Мастер по кризисным аномалиям. Часть первая. "Новые горизонты".

Небольшое предисловие. Это новое фантастическое произведение в жанре научная фантастика – плюс РеалРПГ. Ну и конечно приключения. Что будет в нем? Похождения главного героя, его друзей – как обычные, так и фантастические. В нашем мире и в некоторых странных местах, именуемыми параллельными вселенными. Чего тут не будет? Нет здесь невероятных супергеройств, масштабных баталий и спасения мира.

Мне эта рукопись досталась необработанной, да ещё и с пропусками, поэтому по мере обработки буду выпускать новые главы. В первой главе небольшая(и, вполне обыденная) предыстория главного героя и, так сказать, экспликация одной из локаций, где будут происходить события.

I

«Иди в место, которого нет на карте…» - вот такой вот «призыв», взятый из фильма «13-й этаж» мог бы стать эпиграфом к моим приключениям…

С чего бы начать повествование? Пожалуй с того момента, как моя жизнь «сломалась».

Итак, позвольте представиться – Кошелев Марк Антонович. Тридцати трёх лет от роду, не женат, детей нет(ну, во всяком случае, пока с претензиями на алименты никто не приходил…). Капитан в отставке, инвалид.

Ну да, вот так получилось – служил себе служил, карьеристом не стал, так, - идёт служба, выслуга капает. Так бы и дослужился, глядишь до майора, а там и пенсия и квартира… Да вот незадача – случилась очередная война. Поначалу обходились и без нас – а что, служил я на Дальнем Востоке, наш гарнизон не то, что комиссии – тигры стороной обходили – ну их нафиг, народ дурной, дикий, не ровен час в драку полезут. Но тут выяснилось, что в результате неких реформ офицеров стало не хватать – иных повыбили, иные сами на пенсию ушли. Вот стали на ТВД тянуть всех, кто ещё остался. Так дошла очередь до нас. Ну а так, как холостяков у нас было всего трое – два лейтенанта и я, то нас и отправили – нечего семейным на войне гибнуть.

Но случилось так, что приехав в зону боевых действий, я и «повоевать» толком не успел – колонна, в которой мы направлялись на передовую, попала под обстрел. Кассетный боеприпас – штука крайне неприятная – накрыло почти всю колонну. Вот и вышло, что когда понадобилось руководить эвакуацией раненых, выводить из-под удара машины с боеприпасами – на ногах был только я.

В общем, покомандовал, вроде как справился и… потерял сознание. Очнулся уже на эвакуационном пункте, где мне сообщили «радостное известие», что в моей левой ноге застряла шрапнель. Ну а я, на адреналине, просто этого не заметил, вот только кровь постепенно вытекала из меня вместе с жизнью. Хорошо, что бойцы вовремя заметили – меня, потерявшего сознание, оттащили, ногу жгутом перетянули и в госпиталь отправили.

Там я пробыл полгода – одна подлючая шрапнель застряла в кости, сломав её. Вот и пришлось на трёх операциях побывать. А потом, мне, за «подвиг» вручили орден, выплатили компенсацию за тяжелое ранение и… списали по инвалидности. Пенсия и квартира по выслуге – прилагается.

Вот так я оказался в родном областном центре, с однокомнатной квартирой в новостройке на окраине, с тросточкой и пенсией. Первые три месяца я исправно пропивал компенсацию – а что ещё мне делать? Решил, что всё, жизнь кончилась, и надо было как-то себя утешать.

