Марс-2501

Марс-2501.

В это время суток гулять по улицам города- просто услада для души. Тут жонглеры, тут артисты, тут торгуют вкуснятиной, там- билетами на всё интересное, что есть в Марсограде и вокруг него. Половину этих продавцов я знаю лично- живем в одном Колодце, считай стенка к стенке.

Все наши.

Да и меня, Хваткого Лиса, все тут знают.

И я тут всех знаю. И все их хитрости для меня очевидны как серое небо.

Вот Макс. Карточный фокусник. С чего он такой ловкий? Потому что он с виду двурукий.

Димка – торгует моторами. Только их гравирекса хватает километров на сорок. И то- если выше двадцати метров не лететь.

Кика с Жекой- друмбахи. Их песни - видишь и слышишь. Энергия от них в воздухе парит. Потому что эта парочка- нелегальные псионики.

Аська – предсказательница…

Тут я до конца не уверен. Прошлое она видит с точностью до минуты. За дополнительную плату может рассказать какого цвета был у вас первый горшок. На этом и выходит. Туристу сначала расскажет факты из прошлого, а потом мелет всякую пыль. А эти крабы-земляне рот разинут и слушают. Верят, дурачьё.

Я – нет. Из-за ее «предсказаний» мне два раза рыло начистили в 17м Колодце. Если бы не Лори-трехногая, там бы мне и остаться.

Кстати, вот и она. Торгует озерным янтарином. Настоящим. Тут у нее без обмана.

Нам он ни к чему, а земляне от него с ума сходят. На свет смотрят, цокают языками, в руках взвешивают. Вроде как разбираются.

Я подождал пока толпа крабов расступится вокруг ее прилавка и поймал взгляд подруги. Помахал я Лори рукой. Той, которая новая. Она мне кивнула, дескать, вижу, восстанавливаешься.

И именно в этот момент я и услышал ЭТУ музыку. Наверно она играла давно, но услышал я ее только что, когда остановился.

Сразу скажу – она( музыка эта) была дрянная.

Серая пыль! Какие-то инструменты выжимали из себя какие-то ритмы, от которых сводило зубы и начинало ныть где-то в груди. Да еще какой-то то ли пищащий, то ли повизгивающий голос.

И громко! Очень громко!

Кому взбрело в голову играть ее в это время, на одной из главных улиц Верхнего Марсограда,- неизвестно. Скорее всего очередной турист с Луны или старый, заскучавший по «былым временам», землянин заказал. Или со своим аудором приперся на наши улицы. Чтоб, знаете, как бывает : «я турист, я землянин, мне все можно».

У этих крабов нет ни вкуса, ни ритма. Только раздутая, ничем не перебиваемая, как утренний запах перегара, гордость за свою дымную планету.

Мол, вы тут отсиживались, пока мы там воевали. Так что мы- герои.

Ну, тут сказать нечего. То, что воевали- они, конечно, молодцы. Они же постоянно это делают.

За все – за идеи, за права, за религию, за небо без смога, за еду, за правду.

Слава Небесам, после Последней Войны успокоились. Поняли, что надо по-мирному жить.

Только вот теперь эти земляне над нами глумятся.

А мы виноваты, что ли, что живя на Марсе без малого триста лет – ни разу? Даже гражданской не было. У нас своих дел за эти века хватало. То Колодцы рой, то от радиации Купола строй, то атмосферу обогащай, то руду добывай. И это всё- одновременно, сразу. Так что не до войн. Надо было вместе все делать и решать.

Иначе- вымерли бы, как диносы.

Но земляне нас все равно считают за это слабаками. И шутят , мол, не ту планету назвали в честь бога войны…

Какая же все-таки противная музыка. Бьет по ушам, но в теле отзывается каким-то своим ритмом. И именно это раздражает. Словно уши слышат одно, а тело слышит своё, что-то ей одному понятное. И ноги сами несут туда…

Куда?

