было бы и сказать, но вскоре все подводы с чекистами и красногвардейцами остановились возле находящегося в центре села кирпичного дома, который отличался от остальных строений наличием жилого цокольного этажа и тем, что именно в этом здании располагались как правление местного комитета бедноты, так и то, что именно там было необходимо создать местный отдел рабоче-крестьянской охраны, ибо всего лишь пару дней назад из столицы пришла телефонограмма, что там был опубликован проект «Положения о народной рабоче-крестьянской охране (советской милиции)», в котором говорилось о необходимости создания рабоче-крестьянской охраны как постоянного штата лиц. Таким образом, приезд начальника губернского ЧК и его соратников в этот отличающийся особой крестьянско-буржуазной средой волостной центр был явно заранее запланирован и своевременен.
…
И вот первым делом едва только сводный отряд чекистов и красногвардейцев прибыл в не раз уже вышеупомянутый населенный пункт Симон Косиорович Беркель первым делом встретился с членами местного исполнительного совета и земельного комитета бедноты, среди который особенно выделялся высокий, одетый в старую военную форму и явно образованный в отличие от остальных председатель данного органа местного самоуправления товарищ Антипов. И вот практически тут же, как прибыли чекисты между товарищами Беркелем и Антиповым в большой заполненной народом и табачным дымом комнате вышеупомянутого дома состоялся следующий разговор, на котором волею судьбы удалось поприсутствовать и нашей Марии благо, что на нее в этой сумятице никто даже и не обратил внимания:
- Итак, ну как тут у вас обстоят дела товарищ Антипов? – обратился главный губернский чекист к сидящему за большим чисто выскобленным столом председателю Антипову.
- Эх, дела у нас еще те, Симон Косиорович, - с глубоким вздохом заговорил в ответ на данный вопрос председатель местного исполкома, - в общем, что тут и сказать, но некоторые личности так и мутят народ и подбивают его на противоправные действия…
- А можно об этом поподробнее? – мгновенно отреагировал на эти слова товарищ Беркель.
- Поподробнее… Что же можно и так. В общем, есть у нас тут два брата Чекалины и они состоят в «Союзе монархистов русского народа», так вот не так давно они собрали всеобщий сход и потребовали, чтобы мы, то есть большевики и им сочувствующие распустили местный исполком и убирались отсюда вместе с семьями по добру по здорову, а не то иначе всем коммунистам придет каюк и так как добраться до данной местности из города достаточно проблематично они потребовали объявить эту волость свободной от советов территорией, - начал рассказывать местный большевик, на что у товарищей чекистов стразу же сделались хмурые лица, а Симон Косиорович как-то так мрачно произнес:
- Ах вот как…
- Да именно так, у нас как вы видите здесь немного, и противопоставить этим смутьянам мы ничего не можем, - продолжал председатель Антипов, - тем более что в этой местности влияние монархистов и попов очень и очень велико, да и народец здесь подобрался еще тот.
- Ну, так, а чем же все это кончилось? – последовал вопрос со стороны одного из прибывших из города сотрудников ЧК.
- В общем, пришли они сюда с кольями в руках и хотели побить нас толпою, однако тем не менее, но до этого не дошло, ибо удалось нам успокоить толпу хоть и с большим трудом. Так что неделю уже здесь все более менее тихо, но чувствуется, что скоро начнется большая буза, вот в принципе и все, вроде бы, - закончил свой рассказ товарищ Антипов.
- Так понятно, что же дела у вас здесь действительно очень и очень напряженные, - как-то явно рассудительно и тактично заговорил в ответ на рассказ местного коммуниста товарищ Беркель, - тем более что скоро явно, что то будет и в больших городах…
- То есть как это? – последовал вопрос со стороны кого-то из членов местного комитета бедноты.
- Савинков и его соратники так и мутят воду, как у нас, так и в соседних городах, и есть сведения, что левые эсеры готовят массовое выступление против советской власти даже в столице, ну а на фоне всего этого и ваши монархисты поднялись и все это им явно на руку, - твердым голосом констатировал все вышеуслышанное Симон Косиорович.
- И что же нам теперь делать? – с тревогой в голосе задал вопрос председатель Антипов.
- Держитесь товарищи, ибо пока мы не разберемся со всеми этими вещами в городе, помощи от нас не ждите, а пока…, - тут главный губернский чекист на пару мгновений замолчал, после чего с его стороны последовали следующие слова, - в общем, мы вам оставим с полудюжины винтовок и с десяток револьверов, ну и конечно патронов у ним. Ну а если припрет по серьезному, то вы уходите в лес в сторону реки, там места глухие и ваши враги туда побояться сунуться, только надо пару схронов там припасти, чтобы не голодать.
- Что же так и поступим, - с очередным вздохом произнес в ответ на это товарищ Антипов.
«Ну и ну, ну и дела тут творятся… А ведь даже и не подумаешь, что здесь большинство такой темный люд…», - возникло в голове у нашей Марии когда данный разговор подошел к своему логическому завершению.
Ну а далее, товарищ Беркель очень и очень подробно побеседовал с представителями местного комитета бедноты, после чего чекисты и красногвардейцы разошлись по домам местных сочувствующих советской власти обывателей, где и переночевали, чтобы уже ранним утром следующего дня выдвинуться в обратном направлении, то есть в сторону своего родного города.
- Скажите товарищ Беркель, а почему мы не арестовали этих самых, ну членов «Союза монархистов русского народа»? – задала вопрос находящемуся рядом с ней на телеге главному губернскому чекисты Мария.
- Тогда бы все это кончилось большой и кровавой бузой, сил у нас маловато, а эти местные люди хоть и зажиточные, но очень темные, - ответил на её вопрос Симон Косиорович.
Тем не менее, но и обратный путь прошел без особых эксцессов и вскоре Мария оказалась в объятиях своей мамы Анжелы Владимировны, причем благодаря заботам начальника губернского ЧК им была выделана небольшая, но достаточно уютная комната в большом бывшем купеческом доме который находился в центральной части города и который волею революции был преобразован в общежитие красных командиров.
…
Тем не менее, но на этом приключения нашей героини отнюдь не кончились, и очередные несколько потрясений её ждали буквально через несколько дней и произошли они на совершенно другом скажем так более мистическом и любовном фронте, ну а случилось это следующим образом:
В один прекрасный солнечный вечер наша славная Мария возвращалась в свое общежитие из здания губернского ЧК через расположенный в центре города внутри круглых рядов центральный городской рынок, ну а так как солнце уже клонилось к горизонту и народу там практически не было, наша героиня решила сократить себе путь и быстрым шагом направилась прямо-таки через круглые ряды благо, что с обеих сторон большие кованые ворота были еще открыты. И все бы было так просто и хорошо, однако когда наша Маша уже фактически преодолела все это расстояние с одного из расположенных ближе к выходы деревянных крытых прилавков её внезапно остановил негромкий оклик, суть которого сводилась к следующему:
- Девушка куда вы так спешите, не хотите ли купить немного отличных соленых огурцов!
Что же касается того кто произнес эти более менее обыденные слова то когда героиня нашего повествования обернулась в эту стороны перед ей взглядом предстала одетая в длинное темного платье и такой же старый шерстяной платок старушка на вид которой было как минимум лет так восемьдесят. При этом перед этой особой давным давно минувших лет на прилавке стояло несколько глубоких глиняных блюд заполненных наполовину самыми настоящими солеными огурцами.
«Хм, а может это действительно знак?», - подумала было об этом Мария, и далее она твердой и стильной походкой подошла к этой вышеописанной особе преклонного возраста и мягким голосом произнесла следующие слова:
- Откуда огурчики бабушка, ведь вроде бы не сезон?
- Ах, милочка, огурчики с собственной грядки, хранились весь год в погребе, так что на попробуй на вкус, - как-то достаточно громко ответила старушка и, подцепив длинной двузубой вилкой один из этих продовольственных элементов поднесла его к аккуратному и красивому рту нашей героини, которой скажем так уже ничего и оставалось, как откусит данный продукт, благо, что вкус у него действительно оказался сногсшибательным и приятным.
- Да, огурчики у вас самый смак, только куда их наложить то? – последовало далее со стороны Маши, когда все было уже пережевано и проглочено.
- А ты не расстраивайся милочка, сейчас я наложу тебе их вот в эту кринку, а ты мне дашь десять рубликов, - произнесла на это старушка, на что наша героиня тут же извлекла из внутреннего кармана своей кожаной куртки несколько смятых бумажек и протянула их данной особе.
- А ты девушка явно прибыла сюда из далека, - заговорила старушенция, накладывая огурцы в вышеупомянутую емкость.
- Да вы правы, мы с мамой просто случайно оказались в этом городе, - ответила на её реплику Мария, и тут между ней и старушкой произошел следующий разговор:
- Ах, это я сразу поняла, вот только там, где вы раньше жили, явно началось сильное волнение по поводу вашего отсутствия, - последовало со стороны, вылавливающей из рассола вилкой огурцы Машиной собеседницы.
- Откуда вы это знаете?
- А я милочка вижу свозь время.
- Так вы что, из этих самых, их хранителей? – с удивлением произнесла девушка.
- Насчет хранителей не знаю, но то, что ты пришла сюда из другого мира это я сразу поняла и теперь у тебя и твоей мамы возникли серьезные проблемы.
- Да в принципе вы совершенно правы…
- Вам следует вернуться назад, но в ближайшее время это невозможно, ибо все места для этого сейчас закрылись и откроются лишь после того как пройдет все то, что вот-вот начнется в этом городе, - как-то не особо понятно заговорила старушенция.
- Вы, вы что-то об этом знаете? – тут же задала очередной вопрос потрясенная её словами Мария.
- Я знаю очень многое, но тебе милочка я хочу сказать следующее, когда второй месяц лета подойдет к концу и все более менее затихнет, вы идите к «сюсиной могиле» и там произнесите следующие слова: «О древние силы откройте переход во времени», и после этого вы попадете назад в свой мир, - при этом старушка закончила накладывать соленые огурцы в кринку, и ловко завязав её чистой белой тряпицей, передала данную емкость в руки нашей героине, добавив при этом следующее:
- Нате милочка держите крепче, и поспеши домой, ибо там ждет тебя мама и, причем не одна…
- Не одна? – с удивлением произнесла на это Маша.
- Поспеши, а там увидишь, да и мне пришла пора собираться, ибо день подошел к концу…
И после этих слов героиня нашего повествования быстро поспешила в сторону своего общежития, где её ждал второй и явно неожиданный эксцесс, причем на этот раз явно на любовном фронте.
Глава 4. Неистовая Анжела и неведомое.
И вот Мария с небольшой глиняной заполненной солеными огурцами кринкой в руках поднялась по широкой скрипучей деревянной лестнице на второй этаж общежития красных командиров и, пройдя несколько метров по темному освещаемому лишь находящейся под высоким потолком тусклой лампочкой накаливания коридору, совершенно обыденно и без стука резко зашла в ту самую оснащенную двумя железными сетчатыми кроватями и квадратным дубовым столом комнату…
И все бы было так просто и оригинально, но именно в тот момент, когда глаза нашей славной героини наконец-то попривыкли к темноте перед ней совершенно неожиданно возникла странная и довольно-таки оригинальная сцена главными действующими лицами, в которой были её современная и прогрессивная мама Анжела Владимировна и лично сам начальник губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и бандитизмом Симон Косиорович Беркель. При это что касается Машиной мамы то эта знойная с шикарными формами женщина в совершенно обнаженном виде лежала на мягком матрице своей сетчатой койки и широко раздвинув свои длинные и красивые ноги принимала в себя находящегося на ней сверху и совершающего при этом резкие и сильные довольно-таки оригинального вида телодвижения главного губернского чекиста из одежды, на котором были лишь спущенные до колен белые подштанники с завязками. Что же касается звуков, которыми сопровождалась эта неистовая и активная сцена, то это были такие громкие стоны и вздохи, что у нашей славной и потрясенной данной сценой Марии даже зазвенело в ушах, а в голове возник самый настоящий гул.
Тем не менее, несмотря на то, что в комнате общежития для красных командиров появилось третье и достаточно так симпатичное лицо, прогрессивная Анжела Владимировна повернув свою симпатичную крашеную в темно-каштановый цвет голову в сторону двери и увидав при этом стоящую в проходе свою дочь, даже ни чуточки не смутилась и лишь все с теми же вздохами и ахами с небольшой изюминкой и каким-то очень приятным коварством подмигнула нашей Марии, после чего все эти телодвижения продолжились далее все в том же активном и сногсшибательном темпе.
«О древние боги и демоны, так вот значит о чем предупреждала меня старушка… Но мама, мама-то, она-то как на это решилась? И главное, что я смотрю на все это в упор, ей совсем нипочем…», - возникло в симпатичной головке у Маши и тут именно в этот момент находящийся сверху на современной Анжеле Симон Косиорович громко то ли застонал, то ли захрапел и стало абсолютно понятно, что все это закончилось сногсшибательным и восхитительным оргазмом, причем с обеих задействованных в этом действе сторон.
«Нет, смущать главного чекиста мы своим присутствием не будем…», - тут же сообразила наша Мария, и быстро попятившись назад, покинула расположенную на втором этаже общежития красных командиров комнату, после чего усевшись на корточки у покрашенной темной зеленой краской стены стала ожидать, когда находящиеся в комнате сексуальные партнеры насладятся возникшим в этот момент экстазом и, приведя себя в более менее божеский вид, отойдут от этого глобального действа.
В общем, что тут и сказать, но лишь спустя минут пятнадцать двадцать дверь в комнату наконец-то отворилась и в проеме появилась фигура Симона Косиоровича Беркеля который уже полностью одетый с красным бантом на груди вышел в коридор и с удивлением стал взирать на уже поднявшуюся на ноги героиню нашего повествования.
