Матрас Ротшильда

- Семён Петрович, утречко добренькое! - сизое, одутловатое лицо соседки Алевтины расплылось в бесформенной улыбке, - а я вот к вам по делу.

- Доброе утро, Алевтина Исаевна! Слушаю вас.

Отец с трудом скрывал раздражение - Алевтина всегда его выбешивала своей фальшивой приветливостью и сюсюкающей манерой разговора.

- Так мы тут с Катюнечкой чаёк пили, да дела наши дачные обсуждали. А она вдруг и спрашивает, дескать, видала ли я Петрова в последние дни? Тут я и призадумалась! А ведь и правда, он утречком всегда же чаёк пьёт под яблоней своей, да папиросы свои вонючие курит. А тут уже который день воздух свежий. Не выходит из сарайчика своего, не кашляет и приёмник не включает. Конечно, может и в город уехал...

- Алевтина Исаевна, а мне зачем всё это рассказываете? Давайте уже ближе к делу, а то работа стоит, - отец заметил, что я стою рядом и повернулся ко мне, - а ты чего уши греешь, дел мало? Иди насос в колодец опусти, да шланг к пруду протяни. Из колодца надо весеннюю воду откачать.

Делать нечего - пришлось идти к сараю за насосом и шлангом. Однако ответ Алевтины я услышал.

- Так Семён Петрович, будьте добреньки, давайте сходим, проверим сарайчик. А то вдруг чего неладное, а мы, - она замялась, - а нам потом... Боязно, вдруг он там лежит у себя мёртвый!

За моей спиной стукнула калитка, я обернулся и увидел, как отец широкими шагами идёт в сторону дома Алевтины, а та семенит за ним, стараясь не отстать и, что-то говорит, размахивая руками. Алевтина жила не так чтобы далеко, но совсем не в зоне видимости. Я занялся колодцем, потом пришла мама и мы стали размечать грядки под клубнику. Время пролетело незаметно. Папа к обеду не пришёл. Позвонил и сказал, что всё нормально, что занят сейчас и говорить не может. Но скоро будет.

Скоро - понятие растяжимое. Когда солнце стало заходить, и воздух наполнился комариным писком, от калитки послышался голос отца.

- Лена! - позвал он маму. – Принеси, пожалуйста, мне в баню чистую одежду каккю-нибудь. А я пока тут подожду. Не спрашивай пока ничего, помоюсь, переоденусь и всё расскажу.

Полчаса, пока отец плескался в душе, мы с мамой сидели, как на иголках. Наконец папа уселся за стол, налил себе рюмку водки и выпил. Мы ждали.

- Помер Петров, царствие небесное, несколько дней назад помер, а эти курицы безмозглые только сегодня догадались, - папа налил ещё одну рюмку и, не закусывая, выпил.

Мы с мамой смотрели на отца с удивлением - он редко употреблял алкоголь! Смотрели и ждали продолжения. Мы чувствовали, что оно будет необычным.

- Лена, ты же помнишь Петрова? Он у вас в цеху фрезеровщиком работал.

- Помню конечно! Это у которого дача рядом с Алевтиной? Что ты меня спрашиваешь, знаю я его! Вечно небритый, в драной одежде и вонючий, как козёл. Не здоровался ни с кем никогда, не дружил ни с кем. Больной на голову. За авансом и за зарплатой всегда первым в кассу бежал. А за ним в очередь и не вставал никто, все ждали когда он уйдёт. Он же не мылся никогда наверно!

- Ну-ну, притормози. О мёртвых либо хорошо, либо ничего, - начал отец.

- Кроме правды! Так заканчивается эта сентенция, - дополнила мама, - так и что там случилось?

- Лёша, уже поздно, иди-ка ты спать уже. Завтра силы потребуются, - папа решил спровадить меня, а мне было так интересно, что же не договорил отец.

- Сёма, - пришла мне на помощь мама, - Лёша не маленький, рассказывай дальше, не тяни уже.

Папа вздохнул, выпил ещё одну рюмку (!) и дорассказал.

- Он свой участок бесплатно получил. К тому же уже разработанный - кто-то начал, да забросил огородничество. А дом, что он построил, можно назвать только сараем. Строил он его из мусора. Кто чего выбросит, то Петров к себе тащит и приколачивает, привязывает, подпихивает. Окна в несколько слоёв упаковочным полипропиленом заделал. Так и жил там, как вышел на пенсию. Печка из кирпичей колотых, труба из консервных банок. Внутри только стол на трёх ногах, табуретка облезлая, да матрас на полу. Вот на нём он и лежал, когда мы вошли. Мы ж сначала кричали, стучались. Он не отвечает. Потом я окно ножом резанул, а мне как ударило в нос вонью, так я всё и понял. Алевтина, та вообще в обморок грохнулась. Катька, подружка её, заблевала там всё вокруг. Да я и сам чуть харч не метнул. Уж больно человек после смерти вонюч!

