Мёртвая осень

Вот кто додумался устраивать проводы лета в октябре? Да еще в лесу, когда то и дело дождь накрапывает. Ответ прост-моя ненаглядная Клава, кто же еще. И что за раритет в именах, в наше просвещённое время, ей еще Авдотью в подруги. И полный комплект, можно в село на ярмарку отправлять. И это стадо дебилов, прихлебатели, ржут они, клоуна во мне увидели, идиоты.

Я от злости пнул застарелый гриб, трухлявая шляпка, сделав пару оборотов, смачно врезалась в березу, разлетаясь на мелкие куски. От этого простого действия в голове просветлело, злость не ушла, но мысль про обуздания гнева, сумела протиснуться, среди злобных собратьев. Остановился, сделал пару глубоких вдохов и выдохов, закрыл глаза, задрав подбородок, мерно сосчитал до десяти. Как ни странно, полегчало и пришло понимание, зря я психанул с этой ревностью. Майк бабник жуткий, но берега знает и фрахтовать свой пароход любви, знает куда. Еще погуляю минут двадцать, потом вернусь к этим оглаедам, мол, я всех простил и зла не держу. А Клавка? А что Клавка...

Злобный рык оборвал размышления о девушке. Совсем уже по-детски, осторожно, открыл глаза, в какой-то наивной надежде, что рычание мне почудилось.

- Мать его за ногу - просипел я, разглядывая ощетинившегося волка в десятке шагов.

Может это и не волк, а дикая собака? Хрен его знает, я не разу не зоолог, да и какая разницы, кто тебя грызть будет, псина домашняя или лесная. И что делать? Зверь пригнулся, перебирая лапами на кочке, я инстинктивно отшагнул назад. Главное, не бежать — это верная смерть. Я затравлено оглянулся, ища чего-нибудь, что может причислить к оружию. Но, увы, не было даже захудалой палки. Я облизнул губы, готовясь звать на помощь, хотя, чем мне эти городские пижоны помогут, неясно.

Еще маленький шаг назад, зверюга этого словно и не замечает, сверлит меня желтыми зрачками и всё рычит, всё озлобление и озлобление. Спокойно. Все не так и плохо, еще шаг и еще. А потом моё самообладание лопнуло и страх застелил глаза. Я развернулся и кинулся наутек, на удивление, без панических воплей. Преодолев метров двадцать, увидел серую тень слева, шарахнулся в бок, врезаясь в сучья, обильно обмотанные паутиной. И вот тогда я заорал, размахивая руками, в глаза попал какой-то мусор, тут же, застелив мир вокруг, слезами. Шаг, другой и нога зацепилась за корягу, я потерял равновесие и повалился в овраг. И как это бывает по закону подлости, приземлился в огромную лужу, ничем иным, как лицом. Болотная вода тут же попала в рот, ноздри, уши. И пока я силился выпутаться из расстёгнутой куртки, с лихвой наглотался мерзкой жижи. Встал на четвереньки, не удержал равновесие, свалился на бок, спазм в желудке и меня вырвало болотной мутью.

- Вашу мать - прохрипел я, откашливаясь.

Злость душила яростью, на себя, на Клавку, на этого тупого волка. Но злиться можно сколько угодно, а сидя в холодной луже, ничего не изменишь, кроме, как состояние здоровья, из хорошего в плохое. Пришлось сцепить зубы и лезть наверх, разрывая пальцами мерзкий мох на берегах. Всё, в жопу такие развлечения, теперь даже летом на озеро не выманишь. Достало всё. Вылез из оврага, забрался на кочку.

- И где я, мать вашу, нахожусь? - больше зло, чем растерянно, спросил сам себя - и где волк?

Второй вопрос меня волновал, куда как сильнее, но и ответ на него я получил сверхбыстрый. Нет лохматого урода в обозримом пространстве. В лесу я ориентировался, из ряда вон плохо, солнце, еще с утра затянуло облаками, хрен увидишь. Достал мобильный телефон. Ну да, не один я воды нахлебался. С него текло как с утопленника, блин, совсем новый, еще и месяца не отслужил. Теперь опять в магазин идти, еще и контакты восстанавливать.

- АУУУУ!!! - во всю мощь легких заорал я и тут же запнулся, волк то, сучара, может, за соседними кустами притаился. Так, отставить панику, раз сразу не набросился, то явно свалил, куда подальше. Логично? Логично.