- Маша, а вы тут как? – с какой-то явно нездоровой одышкой и слегка покрасневшим лицом задал вопрос начальник губернского ЧК.
- Да вот только что пришла, задержалась на рынке. Вот купила соленых огурцов, - немного смущенно, держа при этом купленную у старушки кринку в руках, ответила на данный вопрос девушка.
- А понятно, а вот мы с вашей мамой немного увлеклись разговорами о революционных делах, - как-то не особо уверенно, но крайне облегченно ответил на это чекист, после чего он твердым шагом направился к ведущей вниз лестнице, добавив при этом на ходу, - ну успехов вам Мария, до завтрашнего утра!
Ну и далее Маша с наполненной солеными огурцами посудой в руках проследовала к себе в комнату, а товарищ Беркель направился куда-то по своим неотложным делам, ибо рабочий день у главного чекиста губернии был явно не нормирован.
…
- Мама, мама, ну как ты могла? – с некоторым трепетом в груди произнесла наша Мария, когда немного спустя обе женщины уселись за квадратный дубовый стол, на котором стояла чугунная сковородка с жареной на подсолнечном масле картошкой, большая краюха ржаного вкусного хлеба и та самая купленная девушкой на рынке кринка с солеными огурцами.
- Видишь ли, девочка моя, - как-то немного задумчиво с улыбкой на лице заговорила в ответ на вопрос дочери Анжела Владимировна, - современной женщине когда-нибудь необходимо выпустить пар и почувствовать приятное и неопределенное, это я о сексе говорю…
- Я понимаю мама, но папа, папа-то как? – последовало со стороны явно все еще чувствующей себя не в своей тарелке Марии.
- А что папа, папа сейчас очень и очень далеко, и еще, не известно увидим ли мы его когда-нибудь дочка, тем не менее, но пойми меня правильно, жизнь скажем так, продолжается и занятие сексом ни кто не отменял, а Симон Косиорович он…, - тут мама ненадолго задумалась, - он такой неистовый жеребец, ну прямо в самом соку! Да ты и сама видала. И вообще девочка моя, тебе бы тоже стоило бы перепихнуться с каким-нибудь молодым парнем из этого славного времени, - вдруг совершенно неожиданно последовало со стороны Анжелы.
- Я, я мама об этом подумаю, - произнесла в ответ на этот монолог сильно покрасневшая Маша, после чего она решила перевести тему разговора на совершенно другую, но также очень актуальную тему: - Знаешь мама, когда я покупала эти огурцы, старушка сказала мне, что нам суждено все-таки выбраться из этой передряги.
- Ого, вот как? А если поподробнее? – тут же с удивлением последовало на это от Анжелы, которая в этот момент как раз поднесла вилку с насаженным на нее небольшим соленым огурчиком к своему очаровательному ротику, и далее со стороны девушки последовал очень подробный рассказ о том, что случилось с ней на центральном рынке.
- Так понятно, значит, нам придется задержаться здесь на некоторое и достаточно продолжительное время, - задумчиво произнесла Машина мама, после чего с её стороны последовали следующие слова: - а эта самая, как ты сказала, «сюсина могила», где она находится?
- Я знаю, где это мама, более того, я даже была там один раз, - вдруг совершенно неожиданно ответила на это героиня нашего повествования, что вызвало у Анжелы Владимировны еще большее удивление и следующие слова:
- Ого, а почему я об этом ничего не знаю?
- Видишь ли, мама, когда-то еще осенью прошлого года я сказала тебе, что направляюсь на вечеринку, на дачу к своему однокласснику, - начала свой рассказ Маша.
- Да я помню, - ответила на это Анжела.
- Так вот мама, я тогда сказала неправду, а в действительности мы с Полиной, ну ты её знаешь, ездили на заимку к её дяде лесничему, и там я многое узнала о ходоках и хранителях переходов между мирами и временами. Ну, и еще, дядя Игнат и Полина водили меня в лес и показали мне эту самую «сюсину могилу», а также еще одно место рядом с этим старым захоронением…, - тут девушка неожиданно задумалась и замолчала, а со стороны её мамы последовало следующее:
- Ну и что там было?
- В общем, там, среди деревьев лежит огромный каменный крест, которому как сказал дядя Игнат уже более двенадцати тысяч лет, так вот если приложить к нему ладонь и сказать заветные слова, то тогда можно очутиться в ином времени ну или даже ином мире. В общем, мам, все это чистая правда, - тут Маша снова замолчала, ну а что касается её мамы, то она глубоко задумалась, после чего с её стороны последовало следующее:
- Что же все это наводит на некоторые размышления, ладно Марья, давай доедать картошку, а не то она совсем остыла… А вообще-то моя девочка тебе также стоит срочно с кем-нибудь перепихнуться!
…
В общем, что тут и сказать, но на этом разговор о неведомом как оказалось отнюдь не закончился, ибо уже на следующий день, когда Мария и Анжела Владимировна закончили свой рабочий день в здании управления губернского ЧК и на этот раз вместе возвращались в своё общежитие через центральную часть города с ними случился один странный инцидент который как это ни странно оказалось имел самое непосредственное отношение к тому самому что иначе называется как «неведомое». А произошло с нашими женщинами следующее…
- Мама, мама, ну сегодня стоит и жара, - произнесла наша славная Мария, когда она и Анжела оказались в районе центрального городского парка, где на огромном гранитном пьедестале рядом с расположенным тут же центральным городским кремлем возвышался памятник свергнутому всего немногим более года назад царю.
- Да Марья, солнце печет еще как, - ответила на реплику дочери мама, после чего с её стороны последовали следующие слова, - а может, пойдем, искупаемся?
- Ну, мама, здесь же это не принято, если бы мы были где-нибудь в глухом месте, но никак не в центральной части города, - с сомнением в голосе произнесла в ответ девушка и тут вдруг совершенно неожиданно со стороны Анжелы последовали следующие слова:
- Знаешь дочка, а известно ли тебе что имеются сведения что именно в этом месте когда-то давным давно была спрятана библиотека Ивана Грозного?
- Хм, и где же ты это вычитала мама? – с сомнением произнесла Маша, на что её мама дала следующее пояснение:
- В общем, еще в том нашем далеком будущем, мне попалась статья в одном научно-популярном журнале, что именно в этом городе последний русский царь из династии Рюриковичей и спрятал свою огромную библиотеку, которую он и его предки, русские цари, собирали несколько веков. Причем самым интересным было то, что там была представлена гипотеза, что вход в это подземное хранилище находится именно с той стороны холма, которая обращена в сторону реки, может, пойдем, посмотрим что там? – вдруг совершенно неожиданно последовало со стороны Машиной мамы.
- Давай пойдем, тем более что делать вроде бы и нечего, но насколько я помню, именно с той стороны находится огромный заделанный каменными блоками обрыв, - последовало на это со стороны Марии, на что многознающая Анжела с явным энтузиазмом произнесла:
- Это тогда в нашем будущем, а здесь наверняка все по-другому…
И вот далее наши исследовательницы всего странного и неведомого изменили свой обычный маршрут и уже минут через пять, пройдя между главным городским кремлем и огромным памятником свергнутому недавно царю оказались на самом краю огромного десяти метрового обрыва который для того чтобы с него не сковырнулись вниз всякие разные личности был огорожен самыми настоящими сделанными из камня перилами. Причем самым интересным во всем этом было то, что внизу, то есть уже ближе к реке имелись достаточно густые и обширные заросли кустарника, в которых если уж говорить предельно откровенно можно было смело укрыться от посторонних глаз за исключением тех, что будут взирать на это сверху, то есть со стороны обрыва.
- Ого, ну и высота, - произнесла героиня нашего повествования, заглянув через перила вниз, и тут перед её зорким и острым взглядом совершенно неожиданно возникла небольшая сценка, происходящая внизу, то есть под обрывом на небольшой, даже скажем так довольно-таки мизерной полянке окруженной со всех сторон плотным кустарником. Ну а происходило там вот что:
Прежде всего, там в этом укромном и крайне ограниченном месте собрались три личности внешний вид который говорил о том, что двое из них являются явными представителями местного и еще не разгромленного большевиками купечества, а третий индивид был одет в самую настоящую зеленого цвета офицерскую форму без знаков различия и блистал на солнце своим чисто выбритым черепом. Однако самым главным было то, что едва только наша Мария обратила на этих собравшихся в таком уединенном и глухом месте индивидов свое внимание, как до её ушей донеслись хоть и удаленные, но вполне различимые слова:
- Ну что, когда выступаем, господин офицер? – произнес один из представителей городского купечества главным отличием, которого была надетая поверх красной в белый горошек рубахи на выпуск черная кожаная жилетка.
- Ровно через две недели, и сообщите об этом всем нашим друзьям, - ответил блистающий лысиной тип.
- Но оружия-то, оружия-то у нас мало, а большевики просто так не сдадутся? – тут же вступил в разговор второй представитель среднего городского класса.
- Оружие будет, через два дня, ровно в полдень мои люди подвезут вам на ваш городской склад в рядах два ящика с этим барахлом, в общем, для начала хватит, а как только захватим управление губернского ЧК, так и оружие у нас будет, а потом, потом наши товарищи из Ярославля подвезут нам еще, - последовало со стороны офицера и тут нашу внимательно взирающую на эту сцену сверху Марию одернула за рукав её зеленой гимнастерки мама и негромко так произнесла:
- Ты чего там увидела дочка? Пошли что ли на речку, может, все-таки искупаемся?
- Тише мама… Там, там внизу, трое говорят о таких вещах, - тихо произнесла на это наша героиня и далее она уже вместе с Анжелой Владимировной снова перегнулись через перила и обе женщины стали внимательно наблюдать за тем что происходило внизу обрыва среди густого и плотного кустарника, а там…
А там в это время со стороны лысого в офицерской форме последовали следующие слова:
- Да я вас прекрасно понимаю, и то, что местная буржуазия нас поддержит, это очень и очень хорошо, а вот вам с вашим мыловаренным процессом следовало бы быть поосторожней, а не то большевики как узнают об этом, мигом поставят вас к стенке.
- Ха наше мыло берут даже в Нижнем и Самаре, и платят за него хорошие деньги, - как-то немного радостно ответил на вышесказанное предупреждение тип в кожаной жилетке, на что офицер строго и как-то немного с насмешкой произнес:
- Если бы вы варили свое мыло из дохлых собак, то это бы было еще ничего, а вот использовать для этого человеческие тела это уже другое дело, и ревтрибунал посмотрит на это очень серьезно. Ну да ладно, что-то мы заболтались, в общем, помните, в понедельник в полдень вам привезут два ящика, а теперь пора расходиться, а то мы тут и так давно отсвечиваем…
И с этими словами блистающий гладко выбритым черепом офицер, с треском ломая кустарник, проследовал куда-то в сторону реки, а двое оставшихся на полянке местных купцов стали тихо переговариваться о чем-то своем, однако разобрать это не было никакой возможности и наши женщины осторожно покинули данное находящееся на вершине обрыва место и быстро отойдя в глубину городского парка, заговорили о том чему только что стали свидетелями.
- Так я что-то не особенно поняла, причем здесь мыло? – прежде всего, задала вопрос Анжела Владимировна, на что Маша тут же все прояснила:
- Видишь ли мама, эти двое частные предприниматели и занимаются производством и торговлей мылом которое они варят из человеческих трупов, а тот лысый в офицерской форме обещал им через два дня подвести два ящика с оружием, для того чтобы вооружить местных буржуа для намечающегося через две недели мятежа.
- Ну и ну, ничего себе, надо немедленно сообщить об этом товарищу Беркелю, - с явным потрясением в голосе последовало от Анжелы, после чего обе женщины стуча по мощенным брусчаткой аллеям парка своими обутыми в хромовые сапоги ножками, направились в сторону своего общежития.
Глава 5. Ситуация накаляется.
- Так все в принципе понятно, это жаль, что вы не проследили за этой контрой, - произнес Симон Косиорович Беркель когда утром следующего дня наши Мария и Анжела рассказали ему обо всем том, что произошло с ними накануне вечером.
- А мы и не могли, ибо были наверху, а те внизу под обрывом, - последовало на это высказывание начальника губернского ЧК со стороны нашей находчивой героини.
- В общем, так, быть предельно осторожными и внимательно наблюдать за всем, что происходит вокруг, и еще, - тут главный чекист сделал глубокомысленное лицо и каким-то строгим и твердым голосом продолжил, - и еще, я принял решение в связи с надвигающимися событиями выдать всем сотрудникам чрезвычайной комиссии оружие, так что сейчас пойдете в оружейную комнату и получите по револьверу и по две пачки патронов к ним. Теперь всегда иметь оружие при себе и в случае чего-либо экстраординарного разрешаю его применение, в общем, в случае чего стреляйте в воздух, а уж если придется совсем туго можете применять его на поражение.
- Неужели все так серьезно? – с явной тревогой задала вопрос на все о чем только что проинформировал женщин товарищ Беркель Анжела Владимировна.
- Да скажу прямо, сведения о надвигающемся мятеже поступаю к нам давно и из разных источников, так что имейте оружие всегда при себе и носите его скрытно, ну а что касается местной буржуазии то она давно точит свои ножи и вообще эта публика сейчас очень и очень недовольна новыми порядками, - пояснил начальник губернского ЧК.
- А те двое, что варят мыло из человеческих тел, с ними-то что? – спросила на этот раз наша Мария.
- Это очень и очень важная информация, такое надо пресекать немедленно и самыми суровыми методами, однако пока что нам неизвестно кто это такие, и где базируется их артель? – как-то уже немного задумчиво произнес Симон Косиорович, на что наша Маша тут же добавила следующее:
- В своем разговоре эти трое упомянули какой-то городской склад, и мне кажется, что это где-то в нижних торговых рядах, что ближе к реке…
- Вполне вероятно, что это именно так, но сами одни туда и не вздумайте соваться, ибо там нас особо не жалуют, - вдруг как-то очень встревоженно последовало со стороны чекиста.
