Медный лев и ясень битвы

Глава 1.

Маленборн, столица королевства Артанор стоял у подножия древних Железных гор, находящихся к северу от города, омываемого Зеленым морем с южной стороны. Его стены, сложенные из черного гранита, отражали суровую красоту вершин, которые даже находясь на значительном расстоянии от города, поражали своими размерами и величием.

От мощных стен мимо зеленых полей, вдоль берега тянулась мощеная дорога. Построенная при Талгоре Великом, она соединяла все города королевства.

Джарден, четырнадцатилетний сын Тарстада, несся по тесной улице, пытаясь не упустить из вида мелькавшую впереди спину Моррела ,его постоянного и незаменимого товарища в играх и хулиганских выходках. В руке Джардена была зажата вонючая селедка, выброшенная на улицу как негодная и ставшей опаснейшим оружием в их дружеском поединке. Моррел орал « если попадешь в меня этой дрянью, я заставлю тебя ее съесть». Остановись и заставь, неудачно пытаясь говорить грозным басом, отвечал Джарден.

Но вдруг всё вокруг изменилось. С переулка донесся глухой грохот, а затем — резкий голос городской стражи, разносившийся по улицам:

— Слушайте добрые люди и не говорите что вы не слышали. Сейчас на площади будет казнить злобного оборотня, виновного в смерти многих женщин и девиц.!

Мальчики замерли, их глаза распахнулись от удивления и страха. Не каждый день кого то казнят, да еще и оборотня.

Побежали посмотрим, крикнул Моррел, и Джарден выкинув селедку в сточную канаву вытер руку о штаны и произнес,- давай . Как думаешь, он просто как волк, или как человек с волчьей головой? Морелл пожал плечами. Откуда ж мне то знать. Я то их и не видал ни разу.

Перед центральной площадью Малеборна, возвышалась необычно отличавшаяся от черных стен и башен, приземистая , широкая башня из белого камня, получившая в народе имя «Гнилой рот». Башня была увенчана высокими и широкими редкими зубцами из белого известняка, между которыми были перекинуты бревна. Межу четырьмя зубцами, сиротливо качались два почти истлевших костяка, большая часть были пустыми на пристроенной к башне небольшой полубашенке, возвышался судья, в красной мантии, с королевским гербом, вышитый золотом морской змей, выходящий из волн с мечом в правой лапе, который он вонзает в землю, а левой держащий раковину с жемчужиной и девизом «Владею морем и сушей», трое палачей в черных балахонах и мужчина с безумным взглядом, выглядящий абсолютно обыденно и даже жалко, вовсе не похожий на оборотня, а у подножия башни топтался десяток воинов городской стражи.

Судья заорал:

— Человек, превращающийся в хищного волка, охотившийся на наших дочерей и сестёр, виновен в многочисленных убийствах! Он пойман с поличным над телом его несчастной жертвы. Негодяй отпирается, но 4 человека видели как он терзал ее горло зубами находясь уже в облике человека и подтвердили это под присягой.

Его сердце будет вырезано и сожжено, голова отрублена и вывешена вместе с телом в назидание злодеям. Во имя создателя мира, Асторга!

Да свершится возмездие!

Двое палачей державших мужчину под руки перехватили его за предплечья, третий палач, разрезал веревку связывающую руки, мужичина вдруг истерически захохотал, палачи накинули на его рули петли, затянули и резко потянули в стороны, он что то забормотал , кажется обращаясь к судье, но тот не обратил на его слова внимания, третий палач положив руки на плечи мужчины, подвел его к наклоненной колоде, двое других накинули веревки на вбитые в пол железные штыри по бокам от колоды и дернули, растянув руки мужчины в стороны, так что он рухнул на колоду спиной. Третий палач накинул петлю на ноги мужчины и примотал их к колоде. Достал из под колоды огромный тесак и рубанул мужчину поперек груди. Тот закричал, крик был почти нечеловеческий, страшный, резкий и короткий, мужчина плюнул кровью и всхлипнув затих. Палач перехватил тесак лезвием вниз и вертикально воткнул его в грудь мужчины как в пирог, а потом навалившись всем телом на тесак, прорезал грудь в районе сердца, мужчина затих и уже не двигался. Палач пошарив в груди рукой, достал сердце, ловкими движениями тесака срезал сосуды и кинул в жаровню. Толпа охнула. Стоящий рядом с Джарденом мужчина сплюнул и пробормотал «легко отделался, никакой он не оборотень, а злобный безумец». Тем временем палач подкинув тесак в воздух, перехватил его и крутанув над головой, одним ударом прорубил казненному шею так, что тесак вошел в колоду на два пальца. В голову и тело забили по крюку и понесли на крышу главной башни, через некоторое время вздернув их на бревно, между зубцов. Как ни старался палач, толпа была разочарована, оборотень не превратился в волка и вообще вел себя как обычный проходимец, но судьба на этот раз не дала толпе заскучать .

«Лев!! «Медный Лев идет» закричали со стороны порта. Сквозь Маленборн перекрещиваясь шли две центральные улицы, Красная , которая, шла через город насквозь, проходя через центральную площадь с башней «Гнилой рот» и именно по ней въезжали и выезжали из города все, кто его посещал и Синяя, которая шла от королевского замка, через Башню «Гнилой рот» в сторону порта. И уже от них в стороны уходило множество мелких улиц и переулков.

Разочарованные оборотнем горожане потянулись в порт. «Медный лев» приходил в порт раз в два месяца, привозя, каррафские ковры, шелковые ткани и кружева, золото вырученное от торговли стальными инструментами , рогом нарвала, шерстяной тканью и сушеной рыбой из единственного заморского города Артанора, крепости «Ржавый меч», основанной отцом нынешнего короля Валгара, Талгором Великим ,который как говорят старики, высадившись на берег, пройдя по песчаному берегу и поднявшись на глиняный обрыв, воткнул меч в землю со словами, «Тут мы и останемся», он стал торговым городом, куда ремесленники Артанора отправляли свой товар, продавая или обменивая его на ткани жителей страны Карраф отделенной от «Ржавого меча» пустыней, как Артанор Зеленым морем.

«Медный лев» был огромным трехмачтовым галеасом, с двумя рядами весел в помощь парусам. Его борта были окованы медью, на корме возвышалась надстройка, размером с двухэтажный дом, а на носу стояла окованная медью боевая башня. Таранный шпирон венчала бронзовая голова рычащего льва, но сейчас ее не было, она была срублена, корабль шел с легким креном , справа свисала какая то гирлянда, вокруг которой с криками кружили чайки. Что то с ним не то, произнес стоящий рядом с Джарденом старый рыбак. С проходящим мимо рыбацких лодок послышались тревожные крики.

Корабль подошел ближе и Джарден понял что за гирлянда болталась вдоль борта,- выступ правого борта где сидели гребцы, был полностью разрушен, а останки гребцов скованных цепями и перемолотых при таране свисали вдоль борта. Вертушки мачт корабля были срублены, а с носовой башни им махал рукой страшный мертвец без носа, с кровавыми впадинами вместо глаз.

По синей улице со стороны дворца спускался взвод гвардейских стрелков «Серебряных луков», во главе с их капитаном и две роты королевских копейщиков «Железных ежей».

А ну разойтись по домам, крикнул капитан. Не на что тут смотреть. У кого нет работы, я найду!

На нос корабля вышли двое , и кинули швартовые канаты. Пара рыбаков оставшихся на причале бросились помогать и набросили их на причальные столбы. Гвардейцы притащили мостик и закинули на нас корабля. Джарден с Моррелом наблюдали за этим уже с середины улицы.

Как думаешь, кто на корабле? Что это за безглазый мертвец ? Спросил Джарден , Моррела. Да почем мне знать, пожал плечами Моррел.

Это капитан «Медного льва», бросил проходящий мимо рыбак. Халиб Каррафа, Эльзаран начал войну. Замок«Ржавый меч» захвачен.

Вот дерьмо, выругался Джарден и осекся. За такое от отца он наверняка получил бы оплеуху, но проходящие мимо горожане похоже полностью разделяли его выводы.

Ладно, пошли по домам, сказал Моррел, я что то уже не хочу сегодня видеть ничего нового. Завтра увидимся.

Увидимся, ответил Джарден и побрел домой. Ему не спалось, все время казалось что сейчас в комнату зайдет безглазый капитан, Джардена совсем не впечатлила казнь оборотня, злодей получил по заслугам, но то что случилось с «Медным львом» и его капитаном никак не выходило у него из головы. Уснул он только под утро.

— Вставай, сын, пора вставать. Сегодня у тебя важный день. Отец Джардена, Тарстад стоял в низеньком дверном проеме, почти полностью заслонив его. Давай Джарден, сегодня важный день. Скорей ешь и пойдем.

Мальчик, открыв глаза, потянулся и зевнул. Он знал, что отец не любит задерживаться, если уж что то решил. Сквозь щель в занавеске едва проникали лучи утреннего солнца, освещая улицу, полную стука колес и гомона горожан.