Лес тут мелкий, куда не пойди, один хрен на дорогу выберешься или к колхозникам. Выйду к людям, попрошу телефон, сообщу Клавке, мол я живой, а ты катись куда подальше. Искать их бесполезно, а орать боязно. Шмыгнул носом и побрел по едва уловимой тропке. Блин, мне еще и заболеть, для полного счастья, не хватает, промок до самых трусов, явно воспаление схвачу. Адреналин постепенно уходил, а озноб захватывал тело, аж зубы чуть постукивать начали. Нужно спешить, а то околею.

Плутал недолго, повезло сразу выйти на двухколейную тропку, явно летом местные накатали, свежих следов не видно. Подумав, двинул в ту сторону, где меньше тумана, полагаясь чисто на интуицию. Рассчитывать на знание местности и своё умение ориентироваться явно не стоило.

Как же я замерз, вроде где-то читал, если бежать, то можно согреться. Попробовал, но через минуту выдохся, дыша как загнанная лошадь- только устал, никого тепла.

- Беру деньги у родоков и в Египет, на солнце - отдышавшись, прохрипел я. Пытаясь взбодрить себя, хотя бы мыслями, о тепле.

- Ась - ухнуло рядом, я дернулся, отскакивая на обочину.

- Кто здесь?

- Я - ломая застарелый малинник, на тропу вышел очень неприглядный старикан. Согнутый почти пополам, прихрамывающий на правую ногу, в руках он держал корзину и нож. Одет в рваную фуфайку, сверху какой-то кусок брезента, штаны непонятного покроя, само собой, кирзовые сапоги и шапка ушанка, завязанная под бородой. Сама же борода перетекала в брови, из этой шерсти торчали только глаза, да кончик носа. Ну и урод.

- Старый, где тут жилье - как тупому, чуть ли не по слогам, проговорил я.

- Горожанин! Я нашел горожанина! - точно дурак, я попятился от него – пошли, там колхоз.

Он ломанулся через кусты, призывно махая рукой. И что делать? Идти за этим психом, а если он меня заманит в логово и убьет, а потом съесть. "Ваня, ты совсем тупой? Это тебе не голливудский слешер и не глухая Сибирь, тут людей не едят" - одернул я самого себя, логическими умозаключениями.

Осторожно, немного забирая влево, последовал за чудаковатым дедом. Пока продирался через кусты, вымок окончательно, но тут же был вознагражден за свои страдания. Мне открылся прекрасный вид на огромную дымящуюся трубу. Явно принадлежит сельской кочегарке или заводу какому. Там люди, там тепло, там цивилизация, пусть и отсталая, но всё не лес и холод. Дед что-то прошамкал, но я уже не слушал и молодым лосем попер напрямик к ориентиру. Слева послышался стук топоров, его проигнорировал, как и мостик неподалеку. Переполз канаву с жижей, хуже уже не будет, а время сэкономлю. Продрался через заросли кустарника вроде лозы и выйдя на раскисшую дорогу, увидел утопающую в серости деревню. Обычный колхоз, таких сотни по всей стране. Напротив меня виднелись дома с примыкающими к ним огородами и садами, левее, за небольшим холмом, увидел крыши трехэтажных домов, правее, догнивающий сарай. Далее, белое разрушенное здание то ли скотоферма, то ли еще что, да и плевать, я сюда не архитектуру рассматривать пришел.

- Сука, как же холодно - я стер с лица липкую морось и пошел напрямик к ближайшей избе.

В кошельке имелась почти сотка наличностью, уже точно договорюсь, насчет погреться, обсохнуть, да позвонить, а может и чая нальют. Колхозники гостеприимны к тем, у кого есть деньги.

Идти по пожухлой траве оказало на удивление трудно, к концу пути вымотался, до состояния упасть и не вставать. Зайдя в сад, где кроме голых стволов деревьев, ничего не осталось, оперся на ближайшую сливу, отдышаться чуток.

Надо первым делом позвонить этим, у костра, Клавкин номер помнил наизусть, благо он легкий. "Небось бегают по лесу, ищут меня, ау-ау" - вымучил я злорадную мысль.

- Фу, двинули дальше.

