Механизм защиты

Бирс Рокстер отточенным движением плюхнулся в кресло оператора и привычно окинул взглядом многочисленные приборы. Всего трех секунд хватило чтобы понять — процесс добычи руды идет своим чередом и каких-либо неисправностей в оборудовании нет. Тогда он открыл принесенную с собой из кухонного блока банку консервированных ананасов, отпечатанных на пищевом принтере из лучшего сырья фруктовых фабрик Гурмандии, закинул вилкой в рот первое колечко и уставившись наружу через толстое стекло кабины, стал со смаком разжёвывать сладкую мякоть.

К слову сказать, смотреть там было решительно не на что. Бесконечные тучи песка, подгоняемые шквальным ветром, частично неслись мимо, частично врезались в поделенный стальным профилем на квадраты прозрачный колпак, закрывающий операторский пост от непогоды. Монотонный гул и мелкая вибрация от этой бесконечной бомбардировки проникали даже сюда, внутрь вышки управления. На этой чертовой планете девяносто процентов времени шли неугомонные песчаные бури — около недели буйства стихии, день или два передышки и опять всё заново. Во время бури видимость сокращалась до нескольких метров и управлять горнодобывающим оборудованием, вверенным Бирсу корпорацией, приходилось исключительно по приборам. Хорошо, что оно работало в автоматическом режиме и он подключался лишь тогда, когда что-то выходило из строя. Плохо, что из-за вездесущего песка неисправности случались чаще, чем этого хотелось. Для ремонта в распоряжении оператора имелись три МРР — многоцелевых ремонтных робота на гусеничном ходу. Находились они в ангаре, поблизости от конвейера первичной обработки, чтобы при поломке как можно быстрее добраться до места вероятного проведения работ. Два читайских и один джапонский. Первые двое, несмотря на то, что были относительно новыми, часто сами выходили из строя и половину своего рабочего времени занимались тем, что чинили друг друга. Джапонский же, напротив, был весьма стар, но на удивление функционировал исправно, чем очень радовал своего оператора. Дальше всех от вышки, где сидел Бирс, возились в грунте три здоровенных рудодобытчика. Урча и озаряя себя мельканием желтых проблесковых маячков, они трудолюбиво выгребали из него ценную руду, залежи которой выходили здесь прямо на поверхность. Набрав свои бункера полными, машины двигались к длинному прямоугольнику конвейера и высыпали добытое в его приемник. Внутри него, благодаря работе конвейерных механизмов, руда очищалась от легкоотделямой пустой породы и уже подготовленная к оправке, попадала в большой транспортировочный контейнер. В промежутках между песчаными бурями, где-то раз в неделю, с орбиты за ним прилетал беспилотный челнок. Забирал полный и оставлял пустой.

Не успел Бирс съесть и пол банки лакомства, как температура на одном из основных подшипников большой транспортерной ленты начала постепенно расти. Она пыталась это сделать еще вчера, но вовремя добавленная синтетическая смазка приостановила этот процесс. Жаль, что не на долго. Если песок в него попал, то хочешь не хочешь, а все равно придется менять. Рокстер задумчиво почесал обратной стороной вилки макушку, выбирая кого бы из роботов отправить разбираться с этой проблемой. По выработанной привычке надежного он старался лишний раз не трогать и использовал его лишь в крайнем случае. На днях один читайский опять вышел из строя, вот его-то и решено было использовать, чтобы заодно проверить успешность проведенного с ним ремонта.

Замена подшипника входила в перечень стандартных работ и на нее существовала не менее стандартная программа. Выбрав нужного робота, он запустил в нем соответствующий алгоритм действий, переключил один из нескольких экранов на камеру в техническом ангаре и наблюдая как оживает МРР, принялся дожёвывать ананасы.

Через минуту зажужжал зуммер входящего вызова. Это мог быть только Кредли Бупер с соседней вышки № 14, так как в такую погоду мог дозвониться только он. По материку, на приличном расстоянии друг от друга, было раскидано несколько десятков таких вышек управления, каждая со своим оператором и на своем месторождении. Компания по добыче, естественно, экономила на всем, на чем только можно и за связь отвечало старое оборудование неизвестно какого поколения. Поэтому, когда бушевала песчаная буря, Бирс мог связаться только с ближайшей вышкой № 14, расположенной на северо-западе. Зато в хорошую погоду можно было еще поговорить с вышкой № 15, которая находилась северо-восточнее и с вышкой № 12, расположенной южнее, а также появлялась связь с орбитальной станцией. Эта станция осуществляла общий контроль за всеми секторами добычи руды на планете, являлась перевалочным пунктом для полученного сырья и трудовых кадров при смене.

Рокстер клацнул тумблером видеофона и на экране, сквозь мелкую рябь, проступило лицо «соседа»:

— Здорово, тринадцатый! Ну что там у тебя нового, вываливай! Только давай не все сразу!

Это был сарказм, так как в стальной вышке, где операторы находились по двое месяцев безвылазно, новостям просто неоткуда было взяться. Бирс отработал уже полтора, еще пару недель и челнок увезёт его в заслуженный отпуск. За это время, от скуки, они переговорили обо всем, о чём только можно и даже немножко о том, о чём нельзя.

— Сожрал банку ананасов.

— Всё?

— Всё.

Кредли разочарованно упрекнул собеседника:

— Ну-у-у, мог бы хоть немного постараться и придумать что-нибудь более интересное для своего старого друга.

— Какой ты мне, к черту, друг?! Вот старый, это да, это верно!

Нисколько не обидевшись, Бупер заливисто расхохотался. Он был весельчак по натуре, и к тому же от однообразия бытия, их юмор давно уже скатился в сторону «чёрного».

— Что по железякам?

— Основной подшипник на транспортерной ленте надо менять.

— О! И ты молчал?! Кого отправил? — глаза соседа заблестели, он даже начал потирать руки от предвкушения. Бирс уже понимал к чему это.

— Читайский, после ремонта.

— Ха! Ставлю десятку, что он не сделает работу и «крякнет» сам.

— По рукам! — Рокстер, если честно, тоже не был уверен в положительном исходе ремонтных работ, но заключенное пари, при полном отсутствии событий, весьма неплохой способ развлечься.

— Где он сейчас?

— Только собрал запчасти и выползает из своего ангара.

— Это долго! Перезвоню тебе через часок, а пока пойду тоже съем ананасов — глядя на тебя и мне захотелось. Где, говоришь, они лежат?

— Я подкупил интенданта и в твою вышку вместо ананасов отправили концентрированную слизь Велторианских медуз.

— Готовь десятку, медуза! — отключаясь, опять рассмеялся Кредли.

Бирс тоже решил прогуляться до жилого блока, пока было время. Он вылез из кресла, тремя шагами пересек рубку управления и вышел через стальную дверь в вертикально-конусообразное помещение, соединявшее вместе все остальные. Жилое пространство, отведенное оператору сектора горнодобывающего оборудования, не могло похвастаться обширностью. Напротив находилась дверь в жилой модуль, состоящий из двух частей: кухонный блок и достаточно большую комнату отдыха. В полу так называемого коридора, находился круглый люк, ведущий в нижнее помещение башни. Оно было самым объемным и выполняло роль склада. В нем, от свободной середины, радиусами расходились стеллажи, заваленные запасным оборудованием и прочими принадлежностями. На самом верху вышки находилась комната наблюдения — здоровенная сфера, в которую можно было подняться по металлической винтовой лестнице. Внутри нее не было ничего интересного: жёсткие сиденья по кругу и узкие полоски толстого стекла на уровне глаз во все стороны света. Зачем она здесь было абсолютно непонятно, так как в условиях постоянных песчаных бурь сквозь эти стекла ничего нельзя было рассмотреть. Чем больше Рокстер об этом думал, тем больше приходил к мнению, что корпорация в очередной раз сэкономила. Вероятнее всего, эти вышки управления были привезены с другой планеты, где добыча уже закончилась, так как к условиям этой они не очень подходили. Но, с другой стороны, функцию свою в целом выполняли исправно, а то что из помещения для наблюдения большую часть времени наблюдать не представлялось возможным, то это дело десятое.

