Мастер Марионеток строит Империю

— Три миллиарда… пятьсот два миллиона...

Черная жижа под сапогами чавкала, как гнилое болото. Древний доспех ритмично скрипел при каждом шаге.

Вокруг клубился фиолетовый туман, воняло серой. Где-то в вышине с грохотом сталкивались обломки мертвых миров, тоскливо выли твари. Но мне было плевать.

Дом, «милый» дом. Я здесь уже две тысячи лет. Или больше? Бездна размывает время.

— Скука смертная, — бросил я в пустоту. — На чем я остановился? Три миллиарда… пятьсот два миллиона... сто две тысячи…

Из тьмы выстрелило щупальце, жирное, в бородавках и слизи. Со свистом рванулось ко мне, пульсируя присосками.

Я лишь лениво шевельнул мизинцем. Нить Души разрезала воздух серебряной вспышкой.

С влажным шлепком обрубок щупальца упал к моим ногам. Тварь взвыла и убралась обратно во тьму.

— Слабаки, — зевнул я. — Так, переходим к сотням. Триста пятьдесят первый шаг... или пятьдесят второй? А-а-а, опять сбился. Придется округлять. Три миллиарда пятьсот два миллиона... сто две тысячи триста пятьдесят. Идем дальше.

Смешок. Тихий и словно… знакомый?

Я остановился. В Бездне не бывает смеха. Здесь бывают вопли, хрипы и звуки, от которых лопаются барабанные перепонки.

И всё же… Яркое пятно мелькнуло на периферии зрения. Красно-черное.

— Хозяин!

Арлекина уже летела рядом. Моя марионетка-разведчик, способная ходить по тонким измерениям. В том самом черно-красном костюме и с вечной ухмылкой.

Точно такая, какой я ее запомнил много лет назад.

— Хозяин, — бубенцы на ее колпаке задорно звякнули. — Напоминаю: Астерия конкретно велела ждать подкрепления. Помнишь?

— Не похрен ли уже? — буркнул я, продолжая идти сквозь пустоту.

Я знал, что это не настоящая Арли. Скорей всего просто плод моего воспаленного воображения. Или Бездна покопалась в памяти и наслала видение. Но мне было скучно. С кем ещё тут разговаривать?

— Ага, как обычно. А потом будешь жаловаться, что я плохо разведала путь!

— В прошлый раз ты забыла упомянуть про дракона в подвале. Дракона, Арли!

— Это был маленький дракон!

— Он сжег половину моего плаща!

— Ну вот видишь! Половину! Я же говорила, маленький!

Я ухмыльнулся. Хоть это и обманка, но… Боги, как же я скучаю по твоей болтовне, Арли…

Реальность дрогнула. Тьма сгустилась, превращаясь в декорации Тронного Зала. Гора черепов, пафос. И конечно же запах серы.

А вот и он. Владыка Демонов. Четыре руки, корона из черного пламени. Шесть провалов в никуда вместо глаз.

— Архимаг Валериан Тенебрис! — голос гремел, как горная лавина. — Величайший Мастер Марионеток пришел один? Какая самонадеянность. Или глупость? Преклони колени, и я, так и быть, позволю тебе сдохнуть быс...

Тень за троном сгустилась. Огромный топор, зажатый в руках марионетки Палач, рухнул вниз. Хрусть! И рогатая голова покатилась по ступеням, не закончив пафосную речь.

Я опустил мизинец, к которому тянулась едва заметная серебряная Нить.

— Семнадцать минут. Столько ты ныл перед смертью, — буркнул я, глядя, как туша демона валится к моим ногам. — Моя марионетка справилась за долю секунды. Ты был скучным при жизни, Владыка. Остался таким и в моей памяти.

— Хозяин, — прошептал голос Арли за спиной. — Это было… быстро. А ты не хотел эпичной битвы?

— Меня через час ждет лекарь, — ответил я фразой, которую сказал две тысячи лет назад. — У меня больной зуб, а у него ржавые щипцы и плохой характер. Поверь, его я боюсь куда больше, чем Владыку.