Я поднял уши и завертел головой, чтобы понять откуда она. Да еще и громкая такая.

Только земляне любят такую…

Или Старик-старатель. Бывший шахтер или формировщик. Совсем ополоумевший от скуки. Эти в последнее время часто стали попадаться на Верхнем. Как будто не сидится им в Норах.

Недавно пришел к нам такой. Решил в нашем Колодце поставить ретро. «Музыка ваших прадедов, песконюхи черноглазые! Слушайте что ваши деды слушали в XXIм и XXIIм веке! Земляне всегда жить умели, не то, что вы, кроты!».

Это он так с Яруса орал на весь Колодец. Чтоб все проснулись и увидели этого засранца.

Я как раз ночную смену отработал, с Лори домой шел. Давай, говорю, посмотрим. Кто такой смелый, что в наш 13й Колодец решил ночью прийти.

В начале нормально было. Песни старые и пелись они на языках Уцелевшего Континента. Что-то было понятно, что-то нет. Я в школе основы терра-лингва толком не учил, но кое-что помнил. Там что-то про города Ушедшего Континента, про подвиги, про жертвы, про мужчин и женщин. Про детей и их внуков.

Я до конца не понял.

У этих землян если какое-то слово не поймешь, то смысл песни тут же теряется.

В общем, как обычно у крабов той эпохи.

Пока стоял, наши подтянулись. Димка с Аськой да Кика с Жекой.

Глядим- потихоньку просыпаться стали честные жители 13-го. Выглядывают из своих Нор, переглядываются, плечами (у кого они есть) жмут. Некоторые ворчать стали.

Мол, куда Стражи смотрят? Мы, между прочим, работаем, налоги платим, живем тут, стареем. А нам, вот, мешают. Давайте-ка, молодежь, его наружу. Они, крабы, под солнцем, вроде, смирными делаются. И еще пару пинков дайте, чтоб не забыл, что это Колодец №13 о нем позаботился.

Мы с Димкой и Кикой обрадовались, но тут нас Седой Илья остановил.

— Лис, — это он мне,- не троньте его. Этот пришлый- бывший Старатель.

Ясно.

Серая пыль!

Клеймо Неприкосновенности у него. Не тронь его, значит. Заслужил он почтение и уважение от вольного народа планеты Марс за атмосферу и плодородные почвы. За то, что верой и правдой сотню лет назад облагораживал нашу планету, во славу потомков.

Аминь.

Настроение у нас поубавилось. Да и взрослые шуметь стали меньше, для вида. Старателей, мы, конечно, уважаем, но и наглеть все же нельзя.Если каждый так будет приходить и песни свои орать, то нам остается совсем на Дно уходить. Чтоб нас в покое оставили. Земляне хоть и крабы, но Колодцы наши не любят.

Это они НА своей Земле и В своей Земле любят копаться. Там, вроде как, почва мягче, плодороднее. И опять-таки же, воды много. Моря и океаны.

Они, кстати, все время про них говорят, когда у нас оказываются. Поэтому мы их крабами и зовем. А они нас- кротами. Потому что наш мир им не нравится. Одни камни да песок, пыль да радиация.

Если им так тут плохо, сидели бы на своей планете. Чего сюда прилетели? Во имя чего?

Короче, поворчали наши и стали все расходиться по Норам.

А этот – любитель старины – совсем разошелся.

«Эй, куда?! Я ради вас, красноходы, бросил самый прекрасный уголок во Вселенной, чтобы вы, песконюхи черноглазые, могли жить на своем Марсе, как нормальные люди! А что с вами стало? Ради кого мы делали этот мир?! Чтобы вы тут, вот так, как кроты, жили? Я- не такой! Уважайте меня – землянина, так вас перетак! Услышьте эту песню! Поймите ее! Чего стоите? Думаете обманываю? Это меня обманом затащили! Из-за вас!»

