Меченные. Мёртвые души 10

Песок хрустел под ногами ровно и предсказуемо.

Не как в первый раз — когда каждый шаг был борьбой, а пустыня пыталась сожрать меня живьём. Сейчас она просто была. Сухая, жёсткая, равнодушная.

Я шёл без спешки.

Здесь торопятся только те, кто ещё не понял правил.

Воздух впереди дрогнул — едва заметно, как это бывает, когда маскировку снимают аккуратно, но не идеально. Я остановился раньше, чем незнакомец сделал последний шаг.

Он вышел из марева песка спокойно, без резких движений.

Чёрные тканевые доспехи — не броня, а рабочая одежда мага. Гибкая, плотная, без украшений. Лицо открытое, собранное. Ни страха, ни злобы — только холодная деловитость человека, который привык выполнять приказы.

— Господин Игорь, — произнёс он и слегка склонил голову. — Синдикат просит вас покинуть наш мир.

Я усмехнулся.

— Очень интересно. И чем же вы аргументируете свою просьбу?

— Мы переживаем за вашу жизнь и не хотим проблем с вашим миром. Сейчас пустыня неспокойна. Мы не контролируем этот мир.

— Будто вы его раньше контролировали.

Он едва заметно поморщился, но тут же вернул спокойствие.

— Это не важно. Вам необходимо уйти.

— Не могу. У меня здесь дела.

— Дела подождут.

— Это не вам решать. Синдикат мне должен. И этот долг — одна из причин, по которым я здесь. И должен он мне много.

На этот раз раздражение он не сумел скрыть полностью.

— Синдикат вернёт долг. Позже.

— Значит и я уйду позже.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Песок перекатывался у ног, ветер тянул сухие струи вдоль земли.

— Я не хотел применять силу, — сказал он наконец.

— Аналогично — ответил я и положил ладонь на рукоять клинка.

Маг атаковал без предупреждения.

Пространство передо мной сжалось, будто воздух попытались сложить в кулак и вбить мне в грудь. Удар был мощным, выверенным, без избыточной энергии. Доспех принял его, поверхность вспыхнула мягким светом и погасла, но меня всё равно оттолкнуло на шаг назад.

Я выдохнул и двинулся вперёд.

Клинок вышел плавно. Без замаха, без рывка. Маг ушёл в сторону, оставив на месте фантом, и тут же ударил снова — на этот раз снизу. Земля взорвалась пиками, усиленными металлом. Я развернулся, клинок прошёл по дуге, рассекая заклинание, будто плотную ткань.

Он был хорош.

Очень.

Заклинания шли одно за другим, без пауз. Не грубая сила — давление. Потоки воздуха, сжатые до лезвий. Песок, превращённый в абразивную волну. Каменные осколки, летящие под такими углами, что их невозможно было предугадать.

Я почти не отвечал магией. Шаг, разворот, удар. Доспех гасил то, что я не успевал отбить, но каждый такой удар отзывался внутри тяжестью, будто по телу проходили волны перегрузки.

Он понял это и усилил темп.

Теперь атаки накладывались друг на друга. Воздух дрожал, земля под ногами превращалась в вязкую кашу, а сверху давило магическое поле, мешающее двигаться свободно. Я чувствовал, как якорь внутри меня реагирует — не вспышкой, а глухим, размеренным напряжением.

Я не спешил.

Слишком часто маги побеждали именно за счёт того, что противник начинал торопиться.

Я сделал вид, что ошибся. Чуть замедлил шаг. Чуть позже поднял клинок.

Он купился.

Удар пришёлся в упор — вся накопленная мощь, весь расчёт. Пространство схлопнулось, доспех вспыхнул ярко, меня отбросило назад, я врезался спиной в каменистый выступ. На секунду в глазах потемнело.

Я выпрямился.

Маг уже понял, что это была проверка. По тому, как я стоял. По тому, как доспех снова стал спокойным.

— Вы слишком экономите, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучала злость. — Для такого уровня угрозы.

— А вы слишком щедры, — ответил я и шагнул вперёд.

Я ускорился.

Усилил ритм. Шаг за шагом, срезая дистанцию. Клинок работал коротко, без широких движений. Он отступал, ставил барьеры, ломал траектории, но я уже чувствовал структуру его защиты.

Сила считалась.

Не его — амулетов, накопителей, внешних контуров.