— Знаешь, что мне нравится в твоем стиле боя, хозяин? — фальшивая Арлекина присела мне на плечо. — Его полное отсутствие. Ты просто натравливаешь больших страшных кукол на врагов и смотришь.

— У меня стратегия.

— Ага. «Пусть мои творения сделают всю работу, пока я выгляжу великолепно». Гениально. Полководцы древности рыдают.

— Работает же.

— Ну-у-у-у-у-у, — протянула она. — Пока работает. А если кто прорвется к тебе вплотную?

— В таком случае, — я усмехнулся. — Они неприятно удивятся.

Вспышка белого света.

В Бездне не бывает белого света. Но память услужливо подкинула и это.

Фигура в белых одеждах. Мраморная маска вместо лица, из прорезей бьет свет. Весы в руке мягко покачиваются.

— Я есть Арбитр Космического Равновесия, — существо говорило так, будто зачитывало инструкцию. Его голос эхом отдавался со всех сторон. — Пади на колени, смертный, и готовься принять наказание за свой грех.

А вот и он. Бог. Космический бюрократ с синдромом вахтера.

— Хо… з-зяин… — голос фальшивой Арлекины задрожал. А потом сорвался: — Хозяин, я за подкреплением!

— Арли…

— Астерия! Мирос! Кто-нибудь! — она уже неслась во тьму. — Срочно нужны взрослые! Ответственные взрослые!

— Ты сама взрослая! — напомнил я ей. — Триста лет с гаком!

— Я марионетка! Я не считаюсь! Я расскажу Астерии, что ты умер как герой! И скажу лекарю, что ты опоздаешь…

И исчезла во мраке. Воцарилась тишина. Мы с существом переглянулись.

— Твоя помощница… — начал Арбитр.

— Я знаю.

— …очень эмоциональная.

— Заметил.

Он откашлялся. И сухим монотонным голосом продолжил:

— Валериан Тенебрис… Убив Владыку Демонов, ты нарушил священный Баланс. Согласно протоколу Исход, ты превысил уровень Добра на 23%. Ты приговариваешься к вечному изгнанию…

— …в Бездну, да-да, я помню, — я махнул рукой. — Пропустим эту часть. Сразу к моменту, где я обещаю вернуться и засунуть тебе твой протокол в…

Я сжал кулак. И выпустил «Буйство Нитей Души». Заклинание разорвало галлюцинацию на тысячи лоскутов. Арбитр, Владыка, Арлекина — все исчезло. Осталась только реальная, холодная, вонючая Бездна.

— Я вернусь, канцелярская крыса, — сказал я в темноту. — И тогда мы обсудим твое «равновесие». Подробно.

«Баланс». «Равновесие». «Космический порядок». Красивые слова для простой истины: я стал слишком опасен, и они решили от меня избавиться.

И тут я увидел её. Серебряная тонкая Нить. Дрожащая в черноте Бездны как струна.

Я замер. Это была не галлюцинация. Это был зов. Настоящий. Кто-то тянул меня. Тянул мою душу, привязанную к старому Ядру, оставленному в мире живых.

— Кто-то призывает меня? — я нахмурился. — Спустя две тысячи лет? Какой-то идиот решил поиграть с магией, которую не понимает?

Нить дернулась сильнее. Настойчивее.

Я ухмыльнулся. Широко и безумно.

— Ладно. Валериан Тенебрис возвращается в игру.

Я схватился за нить обеими руками. Реальность пошла трещинами.

— Надеюсь, мир готов, — прохрипел я, чувствуя, как трещит сама суть моей души. — Потому что мое терпение к идиотам закончилось еще в прошлом тысячелетии.

Рывок! Мир лопнул, как перезрелый плод. Я ощутил, как меня вышвыривает прочь из одряхлевшего тела.

— ДЕРЖИСЬ, МИР! — заорал я, проваливаясь в разлом. — ВАЛЕРИАН ВОЗВРАЩАЕТСЯ ДОМОЙ!