- Почему? – спросила Маша.
- Дело в том, что там, в основном именно такая публика, и они творят в своих складах и лавках все что угодно, там немало пропало людей, причем даже детей, так что вполне вероятно именно там это мыловаренное производство и находится, кроме этого все эти центральные ряды, а также здание городской управы и прочие дома в данном районе имеют глубокие подвалы и соединены подземными переходами, о которых знают лишь избранные, в общем, там еще при царях творилось такое, о чем лучше и не знать, так что не вздумайте туда и ходить! – строго пояснил и приказал товарищ Беркель, на чем данный разговор был вроде бы и закончен, ну а далее наши Маша и Анжела проследовали в расположенную в подвале здания местного ЧК оружейную комнату где им выдали по револьверу системы Нагана и по две пачки патронов каждой, причем невысокий и пожилой отвечающий за оружие чекист очень и очень тщательно объяснил им как пользоваться этим грозным и так необходимым в это смутное и очень тревожное время оружием.
…
Тем не менее, но это было еще не все и вскоре случилось то, что еще более осложнило ситуацию накануне явно непростых событий, в которых если забежать немного вперед приняли самое непосредственное участие и наши оказавшиеся в этом бурном и великом прошлом Мария и её мама Анжела Владимировна. Ну а началось все с того, что уже на следующей неделе, когда вдруг наступило неожиданное похолодание и с неба заморосил мелкий и неприятный дождик наша славная Мария возвращаясь в свое управление из здания городского исполнительного комитета, куда Симон Косиорович послал её отнести какие-то важные бумаги, в районе центрального входа в находящийся возле главной городской площади центральный рынок, совершенно случайно натолкнулась на довольно странного индивида, который торговал там с лотка, самым что ни на есть настоящим, темным на цвет явно хозяйственного назначения мылом. Ну а странным в этом лет так двадцати - двадцати двух молодом человеке было то, что он был одет в темные, заправленные в начищенные до блеска и собранные гармошкой сапоги брюки, темно-лиловую шелковый рубаху косоворотку и главное черную кожаную жилетку с цепочкой заправленных в небольшой нагрудный кармашек часов. И вот когда одетая в длинную кожаную куртку, под которой в специально пришитом кармане находился заряженный револьвер, наша славная Мария оказалась вблизи этого прыщавого индивида из его пухлого рта последовали следующие громкие слова:
- Девушка! Девушка! Не проходите мимо! Купите мыло, мыло свежее и полезное, сваренное по самым лучшим рецептам парижского дома «Фрагонард»!
«Ого, а может это и есть тот самый тип, что тогда был под обрывом? Нет этот хоть и похож по одежде, но более молод, скорее всего сын того частного предпринимателя…», - мгновенно возникло в умненькой и светленькой головке у Маши и далее она приблизившись к этому курчавому и прыщавому юноше задала тому следующий вопрос:
- А что, мыло действительно хорошее?
- Ах, девушка! Это мыло сварено по самому что ни на есть наилучшему рецепту французской фирмы «Фрагадон» и поверьте, мы с батей и дядькой варим его уже много, много лет! – громко и с некоторым апломбом произнес в ответ на вопрос девушки этот молодой и покрытый угрями тип с большими маслянистыми и оттопыренными губами.
- То-то оно у вас смахивает на хозяйственное, - продолжила данный диалог наша героиня.
- Да ладно вам, девушка, поверьте, из нашего мыла кожа будет светлая и шелковистая, так что лучше купите парочку кусков для пробы! – вальяжно и громко последовало со стороны этого молодого торговца в кожаной жилетке: - Кстати, а меня Лукой кличут, - с широкой улыбкой на лице внезапно добавил он.
- Ну а меня Марья зовут, - внезапно сама от себя не ожидая, ответила на эту фразу героиня нашего повествования и далее она, вытащив из внутреннего кармана своей кожаной куртки пару смятых облигаций, протянула их своему оппоненту со следующими словами: - На Лука, держи, надеюсь этого хватит на пару кусков твоего замечательного мыла?
- Вау! Да здесь только на один, да и то с натягом, - совершенно спокойно и безапелляционно вывез на это прыщавый молодец, на что наша славная Мария дала следующий ответ:
- Ну и цены же у тебя Лука, ладно давай один, - и далее после этих слов девушка получила в свое распоряжение завернутый в газетную бумагу кусок данного парфюмерного продукта и с этим приобретением направилась далее в сторону здания губернского ЧК.
- Приходите еще девушка, у нас найдется для такой симпатичной особы и кое-что другое! – крикнул ей в след этот торговец мыловаренными изделиями, ну а уже через полчаса купленный Машей кусок темно-коричневого цвета внимательно рассматривая, вертел в руках лично главный чекист товарищ Беркель.
- Так, не знаю даже… Вроде похоже на настоящее, - с задумчивым видом произнес Симон Косиорович, после чего он поднес мыло к своему носу и тщательно его понюхал, - хм, мыло как мыло, пахнет обычно… И как ты говоришь Мария выглядел этот тип? - обратился он к находящейся тут же в его рабочем кабинете нашей героине.
- На вид, лет двадцать, курчавый, прыщавый с толстыми губами и свинячьего вида лицом. Да, еще он сказал, что они его варят вместе с отцом и дядей, так что у меня возникло подозрение, что именно этих личностей мы и видели тогда с мамой внизу под обрывом, - последовало на это со стороны девушки.
- Значит так Марья, завтра в это же время снова направишься на рынок и попробуешь завязать с этим Лукой более близкое знакомство. В общем, попробуй, выясни, кто он такой и где они с отцом варят эту дрянь, но сама ни в коем случае туда не ходи, ибо это может быть очень опасно! Справишься? – вдруг как-то очень важно и строго произнес начальник губернского ЧК, на что наша героиня лишь только кивнула головой и кратко произнесла:
- Хорошо, попробую.
…
Мария стояла перед небольшим деревянным лотком, на котором красовались уложенные штабелями куски темно-коричневого мыла, и вела непринужденный разговор с Лукой о том, какое мыло лучше подходит девушкам и от какого продукта данной категории кожа скрипит после мытья:
- Видишь ли, Марья, мы, когда варим этот продукт, используем ароматические масла, которые нам поставляют наши московские партнеры, поэтому наш продукт покупают практически во всех крупных городах вниз и вверх по реке. Мы вот только на прошлой неделе отгрузили аж полтора пуда, - деловито и с явным интересом объяснял суть своего семейного бизнеса прыщавый молодец, при этом, так как с ним вела эту непринужденную беседу очень и очень симпатичная девушка, было абсолютно ясно, что это ему очень и очень приятно.
- Ого, полтора пуда, но это же значит что у вас очень большое производство? – мгновенно среагировала на его слова Мария.
- Да, у нас целый цех в нижних городских рядах, и кроме нас с тятей и дядькой еще работают четверо наемных работников, в общем, работаем с утра до ночи, тем более что продукт пользуется спросом, - важно произнес Лука.
- Да сразу видно, что дело у вас поставлено крайне серьезно, но ведь чтобы производить такие объемы мыла надо столько сырья, - как бы сама от себя задумчиво сказала наша героиня.
- А с этим проблем нет, у нас хорошие поставщики, кстати, а ты Марья, где трудишься? – задал молодой предприниматель.
- Ах, сейчас у одного очень и очень солидного человека, секретарем, платит правда немного, зато на полном пенсионе, - не стала раскрывать все свои карты девушка.
- А ты красивая, хочешь, я вечером покажу тебе кое-что, - тихо и с какой-то ехидно-наивной улыбкой последовало от прыщавого молодца.
- Не знаю, но думаю в принципе можно, - также сделав наивный вид, ответила на данное предложение Маша.
- Тогда приходи часов так в девять вечера к храму, что в соседних рядах, я буду ждать, - явно с обрадованным видом предложил Лука.
- Обязательно приду, - и с этими словами Мария сделала такое милое лицо, что у данного молодца возникла широкая и явно довольная улыбка.
…
- Так понятно, значит этот самый Лука на тебя явно запал, - с некоторой озабоченностью произнес товарищ Беркель, после чего он о чем-то задумался и после небольшой паузы строго продолжил, - ладно Марья, то, что эти друзья – предприниматели занимаются производством своего мыла где-то в нижних рядах, только лишь подтверждает наши предположения, но ты никуда не ходи, ибо это явно ловушка.
- А что со мной будет? – с некоторой обидой от того что ей не дают довести дело до конца последовало от Марии.
- Ну, в лучшем случае тебя просто поимеют, а в худшем можешь оказаться в чане для варки мыла, все это очень и очень опасно, понимаешь, - пояснил чекист.
Что же касается нашей героини, то она на это ничего не ответила, а вот часиков так в восемь вечера просто сказав своей маме, что надо немного прогуляться, девушка на свой страх и риск направилась к той самой церкви, о которой ранее и упоминал Лука. Ну а так как солнце стояло еще высоко, и погода после прошедшего дождя вроде бы стала налаживаться, на улицах города было довольно-таки многолюдно, ну а из этого уже не раз ранее упомянутого храма как раз вывалила с прошедшей вечерни толпа прихожан…
«Хм, а ведь ничего с тех пор не изменилось… Все та же церковь и те же озабоченные своими проблемами люди… Однако, что-то я не вижу здесь Луку?» - раздумывала Маша внимательно изучая тех самых местных обывателей которые судя по их внешнему виду явно только что задавали богу следующий вопрос: «Долго ли у власти продержаться большевики?»
И вот когда практически весь народ немного рассосался из дверей ведущих внутрь храма показались лично сам, одетый в красную рубаху и кожаную жилетку с часами на цепочке Лука и высокий худой в черной рясе с большим крестом на груди служитель церкви основным отличием которого являлась всколоченная нечесаная борода и длинные грязные до плеч волосы.
- Ах, батюшка, а это и есть та самая девушка, о которой я вам говорил, её Марья зовут, - последовало со стороны молодца - мыловара, когда он с обрадованным видом увидал возникшую возле дверей Машу ну а что касается его спутника, то он как-то странно выпучил на нашу героиню свои белесые глаза и размашисто осенив девушку крестным знамением прямо-таки протяжно и оглушительно произнес:
- Веруешь ли ты в бога нашего, Марья!?
- Ой, батюшка, верую! – тут же совершенно спокойно ответила на это Маша.
- Да прибудет с тобой сила веры нашей и придет к тебе благодать мирская без большевиков! – и с этими словами местный поп снова перекрестил нашу героиню, после чего он совершенно спокойно направился к находящимся тут же рыночным воротам и растворился в неизвестности.
- Ну, вот Марья, видишь какие у меня знакомства, и поверь у отца Никодима, я уже как два года пою в хоре, - с явно довольным видом заговорил молодой и прыщавый Лука, на что наша смелая и как оказалось находчивая Маша, приятным голосом произнесла:
- Что же отец Никодим очень умный человек, но Лука насколько я помню, ты обещал мне показать что-то интересное?
- Конечно, давай Марья, следуй за мной, тут недалеко, - последовало на это со стороны Луки и далее он и наша героиня проследовали в находящиеся всего в сотне метров от этого места нижние ряды, которые отличались от остальных более низким сводом и множеством окованных железом крепких деревянных дверей, на большинстве которых так как день уже заканчивался, висели большие железные замки. В общем что тут и сказать но все-таки когда наша парочка оказалась возле одной как оказалось запертой изнутри двухстворчатой дверью у нашей славной Марии немного екнуло сердце и хоть и ненадолго появилась слабость в ногах:
«Эх и правильно говорил мне товарищ Беркель, что не стоит соваться в это дело.… Ну да ладно, или грудь в крестах или голова в кустах, вот в чем вопрос…», - тут же возникло в светленькой и умненькой головке у героини нашего повествования.
Глава 6. Озабоченное семейство.
И вот далее этот прыщавый и молодой индивид произвел несколько сильных ударов в вышеуказанную дверь и громко произнес:
- Дядька Тихон это я Лука! Открывайте!
Однако далее спустя довольно-таки продолжительное время наконец-то загремели явно крепкие запоры и задвижки, после чего окованная железом дверь отворилась, и в проёме возник одетый в длинную грязную рубаху, которая была подпоясана самой настоящей плетеной веревкой, а также холщевые заправленные в собранные гармошкой сапоги штаны индивид лет так пятидесяти на вид, главной особенностью которого была давно не стриженая голова, всколоченная борода лопатой и сногсшибательный запах чеснока и винного перегара из большого с отсутствующими зубами рта.
- Вот Марья, это мой дядька Тихон, а это дядя та самая девушка, о которой я говорил, - последовало далее от явно с восхищением смотревшего на данного типа Луки.
- Ого, какая краля! Ну и везет же тебе Лука Фомич на баб! – произнес в ответ на это Тихон, после чего он отступил в сторону, и пригласительно взмахнув длинными руками с громким смехом добавил: - Прошу к нашему шалашу, дамочка!
И вот после этой мизансцены Мария очутилась в небольшом со сводчатыми потолками внутреннем помещении нижних рядов вдоль одной стены которого стояли штабелями деревянные ящики с мылом, с другой находилась такая же крепкая деревянная дверь, а вот посреди стояло пара скамеек и квадратный стол, на котором находились початая бутылка водки, несколько мутных граненых стаканов, а также грязная газета, на которой валялись несколько полусъеденных воблин и головок чеснока.
- Дядька Тихон, а где тятька, что-то я его не вижу? – как-то немного плаксиво задал вопрос Лука, на что тут же усевшийся за стол и снова взявшийся за чистку вяленой рыбы Тихон деловито ответил:
- Фома придет лишь к десяти, дела у него.