Он прошел в жилой блок, где все было подчинено удобству оператора: кухня с запасами провизии, всяческая техника для приготовления пищи, обеденный стол с монитором напротив, для просмотра развлекательных передач, хранящихся в памяти незатейливой системы управления досугом. Отдельно комната отдыха с кроватью, монитором побольше и зоной для занятий спортом. Туалет и душ. Вот собственно и всё. За полтора месяца пребывания на работе всё это успело Бирсу, как и любому другому среднестатистическому оператору, предельно надоесть. Люди спасались от скуки как могли, кто-то уходил в виртуальные вселенные, кто-то занимался любимым хобби. Рокстер же не был ничем увлечен и просто занимался тем, что тянул свою вахту как мог: читал книги, упражнялся в приготовлении себе на обед оригинальных блюд или смотрел какую-нибудь «ересь» из местной медиатеки. Часто корил себя за то, что бездарно проматывает отпущенное ему время, но определится с занятием, которое бы его как следует захватило, всё равно не мог. Даже спорт-тренажёры пылились в углу без дела. Так и тянулась его жизнь в постоянном ожидании смены, а в отпуске наоборот, в постоянном волнении перед предстоящей работой. Одно радовало, деньги платили не плохие и семья не испытывала нужды в средствах на существование, в разумных пределах, конечно.

Вскоре в микронаушнике запищал сигнал — МРР просил о помощи. Бирс встал с кровати, на которой успел немного поваляться и вернулся за пульт управления. Робот уже находился за пескозащитным кожухом конвейера и провел все подготовительные работы. Теперь нужно было остановить главную транспортерную ленту для замены ее подшипника, что оператор незамедлительно и сделал. С орбитой сейчас связи не было, но когда она восстановится, главный орбитальный диспетчер узнает о том, что рудодобыча была приостановлена. И если время простоя превысит время отведенное на данный вид работ, придется писать объяснительные, а если сильно превысит, тогда можно и премии лишиться, так как это недополученная прибыль корпорации.

К счастью все прошло по плану. После отключения конвейера МРР четко выполнил все положенные по замене подшипника манипуляции, забрал отработавшие детали и неторопливо потянулся к своему ангару, а Бирс запустил оборудование в работу и с удовлетворением проверил показания температуры вновь установленного подшипника.

Кредли был уже тут-как тут:

— Ну что там у тебя? Подсчитываешь убытки?

— Ничего подобного! Работа сделана, железяки трутся в штатном режиме.

— Врешь ведь?! Когда вернемся на орбиталку, я проверю архив записей по твоей вышке, у меня там знакомый техник имеется. И тогда придется оплачивать мне еще и моральный ущерб, ведь я теперь спать не смогу, пока правду не узнаю. Ух какой большой будет моральный ущерб!

— Да какие у тебя могут быть знакомые?! Во всей Вселенной кроме меня тебя больше никто вытерпеть не сможет! А работа сделана, проверяй как хочешь.

— Не, не, не! Это я тебе одолжение делаю, что снисхожу до общения с таким занудой как ты! И это, зубы мне не заговаривай, скажи-ка лучше где сейчас твой бедолага?

— Движется сквозь непогоду к своему штатному месту дислокации. Погоди, погоди… Вот гад!

Не доезжая пол пути до ангара МРР вдруг остановился, дернулся разок и замер окончательно. Через пару секунд на табло выскочила предупреждающая надпись: «Неисправность МРР — 3».

— Что там? — спросил Кредли, чуя возникшую возможность переломить ситуацию в свою пользу.

— Помер не доехав, мой страдалец.

— Ну все, с тебя десятка!

— Это почему же?! Спор был на работу, а работа выполнена в полном объеме, так что десятка с тебя!

— Если быть точным, формулировка гласила: «Сделает работу и не „крякнет“ сам.» А он, как всегда, «крякнул»!

Они ещё пол часа с удовольствием и смехом препирались по поводу результатов пари и сошлись на том, что Бирс отдаст пятерку, а Бупер при смене, в баре орбитальной станции, на эти деньги купит им обоим пастеризовано-синтетического пива и натуральных Батуганских орешков, выращенных путём органической аугментации из засушенных плодоножек диких Вольдурийских орешников в пищевых лабораториях Батугани. Это была маленькая мечта обоих, так как провоз на вышку спиртосодержащих напитков, а равно как и других расслабляюще-веселящих веществ был строго запрещён.

— — - — -

Следующий день не принес никаких мало-мальски интересных событий, впрочем, как и многие предыдущие до него, даже оборудование работало исправно. МРР — 2 еще вчера затащил вновь сломавшегося коллегу в ангар и ночью привел его в условно исправное состояние. Потому Бирсу оставалось только предаваться чувству тотального одиночества, чувству человека заключенного в стальную коробку, которая в свою очередь была отсечена от окружающего мира бушующей стихией, на планете затерянной в бескрайних просторах космоса, не имеющей даже собственного названия, только длинный порядковый номер.

К обеду песчаная буря пошла на убыль. Он работал на вышках достаточно долго, чтобы понять это по едва заметному изменению тональности фонового шума от беснующегося снаружи песка и смене амплитуды микровибрации корпуса его убежища. Это было приятно. Сам не зная почему, но он всегда ждал этих перерывов с хорошей погодой, хотя они и не несли с собой ровным счетом ничего нового. Только сомнительное удовольствие обозреть близлежащий однообразно-красноватый пейзаж, состоящий исключительно из песчаных дюн разного размера.

Утром Бирс проснулся от звенящей тишины. Песчаная буря обессилела и взяла недолгую паузу. Улыбаясь, он заварил себе кофе «Купи Левак» сделанный из подвергшегося специальной термообработке помета животных под названием суманги с планеты Ширай и прямо в трусах полез в наблюдательную сферу, где удобно усевшись и попивая горячий напиток, стал наслаждаться созерцанием открывшейся панорамы. Существовала невероятная легенда, что настоящий кофе раньше делали из косточек плода какого-то дерева, но Бирс не верил в подобную чушь.

Голубовато-прозрачное небо без единого облачка, из его глубины белая звезда, название которой Бирс не помнил, щедро заливала жаркими лучами красный песок. Матово поблескивал длинный корпус рудного конвейера, рядом высился большой ремонтный ангар, в отдалении копошились трудяги-рудодобытчики, вот собственно и все, что мог увидеть оператор. Очень хотелось, чтобы глаз уловил в однообразии бескрайних песчаных дюн хоть что-нибудь новенькое, но это было неисполнимое желание. А еще хотелось одеться в пескозащитный костюм, прихватить противопыльную маску и не спеша прогуляться по округе. Это было теоретически возможно, так как условно пригодная для дыхания воздушная смесь на планете присутствовала, правда она была весьма разреженной, поэтому в маске присутствовала функция подачи кислорода. Но, к сожалению, выходить из башни было категорически нельзя. Корпорации не нужны несчастные случаи на производстве, поэтому, не мудрствуя лукаво, любые прогулки просто-напросто запретили, даже в периоды хороших погодных условий. Если после восстановления связи выяснялось, что основной шлюз башни открывался, оператора увольняли без всяких проволочек и без выходного пособия. Помимо штатной смены операторов, побывать снаружи возможно было только в самой экстренной ситуации и с непосредственного разрешения орбитального руководства. Такие случаи, за несколько лет работы корпорации на этой планете, можно пересчитать по пальцам.

Внизу запищал видеофон. Рокстер спустился по лестнице вниз, зашел в кабину оператора и плюхнувшись в кресло, щелкнул тумблером ответа. Вызывал естественно Кредли, причем одновременно и северо-восточную вышку тоже, с которой сейчас связь должна была восстановиться. Там орудовал Орри Голдман, интроверт каких поискать. Видимо именно поэтому его и определили в сектор № 15, где в период песчаной бури связь отсутствовала вообще. Он не очень любил общаться с ними. Вот и сейчас вызов шел, а ответа все не было. Наконец экран засветился и на нем вполне себе четко отобразилось сосредоточенное лицо Орри. На его носу висел атавизм в виде двух круглых стекол, соединенных тонкой металлической пластинкой, который кажется называется «очки».

— Ну что вам опять от меня нужно, бездельники?

— Почему опять, Орри? Мы же не виделись несколько дней, даже успели по тебе немного соскучиться. Неужели ты не рад нас видеть? — лукаво заулыбался Кредли.

— Так соскучились, что на сеанс видеосвязи даже забыли одеться? Бирс, я вижу твои голые плечи, нисколько не удивлюсь если ты сейчас сидишь в одних трусах. Хотя, о чем это я, вероятнее всего и их ты тоже где-нибудь забыл!