Сначала со мной пытался говорить отец, но махнул рукой – мол, живи, как знаешь. Затем взялась мама – она решила, что мне бы жениться. Но все её попытки свести меня с кем-нибудь всегда натыкались на то препятствие, что я был или с глубокого похмелья или уже надравшимся. Но она упорно продолжала бороться за меня –раз не получилось с женитьбой, значит надо меня как-то усовестить, что бы я прекратил пьянство и вернулся к «нормальной жизни». Но в том-то и беда, что я не понимал, что мне нужно. А водка – она как-то успокаивала и в голове постоянно крутилась мысль, что всё наладиться и я проснусь и будет прекрасное солнечное утро, в котором у меня всё получится…

В общем, в очередной раз проснувшись в своей вонючей берлоге, я собирался пойти в магазин за «добавкой». Я потянулся к стулу, на котором была свалена моя одежда. Пока перебирал её, пытаясь найти что-то более-менее чистое, в голове стали проноситься картинки с бомжами, которые постоянно дежурят у мусорных контейнеров возле моего дома – почему-то от запаха и вида моей грязной одежды появились вот такие ассоциации.

«Дожил… И воняю и грязный, как те бомжи… Деньги закончатся – пропью квартиру и к ним присоединюсь…»

В голове словно громко щёлкнул переключатель – я не хочу этого! Прямо- таки до какого-то нутра пробрали эти картины. И стал делать то, что уже не делал с самого момента заселения в эту квартиру – наводить порядок.

Для начала собрал почти всю одежду и отнёс в ванную – на стирку. Оставил только «комплект» для похода в магазин – ибо, как выяснилось, нет у меня ни стирального порошка ни моющих средств – а что, посуды у меня были только кружки да стаканы(ну ещё пара вилок с ложками), ел я «быстрорастворимую лапшу» и прочие полуфабрикаты. Сгрёб весь мусор – а его набралось прилично, пять больших пакетов.

Взял трость и похромал на улицу – выбрасывать мусор и закупаться моечными средствами. Выйдя на улицу вдохнул и почувствовал, что воздух он… он хорошо пахнет! «Весна… Время надежд.. А я в вонючей квартире кисну. Нет, надо завязывать. Тем более, что воздух он не только надеждой пахнет.» В самом деле, вокруг витал «аромат дороги» - некая смесь, напоминавшая море, запах шпал и чего-то ещё неуловимого, что напоминал о приключениях.

В магазине чуть было не случился конфуз – когда подошла моя очередь и стал выкладывать на ленту из тележки свои покупки, кассирша, узнав меня, сказала, что десяти ещё нет и мне надо подождать. На что я возразил:

– А с какого это числа стиральный порошок к водке приравняли?

Она удивлённо посмотрела на то, что я выложил на ленту, извинилась и стала пробивать покупки. Вернувшись домой, я, после того как отдохнул, принялся за стирку и наведение порядка – мыл пол, протирал и отмывал от грязи немногочисленную мебель(в день новоселья, пока я гулял, мама с отцом успела заказать и стиральную машинку с холодильником, кровать, шкаф, стол и несколько стульев).

Несколько раз останавливался, что бы отдохнуть и переждать боль в правой ноге – обезболивающие кончились, а со спиртным я решил пока завязать. Как только я закончил с уборкой и занялся стиркой, неожиданно пришла мама.

И замерла на пороге, шокированная тем, что происходило в квартире.

– Никак случилось что? – спросила она. – Ты в гости кого-то ждёшь?

– Нет. – я в этот момент сидел в ванной на табурете и ждал, когда закончится отжим. – Просто… Просто, подумал, что совсем у меня грязно стало…

Мама сняла плащ и принялась мне помогать со стиркой – ведь как обычно военные(да и множество мужчин) это делают? Всё делится на две категории – то что влезет в стиральную машинку и что будет ждать своей очереди. Носки вперемешку с полотенцами и рубашками. Трусы, брюки и носовые платки. И всё на одном режиме.

Такие сложные понятия как «синтетика», «хлопок», «шерсть» - звучат примерно как магические заклинания. Мама попеняла мне за бестолковую стирку, рассортировала бельё, после чего отправила на кухню:

– Я тебе пироги принесла. Разогрей их, чайник поставь, я сейчас подойду.

Через полчаса мы сидели на кухне и пили чай. Тут мама решила в очередной раз меня устроить.