Красная улица где они жили, как и Синяя, была улицей где жили относительно зажиточные горожане. На Синей жили купцы, рыбаки, корабельщики и моряки, кто побогаче, а на Красной ремесленники, торговцы шерстью и те из гвардейцев, кто мог себе такое позволить, обычно дворянская конница, «Золотые вепри», Отец почему то считал важным, купить жилище на этой улице, не считаясь с явно завешенной стоимостью жилья, на центральных улицах Малеборна. Квартирка была маленькая, но стоила дороже хорошей фермы из за своего расположения. Ближе к королевскому дворцу , по Красной улице , стояли дома богатейших людей города. Отец гордился тем, что квартира была на первом этаже и с отдельным выходом прямо на Красную улицу и два окна квартиры выходила на нее, а на остальные четыре этажа здания, разделенные на совсем маленькие каморки, можно было попасть только со двора с общей открытой галереи на которую выходили двери всех квартир остальных этажей. Ремесленники часто предлагали Торстаду купить у него квартиру, но он был непреклонен. Отец, худой и замученный прошлым человек с коротко остриженными светлыми волосами и искалеченной левой рукой, на которой не хватало трех пальцев, подошёл к двери, ведущей на улицу, и строго произнёс:

— Идём, сын. Сегодня мы идём к моему старому другу —Эмрольфу, корабельному мастеру, чтобы устроить тебя подмастерьем. Сможешь строить и чинить корабли. Это достойное занятие и постоянный заработок. А еще у него три дочки. Присмотрись к ним, ты скоро подрастешь, они все красавицы.

Мальчик приподнялся на локтях, прищурился и сказал:

— А я хочу в «Серебряные луки» стать гвардейским лучником, как ты, отец, у меня есть такое право, ведь ты там служил... — голос его дрогнул, — я хочу сражаться за страну и людей. Пора показать каррафцам чего мы стоим! Говорят у них мужчины красят глаза сурьмой.Тфу! Неужели мы потерпим от них такое унижение!? А ты видел что они сделали с капитаном «Медного льва!?»

Отец нахмурился иглубоко вздохнул.

— Ты не понимаешь, сынок, — неожиданно мягко сказал он, — стать корабельным мастером — это честь, это достойное будущее. А гвардейский лучник — занятие для того, кто хочет славно умереть. Посмотри на меня. Я калека. Потерял пальцы при Шенвайзе, с Эмрольфом мы тогда спасли друг другу жизнь по десятку раз. А пока я воевал, твоя мать умерла. Хорошо что староста улицы написал ее родителям, иначе я бы и тебя потерял. Я хочу, чтобы ты стал кем-то, кто сможет обеспечить себя, стал уважаемым горожанином, женился, ведь я хочу еще понянчить внуков.

Но ведь тебя уважают отец? И ты многого добился! Эта квартира..

Нет сынок. Тарстад нахмурился. Меня уважают не за то, что я воевал, а за то что держу слово и поступаю честно. Квартира? На жалованье гвардейца ее не купишь. При Шенвайзе, после боя мы собрали немало трофеев. Но могло быть наоборот.

Законное право победителя, воскликнул Джарден.

Да, бросил Тарстад. Я убил ,это хорошо. Меня убили, плохо. Не слушай рассказы пьяниц о войне и подвигах. Самые смелые герои, уже ничего об этом не расскажут. Послушай меня сынок. Я хочу тебе добра, потом ты это поймешь.

Хорошо отец, грустно промолвил Джарден , он редко слышал за один день столько слов, от обычно немногословного Тарстада, поэтому не стал возражать, выпил воды из кувшина и сунул в карман лепёшку и пару луковиц со стола. Я готов.

Мастерская Эмрольфа по прозванию Деревянные кудри, стояла в дальнем конце гавани, а по пути к ней, на утоптанном берегу строились три двухмачтовые рыбацкие лодки. Сама мастерская представляла собой длинный деревянный барак, с широкими воротами на фронтоне , жилым вторым этажом и башенкой. Эмрольф и его семья жили там постоянно. Чуть дальше мастерской на берег по вымазанным жиром, очищенным от коры бревнам, тащили «Медного льва», две сотни поденщиков, крутили огромный кабестан, вытягивая корабль на берег.

Рядом стоял высокий светловолосый мужчина с длинными усами и коротко подстроенной бородой, в простой куртке из грубой хлопковой ткани, штанах из синей шерсти и ярко начищенных сапогах.

Увидев Тарстада он широко улыбнулся и раскинул руки в стороны,

Тарстад!

Здравствуй Эмрольф, я вижу твои дела идут в гору, во всех смыслах!

Да, королевские доки заняты и я должен отремонтировать «Медного льва», при таране у него треснули шпангоуты, на воде он держался, но долго не протянул бы, приходится тянуть на берег, чтобы разобрать борт и их заменить, казна все оплатит.

А как тебе живется?

Все хорошо, ответил Тарстад. Но я решил задуматься о будущем моего сына. Ему уже 14, последние три года он учился грамоте при монастыре, он умеет считать , читает книги и может записать все что услышит. А теперь я хотел бы, чтобы ты взял его подмастерьем.

Чтож, пойдем поговорим, сказал Эмрольф показав рукой в сторону мастерской.

В мастерской пахло морем, свежей древесиной, и дегтем. Внутри мастерской царил уютный хаос: повсюду валялись инструменты, куски дерева разных пород, в центре уже лежали несколько огромных изогнутых от природы стволов, которые мастер подобрал, для шпангоутов «Медного льва».

Они поднялись в башенку и Эмрольф, пригласив их сесть за стол, достал с полки пузатую бутылку.

Далморнское, крепкое, сильная штука, давай выпьем за доброе дело и пусть парень собирает вещи и завтра подойдет ко мне.

Он наполнил два стакана, секунду подумал, достал с полки третий, поставив его напротив Джардена, наполнил его, поднял свой стакан и воскликнул:

Да благословит Асторг , наши добрые начинания! До дна.

До дна!, воскликнул Тарстад.

Джарден, с достоинством поднял свой стакан и воскликнул: за добрые дела .Тарстад с Эмрольфом хорошо выпили, вспоминая прошлое , а Джарден осматривал мастерскую и почти примирился с идеей отца сделать его корабельным мастером. Через пару часов они с отцом пошли домой.

Великий магистр Тефард Нерентил, Ортокс ордена пирокинетики, наместник Асторга на земле, сидел у окна с книгой. На нем был простой белый балахон, капюшон был откинут на спину и он подставлял под легкие порывы холодного ветерка голову, покрытую старыми ожогами, у него не было ни бровей, ни ресниц, а рот превратился в прорезь в розовой маске, которая когда то была его лицом.

В дверь осторожно постучали.

Великий магистр? Это брат Радальт. У меня важные вести.

Заходи добрый брат, промолвил Нерентил, чем порадуешь?

Порадую, Великий магистр, торопливо начал Радальт, -правитель Тарзурана, Шариг Омайн отправил послание через доверенное лицо. Он говорит что Эльзаран, в высокомерных выражениях предлагал ему союз против нас и что он отверг предложение Эльзарана, сообщив ему что не станет поддерживать никого. Также он передал, что если мы добьемся успехов в войне с Эльзараном, он к нам присоединится. Но сам нападать не станет, он пишет что у Эльзарана двухсоттысячное пешее войско и больше тридцати тысяч конницы, но по его словам они рассеяны по городам Каррафа и не слишком хорошо обучены. И что «Ржавый меч» сейчас удерживает не больше двадцати тысяч, может быть меньше , ведь они понесли серьезные потери при штурме, там находится сам халиб Эльзаран и его старший сын Махтияр. Он просил передать это устно и просит сохранить его помощь в тайне.

Завтра я сообщу об этом королю и мы ответим нашему доброму другу из Таргонии. Эльзаран совсем обезумел, раз даже этот тарзарнуский пират ищет с нами дружбы, а ведь Эльзаран его единоверец! Похоже нам придется вмешаться в войну Радальт. Но не будем спешить. Нам нужны ученые мужи, чтобы понять, как избежать головной боли и сердечных ударов, в момент когда мы призываем очистительный огонь. Мы уже поняли, что это не плата за призыв огня, а просто особенность нашего тела, а значит мы можем как то избежать последствий призыва. Брат Ульгерт придумал кровопускание, он говорит что проблема в давлении крови. Хотя меня это почти не беспокоит. Может дело в усердии?