...Бездна захлопнулась с чавкающим звуком. На том месте, где секунду назад стоял величайший маг, остались лишь пустые, дымящиеся магические доспехи. И выжженная чистой маной надпись на камне, пульсирующая затухающим светом:
«Обслуживание — мрак. 2 из 10. Не рекомендую».

Валериан в старом теле и ложная Арли. Бездна

Моя душа неслась сквозь слои реальности, следуя за серебристой нитью. Бездна цеплялась за меня щупальцами, но я был уже недосягаем. Свобода! Наконец-то! Две тысячи лет ожидания и вот…

Меня накрыло странное чувство. Я будто врезался во что-то твердое и удивительно знакомое. Мою душу словно растянули, а потом резко смотали в комок и запихнули в наперсток.

Что-то пошло не так. Очень сильно не так. Что за?…

Темнота. А потом я услышал…

— Еще чаю, Госпожа Роза?

Я открыл глаза. Веки поднялись со странным скрипом, как бы нехотя. Правый глаз заклинило на полпути, от обзора осталась лишь мутная полоса.

Первое, что я осознал… я сижу.

Второе. Передо мной стоит чашка.

Третье… я ношу розовое платье.

— …Что.

Мой голос? Звучит пискляво и механически. Как у заводной игрушки.

Я попытался встать, но ноги не слушались. Опустил взгляд и увидел... кукольные руки в кружевных манжетах. Розовое платье с оборками. Много оборок. Очень много оборок.

— Нет.

Повернул голову, шея скрипнула. Напротив сидел плюшевый медведь. В лапе он держал крошечную фарфоровую чашку. Один глаз-пуговица смотрел на меня с выражением либо сочувствия, либо злорадства. У медведей не разберёшь.

— НЕТ.

Справа стояла девочка лет семи или восьми. Необычные фиолетовые глаза. Платье хорошего качества, но грязное и порванное. Она наливала воображаемый чай в игрушечную чашку и что-то тихо напевала.

Фиолетовые глаза. Я замер. Эти глаза… Черты лица… Линия скул, форма подбородка…

Астерия? Нет. Не она. Но сходство поразительное. Потомок? Спустя две тысячи лет?

— Госпожа Роза? — неуверенно произнесла девочка.

Валериан Тенебрис, Архимаг Тринадцатой Тени. Величайший Мастер Марионеток. Сидит на чаепитии в теле куклы. В розовом платье.

Иронично. Самую малость.

— Госпожа Роза говорит сама? — прошептала девочка. Глаза расширились. — Не по кольцу?

— Очевидно, — я попытался скрестить руки на груди. Получилось криво, шарниры не предназначены для такого. Деревянные пальцы едва гнулись. — И у меня вопросы. Много вопросов. Начнём с простого: кто ты?

Она вскочила, сделала неуклюжий реверанс.

— Ой, простите! Я Артемия Эль-Вероника! Княжна рода Астерия, наследница Восточного Предела!

Название ударило как молот. Восточный Предел. Это мои земли… были когда-то.

— А вы… вы правда ожили? — глаза девочки сияли. — Вы волшебная? Я молилась богам о помощи каждый день!

Вместо ответа я расстегнул платье куклы. Пальцы деревянные, неловкие, едва двигались, но я справился.

— Госпожа Роза! — девочка зажмурилась. — Вы раздеваетесь! Мишка смотрит!

Она даже закрыла медведю глаза ладошкой.

В провале грудной клетки, среди кружев и ваты, тускло сиял цилиндр из черного металла. Он держался на честном слове — примотанный обрывком шелковой ленты и заляпанный сургучом. На боку цилиндра, словно насмешка, горела полустертая руна. Моя руна.

— Ядро Души, — прошептал я. — «Берсерк Забвения». Одна из моих марионеток. Как оно здесь оказалось?

— А? — девочка непонимающе моргнула. — Батарейка?