– Марк… Ты бы к старшему брату в Москву съездил, вы ж с ним вроде как хорошо друг к другу относитесь. Он бы тебе работу подыскал…

Небольшое отступление.

Нас, в семье было трое. Всё как по Ершову – Старший умный был детина, средний был ни так ни сяк, младший вовсе был дурак. Вот и у нас – старший брат, Алексей, он закончил политех, потом два года «срочной», но в офицерском чине. После – работа в вычислительном центре, затем – в фирме, занимающейся программным обеспечение и так далее. У него, можно сказать, жизнь удалась – квартира в Москве, дача, семья, трое детей, престижная и высокооплачиваемая работа.

Средний, точнее средняя – была сестра Ольга. Она тоже закончила политех, потом уехала, как и я потом, на Дальний Восток. Работала инженером на ТЭЦ, потом карьера задалась и вот уже ведущий инженер-энергетик в Хабаровске. Тоже есть квартира-дача-машина-семья. И тоже двое детей.

А вот у меня с политехом не задалось – не хватило «мозгов». Поступил в университет на истфак. Папа меня раскритиковал – ты хочешь пойти учителем истории в школу? Нужно высшее образование, тогда иди в военное училище! Как твой дядя!

Дядя у меня дослужился до полковника и уже был на пенсии и проживал где-то под Москвой. Позвонил ему, поговорил, тот меня и настроил на военную службу. По его совету я и выбрал военное училище.

-…Мам… Ты меня прямо как в кино, в Москву отправляешь. Кому я там, инвалид, нужен?

– А ты всё же съезди к брату, поговори с ним. Помнишь, когда вы маленькие были, папе в институте помогали? Твой брат тогда же решил и выбрать профессию программиста!

Да было такое. Лёшке в тот год тринадцать было, ну а мне – девять. А у отца тогда в исследовательском институте модернизацияшла – информацию со старых ЭВМ переносили на новые ЕСки, уже тогда совместимые с IBM. Суета, народу не хватает, вот папа нас и приставил на помощь – шлейфы переключать, диски таскать – они здоровые такие… Меня же он посадил рядом со шкафами СМки, у терминала и я должен был отслеживать начало и конец работы и «следить за огоньками». Полгода я с братом после школы ходил в тот НИИ. Там же и уроки делал. Как-то постепенно постиг азы программирования, но на этом – всё. Конечно, потом эти знания немного помогли в училище, там IBMками не пахло, всё те же СМки и несколько ЕСок.

– Мама, ну мои знания, они ж из прошлого века… Лёшка-то ладно, постоянно учился, свои знания обновлял. А я? В караулы на краю земли ходил, за бойцами следил, да технику обслуживал. А сейчас и вовсе, только охранником на проходной сидеть – собаку в будке изображать…

- Ты себя раньше времени не хорони! – вдруг жестко сказала мама. – Ишь ты! То в стакане себя топишь, то в будку на цепь собрался! Цербер комнатный! Сказано – поезжай! Вот и отец тебе то же сказать собирался!

Она ещё высказала мне и за то, как я в бомжа превращаюсь и прочие неприятные вещи. Ну а я, после того как она ушла, после долгих раздумий, всё же решил к брату съездить. Вечером позвонил ему.

Он, конечно, удивился, но поговорили мы хорошо, я спросил насчет работы. Алексей ответил, что ему уже мама звонила и он тут подыскал для меня одно интересное место.

– Небось, охранником в вашу фирму?

– Нет… - он рассмеялся. – Поинтересней. Ты ж с СМками работал?

– Ну да… Так когда это было! Я ж ничего не помню!

– Вспомнишь! В общем, я жду тебя. Когда приедешь?

– Как билет куплю. Надеюсь, в течении недели.

Мы ещё немного поговорили, а в конце, как мы побеседовали, Алексей напомнил, что он меня ждёт.