Кстати о ученых мужах, продолжил Радальт, из страны Раат Ференат в которой нет денег и все принадлежит народу Раат Ференат, которой управляет так называемый сын Солнца. Раат Ференат, ну вы знаете, это и титул и имя каждого последующего правителя и всех его родных по крови, страна на самом деле управляется жрецами Солнца и среди них есть немало пирокинетиков, приехал ученый муж. Его имя Махат Рахас, он пирокинетик, как мы. Ему не по душе установленные там порядки и он оттуда сбежал. Он встречался с одним из наших братьев, братом Альбероном, которого мы отправили в путешествие для составления точных карт мира и тогда он задумался о том чтобы бежать из страны. Он говорит что для того, чтобы пирокинетики не тратили здоровье на религиозные обряды демонстрируя могущество Раат Ференат в виде появления огня в условленных местах, они изобрели удивительное вещество. Они дали веществу имя и называют его Раат Малахар. Оно состоит из обычных угля и серы и к ним добавлено вещество получаемое из нечистот и оно обладает удивительными свойствами. Если положить его в горшок и поджечь, огонь распространится во все стороны с удивительной силой, способной раскидать стоящих рядом людей. У охраны жрецов есть медные трубы и они начиненные совсем крошечным количеством этого вещества, метают куски свинца с такой силой, что пробивают железные латы, на расстоянии ста шагов. Махат Рахас не догматик и ему интересны наши взгляды на изучение созданного Асторгом мира. Когда я обьяснил ему что мы живем на огромном шаре и что в небе их тысячи и что некоторые мы можем увидеть с нашей башни, с помощью хитрой системы стекол, о других орденах, изучающем путь земного праха ордене геокинетиков и ордене аэрокинетиков изучающем путь небесного эфира, рассказал как мы научились управлять погодой и перемещать инертные тела, одной лишь силой напряжения мысли, он пришел в восторг и искренне желает участвовать в наших поисках путей. Он уже учит наш язык, все схватывает на лету и хочет вступить в братство.

Чтож Радальт, скажи что Асторг благословил его путь, вижу мы идем путем истины, произнес Тефард. Пусть он утвердит нашу решимость, пройти предначертанный им путь.

Прикажи подать карету. Я еду к королю.

Тернис Мальверт, капитан второй роты «Серебряных луков», младший сын бедного дворянина, получивший в наследство лишь славную когда то фамилию, встретивший «Медного льва» на причале, стоял перед королем. На длинном столе, в королевском зале совета лежала бронзовая табличка, - послание от Эльзарана « Вернетесь и Зеленое море станет Красным от вашей крови»

Король Валгар Хладрий по прозвищу «Тяжелая рука», был взбешен.

Халиб Эльзаран! Жирный, злобный пес, думающий что ему принадлежит весь мир! Чем мы ему помешали!?

Форн! Когда мы можем выступать?!

Форн Дантейн королевский маршал, задумчиво оглядел всех собравшихся в зале:

Государь, «Медный лев», на ремонте, думаю через пару месяцев, он будет лучше нового. Ваш «Змей» и «Серебряная цапля» готовы к выходу. И полтора десятка галер. Купеческая гильдия, готова за свой счет снарядить пять торговых кораблей, они медлительны и у них нет весел, но они вместительнее даже Вашего «Змея» каждый возьмет 6-7 сотен солдат, они также готовы на год обеспечить войско провизией и готовы подождать оплаты до окончания похода и просят двадцать процентов сверху, за расходы после завершения похода.

Если не считать городской стражи , у нас есть «Золотые вепри», 1000 лучших рыцарей. Семь сотен «Серебряных луков» , правда в казармах не наберется и сотни, остальные заняты в карауле, сопровождении, розыске разбойников и выполнении других поручений. и пять тысяч «Железных ежей». Это мало, но даже их мы с трудом разместим на кораблях. Сейчас середина осени. Начинать войну зимой, не лучший выбор, даже когда речь идет о каррафских пустынях. К весне мы можем построить еще два десятка галер, а купцы удвоят количество грузовых судов.

К тому времени мы можем набрать и как то обучить пару тысяч гвардейских лучников, набрать арбалетчиков и копейщиков, хоть десять тысяч, если обеспечим им оружие.

Ждать до весны! Валгар был взбешен. Кто то еще хочет высказаться?

А кстати где мой братец!? Где королева? Где мои сыновья?

Ваш брат государь, благородный Вальдгер, еще не вернулся с охоты, но уверен, он с гордостью поведет в бой «Красных вепрей».

Благородный Велмир уехал в Киринал. Брат Ульгерт лечащий его язвы добился успехов, старые язвы засохли и отпали. Но появились новые.Брат Ульгерт советовался с учеными братьями и сказал что это оттого, что у нас холодно и сыро, а в Киринале теплее, кругом зелень ,сосновые леса, теплая по сравнению с нашей зима и есть горячие источники которые многим помогают. Брат Ульгерт взялся его сопровождать. А благородный Валорн, прибыл во дворец на час раньше, я был уверен что он тут.

Наверное потерялся а? Наигранно удивился король. Закатился под юбку какой то девицы. Ладно, сам таким был. Надеюсь он будет брать на абордаж каррафские корабли, с таким же рвением, если придется. Хотя пусть остается дома, я один поведу войско.

А где королева?

Государь, начал Дантейн, вы обычно не приглашаете ее..

Ну это ведь мне решать да? Давай, отправь кого то за моей благородной супругой! И пусть мне уже нальют вина!

Стоявший у двери камергер, кивнул головой и один из пажей шептавшихся в дальнем углу зала сломя голову побежал за королевой.

Когда королева, Эллисия, красивая, немного полная светловолосая женщина подошла, настроение короля Валгара значительно улучшилось.

Моя королева, начал он. Не хочешь ли ты написать своему любезному братцу?

Мой государь, с милой улыбкой ответила королева, а что я должна ему написать?

Ну напиши что «Ржавый меч» захвачен Эльзараном и что каррафцы наверняка ограбили и его купцов и что как мой вассал он проявил бы мудрость, если бы сам предложил свое участие в походе.

Почему же вы сами ему от этом не скажете?, с милой улыбкой спросила Эллисия.

Потому что, он мой вассал и должен сам спешить мне служить, а если я ему напишу, то он еще и придумает тысячу причин, чтобы ничем не рисковать и получить выгоду в итоге. А ты как сестра, напомни ему кто я и о его долге. И что ты знаешь, что я его просить не буду, но запомню, если он не выступит мне на помощь сам, как велит его долг, я не хочу требовать и угрожать, но хочу получить то, что мне причитается как королю. Поспособствуй этому, найди нужные слова.

Мой государь, бархатным голосом пропела королева, я простая глупая женщина и пути вашей мудрости, для меня непроходимы, я безусловно сделаю все, что вы мне говорите, однако почему бы Вам просто не отправить гонца и не написать, что вы хотите от моего благородного брата.

Это он то благородный!?, возмутился Валгар. Да такого пройдохи нет даже в крестьянских сказках!

А вы уже написали Кьярну в Киринал?

А чего это ты его вспомнила? Разве я о нем говорил? Нет, я не хочу его видеть и уже с утра написал ему чтобы прислал войско, а сам охранял Киринал. Вот потому, продолжил Валгар, что как ты верно сказала, ты простая женщина, даже не глупая, так как хотя бы не перечишь мне, как некоторые., -сделай как я говорю!

Веееликий магистр, наместник Асторга на земле, Ортокс ордена пирокинетики Тефард Нерентил! Камергер, закончив обьявление, с поклоном отошел в сторону от двери.

В дверь зашел мужчина в белом балахоне из хлопковой ткани, подпоясанный пеньковой веревкой, его руки были розовыми и лишенными ногтей, а лицо было спрятано за свисавшей с капюшона тонкой полупрозрачной тканью, о его высоком статусе говорило лишь уважение, с которым смотрели не него все присутствующие включая короля Валгара и золотой медальон на груди, с символом огня, собранным из красных и оранжевых драгоценных камней, искусно подобранных и сияющим как настоящий огонь.

Вмешательство в порядок, установленный создателем Асторгом, тяжкое преступление! Начал Тефард.

Как наместник Асторга на земле, я благословляю войну и восстановление установленного порядка.

Воот, с удовлетворением произнес Валгар. Наше дело правое! С нами Асторг! Тефард, представь, они предлагают мне ждать до весны!

Государь, ответил Тефард, я принес тебе добрую новость. Поиск истины и путей великого Асторга, приводят нас к удивительным открытиям.Может быть сейчас, мудрость звучит из уст большинства. К весне, ты получишь оружие, которое уничтожит в очистительном огне нечестивых каррафцев.

Твои пирокинетики пойдут с нами в бой?, воскликнул Валгар.

Государь, никому не дано изменить порядок установленный Асторгом. Мы призываем огонь очищения только в особых случаях и каждый раз при его использовании, время нашей жизни сокращается. Мы выступим если придется. А я говорю об оружии, применение которого не имеет таких ограничений.

И еще государь, продолжил Тефард, у меня есть новость только для твоих ушей. Мы поговорим после совета.

Чтож, воскликнул Валгар, хорошо Тефард, я подожду раз того требует Асторг . давай теперь ты Форн, сколько говоришь тысяч воинов ты соберешь к весне?

Государь, число наших воинов на сегодня таково, на сколько хватает жалованья. Нужны только деньги и оружие.