«Хм, а ведь именно этого индивида мы с мамой видали там под обрывом в кустах…», - подумала наша Мария глядя на всю эту окружающую её обстановку.
- Ладно, дядька, можно я покажу Марье наше производство? – как-то снова не особо уверенно произнес молодой и прыщавый спутник нашей героини, при этом он так громко шмыгнул носом, что уже взявшийся своими гнилыми зубами за очередную воблину Тихон громко заржал и нагло ответил:
- Иди, покажи племяш, только потом штаны не забудь надеть, ха!
«Ну вот, видать дело близится к изнасилованию…», - подумала, услыхав это Мария.
- Пойдем Марья со мной, покажу кое-что интересное, - последовало далее со стороны Луки, после чего он крепко взял девушку за руку и подведя к той самой внутренней двери со скрежетом отворил её, ну а там…
А там, в большом и каком-то освещаемом несколькими керосиновыми лампами длинном помещении вдоль стен стояло множество ящиков доверху наполненных самым настоящим темно-коричневым мылом, на что Лука Фомич с явной гордостью и каким-то нездоровым апломбом произнес следующие слова:
- Во, Марья, видишь сколько у нас мыла! На днях придет пароход и все это повезут вниз по реке нашим контрагентам…
- Да впечатляет…, - задумчиво и немного обеспокоенно ответила на это Маша, ну а её спутник тем временем продолжал:
- Это мы сами наварили, здесь пудов тридцать будет не меньше, а знаешь, как теперь мыло пользуется спросом? В общем, это чистое золото!
И где же вы все это сделали? Ведь это такое производство…, - наконец-то рискнула наша героиня задать провокационный вопрос.
- Да там далее есть большое подземное помещение, но туда сейчас нельзя, там плохо пахнет… Ты, Марья слушай меня, давай лучше здесь я тебе кое-что покажу, - как-то явно с большим возбуждением и тяжело дыша, произнес покрытый угрями и прыщами индивид.
«Так, похоже, что изнасилования мне не избежать…», - с тревогой подумала на это наша героиня и далее она с истинным энтузиазмом в голосе дала на вышесказанную фразу следующий ответ:
- Давай покажи!
- Сейчас…, - уже явно задыхаясь от возбуждения, выдавил из себя Лука, и быстро расстегнув узкий кожаный ремень, стал спускать с себя свои заправленные в сапоги штаны. В общем, что тут и сказать, но под ними оказались самые настоящие подштанники с завязками, которые этот молодой извращенец с достаточно большим трудом наконец-то сумел развязать, после чего эта нижняя одежда сама собой упала вниз, и перед нашей героиней наконец-то заколыхался небольшой, но явно уже эрегированный волосатый детородный орган по внешнему виду которого можно было с уверенностью сказать, что к гигиене его обладатель явно относился с пренебрежением.
- Ну как… Он тебе…, - с сильной одышкой от явного возбуждения произнес Лука Фомич, на что наша умная и многоопытная в подобных вещах Маша строго произнесла:
- Впечатляет.
- Давай Марья снимай юбку…, - последовало с явной гордостью со стороны извращенца.
- Зачем? – кратко ответила девушка.
- Ты что не хочешь? – с удивлением переспросил Лука и далее разговор приобрел явно вопросительный характер.
- Чего?
- Как чего? Меня.
- В смысле?
- Так это самое… Чтобы перепихнуться.
- Перепихнуться я не против, но не сейчас.
- А когда?
- Думаю, что дней через пять шесть.
Тут Лука Фомич уже явно впал в прострацию, и даже не обращая на спущенные штаны и свой оголенный детородный орган, сильно задумался и начал нести такое, что у нашей героини даже поднялось настроение, и возникла некоторая уверенность, что возможное изнасилования все-таки не состоится.
- Ну, знаешь, дней через пять шесть мне это не удастся…
- Почему так?
- Так это самое, мы тогда выступаем против большевиков…
- И что, у вас для этого все готово?
- Да, тятька сказал, что завтра в полдень привезут два ящика с оружием, а его еще надо раздать.
- А потом?
- Потом надо всех известить о предстоящем выступлении, да еще должен прибыть человек из соседнего города.
- Зачем?
- Он должен сказать точные время и дату выступления.
- Ты знаешь мне очень жалко, но сегодня я насчет этого ни-ни…
- Я понимаю, у тебя эти, ну опасные дни. А ты бы Марья могла бы выйти за меня замуж? – вдруг совершенно неожиданно перешел на другую тему молодой извращенец – контрреволюционер, и тут у нашей героини наконец-то отлегло, и она поняла, что ничего такого экстраординарного не произойдет.
- Конечно Лука, ну давай, что ли надевай свои штаны, и пойдем.
- Ага, сейчас…, - и после этих слов покрытый прыщами и угрями индивид начал натягивать на себя подштанники и штаны, однако тут это дело пошло с явным трудом и лишь спустя минут пять наконец-то все пришло в более менее, но скажем так честно божеский вид.
Однако на этом приключения нашей героини не закончились, ибо едва только Мария и Лука снова оказались в помещении, где дядя Тихон успешно поглощал свою воблу с чесноком, успешно запивая все это водкой, с его стороны последовали следующие слова:
- А что-то ты племяш сегодня быстро, да еще с такой кралей?
И тут в ведущую наружу дверь кто-то сильно застучал и раздался следующий грубый и громкий окрик:
- А ну Тихон открывай! Это я Фома пришел!
Ну и после этих слов дядька Луки резко вскочил со стула и, засуетившись довольно-таки быстро откинул запоры и засовы, после чего входная дверь снова отворилась и в проеме возник коренастый и плешивый индивид с небольшой аккуратно подстриженной бородкой глядя на которого наша Мария тут же узнала в нем того самого субъекта который в свое время имел активную беседу с тем самым лысым офицером в кустах под обрывом, с которого на все это и смотрела наша героиня вместе со своей мамой.
- Так, и что здесь происходит? – грубо и явно недовольно произнес Фома, внимательно осматривая все то, что открылось перед его зорким и строгим взглядом.
- Как что братик! Вот твой отпрыск притащил очередную кралю и отшпилил ее, как и положено, ха, - каким-то язвительным тоном ответил на вышепоставленный вопрос Тихон.
И вот тут-то, то есть после этих слов пахнущего спиртным, чесноком и рыбой брата, одетый в такую же черную кожаную жилетку отец Луки внимательным и каким-то скажем так, прямо-таки пронзительным взглядом осмотрел с головы до ног нашу Марию и все тем же сильно раздраженным тоном молвил следующие слова:
- Хм, да девка ничего… Скажи сынок, и где ты подцепил эту такую девицу?
- Как где, тятька, на рынке. Мыло у меня покупала, - тут же отреагировал на слова отца его молодой отпрыск, на что Фома как-то немного скептически усмехнулся и вывез следующую немного так похабную фразу:
- А ты её сынко с мылом или просто так? А не то опять тебя придется от срамной болезни лечить!
- Ну, ну батя…, - с явным стыдом последовало со стороны сразу покрасневшего Луки, - это было-то всего один раз, а это девушка приличная и очень воспитанная.
«Ничего себе, это хорошо, что не дошло до перепихона, а не то не хватало мне еще триппер или сифилис подцепить от этого гнусного семейства мыловаров – предпринимателей…», - тут же с тревогой возникло в голове у нашей Марии, и вот тут-то она и решила взять нить данного разговора в свои руки:
- Вы конечно уважаемый Фома, на знаю как вас по батюшки…
- Анофриевич, - тут же вставил свое слово все еще внимательно разглядывающий нашу героиню Фома.
- Так вот уважаемый Фома Анофриевич, я девушка очень воспитанная и мой папа, царство ему небесное, был честным и добропорядочным офицером царской армии, - продолжила нести пургу Маша, - И вот в один прекрасный день пришли гнусные большевики и моего папы не стало, так что я вас прекрасно понимаю, а ваш замечательный сынок, прямо-таки отличный и очень опытный любовник.
Тут наша героиня замолчала, а вот по лицу находящегося рядом с ней Луки расплылось такое счастливое выражение, что стало абсолютно понятно, что слова девушки пришлись ему явно по душе.
- Ну, какой он трахарь это всем известно, постоянно таскает сюда всяких баб, а вот то, что вы девушка офицерская дочка, то это даже очень и очень не плохо, а не то красные шпионы так и снуют повсюду, - как-то уже более спокойней и добродушней последовало от Фомы Анофриевича, после чего он подошел к столу, за которым все также усердно поглощал воблу его брат Тихон, и взяв с него очищенную дольку чеснока, прямо-таки засунул её себе в рот, быстро пережевал и каким-то совершенно уже отстранённым тоном продолжил: - Значит так! Сегодня работать не будем, а не то, этим мылом уже весь подвал забит! В общем, всем отдыхать, а вот завтра с утра придет пароход сверху, и займемся погрузкой товара, так что Тихон скажи работникам, чтобы были готовы!
- Ну, тогда батя я пойду, провожу Марью? – последовало далее со стороны уже полностью успокоившегося Луки.
- Иди, только надолго не задерживайся, ибо тебе еще сегодня ночью сторожить склад, - грозно напутствовал своего отпрыска Фома, после чего его прыщавый извращенец сынок и наша Мария покинули данный склад и под ручку направились в сторону центральной площади города.
- Спасибо тебе Марья, - произнес Лука Фомич, на что наша героиня тут же задала следующий вопрос:
- За что?
- За то, что не сказала тятьке, что у нас ничего не было.
- Так я же понимаю, ну да ладно, Лука, далее меня не провожай, сама доберусь, - последовало со стороны, наконец-то вздохнувшей с облегчением Марии.
- А ты еще придешь? А не то мы могли бы с тобой все-таки немного, ну ты понимаешь…, - как-то немного плаксивым голосом последовало со стороны молодого мыловара.
- Обязательно приду, давай в это же время дня так через три-четыре, - ответила на это героиня нашего повествования,
- О! Я буду ждать!
- До встречи.
И далее Маша, обрадованная тем, что все так хорошо закончилось, окольными путями поспешила в свое общежитие красных командиров, где её уже с тревогой в душе ждала её любимая и прогрессивная мама Анжела Владимировна. Тем не менее, несмотря на то, вся эта вышеописанная операция по выяснению, где находится логово заговорщиков против Советской власти прошла более менее успешно, наша героиня решила пока не распространяться о произошедшем и спокойно поужинав, улеглась спать благо, что день оказался довольно-таки насыщенным на события и сон сморил девушку практически мгновенно.
…
Ну а уже через некоторое время наступил горячий и жаркий июль и в воздухе все отчетливее стало чувствоваться все более и более нарастающее напряжение, в результате чего в одно прекрасное и солнечное утро начальник губернского ЧК собрал в своем кабинете своих товарищей, среди которых, конечно же, оказались и наши Мария с Анжелой и как всегда твердым и резким голосом произнес следующие слова:
- Товарищи! Социалистическое отечество снова в опасности! Контрреволюционная гидра опять поднимает свою голову и в самое ближайшее время враги Революции, и их пособники планируют выступить против советской власти! Поэтому с сегодняшнего дня все сотрудники губернской Чрезвычайной комиссии переводятся на особое положение, и их рабочий день считается ненормированным. В общем, всем всегда иметь при себе оружия и по городу в одиночку не ходить. Кроме этого считаю целесообразным известить вас, что в данный момент на востоке нашей губернии белогвардейские элементы подняли кулацкое восстание и захвалили несколько крупных населенных пунктов, в результате чего часть наших товарищей вместе с отрядом Красной Гвардии отправляется на подавление этого мятежа, ну а на оставшихся ложится бремя борьбы с антиреволюционными элементами здесь, то есть на этой внутренней линии фронта. Так что товарищи вот-вот наступит время серьезных испытаний и перемен, так что всем необходимо собраться и быть готовым к борьбе за дело первого в мире государства рабочих и крестьян!
В общем, что тут и сказать, но после этого выступления товарища Беркеля все разошлись с сильно задумчивыми и озабоченными лицами, ну а уже на следующий день в городе осталась едва ли треть от всей численности ЧК, что привело к тому, что враги Советской власти сразу же воспряли, да к тому же уже тут из столицы пришла телефонограмма, в которой говорилось о том, что только что левые эсеры совершили покушение на германского посла и подняли антибольшевистский мятеж.
Глава 7. Мятеж (часть 1).
И вот едва только начались эти беспокойные дни, в одно прекрасное и солнечное утро к зданию губернского ЧК подбежал взъерошенный и явно напуганный пацаненок и громким голосом сообщил находящемуся у входа часовому, что возле областного драматического театра, что было вообще-то практически очень и очень недалеко, собирается вооруженная толпа. Ну а когда эти известия дошли до главного чекиста товарища Беркеля, он тут же послал в разведку пару своих людей, которые вернулись назад уже минут через сорок и сообщили, что действительно в этом ранее указанном месте собралось порядка полутора сотен человек в руках, у которых были револьверы, дробовики, железные прутья, цепи и дубинки с шипами. Причем, судя по внешнему виду, это были люди явно не последнего толка, а самые настоящие бывшие буржуа, дворяне и прочие деклассированные элементы или, иначе говоря, монархисты.
Однако, на этом неприятные известия не закончились и всего час спустя в ЧКК пришло еще одно сообщение, что на этот раз в другом месте центральной части города, а именно возле уже не раз вышеупомянутых нижних рядов собрались представители местного купечества в количестве примерно ста человек, вооруженные самым настоящим оружием в виде армейских винтовок и охотничьих ружей, а также даже одного пулемета, которые в данный момент собираются в один большой и хорошо организованный отряд с целью направится в сторону находящегося тут же в центре города губисполкома и здания ЧК.
