Мегрэт

Мегрэт всегда открывала лавку в девять утра. Каждый день после того, как переехала в Руно́к из родной деревни. Первые годы было тяжело, жители технологической столицы не видели нужды ни в магической помощи, ни в магических оберегах. Но постепенно ситуация выправлялась и у неё даже появились постоянные клиенты. Магия недолговечна в местах, где люди мало в неё верят, поэтому амулеты приходилось постоянно подзаряжать.

Мегрэт удивлялась поначалу, насколько быстро здесь рассеивается сконцентрированная магия. Она провела множество экспериментов и вывела новые, усовершенствованные наговоры, дающие возможность тратить малую часть накопленной магии на более длительное сохранение основной части путём создания защитного кокона вокруг амулета. Побочным эффектом стало мягкое свечение полностью заряженных амулетов. Это нравилось клиентам и по эстетическим соображениям, и по практическим – по интенсивности свечения можно было легко определить, когда заряд подходит к концу. Чаще всего покупали амулеты на удачу и на сосредоточение, концентрацию внимания. Однако, спрос был небольшой и дохода почти не приносил.

Она посылала весточки домой. Ведьмы – народ упрямый, держатся за свои устои. Мать отвечала всегда большими теплыми посланиями, в которых чувствовалась любовь и поддержка всей семьи.

Год назад был краткий пик на услуги по передаче посланий с помощью магии. Мальчишки, доставляющие письма бегом, были весьма ненадёжны. Но потом власти Рунока создали централизованную почтовую службу и заказы у Мегрэт пошли на спад. Власти гарантировали доставку писем до адресата. Несмотря на то, что ни одно послание Мегрэт не было потеряно, каких-либо гарантий ведьмы не давали, поэтому свои послания жители предпочитали посылать всё-таки по почте.

А затем Технологическая Коалиция совершила прорыв. Их технари научились накапливать электричество в энерганах, которые потом постепенно отдавали его. Энерганы стали основой для новых технологий. Появился телеграф, потребляющий электричество. Поскольку производство энерганов было дорогим, телеграф пользовался не таким большим успехом, как обычная почтовая пересылка. Однако, Мегрэт осталась в этом отношении вообще не у дел, так как люди предпочитали обращаться к технологиям, пусть и дорогим, нежели к магии, которую считали нестабильной и ненадёжной, невзирая на все увещевания Мегрэт.

В то время к ней в гости залетела старая ведьма, возвращающаяся из каких-то далёких южных краёв в такие же далёкие северные места. Наслаждаясь укрепляющим чаем, она выслушала жалобы Мегрэт и сказала:

– Энергия, энергия и ещё раз – энергия! Люди века пытаются её обуздать и заставить работать на себя. Огонь, пар, теперь вот электричество. Нам это не нужно, нам подвластна магия, которая помогает во всём. Но ведьма, которая могла бы преобразовать магию в энергию, полезную людям, могла бы стать не просто знаменитой, но – великой. И люди бы стали больше верить в магию, а не в эти их технологии, магии стало бы больше. А это всегда на пользу ведьмам.

– Но как? – удивилась тогда Мегрэт. – Магия и технология – несовместимые вещи!

– Так ли? – прищурилась старая ведьма. – Как был создан чайник, в котором ты заваривала этот чай?

– Я купила его у кузнеца на соседней улице, – растерянно ответила девушка. – Думаю, он его выплавил из металла и сковал в своей кузнице.

– Верно, он использовал не магию, а технологию. Но ты взяла этот чайник и сварила в нём этот прекрасный магический чай. – Она протянула руку с пустой чашкой, – налей-ка мне ещё. Это самый прекрасный бодрящий чай, который я пробовала последние лет двести.

Следующие пять лет Мегрэт искала способ направить магию в технологическое русло. Но пока, кроме защитного кокона, ничего не выходило.

Обычно к празднованию Нового года у неё увеличивалось количество заказов на всяческие магические кулоны, украшения и фейерверки, однако в этом году стали популярны механические игрушки с энерганом.

Мегрэт сидела в лаборатории, отделённой магической пеленой от основного зала, и в бессчётный раз перечитывала свои записи, описывающие все предыдущие эксперименты, размышляя о том, как жить дальше. Денег почти не оставалось. Видимо, в следующем месяце надо будет закрывать лавку и возвращаться домой. Все её попытки что-то изменить в умах горожан были бесполезны. Семь лет прошло, семь лет она живёт с ними и старается показать пользу магии, но они не верят и, по всей видимости, никогда не поверят.