Государь, воскликнул худой, гладко выбритый мужчина, с коротко стриженой головой, главный казначей Силтон, налоги введенные нами три года назад, платят не все, а сейчас разумно и правильно, если наш народ не хочет стать рабами каррафцев, обьявить военный сбор . Я предлагаю собрать с жителей Красной и Синей улиц, которые живут в отдельных домах, по 10 золотых солариев, у тех кто живёт в квартирах не этих улицах, по одному золотому соларию, а с остальных, по одному серебрянному хладрию с каждого двора. Собрать недоимки по налогам. И пусть отказ считается государственным преступлением. Вплоть до смерти. А еще нужно принять закон против бродяжничества.

Мой король, заговорила Эллисия. Я могу отдать что то из своих драгоценностей..

Да это мелочь, подожди Эллисия, потом поговорим!

Эй капитан, обратился Валгар к Тернису, говорят ты победил на шестнадцати дуэлях? Бери свою роту, Силтон сейчас же напишет закон и займись сбором денег.

Государь, попытался возразить Мальверт, я воин, а не мытарь. И мои ребята будут не в восторге, от этого занятия.

Да, слушал я какие порядки вы развели в казармах. Ладно ,может для гвардейцев это и не слишком уместно, возьми отряд городской стражи. Я надеюсь ты сам обойдешься без солдатской спеси, когда речь идет о защите страны! Мытарей тебе выделит Силтон, а ты займись тем, чтоб никому не пришло в голову спустить их с лестницы. Я вижу некоторые подданные начали принимать мою доброту за слабость. Надеюсь хоть ты, не собираешься мне перечить.

Я все исполню государь, проговорил Мальверт. Иду выполнять ваш приказ.

Вот и отлично, произнес Валгар. Через месяц я хочу увидеть собранные деньги , а через два, Форн, ты слушаешь!? обещанные тобой тысячи воинов и корабли.

Да государь! И еще один вопрос. Капитану «Медного льва» каррафцы выкололи глаза и отрезали нос, для устрашения, он больше не может управлять кораблем, думаю нужно назначить ему содержание.

Назначай ответил Валгар. И найди нового и представить мне.

Отец уверенно шел рядом с сыном, слегка покачиваясь от выпитого далморнского. Улицы старинного города были тихими и погруженными в вечернюю прохладу. Зайдя в квартиру, отец лег на кровать, бросив Джардену. Давай, собери вещи, завтра днем идем к Эмрольфу.

Джарден молча кивнул. Он начал быстро складывать свои немногочисленные пожитки в холщовую сумку, когда внезапно раздались громкие удары в тяжелую дубовую дверь.

— Городская стража! Открывайте немедленно!

Отец с явным неудовольствием натянул сапоги, встал с кровати подошел к двери и открыл её настежь.. Перед ним стояла пара солдат с копьями, и городской сборщик налогов, в красной накидке, с королевским змеем на груди, горделиво предъявивший Тарстаду какой то свиток, со свисающей с него на золоченом шнуре красной королевской печатью , по улице разбрелись другие солдаты стучавшие в двери, а последи улицы стоял капитан, Тернис Мальверт, сосредоточенно рассматривающий крыши домов противоположной улицы и всем своим видом демонстрирующий отсутствие интереса к происходящему.

— Что вам угодно?, буркнул Тарстад.

Ознакомьтесь с королевским указом, с сухим презрением процедил сборщик налогов. Вы должны оплатить сбор, на защиту страны. С жителя вашей улицы он составляет один соларий. К тому же, повысив голов произнес сборщик, вы третий год не платите, ежегодные налоги, хотя именно они позволяют королю защитить вас и ваши семьи.

Видишь? Тарстад сунул искалеченную руку под нос мытарю. Я уже заплатил все что должен стране и королю. Более у меня ничего для вас нет.

Да ты пьян!, взвизгнул сборщик. Король милостив, стража, бросьте его до утра в подвал башни, к бродягам, к утру он проспится и исполнит долг гражданина. Не забывайся, выкрикнул он обращаясь к Тарстаду. Неповиновение королевскому указу, карается смертью!

Бросьте? Усмехнулся Тарстад. Попробуйте для начала, меня поднять. Он неожиданно резко бросился к кровати и достал оттуда меч в ножнах. Стражники выступили вперед выставив копья, остриями наверх. Они знали Тарстада и относились к нему с уважением, даже напившись в трактире он обычно вел себя спокойно. Тарстад демонстративно вытянув вперед руку с ножнами резко выдернул меч из ножен, крутанул над головой и ударил по ближайшему копью, оставив на нем зарубку до середины копья. Второй удар Тарстада был нацелен в грудь копейщику и тот отразил его приняв удар на середину копья. Копье переломилось и стражник выскочил на улицу. Второй стражник выставив копье вперед отбил следующий удар Тарстада и тоже отошел на улицу.

Джарден оцепенел от страха.

Тарстад подошел к сборщику и резко пнул его в живот. Тот согнулся от боли и Тарстад нежно взяв его за плечи подвел к двери и пинком выкинул на улицу. Первый стражник подбежал к Мальверту. Капитан, он пьян и похоже безумен. Что делать? Биться с ним? Прикажете и мы возьмем его на копья!

Мальверт тяжело вздохнул , - Погоди. Послушай ты ,крикнул он обращаясь к Тарстаду, королевский указ касается всех и сейчас у тебя есть шанс сдаться и проспаться в подвале с бродягами. Если тебе не по карману твое жилище, можешь продать его и купить попроще. Заплатишь сбор и возместишь нанесённый тобой вред. Тебе пойдут на встречу.

Я, - никому, ничего , не должен, произнес Тарстад. Кто это вообще придумал? При Талгоре Великом сборы платили только те, у кого есть прибыток, от торговли или урожая. С чего я должен платить.

Так ты отказываешься ,безразличным тоном спросил Мальверт.

Все что вы тут получите, это вот это, Тарстад протянул меч острием в сторону Мальверта.

Это вызов? Мальвертоткинул плащ и положил руку на эфес меча.

Ты чертовски прав, воскликнул Тарстад.

Мальверт молча вынул легкий и тонкий, меч из ножен, задумчиво рассмотрел лезвие и наклонил острие к земле.

Тарстад сделав шва рага вперед, нанес горизонтальный удар, на уровне груди, но Мальверт лишь отступил назад выставив вперед меч, так и направленный острием вниз, а потом легким движением кисти направил его в грудь Тарстада. Тот чуть отступил и поднял меч над головой. Несколько секунд, противники стояли друг напротив друга, а потом Тарстад , шагнув вперед, нанес мощный удар по диагонали, сверху вниз. Мальверт крутнулся и ушел в сторону, будто выполнив танцевальный пируэт и упав на переднюю ногу, согнутую в колене и вытянув вперед руку с мечом, проткнул грудь Тарстада, резко выдернул меч, и достав платок, принялся аккуратно протирать лезвие.

Нееет! Отец! Джарден подбежал к отцу, схватил упавший меч и выставив вперед побежал на Мальверта, но тот бросив платок, каким то неуловимым движением оказался справа от Джардена , просто схватил эфес меча пальцами, твёрдыми как сталь , вывернул меч из рук Джардена так, что его пальцы захрустели, и ударил его локтем в нос. Джарден сел на землю. Его душили слезы. Я отомщу, выкрикнул он.

Твой отец был не прав, ответил Мальверт, но умер с честью, думаю он того и хотел, раз достал меч. Я к твоим услугам, когда подрастешь.

Эй ты, обратился Мальверт к старосте улицы. У него есть родственники?

Родители отца умерли, как мне известно а мать мальчика умерла еще раньше, больше я ничего не знаю, пробормотал староста.

Тогда слушай, похорони его достойно, пусть поставят камень и напишут кто он был и сделай так, чтоб сопляк знал где лежит его отец, за камень я заплачу, потом продай квартиру, заплати сбор, а остаток положи в королевский банк на имя мальчика. Я проверю.

Эй вы! Мальверт позвал стража с перерубленным копьём и его более удачливого товарища. Его отец был в «Серебряных луках»! Отведите мальчишку в 3 или 4 роту стрелков. Он маловат, но на что то сгодится. Завтра как раз начнут набор.

Стражники взяв Джардена под руки, рывком подняли его на ноги. Пойдем. Произнес первый, лучником будешь. Благодари капитана Мальверта.

Попозже отблагодарю, с угрозой прошептал Джарден.

Ну ну, усмехнулся стражник, пошли давай.

Казармы третьей и четвертой роты, находились за пределами городских стен, в отличие от первой роты, охранявшей лично короля и второй роты, осуществлявшей охрану казны и казенных перевозок, третья и четвертая роты набирались из простолюдинов и в военное время по численности становились практически полками, куда брали всех, кто более менее сносно мог стрелять, доводя их навыки до приемлемых с помощью тренировок. В мирное время в лучники старались набирать подростков, развивая их навыки и воспитывая лучников, каждый из которых стоил в бою больше, чем десяток далморнских арбалетчиков или каррафских лучников, хоть лук и был излюбленным оружием каррафцев.