— Ба… — я едва не потерял равновесие. — Батарейка?!

— Ну... у Госпожи Розы сломался заводной ключ, — девочка шмыгнула носом. — А эта штука у папы в кабинете так гудела... Я подумала, она сильная. Я примотала её, видите? Только не говорите папе! Он будет ругаться, если узнает, что я трогала «Накопитель».

Мдэ...

Ядро Берсерка по прежнему было связано с моей душой. И эта связь активировалась, как только Ядро вставили в куклу… благодаря этому я и вернулся из Бездны. По путеводной Нити.

Сосредоточился на душе. Она была на месте. Но… ослабла катастрофически. Как океан, втиснутый в напёрсток. Из Архимага Тринадцати Теней я превратился в мага Одной Тени.

Застегнул платье обратно и огляделся. Ну и что тут у нас? Каменные стены с плесенью. Железные решётки на окнах. Старый ковёр в пятнах, некоторые подозрительно похожи на засохшую кровь. Свеча на столе, вокруг которой кружат мотыльки.

— Княжна, — сказал я медленно, — это не похоже на дворец.

Артемия присела и обняла колени. Уткнулась в них подбородком.

— Меня похитили, — произнесла она тихо. И немного виновато.

Час от часу не легче.

— Расскажи. Подробно.

Она помолчала. Собиралась с мыслями.

— Мы ехали к тёте Виолетте. На день рождения. Было скучно, я показывала Госпоже Розе и Сударю Мишке картинки в книге. И тут карета резко остановилась! Я услышала крики снаружи. Лязг. А потом… — она поёжилась. — Тишина. Совсем тишина. Даже лошади не ржали.

— И?

— Дверь открылась. И вошёл он.

Голос девочки упал до шёпота.

— Жуткий дядя. Весь в белом. Таком… слишком белом. Как будто светится. А лицо… я не видела лица. Там была темнота. Под капюшоном. Страшно…

— Он что-то сказал?

— Да. Но я не помню слова. Только голос. — Артемия крепче обняла колени. — Он был… неправильный. Как будто много людей говорят одновременно. И от него… мурашки. Везде. Я хотела закричать, но не смогла. А потом… стало темно.

— Очнулась здесь?

— Да. В этой комнате.

«Маг высокого уровня. Расправился с княжеской охраной. Голос многослойный, пугающий. Одежда намеренно бросается в глаза. Театрал?».

— Здесь с тобой кто-то есть? Расскажи про них.

Артемия немного расслабилась. Эта тема была, видимо, менее страшной.

— Их пятеро. Или шестеро? Я не всех видела. Они грубые. Ругаются плохими словами. Особенно дядя Шрам. Это который со шрамом на лице. Он всё время злится и кричит. Тётя Рейна его ругает за это.

— Тётя Рейна?

Лицо девочки просветлело.

— Да! Тётя Рейна хорошая. Она единственная, кто со мной нормально разговаривает. Приносит еду. Спрашивает, не холодно ли мне. Вчера принесла одеяло.

— Они говорили, зачем тебя похитили? Чего хотят?

Она покачала головой…

— Дядя Маркус… это такой странный дядя, сам похож на куклу… Он один раз сказал, что я «важная». И что меня нельзя трогать. Дядя Шрам спросил: «а чё такого в мелкой?». А дядя Маркус ответил, что это не его дело и пусть заткнётся.

«Дядя, похожий на куклу... возможно, это по моей части».

Я протянул Нить Души к мотыльку у свечи. Тонкую. Слабую. Но… подчинение простейшей твари требует минимум маны. Более чем достаточно.

Нить оплела мотылька. Проникла в его глаза. И начала передавать мне образы. Фасеточное зрение… не самое удобное. Мир раздробился на сотни фрагментов. Но для начала сойдет.

Лети, мотылек. Смотри. И постарайся не попасть в паутину.