— Не забыл, это все Кредли! Всегда ему надо названивать с раннего утра, не даст добрым людям даже одеться…

— Отличная, кстати, идея! Надо тоже поработать голышом, это же совсем другие ощущения! — загоготал Бупер.

— Я надеюсь ты не забыл, что тебя круглые сутки снимают камеры и при восстановлении связи все автоматически отправляется наверх? Вот орбиталы повеселятся!

— Черный газовый гигант в зад этим орбиталам! "Пересидевшие" операторы еще и не такое вытворяли!

— Ну все, обалдуи, ваш «туалет» мы обсудили, а больше с вами говорить решительно не о чем. Это я знаю точно. Поэтому разрешите откланяться. — сохраняя прежнее спокойствие попрощался Голдман.

— Погоди, погоди. — забеспокоился Кредли — Так что у тебя новенького-то, за последний буревой цикл?

— Работа, еда, сон и… туалет. Кажется, ничего не забыл... — состроив делано-задумчивое выражение лица ответил Орри.

— Ну-у-у, так неинтересно.

— Все, мне надо работать, а вам как обычно предаваться безделью, щедро сдобренному вашими тупыми шуточками. — и он отключился.

— Не, ну что за человек? Даже не поговорить толком! И чем он там вечно занимается?!

— Не знаю, Кредли, не знаю. Иногда я ему даже завидую.

Они решили связаться друг с другом попозже и Бирс пошел одеваться, параллельно изобретая в уме какой-нибудь новый, еще не приевшийся завтрак. Задача, к слову сказать, была не из легких. На пульте связи мигал огонёк, сигнализируя о том, что на орбитальную станцию уходят данные по работе оборудования его сектора добычи за последний пылевой цикл.

Расправляясь с едой в кухонном блоке, Рокстер почувствовал как в ушах медленно нарастает тонкий свист. Бросив вилку, он второй раз за день полез по лестнице наверх в наблюдательную сферу. Тонкий свист быстро перерос в громкий рев и с неба, постепенно увеличиваясь в размерах, опустился беспилотный челнок. Он завис над землей, блестя металлическим корпусом и подруливая четырьмя реактивными двигателями. Затем скинул здоровенный пустой контейнер под руду, дождался пока конвейер медленно вытолкнет из себя полный, громко защелкнул на нем мощные крепления и натужно взвыв двигателями, потянулся к местному «солнцу» увлекая за собой добычу.

Ругаясь из-за прерванного завтрака, оператор пошел в кабину управления и секунду подумав отправил МРР — 3 подцепить стальные тросы к новому бункеру, чтобы конвейер смог втащить его в себя для дальнейшего заполнения добываемой рудой.

— — - — -

Случилось невероятное: на следующее утро Орри Голдман позвонил сам! Причем обоим сразу. Такого не бывало с самого начала смены, отчего Бирс сделал вывод, что у того имеется нерядовая новость.

— Здорово, охламоны! Дело есть. — все его крайне редкие звонки были исключительно по делу.

— Будешь сквернословить в наш адрес, не будем иметь с тобой никаких дел. — парировал Кредли.

— Тут кое-что произошло.

Давненько Бирс не слышал таких слов, у него аж где-то зазудело от любопытства. Любопытство было таким сильным, что он даже не стал выяснять где именно, а сразу весь обратился в слух:

— Говори.

— Вы знаете, что дальше от меня на восток работает вышка № 16. Там орудует Чарли, в отличии от вас лодырей, специалист отличный и человек целкий.

— Ну?!

— Я с ним вчера связывался. — лицо Орри приняло озадаченное выражение — Он сообщил интересный факт…

— Да говори ты уже!

— В общем, он видел возле своей вышки какое-то существо.

Услышав эту новость, оба оператора впали в ступор. Дело в том, что из-за отсутствия воды в значительных количествах, планета в целом была необитаема. Присутствовали немногочисленные бактерии во влажных подземных слоях, еще вроде какие-то микрорачки. В общем всякая мелюзга, которую без микроскопа и не разглядеть. На поверхности с десяток местных мхов и лишайников, растущих по миллиметру в год. Как-то так. Рокстер не интересовался данным вопросом, ему было без надобности, но он точно знал, что об отсутствии значимой биологической активности свидетельствовали выводы комиссии, изучившей результаты научных экспедиций всегда предшествующих началу разработок на новой планете. За долгие годы работы, ни один оператор никогда, никого здесь не видел и тут вдруг такая новость! Первым очнулся Бупер и подхихикивая, спросил:

— Слушай, Орри, с меня выпивка, если расскажешь как Чарли протащил на работу что-то из запрещенных веществ?

— Вы думаете я не знал, что сообщив вам эту новость, услышу самые тупые шуточки из вашего арсенала самых тупых шуточек? Если бы не необходимость сбора статистики, хрен бы я позвонил. Короче, будете работать — внимательно следите за мониторами.

— Погоди, погоди! — Бирсу хотелось подробностей, ведь не так часто происходит такое нерядовое событие, а если точнее, то никогда до этого — Может правда он переутомился? В постоянно мельтешащем песке, от усталости, чего только не покажется?

— Я давно с ним знаком и знаю его как человека надежного. Если сказал, значит так оно и было.

— Как хоть оно выглядело?

— Подробностей не имею, знаю только, что ростом примерно с человека.

— Да ладно! Нормальный такой размер… — удивился Бирс, откидываясь в кресле. Картина маленькой ящерки, которую успело услужливо нарисовать ему воображение, быстро поблекла и растворилась. — Но это же совсем нонсенс! Как могли экспедиции при первичном обследовании планеты не обнаружить такого видного представителя местной фауны?!

— Нееее… — продолжая улыбаться, протянул Кредли и подвел свой итог — Этого не может быть!

— Всё, лоботрясы, после бури свяжемся и поделимся наблюдениями.

— Не бери в голову, эта чертова работа кого хочешь доконает. — махнул рукой Бупер, после того как связь с шестнадцатой оборвалась — И где он только такие слова берет: охламоны, лоботрясы?! Это кто вообще такие?

— Понятия не имею. — Бирс пожал плечами.

Вероятно, все так и было, парень просто сильно устал. Выгорание на работе может случиться у каждого, но только проявляется оно у всех по-разному. Посмотрим, как будут развиваться события дальше, скорее всего заменят Чарли раньше срока. А вообще, не стоит забивать себе голову всякой ерундой, ведь скоро долгожданный отпуск!

К обеду по дюнам забегали песчаные султанчики - предвестники надвигающейся бури. К вечеру уже во всю мело, непогода набирала обороты. Набирала быстрее чем обычно, из чего можно было сделать вывод, что срок ее будет не долгий. Так и вышло, через три дня, на четвёртый, они уже с утра названивали на вышку № 15, подогреваемые любопытством, но Голдман почему-то не отвечал.

Связаться с ним удалось только во второй половине дня.

— Здорово, парни.

От такого приветствия, в душе Бирса сразу зародилась тревога. Так Орри с ними еще никогда не здоровался. Выглядел он весьма отрешенно, смотрел куда-то в сторону явно о чем-то размышляя.

— Привет, Орри. Какие новости?

— У меня никаких, у вас?

— Тоже спокойно. Чем озадачен?

Голдман как будто через силу сфокусировал взгляд на экране и сообщил:

— Шестнадцатая не отвечает.

— Совсем?

— Нет, Бирс, только наполовину.

— Ладно, ладно… И что в этом такого? Может занят чем-то важным, может сломалось что-то серьезное.

— Мы с ним давно и крепко дружим. Он всегда отвечает, ну или в крайнем случае сразу перезванивает. Сегодня с самого утра с ним не могу связаться.

— Ну не ответил, ну мало ли что! В конце концов, добыл мало, теперь отчет держит перед орбиталами. — вклинился в разговор Кредли.

— Точно, Орри, зачем голову ломать? Отпишись-ка ты наверх, типа, было подозрительное движение, вышка не отвечает, прошу проверить, это в ваших интересах. Ну ты лучше меня знаешь, как надо изложить.

— Уже.

— И?

— Пришло сообщение: «Отказ оборудования связи, в остальном шестнадцатая работает в штатном режиме. Подтверждения какой-либо биологической активности нет.»

— Ну вот, все и разрешилось. — подытожил Бупер.

— Нет, коллеги, что-то тут все-таки не так…

— Не так тут только то, что ты нас коллегами называешь!

