Майор, стажёры и зоопарк в погонах. Том 1

Утро началось не с кофе. И даже не с тихого желания просто не просыпаться. Оно началось с пронзительного звонка дежурного, который голосом человека, сообщающего о начале ядерной войны, доложил, что патрульный экипаж номер семь совершил ДТП. На мой совершенно резонный вопрос, в кого они умудрились вписаться в шесть утра на абсолютно пустой окраине города, дежурный сделал драматическую паузу, достойную МХАТа, и сдавленно ответил: «В столб, товарищ майор». Я даже не удивилась. В нашем отделе возможно было и не такое. Иногда мне казалось, что если на город упадёт метеорит, то он приземлится точно на крышу нашего УВД.

Моя старушка «Нива», которую я любовно называла «Чёрная молния» за её непредсказуемый характер и склонность к внезапным поломкам, отчаянно чихая и кашляя, довезла меня до места происшествия. Картина, открывшаяся моему взору, была настолько же абсурдной, насколько и печальной. Посреди огромной, пустынной парковки у заброшенного гипермаркета, где можно было бы посадить Боинг, а то и два, стоял одинокий фонарный столб. Он выглядел как последний солдат, забытый на поле боя. И прямо в него, как влюблённый бык в красную тряпку, уткнулась новенькая, ещё пахнущая краской патрульная «Лада». У машины был разбит бампер, капот пошёл живописными волнами, а одна фара смотрела в серое утреннее небо с немым укором, словно спрашивая: «За что?». Рядом с этим памятником человеческой глупости стояли два виновника торжества — сержанты Петров и Баширов.

Петров, молодой и румяный, как пирожок с капустой, выглядел так, будто вот-вот расплачется. Баширов, постарше и поопытнее, наоборот, сохранял олимпийское спокойствие и делал вид, что всё идёт по плану, а разбитая машина — это часть какой-то сверхсекретной операции.

— Докладывайте, орлы, — я подошла, скрестив руки на груди. Мой голос прозвучал в утренней тишине как скрип ржавых петель. — Кто победил в этой неравной схватке? Столб оказал сопротивление при задержании? Может, он был вооружён и очень опасен?

— Никак нет, товарищ майор! — отрапортовал Петров, вытягиваясь в струнку так, что чуть не лопнул. — Произошло трагическое стечение обстоятельств!

— Какое ещё, к чёрту, стечение? — я обошла покорёженную машину, брезгливо ткнув носком ботинка в ошмётки бампера. — Он что, внезапно выбежал на дорогу? Этот столб? Перебегал в неположенном месте?

— Почти, — неожиданно встрял Баширов, поправляя фуражку с важным видом. — Мы преследовали особо опасного преступника. Дерзкого и безжалостного.

Я прищурилась. На пустой парковке. В шесть утра. Моё воображение тут же нарисовало сцену из голливудского боевика.

— И кто же этот преступник? — поинтересовалась я, предвкушая увлекательную историю. — Террорист-смертник? Беглый олигарх? Пришелец с Нибиру? Джейсон Борн решил заехать к нам на огонёк?

— Кот, — с абсолютно серьёзным лицом ответил Баширов.

Я замолчала. Мне послышалось или в нашем отделе и правда завелись говорящие коты-рецидивисты? Может, у меня от недосыпа начались слуховые галлюцинации?

— Повтори, — попросила я, стараясь сохранять спокойствие и не начать смеяться в голос.

— Кот, товарищ майор, — подтвердил Петров, жалобно шмыгнув носом. — Рыжий такой, наглый. Он у нас чебурек украл. Прямо из машины выхватил, пока мы протокол на нарушителя парковки составляли.

— То есть, — я медленно, очень медленно переводила взгляд с одного гения мысли на другого, — вы, два вооружённых сотрудника полиции, на служебном автомобиле, устроили погоню за котом, который украл у вас чебурек. И в процессе этой героической погони вы врезались в единственный столб на всей парковке. Я всё правильно понимаю?

— Он вёл себя очень агрессивно! — выпалил Петров. — И быстро бежал! Просто как ракета!