Находящиеся не некотором удалении от городских стен казармы «Серебряных луков», выглядели как укреплённый полевой лагерь, окруженным небольшим рвом и валом, со сколоченными из бревен и досок вышками по углам.

Всю дорогу до казарм, Джарден представлял, как протыкает мечом высокомерного капитана, к окончанию дороги придя к мысли, что неплохо бы расстрелять того из лука. Хотя идея победить в дуэли и снести мерзавцу голову, все таки нравилась Джардену больше.

Сами казармы гвардейских лучников,«Серебряных луков» , оказались длинными одноэтажными зданиями сложенными из обожжённого кирпича, крытые лиственничной доской, стражники направились к ближайшему из них, над входом высел огромный щит серебристого цвета, с тремя нарисованными стрелами направленными вверх и вправо и девизом «Верность, Храбрость, Мастерство»

Из казармы, слышался жизнерадостный скрипучий голос:

Белой грудью манит красотка,

Но зовёт меня дорога.

Слава ждёт, за опасной чертой,

Вместо ласки , ждет меня бой

Видно не свееетит

Видно не свееетит,

Видно не свеееетит, вернуться домой

Геллард, почему поешь ты, а стыдно мне? Прервал его мощный бас другого мужчины.

Если уж ты хочешь, чтобы мы непременно оглохли, может быть споешь что нибудь повеселее?

Гохан, а что плохого в том, чтобы славно умереть в бою? Или ты хочешь доживать свой век, дряхлым стариком?

Первый стражник жестом показал второму стражнику и Джардену остановится.

Там Геллард и он пьет. Он командир 3й роты, а Гохан 4й. Нам надо к ним. Я не хочу попадаться Гелларду на глаза когда он пьяный. Давай хотя бы дождемся пока они прекратят собачиться? Чтоб не встревать в разговор. Давай, тихо произнес второй стражник, положил руку Джардену на плечо и они встали у входа.

Можно и стариком, прозвучал за стеной голос Гохана. Поженить детей, увидеть внуков.

А чтож ты не женишься? Воскликнул Геллард.

Ха, так из за тебя, ответил Гохан.

Твое сердечко трепещет в ожидании, когда я сделаю тебе предложение чтоли, сьязвил Геллард.

Да нет, знаешь Лотрид? Хозяйку трактира «Бычий рог»

Даа ты чтооооо!!! Так вот кого напоминает мне ее рыжий сынишка, заорал Геллард. Она хорошая женщина Гохан. Честная. Поверь, если я говорю такое о трактирщице, моим словам стоит верить. Она золото. И как я мешаю тебе женится?

Ну вот смотри Геллард, я женюсь на ней, припрешься ты ко мне в гости в трактир, так разве я не угощу старого друга выпивкой? Ну и вот. Мы с тобой разорим бедную женщину.

В разговоре последовала длинная пауза.

Да ладно, шучу. Ну вот просто не собрался как то. Все же и так хорошо.

Никогда не думал Гохан, что ты такой нерешительный. Давай так, или завтра ты идешь к ней, просить ее руки. Или я иду к ней и говорю, что ты просишь ее руки, но у тебя не хватает смелости об этом сказать. Весной мы выступаем, и я не собираюсь упускать шанс, умереть со славой, так что я еще хочу погулять на твоей свадьбе!

Я и сам собирался.

Так и иди. А я пойду с тобой, для верности, ладно наливай давай.

Пошли, стражник подтолкнул Джардена ко входу.

За столом сидели двое мужчин, лет тридцати, высокий, костлявый мужчина с узким вытянутым лицом, длинными темными волосами, тонкими усиками и аккуратно постриженной козлиной бородкой, капитан Геллард и рыжеволосый усатый великан, капитан Гохан.

Господа, капитан Мальверт приказал привести его к вам, для зачисления в роту, по вашему усмотрению, скороговоркой выпалил стражник .

Желаю вам доброго здоровья господа, разрешите вас оставить.

Ээээ погоди ка, сказал Геллард. Набор же завтра. У меня почти вся рота в увольнении, сегодня мы никого не ждали. Что случилось?

Господин капитан, тут вышла неприятность, у отца мальчика с капитаном Мальвертом. Ну и это.. после дуэли господин капитан Мальверт сказал что раз родственников у парня нет, а его отец служил в «Серебряных луках» , отвести его к вам и зачислить в роту по вашему усмотрению.

Ладно, проваливай, ответил Геллард и стражник выскользнул за дверь.

Тебя как звать? Обратился Гохан к Джардену.

Джарден.

А кто был твой отец? Спросил Геллард.

Тарстад.

Оо, я знал Тарстада. Достойный человек. Знаешь что, твоего отца не вернуть, но он дал тебе хороший урок напоследок. Не вынимай меч, если не готов идти до конца, а если вынул, иди. Я не хочу знать причин их ссоры. Это достойная смерить и винить в таком, некого.

Ээй Свирн, ты тут?

Тут капитан, послышалось из полутемной глубины длинного коридора.

Свирн Широкий, былветераном, потерявшим половину зубов и большую часть волос на голове, сохранившей только пучок седеющих волос торчащих за правым ухом. Голова была настолько испещрена шрамами, что кожа больше походила на кусок овсяного печенья, пережившего пожар. Нижняя челюсть была прорублена и губа заросла не полностью. Джарден слегка испугался.

Это сержант Свирн, малец и он твой командир. Я приказываю ему, а он тебе. Не жди что тебе будет тут легко. В бою ждать жалости не приходится, так что нечего привыкать, сказал Геллард. Гохан, я беру его себе. Я помню его отца и позабочусь, чтоб малец не погиб в первом же бою. Возраст маловат, пусть тренируется со всеми, а дойдет до дела, будет знаменосцем. Дальше посмотрим из какого он теста.

Свирн! Продолжил Геллард. Возьми мальца, накорми и дай стакан чего нибудь крепкого, чтоб не лупил глаза в потолок до утра, сегодня он похоже натерпелся всякого , пусть выспится, смотри, он весь трясется. А утром найди ему занятие, чтоб у него не было времени горевать. К обеду приведут остальных, пусть сходят в баню и выдай им форму, если формы не хватит, выдай что нибудь из ношеного, чтоб никто не перепутал их с толпой крестьян, да пригласи портного снять мерки чтоб к присяге все были готовы, как на королевскую свадьбу..

Утро в казармах лучников всегда начинается одинаково — с серого света, проникающего сквозь маленькие окна, и запаха сырости, распространяющегося по коридору. Казарму обогревали печи из обожжённого кирпича, по одной по краям и одна в середине, осенью топилась только печь у входа. Замёрзнуть в казарме было нельзя, но во видимому согреться тоже.

Подьеем заорал сержант. Подьем. Джарден встал и оделся.

Пошли, сказал Свирн, ешть работа. Они вышли из казармы и подошли к дальнему фронтону казармы. Из земли примыкая к кирпичному фронтону, торчал невысокий дощатый короб, закрытый широкой крышкой. Напротив стояло несколько бочек и деревянная лопата с длинной ручкой.

Вот! Свирн откинул крышку наверх и в нос Джардену ударил запах нечистот. Наполни эти ботьки. Как законтишь доложи.

Джардену стало до слез обидно. Но что я сделал!?, спросил он у сержанта.

Нитего. Ответил Свирн. Жапомни, убирать дерьмо не штыдно, штыдно в нем жить. Вообще отхожее мешто на краю лагеря. Туда все ходят. А это, в казарме штоб жимой жопу не жаморожить.Жаконтишь, шходишь в баню и полушишь новую форму. А потом обед и он же жавтрак. Приштупай и жапомни. Прикаж надо выполнять, а не шпрашивать жачем. Попал бы ты в «Жележные ежи», полутил бы палок за такие вопрошы.

Работа была мерзкой и утомительной. Пока он орудовал лопатой, уже рассвело и к казарме потянулись добровольцы, подростки с виду постарше Джардена на три-пять лет. Двое из них отделились от толпы и подошли ближе.

Вот это я понимаю, Гвардия, тут даже дерьмо за нами будут убирать специальные слуги, с усмешкой произнес худой светловолосый парень.

Пошли Этланд, произнес второй, тут воняет.

Я тоже лучник, произнес Джарден. Тут слуг нет.

Правда, усмехнулся, парень которого назвали Этландом? А может мне нагадить тебе на лопату, чтобы тебе было легче убирать дерьмо?

На глаза Джардена опустилась красная пелена. Очнулся он, уже сидя на груди Этланда и нанося удары ему по носу. Его спутник оттащил Джардена, Джарден зарычал , - Двое на одного! и схватил лопату.

Другие ребята притихли, наблюдая за происходящим.

А ну прекратить!

К месте драки подошли старшие офицеры — капитаны Геллард и Гохан. Геллард выглядел довольным и посмеивался, пока добродушный Гохан смотрел неодобрительно.