Они от души расхохотались и на этой позитивной ноте отключили связь. Хоть вроде бы все и разъяснилось, но тревожный червячок сомнения по-хозяйски обосновался в душе Бирса.

— — - — -

Следующего пылевой цикл опять был странно коротким. Серьёзных поломок по оборудованию не произошло и Бирс силами МРР успел выполнить кое-что из планово-предупредительного ремонта. Во время работы мысли волей-неволей возвращались к происшествию на соседней вышке. Если отстранено разобраться, то думать собственно было не о чем, но так устроен человек, что воображение настойчиво пытается взамен отсутствующей информации подсунуть что-нибудь поэкзотичнее, особенно когда этот человек находится в полной изоляции и ему не с кем обсудить проблему. Рокстеру постоянно приходилось внутренне себя одергивать, но только стоило ему немного забыться и ослабить усилие воли, как фантазия тут же начинала уводить его в самые замысловатые вариации возможного развития событий на северо-востоке.

Когда погода стала налаживаться, он привычно уселся в свое кресло, поджидая звонок от Кредли — не терпелось узнать последние новости с пятнадцатой. Но сосед, вопреки обыкновению, молчал. Не выдержав ожидания, Рокстер сам нажал тумблер общего вызова, оба оператора ответили практически сразу, из чего Бирс сделал вывод, что они, так же как и он, сидели возле своих экранов ожидая сеанса связи. Голдман неожиданно показался Бирсу каким-то постаревшим: взлохмаченные волосы, резче проступившие морщины, задумчивый взгляд в пустоту поверх съехавшего по носу атавизма.

— Орри? — ему пришлось повторить громче, потому что оператор вышки № 15 никак не отреагировал на его обращение — Орри, с тобой все в порядке?

— Я его видел!

Тревожный червячок сомнения за секунду превратился в приличного змея, вполне успешно пытающегося прилепить свои липкие щупальца страха к Бирсу изнутри. Кредли тоже «подвис» — второе свидетельство это уже серьезно, теперь просто так не отмахнёшься. Спустя минуту он пришел в себя и хрипло спросил:

— Уверен?

— Абсолютно.

— Как это было?

— Стоял напротив камеры возле ремонтного ангара около минуты, как будто позировал, потом внезапно исчез.

— Рассмотрел?

— Не очень, мельтешащий песок помешал. Нечто бурое, человекоподобное… Только горбиться… Руки какие-то короткие, шеи вообще нет, покатая башка прямо из плеч. И это… Какое-то ощущение неприятное…

— В смысле?

— Да не знаю я, противно как-то на душе было во время контакта.

— Ну это понятно…

Они помолчали несколько тягостных минут.

— Что будем делать? — наконец спросил Кредли.

— А что нам остается?! Только писать «высокому» начальству. Теперь есть конкретика: видел своими глазами, видеоматериалы сами скачаете, прошу дать разъяснения и прислать подробные инструкции. — вслух размышлял Бирс.

— Кстати! Ведь данные с видеокамер орбиталы еще с вышки № 16 имеют в своем распоряжении, значит знают о проблеме, а нам врали в прошлый раз, что мол биологической активности нет! Скрывают, как всегда, сволочи! — вдруг сообразил Бупер.

— И сейчас толком ничего не скажут, так что я думаю надеется нужно только на себя. — задумчиво проговорил Орри.

— Как это?! У них же добыча на вышке остановилась!

— Точно! Ты пытался снова связаться с шестнадцатой? — вставил Бирс.

— Там уже сидит другой трудяга. Талдычит, что Чарли забрали наверх из-за проблем со здоровьем, но сам лично он его не видел. Так что ничего у них не остановилось. Ладно, сейчас напишу диспетчеру, потом по результатам вам сообщу.

Спустя пол часа разговор возобновился, Голдман раздраженно сообщил:

— Ну что я вам говорил?! Сообщают, что биологическая активность подтвердилась, они разбираются в возникшем инциденте, операторам ничего не угрожает, из вышки ни при каких обстоятельствах не выходить, ждать дополнительных инструкций.

— Не выходить? Как жаль! А то я уже было собрался идти обниматься с нашим новым знакомым. И зачем эта фраза про «не угрожает»? — прокомментировал Кредли.

— Да уж, сразу хочется ее понять в прямопротивоположном смысле. — согласился Бирс — Орри, ты давай там не кисни. Внутри вышки тебе нечего боятся, ты практически ее единовластный хозяин и пошли все бегающие вокруг твари в пекло сверхновой!

— В данной ситуации, я бы сказал не практически, а теоретически. Ладно, удачи, парни… Если что, не поминайте лихом. — кисло пошутил Голдман.

— Ты обалдел что ли?! Думать не думай всякие глупости, на следующем сеансе связи будем снова делиться наблюдениям! Понял? — возмутился Рокстер.

Орри махнул рукой на прощанье и отключился. Они остались с Кредли вдвоем. Пикнуло новое сообщение, прилетевшее сверху. Бирс было обрадовался, но в нем оказалось всего лишь напоминание о строгом запрете выходить наружу. Бупер тоже что-то читал у себя на экране.

— Не выходить?

— Не выходить… Ладно, дружище, пойду отдохну, притомился я что-то. — ответил Кредли.

Отключая связь, Бирс отметил, что второй «сосед» тоже выглядит каким-то уставшим, а потом подумал, что и сам он, наверное, «не огурцом». Что такое «огурцом», оператор не знал, но так обычно говорили в подобных ситуациях.

— — - — -

Впервые он почувствовал себя внутри своей башни неуютно. Скучно да, обрыдло да, но некая толика уюта от пребывания в «своем мирке» всегда присутствовала. Сейчас она исчезла и вместо нее внутри поселилась постоянная тревога. Он с ней работал, он с ней ел, и спать ложилась они тоже вместе, отчего сон стал беспокойным, часто сдобренным замысловатыми кошмарами. До этого происшествия работа на планете шла своим чередом, все им было ясно и знакомо. Теперь этот скучный, но понятный мир нарушило нечто, что объяснить пока не представлялось возможным.

В вялотекущем волнении прошел очередной буревой цикл, по окончании которого Орри Голдман не вышел на связь. Они настойчиво пытались связаться с ним целый день, но все было безрезультатно. Это новое обстоятельство окончательно вывело Кредли из себя, от былого веселья не осталось и следа. Он сильно разнервничался, перекостерил все руководство корпорации какое знал и даже добрался до Галактического правительства, так громко оно себя называло, хотя до управления Галактикой человечеству было еще бесконечно далеко.

Приступ вылился в отправку очередного эмоционального запроса орбитальному диспетчеру по вышке № 15 и ситуации в целом, на что пришел лаконичный ответ:

«Находиться в вышке, производить визуальное и телеметрическое наблюдение за сектором проведения работ. Обо всех происшествиях докладывать письменно при восстановлении связи.»

Не удовлетворившись простой отпиской, Бупер совершил крамолу — попытался связаться с диспетчером по видеосвязи. Тот естественно не ответил, но спустя пятнадцать минут пришло очередное «пустое» сообщение:

«Продолжайте работать в штатном режиме. Вопросом занимаются специалисты. Ситуация под контролем.»

— Нет, они там что о себе возомнили?! Бирс, ты только послушай, у нас тут какая-то жуть твориться, второй оператор пропадает, а у них, видишь ли, ситуация под контролем! Обконтролились там по самое не могу, только письма свои дурацкие строчить могут!

Рокстер полностью разделял негодование друга, но несмотря на присутствующую тревогу, поддаваться резким эмоциям его почему-то не тянуло. Наоборот, хотелось какой-то ясности, но взять ее, понятное дело, было не откуда. Он решил предметно обсудить ситуацию и заодно, по возможности, успокоить друга:

— Ладно Кредли, не нервничай так. Давай попробуем сложить что имеем.

— А что тут складывать?! — немного более спокойно спросил Бупер.

— Ну вот, например, странная закономерность наметилась: увидел — не вышел на связь, увидел — не вышел на связь…

— Это уже не странная, а пугающая закономерность. Если еще вспомнить, что на 16-й теперь другой оператор трудится… Что там с Чарли стало?

— Теперь и по Орри возникает тот же вопрос.

— В этой истории вообще одни только вопросы и что самое противное, получается, что у нас нет никакой возможности повлиять на происходящее.

— Да уж… Тогда надо попытаться хоть что-то понять, найти какие-нибудь логику происходящего, что ли.