Да эти деревенские совсем обленились, так сад запустить. Мелкие сучья, запутанные в траве, виднелись повсюду, в купе с бытовым мусором. Пройдя к дому из белого кирпича, свернул по тропе в бок, к сараю. Там, возле приоткрытых ворот валялся старый диван, ощетинившийся тремя пружинами. Дальше, дикий виноград разросся настолько, что почти полностью поглотил дощатый забор. С грустью глянул в темень окон. Да, тут явно никто не живет и давно.

Еще раз стер влагу с лица, поежился и чихнул. Ну всё, я болен. Оп, это что? Шум движка. Точно, дизель пыхтит. Воодушевлённый этим звуком бросился к видневшийся асфальтной дороге. Выскочил и увидел "козла", то бишь УАЗик, что неспешно катил в мою сторону. Ох, как я был рад этой отрыжке Совка. Махнул рукой, машина остановилась напротив меня. Не мешкая открыл дверь и забрался в теплый салон, прислонил руки к печке, что выдавала струи тёплого воздуха. Мужик тут же зло засопел.

- Извини братан. Замерз как собака. Деньгами не обижу, не бойся.

- Ну да, новенький - осипшим голосом сказал он.

- Ага, из города - и сам покосился на трудягу, худой, бледный, в чистой спецовке серого цвета - у вас тут как часто автобусы ходят? И это, дай позвонить... а то там друзья меня ищут.

Он хмыкнул и проговорил.

- Сейчас к Кости отвезу, он все расскажет - батрак что ли, без хозяина совсем отупел. Да плевать, пускай везет, главное, чтоб тепло было.

Подъехали мы к какому-то административному зданию хмуро серого цвета. Вылезать из теплого нутра машины категорически не хотелось. Но, в здании всяко теплее, да и кофеем напоют однозначно, не изверги же там обитают. Быстро выбрался из машины, взбежал по ступенькам, открыл дверь на тугой пружине. Оказался в фойе, где от блекло-синих стен тянуло стылым холодом.

"Да где этот колхозный тормоз" - переминаясь с ноги на ногу, зло подумал я.

- Ну, куда? - рыкнул я, стоило батраку показаться в дверном проеме.

- Прямо, там тебя ждут - не заходя, буркнул он и направился к своему "козлу"

Я обернулся, деревянная стенка, дальше, разломанный гардероб и рядом двухстворчатая дверь. Да, развал в головах, развал в окружении- не деревня, а помойка. Прежде чем открыть створку, одернул одежду, пригладил волосы и выпрямил спину. Надо хоть сделать вид, что у меня все более-менее нормально. Дернул за ручку, петли мерзко заскрипели. В длинном коридоре, подсвечиваемым только светом из окон, стоял мелкий мужичек, всё в такой же спецовке, как у батрака. Я подошел, скрипя мокрыми подошвами по видавшему виды линолеуму, протянул руку. Недоросток с явной неохотой пожал ее и тут же обтер ладонь от влаги.

- Идем на крышу, чтобы по двадцать раз одно и тоже не рассказывать.

- На хера? - изумился я.

- Пфф, пошли, там всё поймешь - бесцветным голосом сказал он и двинулся вдоль коридора к металлической лестнице, уходящей, почти вертикально, в темноту.

- Да какая еще крыша - возмущенно завопил я - я замерз, промок, у меня температура, мне срочно нужно в тепло и "терафлю". В конце концов, мне нужна сухая одежда. Какая еще крыша.

Злость и раздражение, клубком ненависти, плескались внутри меня. Что за тупой народ здесь живет. Человеку явно плохо, а они со своими причудами.

- Сначала крыша - ровным и непреклонным голосом сказал чудак - потом мы дадим тебе новую одежду и что-нибудь теплого выпить.

На хер мне чужое тряпье, мне свое надо высушить. Я сжал кулаки в бессильной злобе. Плюнуть на этого психа и уйти? Но куда? Кроме батрака и этого придурка никого не видел и здания по дороге были все сплошь заброшенные. Наверняка эта деревня сдохла, а эти чокнутые мародерничают по-тихому. Кольнул страх, вдруг эта парочка чем нелегальным промышляет и тут я, весь такой красивый и в свидетелях числящейся. Но сразу попытался себя успокоить. Будь что нелегальное, навряд ли бы они меня на крышу повели, чтобы подстроить самоубийство. На месте придавили бы и всего делов. Так, стоп Вань, у тебя паранойя на пустом месте от усталости и холода.