И все это скажем так, довольно-таки сильно напрягло оставшихся в городе товарищей чекистов и работников советских партийных органов, однако это были еще не все неприятные известия, ибо всего приблизительно через полчаса из соседнего города пришло еще одно сообщение, что члены так называемого «Союза спасения Родины и Свободы», а также левые социал-революционеры подняли там крупный вооруженный мятеж и местные органы советской власти запрашивают срочной помощи для борьбы с этими контрреволюционными силами. В общем, что тут и сказать, но все эти серьезные проблемы нахлынули, скажем так, одна за другой и едва только все более менее прояснилось Симон Косиорович Беркель снова собрал всех имеющихся в его распоряжении чекистов и произнес краткую, но очень действительную речь:
- Товарищи, с минуты на минуту вот-вот начнется большая буза, поэтому прошу вас всех вооружиться и занять круговую оборону у всех окон, а также забаррикадировать центральных вход в здание ЧК и приготовиться к отражению вражеской атаки!
Ну и после этих его слов все сотрудники данной не раз уже вышеупомянутой организации мгновенно последовали данному указанию, заняли заранее распределенные боевые посты и даже выставили в окнах третьего этажа пару имеющихся в их распоряжении пулеметов.
…
И вот наша Мария очутилась в фойе на первом этаже здания губернского ЧК, где в её задачу входило подавать патроны находящимся у окон вооруженным винтовками бойцам, при этом расположившись под широкой чугунной лестницей возле нескольких ящиков с патронами наша славная героиня обратила внимание, что недалеко от нее у ближайшего к забаррикадированной столами и шкафами входной двери расположился среднего роста крепкий и как показалось девушке очень симпатичный молодой сотрудник чрезвычайной комиссии на вид, которому, можно было бы дать не более восемнадцати – двадцати лет.
«Симпатичный малый, что то я раньше его здесь не видала…», - подумала Маша, внимательно изучая этого субъекта, и тут со стороны одного и вооруженных винтовками бойцов последовал следующий громкий окрик:
- Всем внимание, контра приближается со стороны главной площади!
И практически тут же в данный момент все находящиеся у окон чекисты прильнули к прикладам своих винтовок и напряглись, ожидая нападения, однако что тут и сказать, но гнетущая тишина долго не проходила, пока вдруг снаружи не раздались громкие крики, сутью которых были следующие слова:
- Эй вы красноперые! Сдавайтесь! А не то мы вас всех положим!
Однако, что тут и сказать, но тут же сверху со стороны второго этажа послышался громкий окрик главного чекиста товарища Беркеля, который громогласно и безапелляционно заявил следующее:
- Не стрелять! Пусть они сгруппируются в кучу и подойдут поближе!
- Да, но у них пушка! – вдруг совершенно неожиданно послышались слова со стороны одного из находящихся у окон сотрудников и далее последовали какие-то странные смешки и находящийся у окна молодой и скажем так, приглянувшийся нашей Марии чекист произнес:
- Ни фига себе! Это надо же, где они этот раритет нашли!?
- Да уж ну и ну!
- Как бы они сами себя не угробили! – последовало далее со стороны других находящихся у окон чекистов.
- Что, что там такое? – с интересом произнесла при этом наша героиня аккуратно приблизившись к окну и встав за спиной у того самого молодого сотрудника ЧК.
- Да вот посмотри сама, только не высовывайся, - ответил на её просьбу короткостриженый паренек и, отстранившись в сторону, уступил место у окна девушке.
И вот далее наша Маша, аккуратно выглянув в небольшое с арочным сводом окно, увидела, что прямо-таки перед зданием собралась странная и довольно внушительная толпа местных обывателей, по внешнему виду которых можно было с уверенностью судить, что когда-то они принадлежат к явно буржуазно-дворянскому сословию, хотя если говорить откровенно внешний вид у них был довольно помятый, а на их холеных лицах царило сильно озлобленное и даже скажем так пышущее ненавистью выражение. Кроме этого эти, когда-то бывшие элитой общества индивиды держали в руках такое разнообразие самого неожиданного оружия, что смотреть на них было можно даже к каким-то содроганием, ибо угрожали они засевшим в здании хорошо организованным и вооруженным чекистам, кто револьвером или пистолетом какой-нибудь доисторической системы, другие были вооружены охотничьими ружьями, ну а кроме этого у одних были сабли, у других железные цепи, у третьих шипастые дубинки и прочий самый разнообразный хлам. Но главным во всем этом сборище врагов Советской власти было то, что они выкатили прямо напротив входа в здание губернского ЧК самую настоящую времен «царя гороха» небольшую чугунную пушку, при этом наведя это сие доисторическое орудие на цель, пара одетых по моде конца девятнадцатого века индивидов усердно заряжали это чудо самым настоящим черным порохом и железными ядрами, которых рядом с ними валялось на земле примерно с полдюжины.
- Да уж, ну и ну… А это не опасно? – последовало со стороны Марии, когда она глядя в окно наконец-то осознала то, что там на покрытой брусчаткой мостовой творилось.
- А бог его знает? Во всяком случае, вы девушка отойдите назад, а лучше вообще спрячетесь под лестницей, а не то…, - последовало на это со стороны короткостриженого паренька, на что наша героиня тут же ответила:
- А меня Маша зовут.
- Очень приятно, а меня Василий, - ответил на это её собеседник.
- Что-то я вас раньше здесь не видала?
- Да я только что вступил в ряды сотрудников ЧК, а вообще-то наша деревня находится в верстах так тридцати отсюда вниз по реке…, - ответил на это юный чекист, и тут со стороны находящегося на втором этаже и руководившего обороной Симона Косиоровича Беркеля раздалась следующая команда:
- Всем предельное внимание! Как только пойдут на штурм, открыть огонь!
- Прячься! Сейчас начнется…, - мгновенно отреагировал на это Вася, и наша героиня поспешила к себе под лестницу, где присев на небольшую мягкую скамейку стала ждать дальнейшего развития событий.
И вот не прошло и пары минут, как вдруг внезапно раздался оглушительный грохот, в разные стороны полетели щепки и обломки дверей и загораживающей проход мебели, после чего что-то с оглушительным звоном ударило в массивную и широкую железную лестницу, застучало по её ступенькам, и далее по покрытому мрамором полу фойе покатилось куда-то, чтобы с глухим ударом затихнуть где-то в дальнем углу.
«Ну и ну, вот это я понимаю…», - только и сумела подумать в этот момент оглушенная и немного контуженная всем этим катаклизмом Мария, как тут же с улицы раздались громкие и восторженные крики, после чего под звон разлетающихся вдребезги стекол и грохота выстрелов началась самая настоящая и сногсшибательная катавасия. В общем, что тут и сказать, но что со стороны нападающих, что со стороны чекистов началась беспорядочная стрельба, при этом нападающие сразу же пошли на штурм, ну а сверху, то есть откуда-то с третьего этажа громко застрекотали установленные там пулеметы. Что же касается дальнейшего развития событий, то в принципе все это происходило достаточно недолго, ну а что касается немного пришедшей в себя героини нашего повествования то она, с явным успехом пригнувшись вниз, стала периодически и очень умело подносить патроны стрелявшим из винтовок через разбитые окна чекистам, несмотря на то, что над её головой то и дело свистели влетающие внутрь пули, а внутри здания все было застлано густым пахнущим самой настоящей химией оружейным дымом.
И все бы было так сложно и напряженно, но уже минут так через десять пятнадцать наступающая толпа, оставляя на залитой кровью и засыпанной гильзами брусчатке мостовой множество мертвых тел, отхлынула назад, после чего эти деклассированные элементы засели за деревьями и кустами на противоположной стороне улицы и еще немного постреляв вскоре совсем угомонились. Что же касается чекистов, то и они прекратили вести стрельбу, ну а когда все более менее поутихло сверху по лестнице в фойе спустился товарищ Беркель, внимательно осмотрел развороченную прямым попаданием ядра входную дверь и строго произнес:
- Так понятно… Ну что как вы, есть ли раненые?
- Да нет Симон Косиорович, все целы, живёхоньки, только вот полный разгром вокруг, - ответил на это один из чекистов и тут посреди помещения возник новый знакомый нашей Марии Василий и, держа в руках примерно сантиметров десять – пятнадцать в диаметре круглое железное ядро громко заявил:
- Вот посмотрите, что я нашел в углу! Этим они в нас палили из своей пушки…
- Да уж, ну и ну…
- Это надо же было дойти то такого…
Последовало тут же от удивлено взирающих на находку Василия сотрудников ЧК, ну а что касается товарища Беркеля, то тот внимательно осмотрев этот металлический шар уже более мягко произнес:
- Этому раритету место в краеведческом музее, пусть пока лежит в углу, а потом передадим.
В общем, на этом первый бой с контрреволюцией и закончился, при этом как оказалось, лишь всего пара чекистов получила легкие ранения, а вот нападающие потеряли в результате этого бездарного штурма как минимум пару десятков своих соратников. Тем не менее, а день еще только что подошел к своему полудню и вскоре осажденные в своем здании сотрудники чрезвычайной комиссии заметили, что со всех сторон их стали окружать мятежники, да и кроме этого на поле боя нарисовался достаточно большой состоящий из местного купечества отряд на вооружении которых оказался даже один пулемет, который они установили напротив входа рядом со своей доисторической пушечкой.
- Да, однако, тяжело теперь нам придется, ну ничего продержимся, ибо скоро сюда должны подойти с северной части города отряды рабочих и Красной Гвардии, - попытался ободрить своих товарищей Симон Косиорович, на что спустившаяся сверху по лестнице Анжела Владимировна в руках у которой был большой поднос, на котором находились стаканы с горячим чаем и нарезанный ломтями черный ржаной хлеб громко произнесла:
- Вот товарищи, нате перекусите, кому будет мало, я еще принесу! Самовар горячий!
Таким образом, чекисты сразу же воспрянули духом, хотя от находящихся на противоположной стороне сотрудников стали поступать сообщения, что в находящемся за зданием в городском парке за деревьями появились люди с оружием в руках.
- Так значит, нас обложили со всех сторон, ну ничего патронов у нас достаточно, если пойдут на штурм, то сразу огня не открывать, подпускать поближе, - распорядился на это начальник ЧК.
…
Прошло около часа и вот контрреволюция снова зашевелилась, причем на этот раз, короткими перебежками, прячась за лежащими на мостовой трупами своих товарищей и ведя при этом частую, но малоэффективную стрельбу из имеющегося у них оружия дворяне, буржуазия и примкнувшее к ним купечество стало небольшими группами со всех сторон приближаться к зданию губернской чрезвычайной комиссии. Кроме этого группа из нескольких настроенных явно решительно индивидов снова стало копошиться у стоящей прямо посередине улицы своей доисторической пушки, а также установило рядом с ней единственный имеющийся в их распоряжении пулемет, из которого они открыли стрельбу короткими очередями, специально целясь по окнам, за которыми находились сотрудники ЧК.
В общем, сражение началось по новой и на этот раз в связи с явным перевесом в живой силе чекистам пришлось бы гораздо сложнее, однако тут случился некоторый глобальный конфуз, который в корне изменил расстановку противоборствующих сил, ну а случилось вот что:
Едва только большинство мятежников приблизилось на достаточно близкое расстояние и обороняющиеся в здании приготовились открыть ответный огонь, как вдруг находящаяся посреди них пушка неожиданно сама по себе неожиданно взорвалась, в результате чего приличное количество находящихся около нее и поблизости контрреволюционеров погибло, ну а еще большее количество оказавшихся тут же дворян, буржуа и членов купеческого сословия получило серьезные ранения и контузию. Кроме этого оказался уничтожен и находящийся рядом единственный пулемет нападающих, что повернуло соотношение сил противоборствующих сторон в принципиально другую сторону, и восставшие деклассированные элементы, потеряв в результате этого эксцесса приличное количество своих товарищей, начали просто на просто разбегаться в разные стороны, бросая при этом свое разнообразное оружие, ну а засевшие в здании чекисты восприняли этот неожиданный поворот в сражении громкими криками «Ура!».
Что же касается нашей Марии, то она уже вполне освоившись в этой новой снова резко изменившейся обстановке подошла к молодому как оказалось восемнадцатилетнему чекисту Василию и мягким приветливым голосом произнесла:
- Послушайте Василий, скажу вам прямо, вы мне серьезно приглянулись.
- Да и вы Маша мне тоже, - ответил на это парнишка, и на его лице разлилась самая настоящая приятная добродушная улыбка.
Глава 8. Мятеж (часть 2).
И вот едва только все более менее утихло товарищ Беркель собрал вокруг себя прямо в разгромленном фойе здания ЧК своих сотрудников и начал говорить:
- Значит так товарищи, первую битву с контрреволюцией мы выиграли, ну а сейчас нам надо сформировать три отряда, чтобы, когда подойдут отряды рабочих и красногвардейцев направится вместе с ними для наведения порядка в городе. Итак, прежде всего первый отряд под командованием моего заместителя, выдвинется в сторону здания местного губисполкома и драматического театра, второй отряд…, - тут Симон Косиорович назначил его командиром одного из старых и опытных чекистов, - тут вот второй отряд направится к железнодорожному вокзалу, чтобы взять его под контроль революционных сил. Что же касается третьей группы, то вот ей предстоит более сложная и ответственная задача, ибо она под моим личным командованием двинется в сторону расположенных у реки нижних купеческих рядов, ибо по имеющимся сведениям именно там и засели главные силы мятежников, так что товарищи на легкую жизнь не рассчитывайте. В общем, всем пока отдыхать, ну а как подойдет подмога, так и выдвинемся в путь…
И вот пока победившие в первой схватке с контрреволюцией чекисты отходили от только что произошедшего и насыщенного событиями сражения между нашей Марией и её новым знакомым Василием прямо-таки под ведущей на второй этаж чугунной лестницей произошел следующий разговор:
- Послушай Василий, а ты вроде бы говорил, что твоя родная деревня находится примерно в тридцати верстах от города вниз по реке? – задала вопрос наша героиня.