Да-да. Как будто это мы споили его в прикосмодромном кабаке (что там обычно пьют эти крабы?), всучили бедолаге контракт (с обязательной страхованием от ВСЕХ несчастных случаев), и загнали (да конечно- сетями и электроидными дубинками) в браксилот, идущий прямым рейсом с Байконурска до Марсограда.

Чтобы тут вместо положенных двадцати стандартных – о, Небо, сколько там длится земной год? – этот старатель- терраформировщик отпахал еще «сверх нормы».

Я долгое время думал, что все крабы образованны и умеют как читать, так и считать. Но, поди ж ты, они только тут узнают, что в контракте указан не земной год, а наш.

И это мы виноваты. Не «Терра-Арес», а мы.

Я, кстати, не ворчу. Каждый – повторяю!- каждый Старатель-краб кричит, что его обманули. Что вместо двадцати он «тут» провел тридцать шесть земных. Их обманули, им недоплатили, у него украли здоровье, украли глаза, украли руки-ноги, желудок и еще прочие ненужные на Марсе части организма.

И все равно- он тут остался! Потому что…

Не знаю почему. Эти Старатели почти все тут остались.

Кто в Почетном Склепе («всем героям, прибывшим с Земли, от благодарных потомков»), кто в Тоннелях («здесь покоятся те, кто отдал жизнь, прокладывая первые шахты для будущих городов»), кто просто – решил остаться и жить среди нас («почетный гражданин планеты Марс. Имеет Неприкосновенность класса «А»).

Чтобы ныть как ему плохо. И как наша планета забирала его здоровье.

Но при этом почему-то никто не говорит о том, что «Т-А» в счет страховки обеспечивала всех колонистов- терраформировщиков геркалитовыми имплантами по умолчанию.

Оторвало руку на Кислородных Холмах- на тебе новая. Жим - три килоньютона! Камни в кулаке можно дробить!

Ногу потерял на гидроразведке- держи новую. А лучше- сразу две, чтобы прыгать на пятьдесят метров вверх и таскать по полтонны, без нагрузки на позвонки.

Глаза- бери! Фирма «Ленинградские Очи»- в темноте как днем! Термовизия и ультрафиолетовый диапазон!»

Это нам, местным, такие дары от «Терра-Арес» не положены. Дескать, у нас авторегенрация, оказывается. Мол, вы, потомки, оказалось очень живучие. Сами справитесь.

…знали бы вы как ноет рука, когда восстанавливается от локтя…и как чешется по ночам… Бррр…как вспомню, серая пыль, так нервничаю…

Земляне, конечно, молодцы. Но я сих до пор не могу понять их мотивацию. На Земле и воздуха для них больше, и дожди с неба. Трава повсюду.

Чего сюда прилетели?

Сразу скажу: Спасибо. Тысячу раз спасибо.

Но все равно не пойму. Меня сейчас попроси- есть работа на Поясе, на Кольцах или еще дальше.

Не пойду.

Зачем? Чего я там не видел?

Я тут живу, работаю. Куда-то лететь, без возможности вернуться…ради чего?

Все эти листовки про набор специалистов я уже сто раз видел. Год назад висели на каждом углу.

«Требуется, требуется, требуется! Хватит жить в пыли! Хочешь увидеть звезды на расстоянии вытянутой руки- записывайся! Веста! Ио! Япет! Ганимед! Мидгард и Новая Земля! Нам нужен только ты! Корпорация Терра-Экстра. 475 лет на рынке труда в Солнечной Системе и Проксиме Центавра».

Читал их и я. Да что-то не понял, о чем там.

А вот земляне постоянно записываются. Хлебом не корми- вперед за приключениями.

Может им Земли не хватает? Да нет, вроде. После Последней Войны там ее много. Народу, правда, поменьше. До освоения нашей планеты там побольше было. Пока все не передрались.