— Логика, пока, наметилась тут только одна: теперь твоя очередь смотреть, кто там снаружи бегает? Так получается?

— Получается так…

— Не, ну нахрен! Если оно к тебе припрётся, буду долбить станцию звонками до посинения, чтобы забирали нас отсюда пока не выяснят что, в конце концов, здесь происходит! И клал я на их неприкасаемые прибыли Ганимедовой магнитосферой! — опять начал горячиться Кредли.

— Я не против, мне как раз в отпуск пора. — из-за последних событий, он даже забыл, что его календарная смена уже закончена и можно начинать выяснять, когда же наконец его отпустят на отдых.

— Вот он, настоящий друг! Умчишь в небесную лазурь, помахав мне на прощанье из иллюминатора полами своей лучшей отпускной рубахи?! А мне тут одному со всей этой фантасмагорией разбираться?

— Эх, Кредли, что-то мне подсказывает, что пока всё не выяснится, никто и никуда отсюда не помчит. — с грустью ответил Рокстер.

Так оно и вышло. Не откладывая в долгий ящик, он, в свою очередь, отправил запрос наверх, с просьбой сообщить дату окончания его работы. Ответ не заставил себя долго ждать, в нем сообщалось, что смены операторов приостановлены на неопределенное время.

С полным отсутствием ясности, они ушли в очередной пылевой цикл.

— — - — -

Тревога не ушла, лишь слегка притупилась, продолжая назойливо досаждать фоновым присутствием. Бирс попытался отделаться от нее полностью погрузившись в насущные дела, но постоянно ловил себя на мысли, что нет-нет, да и косится краем глаза на мониторы, передающие изображение с камер, натыканных по всему периметру производства работ. Первый день прошёл и к радости оператора ничего необычного не случилось.

На следующее утро Рокстер усердно ковырялся на складе, проводя ревизию особо ценных запчастей. В процессе этого занятия, он постепенно смещался вдоль стеллажа ближе к входному шлюзу, пока в какой-то момент не отскочил от него как ошпаренный — в полотно двери кто-то постучал. Глухо из-за ее внушительной толщины, но весьма отчетливо из-за прилагаемого усилия. Три гулких удара, с равным интервалом. Бирс замер в полном недоумении, мысли хаотично толкались в его голове. Как это может быть?! Кто это может быть?! С другой вышки, по такой погоде — это не в человеческих силах! Челноки тоже в бурю не летают. Да даже если бы прилетел и он этого не заметил, где тогда обязательное сообщение сверху? Ведь челнок в бурю — это кокой-то форс-мажор! Нет, никто не может сейчас к нему стучаться, это так же невероятно, как если бы после очередного песчаного хаоса перед вышкой образовалось озеро с лебедями. Лебедей он никогда не видел, но однажды смотрел про них в исторической передаче про вымерших птиц и животных. Но что тогда? Рассудок, пытаясь удержать привычное окружающее мироустройство, искал разумное объяснение произошедшему факту. Может сорвало ветром кусок свалявшегося песка и раздробив в полете на три отдельные части, поочередно кинуло в дверь? Как-то это маловероятно, но с другой стороны, чего только в жизни не бывает!

Не дождавшись развития событий, с трудом преодолев оцепенение, он поднялся в пост управления и дрожащей рукой переключил один из мониторов на камеру у входа. Там никого не было. Ну точно песок! Конечно песок и этот опостылевший ветер, что же еще?! Он долго убеждал себя в этом, но в глубине души все равно продолжал не верить.

На третий день возникли неполадки в механизме подачи добытой руды из приемного бункера на конвейер очистки. В принципе, ничего страшного, где-то подтянуть, где-то смазать, провести мониторинг деталей подлежащих замене в ближайшем будущем. Работа несложная, но долгая и рутинная. В целом МРР проводил работы сам. Иногда, когда требовалось более детально обследовать отдельно взятый узел, оператор переводил его в ручное управление и посредством джойстиков сам орудовал манипуляторами ремонтного робота. Процесс так поглотил Бирса, что в какой-то момент он даже забыл обо все треволнениях последних дней. Сейчас, когда его смена календарно уже была закончена и работа изрядно поднадоела, он вдруг увлеченно и самозабвенно погрузился с головой в насущный процесс. Может быть это сработал некий защитный психологический механизм, окунув уставший от тревог последних дней разум в привычное.

Завершив весь объем работ, Бирс ткнул механической рукой робота в кнопку открытия технического проема в пескозащитном кожухе конвейера, чтобы вывести МРР наружу. Полотно проема, поехавшее было вверх, на середине пути внезапно заклинило. Недолго думая, Рокстер тронул джойстик и ремонтный робот манипулятором подтолкнул его, помогая преодолеть сопротивление, возникшее из-за проникшего в приводы вездесущего песка. Полотно дернулось и резко подскочило вверх, а Бирс замер как истукан, так и не удовлетворив возникшее секунду назад желание облегченно откинуться на спинку кресла после проделанной работы.

Напротив проема, в летящем наискось песке, отчетливо виднелась человекообразная фигура. Сгорбленная, без шеи, как-то косолапо расставившая нижние конечности, она неподвижно стояла в нескольких метрах от конвейера. Бирс впился глазами в монитор, пытаясь максимально рассмотреть пришельца, но погода всячески этому препятствовала. Понимая тщетность своих стараний, он перемещал взгляд снизу-вверх, пока не дошел до места, где по логике должно быть лицо. Возможно что-то подобное было и там, но рассмотреть это не представлялось возможным, видно было только темные провалы в местах, где теоретически должны располагаться глаза. Почему-то вдруг показалось, что если повнимательнее к ним присмотреться, то там он сможет найти ответы на все мучающие его последнее время вопросы. Чем больше он смотрел, тем сильнее его одолевало это чувство. Казалось еще чуть-чуть и истина откроется, еще немного поднажать и уже больше не за что будет переживать. В какой-то момент, на задворках сознания мелькнула мысль, что кроме этих черных провалов он уже ничего не видит, ровно как и не ощущает вокруг себя. Бирс вяло попытался внутренне встряхнулся, рука непроизвольно дернулась и зацепила джойстик на панели управления - МРР резко взмахнул манипулятором в сторону странного существа. В ту же секунду оно исчезло в бесконечном хаосе летящего песка и вслед за ним, нехотя, отступило странное наваждение.

Только теперь Бирс смог удовлетворить свое первоначальное желание — откинуться в кресле. Мелко подрагивая всем телом и понемногу приходя в себя, он вдохнул полной грудью и тут же с шумом выдохнул, одновременно смазывая ладонью выступившую на лбу крупными каплями испарину. Черт побери, это было весьма неприятно, можно сказать неприятно до омерзения. Теперь он это отчетливо понимал.

Еще толком не придя в себя, он порывисто вскочил с кресла и нервно зашагал туда-сюда по помещению поста управления. Что-то надо делать! Что-то делать! Что, собственно, теперь ему делать?! Нужно максимально оградиться от всего происходящего за толстой обшивкой башни! Отключив от камер все мониторы, он выскочил в коридор и захлопнул люк, ведущий на склад. Через секунду опять его открыл и скатившись вниз по лестнице визуально убедился, что внешний шлюз по-прежнему закрыт. Потом, недолго думая, переключил его управление с дистанционного на ручное, чтобы только он мог открыть, только он и никто другой. И пошли эти орбиталы в сингулярность черной дыры, помощи от них всё равно не дождёшься. Прав был Орри: рассчитывать можно только на себя!

В смятении он побежал вдоль стеллажей, лихорадочно выискивая что-то, сам не зная что. Нужна была какая-нибудь штуковина для самообороны при непосредственном контакте. Естественно, никакого оружия, даже в урезанном варианте, оператору вышки не полагалось. В самом дальнем и пыльном конце одного из стеллажей, куда видимо очень давно никто не заглядывал, он нашел странное приспособление: насаженная на деревянную рукоять железная болванка сложной формы. С одной стороны она была тупая, с другой плоская удлиненная и что самое главное, остро заточенная. Для какого хрена она нужна, Бирс даже примерно не представлял. Дерево ручки удобно легло в руку, тяжесть болванки на противоположном конце рождала некую уверенность. Если ей замахнуться как следует и ударить острым концом, то мало не покажется. Он даже взмахнул для тренировки этой штуковиной пару раз в воздухе и понял, что так можно нанести серьезный вред противнику, вероятно даже что-нибудь отрубить. Сунул ее за пояс и выскочив наверх, закрыл за собой люк на склад. Потом закрыл верхний люк в смотровую сферу, дверь в жилой блок и в пост оператора. Теперь только так: все передвижения между помещениями с плотным закрытием за собой дверей. Очень хотелось верить, что каждая запертая дверь это барьер между ним и незваным гостем.