Моя новая живая марионетка скользнула в щель под дверью. Коридор. По лестнице летим вниз. Впереди слышны голоса…

Мотылек спустился ниже. Проник в комнату, освещенную чадящими факелами. Я увидел двоих в странных тёмных одеждах. На поясах висят мечи. Сидят за столом. Бутылки, объедки. И… светящиеся кристаллические прямоугольники в руках?

— Крыс, ты только глянь! Качество эфира говно, но... — один из них, толстяк с необъятным пузом, крутил пальцем латунное колесико на боку своего устройства. Внутри мутного стекла, в клубах магического дыма, двигалось изображение.

Эльфийка. Очень обнажённая эльфийка. Делающая весьма недвусмысленные вещи своей огромной грудью.

— Не хочу, — второй, которого назвали Крысом, нервно постукивал костлявым пальцем по столешнице.

— Это же искусство! Эльфийка-друид показывает, как правильно натирать посох маслом…

— Жир. Мы покойники, Жир, — нервно произнес Крыс. — Уложение Империи, том третий! «Похищение Крови Рода». Это виселица. Без вариантов. Могила. Из которой даже адвокат-некромант не вытащит.

Он начал тыкать пальцем в свой прямоугольный кристалл, нажимая на что-то вроде иллюзорных рун. Щелкнул тумблером. Мотылек залетел ему за спину, я увидел что-то вроде пронумерованного свода законов.

Магические кристаллы для связи на расстоянии? Я помнил теоретические разработки. Мы работали над этим с Астерией. А потомки используют наши открытия для созерцания эльфийских прелестей?! Две тысячи лет прогресса?!

— Заказчик кинул нас! Три дня тишины! Нас просто пустили в расход как мясо! — продолжал жаловаться Крыс.

— О боги, ты опять, — простонал Жир и лениво отложил кристалл. Там эльфийка как раз переходила к особо творческой части представления.– Ты так говоришь, будто нас уже повязали…

— Слушай сюда! Мы не похитители! Мы — «добровольные опекуны временного содержания».

Жир моргнул.

— Че?

— Мы просто шли по лесу. Увидели ребенка. Одного. В лесу, — Крыс сделал страшные глаза. — Опасность! Волки! Медведи! Казначейские ищейки! Мы, как сознательные граждане, обеспечили безопасное укрытие до прибытия родственников.

Жир задумчиво поковырял в зубе рыбьей костью.

— В заброшенной башне. С решётками. Три дня уже как, — сказал он.

— Решётки от диких зверей! — Крыс назидательно поднял палец. — А три дня… это потому что мы ответственно подошли к поиску родственников. Не хотели отдавать ребёнка первому встречному. Вдруг мошенники?

Жир хрюкнул. Что, кажется, означало крайнюю степень скепсиса.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Вошел третий, здоровяк со шрамом через все лицо.

— Вы опять свою хрень юридическую мусолите? — прорычал он. — Я ваш бубнёж через этаж слышу!

В руках он держал… что-то. Металлическую трубку с деревянной рукоятью. Протирал её тряпкой.

Я присмотрелся через глаза мотылька. Механизм с курком. Отверстие в стволе. Нити Души, игравшие роль органов чувств, передали мне запах серы и пороха.

«Что-то вроде фейерверка? Примитивный боевой ускоритель? Интересно. Громко, грязно, но для магического щита первого уровня может быть смертельно».

— Шрам, не души… Мы прорабатываем стратегию! — огрызнулся Крыс.

— Ты княжеских ищеек за идиотов держишь? — Шрам осклабился. — Вот твоя стратегия, умник. Заходит дознаватель. Говорит: «Ну чё, парни, рассказывайте». И бьёт Жира по почкам. Один раз.

Все посмотрели на Жира. Тот пожал плечами, продолжая лениво ковыряться в зубах костью

— Дознаватель даже вопросы не будет успевать задавать, — сказал он. — Так быстро я буду вас сдавать.

— Во! — Шрам ткнул пальцем. — Вот это реальность. А не твои «добровольные опекуны».

Я тем временем осторожно, через мотылька, обыскал Нитями души Крыса и Жира. У этих серных ускорителей нет. Хорошо.

