Марвел Сингулярность

Глава 1

Я умер. Да, именно умер в собственной постели и был абсолютно уверен, что это конец. Но, как оказалось, я сильно ошибался.

Каким-то чудом я очнулся в незнакомом месте, подозрительно похожем на кабинет типичного чиновника. Первое, что бросилось в глаза, — мертвенно-белый свет люминесцентных ламп. Одна из них, кстати, странно мигала с едва слышным треском. Воздух казался каким-то «пластиковым», будто пропитанным запахом перегретого принтера и пыльных папок.

— Добро пожаловать в наш скромный офис, — от созерцания обстановки меня отвлек голос мужчины, выглядевшего как классический офисный работник.

— Здравствуйте, — неуверенно произнес я, обращаясь к человеку за столом. Всем своим видом он транслировал запредельную усталость. — Э-э, где я?

— Ты в офисе «Перерождений», — ответил он вяло, глядя на меня покрасневшими глазами.

— П-перерождения? — не веря своим ушам, переспросил я. — Это что, розыгрыш?

— Фух... — тяжело выдохнув, мужчина смерил меня пронзительным взглядом. — Слушай, ты ведь сам знаешь, что умер. Давай не будем терять время и приступим к процедуре.

Я лишь закивал, как болванчик: не хотелось злить того, от кого теперь зависела моя судьба.

— Вот и славно. Теперь подпиши здесь и здесь, и я отправлю тебя в твою новую жизнь, — он устало протянул мне ручку и стопку листов.

— Что это? Надеюсь, не контракт на продажу души? — я недоверчиво принял бумаги.

— Нет, стандартная процедура. Эти листы — гарантия твоего согласия и отказ от претензий к нашей компании в случае непредвиденных обстоятельств, — «успокоил» меня сотрудник.

От его объяснений подписывать бумаги стало только жутко. Но иного выбора не было. Я быстро поставил подпись, пока не передумал.

— Молодец, сразу бы так. Ну, теперь выберем, кем ты станешь в новом мире.

— Э-э, постойте, а как именно это происходит? — решил я уточнить детали своего будущего.

— Тут нет ничего сложного, — поправив очки, начал мой собеседник. — Видишь этот аппарат? Это «Энигма», передовая разработка отдела реинкарнации. — Он указал на устройство, похожее на лототрон для бинго. — У тебя есть одна попытка. После прокрутки ты переродишься в того, кто выпадет. Но не волнуйся, моя задача — помочь тебе.

Мне стало не по себе. Неужели судьба зависит от чистой случайности?

— Есть другие варианты? Не хотелось бы полагаться на лотерею.

— Послушай, ты начинаешь меня раздражать, — в голосе мужчины прорезались стальные нотки. — Есть иной способ, но тогда ты вообще ничего не сможешь изменить. Я просто отправлю тебя в мир на свой вкус. Поверь, тебе это не понравится — всех, кто меня бесит, я закидываю в самые неприятные места. Хе-хе-хе... — он закончил фразу жуткой усмешкой.

— Не надо! Я согласен на аппарат! — я решил не испытывать терпение «клерка».

— Вот и хорошо. Можешь приступать...

— Ну, ни пуха ни пера, — с этими словами я крутанул рычаг.

— Всё, можешь отпускать, он сам остановится.

Я убрал руки. Машина продолжала вращаться, издавая мерный шум. В кабинете повисла тишина. Признаться честно, мне было страшно. Вдруг выпадет тело инвалида? Это же крест на всей новой жизни. Видимо, мои чувства отразились на лице.

— Переживаешь? Правильно, на кону ведь будущее. Но могу тебя утешить: поскольку это твое первое перерождение, действует «удача новичка», — нарушил молчание сотрудник.

— Какая еще удача? — я опешил. — То есть у меня будет шанс снова переродиться потом?

— Да, но для этого придется накопить положительную карму в новой жизни. Не сумеешь — отправишься в Чистилище для окончательного забвения. Вижу твой вопрос: «Как же я попал сюда сейчас?». Скажем так, тебе повезло. Твой младший брат, которого ты воспитывал, стал выдающимся человеком и повел людей в светлое будущее. Тебе зачлась карма за его воспитание. А что касается «удачи новичка» — тебе просто немного подыграют при выпадении результата. Так что жди.

Я онемел. Мой тупоголовый братишка стал важным для человечества? Что же там произошло после моей смерти? Впрочем, сейчас важнее было другое — как накопить эту самую карму в новом мире? Я хотел было расспросить об этом подробнее, но клерк меня опередил.

— «Энигма» остановилась. Пойдем глянем, что там.

Он подошел к лототрону.

— Ха, поздравляю! Фиолетовый шар судьбы. Так, посмотрим... Маркус Эйзенхардт, мутант, 21 год. Обладает силой накапливать энергию сингулярности, которую использует для усиления. В данный момент находится в лаборатории «Гидры» в качестве испытуемого...

С каждым его словом мне становилось всё труднее дышать.

— Слушай внимательно, — голос сотрудника стал серьезным. — При пробуждении ты забудешь наш разговор, останутся только знания о новом теле и способностях. Тебе крупно повезло, сила сингулярности — вещь поистине выдающаяся. Если проще, она работает по принципу знакомых тебе «гача-игр», за одним исключением: ты не можешь выбивать живых существ. Система подстроится под твое сознание и будет понятна на интуитивном уровне. Всё, прощай.

Он открыл фиолетовый шар, и меня мгновенно охватила дикая слабость.

— Бля... только не Марвел... — это было последнее, что я успел прошептать перед тем, как сознание окончательно угасло.

***

Сознание возвращалось медленно. Сначала было лишь ощущение вязкой, тяжелой пустоты, а затем — постепенное осознание своего положения. Тело казалось чужим, слишком массивным и неповоротливым, словно я находился под колоссальным давлением на дне океана.

Я с трудом открыл глаза, но картина не прояснилась. Перед лицом колыхалась мутная желтоватая взвесь. Попытался вдохнуть — и грудь обожгло: легкие были заполнены не воздухом, а плотной, насыщенной кислородом жидкостью. Инстинктивный ужас утопленника на мгновение захлестнул разум, но тело не билось в конвульсиях — оно было парализовано и опутано десятками тонких проводов.

Я находился внутри прозрачного контейнера. Датчики-присоски впивались в кожу, словно голодные пиявки, отслеживая каждый удар сердца. Толстые кабели тянулись к затылку и вдоль позвоночника, а изо рта выходила гофрированная трубка дыхательного аппарата.

«Где я?.. Кто я?»

Вместе с пузырьками воздуха, поднимающимися к поверхности, в голове всплыли обрывки чужой жизни. Нюрнберг, холодные зимы и живописные леса... Маркус Эйзенхардт — имя запульсировало в висках, сливаясь с моим собственным «я». Полет с волонтерской миссией в Соковию. Знакомство с прекрасной девушкой Надой, короткий конфетно-букетный период и ледяное предательство. Она работала на «Гидру» и заманила меня в лабораторию в качестве подопытного.

За стеклом капсулы мелькнули тени: люди в белых халатах и охранники с эмблемами, изображающими череп с щупальцами.

— Стадия стабилизации завершена, — голос, искаженный водной средой, донесся через динамики инкубатора. — Показатели субъекта в норме. Он готов к следующему этапу стимуляции. Приступить к электрошоковой терапии коры головного мозга…

Глаза расширились. В глубине контейнера зажглись синие огни электродов. В этот момент прямо перед моим лицом, в толще жидкости, вспыхнуло фиолетовое табло. Оно не было частью оборудования «Гидры». Оно горело внутри моего разума.

[ «СИНГУЛЯРНОСТЬ» АКТИВИРОВАНА ]

[ Текущее состояние пользователя: Критическое (Истощение) ]

[ Обнаружен аномальный уровень энергии Сингулярности ]

[ Доступно 10 бесплатных попыток ]

Желаете совершить призыв?

Синяя искра сорвалась с электрода и ударила в воду. Боль была неописуемой — она вывернула меня наизнанку, заставляя мышцы сокращаться в диком спазме. Трубка во рту едва не выскочила, датчики на груди заверещали от зашкаливающего пульса.

«Да! Крути! Сейчас же!» — взмолился я, чувствуя, как сознание начинает меркнуть от очередного разряда.

Фиолетовое пламя внутри системы крутанулось, превращаясь в ослепительный вихрь.