— — - — -

За смотровым колпаком поста управления вышки № 13 блекло-голубое небо сходилось на горизонте с бесконечными барханами из красного песка. Кредли пристально смотрел с экрана на своего друга уже целую минуту. Он сразу прочитал ответ на лице Бирса, но все равно должен был спросить:

— Видел?

— Видел…

— Да какого черта здесь происходит?! — Бупер вскочил со своего кресла и некоторое время было слышно, как он мечется по своей рубке грязно ругаясь и расшвыривая все, что попадалось ему на пути. Выплеснув эмоции, вернулся к монитору и устало сев в кресло, повторил:

— Какого черта здесь происходит, Бирс?

— Не знаю, дружище, не знаю…

— Такое же?

— Да. Все как описывал Орри.

— И что дальше?

— Глупое чувство, что все идет по одному и тому же сценарию, повлиять на который мы не имеем никакой возможности…

— Давай попробуем связаться с пятнадцатой, что ли… Может там уже кто-то есть?

Они несколько раз отправляли вызов на вышку № 15, но им никто не ответил.

— Неужели они оставили сектор без оператора?! Это уже совсем серьезно…

На орбитальной станции, для форс-мажорных ситуаций, находились несколько подменных работников. Почему же никого из них не отправили вниз на пятнадцатую? Корпорация должна получать прибыль, это надежно вбито в головы руководителей среднего звена. Или операторов уже не хватает? Но по срокам должен был уже прийти корабль с новой сменой. Где он? Может все-таки пришел, но ввиду последних событий, кто-то все же взял на себя ответственность и отдал распоряжение не отправлять вниз работников до выяснения всех обстоятельств происходящего.

— Слушай, не могу я так сидеть и ждать неизвестно чего. Буду звонить наверх целый день, пока не ответят, а потом пусть хоть увольняют. Иначе с ума сойду.

Спустя пару часов, во время которых Рокстер абсолютно ничего не делал, просто сидел наслаждаясь «видом из окна» и представляя там озеро с давно исчезнувшими птицами, Кредли опять вышел на связь. При этом он выглядел обрадованным и виноватым одновременно.

— Ты смог связаться по видео с орбитой?

— Представляешь, да! Диспетчер мне ответил, не сразу, но ответил. — чувства продолжали бороться в душе Бупера, о чем вполне отчетливо свидетельствовала мимика на его лице — Они пришлют челнок! Ты понимаешь, Бирс?! Пришлют! Но только… только…

— Что, дружище?

— Только в следующее «окно». Прости, Бирс…

— Понятно… Ты молодец. Скажи, а для чего челнок?

— Слушай, я даже как-то не спросил, мне важно было чтобы именно сейчас, чтобы и тебя… это… успеть, но по всему видать у них там тоже… некая растерянность.

— Почему ты так решил?

— Нервные все какие-то. Знаешь, что я думаю? Похоже это не только у нас происходит.

— Да, вероятно ты прав. Если даже челноков не хватает, да и операторов, по всему видать, тоже.

Они немного помолчали и Бирс поделился зудящим вопросом:

— Не прикидывал как оно может проникать внутрь?

— Хрен его знает, не сами же операторы его впускают.

— Вот и я о том же! А если оно может воздействовать на сознание человека и подчинять его своей воле?

— Ты что, Бирс?! Это вселенский бред какой-то!

— Не такой уж и бред. Орри говорил о неприятном ощущении после контакта. Я ощутил нечто подобное, только намного сильнее, не мог отлипнуть от экрана все время пока смотрел на пришельца. Благо МРР помог вовремя.

— Да уж… Умеешь ты придать оптимизма.

— Эти темные пятна вместо глаз, кажется лезут в самую душу и чем дольше в них смотришь, тем сложнее отделаться от противного наваждения. И это через монитор! При личной встрече, вероятно, все будет происходить на порядок быстрее.

— Хорош пугать, мне и так страшно!

— Не пугаю, просто пытаюсь выудить хоть немного полезной информации. Если тебе все же придется с ним столкнуться, ни в коем случае не устанавливай с ним зрительный контакт. Понял?

— Бррр…. Не думаю, что у меня возникнет такое желание. Ну ладно, допустим. Тогда на кой-черт он каждый раз позирует перед камерой, а к активным действиям переходит только в следующий пылевой цикл?

— Предполагаю, что человек имеет внутренние силы противостоять внушению и чтобы их преодолеть, необходимо предварительно раскачать его психическое состояние. Этим вероятно он и занимается. Как-то так.

— Я смотрю, ты уже всю теорию продумал.

— Да, было время. В пользу этого свидетельствует еще тот факт, что перед тем как показаться мне на глаза, он стучался ко мне в основной шлюз.

— Да ладно! Прям стучался?! Как же ты не обделался при этом?

— Сам не знаю.

Они тягостно помолчали.

— Знаешь что, по плану происходящего мы уже давно должны были передать информацию дальше. — вяло улыбнулся Рокстер — Сообщи-ка ты обо всем на двенадцатую. И в подробностях. Не важно как они воспримут этот бред, но предупредить мы их обязаны.

— Хорошо, дружище, обязательно сделаю… Ты это… Ты главное свяжись со мной после бури! Слышишь Бирс, обязательно свяжись!

— Конечно, Кредли, не вопрос.

— — - — -

Бирс ждал неизбежного. Двери между помещениями были плотно закрыты на механический запор, штуковина для обороны всегда находилась рядом. Взаимодействие с мониторами он минимизировал настолько, насколько позволяла рабочая ситуация. Не зная, что еще предпринять для защиты от пришельца, в редкие моменты осмотра механизмов при помощи камер, он натягивал на лицо свою рабочую маску с эффектом затемнения стекла, надеясь, что это хоть как-то поможет. Стороннему наблюдателю эти меры предосторожности могли бы показаться смешными и несерьезными, но только не для Бирса в его удручающей ситуации.

В постоянном страхе, на пределе психических возможностей, он тянул время как мог. Даже заснуть было сложно, а когда удавалось, то и там его поджидали кошмары на профильную тему, после которых становилось еще тоскливее. Время шло, ничего не происходило, никто к нему больше не стучался и никто не позировал перед камерами. Как-то это было подозрительно. Либо пришелец продолжал таким образом изматывать его психику, либо по какой-то неизвестной причине изменились правила этой дурацкой «игры».

В последние часы утихающей бури, Бирс сидел запершись в жилом блоке и зажмурив глаза, ожидая когда она окончательно закончится. За сегодня он даже ни разу не зашел в операторский пост, благо конвейер работал исправно, а приходящие предупредительные сигналы говорили о вещах, которые могли и подождать.

Микровибрация внешней обшивки от ударов песка постепенно сошла на нет, одновременно затих шум ветра. Очередная буря закончила свое беспокойное существование. Не веря в свою удачу, Бирс дополнительно выждал бесконечно тянувшийся час времени и в невесть откуда взявшемся приподнятом настроении, проследовал на свое рабочее место. Ощущение миновавшей опасности сразу добавило в душевное состояние человека, измученного ожиданием неизвестного, изрядную долю оптимизма. В операторской он сразу вызвал Кредли и стал ждать ответа, торопясь поделиться хорошей новостью с приятелем.

Ответа по какой-то причине не последовало. Посидев в задумчивости несколько минут, Бирс вызвал своего друга опять, но результат оказался таким же. Он настойчиво пытался связаться с ним снова и снова, пока, не имея больше сил сопротивляться страшной догадке, неотвратимо заползающей внутрь, не открыл ей душевные шлюзы. Она могучим потоком хлынула внутрь, заполняя все его сознание и на ходу преобразуюсь в оглушающий ужас за товарища. Рокстер вскочил с кресла и начал метаться по рубке управления, пиная все подряд и крича в полный голос, точно так же как это совсем недавно делал его друг. Вот как оно вышло! Правила «игры», будь она не ладна, если и изменились, то не слишком принципиально. Если следовать выдвинутой им же самим теории, Кредли на данный момент оказался более податлив воздействию пришельца, или кто он там есть, черт его побери!