«Может действительно, послушаться не отцовского, а маминого совета и съездить в Москву к брату? Поговорить с ним, может и найдёт мне какую-нибудь работу? Азы программирования за эти пятнадцать лет вроде не полностью забыл, может и смогу у него в фирме какие-нибудь программки писать? Хотя, кого я тут обманываю – весь мой опыт – несколько примитивных программ на «Ассемблере», которым сейчас никто не пользуется и «дипломная работа» - заполнение цифрового квадрата по спирали, написанная на «Паскале». Максимум, для чего теперь сгодятся мои навыки – пыль с сервера вытирать.»

А на следующее утро я поехал на вокзал, в кассу – покупать билет до Москвы. Как-то так получилось, что единственный билет на ближайшее время был на сегодняшний вечер – его я и взял.

Затем позвонил в Москву, Алексею и сказал, когда приеду. Вернулся домой, собрал немногочисленные вещи – особо-то и собирать нечего: не успел нажить «богатство». А то имущество, что осталось в гарнизоне – я сказал, чтобы прислали только книги и кое-какие мелочи. Вот и получилась у меня одна сумка с бельём, одеждой кое-какими мелочами. Да ещё портфель со старым ноутбуком – купил на барахолке.

В Москве, на вокзале, меня встретил брат. Мы обнялись – все-таки не виделись уже лет пять, не меньше – как-то получилось у меня на майские праздники в отпуск в родной областной центр приехать. Ну и Алексей с семьей тоже примчался. И даже Ольга из Хабаровска прилетела. В общем, в тот раз в квартире собралась вся семья. Было шумно тесно и весело.

– Марк! Сейчас ко мне заедем, оставишь там вещи и сразу же съездим на тот полигон, про который я тебе рассказывал.

– Какой ещё «полигон»? – не понял я. – Ничего ты мне не говорил!

– Ну… Ты же работу искал? Помнишь, я тебя спрашивал про те старые ЭВМ?

– Да. А причем тут они и этот.. полигон?

– Так они там в лаборатории установлены. Мой знакомый, что помогал их устанавливать, говорил, что они там что-то испытывают, а айбиэмки не выдерживают. Вот и пришлось по всей России искать старые эСМки, ЕэСки и прочие комплексы. Установить-то они смогли. И настроить. А вот в смену ходить, за комплексами присматривать – некому! Точнее, набрали немного людей, но всё равно – текучка большая!

– Платят мало, а работы много?

– Ну… Платят, по нашим меркам, и в самом деле немного – учреждение-то казённое. Но работа, по его словам непыльная, ходишь в смену – сутки через двое-трое. Комнату в общежитии предоставляют. Ладно, чего я рассказываю. Приедем, сам посмотришь, поговоришь. Не понравиться – что-нибудь найдём! Не может быть такого, что бы наш герой-орденоносец без работы остался! – рассмеялся он.

Мы заехали в квартиру. Я ещё ни разу в гостях у брата не был и поэтому меня удивили шестикомнатные апартаменты на восьмом этаже. Три детских, спальня, гостиная, кабинет. Ещё большая кухня и два санузла.

– Шикарно! – сказал я, бродя по комнатам. – А где все?

– Жена – на работе, дети – двое в школе, а старшая, Елена, уехала с подругами в Питер на месяц. Так что, если ты не против, я тебе в её комнате постелю. Вещи там же оставь.

Я умылся с дороги, привел себя в порядок, потом мы братом пообедали, поговорили и он меня повёз на этот таинственный полигон. Ехали мы туда два с половиной часа – не то, что бы это было так далеко от Москвы, но и в пробках постояли, да и попетлять пришлось – навигатор два раза выводил нас не туда.

Наконец, мы выехали к поселку Верхнехолмское, проехав который мы и уперлись в шлагбаум. В будке, возле него, сидел охранник-пенсионер, который вышел к нам и спросил, чего мы сюда приперлись. Алексей сказал, что он приехал по приглашению Девяткина Игоря Всеволодовича. Дед поворчал, сходил в будку, принес потрёпанный журнал, выискал в нем запись на сегодня на машину брата, переписал наши ФИО, сходил в будку, позвонил и открыл шлагбаум.