— Значит, ты показал этим куропаткам, кто здесь хозяин, да? — спросил Геллард, выпуская дым из трубки.

Джарден гордо кивнул, испытывая удовлетворение от победы.

Молодец, он ведь постраше тебя, яйца у тебя есть— продолжил Геллард. — Правда, есть одна проблема. В казарме у тебя нет врагов. И ни у кого из вас, проорал Геллард так, чтобы всем было слышно. Сейчас ты помиришься с этим сопляком. Пожмете друг другу руки .Потом закончите работу вдвоем. Если еще увижу драку, найду всем занятие похуже этого! И не буду разбираться кто виноват! Это всех касается!

Но он же сказал.., начал Джарден.

Гохан вмешался, поглаживая рыжую бороду:

Битвы выигрывает войско, а в войске жизнь каждого зависит от товарищей. Никогда не забывай это правило.

Слушай , извини, произнес Этланд и протянул Джардену руку. Я просто люблю шутить, но получилось не очень.

Те кто сказал, что им нравятся твои шутки, тебя подло обманули, Джарден пожал протянутую руку.

Ну все, за работу, сказал Геллард.

Через пару часов,работы к ним подошел Свирн.

Оштавляйте все и жа мной, покажу где баня, потом ко мне, полутите одежду и на обед.

Но мы еще на закончили, произнес Этланд.

Да не надо, усмехнулся Свирн, жолотарь приедет, шоберет дерьмо и увезет. Обытьно так и проишходит. Но ешли ешть желание, дерьмо для вас вшегда найдетшя.

После бани каждый получилитесак в ножнах, кожаный ремень с серебрянной бляхой с гербом «Серебряных луков» , хорошие новые сапоги, желтые штаны из невыделанной кожи, пару исподнего из белого хлопка, отрез ткани, для обмотки ног, короткую кожаную куртку с застежкой на крючках с капюшоном и гербом с королевским змеем на груди и темно зеленый шерстяной плащ, подбитый кроличьим мехом, свернутый в рулон и перетянутый ремнем, Джардену плащ достался ношеный, но состояние было хорошим. На обед они получили нечто среднее между кашей и супом, однако в каждой тарелке лежал хороший кусок свинины, хлеб и лук стояли на столе в корзинах и их было столько, что остались недоеденные.

После обеда Свирн до захода солнца гонял их по полю, бесконечно заставляя перестраиваться, под едкие замечания Гелларда, относительно способностей его воинства.

Ближе к вечеру молодое пополнение подошло и к казарме Гохана и он ушел заниматься их воспитанием.

Когда Свирн закончил муштру, все уже валились с ног и у половины появились мозоли. Получив на ужин по пшеничной лепешке, паре луковиц, куску жесткой солонины и огромной кружке разбавленного вина, будущие лучники крепко уснули.

На следующее утро Геллард уехал в город, а сержант Свирн построил всех перед казармой.

Вше у кого можоли. Объявил он, ходите бошиком , пока не жаживут. А шейчас, нашнем делать из вас лушников. Жа мной!

В паре сотен шагов в сторону от казарм, на поле стояли невысокие деревянные конструкции, похожие на ворот колодца без ручки, в человеческий рост, через них были перекинуты сетки набитые булыжниками привязанные к толстой веревке, перекинутой через крутящуюся перекладину. Перед ними в землю были врыты короткие бревна. Чуть подальше, почти вплотную к валу окружавшему лагерь, стояли мишени из пенькового каната, прикрепленные к дощатым щитам.

Вот, произнес Свирн и подняв веревку с земли правой рукой, уперся левой в бревно.

Берете веревку пааальцами, не жажимая в кулак. И мееедленно тянете к груди, туда куда тянут тетиву лука. Пока не шкажу што хватит.

А зачем это, сержант? Спросил Бигрмар, младший сын богатого фермера из Ургенталя.

Шынок, жнаешь где мой лук? Спросил Свирн обращаясь к Джардену. Шбегай ка принеши. И штрелы!

Джарден понесся в казарму,Свирн спал со всеми, его койка стояла первой сразу после капитанской каморки, рядом стоял деревянный сундук, у изголовья койки сержанта стоял вощеный чехол, в который был убран лук , а рядом стоял колчан со стрелами.

Вернувшись Джарден передал лук сержанту, тот нежно расшнуровал чехол и аккуратно, как хрустальную вазу, достал оттуда лук и тетиву и держа лук в правой руке, а тетиву в левой, передал Биргмару.

На, натяни тетиву, предложил Свирн.

Биргмар, накинул петлю на нижний конец лука, упер его в землю и держа в левой руке тетиву навалился правой рукой, а потом и всем телом на верхний конец лука. Лицо его покраснело от напряжения.

Шмотри не обошрись, добродушно произнес Свирн.

Ладно, вот шмотрите, Свирн упер конец лука в землю, пригнул верхний конец к земле и накинул тетиву.

На, попробуй, Свирн протянул Биргмару лук и стрелу.

Биргмар попытался натянуть тетиву, но лук остался практически прямым.

Дай шуда, Свирн забрал лук и встал напротив мишени находящейся примерно в сотне шагов.

Почти не целясь, он натянул тетиву и тут же выпустил стрелу.

Одновременно со свистом все услышали глухой удар со стороны мишени.

Ну, што там? Спросил Свирн.

В мишени осталось оперение стрелы, Свирн попал почти в центр, отклонившись он него всего на полладони. Стрела пробила веревку, доску толщиной в два пальца и ушла в землю насыпного вала.

Все што я говорю, наставительно произнес Свирн, многозначительно грозя им пальцем, пригодитшя вам в бою.

Вот вы жумаете, я ветеран, полутивший раны в шотне боев да? Я был в трех боях. И в двух я полушил только шарапины. А все это, я жаработал при Шенвайзе, в первом же бою. Когда Талгор Великий упокоился ш миром, да хранит Ашторг его добрую душу, нашему королю было шешнадцать. Далмонршкий гершог Алмамарко, отец гершога Адалмарко, брата нашей доброй королевы, решил што он больше не будет вассалом Артаноршкой короны, шобрал войшка и наемников тарзуранских пиратов. Пока войшка бились, гвардия герцога обошла наших, раштоптала лушников и ударила в тыл. У Жележных холмов, полегла пошти вшя гвардия. Наш доблешный король, билша, в одежде проштого «Жележного ежа» штоб его ен ужнали враги, крештьяне нашли его живым, жаваленным трупами, пока герцог, запретив шобирать трофеи, не жадерживаяшь рванулша к нашей штолице.

В штолице оштался Кьярн Корвелон граф Кириналшкий храбрый воин, покойный король Талгар хотел нажнагить его маршалом да не ушпел, но командовать кроме него вше равно было некому. Ношью на кораблях прибыли войшка, две тышачи ветеранов жележных ежей. Обычно копейшщик отлишаетша от крештьянина только тем, што у него кишки и голова в жележной каштрюле, ешли повежет. Но эти были штойкими и бешштрашными. Нас лушников в штолице оставалошь три шотни. Из них опытных пара дешятков, а оштальных, как меня взяли прошто потому что мы могли штрелять иж лука. И пошти две тышши городшкого ополшения.

И вот у Шенвайза, всего за полдня пути от штолицы, Кьярн выштроил войска. Впереди городшкое ополшение, а за ними две тыщщи лушников .

Свирн заулыбался.

Кьярн ношью шкупил всю желеную ткань,прикажал нарежать иж нее плашши, шкажал копейщикам оставить щиты в штолице и нести копья не поднимая вверх. Мы даже думали придумать ему прожвище Хитрый. Но потом он покажал что ему больше подхожит Шмелый, так и живет без прожвища.

Алмамарко не штал ждать. Его пехота была шильно потрепана при Жележных холмах, а гвардия свежа и воодушевлена победой. Чего штоят против тышаши его лучших рыцарей, четыре тышшы проштолюдинов и лушников, беж тяжелой пехоты и пик? Он решил наш раштоптать. Жа ним на телегах вежли метательные орудия. Он прикажал выпустить нешколько жалпов, штоб проредить наш штрой и жапугать. Хотел жакончить все быштро. Тогда мне и обварило голову горящим машлом. А когда мои товаришши потушили огонь плащами, герцог уже вломился в наш штрой, топтать лушников, как он привык. Только вот лушников в нем пошти не было. Ветераны жежелных ежей, в плащах лучников подняли копья ему навстрешу. Старого гершога вэяли в плен. И ополчение, которое для виду побежало , ражвернулось и ждорово нам помогло. Шелюшть мне ражбили тоже там, но победу я вштретил стоя на ногах.. Даже беж коннишы далморншев было не меньше наш, но Кьярн повел нас в бой и они побежали.

Ешли б не этот бой, я бы и шейчаш понравилша вашим мамкам, закончил Свирн свой рассказ.

А рашшкажал я это, штоб вы поняли, шлушайте штарого Швирна, я шделаю иж ваш лушников. Тогда может переживете первый бой, полушше шем я.

