Меланхоланд Драйв

Утреннее солнце озарило своим голубоватым светом травянистый лес. В его меланхоличных лучах загадочно засияли холодные капли вязкой росы, наводя на мысли о тщетности всего сущего. Невидимые глазу птицы монотонно завыли, приветствуя начало нового дня. Именно их пение и пробудило барда Ля-Конопля, сладко дремавшего на грязно-рыжей шляпке гриба-мародера. Продрав глаза, он присел, сладко потянулся и стряхнул с себя многочисленные белесые нити мицелия, с помощью которых гриб питался отвратительно радостными снами разумных обитателей Княжества.

- Эй, Скороножка! - хрипло позвал Ля-Конопль и посмотрел вниз. - Ты уже проснулась?

Под грибом зашевелилась какая-то темно-коричневая масса, из которой неожиданно вылезли две стрелы с шаровидными утолщениями на концах, оказавшиеся глазами ездовой улитки. В первом триместре года Ля-Конопль по выгодной цене приобрел слизня у одного племенного заводчика, проигравшего по вине питомца, пришедшего на скачках первым, крупную сумму и желавшего в отместку отправить его на бойню.

- Зачем тебе это неблагодарное существо? - буркнул хозяин, когда бард подошел к нему договариваться о покупке. - Еще того гляди шею свернешь по его вине.

- Но это все же гораздо лучше, чем стаптывать новые сапоги на Меланхоланд Драйв.

- Что за нужда несет тебя в те праздничные края? - удивился хозяин и в молитвенном жесте коснулся кончиками пальцев левой руки своего лба.

- Я желаю своим пением пробудить в местных жителях сумрачный настрой, как завещали нам делать предки!

- Тьфу! - сплюнул заводчик и шлепнул себя обеими руками по массивному брюху. - Мне нравится твое недоздравомыслие, поэтому я даже сделаю для тебя скидку.

Скрепив сделку вялым мордобоем, продавец и покупатель разошлись с миром.

- Послушай, Скороножка, - уныло произнес Ля-Конопль, беря в руки потертую лютню, - во сне я начал сочинять балладу. Хочешь послушать ее начало?

Улитка равнодушно посмотрела на хозяина, а затем отвела взгляд и поползла к небольшому водоему, наполненному черной маслянистой жидкостью, чтобы утолить жажду.

- О! Я вижу интерес в твоих неинтересных глазах, поэтому исполню ее для тебя.

Улитка склонилась над водоемом и принялась жадно пить.

Ля-Конопль прокашлялся, ударил по струнам лютни и захрипел:

В лесу зачарованном видел я сон,

Где в свете полуденном голубом

В танце кружилась ранняя осень,

Покровы стыда на время отбросив.

И все собрались любоваться красою,

Слегка пошуршать пожухшей листвою

И воздухом бражным слегка опьяниться,

Чтобы без ног на землю свалиться.

Напившись, улитка подползла к грибу и, широко раскрыв рот, с явным удовольствием впилась в его коричневатую ножку.

- Тебе не нравится? - прервал свое пение Ля-Конопль.

Улитка не ответила, продолжая поглощать куски ножки.

- Неблагодарное животное, - вздохнул бард.

Неожиданно гриб покачнулся. Ля-Конопль почувствовал, что шляпка начинает крениться.

- Да смех тебя разорви, скотина! - выругался он, отчаянно цепляясь за воздух одной рукой, а второй прижимая лютню. - Какого лешего ты…

Договорить бард не успел. Надкусанная улиткой ножка гриба надломилась, и он повалился набок. Соскользнувший со шляпки Ля-Конопль с глухим плеском упал в вязкую черноту водоема. Улитка равнодушно проследила глазами за траекторией его полета, отряхнула с головы мелкие капли брызг, фыркнула и поползла к соседнему грибу.

- Ну и кто ты после этого? - обнаженный бард мерно покачивался в седле и недовольно смотрел на Скороножку.

Мокрую одежду он расстелил на крыше ее раковины, чтобы она просохла.

- Хорошо хоть лютня не пострадала.

И черные воды сомкнулись над ним,

К душе прикоснулся холод могильный,

Но вышел герой из беды невредим,

Чтоб путь свой продолжить опасный и длинный!

- Нет, слишком омерзительно бодро получилось. Смотри-ка! - воскликнул бард, когда куплет был закончен. - Мы все же добрались до Меланхоланд Драйв! Слышишь, как отвратительно весело щебечут здесь птицы? Видишь, как богопротивно красиво цветут здесь цветы? А знаешь, почему здесь именно так, а не как у нас?

Улитка равнодушно повернула к нему один глаз.

- Раньше здесь было очаровательно уныло, однако однажды Княжество посетила злая волшебница, которой почему-то взбрело в голову, что мы грустно живем. И тогда стала учить местное население тому, как стать счастливыми за семь дней по разумной цене. Наши доблестные рыцари вступили с ней в бой. Но схватка была неравной, и все они полегли. Все же им удалось смертельно ранить волшебницу, и она улетела умирать. Однако земля, пропитанная ее кровью, до сих пор проклята счастьем. Надеюсь, что смогу своим пением вернуть благодать в сей край. Ты чувствуешь, какой здесь отвратительно свежий воздух, наполненный прекрасными ароматами диких цветов? Как же хорошо я здесь себя чувствую! Стой! Скороножка, стой! Разворачивайся! Мне так хорошо… Только не это! Я отравился счастьем. Стой, ну, пожалуйста. Мне так хорошо…

Улитка равнодушно продолжала свой путь, не обращая никакого внимания на восторженные хрипы Ля-Конопля, хотя стороннему наблюдателю могло показаться, что она слегка улыбается.