Сейчас - живи где хочешь. Ан нет, все равно- записываются по этим листовкам.

Это у нас они повисели, да исчезли. Увидели в «Терра-Экстра», что наш брат не торопиться записываться в ряды формировщиков, да и отстали.

Может поэтому мы не понимаем этих крабов-землян?

Ведь этот любитель музыки эпохи ранней колонизации, который у нас в Колодце тоже о чем-то подобном орал. Но мы не поняли о чем.

А потом спросить некогда было – выпроводили с Колодца прочь.

Бить не стали, дураков нет. Кодекс о Неприкосновенности Отцов-формировщиков мы чтим.

Кика с Жекой усыпили его. Я хотел его на руках вынести, но Седой Илья запретил. Пришлось так поднимать, без руки и касаний. Так и вытащил этого краба наружу. Оставил в парке, в тени карликовых. Пусть, думаю, проснется, деревья над головой увидит, порадуется.

А аудор его- рядом поставили. Сломать не сломали, а так- потише сделали. Димка в нем что-то подкрутил. Он умеет.

А теперь- смотри-ка. Я-то думал, что больше эту дрянь не услышу, ан нет.

Играет.

Хрипит и завывает.

Видать, еще один меломан-землянин завелся в нашей округе…

Ну вот как можно, серая пыль, так писать музыку?!

У меня изжога и чесотка в самых непотребных местах от этой крабовьей музыки…

После такого, приходишь к мысли, что уши и слух старателям-формерам я бы не сохранял. Вот чего-чего, а это я бы им первое, что удалил бы. Чтоб мы не мучились...

Я неторопливо раздвинул толпу зевак.

Те, что были подальше от аудора просто слушали. Кривились, качались, о чем-то говорили между собой. Кто в голос, а кто – без звука. Мысленно попроще будет, когда эта музыка орет на все децибелы.

Крабы (ну конечно же!) стояли тут же. Приплясывая и прихлопывая. Им было все равно, что о них думаем мы, местные, кроты.

Они были в своем кураже. Безо всякой псионики, химии и алкалоидов.

Представляете? Им нравилось. То ли знали они ее, то ли сами написали. Может народная она какая-то. Сколько там на Земле народов осталось? Или они все свои песни наизусть выучили.

Бумажки какие-то из рук в руки передают.

Мне даже интересно стало.

Ага. Опять эти листовки.

Я перехватил одну.

«Работа на других планетах! Впереди вас ждут приключения!»

Опять агитируют. Все им неймётся.

Ну, под эту музыку, может на кого-то она и действует. Из крабов. Но для наших она – никак. Шум только.

Если она такая заводная для тех, то кто ее играет?

Кто-то тут ее специально поставил, чтоб народ привлечь.

Стал я протискиваться. Публика все плотнее. Чуть ли не плечом к плечу. Некоторые даже уши растопырили, чтоб между ними не пройти. Но я потому Хваткий Лис, что силой мысли кого хочешь отодвину. Так я, не касаясь, одного кольнул в бок, второго чуть за локоть крутанул, обошел. Третьему в ухо шепнул, что в кармане у него пчела земная.

Никогда их не видел, но знаю, что крабы на этот трюк ведутся.

Пока тот завертелся со словами «вот она! Вот!», я впереди него оказался.

А там-… опа! Любитель «музыки ретро-XXII века», собственной персоной. Я его сразу узнал.

Сидит прямо на брусчатке, прислонившись спиной к стене. Ноги вытянуты. Ботинки рядом стоят. А из них листовки торчат.

Те самые.

Народ их выдергивает и друг другу передает. Кто-то читает, кто-то сразу под ноги бросает.

А этому меломану- все равно.

Он полностью в песне. Морда довольная. Глаза закрыты, улыбка с хитрецой. Словно понял смысл жизни, но нам, песконюхам, не скажет. Хоть режь его.