Жавтра мы пойдем в ясеневый леш. Я покажу как выбрать хорошее деревше, для лука и покажу как щделать лук ш помошью этого ножика, тут Свирн хлопнул рукой по висящему на бедре тесаку. А вешной ешли ушпеем пошадим новые деревша.

Через три месяца Джарден и его товарищи смогли не только натягивать лук, но и стрелять из него, с точностью пока было не очень, но Геллард по своему их утешил, сообщив что на войне не принято стрелять в глаз лисам и в яблоки на головах у мальчиков, а по вражескому войску они и сейчас не промахнутся. Рядом строили временные землебитные казармы для пополнения, в лагерь вернулись и опытные лучники, помогавшие с обучением новичков.

К середине весны они принесли присягу королю, на церемонии королева лично раздала каждому первое жалованье гвардейца, по серебряному хладрию каждому.

Им разрешили увольнение в город.

Свирн проводил их напутствием : Лушше вшего, ешли вы отдадите первое жалованье мамке, вше таки она ваш лоботряшов родила и вошпитала, но у кого ш этим жатруднения, потратьте первое жалованье ражумно, на вино и девок. Вешной выштупаем и вернутшя не вше.

До города Джарден шел вместе с Этландом, он оказался нормальным парнем, когда не пытался шутить и его другом Андиром, потом они завернули в трактир, а Джарден решил навестить Моррела.

По дороге от порта он увидел что «Медного льва» уже спустили на воду.

Миновав верфи он подошел к домику Гарата, отца Моррела, приземистому строению сложенному из камней, крытому дерновой крышей. Моррел сидел на пороге и внимательно на него смотрел.

Джарден! Воскликнул Моррел. Ты и правда в гвардии. Выглядишь как воин. Как у тебя дела? Ну то есть я знаю. Жаль твоего отца. Я знаю где его похоронили, могу показать.

Покажи, ответил Джарден. А как у тебя дела?

Ну я теперь хожу на отцовской лодке. Его забрали в моряки. Но он говорит ему повезло, он ходит старшим помощником капитана на галере. Капитан там из благородных, ничего не смыслит в кораблевождении, зато в остальном человек умный, сметливый и отца уважает. Сама галера отцу не нравится, он ругает ее каракатицей и говорит чтоб я берег его ласточку, это он так о лодке своей говорит. Но она и правда ходкая.

Джарден немного позавидовал Моррелу, тот с всегда знал чего хочет, с детства был рыбаком и мало интересовался чем либо , кроме моря, лодок и рыбалки.

Надменный капитан оказался человеком слова, на могилке Тарстада лежал камень с выбитой надписью «Тарстад, умер от бесстрашия». На Джардена нахлынули воспоминания и на глазах выступили слезы. Пойдем старик, сказал Моррел положив руку ему на плечо. Мать там рыбы нажарила, заходи к нам.

Проходя мимо мастерскойЭмрольфа, Джарден увидел красивую светловолосую девушку, примерно их лет, в клетчатом шерстяном платье перехваченном на тонкой талии, поясом с позолоченными бляшками в виде рыбок.

Привет Моррел, а кто это с тобой? , спросила девушка. Ее волосы были собраны в косы, достававшие ей до пояса, а голубые глаза искренние и светлые внимательно изучали Джардена.

Асдис, ты чего, этож Джарден, ты наверняка его видела раньше, мы давно с ним дружим.

Нуууу нет Моррел, его, я бы запомнила. А ты собираешься служить в гвардии до старости Джарден? После войны ведь служат по желанию?. Ну ты чего молчишь ? Засмотрелся?

Ой, извини, ответил Джарден. Пока не знаю.

Ну так ты узнай, гвардеец, ато я может и подожду твоего возвращения. Асдис густо покраснела , развернулась и побежала в дом. Пока!

Да она в тебя влюбилась! воскликнул Моррел.

А кто она?

Средняя дочка Эмрольфа, он хорошо ладил с твоим отцом. Ладно, пошли уже жрать.

Поужинав Джарден выпил с Моррелом пару кружек пива и собрался в казарму, решив вернуться до темноты. Смешливый взгляд Асдис, всю дорогу стоял у него перед глазами, Джарден жалел что не смог связать и пары слов и не придумал ничего стоящего из того, что можно было бы ей сказать. Обиднее всего что по дороге, ему пришло в голову много удачных фраз и он в своих мечтах уже вернулся с войны героем и уговорил ее поженится. Джарден ворочался всю ночь и так и не выспался.

Раат Ференат, владыка страны Раат Ференат, Сын Солнца, Повелитель вечного неба симпатичный молодой человек, с гладко выбритым лицом и головой, задумчиво ковырял в носу, осматривая город Раат Ференат из окна высокой шестиугольной башни из желтого песчаника. Тысячелетний город, хоть и привычный с детства, до сих пор казался ему невероятным творением неведомых сил, которыми он к своей досаде не владел. Даже занудный злой старик Хептах Мернефрет, верховный жрец Раат Ференат, при взгляде на иссушенное тело которого казалось что он скоро рассыпется, умел вызывать огонь, но говорил что этому не каждый может научится, зато досаждал всякими бесполезными науками и историями про людей, которые давно умерли, нагоняя на Сына Солнца страшную тоску и раздражение. Иногда ему казалось что когда его сестра Раат Ференат подрастет, старик наверняка от него избавится, девочка была всеобщей любимицей и даже старый Хептах глядя на нее скалил в подобии улыбки свой мерзкий беззубый рот. Ровные линии улиц и здания сложенные из огромных блоков песчаника ровными рядами простирались почти до горизонта, только окраины древнего города, были застроены корявыми глинобитными домишками.

Айкен! Почему он не говорит мне как управлять огнем? Ты что то узнал?

Айкен, молодой стройный темноволосый мужчина в бирюзовой тунике с головой повязанной бирюзовым платком, с золотым обручем на лбу с символом Раат Ференат, глазом с исходящими от него солнечными лучами, смуглой , как у всех жителей страны Раат Ференат кожей упав на колени и прижавшись к полу лбом заговорил:

Раат Ференат, Сын Солнца, Повелитель..

Довольно! Это мне уже известно. Что ты узнал, вставай и расскажи.

Сын Солнца, ты должен знать что похоже старый Хептах просто фокусник. Все эти появления огня в храме Раат Ференат, просто фокусы, я не смел рассказать тебе это, пока не получил доказательство. Вот оно. Айкен достал из сумки на поясе мешочек с какими то чёрными комками и положил на мраморный стол. Это вещество вызывает огонь. Оно зовется Раат Малахар.

Вот эта грязь?!

Сын Солнца, позволь тебе показать, Айкен отсыпал часть содержимого мешочка на каменный стол, подошел к светильнику, взял одну из лежачих рядом с ним длинных щепок, макнул в масло и поджег.

Смотри Сын Солнца! Он поднес огонь к чёрной кучке и та с треском полыхнула огнем.

Старый мошенник! Воскликнул Раат Ференат. Так вот почему он не может мне показать силу Раат Ференат. Он крутит нами как хочет, изображая себя всемогущим и показывая нам фокусы?!

Где он это берет!?

Делает из нечистот, мне дал его Махат Рахас, он ненавидит Хептаха, сейчас он куда то пропал, возможно Хептах приказал его убить, но Махатрассказал мне что Раат Малахар изготавливают в храмовых подземельях.

А как же бессмертный Накиб и остальные два десятка Фениксов Раат Ференат прислуживающих Хептаху? Они бессмертные или нет? И что у них глазами? Почему у них черные белки глаз?

Думаю, о сын Солнца и для этого есть разумное обьяснение, отвечал Айкен. Нужно время чтобы все выяснить.

На город Раат Ференат опустился теплый вечер. На широких улицах мощеных огромными каменными плитами зажглись масляные светильники. Храм Раат Ференат, огромное квадратное здание из отполированного розового известняка, покрытого воском закрывал свои ворота на ночь. Посреди огромного зала стоял иссохший старик в желтом халате, Хептах Мернефрет, верховный жрец Раат Ференат. Перед ним стоял жилистый высокий воин, его смуглая, как у всех жителей страны кожа имела серый оттенок , а глубоко запавшие глаза были абсолютно черными, без белков.

Накиб, начал Хептах, Махат Рахас, неблагодарный негодяй, дважды нас предал. Он отпросился в паломничество в пустыню Кемат, говорил что место где Раат Ференат когда то явил свое могущество, может принести нам новые знания, ты знаешь, там земля оплавлена как стекло, и те кто провел там много времени умирают от неизлечимой болезни, желающих что то искать там мало и я отпустил его. Лживая собака! Он выдал секрет Раат Малахар , Айкену, этому угодливому шакалу и как будто этого недостаточно, сбежал за море.

Мы выяснили что он отправился в страну Артанор. Не важно успел он выдать наши секреты чужеземцам, или нет, он должен умереть. Ты получишь мулов и товар на дорогу и будешь говорить всем что ты купец. Распорядись им как хочешь, предатель должен умереть и он должен чувствовать что умирает, его смерть не должна быть легкой.