— А чебурек был с мясом! — с трагическими нотками добавил Баширов. — Мой любимый. Я его только надкусил. Это было дело чести, товарищ майор. Мы не могли позволить преступнику уйти безнаказанным и поглумиться над законом.

Я подошла к столбу и внимательно его осмотрела, делая вид, что ищу улики. Постучала по нему костяшками пальцев.

— Так. Повреждений на столбе нет. Краски от вашей машины тоже. Значит, он напал первым, а потом скрылся, не оставив следов. Хитрый зверь. Наверняка проходил спецподготовку. А отпечатки кошачьих лап на асфальте вы зафиксировали? А чебурек? Чебурек изъяли как вещественное доказательство? Опрос свидетелей провели? Может, другие столбы что-то видели?

Петров и Баширов молча переглянулись, не зная, шучу я или говорю серьёзно. Я и сама не знала. Я просто очень, очень устала.

Вернувшись в отдел, я чувствовала себя так, будто всю ночь разгружала вагоны с чугуном. Единственное, о чём я мечтала, — это тишина, покой и большая кружка горячего чая. Но, как известно, мечты сбываются только у тех, кто работает в «Газпроме», а не в полиции. В моём кабинете меня уже ждала своя, персональная версия хаоса.

— Митя, какой уровень абсурда в сегодняшнем дне по десятибалльной шкале? — спросила я у чёрной колонки на моём столе.

— Одиннадцать, Светлана Игоревна, — бесстрастно ответил синтезированный голос. — Рекомендую принять двести миллиграммов валерианы и подумать о вечном.

Лиза, мой стажёр-энтузиаст, порхала по кабинету с какой-то распечаткой в руках и восторженно щебетала, не обращая внимания на мой убитый вид:

— Товарищ майор, вы не поверите! Я вчера смотрела новую серию «Тайн следствия»! Там преступника, который отравил миллионера, вычислили по редкой пыльце гималайской орхидеи, которая осталась у него на ботинке! Вы представляете? По пыльце! Нам срочно нужно завести в отделе штатного ботаника-криминалиста! Это же откроет такие перспективы! Мы сможем раскрывать дела по лепесткам ромашек и спорам папоротника!

Я молча села за свой стол и закрыла глаза, пытаясь представить себя где-нибудь на берегу океана. Шум прибоя, крики чаек, никаких котов, столбов и пыльцы гималайских орхидей.

— А я почти взломал кулер, — донёсся из угла скучающий голос Коли. Он сидел, развалившись в кресле, с ноутбуком на коленях. От кулера к ноутбуку тянулся какой-то подозрительный провод. — Ещё пара часов, и он вместо воды будет выдавать охлаждённую «Кока-колу». С сиропом на выбор. Хотите вишнёвый или ванильный? Можно даже сделать микс. Главное, чтобы Сидорчук не заметил подмены бака.

Я открыла глаза. Океан испарился. Передо мной была суровая реальность в виде двух моих подопечных. Один пытался скрестить кулер с автоматом по продаже газировки, вторая предлагала ловить убийц с помощью гербария. Идеальная команда, как говорил мой дед, «шило и мыло».

— Лиза, перестань смотреть сериалы. В реальной жизни преступники оставляют на ботинках не пыльцу орхидей, а грязь с ближайшей стройки. Коля, оставь в покое кулер, он тебе ничего плохого не сделал, — проскрипела я, нащупывая кнопку на чайнике. — Дайте мне хотя бы пять минут тишины. Мне нужно прийти в себя после погони за котом-террористом.

Но моим мечтам о тишине не суждено было сбыться. В этот самый момент на моём столе зазвонил телефон. Резко, пронзительно, будто зная, что сейчас он мне нужен меньше всего на свете. Я посмотрела на него с ненавистью.

— Если это опять по поводу столба, я уволюсь, — пробормотала я и нехотя сняла трубку. — Истомина, слушаю.

— Светлана Игоревна? Доброе утро, — раздался в трубке незнакомый, слегка взволнованный женский голос. — Простите за беспокойство. Меня зовут Анна. Я… я звоню по очень странному делу. Боюсь, вы мне не поверите. У меня пропал муж. Но дело в том, что… он пропал прямо из запертой квартиры.