Между строк

Раннее коралловое утро, треснуло словно старая наволочка.

— Маэстро!

Откормленные голуби спешно заглотили крошки и бросились врассыпную.

— Маэстро!

Хлипкая щербатая дверь жалобно ухнула принимая удар.

— Маэстро!

Неожиданно костяшки пальцев провалились в пустоту.

— Доброе утро, синьора, — в проходе возник невысокий старичок в сером мешковатом плаще, накинутом поверх длинной ночной сорочки. Любопытное солнце тут же блеснуло в стеклах его треснутых очков, причудливо преломились и вспыхнуло десятком свечей за его спиной.

— Да какое же оно доброе?! Если так дело пойдет, я останусь одна! Вчера мой дорогой муж ужинал в харчевне Иннес, что стоит на углу улицы! Он уйдет от меня, как есть уйдет, и виноваты в этом будете вы! — Сеньора Белла Грассо достала из кармана своей безразмерной юбки серый платок и громко высморкалась. — Ведь это ваш никчемный ученик водил вокруг меня кристаллом, бормотал абракадабру, а потом сказал, что моя проблема не магического толка. А я говорю проклятье! Как есть, на мне проклятье! Это все моя свекровь виновата, упокой Господь ее душу. Это она утащила на тот свет мое семейное счастье! Вот же ведьма неугомонная, пока с нами жила, вечно ее крючковатый нос был то в кастрюле с пастой, то в ванне с бельем, — посетительница грозно потрясла в воздухе кулаком. Старичок бросил взгляд на соседние дома. Любопытные носы, уши и глаза вдоволь наслаждались утренним спектаклем. Не пройдет и получаса, как болтливые языки разнесут по городу сплетни о визите синьоры Грассо в его лавку.

— Мио кара, прошу, зайдите и расскажите мне о проклятье.

Гостья не без труда протиснулась в лавку. Снесла юбками подобравшуюся слишком близко к краю прилавка вазу, и рухнула в кресло для посетителей. Кресло напряглось и жалобно заскрежетало.

— А что тут рассказывать? — Белла вновь вынула из недр юбки серый платок и вытерла им красные от бессонной ночи глаза, — Мы с моим дорогим Орсо пятнадцать лет живем душа в душу. И все было хорошо. Он давил оливки на масло, я вела хозяйство и терпела его мать. Но старая ведьма умерла, и Орсо как подменили. Теперь он все время жалуется. Еда у меня пресная, рубашки я стираю плохо, дрова покупаю сырые, а фамильный хрусталь и вовсе в руки брать страшно, настолько он мутный. Это порча, как есть порча! — По пухлым щекам покатились слезы.

— Синьора, я кажется знаю, как помочь вам!

Лавочник хитро улыбнулся, подошел к одной из полок и взял с нее увесистую шкатулку. Сдул с нее пыль и протянул посетительнице. Та схватила ее дрожащими пальцами и открыла. Внутри искрился белый порошок.

— Что это? — голос от волнения сел.

— Ооо, синьора. Это ваше спасение. В шкатулке заключена властительница жизни и смерти. Божественный дар, частичка их силы. Великое благо и страшное проклятье. Мерило богатства, могущества, спокойствия. А главное — залог верности синьора Орсо Грассо. Крохотная щепотка этого волшебного порошка вернет в вашу семью мир.

— А куда? Куда его сыпать?

— Куда хотите. Мужу в еду. На грязные рубашки и сырые дрова. Можете развести водой и ополоснуть свой фамильный хрусталь.

Синьора Грассо вылетела из лавки, прижимая к груди подаренную шкатулку.

— Маэстро волшебник! Как есть волшебник! — Доносились с улицы ее восторженные крики.

Лавочник закрыл скрипучую дверь и усмехнулся. Из-за ширмы выглянул взъерошенный ученик.

— Она ушла?

— Да.

— После того как вы отдали ей нашу шкатулку с солью?

— Верно.

— Но ведь в ней нет магии!

Старичок вновь усмехнулся и постучал указательным пальцем по лбу мальчишки.

— Магия здесь, друг мой. А все остальное лишь средство. И соль, кстати, не худшее.

март 2024