Мама сидела побледнев и смотрела на папу не моргая. Я вдруг понял, что почти не дышу. Рассказ отца я не столько слушал, сколько воспринимал визуальными образами, которыми щедро снабжала меня моя фантазия. А тем временем папа продолжил.

- Я милицию вызвал и в «скорую» позвонил. Сообщил что и как. Оттащили с Катей Алевтину в тенёк. Сидим, приходим в чувство. Первыми милиция приехала на «уазике». Дверь сломали, а нас понятыми в протокол вписали. Минут тридцать только проветривали. Окна я ножом вырезал, дверь открыли нараспашку. А только не помогло ни фига! Менты покрепче нас оказались конечно, бывалые видать ребята, но и им заходить сразу не захотелось. Да уж! Потом зашли с фонарями. Алевтина с Катькой в дверях так и остались, а мне пришлось внутрь заходить. А там ужас, нищета клиническая какая-то! Стол, табуретка, матрас... А на матрасе Петров. Лежит в рваных трусах, всё хозяйство наружу, майка от грязи чёрно-коричневая и везде белые червяки ползают, бр-р! А он, видно когда плохо стало, сил не хватило полностью лечь на матрас. Так, только половиной туловища, да руками ещё обнимал. А вокруг всё бумажками, клочьями какими-то засыпано. Так и шуршит под ногами. Пригляделись мы, а это деньги! Порезанные на кусочки, порванные в клочья. Видно ножницами стриг, а как силы кончились, так просто рвал и кидал вокруг. Ужас сколько денег! Глянули, а матрас распорот и там тоже деньги, полный матрас! Битком набито! Мент один, лейтёха, глянул и говорит, прям матрас миллионера, наверно у Ротшильда такой же. Мы даже нервно хихикнули. Нет, правда, очень смешно показалось в тот момент. А сейчас страшно и противно.

Потом врачи приехали, стали осматривать труп, а у него и во рту деньги непрожёваные!

Отца всего передёрнуло от воспоминаний, и он торопливо выпил ещё рюмку.

- Это что ж получается, он, чтоб никому не досталось его богатство, перед смертью всё уничтожить хотел?! Врачи говорят, что если бы позвал на помощь ту же Алевтину, то врачи его могли бы спасти. Но он предпочёл резать, рвать и жрать свои деньги!

- Я помню, - задумчиво проговорила мама, - мужики с нашего цеха говорили, что он никогда ни с кем не скидывался на бутылку после зарплаты, в столовую не ходил, а жрал только "бомж-пакеты" дешманские. Всё время экономил. Ни жены у него, ни детей. Зачем жил человек?! И ведь не псих же - ежегодно медкомиссию проходил, диспансеризацию. Просто был тихий, вонючий и скупой. Что же с ним произошло такое, как деньги его поработили? Что же люди сами с собой делают такое, что доводят себя до потери человеческого облика?!

- Ну, Лена, ты уже в философию ударилась! Давайте-ка спать ложиться. Я сегодня на веранде один лягу, а то мне кажется, я весь этим запахом пропитался.

Мама ушла стелить папе диван на веранде. Папа, как всегда, перед сном пошёл совершать обход по участку. А я сидел в глубокой задумчивости. Как же так, столько лет человек спал на матрасе, в котором мягкий синтепон постепенно замещался жёсткой бумагой. А он ведь спал на нём, а потом шёл на работу и так изо дня в день. И не давала мне покою одна мысль, ярко сверкнувшая в сознании. Вот были же люди одержимые верой, принимали они схиму, отрекались от всего земного. Носили цепи-вериги и колючую рубаху-власяницу, истребляя плоть свою и укрепляя дух и веру. Вдруг этот Петров тоже вот такой, только выбрал он более заковыристый путь смирения. И почитая деньги за зло вселенское, боролся он с ними посильно и, понимая на излёте своей жизни, что проигрывает он битву со злом, решил уничтожить хоть сколько-то этого зла. Тут фантазия нарисовала мне иллюстрацию этого самого боя со злом, проигранного боя, и поверженного героя этой битвы на грязном матрасе, облепленного клочьями рваных денег и белыми червяками. Тут же подкатила тошнота и захотелось срочно посмотреть какой-нибудь дебильный мультик или комикс, только бы избавиться от видения!

- Лёша, иди спать! И пусть тебе весь этот кошмар не приснится ночью. Спокойной ночи, сынок!