Я ударил по слабому месту. Вошёл под угол, где защита была рассчитана на магический импульс, а не на металл. Клинок прошёл по касательной, оставив глубокий разрез на его доспехе.

Он отшатнулся, впервые по-настоящему.

— Вы… не должны быть здесь, — выдохнул он.

— Часто это слышу.

Он отступил ещё на шаг и резко сорвал с шеи амулет. Тёмный, тяжёлый, с густым переплетением рун. Сжал в ладони.

Я понял, что он собирается сделать, за долю секунды до того, как он это сделал.

— Передайте Синдикату, — сказал он быстро, — что я сделал всё, что мог.

Амулет вспыхнул — не светом, а пустотой. Пространство вокруг него провалилось внутрь себя, и он исчез. Без портала, без остаточного следа.

Песок осел. Давление исчезло. Мир снова стал просто пустыней.

Я стоял несколько секунд, прислушиваясь к ощущениям. Потом убрал клинок.

— Вот тебе и добро пожаловать, — сказал я вслух.

Я остановился посреди пустыни и дал себе несколько секунд просто постоять.

Не потому, что устал.

Потому что спешка здесь убивает чаще, чем монстры.

Достал из пространственного кольца карту.

Не пергамент, не бумагу — артефакт на основе прошлых технологий. Полупрозрачная пластина вспыхнула мягким светом и развернулась в воздухе передо мной. Слои накладывались друг на друга: старые дороги, исчезнувшие реки, узлы порталов, пятна мёртвых зон. Там, где когда-то кипела жизнь, теперь зияли пустоты.

Город прошлой цивилизации выделялся сразу.

Крупный. Не форпост, не перевалочный пункт — полноценный центр. Даже сейчас, спустя века, он светился остаточной энергией. Такие места притягивают всё подряд: монстров, культистов, искателей силы, охотников за головами.

И тех, кто охотится за мной.

Я убрал карту и двинулся вперёд.

По мере приближения песок менялся. Он становился плотнее, тяжелее, будто в нём всё ещё хранилась память о камне. Из-под дюн начинали выглядывать обломки стен, колонн, арок. Город не исчез — его просто засыпало.

Я уже видел очертания первых руин, когда пространство впереди дёрнулось.

Не взрыв.

Не портал.

Чёткая, выверенная вспышка активации.

Я остановился мгновенно.

Это было не похоже на монстров и уж точно не на стихийные аномалии. Так работает кто-то разумный. Тот, кто знает, что делает.

Я не стал гадать.

Маскировка легла почти автоматически.

Невидимость — не полная, а искажённая, с преломлением света. Якорь я сжал, накрыл зеркальными слоями, сделал его пустым на ощупь. Для магического зрения я сейчас был просто фоном. Песком. Пустым местом.

Держать такое состояние тяжело. Не физически — ментально. Будто сворачиваешь себя в комок и стараешься не дышать.

Я вжался в выступающую из песка стену.

Когда-то это была часть городского периметра. Камень гладкий, с оплавленными краями, иссечённый временем и бурями. На внутренней стороне ещё угадывались следы рун — защитных, давно выгоревших.

Именно тогда я их увидел.

Пять фигур двигались со стороны города.

Спокойно. Уверенно. Без суеты.

Шли клином, прикрывая друг друга. Не оглядывались, не переговаривались громко. Это были не новички и не фанатики. Это были люди, привыкшие охотиться.

На шее у каждого — двенадцатилучевая звезда.

Не артефакт. Метка.

Она светилась слабо, но стабильно, будто была частью их самих. Даже без магического зрения её можно было заметить.

Меченные.

Я осторожно присмотрелся.

Довольно слабые. Ниже моего уровня заметно. Но потенциал… потенциал чувствовался. Якорь у них ещё не сформирован, но они были близки. Заготовки. Материал. Не готовые бойцы, но будущая элита.

Если это и правда лучшие из Меченных — я зря напрягался.

Если нет — тогда всё правильно.

Они прошли совсем рядом. Я чувствовал, как искажается воздух от их аур, как чуждая энергия царапает маскировку.

И услышал разговор.

— Претендент был здесь, — сказал первый. — Недавно.

Я едва заметно сжал пальцы.

— Старших звать будем? — спросил второй.

— Сами справимся, — ответил третий. — Есть вероятность, что он примкнёт к нам.