— Но статья двести сорок восемь! — не сдавался Крыс, лихорадочно листая что-то на кристалле. — «Удержание без цели выкупа»! Всего пять-десять лет!

— А мы чё, без цели выкупа? — уточнил Жир.

— А хрен знает! Заказчик-то не объяснил, зачем она ему! — Крыс воздел руки. — Может, удочерить хочет! Может в жёны взять! Может, в хор церковный отдать! Может, у него аллергия на тишину, и ему нужен кто-то, кто постоянно ноет!

— Охренеть, — Жир почесал затылок. — Ты чё, весь кодекс наизусть знаешь?

— Не весь. Только главы про похищения, разбой и уклонение от налогов. — Крыс пожал плечами. — Профессиональная необходимость.

Пауза.

Шрам медленно повернулся к выходу.

— Идите в жопу, юристы. Пойду проверю мелкую. Хоть кто-то вменяемый в этой дыре.

— Она восьмилетняя девочка, — заметил Жир.

— Вот именно.

Шрам направился к лестнице. Я отпустил мотылька, быстро прокручивая в голове варианты.

«Парень с опасным оружием идет к нам один. Возможно, такого шанса больше не будет. Жаль, времени расставить ловушки нет...»

— Артемия, — я повернулся к девочке. — Спрячься за кровать. Что бы ни случилось, не выходи.

— Но…

— Сейчас.

Она послушалась. Нырнула за спинку кровати.

Я выпустил Нити Души, все, что мог. Жалкие серебристые волоски вплелись в шарниры куклы. Обвили механизмы, усилили пружины. Тело стало легче и сильнее. А самое главное, смертоноснее.

Через вибрацию Нитей Души я распознал шаги на лестнице, тяжёлые. Всё ближе и ближе.

Я встал у двери. Несколько раз сжал и разжал кукольные кулачки, проверяя как гнутся пальцы.

Элемент неожиданности — моё преимущество. Попробовать его придушить Нитью? Нет, у него этот серный ускоритель… Лучше сначала лишить зрения. И перевести бой в коридор, чтобы девочка не пострадала.

Шаги остановились с той стороны двери. Лязг ключей, щелчок замка. Ручка начала проворачиваться…

Я не стал ждать. И со всей силы ударил кукольными ручками, укрепленными древней магией. Дверь распахнулась наружу, врезалась в Шрама. Тот отшатнулся, выругался и... увидел розовую куклу, летящую ему в лицо.

— Что за…

Я вцепился в его голову. Фарфоровые пальцы нашли глаза. И надавили!

Шрам взвыл и замахал руками. Схватился за меня, но я держался крепко. Его рука метнулась к поясу, к той металлической трубке.

«Плохо».

Вспышка. Грохот! Взметнулось облако дыма. Нити Души завибрировали, фиксируя сильный запах серы. Металлический снаряд ушёл в стену, просвистев в сантиметре от моей деревянной тушки.

Я взмахнул рукой. В воздухе свистнула Нить, полоснув Шрама по запястью. Он выронил свой ускоритель, тот загрохотал по каменному полу.

Кукольное бедро хрустнуло. Чёрт... даже с магией эта деревянная тушка работала на пределе возможного.

Вокруг дым, густые клубы дыма. Идеально! Я спрыгнул с лица Шрама, пинком отправил серный ускоритель подальше в угол. Хлестнул Нитями Души по факелам. Пламя погасло, коридор погрузился во мрак.

Снизу донесся топот. Раздались крики:

— Шо там?!

— Шрам?!

Крыс и Жир выбежали с лестницы в коридор. Ничего не видят, тьма и дым слишком густые.

Я скользнул между ними, тихо и быстро. Нить Души метнул к горлу Крыса, она обвила сонную артерию и сжала. Наемник захрипел, схватился за шею… И рухнул.

Жир обернулся на звук.