А руки (настоящие, свои) обнимают новый аудор, как дитя малое. Даже покачивает. Как будто это он ему поет колыбельную, а не аппарат на всю улицу вещает.

Я не выдержал и наклонился к одному землянину.

— О чем песня?- ору,- про что слова?

Тот сначала отшатнулся от меня. Видимо, не часто наш брат с крабами разговаривает.

Но потом смекнул, что я без плохого умысла.

— Ты не поймешь, марсианин!- кричит мне в ответ, — это песня о Земле!

Серая пыль! Да ясное дело, что не про кашу гречневую!

— Это я понял!- кричу (а как еще?),- а почему всем так нравится?

На это мой собеседник удивленно огляделся. И тихонько так пальцем поманил меня.

— Не всем, марсианин!- «тихо» кричит,- вашим все равно, а нам нравится.

Я вытянул шею.

Ну да. Наши стоят, листовки эти читают, да под ноги бросают. Ну не цепляет нас.

— Ага, ору, нас кривит, а вас уносит! В чем секрет?

Он улыбается, как дитю малому.

— Эта песня про мечту! Вы, марсиане, не понимаете! Вы разучились мечтать. Поэтому триста лет сидите тут, никуда не хотите. А мы- земляне- всегда мечтали сделать что-то ! На будущее! Ради будущего!

Я его не понял. Он, кстати, это заметил. И притоптывая песне подмигнул мне. Дескать, какой он умный, а я нет.

— Стой, кричу. Я тоже думаю о будущем. Завтра надо на завод, послезавтра- зарплата. Через месяц надо план сдать…

Краб завертел головой в такт музыки.

— Нет! Не о завтра,- он поднял палец вверх, в холодное звездное небо над нашими головами,- о том будущем, которые ты не увидишь! Но ради которого живешь СЕЙЧАС!

И на листовку в моих показывает.

Я раскрыл ее.

«Запишись сегодня! Стань легендой завтра! Скажи себе через сто лет: я Основатель этого мира! Я его Творец!»

Ого, думаю. Красиво. Но через сто лет…

Долго.

Да и зачем?

Поднимаю глаза на землянина.

— Не понимаю!

Он кивнул еще раз. И подчеркивает ногтем маленькую строчку в самом низку листовки.

Я напрягся и прочел.

«Граждан свободного Марса просим не беспокоить. Призыв только для тех, кто живет Мечтой.»

В этот момент музыка стихла, но мне уже было все равно.

— А как понять,- говорю,- жить мечтой?

Краб на миг напрягся и выдал:

— Когда понимаешь, что каждый твой шаг, каждое действие, слово, день, ночь, мысль- всё для того, чтобы ты однажды, уже стариком, смог себе честно сказать: всё это - не зря,- он подождал, пока я пойму его слова и грустно повторил,- но вам, кротам, этого не понять…без обид...

Я хотел ему ответить так, чтоб обижался он, а не я. Но так и застыл, хмурясь, с приоткрытым для ответа ртом.

­Потому что в этот момент четко представил себя этим стариком, где-то там, в далеком своем будущем. Слабым и полуслепым. Немощным и глуховатым. С вечно ноющей правой рукой, от которой с годами только одна польза- погоду предсказывать.

Я буду сидеть возле своей Норы, на Дне Колодца, в окружении внуков и правнуков. И думать:

— А ради чего я жил-то?

И потомки мои малолетние, будут тоже самое спрашивать:

— Дед, а что ты делал, когда молодым был?..

А я…

«Без обид, крот…»

Да какие тут обиды, серая пыль?!

Этот краб…этот землянин…он сейчас всю мою жизнь вытряс и наизнанку вывернул, чтобы к ногам пустую бросить.

Я поднял глаза на своего собеседника.Медленно развернул скомканную мною только что листовку и держа ее двумя руками, протянул землянину.

Тот удивленно уставился на меня.

— Куда записываться?- тихо прошептал я.