Звякнул колокольчик над входом. Он висел там больше для посетителей, нежели для Мегрэт, всегда знавшей, кто входит в её лавку.

Это была Лили, девочка примерно пяти лет, что жила выше по улице. Её отец, Виль Тра́уме, являлся одним из богатейших предпринимателей Рунока. Мегрэт частенько видела их из окна, как они прохаживались всей семьёй по улице либо проезжали в дорогом экипаже, запряжённом четвёркой холёных лошадей.

Лили плакала, прижимая к груди одну из этих новых механических игрушек.

– Что случилось, милая? – ласково спросила Мегрэт.

– Мой Бе́гнар больше не хочет ходить, – сквозь слёзы ответила та. – Па́квел сказал, что энерган вышел из строя и ничего нельзя сделать.

Паквел – это старший сын Виля Трауме, по слухам очень толковый парнишка, досрочно поступивший в Высшую техническую академию Рунока. Он достаточно разбирался в таких вопросах.

А то, что любимая дочь технопредпринимателя пришла к ведьме, это уже дорогого стоило. Видимо, очень уж любит Лили свою игрушку. Мегрэт мягко взяла девочку за руку потянула к столику:

– Садись сюда, выпей чаю. А я пока посмотрю, что можно сделать.

Она налила чай Лили и взяла игрушку. Это был небольшой гном, одетый так, как люди представляют себе одежду гномов. Под одеждой скрывался механизм, похожий на часовой, двигающий руки и ноги, поворачивающий голову. В разрезе на спине была видна небольшая ниша, в которой находился цилиндр энергана. Мегрэт вынула его. Она никогда раньше не держала в руках эту дорогую штуку, доступную далеко не всем жителям Рунока, не то что ей, ведьме. Но сразу почувствовала, что с ним что-то не так. Не разбиравшаяся в технологиях, Мегрэт не могла сказать, что именно, это было чувство, а не знание.

– Посиди здесь, – сказала она Лили, и та грустно кивнула.

Оставив гнома на столе, Мегрэт прошла в лабораторию. Что не так с энерганом и как она это понимает? Она вертела его в руках и так и эдак – металлический цилиндр, облачённый в картонную оболочку, открытую с торцов. На картоне были какие-то обозначения, ничего не говорившие Мегрэт.

Она попыталась мысленно проникнуть внутрь под металлический корпус и ей, хоть и с трудом, это удалось. И увидела слабые остаточные потоки этого самого электричества, затухающие прямо на глазах. И поняла вдруг причину. Как любая энергия, электричество всегда стремится быть в движении, оно не может тихо сидеть на одном месте. Энерган устроен так, что большую дозу электричества как бы закачивают в эту металлическую оболочку с одного торца, чтобы оно потом могло выходить постепенно из другого. Эти два торца не должны быть связаны друг с другом никаким образом. Как-то так вышло, возможно, произошло нарушение технологии, но именно в этом энергане торцы оказались связаны. Поэтому электричество перетекало из одного в другой, рассеиваясь в пространстве быстрее обычного.

Мегрэт вдруг стало жалко энерган, как будто он был живой, как будто это несовершенство его огорчало. Она снова мысленно потянулась внутрь закрытого корпуса и устранила эту связь. А потом, не успев даже подумать о том, что делает, напитала его магией. Энерган вздрогнул в её руках, как будто действительно был живым, и начал светиться из-под картонной оболочки ровным голубым светом.

Она всё ещё удивлённо разглядывала энерган, пытаясь сообразить, что же такое она сотворила, как колокольчик над дверью снова звякнул. В лавку вошёл Виль Трауме в сопровождении двух слуг-телохранителей. Мегрэт услышала его напряжённый голос:

– Паквел сказал мне, что ты, возможно, пошла сюда, Лили. Так оно и есть. Что случилось, милая? Почему ты здесь?

– Мой Бегнар умер. Паквел сказал, что его не починить.

Она снова собралась заплакать, поэтому Мегрэт, сунула энерган в карман платья и вышла из-за магической занавеси, приветствуя гостя:

– Добрый день, мистер Трауме! Очень рада видеть Вас у себя в лавке! Ваша дочь обратилась ко мне за помощью.

Тот внимательно посмотрел на девушку. По его виду нельзя было понять его отношения к происходящему. Слуги с любопытством глазели по сторонам, забыв обо всём на свете – в кои-то веки ещё случится попасть в лавку к ведьме!