– Щас проедете прямо, потом налево. У ворот притормозите, я туда сейчас позвоню, вас пропустят. Затем, как выедете к административному корпусу, сверните у него направо и езжайте по дороге до бетонного забора. Там, за воротами будет трехэтажное здание. Игорь Всеволодович вас там будет ждать. – продиктовал нам дед-охранник.

Дорога вела в лес, через метров триста свернула под прямым углом налево. Мы проехали мимо двух девятиэтажных общежитий. Ещё триста метров – и вот мы выехали на площадку перед воротами, заставленную машинами и автобусами. Проехав ворота с КПП, что были сетчатом заборе, увидели семиэтажное здание – административный корпус. К нему справа, примыкало пятиэтажное здание, соединённое двумя переходами – наземным и на уровне четвертого этажа. Слева от административного корпуса, за деревьями виднелись какие-то производственные здания – не то ангары, не то цеха.

– Значит – направо? – спросил Алексей у меня, смотря на здания.

– Ну да. Поехали, посмотрим.

Мы проехали мимо пятиэтажного корпуса, потом за ними выехали на дорожку, которая вела в лес. Проехали около сотни метров и уперлись в ворота, установленные в бетонном трехметровом заборе. За забором виднелись какие-то здания.

– Сюда? – спросил я у Алексея. Тот пожал плечами, достал телефон, что бы позвонить Девяткину.

– Странно, телефон ничего не ловит…

- И у меня тоже. – ответил я посмотрев на экран мобильника. Брат вышел из машины и постучал в ворота. Створка приоткрылась и оттуда выглянул лысоватый пожилой мужчина.

– Вам кого?

– Мы к Игорю Всеволодовичу! – сказал Алексей.

– А-а-а... Вы насчет работы?

– Да!

– Проходите! мужчина отодвинул створку, открывая проход. – Идите в первый корпус, он на третьем этаже, во втором кабинете!

И показал рукой на трехэтажное здание. Кроме него за забором было ещё три строения – что-то вроде гаражных боксов, одноэтажный дом и какая-то хозпостройка.

Мы подошли к основному зданию. От него шёл равномерный гул, состоящий из шума вентиляторов и высокочастотных писков. Я поднял голову – почти вся крыша была уставлена блоками кондиционеров. Вход был с торца, там же была и лестница. Мы поднялись на третий этаж и Алексей постучал в дверь под номером «2».

– Входите! – раздалось из-за неё.

В небольшом кабинете, за столом у окна сидел мужчина примерно моего возраста, шатен с аккуратной прической. Лицо круглое, немного полноватое. Большой нос, маленькие глаза. Одет был в какую-то синюю спецовку с надписью «НИП «Горизонт»

– Добрый день, Игорь! – поприветствовал его брат.

– Здарова, Леха! – как-то по панибратски поздоровался с ним мужчина. – Ты по поводу работы?

– Да… Вот привел к тебе своего брата! – он показал на меня – Марк Антонович!

Мужчина встал из-за стола и подошёл ко мне. Ростом он оказался пониже меня на две ладони.

– Девяткин Игорь Всеволодович! – протянул он мне руку. – Начальник отдела электронно-вычислительной техники!

Я пожал ему руку и представился сам.

– Значит к нам на должность начальника смены? – ещё раз спросил он. – Не знаю. Брат вот сказал, что у вас тут интересная вакансия…

- Да, интересная!Но… сразу предупреждаю – мы тут мильёны не получаем. Правда, и работа не особенно тяжелая – лес не валим, ломами гранит не ковыряем… Вы, Марк, с ЭВМ работали? В смысле, с вычислительными комплексами старого образца?

– Да, как-то довелось…

- А какими, если не секрет?

– Ну, серия «С», «СМ» и «ЕС». Правда, давно. Да и так, в основном «кнопки нажимал».

– Ничего страшного, если знакомы с ними, то тут справитесь, коллектив у нас уже сработанный, есть, так сказать «ветераны», что работали на этих комплексах с самого начала, так что помогут, попрактикуетесь и будете в смену ходить! Пойдёмте, я вам всё покажу! – и показал рукой на дверь.

Мы вышли из кабинета и стали спускаться по лестнице. Девяткин тут же обратил внимание на трость.

– Вам не тяжело? – Нет, просто, если долго ходить, начинает побаливать…

- Ну, у нас тут и лифт есть. Точнее, подъёмник. – он показал на железную дверь на площадке. – Если помните, то процессор СМ-2М весит…

- Весит он сорок восемь кило. – ответил я. – Потаскал я их как-то раз. А дисковод ещё тяжелее.

– Да-да, вижу что знакомы!- рассмеялся Игорь. – Итак, вот тут у нас, на первом этаже основной комплекс…

Девяткин стал рассказывать, что и где у них находится.

Итак, на первом этаже, занимая почти весь этаж находился восьмипроцессорный комплекс и шкафы сопряжения. Это была основная ЭВМ, которая работала на лаборатории номер один, два и три.

На втором этаже находилось ещё четыре разных ЭВМ, которые обслуживали другие лаборатории, а так же отдел кадров и бухгалтерию. Меня удивило, что тут электронный документооборот сделан на таких старых машинах.

– Что поделаешь… То оборудование, что стоит в лабораториях такие помехи создает, что новомодные процессоры не выдерживают. Вы же обратили внимание, что тут сотовой связи нет?

– Да.

– Лучше телефоны выключите, а то они из строя могут выйти. У нас тут и Интернета нет, даже проводного.

Мы с братом торопливо достали мобильники и отключили их.

Девяткин рассказал, что работа начальника смены заключается в загрузке программ по запросу из лабораторий, отслеживание стабильной работы ЭВМ, включение резервного генератора в случае пропадания напряжения и т.п. Показав всё хозяйство, он провёл нас в комнату, которая была что-то вроде класса для инструктажа. На стенах висели блок-схемы комплексов, планы помещений, графики обслуживания и разнообразные инструкции.

– Ну как, пойдёшь к нам на работу? – Девяткин уже давно перешёл ко мне на ты. – Комнату в общежитии выделим.

– Пойду. – ответил я, после недолго размышления.

– Вот и хорошо! Сейчас мы сходим в административный корпус, заполнишь бланки, анкеты, поговоришь с нашим безопасником и… - он посмотрел на календарь – И приходи послезавтра! К восьми утра. Автобус нашего научно-исследовательского полигона ходит от станции метро «….». Первый рейс в семь часов, второй в семь десять, третий в семь двадцать.

Мы вышли из здания, прошли за ворота и сели в машину Алексея. Он довёз нас до главного корпуса.

– Я тебя здесь подожду. – сказал он мне.

А я, с Девяткиным пошел оформляться на работу. Удивительно, но это заняло совсем немного времени – просто час провозился заполняя самые разные бланки и анкеты. Даже медсправку не спросили. Мне бы, конечно ещё тогда задуматься, что тут дело нечисто. Но… опыта трудоустройства на «гражданке» у меня не было. Поэтому я всё воспринял как должное. Небольшая, так сказать заминка вышла, когда я после отдела кадров заглянул к «безопаснику». Время уже подходило к четырем часам пополудни и мой будущий начальник проводил меня до отдела внутренней безопасности. В кабинете меня встретил мужчина сорока лет, чем-то похожий на актера Будрайтиса. Мы зашли, и Девяткин представил меня.

– Здравствуйте. – как-то сухо поприветствовал он меня. – Я – начальник отдела внутренней безопасности Рябов Павел Федорович. Присаживайтесь.

И указал на стул возле его стола. Затем стал расспрашивать меня о том, где, кем и когда я служил. Покосился на мою трость, уточнил про ранение, после чего сказал, что допуск к секретным данным он запросит у военкомата и что пропуск к послезавтрашнему утру будет на КПП. На том мы попрощались.

Вот так я устроился начальником смены электронно-вычислительных машин. Через день, утром, я приехал на одном из первых автобусов полигона – как и говорил дДевяткин, он находился неподалёку от станции метро. А на КПП и в самом деле уже лежал оформленный на меня пропуск с фотографией!

Это был ещё один «звоночек». Но я и его проигнорировал.

Через три дня я переехал в общежитие – нашему отделу был выделено десять «гостинок» на восьмом этаже, а снимать квартиру в Москве было накладно. Жить у брата я тоже не собирался. Конечно, он бы меня не выгнал, но всё же… У него семья, дети и тут – нате, получите «бедного родственника из провинции».

Работа моя началась со стажировки – изучал матчасть, помогал с мелким ремонтом, вспоминал как работать с эСМками. Постепенно познакомился со всем коллективом. Кроме меня и начальника в отделе работало ещё пять человек. Все мужчины возраста «60+». Из них трое жило в общежитии, остальные приезжали из Москвы на автобусе полигона.

Ещё в первый день, когда Девяткин привел нас в «кабинет инструктажа» я обратил внимание, что на схеме изображено шесть ЭВМ. А он нам показал только пять. Когда я потом спросил, а где ещё один комплекс?

– В подвале. Где находятся шкафы сопряжения.

Дело в том, что терминалы наших ЭВМ стояли как в основном корпусе, так и в лабораторном. А это почти в пятидесяти метрах от нашего «вычислительного центра», за забором. И к корпусам шлейфы шли по подземному тоннелю, где и стояли те самые шкафы, что усиливали и стабилизировали сигнал.

А вот шестая ЭВМ, та самая СМ-2М, двухмашинная, каждая в двухпроцессорном варианте, находилась в дальнем конце подвала у второго тоннеля, что шёл к восьмой лаборатории – бетонной коробке без окон, стоявшей, как и наш отдел, за забором, почти в самом лесу.

– Эта машина, - похлопал он по черным шкафам, когда мы спустились в подвал. – Эта машина и будет твоей. Наладим её, проверим и за тобой закрепим. Её специально для восьмой лаборатории привезли.

Вот так всё и началось.

Днём я и несколько других инженеров, как правило, это были те, кто отдыхал после смены, монтировал блоки, тянул шлейфы или тестировал отдельные модули. А по вечерам, иногда задерживался и смотрел, как работает начальник смены. Он размещался в отдельной комнате на втором этаже, где были установлены шесть терминалов – по одному от каждого комплекса. Ещё там было четыре стареньких черно-белых монитора, на которые выводились картинки от телекамер слежения, установленных в обоих тоннелях, над входом в здание и у ворот. Несмотря на кажущуюся скучность, работа была интересной.

Обычно в подвале я работал с двумя «дедами» - Аркадием Владимировичем Клетовым и Олегом Анатольевичем Будейкиным. Обоим по шестьдесят семь лет, но выглядят от силы на пятьдесят пять.

Аркадий Владимирович, худощавый шатен, одного со мной роста, прекрасно разбирался в архитектуре эСМок, замечательно программировал машинным кодом. Мог отыскать отказавший модуль, запуская кодовые последовательности с пульта.

А Олег Анатольевич, несмотря на свою немного комичную внешность – низенький, плотного, даже немного полного телосложения, с круглым лицом, чем-то напоминающим «доброго дядюшку» из сказок – с залысинами, толстыми мясистыми ладонями, был «электронщиком от бога» - своими пальцами сардельками, вроде бы не приспособленными к тонкой работе, творил чудеса, перепаивая микросхемы.

Вот мы втроём и наладили «шестой комплекс». Ещё нам помогали другие начальники смен – инженеры из состава нашего отдела. Но большей частью – эпизодически. Потому как Анатольич и Владимирыч жили в одном со мной общежитии и частенько оставались после дежурства, что бы помочь мне с установкой комплекса. Ну а через месяц, как только мы запустили эСМку в работу, я стал полноценно ходить в смену.