- Да именно так, у нас небольшая деревня и там живут в основном мои родственники, - ответил на это юный чекист.
- Так ведь мы недавно с Симоном Косиоровичем ездили туда, там большое волостное село…
- Это по другую сторону реки, а мы живем на правом берегу, кстати, там тоже имеется рядом приличное село и несколько деревень, но люди у нас совершенно другие, дружные и не такие темные и зловредные, - последовало со стороны паренька и тут в голове у героини нашего повествования наконец-то полностью сформировалась та самая очень важная для нее и мамы мысль, которая скажем так должна была помочь им вернуться в их далекое и светлое будущее:
- Скажи Василий, а ты знаешь, где находится так называемая «сюсина могила»? – задала первый наводящий вопрос девушка.
- «Сюсина могила»? – с явным удивлением переспросил юноша: - А зачем тебе это место?
- Видишь ли, Василий, я и мой мама, прибыли сюда, в ваше время из очень и очень далекого будущего, ну а чтобы вернуться назад, то есть в наше родное время нам необходимо попасть именно в это место, - попыталась пояснить сложившуюся ситуацию Маша.
- Да ну, я не верю…, - произнес на это юный чекист и далее между ними произошел следующий диалог:
- В обще-то это как хочешь, но я сказала тебе абсолютную правду и, кстати, когда все успокоится, я могу показать тебе несколько вещей, которых ты никогда не видел, они у меня в общежитии.
- Ну, допустим, что это так, но могила-то эта древняя, вам зачем?
- Там рядом с этой «сюсиной могилой» есть большой каменный крест, так вот если приложить к нему руку и произнести определенные слова можно попасть туда куда нужно, вот так как-то… В общем это связано с силовыми полями и перемещениями сквозь время и пространство, это физика и математика, понимаешь?
- Конечно, я ведь все-таки целых пять классов закончил с отличием, а когда Революция победит пойду учиться дальше в ремесленное училище… Ладно я вам помогу, известно мне, где это место и как туда попасть.
- Ну и хорошо, - закончила этот разговор Мария и тут началась некоторая суета, ибо к зданию губернского ЧК подошел большой отряд Красной Гвардии и рабочих с расположенных в северной части города фабрик и заводов.
…
И вот спустя где-то примерно час спустя в сторону нижних купеческих рядов выдвинулся сводный отряд чекистов и красногвардейцев в числе которых оказались и наши новые друзья Василий и Мария, однако так как ситуация в центральной части города оставалась все еще достаточно напряженной сразу достичь своей цели им сразу не получилось, ибо уже на половине пути их встретила состоящая из всяких деклассированных элементов среднего купеческого сословия толпа, в которой, кстати, были лица как мужского, так и женского пола. Ну и вот тут-то к этой массе людей вышел лично сам товарищ Симон Косиорович Беркель и громким и строгим голосом произнес следующие слова:
- Уважаемые граждане, убедительно прошу вас всех разойтись и не загораживать путь нашему отряду, ибо в противном случае мы будем вынуждены применить оружие!
- Вы красноперые! – сразу же после этих слов главного чекиста послышалось из находящейся перед ним толпы: - Валите отсюда! Ничего вам делать в наших складах!
- Граждане, считаю целесообразным сообщить вам, что всего пару часов назад члены вашего купеческого сословия и другие антисоциальные элементы совершили нападение на здание Чрезвычайной комиссии и другие учреждения советской власти! На основании этого я требую, чтобы вы не преграждали нам путь и немедленно разошлись по домам!
И тут толпа гулко забурлила, и с её стороны послышались очередные направленные против советской власти возгласы, однако это ничуть не смутило чекистов и они, выставив вперед винтовки с примкнутыми штыками, несколькими шеренгами двинулись вперед.
«Вот древние боги и демоны, сейчас явно что-то будет…», - с тревогой подумала находящаяся позади напирающих на толпу бойцов наша Мария, и тут со стороны сгрудившихся и постепенно отступающих назад под напором отряда городских обывателей неожиданно прогремел самый настоящий, и как показалось всем оглушительный выстрел из дробовика. При этом купная дробь прямо-таки просвистела над головами бойцов отряда товарища Беркеля, и это привело к тому, что ответ на эту провокацию со стороны чекистов и красногвардейцев раздалась громкая и беспорядочная стрельба, в результате чего толпа резко подалась назад и, оставляя на мощеной брусчаткой мостовой окровавленные тела стала разбегаться в разные стороны. В общем, что тут и сказать, но данная катавасия вовсю захватила как мятежников, так и чекистов с красногвардейцами и далее весь этот катаклизм внутри ограниченного с двух сторон торговыми рядами пространства привел к тому, что в течение примерно минут пяти все просто на просто разбежались, ну а что касается отряда товарища Беркеля то он проследовал далее чтобы уже примерно минут через пять оказаться перед многочисленными закрытыми изнутри крепкими окованными железом деревянными дверьми нижних купеческих рядов.
И вот оцепив с одной стороны это довольно-таки обширное и длинное выкрашенное белой известкой каменное строение чекисты и красногвардейцы столкнулись с тем, что приникнуть внутрь этого состоящего из множества помещений и лабиринтов коридоров не представлялось никакой возможности, ну а что касается бунтовщиков то они просто на просто затаились, чего в принципе и стоило ожидать.
- Вы знаете, - обратилась наша Мария к начальнику губернского ЧК товарищу Беркелю, - а ведь с противоположной стороны этих рядов также есть двери.
- Я знаю это, но у нас мало людей, чтобы блокировать весь этот комплекс, в общем надо что-то придумать…, - ответил на это Симон Косиорович.
- Я думаю что если нам отступить то можно хитростью добиться того что эти самые мыловары открыли свои двери, - продолжила наша героиня.
- То есть как так? – последовал на это вопрос со стороны главного чекиста.
- Ну, вы понимаете…, - немного смущенно начала свой рассказ Маша и далее с её стороны последовало подробное изложение всего того, что всего пару дней назад приключилось с ней во время её посещения семейной обители мыловара Луки и его родственников.
- Так, в принципе все вроде бы понятно, но вы девушка совершили явную глупость которая могла кончиться для вас весьма плачевно, - резюмировал товарищ Беркель после чего он немного о чем-то подумал и далее отдал приказ о том, чтобы бойцы его отряда покинули окрестности нижних рядов и отступили в сторону находящегося недалеко городского парка.
- Значит так, как только стемнеет, мы несколькими небольшими группами направимся обратно к купеческим рядам, при этом три группы зайдут со стороны реки и блокируют мятежникам пути отступления, понятно, - начал излагать своим подчиненным свой план главный чекист, ну а два других отряда под моим командованием тихо приблизятся к рядам со стороны центра и вот тут-то, вы Мария, - обратился от к героине нашего повествования, - и должны будите попросить этих самых мыловаров открыть для вас двери… Думаю всем все более менее понятно.
- Да я в принципе попытаюсь, чтобы они мне поверили, - скромно так ответила на это наша Маша.
…
Прошло еще несколько часов и летнее солнце практически склонилось к линии горизонта, в общем, наступили самые настоящие сумерки и вот тут-то отряд чекистов и красногвардейцев, в состав которого вошли наша Мария и Василий под командованием Симона Косиоровича тихо и аккуратно подобрался к тому самому хорошо знакомому месту посреди нижних рядов, где за крепкими окованными железом дверями и находились апартаменты или иначе говоря, склады и производство семейства мыловара Луки. И вот когда товарищ Беркель, Василий и еще несколько бойцов ЧК с оружием в руках прильнув к покрашенной известью стене приготовились ворваться внутрь данной обители зла наша Маша приблизилась к уже не раз вышеупомянутым крепким двустворчатым дверям и, сделав в них три сильных удара произнесла следующие слова:
- Лука! Лука! Открывай, это я Марья!
Тем не менее, но лишь спустя пару минут, по ту сторону этой преграды послышались какие-то глухие и неразборчивые звуки и вскоре из-за плотно закрытых дверей послышался голос молодого и хорошо знакомого нашей героине извращенца:
- Марья! А ты здесь откуда?
- Как откуда? Лука, Лука, у меня большевики разграбили дом, а родителей увели в неизвестном направлении! Вот я пришла к вам! – продолжала излагать заранее ей приготовленную легенду наша героиня.
- Погоди, мне надо тятьке сказать! – тут же послышалось изнутри, и после наступила гнетущая напряженная тишина, в результате чего у Маши даже возникло некоторое опасение, что её план провалился. Однако спустя примерно минут пять из-за дверей снова послышался голос Луки: - Сейчас Марья! Погоди…
И после этих слов юного извращенца с громким стуком загрохотали железные запоры и задвижки в результате чего далее дверь немного приоткрылась и в образовавшейся небольшой щели возникло покрытое угрями свинячье лицо юного извращенца:
- Марья, ты одна?
- А с кем мне еще быть? – ответила на это девушка.
- Сейчас, погоди, я цепочку сниму, - и далее Лука Фомич стал возиться с самой настоящей и достаточно внушительной цепью, которая оставалась последним и решающим препятствием на пути в это логово контрреволюции и мыловаренного дела. Тем не менее, но еще через минуту и эта преграда наконец-то пала и уже полностью успокоившийся юноша отворил половину двустворчатых дверей и, встав в проеме, гордым и наглым голосом, молвил следующие слова:
- Ну что Марья! Давай проходи!
И вот тут-то в данный разговор совершенно внезапно включился молодой чекист Василий, который мгновенно возник между нашей Марией и Лукой, и со всей силы ударив последнего рукояткой своего «маузера» в лоб, дополнительно пнул молодого мыловара сапогом в промежность. В общем, что тут и сказать, но после всех этих быстрых манипуляций Лука Фомич тихо взвыл и, ухватившись руками за свои явно отбитые причиндалы, повалился навзничь, больно стукнувшись своим затылком о каменный пол. Ну а далее вслед за Василием и Марией внутрь ворвались лично сам Симон Косиорович и его чекисты, при этом они схватили скорчившегося на полу Луку за подмышки и посадив его на перевернутый пустой ящик у стену направили прямо ему в лицо «наган».
- Где все остальные? – твердым и каким-то страшным голосом, глядя при этом молодому извращенцу прямо в глаза задал вопрос товарищ Беркель.
- Там… Там в подвале… Мыло варят…, - обливаясь слезами и все держась при этом за свое отбитое достоинство руками ответил Лука.
- Сколько там человек? – мгновенно последовал следующий вопрос.
- Тятька, дядька и еще четверо…
- Как туда попасть? – продолжился допрос.
- Там на складе есть дверь, потом вниз по лестнице и далее по коридору, - уже как-то почти что шепотом и с выпученными от страха глазами промямлил молодой моловар.
- Так, этого связать, двое остаются здесь, остальные за мной! – тут же распорядился главный чекист и после этого в то самое на этот раз совершенно пустое знакомое нашей Марии помещение проникли первым Василий с «маузером» в руке, за ним наша Маша, которая сразу же достала из внутреннего кармана своей кожаной куртки выданный ей ранее «наган» и еще несколько бойцов этого отряда.
- Значит так, там далее есть дверь, - последовало со стороны нашей героини, после чего Василий со скрипом отворил эту вторую, и как оказалось незапертую преграду и далее чекисты стали быстро спускаться куда-то вниз по узкой освещаемой висящими на мокрых кирпичных стенах керосиновыми лампами лестнице. В общем что тут и сказать, но после этого достаточно длинного и глубокого спуска большевики оказались в таком же слабо освещенном сделанном из явно очень старого красного кирпича коридоре и вот тут-то в нос им ударил неприятный и даже скажем так очень противный запах.
- Значит так, тихо и быстро двигаемся вперед и если что стрелять без предупреждения…, - шепотом распорядился Василий, после чего все последовали его приказу и уже через пару десятков метров внезапно очутились в достаточно большом и таком же сыром и мрачном помещении, где возле двух огромных металлических чанов, под которыми в кирпичных печках горел яркий огонь с большими черпаками в руках суетились несколько человек. При этом если уж говорить предельно откровенно самым ужасным и противным во всем этом было то, что в этом кипящем вареве было что-то такое неестественное что привело наших, шедших впереди, Василия и Марию в явное содрогание, и неприятие всего вышеописанного.
И вот едва только сотрудники ЧК появились в этой зале находящийся ближе всех к ним и руководящий остальными работниками индивид в черной кожаной жилетке в котором наша Мария тут же узнала лично самого главного представителя этого семейства мыловаров Фому Анофриевича тут же обернулся и с сильно удивленным взглядом потянулся за стоящим рядом с ним у стенки охотничьим ружьем. Ну а далее…
А далее раздались оглушительные в этом замкнутом пространстве выстрелы, при этом краем глаза Мария увидела, как Василий вовсю стреляет в Фому и других работников этой мыловарни из своего «маузера», и тоже мгновенно надавила на спусковой крючок своего «нагана».
Глава 9. Ужасы смутного времени.
Мария давила и давила на спуск пока патроны в барабане револьвера не закончились, и тут она повернула голову в сторону находящегося рядом с ней молодого чекиста Василий и увидела, как он ловко выкинул из своего пистолета пустую обойму, и тут же вставив на её место новую, снова открыл огонь. В общем что тут и сказать но стрельба продолжалась еще несколько минут причем кроме наших героев стреляли и несколько других чекистов, пока наконец-то через густой и плавающий в воздухе оружейный дым не стало ясно, что все их оппоненты давным давно напичканы свинцом и отдали богу свои темные души. Ну а после того как стрельба затихла Василий все еще держа «маузер» наготове, тихо и аккуратно двинулся вперед, внимательно осматривая валяющиеся в разных позах мертвые тела мыловаров и все остальное, при этом приблизившись к одному из булькающих на огне чанов, он заглянул внутрь этой емкости, после чего мгновенно отпрянул и, закрывши рот рукавом своей гимнастерки глухо закашлялся.