Казалось, за последнее время, он перепробовал все оттенки тревоги, страха и уныния. Но сейчас, после того как обессилев упал обратно в свое рабочее кресло, на него нахлынула такая вязкая апатия вперемежку с полнейшей безысходностью, которую раньше ему испытывать еще не приходилось. От зачатков недавно проснувшегося оптимизма не осталось никакого следа. Глаза смотрели и не видели, как за толстыми стеклами кабины первые порывы ветра начинают срывать с верхушек дюн пригоршни песка. Еще час, может полтора и окружающий мир снова погрузится в серо-коричневую круговерть. Разрыв между пылевыми циклами в этот раз получился совсем небольшой. Всего неполный день, большую часть которого Бирс провел оставаясь в непреодолимом оцепенении. Ничего не поменялось, все идет своим чередом и скоро у него тоже появится незваный «гость». Опустошенный человек был уже более чем готов к этому.

Из состояния черного транса его вывел тонкий свист. Что это? Неужели челнок? Точно челнок! Ах да, орбита же обещала прислать! Спасибо тебе, друг Кредли! Он побежал в смотровую сферу, прихватив с собой инструмент для самообороны. Там, прильнув к исцарапанному стеклу и наблюдая как садиться маленький корабль, он внутренне дрожал от переполнявшей его надежды. Это был пассажирский шаттл с эмблемой собственной гвардии корпорации. Контора вела свою деятельность на десятках планет и сталкивалась с разного рода проблемами, в том числе и с такими, которые приходилось решать силовыми методами. Выписывать каждый раз подразделения регулярных правительственных войск было весьма накладно и бюрократически нелегко, поэтому проще было содержать свою, относительно небольшую армию, заодно выполняющую задачи по поддержанию порядка и охраны внутри самой корпорации.

Распахнулся пассажирский люк и из него на песок выпрыгнули три фигуры. Пригибаясь и отворачивая лица в масках от порывов начинающегося ветра, они двинулись в сторону вышки. Добавив взревевшими двигателями в окружающее пространство еще немного песчаного хаоса, шаттл на форсаже умчался в высь.

«Так, значит меня отсюда забирать не собираются.» — уже как-то отстранено подумал Бирс и ощущение надежды повисло в каком-то неопределенном состоянии. Наушник пискнул, уведомляя о новом сообщении. Он спустился вниз по лестнице в операторскую, где экран на пульте выдал следующее:

«Для сбора информации по возникшей проблеме направляем к вам трех специалистов. Разрешается один раз открыть шлюз модуля.»

Съехав по поручням лестницы в помещение склада, Рокстер ткнул пальцем в кнопку открытия шлюза. Полотно двери, впервые с тех пор как он заступил на смену, со «вздохом» отлипло от уплотнителя и медленно поехало вверх. Гости уже нетерпеливо топтались рядом. Не дожидаясь полного открытия, они пригнувшись зашли внутрь. Бирс сразу же переключил дверь на закрытие.

Специалистами оказались трое бойцов собственной гвардии в легких штурмовых доспехах. На плече у каждого висела, направленная стволом вниз и привычно придерживаемая одной рукой, скорострельная автоматическая винтовка. Поясные ремни были забиты соответствующим снаряжением: ножи, аптечки, гранаты различного назначения. Первый из них, невысокий и коренастый, скинул сначала капюшон с коротко стриженной головы, потом стянул маску респиратора со скуластого лица и приветливо глядя на встречающего, заговорил:

— Здорово, трудяга! Меня зовут сержант Крек. Мы с ребятами прибыли сюда, чтобы ты не скучал тут в одиночестве.

— Я очень рад… — выдавил из себя банальность слегка удивленный Бирс.

— Вот и прекрасно. Некоторое время побудем здесь, так что привыкай. На твою кровать мы не претендуем, не переживай, но вот кухней и её съестными припасами придется поделиться.

— Да, да, конечно… А что вы собственно собираетесь делать?

— Как что? Охранять, наблюдать, при оптимальном раскладе обезвредить. Очевидно же?

— Очевидно…

Не откладывая в долгий ящик, сержант назначил места постоянного пребывания своим бойцам. Одного определил в наблюдательную сферу, другого оставил внизу на складе, а сам проследовал с Бирсом в кабину управления. На справедливое замечание от подчиненных о бессмысленности наблюдения в указанных местах, он, прибегнув к крепким космическим эпитетам, сообщил им, что ему как бы все равно.

Сев на раскладной стул, поставленный рядом с операторским креслом и быстро пробежав глазами по мониторам, он спросил:

— Ну что тут у тебя, рассказывай.

— С чего начать-то незнаю… С вышки № 16, наверное…

— Нет, предыстория мне известна. Кто-то бегает, потом операторы по очереди пропадают. — перебил Крек.

— Так значит, все-таки пропадают?

— Пропадают, пропадают, сам уже всё прекрасно понимаешь. Давай по делу. Меня интересует конкретика, нюансы и детали из твоих личных наблюдений.

Следующие десять минут сержант въедливо выяснял у Бирса все подробности контакта и не выяснив ничего дельного, подвел неутешительный итог:

— Да, не густо… Получается, что нам больше ничего не остается, только ждать и наблюдать. Поэтому наблюдать мы будем пристально и по очереди, чтобы ничего важного не упустить. Иди-ка пока передохни, а я, с твоего позволения, на время дежурства расположусь в твоем удобном кресле.

Бирс повременил принимать полученное предложение, так как у него имелось стойкое желание продолжить беседу. Во-первых, сказывалось длительное пребывание в одиночестве, во-вторых, хотелось получить хоть какой-то дополнительной информации от вновь прибывших.

— Это же не только здесь происходит, верно я понимаю?

Крек неохотно ответил:

— Всё верно ты понимаешь. Были еще прецеденты.

— Судя по тому как ты меня допрашивал, информации не очень много?

— Затянули орбиталы с ситуацией, сами пытались решить проблему. Оперативней надо было действовать и нас подтягивать сразу. Но ничего, сейчас во всем разберемся.

— Хм… А что вы будете делать, если существо опять появится? Не будете же гоняться за ним по дюнам?

— Посмотрим по обстоятельствам, может придется и погоняться. Экипировка позволяет и открывать шлюз башни без запроса я имею право. Ты лучше вот что мне объясни, как оно к вам внутрь пробирается? Может в башне есть какие-то технологические лазейки?

— Лазеек нет, но есть одна мысль. Правда она весьма экзотическая.

— Давай свою экзотику. Мне сейчас любые предположения будут не лишними.

— Ну, как бы это сказать… в общем, операторы сами его впускают.

— В каком смысле?!

— Мое мнение, что оно каким-то образом воздействует на психику человека, типа гипнотизирует и заставляет делать то, что внушит. Сам на себе эту гадость испытал, когда был визуальный контакт… И остальные о чем-то подобном рассказывали.

— Да, и правда теория весьма экзотическая.

— Других не имею. Когда аварийная группа с орбиты прибывала в молчащую вышку, они там кого-нибудь находили?

— Нет, вообще никого. Ни трупа, ни останков.

— Вот, вот.

Потянулись долгие часы наблюдения, но Бирсу было уже не так страшно. С тремя бравыми гвардейцами бояться как-то не хотелось, теперь это как бы не его проблема. Их прислали разобраться в сложившейся ситуации, вот пусть и разбираются. А он что? Он простой работяга с непонятной штуковиной в руке.

Правда один гвардеец, как оказалось, был не совсем бравым. Однажды проходя по коридору, Бирс услышал через открытый люк, как Крек выговаривает своему подчиненному. Тому, что дежурил на складе:

— Заканчивай ты с этой дрянью, слышишь? Как с тобой работать? От тебя зависят жизни бойцов, которые на тебя рассчитывают отправляясь на задание, а как на тебя рассчитывать, если ты постоянно не в себе? Не перестанешь употреблять космопыль, сдам на первой же медкомиссии и спишут тебя из гвардии без разговоров. Поедешь в какой-нибудь планетомаркет, унылым охранником работать. Как тебе такая перспектива?

Это было весьма удивительно, так как в гвардии отбор был очень строгий и как туда попал этот боец, было абсолютно непонятно. Космопыль хоть и считалась самой безобидной из расслабляющих веществ, кое-где ее пытались даже легализовать, но все равно сильно влияла на скорость реакции и мыслительные способности. Собственная гвардия и «пыль», ну как-то совсем несовместимо. Скорее всего боец попал сюда по блату и сержант это знал, потому, вместо того, чтобы без долгих разбирательств разом выгнать его из своего подразделения, пока прибегал лишь только к бесполезным в данном случае уговорам.