– И чем ты можешь помочь? – наконец спросил предприниматель. – Насколько я понял из объяснений Паквела, вышел из строя энерган. Такое случается, технология пока ещё не отлажена до конца. Но ты же ведьма, а не технарь. Что ты можешь сделать?

Мегрэт многое слышала про Виля Трауме. И сейчас получила подтверждение услышанному. Недаром он считается лучшим предпринимателем – он ничего не отрицает сходу, всегда пытается разобраться и понять. Она вынула из кармана заряжённый магией энерган и показала его на открытой ладони:

– Я убрала внутреннее соединение и зарядила его…

– Что? – воскликнул мистер Трауме, глаза его округлились. – Ты устранила замыкание? Но как? И как ты его зарядила? Чем?

Слуги тоже во все глаза смотрели уже на неё. Мегрэт смутилась. Она не смогла бы объяснить, как у неё это получается. Она просто делает – и всё. У всех ведьм так.

– Ты починила его? – Лили вскочила со стула и подбежала к ним.

Никто не успел ничего сделать, как она взяла с ладони Мегрэт энерган, вставила его в нишу в спине своего гнома и поставила игрушку на пол. Бегнар сделал шаг, другой и пошагал вперёд, размахивая руками и вертя головой.

– Спасибо, спасибо! – Лили хлопала в ладоши, радостно подпрыгивая на месте. – Ура, ура, мой Бегнар снова ходит! Папа, смотри, смотри!

Мистер Трауме смотрел. Смотрели все. Мегрэт тоже не могла отвести взгляд от игрушки, бодро шагающей вдоль стены. Предприниматель первый пришёл в себя.

– Девушка, как Вас зовут? – спросил он.

– Ведьма Мегрэт. Но можно просто Мегрэт, местные не любят знать, что я ведьма.

– Что ж, им придётся теперь это полюбить, уважаемая ведьма Мегрэт! – категорически заявил мистер Трауме. – С этого дня. Со дня, который войдёт в историю! Вы даже не представляете, какое чудо вы только что совершили!

– Папа, теперь ты должен совершить чудо для Мегрэт! – воскликнула Лили.

– О да, милая! О да! И я намерен это сделать.

* * *

Чудо или не чудо, но тогда, полсотни лет назад, он действительно спас Мегрэт. Ведь если бы не его связи, не его авторитет, никакого хода изобретение Мегрэт не получило бы. Что она смогла бы сделать против Технологической Коалиции? Энерганы, их изобретение, приносили им стабильный и весьма огромный доход. Что-либо кардинально менять они не собирались, тем более применять магию.

Но Виль Трауме не зря носил свою фамилию. Он знал, как осуществить даже самую, казалось бы, несбыточную мечту. Он сделал ставку на магию и выиграл. Да, поначалу не всё шло гладко. Но уже через четыре года на небольшом заводе в пригороде Рунока четыре ведьмы, сёстры Мегрэт, заряжали магией энерганы производства Трауме. Технологическая Коалиция не смогла быстро исправить ошибки своей технологии, и после длительной борьбы сдала позиции.

С тех пор ведьмы стали требоваться во всё более различных областях жизни людей. Люди поверили в магию и магия стала прирастать.

Лили, уже будучи взрослой женщиной, однажды призналась Мегрэт:

– Ты знаешь, я очень тебя боялась! Девочки разное рассказывали про ведьм. Всё это было на уровне сказок и страшилок. Говорили, что кто воспользуется услугами ведьмы, станет проклятым, все механизмы в его доме сразу разрушатся и перестанут работать.

– Почему же ты пришла ко мне? Настолько отчаялась?

– Нет, не поэтому. За день до того, как Бегнар сломался, мы всей семьёй были в кондитерской мадам Сукрэ. Мама разглядела у неё на груди под фартуком твой амулет и сказала тогда папе, что это очень странно – видеть магический амулет у такой поклонницы технологий, как мадам Сукрэ.

– Да, она обращалась ко мне. Ей нужен был хранитель памяти. Она стала забывать записывать рецепты, которые придумывала. И потом никак не могла вспомнить, что придумала.

– Когда Бегнар перестал ходить, а Паквел сказал, что его уже не починить, что нужно покупать новый очень дорогой энерган, я подумала, что раз ты помогла мадам Сукрэ, то и мне поможешь.

На это Мегрэт сказала:

– Вот это и было – самое настоящее чудо, милая моя Лили! Твоя вера в несбыточное! Ты – настоящая дочь своего отца.