- Ты… Маша лучше не смотри туда, - немного по придя в себя, ответил юный чекист, однако это лишь с подвигло нашу героиню к действию и она, приподнявшись вверх заглянула в расположенный на уровне её глаз чан, и тут…
И тут наша героиня увидела то, что потрясло её до глубины души, а внутри её организма начались достаточно так неприятные и сильные спазмы, ну а причиной всего этого стало то, что в тягучей и мутной более похожей на слизь кипящей жидкости еле различимые плавали самые настоящие обнаженные человеческие тела.
«Ничего себе… Ну древние боги и демоны, надеюсь вы такого не допустите…», - подумала было при этом Мария и в этот момент в это мокрое и все еще заполненное оружейным дымом помещение зашел лично сам начальник губернского ЧК товарищ Беркель который при этом с мрачным видом осмотрел данное побоище и произнес следующее:
- Так понятно…
- Вы лучше посмотрите, из чего они варили свое мыло, - последовало тут же от уже немного пришедшего в себя Василия, ну а потрясенная произошедшим героиня нашего повествования в этот момент стала довольно-таки умело набивать барабан своего револьвера новыми патронами.
Что же касается Симона Косиоровича, то тот тут же заглянул сначала в один, потом в другой чаны и с еще более мрачным видом строго заговорил:
- Значит так! Оставить здесь все как есть, найдите кирпичи и наглухо заложите вход в это помещение! И что бы ни одна душа не знала об этом, товарищи чекисты!
- А трупы, их убрать что ли? – задал вопрос один из спустившихся в подвал вместе с нашими героями красногвардеец.
- Пусть остаются здесь, и не трогайте ничего, - последовало на это со стороны товарища Беркеля, и тут совершенно неожиданно наша Мария громко заговорила:
- Погодите! Похоже, мы опустили одного!
- То есть!? Поясни? – мгновенно отреагировал на это начальник ЧК.
- Я сразу не заметила, но среди трупов нет Тихона! – оглядываясь по сторонам, продолжила Маша.
- Тихона?
- Да брата Фомы, а там, на верху Лука сказал, что его дядька тоже здесь, - пояснила девушка.
- Точно, немедленно все здесь осмотреть, и найти этого Тихона живого или мертвого обязательно! И начинайте искать кирпичи, - произнес в ответ на это товарищ Беркель.
…
Василий и Мария, а с ними и еще несколько чекистов с оружием в руках двигались с по узкому сводчатому сделанному из кирпича явно очень древнему коридору освещая себе путь несколькими яркими керосиновыми лампами, при этом было совершенно очевидно, что кроме них тут явно еще кто-то неоднократно бывал, ибо то и дело на покрытом толстым слоем пыли каменному полу встречались свежие следы сапог.
«Да уж, ну и ну, уже как минимум полчаса идем, а конца этому туннелю все нет и нет…», - то и дело возникало в голове у нашей Марии, которую все более и более угнетало то, что воздух в этом подземном коридоре становился все гуще и тяжелее, а с находящегося над головой свода на голову то и дело падали холодные капли воды.
Тем не менее, но когда наша героиня подумала об этом в очередной раз наши путешественники по подземным туннелям совершенно неожиданно оказались в достаточно просторном с все таким же сводчатым потолком помещении, в котором в свете керосиновых ламп стали видны валяющиеся по углам какие-то груды хлама которые при ближайшем рассмотрении оказались самыми настоящими проржавевшими продуктами скобяного характера, или если говорить более точно подковами, косами, топорами без ручек и прочим барахлом.
- Хм, а это здесь, откуда? – с удивлением произнес шедший впереди Василий.
- Скорее всего, все это лежит здесь с очень и очень давних времен, но вы лучше руками ничего не трогайте, - со знание дела ответила на вышезаданный вопрос Мария.
- Это почему?
- А вы что не видите, как здесь сыро, это просто явная благодать для самой разнообразной плесени и грибков, порежешься и пиши пропало, сепсис и заражение крови, - пояснила героиня нашего повествования.
- Все понятно! Ничего руками не трогать и смотреть под ноги! – мгновенно распорядился юный чекист, после чего этот небольшой отряд быстро поспешил дальше чтобы всего минуты через три оказаться перед заделанной красным кирпичом стеной, которая просто на просто преградила дальнейший путь.
- Так не понял, здесь тупик! – с удивлением произнес Василий, на что шедшая сразу за ним девушка, взяв в руки одну из керосиновых ламп, стала внимательно осматривать возникшее на пути препятствие и тут с её стороны последовали следующие слова:
- Да тут внизу лаз! И кстати кто-то только что через него пролез и заложил его кирпичом, - последовало со стороны девушки.
- Так понятно, вон тут следы на земле… Сейчас я его, - мгновенно отреагировал на это один из шедших за Марией чекистов и далее он сильными ударами своих обутых в сапоги ног выбил с десяток кирпичей и заглянувши в этот пролом с лампой в руках вдруг отпрянул назад: - Там! Там такое…
- Что там? – с тревогой в голосе задал вопрос Василий.
- Череп прямо за проломом, - стуча зубами, последовало в ответ.
- Дайте-ка, я сам взгляну, - произнес на это юный чекист и далее Вася ловко стал протискиваться в данную брешь, да так что скоро полностью скрылся из виду и лишь отблески света от находящейся при нем лампы указывали на то, что он где-то очень и очень недалеко.
В общем, что тут и сказать, но не прошло и нескольких минут, как Василий снова показался из пролома и, выбравшись оттуда окончательно как-то так грустно и немного расстроенно заговорил:
- Значит так, возвращаемся назад, ушел Тихон…
- То есть как так? – тут же последовал вопрос со стороны одного из чекистов.
- Там выход прямо в подвал бывшего городского магистрата и дверь открыта наружу, я, правда, не стал выходить, а не то нарвёшься еще на какие-нибудь деклассированные контрреволюционные элементы, да и темно уже стало, но Тихон явно ушел этим путем, - пояснил юноша.
- А череп? – с интересом спросила наша Мария.
- Череп есть, лежит прямо за проходом, но какой-то детский, скорее всего, не большой.
- И откуда же он тут взялся?
- Не знаю, но ему очень и очень много лет, я его трогать не стал. В общем, так, давайте заложим этот пролом кирпичами и пойдем назад, а не то, мы и так времени много потеряли, - распорядился Василий.
- А Тихон?
- Да бог с ним, пусть бежит, все равно скоро проявится наверняка…
И после этих слов чекисты быстро и аккуратно заложили вышеуказанный пролом валяющимися здесь в изобилии кирпичами, после чего этот небольшой отряд поспешил обратно, чтобы вскоре снова оказаться в том самом помещении мыловарни, где среди нескольких огромных чанов с человеческими телами так и лежали в самых разнообразных позах трупы Фомы и его работников. При этом, когда Василий, Мария и остальные сотрудники чрезвычайной комиссии оказались там узкий проход в это помещение уже был наполовину заложен красным глиняным кирпичом, ну а со стороны производивших эти работы двух красногвардейцев которые довольно эффективно перемешивали лопатами в небольшой емкости очередную порцию известкового раствора последовало:
- А мы вас уже заждались, даже думали прекратить работу!
- Ничего, все нормально, а вот Тихон ушел, - ответил на это Василий, после чего его небольшой отряд проследовал дальше к выходу, чтобы вскоре оказаться на улице где бойцы из отряда товарища Беркеля уже вскрыли почти все остальные двери в нижних купеческих рядах и наводили там самый настоящий революционный порядок.
…
Ну а уже утром следующего дня в большом с уже вставленными новыми стеклами в окнах кабинете на втором этаже здания, где размещалась губернская Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией, саботажем и бандитизмом на деревянной табуретке сидел с явно хмурым видом одетый темно-малиновую рубаху и кожаную жилетку на этот раз уже без цепочки от часов лично сам молодой мыловар – извращенец Лука по батюшке Фомич и вращая глазами с явным страхом на своем покрытом угрями свинячьем лице ожидал, что ему скажет находящийся перед ним за большим деревянным столом товарищ Симон Косиорович Беркель. При этом кроме этих двух индивидов в кабинете присутствовали еще несколько человек включая молодого чекиста Василий, нашу славную Марию в лице стенографирующего этот допрос секретаря, а также её маму современную и прогрессивную Анжелу Владимировну, которая уже все знала о вчерашних приключениях своей любимой дочери и аккуратно пристроилась на изящном венском стуле у дверей.
- Так значит гражданин Лука, - строгим и совершенно безапелляционным голосом начал данный допрос начальник губернского ЧК, - у нас к вам имеется ряд вопросов, и оттого как вы на них ответите, зависит ваша дальнейшая судьба, надеюсь понятно изложено?
- Д… Да, я понял, - заикаясь и с явным страхом в глазах ответил на это прыщавый извращенец.
- Что же, это хорошо, поэтому, прежде всего мы бы хотели услышать от вас ответ на следующий вопрос: откуда вы брали человеческие тела для производства своего замечательного мыла? – задал первый вопрос товарищ Беркель.
- Мы… Мы… Мы иногда их брали на кладбище, выкупали у сторожа, ну а вообще-то в последний раз набрали прямо с мостовой перед рядами, после того как вся эта заваруха с вашим отрядом поутихла, - со страхом в глазах и заикаясь произнес в ответ молодой мыловар.
- Хм, однако, даже тут вы не упустили своего, но ведь вы, как нам известно, варили столько много мыла, что для этого требуется довольно-таки большое количество сырья? – продолжил диалог главный чекист.
- Ну в основном «служба очистки» нам поставляла собак и прочие тела умершей скотины, но их обычно не хватало и мы… мы…, - тут из глаз Луки ручьем полились самые настоящие слезы после чего он повалился с табуретки на пол и скорчившись в комок громко запричитал: - Ой, простите меня! Простите меня, товарищи большевики! Не казните! Не бейте! Я все расскажу…!
- А ну посадите его на место и дайте ему воды! – строго последовало на это со стороны Симона Косиоровича, в результате чего двое находящихся тут же в кабинете чекистов подхватили Луку под мышки, посадили снова на табуретку, ну а Василий поднес к его губам граненый стакан с водой которую молодой мыловар стал пить большими глотками громко стуча при этом зубами по стеклу.
- Значит так, Лука Фомич, мы вас внимательно слушаем, говорите!? – твердо продолжил допрос товарищ Беркель, после чего уже более менее пришедшего в себя Луку скажем так просто понесло:
- Мы… Мы варили мыло из детей которых всякие разные люди воровали для нас, а еще… А еще, я специально знакомился с девушками которых таскал в мыловарню для этого… Ну вы понимаете для чего, а потом Тихон их тоже того и мы их тела тоже пускали в дело, но этого было все равно мало, ибо мыло которое мы варили пользовалось большим спросом… В общем мы отгружали по два пуда за раз и его увозили вниз по реке в другие города и тогда тятька придумал еще одну схему! – тут молодой садист – извращенец почему-то ненадолго задумался и стал как-то странно оглядываться по сторонам вращая при этом своими выпуклыми и полными слез глазами.
- Мы вас внимательно слушаем? – тут же произнес Симон Косиорович.
- В общем, дело такое. Мы стали вербовать клиентов в других расположенных вверх и вниз по реке городах и селах, ну не мы конечно лично, а наши люди. В общем, девушки и парни приезжали к нам ну типа на заработки, ну а мы их…, - тут Лука Фомич снова залился обильными слезами, - в общем, мы пускали их тела в дело. Вот так как-то… Дяденьки, дяденьки, не казните меня, пожалуйста!
- Вас никто и пальцем не тронет, но скажите мне Лука Фомич, кто лично занимался умерщвлением всех этих людей? – последовало далее от всерьез помрачневшего в результате этого разговора главного чекиста.
- Как кто, их душил дядька мой, Тихон. Он на это мастер, - ответил прыщавый мыловар.
- Хм, понятно, но скажи мне Лука, куда мог этот твой родственник податься сейчас?
- Как куда, в село большое, что в тридцати верстах от города вниз по реке, там у нас родственников много, да ваших, то есть большевиков, там их мало!
- Что же все более менее ясно! Ну да ладно Лука, пока посидишь у нас в камере! Ну а потом…, - тут товарищ Беркель неожиданно замолчал и снова о чем-то задумался.
- Что потом? – с явным нетерпением и страхом тихо произнес на это молодой мыловар.
- А далее, когда все это более менее утрясется, вы будите, преданы суду революционного трибунала и он решит вашу дальнейшую участь, надеюсь понятно! – уже совершенно спокойно последовало со стороны начальника губернского ЧК, после чего двое сотрудников чрезвычайной комиссии подхватили уже даже не могшего стоять на ногах Луку подмышки и практически что волоком вытащили вон из кабинета.
- Ну что Мария вы все это задокументировали? – обратился Симон Косиорович к нашей героине, которая тут же дала следующий ответ:
- Все до последнего слова, товарищ Беркель, вот взгляните.
- Что же, все очень и очень хорошо, надо вот что Анжела Владимировна, - произнес, внимательно изучая протокол допроса Симон Косиорович уже по отношению к Машиной маме.
- Да я вас внимательно слушаю, - тут же последовало со стороны Анжелы.
- Сможете размножить все это в нескольких экземплярах и надо послать их в центральный комитет партии в Москве и товарищу Дзержинскому в ЧК?
