Между отчаянием и надеждой

Девочка старалась. Сжимала кисть так, как будто та была проклята самим Немесом и её нужно было удержать на месте. Свиток, видимо, был пособником, поскольку не загорался от ненавидящего взгляда. Луций не удержал смешок. Вайю резко вскинулась, но тут же понуро опустила взгляд. Наказание будет длиться ещё очень долго.

Луций заглянул за её плечо, задумчиво похмыкал и отвернулся к стеллажам. Добродушное выражение стекло с его лица. Никто не должен был даже заподозрить как сильно ему хочется оттянуть душивший воротник и закричать. Увы, он не мог позволить себе даже лишнего вздоха. Кастус Блау был слишком внимательным.

Луций водил пальцем по корешкам книг и свиткам, пока его мысли бродили по замкнутому кругу уже который месяц. Одни и те же, они кружили над ним как падальщики над трупом.

Луций планировал убийство главы своего Клана.

Когда эта мысль впервые пришла в его голову, он ужаснулся, затолкал её в самые дальние уголки своего сознания и постарался забыть. Мысль не исчезла, но затаилась, разрастаясь будто опухоль, протягивая свои щупальца в его сны, отравляя его существование.

Кастус Блау был опухолью Клана.

Луций старался найти ему оправдания, уговаривать и направлять. Он пытался сам принимать некоторые решения, подталкивать в нужном направлении. Но Кастус Блау тянул их ко дну. За всеми своими интригами и сетями он не видел очевидного — он не решал проблемы, а лишь отодвигал их на неопределенный срок. А потом случилось это.

Вайю долго и упорно боролась за свою жизнь, чтобы проснуться другой. Это было заметно. Даже слишком, но… Это была Вайю. Принятая предками, ожесточенная будто волчонок, это все ещё была она.

Кастус настораживался. Кастус всматривался. Кастус успокаивал себя иллюзиями. Луций кивал в ответ. Луций тоже себя обманывал.

А потом она поставила его на колени.

Девочка думала, что обидела его, но сдаваться не собиралась. И это было к лучшему, потому что Луций больше не смог бы себе лгать.

Это была не их Вайю.

До дрожи похожая, до ужаса другая. Чужая Вайю Блау.

Поначалу Луций присматривался. Ждал, когда она совершит ошибку. Ждал, когда тварь явит своё лицо. Осознание было неожиданным. Новые навыки, которые выглядят так, как будто их отрабатывали годами, новые изобретения, будто случайно забредшие в её голову. Ответ был на поверхности.

Эта Вайю была взрослой. И предки об этом знали.

Молчащие на протяжении многих лет, они внезапно проявили недюжинное внимание самому слабому члену рода. Дураком Луций не был. И в старые легенды он тоже верил. Будущее их безоблачным явно не будет.

Тут его мысли всегда возвращались к Кастусу. Нет, он был хорошим главой в целом, но его недоверие даже к самым близким порой делало его слепым. Опасно слепым. Луций правда не хотел об этом думать, но уже не мог остановиться.

Раньше его всегда останавливала мысль, что Наследник не готов к такой ноше, а нарушение клятвы убьет Луция быстрее, чем тот сумеет помочь. Но теперь у рода была Вторая Наследница. И чем больше раздумывал Луций, тем больше приходил к неутешительному выводу: прошлая ситуация может произойти вновь. Должна произойти.

Луций сжал веки, проглотив ком в горле. Как бы Аксель не походил на своего покойного отца, видит Великий, он любил Юстиния, но он не справится. В отличие от девочки. Луций видел отражение этих мыслей в глазах Кастуса. Ещё неопытная и порывистая, она уже сейчас была ближе к званию Главы, нежели брат. Она была опасно к этому близка.

Желание Луция поехать в храм теснилось с горечью и тоской. Он любил их всех, но Великий, как он устал сражаться с ветряной мельницей. Кастус смотрел и не видел, а Луций не мог его заставить открыть глаза. Но теперь у Клана была надежда. Юная, злая, упорная. Порой напоминающая Кастуса настолько, то становилось тошно.

Но она — видела. Решала проблемы безжалостно и твердо. Она будет ещё хуже Кастуса. Она будет лучше.

Вот только…

Кастус Блау склонился над свитком Дандалиона и что-то негромко ему объяснял. Девочка вытягивала шею и чуть улыбалась. Двое медленно и неуверенно делали шаги навстречу друг другу.

Семья — её клин.

Будто мало этого, недоверчивый Кастус Блау начал приоткрывать завесу тайн. Пока лишь одной девочке, неохотно и осторожно. Но начал.

Решение Луция меняло свою полярность каждый день. Смогут ли два столь похожих человека довериться? Он смотрел на девочку и верил в это всё больше.

Решение было принято. Через декаду Луций отправлялся в Левенсбрау.