Бирс мысленно отмахнулся - это тоже была не его проблема. Куда интереснее, что предпримет теперь это бегающее снаружи существо, когда в вышке находится столько людей? Ему казалось, что в данных обстоятельствах оно вряд ли еще раз здесь появится и чем больше он об этом думал, тем сильнее в нем крепла уверенность в правильности этой мысли.

— — - — -

Неожиданно раздались гулкие удары в шлюз, один в один как в прошлый раз. Бирс и сержант находились в этот момент в рубке управления. Здесь их было практически не различить, но Рокстер уже их слышал, потому сразу понял, что это именно они. У Крека в ухе коротко пискнула рация — снизу пришел доклад. Бирс оторопело переключил монитор на камеру возле входа в башню и вздрогнул — напротив шлюза, неподвижно как изваяние, стоял пришелец. Не узнать его было невозможно, да и кто еще мог находиться снаружи в такую погоду. Вместе с сержантом, они несколько секунд пристально наблюдали за ним. Потом, опомнившись, оператор вскочил и загородил собой экран, не давая гвардейцу больше смотреть на монитор. Сержант удивленно вскинул брови, потом молча встал и прихватив с собой винтовку, направился к выходу.

— Что ты собираешься делать? — хрипло спросил Бирс уже зная ответ.

— Как что?! Сейчас мы его нейтрализуем и увезем наверх. Пусть потом сами с этим «приматом» там разбираются.

— Не надо, Крек, не открывай шлюз.

— Это ещё почему?

— Вы не знаете с чем имеете дело!

— Ты что ли знаешь? Успокойся, что он может нам сделать?! — ответил гвардеец тоном не терпящим возражений и добавил уже в рацию — Жди, я спускаюсь.

Рокстер вжался в кресло. Тоскливое чувство безысходности, от которого он только-только начал избавляться, опять неотвратимо навалилось на него всей своей беспросветностью. Казалось, внутри него все замерло перед неизбежным, лишь только слух, подстегнутый адреналином, работал на пределе своих возможностей. Улавливая каждый шорох, оператор пытался по мельчайшим звукам определить, что там внизу сейчас происходит.

Протяжно вздохнул открываемый шлюз, при этом отображаемый в мониторе пришелец даже не пошевелился. Несколько секунд напряженной тишины громом разорвали автоматные очереди. Плохие это были очереди, неправильные. Даже далекий от военного дела Бирс с предельной ясностью осознал это. Они были излишне длинными и какими-то захлебывающимися, что ли. Профессионалы так не стреляют. При этом работали два автомата одновременно. Кипяток страха накатил изнутри, в голове взорвалась и запульсировала лишь одна мысль — закрыть шлюз! Во что бы то ни стало, надо закрыть шлюз! Но теперь закрыть его можно только с местного пульта, ведь Бирс сам недавно переключил работу механизма основной двери в ручной режим. Он встал и медленно, страшась производить громкие звуки, пошел вслед за сержантом. Забытое оружие самообороны осталось стоять прислонённым к пульту управления тринадцатым сектором добычи полезных ископаемых.

Да, там пришелец. Но какая разница?! Если не замкнуть периметр, через минуту он будет уже здесь.

Переставляя одеревенелые от напряжения ноги, Рокстер спустился по винтовой лестнице на склад и замер от увиденного. В нескольких метрах друг от друга, широко раскинув руки, лежали сержант и его подчиненный. У обоих в груди чернели залитые темной кровью пулевые отверстия - легкая броня не выдержала попадания в упор из штурмовой винтовки. Было понятно, что они стреляли друг в друга. В голове сама-собой возникла мысль: измененное космопылью сознание бойца упростило задачу пришельцу, а у сержанта была хорошая реакция и он на рефлексах выстрелил в ответ. Как же он был прав, когда недавно отчитывал своего подчиненного!

Ветер уже намел внутрь помещения через открытые ворота кучку песка. За серостью непогоды проступали контуры неподвижной фигуры, так и не сдвинувшейся с места. Опустив глаза, Бирс начал медленно продвигаться мимо мертвых гвардейцев изо всех сил стараясь не смотреть на пришельца. Оказалось сделать это было не так просто, очень хотелось наконец разглядеть в подробностях, кто же это всё-таки такой. И чем ближе оператор подбирался к пульту управления шлюзом, тем сложнее было отделаться от этого желания. В какой-то момент он осознал, что борется уже на грани своих, порядком измотанных за последнеие дни моральных сил. В голове сопротивляющегося человека толкались мысли:

«…надо закрыть шлюз, тогда будет относительно безопасно. Надо просто аккуратно подойти и закрыть шлюз. Главное не смотреть на него, не смотреть ни в коем случае. Стоит он там и пусть себе стоит… А действительно, пусть стоит, ему то что… Эти шлюзы, пришельцы, гвардейцы, зачем ему это вот всё? Устал он от этой неразберихи, очень устал. Его вообще здесь не должно быть, ему уже давно следует пребывать в отпуске. Отдыхать где-нибудь на курортах Солемории. Нежится в ласковых лучах местного солнца, на песчаном берегу теплого океана. Лежа в гамаке, попивать вкусные коктейли и заедая их экзотическими фруктами, смотреть как…»

Сзади грохнула короткая очередь. Фигура в проеме шлюза, словно тряпичная кукла, вскинула руками и упав навзничь, скрылась из вида. К Бирсу подошел боец, спустившийся из наблюдательной сферы:

— Вот ведь тварь, такие ребята из-за нее погибли! Хотя, этот-то отребье, а сержанта жаль, матерый был вояка и командир справедливый. Но ничего, мы этого гада тоже уделали! Сейчас затащим его внутрь, потом после бури отправим наверх и пусть со всем этим умные головы разбираются, а мы с тобой в бар, отдыхать. Как тебе такая перспектива, трудяга?! — Он пошел к выходу, собираясь осуществить задуманное. — Ну-ка, помоги-ка мне.

В следующую секунду пули с характерным звуком пробили броню на спине бойца и с силой бросили его на рифленый пол склада. Прежде чем жизнь окончательно покинула его, он успел кинуть изумленный взгляд в сторону Бирса. Рокстер опустил подобранный с пола автомат сержанта, затем щелкнул основным тумблером питания и вся вышка погрузилась во мрак. Оборудование конвейера и рудодобытчики замерли на месте, потеряв управляющий сигнал. Оператор поплотнее застегнул комбинезон, нагнувшись снял маску с ближайшего гвардейца и натянул ее себе на лицо.

На ходу закинув автомат за спину, не оборачиваясь, он шагнул через открытый шлюз прямо в песчаную бурю. Тугая струя ветра вперемежку с песком чувствительно ударила ему в грудь, он рефлекторно сгорбился и втянул голову в плечи, от чего стало казаться, что у него полностью отсутствует шея. Косолапо перешагнул через застреленного гвардейцем Кредли Бупера и мгновенье спустя исчез в окружающей серости. Песок быстро засыпал мертвого оператора вышки № 14. Кожа на его лице ссохлась и потрескалась, туго обтянув кости черепа. В тёмных кругах ввалившихся глазниц прятались измученные непосильным напряжением глаза. Остатки давно не работающего респиратора болтались на подбородке, а комбинезон, весь посеченный песком за время скитания по дюнам, из оранжевого превратился в бурый.

Рокстер не обратил на это ровным счетом никакого внимания. Он методично шагал все дальше и дальше удаляясь от своего недавнего места работы, четко определяя в хаосе бушующей непогоды направление на север. Где-то там, далеко, за бесконечной пеленой летящего песка, находилась его главная цель — вышка № 12.

В больше непринадлежавшем человеку разуме роились чужие образы.

«Появились паразиты… Кусают и кусают… Выгрызают железом плоть… Нужно ломать железо… Иначе они снова заставляют его грызть… Здесь их много собралось… В следующем очаге нужно внимательнее… Один податливый оказался… Иначе цепь оборвалась бы… И начинай сначала… Самое сложное начинать сначала… Потом проще… От одного к другому… Легко поддаются, только довести до нужного состояния… Паразиты… Хрупкая оболочка, долго не выдерживает… Только от очага до очага… Слабые, но все равно лезут и лезут…»