С тобой едет она, Хептах взмахнул рукой и из тени зала вышла темноволосая смуглая девушка с миндалевидными черными глазами.

Это Меран. Там где не поможет сила, она возьмет хитростью. Не недооценивай ее. Она может сделать любой яд, ей знакомы свойства трав и камней. Собирайтесь.

В Артаноре наступила весна. Герцог Адалмарко, полный мужчина среднего роста, с круглым лицом и пшеничными усами, в штанах и куртке из красного бархата, расшитого золотой нитью и красном бархатном берете украшенном огромным рубином оправленным в золото, сидящий на черном как уголь жеребце, в сопровождении сотни закованных в латы всадников неспешно шествовал по Синей улице Маленборна в сторону королевского дворца. Чуть правее герцога на старом пегом мерине ехал Виценарий, худощавый мужчина средних лет с коротко остриженными начинающими седеть темными волосами и коротко постриженной бородой в одежде из черного бархата без каких либо украшений, кроме золотого ключа на цепи, нечего не открывающего, носимволизирующего его должность главы Совета герцогства Далморн. На щитах сопровождавших герцога рыцарей был его герб, красный сокол, переламывающий лапами стрелу висящий над тремя стилизованными золотыми сундуками. За ним тянулась вереница телег и шагала две сотни арбалетчиков .

Подъехав в королевскому дворцу он остановился и поднял правую руку. Рыцари спешились, а двое из них подбежали к ближайшей телеге и поднесли к герцогу , сидящему на коне оббитый бархатом маленький помост. Герцог нащупав помост ногой, перевалился на него, тяжело перекинул вторую ногу и спустился бормоча ругательства. Двое рыцарей оставив щиты в ближайшей телеге встали у него за спиной и герцог, жестом ладони приказав Виценарию подождать направился в ворота королевского замка. Стоявшие у ворот гвардейцы из «Серебряных луков» слегка склонили головы в знак уважения.

Пройдя по коридору отделанному дубовыми панелями герцог вошел в тронный зал. Король Валгар Хладрий по прозванию «Тяжелая рука» величественный чернобородый мужчина с крупным носом и тяжелым подбородком восседал на позолоченном троне, справа от него на кресле с высокой спинкой сидела сестра герцога, королева Эллисия, а слева стоял маршал Форн Дантейн.

Мой любезный государь и брат! с любезной улыбкой начал Адалмарко, слегка поклонившись и разведя руки в стороны. Эллисия, милая сестра! Как я рад вас видеть. И как мне жаль что повод такой ужасный.

Где войско? Грубо спросил Валгар.

Государь. Я не спал ночами думая о том, как принять достойное участие, в этой благородной войне. Этот пес Эльзаран не должен избежать возмездия. Но какой толк на поле боя от торговцев и ремесленников. Я узнал что для похода нужно золото. И я привез пять тысяч полновесных золотых солариев!

Пять тысяч солариев? Спросил Валгар смягчившись.

Да государь , а еще, для твоего похода наши мастера выковали десять тысяч наконечников тяжелых копий и сто тысяч наконечников стрел и я лишь прошу их оплатить, по окончании похода. Я все записал, Витценарий с Силтоном все запишут и подготовят к подписанию, если на то будет твоя воля. Я также предоставлю десять торговых кораблей, для перевозки войск, на каждый войдет семь,- восемь сотен воинов или три сотни лошадей, совершенно бесплатно и прошу лишь освободить Далморн от ренты и портовых сборов во всем Артаноре на пять лет и то , не потому что не хочу ее платить, а оттого что Далморн переживает не лучшие времена и нам пришлось тяжело, мы отдаем все что есть. А еще я готов предоставить шерстяной ткани, кожи, сапог, пеньки, железа лучшего качества и все по лучшей цене государь! Прикажите внести золото?

Валгар кивнул, Адалмарко хлопнул в ладоши, один их сопровождающих его воинов побежал во двор и вскоре в зал занесли двадцать небольших сундуков и открыли крышки.

Время обеда, сказалВалгар, я буду рад если ты на нам присоединишься. В зал внесли стол и стулья и аккуратно занесли поднос с жареным кабаном, аромат которого наполнял зал. Поварята в ярких костюмах весело расставляли блюда и разливали вино по бокалам.

Форн! Воскликнул Валгар, присоединяйся. Кстати , что там Киринал?

Сегодня прибыла тысяча легкой конницы, они хороши для каррафских пустынь. Только в отличии от каррафцев у них вместо луков, пучок дротиков с четырехгранным острием. Вблизи они пробивают кольчугу и могут и с панцирем справится. И еще две тысячи пращников, они хорошо обучены, свинцовой пулей на двести шагов разобьют голову как тыкву.

Понятно, проворчал Валгар, конные пастухи и голоногие пастухи. А что его «Красные мечи»?

Кьярн Корвелон, пишет что отправил лучших воинов, которых отличает не только преданность, но и желание захватить добычу и что на них можно рассчитывать и что он с «Красными мечами» остался выполнять ваш приказ, хранить Кириндал от врага, ответил Дантейн.

Отправь соглядатаев, не замыслили ли он предательство, пробурчал Валгар.

Королева залпом допила кубок с вином и встала: Государь, могу я вас оставить, я совершенно ничего не смыслю в этих мужских военных разговорах? и дождавшись кивка Валгара покинула тронный зал.

Обед закончился и Адалмарко поспешил в Далморн, видя его хмурое лицо, ехавший рядом Виценарий вздохнул, эх , столько золота государь..

Много, ответил Адалмарко, хотя золота не бывает достаточно. Однако золото я получаю каждый день, а кто сможет провернуть такое с воинами? Можно нанять наемников, но верность не купишь. Пусть они воюют столько, - сколько считают нужным, а мы посмотрим, а это золото.. оно к нам вернется сторицей и Адалмарко, с лица которого весь день не сходила угодливая улыбка, впервые улыбнулся искренне.

В порту Маленборна кипела жизнь. Войска готовились к походу. На королевский флагман «Змей», «Серебряную цаплю» и «Медного льва» под охраной братьев ордена пирокинетиков погрузили тщательно укутанные тканью тележки. Их закатили в носовые башни королевских галеасов, опечатали двери сургучом и выставили охрану. На «Змей» поднялся Саэрнус, брат ордена аэрокинетиков, способный повлиять на погоду и два десятка послушников ордена пирокинетиков.

На пузатые купеческие корабли и тонкие длинные галеры, похожие на хищных рыб, грузились войска. Джарден стоял в карауле на причале и грустил. На войну его не брали, Геллард сказал что заберёт с собой опытных лучников и часть пополнения, а молодежь займётся посыльной службой и караулами. Геллард , Гохан и Свирн с пятью сотнями «Серебряных луков» и сотней копейщиков погрузились на королевский «Змей». Джарден окреп и закалился, его руки и характер стали тверже и грустные воспоминания уже не вызывали слез, но он ловил себя на мысли что готов заплакать. Его товарищи «Серебряные луки» стали его семьей и оставаясь в Маленборне он ощущал себя брошенным. Из капитанов в Маленборне оставались Клевин Фалрион, командир первой роты охранявшей королевский дворец и Тернис Мальверт, многократно заколотый Джарденом в его фантазиях. К радости Джардена, его временным командиром стал Фалрион, а не заносчивый Мальверт, а обязанностью Джардена стала посыльная и конвойная служба.

Джарден с Этландом попали в конвоиры и на следующей неделе их небольшой отряд, во главе с сержантомБрайрондом Кривым должен были отвезти виновных в душегубстве преступников, в находившееся в глубине Железных гор, в Ржавой долине, куда никогда не попадают лучи солнца поместье Ворсеса, древнего вампира, жившего там со своей немногочисленной свитой, который, по договору подписанному еще при Старкаде Длинном, прапрапрапрадеде короля Валгара, брал на себя обязательство не обращать людей в вампиров и упырей и не участвовать в войнах ни на чьей стороне и не покидать ущелья без письменного разрешения магистра ордена пирокинетиков.

На следующее утро, под звуки труб и барабанов флот отправился отвоевывать замок «Ржавый меч». Флагманский «Змей» поражал воображение, он был на полкорпуса длиннее и вдвое шире «Льва» и «Цапли», похожих как две капли воды и отличающихся лишь фигурой на шпироне, двухъярусная носовая башня обшитая медью сверкала на солнце, кормовая надстройка была размером с мастерскую Эмрольфа и покрыта медной чешуей, изгиб кормы переходил в загнутое вверх подобие рыбьего хвоста, на котором покачивался огромный бронзовый витражный фонарь, внутри которого легко разместились бы четверо крепких мужчин. Три ряда весел синхронно шлепали по воде, выводя корабль из гавани, хлопали на ветру огромные паруса и над грот мачтой развевался стяг с королевским змеем. Джарден не удержался, подбежал к краю пирса и по детски помахал рукой уходящему флоту.