Примкнёт.

Интересное слово.

— Иногда жалею, что согласился стать меченным, — пробормотал первый.

— Согласился? — хмыкнул второй. — Это был ультиматум. Альтернатива — смерть.

Третий резко остановился и обернулся.

— Хватит болтать. Он не мог далеко уйти. Поисковик скоро уйдёт на перезарядку.

Они двинулись дальше.

Я остался стоять, вжимаясь в камень, чувствуя, как медленно, болезненно тянется якорь. Маскировка начинала жрать ресурс. Долго так нельзя.

Но я не двинулся.

Потому что понял главное.

Они не охотники.

Они — цепные псы, которым показали направление. Их держат страхом. Их не спрашивали, хотят ли они этим заниматься. Их загнали в систему, где выбор — либо служить, либо исчезнуть.

Это делало их опаснее… и слабее одновременно.

Когда шаги стихли, давление спало. Я медленно ослабил маскировку, не снимая полностью. Якорь болезненно расправился.

Я посмотрел в сторону руин.

Город прошлой цивилизации ждал.

И теперь я знал точно — это не просто точка на карте. Это следующая сцена. Следующее место, где правила снова будут проверены на прочность.

Меченные шли по моему следу.

Значит, игра вышла на новый уровень.

И времени у меня стало заметно меньше.

Вход я нашёл по косвенным признакам, а не по вдохновению свыше.

Песок лежал слишком ровно, будто кто-то его пригладил. Осколки камня разбросаны не хаотично, а по дуге. И главное — тишина. Не просто отсутствие звуков, а ощущение, что воздух здесь «не хочет» их переносить. Такие места не случайность. Это чья-то работа.

Я присел, разгребая песок руками. Под слоем оказалась гладкая тёмная плита, холодная и странно «мёртвая» для обычного камня. Композит. Или что-то похожее. Древние любили материалы, которые должны пережить их самих.

— Ну привет, — сказал я тихо. — Давно не виделись.

Я знал, зачем сюда лезу.

Не за «сокровищами прошлого» и не за красивыми легендами, которыми любят кормить новичков. Мне нужны были конкретные вещи: целые стержни питания — те, что ещё держат заряд, взрывчатка, которой можно вскрывать узлы или сносить то, что руками не берётся, и любые рабочие артефакты, которые не рассыпаются при первом прикосновении.

И, если повезёт, — доступ к складам. Не к витринам. К складам. Но это не главное — скорее бонус.

Плита поддалась неохотно — будто бы конструкция до сих пор считала себя запертой. Я нашёл щель, упёрся клинком как рычагом и, стиснув зубы, надавил. Где-то внутри щёлкнуло, и проход приоткрылся.

Воздух ударил сухой прохладой. Не затхлостью. Не гнилью. Просто сухим «ничего». Как в комнате, где тысячу лет никто не жил, но и не умирал.

Я шагнул внутрь.

Коридор уходил вниз. Сначала плавно, потом лестницами, потом снова плавно. Стены были ровные, местами покрытые прожилками непонятного металла. По потолку тянулись каналы — то ли кабели, то ли магические жилы. Я пару раз касался их взглядом и чувствовал слабый отклик. Значит, где-то ниже ещё живёт система. Остаточно, рывками, но живёт.

Я достал из кольца карту — грубую схему, которую мои люди нашли в одном из «умных» архивов. Там было отмечено несколько крупных узлов: жилые сектора, мастерские, складские зоны, энергоцентр. Моя цель — энергоцентр и склады рядом с ним.

Сверху, как правило, валяется то, что никто не утащил только потому, что оно никому не нужно: пустые контейнеры, разбитые корпуса, старые стержни, которые уже мертвы.

Я не обольщался.

И всё равно начал с верхних уровней — потому что привычка хорошая: не прыгать в пасть сразу, если можно сначала понять, что прячется в глубине.

Первый зал встретил меня горой мусора.

Груды металлических рам, куски панелей, поверженные стойки, на которых когда-то держались системы. На полу — несколько стержней питания, но едва я взял один в руку, как почувствовал: пустой. Даже не «разряжен», а выжжен. Как батарейка, которую пытались заряжать молотком.

— Прекрасно, — пробормотал я. — Значит, «сокровища древних» сегодня — это хлам и разочарование.

Я бросил стержень обратно. Он звякнул о металл с таким звуком, будто смеялся надо мной.

Шаги в коридоре за спиной появились почти сразу. Тяжёлые, неровные. И скрежет, словно кто-то тащил по полу железо, но железо было частью него самого.

Я не стал делать вид, что не слышу.

Обернулся.

Из тени вышло существо, которое когда-то могло быть человеком. Теперь это была смесь плоти и механики: пластины вросли в тело, шея укреплена кольцом, суставы заменены шарнирами. Движения — дерганые, но уверенные. Оно не рычало, не угрожало. Просто шло. Как система охраны, у которой нет эмоций, зато есть задача.

Я шагнул навстречу, клинок привычно лег в ладонь.

Первый удар — проверочный. Рубящий, по плечу, с расчетом на то, что обычная броня даст трещину.

Лезвие… скользнуло. Да, оставило царапину. Но именно царапину, а не рану. Существо даже не сбилось с шага.

— Ладно, — сказал я. — Понял. Мы сегодня без романтики.

Оно рванулось быстрее, чем выглядело. Рука — тяжелая, с металлическими пальцами — попыталась ухватить меня за грудь. Я ушёл в сторону, лезвием ударил по локтевому узлу. Снова — скрежет, искры, почти ничего.

Существо било без хитростей. Сильнее меня физически. Но медленнее в реакции. Я пропустил один удар по плечу — не потому что не успел, а потому что решил проверить доспех.

Божественный слой вспыхнул тонким сиянием и поглотил удар так, будто его и не было. Внутри всё равно отозвалось вибрацией — приятно не было, но терпимо.

— Отлично, — хмыкнул я. — Значит, можно не строить драму.

Я усилил клинок магией — совсем немного, тонким слоем по кромке. Это ощущалось как холодная плёнка, которая делает металл «чужим» для брони.

Удар по шее — не рубящий, а короткий, в стык пластин. Кромка вошла глубже, существо дернулось, попыталось отступить, но я уже шагнул следом и добил ударом в основание черепа.

Оно рухнуло, дёргаясь и искря. На секунду в воздухе появился запах озона и чего-то… кислого. Как будто жгли провода и мясо одновременно.

Я посмотрел на клинок.

Металл потемнел. Лезвие слегка повело.

— Один противник — и ты уже обиделся, — сказал я оружию. — Нежный какой.

Снял слой магии, чтобы не добить клинок окончательно, и пошёл дальше.

Монстры начали появляться чаще.

То один в боковом коридоре, то двое из-за поворота, то три, когда я спускался ниже по лестнице и слышал характерный металлический скрежет сверху. Они не были умными. Но были настойчивыми. И хуже всего — с каждым уровнем их движения становились более скоординированными.

Я быстро понял принцип: верхние этажи — слабая охрана, почти «датчики движения», просто чтобы отпугнуть любопытных. Чем ближе к энергоузлам — тем плотнее и «качественнее» охрана.

И чем больше я экономил магию, тем больше приходилось работать ногами и головой.

Я менял оружие.

Клинок №2 прожил четыре схватки и треснул у гарды, когда я пытался пробить пластину на груди одной твари. Клинок №3 начал крошиться по кромке после того, как я дважды усилил его магией подряд — экономно, но всё равно слишком часто. Клинок №4 оказался из хорошей стали и держался лучше, но и он начал «умирать».

Я улыбнулся.

— Зато не скучно, да? — пробормотал я себе под нос. — Как в нормальном отпуске: песок, жара, и кто-то постоянно пытается тебя убить.

В одном из коридоров меня прижали.

Слева — существо с тяжёлой рукой-манипулятором, справа — два помельче, но быстрые. Сзади слышался ещё один. Я не мог позволить дать окружить себя в узком проходе: один удачный захват — и даже доспех не спасёт от того, что тебя просто держат, пока другие будут лупить по голове.

Я сделал шаг вперёд, будто собираюсь пробиваться, но в последний момент резко ушёл назад, развернулся и ударил по тому, кто шёл сзади. Он не ожидал. Клинок вошёл в стык пластин, и существо рухнуло прямо мне под ноги.

Двое быстрых рванули вперёд. Я отступил на тело, вынудив их споткнуться, и в этот момент коротко усилил лезвие. Два удара — один в шею, другой в бок. Они рухнули почти одновременно.