— Крыс?! Ты чё…

Нити Души уплотнили кулачок до тяжести свинца. Я швырнул кукольное тело прямо в жирную физиономию. Удар в переносицу, хруст хрящей. Жир со стоном упал.

Шрам, протирая слезящиеся глаза, слепо шарил вокруг.

— Парни? Где она?! Где эта тварь?! Зовите Маркуса!

Я запрыгнул ему на спину. Нити Души впились в шею. Нашли нервные узлы и сонную артерию. Сжал… Шрам обмяк.

Бой закончился. Три тела распростерлись на полу, а я стоял над ними. Быстрый и смертоносный.

Розовая, мать её, смерть.

И тут сверху раздался голос:

— Какого хрена?!

Я поднял голову. На лестнице стоял молодой высокий человек. Русые волосы до плеч. Аристократические черты. Одежда хорошего качества. И магическая аура, искусственная. Конструкта, не живой плоти.

«Тот самый Маркус, похожий на куклу? Марионетка. Как и я сейчас».

Маг второй тени. В моё время такого не взяли бы даже подмастерьем. Он смотрел прямо на меня, игнорируя темноту. Видел, однозначно. Магическое зрение? В его руке… свиток. С печатью. Чую магический заряд внутри.

— А ты что такое… — не договорив, он выбросил вперед руку со свитком.

Магия вырвалась наружу, горячая, дикая. Я прыгнул в сторону. Волна огня прошла мимо, опалив оборки платья.

«Свиток третьей Тени. Кто дал его этому мальчишке?»

Маркус выхватил второй свиток.

— Сдохни уже!

Ещё одна волна. Я увернулся, но край пламени задел левую руку. Она треснула от жара. Пальцы отвалились.

«Тело куклы долго не выдержит. Нужно новое. Срочно».

А передо мной стоял идеальный кандидат. Молодой и высокий. Дворянская внешность. Предположительно, марионетка хорошего качества.

Я швырнул кукольное тело вперед. Маркус попятился, его пальцы судорожно чертили знаки в воздухе.

— Пошел вон! — взвизгнул он. Магический щит вспыхнул между нами.

Я ударил. Деревянный кулачок, напитанный маной, врезался в щит, как пушечное ядро. Барьер пошел трещинами. Моя оболочка тоже трещала по швам, лак на суставах лопался, но я продолжал молотить.

Раз. Другой. Третий!

Щит мигнул и погас. Маркус с деревянным стуком рухнул на колени. Быстро выдохся. Слишком неэкономно расходовал силы.

— Как… как ты…

На его лице отчетливо проступило выражение страха. Ого, так это марионетка со сложной лицевой мимикой. Множество тонких деталей и механизмов. И скорей всего там имитация натуральной человеческой кожи. Знатный будет трофей.

Я рванулся к нему. Нити Души, тонкие и молниеносные, выстрелили из моей груди. Вонзились в его грудь, прямо в Ядро Души.

Ментальная дуэль длилась долю секунды. Древний Архимаг против юнца второй тени… это даже не битва. Это… формальность.

Сознание Маркуса схлопнулось с жалким писком. Его тело обмякло.

Пора переезжать. Я прыгнул ему на грудь, деревянными пальцами расстегнул рубашку. Нашёл Ядро, стандартный накопитель. Выдрал его и отшвырнул в угол.

Теперь самое сложное. Я выпустил десятки Нитей Души. Они оплели моё собственное Ядро внутри куклы, создавая страхующую сеть.

Рывок! Я своей волей вырвал Ядро из груди куклы. В ту же секунду деревянное тело Госпожи Розы «умерло». Огоньки в глазах погасли. Слух исчез. Руки повисли плетьми.

Я завис в пустоте. Но Нити держали. Моя душа, запертая в цилиндре, левитировала в воздухе, управляемая чистой маной. Я чувствовал цель внизу. Пустое гнездо в груди Маркуса.

Вперёд! Я швырнул себя вниз.

Щелчок! Контакт... И тьма взорвалась мириадом ощущений…

Госпожа Роза