- К вечеру все будет готово, - кратко ответила на это Анжела и взяв из рук товарища Беркеля несколько исписанных красивым почерком дочери листков направилась в свой архив.
Глава 10. Трудные дни.
Следующие несколько дней прошли в явном напряжении и заботах, в общем, что тут и сказать, но хотя контрреволюция оказалась, скажем так, сломлена, чекисты все это время проводили обыски и аресты наиболее активных членов антисоветского выступления, в которых как и положено также принял активное участие и новый друг нашей героини Василий. Тем не менее, а трупы что остались после первых дней мятежа на мостовой в центральной части города тут же были убраны, нижние купеческие ряды вычищены от контрреволюционных и антисоциальных элементов, что же касается выступивших в первые дни восстания дворянства и буржуазии, то они просто попрятались по своим особнякам дрожа от страха и не показывая наружу даже и носа. Кроме этого большой сводный состоящий из чекистов, красногвардейцев и рабочих расположенных в северной части города промышленных предприятий отряд отправился в соседний город, где ситуация оказалась гораздо более напряженней и антибольшевистское восстание находилось в самом разгаре. Что же касается Марии, и Анжелы то все эти дни им пришлось, как и другим сотрудникам ночевать в здании Чрезвычайной комиссии, да и всяких бумажных и административных дел накопилось довольно-таки значимое количество. В общем, что тут и сказать, но наша героиня просто на просто не вылезала из кабинета начальника губернского ЧК, где стенографировала допросы задержанных и арестованных участников уже сошедшего на нет мятежа, а вот её мама так и заделалась в своем архиве, с утра, до позднего вечера копируя и подшивая все эти многочисленные бумаги, что в принципе в дальнейшем сильно упростило дело начавшемуся потом революционному трибуналу. Но не будет забегать вперед и в один прекрасный солнечный день под широкой чугунной лестницей в фойе здания губернского ЧК, в момент так редко выдающихся минут отдыха, между нашей Марией и молодым чекистом Василием состоялся следующий довольно-таки интересный разговор…
…
- Послушай Василий, а я вот все хочу тебя спросить об этой вещи, - начала его героиня нашего повествования со стаканом горячего чая и небольшим кусочком вареного коричневого сахара в руках.
- Да конечно, говори Маш, - тут же последовало со стороны сидящего рядом с ней на небольшой мягкой кушетке также с чаем в руках молодого чекиста.
- Скажи, а как ты считаешь этот самый детский череп в этом подземелье, откуда он взялся?
- А тебя что все еще гложет эта мысль? – вопросом на вопрос ответил Василий.
- Да вот как-то все это не выходит из головы…
- Я думаю, что он лежит там с очень и очень давних времен, может даже еще с прошлого века.
- Да все эти подземелья произвели на меня сильное впечатление, скорее всего их построили специально чтобы заниматься всякими непотребными делами, - последовало со стороны девушки.
- Согласен, тут если честно, как я слыхал, и дети и юные девушки постоянно куда-то пропадали, и никто не мог их, потом найти, в общем, всякие мерзопакостные личности занимались этим с очень и очень давних времен, а еще мне рассказывали одну историю…, - тут юноша неожиданно замолчал и о чем-то глубоко задумался.
- Да, я слушаю тебя, - произнесла Маша.
- В общем, еще в конце прошлого века тут в одном из зданий в центре рядов нашли замурованную дверь, а когда её вскрыли то там обнаружился целый склад всяких разных банок и бутылей с ягодами и грибами которые находились там с очень и очень давних времен, может даже еще со времен патриарха Никона как говорили.
- И что?
- Да то, что ягодки и грибки эти оказались непростые а специально заделанные ядовитые мухоморы, поганки, опята и прочие что в наших, да и не только в наших лесах растут… Ну и попробовали эти яства люди и тут же кто богу душу отдал в страшных мучениях а кто и вовсе поехал умом… Тут даже ученые профессора с Москвы приезжали разбирались, в общем вот такая история приключилась, - закончил свой рассказ юный чекист, ну а что касается Маши то она задала следующий вопрос:
- А что с этими соленьями стало потом?
- А бог его знает, полиция все изъяла, а куда все это потом делось неведомо, - ответил на это Василий.
- Да уж ну и ну… Дела творятся в этом городе, - задумчиво произнесла на это девушка.
Ну а потом, то есть спустя еще примерно неделю в городе все окончательно успокоилось и жизнь снова худо бедно пришла в норму, ну а в центральной части города снова открылись многочисленные лавки и магазины, на рынке стало полным полно народу и тут с вернувшейся вместе с мамой в их комнату в общежитии красных командиров Марией произошел еще один довольно-таки странный случай.
…
Маша в очередной раз возвращалась с работы через находящийся внутри рядов центральный рынок, который к этому времени уже фактически почти, что полностью опустел и вдруг совершенно неожиданно вблизи одного из выходов обнаружила ту самую старушку, которая в свое время и довела до сведения нашей героини о том, что ей и её маме суждено вскоре возвернуться обратно, то есть в свой далекий и не такой опасный и напряженный мир будущего.
- Здравствуйте бабушка! – громко произнесла наша героиня, подойдя к этой завернутой, несмотря на жаркую погоду в теплый шерстяной платок довольно-таки значительных лет женщине.
- И тебе не хворать, купи грибочков соленых, сама собирала, - тут же последовало ей в ответ.
- Я даже не знаю, что-то я, если честно опасаюсь, есть грибы, - с сомнением в голосе заговорила Мария, которой сразу же вспомнилась та самая история, которую ей несколько дней назад рассказал Василий.
- Да ты не бойся внучка, здесь одни маслята и сыроежки, не отравившся.
- Хм, ну ладно, давайте немного, - с трудом согласилась девушка, после чего бабка протянула ей завязанный чистой тряпицей небольшой горшочек и как-то-таки немного странно по-заговорщицки заговорила:
- Знаешь что девушка, хочу сказать тебе важную вещь.
- Я слушаю?
- Через несколько дней придет время вам возвращаться назад, то есть домой, так что поспешите.
- Ах вот что, понятно, скажу вам честно, мне уже удалось найти одного хорошего человека, который нас отведет в то условленное место, но что я должна произнести для этого? – задала Маша давно волнующий её вопрос.
- Это хорошо, но помни, что твоя борьба с неведомым только началась, а сказать надо следующее, просто учтиво попроси высшие силы вернуть вас домой. Ну да ладно, с тебя десять рублей дочка, - закончила данный разговор старушка, после чего Маша протянула ей несколько мятых бумажек и со своим приобретением в руках поспешила в свою комнату, чтобы пожарить немного имеющейся в их распоряжении картошки к приходу свой любимой мамы Анжелы Владимировны. Ну а когда спустя примерно час мама вернулась из своего архива, и её уже ждала горячая сковорода с кушаньем и небольшой полный соленых грибков горшочек на большом и крепком квадратном столе.
Ну и вот тут, то есть за ужином, между мамой и дочкой состоялся следующий и довольно важный разговор:
- Да уж, теперь понятно, - произнесла Анжелы, когда Мария рассказала ей обо всем, что произошло с ней на центральном рынке, - надо вот что сделать, прежде всего, рассказать все Симону Косиоровичу, а потом найти проводника чтобы он отвел нас туда, ну к этой самой «сюсиной могиле».
- У меня есть такой человек, - последовало на это со стороны девушки.
- И кто он?
- Как кто, Василий, он как раз из этих самых мест и знает, где это находится.
- А слова то, слова то какие необходимо сказать, чтобы переход открылся? – последовал следующий вопрос от мамы.
- Старушка сказала, что надо просто попросить высшие силы, чтобы они вернули нас домой, - ответила Маша.
- Понятно, - со вздохом ответила Анжела и далее она с удовольствием проглотила насаженный на вилку соленый гриб и заговорила о следующем, - знаешь, что я скажу дочка, надо нам поставить об этом в известность Симона Косиоровича, чтобы он скажем так, был в курсе всех этих предстоящих событий.
- Ты знаешь мама, я тоже так считаю, - произнесла на это Мария.
- Ну, тогда мы завтра же и поговорим с ним об этом, - сделала заключение Анжела Владимировна.
…
- Ну что же, в принципе мне все абсолютно понятно, - произнес товарищ Беркель, когда утром следующего дня в его расположенный на втором этаже кабинет зашли наши Анжела с Марией и довели до главного губернского чекиста все то, о чем было уже изложено выше, - но знаете, лично я думаю что у вас могут возникнуть некоторые трудности, - продолжил Симон Косиорович после небольшой паузы.
- Мы вообще-то тоже пришли к этому мнению, ибо добраться до тех самых место достаточно проблематично, - заговорила сидящая на стуле у двери Анжела Владимировна.
- В обще-то мы товарищ Беркель хотели попросить вас об одном одолжении, - совершенно неожиданно вступила в разговор Маша, на что главный чекист тут же среагировал следующими словами:
- Я вас внимательно слушаю Мария?
- Дело в том, что из этих самых место ваш сотрудник Василий, и он скажем так, сказал, что может нам помочь добраться до этих самых мест, - пояснила девушка.
- Хм, я даже не знаю… У меня сейчас каждый человек на счету, а тут придется лишиться сразу трех очень опытных сотрудников, - задумчиво последовало от Симона Косиоровича, однако тут слова нашей героини взяли скажем так, верх и начальник губернского ЧК с глубоким вздохом добавил: - Ну да ладно, отпущу я с вами Василия, да и пусть парень побудет несколько дней дома, после этих всех трудных дней…
В общем, что тут и сказать, но уже утром следующего дня Мария, Анжела Владимировна и молодой чекист Василий сели на отплывающий вниз по реке колесный пароход и с множеством других самого разнообразного толка пассажиров расположились на среди каких-то набитых бог знает, чем мешков и корзинок на верхней палубе. При этом здесь следует немного отступить назад и поведать о том, что еще накануне, то есть когда состоялся ранее приведенный разговор Маши и её мама подшили все дела и сдали свои рабочие места в главном здании управления губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем и бандитизмом, назначенным на их вакантные места новым сотрудникам, а вот вечером мама нашей героине совершенно неожиданно обратилась к своей дочке со странной и довольно-таки оригинальной просьбой:
- Послушай Марья, а ты не сходишь на часик куда-нибудь погулять?
- Хм, вообще-то мама я тебе не особо поняла, это зачем куда-нибудь на часик? – последовало на это со стороны немного удивленной Марии.
- Ну понимаешь девочка моя, сейчас сюда придет один человек и мы… Ну в общем мы ты понимаешь…, - с некоторым смущением последовало от Анжелы.
- А-а! Так вот ты о чем мама, ну так бы сразу и сказала что вам необходимо немного, ну этого того…, - и тут при этих вышеприведенных словах в светленькой и умненькой головке у нашей героини возникла следующая мысль:
«Ну вот, у мамы снова перепихон с товарищем Беркелем, ну да ладно раз так, значит надо…».
- Какая ты у меня все-таки умная девочка, - с явно довольным видом последовало на это со стороны Анжелы Владимировны, ну а что касается нашей Маши то она тут же натянула свои сбитые сапоги, накинула на себя свою кожаную куртку с «наганом» во внутреннем кармане и покинула ставшую уже родной комнату в общежитии красных командиров, чтобы отправиться в находящийся недалеко небольшой и довольно-таки приличный парк.
И вот когда наша героиня уселась под прохладой крон растущих там деревьев, на подвернувшуюся ей на пути небольшую деревянную скамейку у нее в голове возникли следующие посвященные всем этим насыщенным самыми разнообразными событиями дням мысли:
«Эх, это надо же, моя мама и то нашла себе развлечение в этом страшном революционном времени, а я… А у меня даже не разу этого не случилось, хотя один раз я была прямо-таки на волосок от этого с этим самым, с Лукой… Хорошо еще что все тогда обошлось самым наилучшим образом… А теперь, а теперь бы с Василием бы? Эх, хороший парень мне приглянулся…».
Именно вот об этом и раздумывала героиня нашего повествования, как вдруг её внимание привлек один довольно-таки странно выглядевший индивид, который как она почувствовала, уже давненько наблюдал за девушкой из-за стволов, растущих в этой части парка деревьев. Ну а странным в этом типе было то, что он был высок, строен, одет в белую сорочку, легкий костюм с галстуком бабочкой и блестящие лакированные штиблеты, кроме этого на продолговатом с впавшими щеками чисто выбритом лице, которое сверху было ограничено самой настоящей шляпой-котелком было какое-то очень и очень странное и озабоченное выражение, которое сразу же привело Марию в некоторую настороженность и она нащупала рукой рукоятку своего спрятанного в потайном кармане куртки «нагана».
«Так сейчас явно что-то будет…», - подумала при этом девушка, и тут этот вышеописанный индивид вышел из-за деревьев и какой-то пружинистой походкой быстро направился к ней по едва протоптанной тропинке парка.
- Послушайте девушка, не стоит хвататься за револьвер, когда для этого фактически нет никаких предпосылок, - произнес данный субъект, приблизившись к Марии на достаточно близкое расстояние.
«Хм, и как это он заметил?», - промелькнуло тут же в голове у нашей героини, и она лишь крепче сжала рукой рукоятку «нагана», после чего с её стороны последовали следующие слова:
- А вы как я понимаю, уже давно за мной наблюдаете?
- Да минут десять, но вообще-то мне следовало убедиться, что вы именно тот человек, который мне необходим, - последовало в ответ со стороны чисто выбритого типа в котелке.
- Хм, и о чем же вы хотите со мной поговорить? – задала вопрос девушка.
- Вообще-то уважаемая леди меня к вам послали хранители, - неожиданно выдал Машин собеседник, что вызвало у нее целую бурю эмоций, которые в принципе тут же улеглись и далее между нашими новыми знакомыми состоялся разговор на достаточно актуальные темы…
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги