Маска и Перо. Золотой Лебедь

- Остановите карету именем закона! Ищем опасного преступника, - командный голос жандарма разрезал тишину ночного Пертрена. Кучер тут же натянул поводья и четвёрка коней застыла, недовольно ржа. Под тёплым светом фонарей стал отчётливо виден герб на дверце кареты. Змея, обвивающая весы с книгами. Стоящий рядом со старшим напарником молодой служитель закона побледнел. Род Де Ля Рош - один из самых древних и самых влиятельных.

- Может, не стоит? - начал было юнец, но договорить не успел. Дверца экипажа распахнулась и на них посмотрела молодая аристократка с тщательно завитыми и уложенными золотистыми волосами и проницательными почти синими глазами.

- Добрый вечер, месье, - едва заметно кивнула она жандармам. Девушка ничем не выдавала недовольства внезапным обыском кареты. Даже губы изогнула в вежливо-дружелюбной улыбке.

- Мадемуазель Де Ля Рош, - почти синхронно поклонились мужчины и отдали честь. Затем старший в паре вновь посмотрел на дочь министра - Извините за беспокойство. Мы ищем одного опасного преступника. Вы не видели ничего подозрительного?

Цепкий взгляд мужчины уже прошёлся по сидениям, будто и впрямь надеялся, что в освещённой четырьмя светильниками карете может кто-то спрятаться.

- Извините, но нет. Я была увлечена чтением, - в качестве подтверждения девушка показала книгу, которая до этого покоилась на её коленях.

- Благодарим за сотрудничество, мадемуазель. В таком случае, хорошего Вам вечера и будьте осторожны, - мужчина закрыл дверь кареты и махнул кучеру. Экипаж тут же двинулся дальше, мерно покачиваясь на неровной брусчатке.

- Думаю, теперь вы можете выбираться, - спокойно сообщила девушка пустоте кареты. Соседнее кресло мгновенно откинулось и из него грациозно выбрался мужчина в белой маске улыбающегося шута. Его волосы были скрыты под глубоким капюшоном, а остальную одежду скрывал бесформенный плащ, который впрочем не сковывал движений самого разыскиваемого преступника Империи.

- Благодарю, очаровательная мадемуазель, что не передали меня в заботливые руки славных служителей правосудия, - он галантно поклонился, но от иронии в его голосе можно было задохнуться.

- Не стоит. Считайте это благодарностью за тот раз, когда не дали мне упасть с крыши, - девушка продолжала вежливо улыбаться, как будто вела светскую беседу на одном из приёмов. Её идеальной осанке могла позавидовать сама дочь императора.

- Ах, вы про тот случай! Тогда, к сожалению, не успел поинтересоваться, но что сиятельная дочь министра Просвещения делала ночью на крыше? - он вальяжно закинул ногу на ногу, устраиваясь поудобнее и явно не спеша покидать чужую карету. - Просто представьте моё удивление. Обычно на крышах мне встречались птицы, да бродячие коты. Пару раз видел влюблённых парочек и пьяниц, но вот знатных дам до того вечера встречать не доводилось. Или я чего-то не знаю о новых модных веяниях в аристократических кругах?

- Месье Шут, я же не спрашиваю вас, как вы умудрились проникнуть в мою карету и почему вас преследуют на этот раз? Так оставьте и мне возможность сохранить мои девичьи секреты.

Шут склонил голову набок. Сквозь прорези было трудно разглядеть его глаза, но он явно разглядывал свою невольную спутницу.

- Мадемуазель Крыша, неужели вы нисколько не боитесь, оказавшись в замкнутом пространстве с самым разыскиваемым преступником империи? - Он наклонился вперёд и маска замерла в непозволительной близости от лица девушки. Однако та не дрогнула, спокойно разглядывая Шута, как диковинный экспонат на наскучившей выставке.

- Сомневаюсь, что мой страх как-то меня спасёт, месье Вор, - это было сказано всё тем же спокойным тоном с всё той же улыбкой. Шут отстранился и задрал голову. Из глубин маски послышался смех.

- Примите моё глубокое восхищение, мадемуазель. Не каждый мужчина может похвастаться вашей выдержкой, - и он вновь театрально поклонился, прижимая одну руку к груди, а другую отводя в сторону. Теперь можно было разглядеть скрытый под плащом костюм. Синий мундир, пародирующий форму жандармов, с нашитыми масками арлекина вместо эполетов на плечах и простые чёрные брюки.

- Вы мне льстите, - последовал шаблонный ответ. - Лучше скажите, куда вас отвезти?

Тонкий намёк поскорее убраться гость явно специально не заметил.

- С вашей стороны было бы крайне мило меня подвезти, но, боюсь, для этого вам придётся сделать очень большой круг по всему городу.

- Вот как? И что вы в таком случае предлагаете? - сдержанно поинтересовалась девушка.

- Вы можете высадить меня неподалёку от вашего дома, - невинно предложил преступник.

- Думаю, лучше, если вы выйдете неподалёку от площади Висельника. Там много улочек, где вы сможете затеряться, - мило улыбаясь предложила аристократка. Площадь, с давних времён предназначенная для казней и впрямь удивляла количеством ответвлений. Девушка тут же отдала распоряжение кучеру, не дожидаясь ответа собеседника.

- Как это любезно с вашей стороны, позаботиться о том, чтобы я точно мог скрыться, - почти умилился Шут. - Может моя спасительница скажет своё имя? Не то чтобы я его не знал, но в ваших кругах, кажется, крайне высоко цениться вежливость.

- Думаю, месье Шут, отсутствие знания имён придаёт нашему общению определённый шарм, - мило улыбнулась Златовласка.

- Раз того желает мадемуазель... - протянул мужчина, переводя взгляд на книгу. Обложка чудом не помялась, находясь в тисках напряжённых девичьих пальцев. - Позвольте полюбопытствовать, что за издание смогло привлечь ваше внимание?

- Труд по философии, - поддержала она светскую беседу коротким ответом.

- Какой интересный выбор книги, - заметил собеседник, явно читая название. - Признаться, думал вы читаете какой-нибудь милый роман из тех, что популярен среди благородных дам.

- О, вы несильно ошиблись, - улыбка девушки стала чуть шире и хитрее. Впервые за разговор она показала хоть каплю истинных чувств, скрытых за фасадом манер. - Такой роман ждёт меня дома на прикроватной тумбочке.

- Вот как, - протянул Шут, откровенно забавляясь. - Неужели описанные в подобных романах страсти больше склоняют к крепкому сну, чем труды по философии?

Он вновь чуть склонился к девушке, но ответить она не успела. Кучер остановился.

- Что ж, думаю вам пора. Доброй ночи, - вежливо попрощалась аристократка. Ей почти удалось скрыть облегчённый вздох.

Однако прежде чем бесшумно покинуть карету Шут лёгким движением взял её правую руку в перчатке и приложил к маске в районе нарисованной улыбки.

- Доброй ночи, мадемуазель Крыша. Был рад нашей беседе, - но прежде чем дверца кареты успела закрыться, Шут добавил. - Надеюсь при следующей встрече мне повезёт и вы будете без перчаток.

Он растворился в темноте раньше, чем его спасительница успела оправиться от шока. В высшем свете мало смельчаков, которые рискнули бы высказать столь неприличные намёки в адрес дочери министра.

- Вот же бесстыжый... - подобрать приличных эпитетов способных описать этого наглого типа у Эвелин не получилось и она в первый раз посчитала свой словарный запас скудным. Ей оставалось лишь раздражённо выдохнуть, переставая улыбаться и откидываясь на удобное сиденье. Манеры и этикет - маска ничуть не менее эффективная, чем у Шута, но куда более трудозатратная.

От встречи с преступником сердце до сих пор заходилось, а мысли панически бегали, представляя, как для неё могла закончиться эта поездка и какими последствиями обернётся в дальнейшем.

Бросив рассеянный взгляд на свои руки, она застыла. Перчатки на левой руке не было и не нужно было работать в жандармерии, чтобы догадаться, кто незаметно её снял, пока имитировал поцелуй. Эвелин усмехнулась. Шут умел не только пугать, но и интриговать. Однако девушка искренне надеялась, что знаменитый преступник не будет настолько в ней заинтересован, чтобы узнать её секрет. Ведь Эвелин Де Ля Рош является второй самой разыскиваемой личностью в Пангее.