Я глухо зарычал, смачно выругался в пустоту и поплелся следом за мужиком. Отойдя от двух плохо протертых окон, приблизился к лестнице, утопающей верхней частью, во тьме. Собрался, преодолел озноб и полез, кривясь всякий раз, когда переставлял руки по холодным мокрым перилам. Мелькнула мысль натянуть рукава на ладони и продолжить восхождение, но кофта было по размеру и такой фокус проделать не вышло. Сверху раздался лязг отодвигаемой задвижки, тусклый свет неохотно озарил ступеньки, вместе с ним пришла влага. Я ускорился. Выбрался на крышу, сразу скрючился, обхватывая себя руками, в надежде хоть чуть-чуть согреться. Хорошо, что ветра нет.

- Ну - сквозь зубы процедил я, подходя к мужику, стоящему возле перил на краю крыши.

- Сейчас - в его голосе появился азарт.

Вид с крыши открылся самый, что ни на есть, унылый. В двух сотнях шагов от нас находилось два трёхэтажных здания параллельно друг-другу и, словно перекладина на букве П, дальше виднелся двухэтажный дом. Даже отсюда ясно, он заброшен лет так двадцать, двухскатная крыша провалилась, стекол в окнах нет. Между домами виднелся скелет детской площадки из качелей, качалок, горки и еще чего-то металлического, и не понятного, и все это похоронено в высокой пожелтевшей траве. Мимо многоэтажек проходила асфальтная дорога, где меня подобрали. Там еще машина, в канаве валялась, мимо проезжали, далее по обочинам семь одиноких домов. Ага, вон и гнилой сарай с куском леса, откуда я пришел. Повернул голову влево, дальше по дороге, возле перекрестка, еще пять строений непонятного предназначения, все в крайне плачевном состоянии. Мысль о заброшенной деревне укрепилась в голове окончательно. За спиной расположилось муниципальное здание с примыкающей к ней кочегаркой, зачем-то всё это обнесли забором из сетки, далее труба, дымящая жиденьким, черным дымом. Дальше, еще один поселок с шестью разбитыми домами. И вся деревня находилась словно бы в осаде у тумана. Он стоял стеной, иногда выпуская блеклые щупальца, что растворялись, стоит им преодолеть с десяток метров.

- Мужик, я реально замерз - решил я надавить на жалость.

- Ага! - радостно крикнул он, ухватил меня за плечо и повернул в сторону леса - смотри.

- Чего - я дёрнулся, освобождаясь от хватки.

Первые секунды я не понимал куда смотреть, а потом испугался, как никогда в жизни. По-настоящему, до дрожи в коленях, ступора и немоты, как только не обгадился, не пойму. В лесу, под пологом тумана, бродило нечто, грушеобразное, с тонкой, словно верёвочной шеей, оканчивающейся чем то круглым, откуда выходили щупальцы-руки, то ли пять, то ли шесть штук, кривые, словно сучья. Это катилось в тумане молча и настолько реально, как бетон под ногами.

— Это страж - несмотря на весь ужас, я понял слова мужика - и ты попал в пятно. За приделами тумана оно тебя не тронет и даже не заметит.

Пауза.

— Значит так, дальше по порядку - говорил он размеренно, словно лекцию читал по безопасности, хотя, наверное, так оно и было - нас тут около ста человек. Администраторы живут в кочегарке, как и охрана. Бригадные, домовые в многоэтажке, остальные, где придётся. Ты молодой, значит в бригаду. Сегодня день на адаптацию, завтра на работу. Все монстры в тумане, сбежать отсюда некуда. Подробности тебе местные расскажут. Тебе если что, в трёхэтажку. Я пошел, внизу одежда и термос, найдешь возле гардероба.

Я стоял на крыше и не верил в происходящие, но все вокруг, а особенно монстр, во весь голос орали — это реально. Я типичный попаданец, только где эльфы, гномы, где фэнтези, я не хочу в хоррор. Я хочу принцессу или хотя бы дочь сельского кузнеца. Не знаю сколько я отстоял, перебирая в голове глупые и панические мысли, силясь унять накативший страх. Когда холод стал невыносимым и инстинкт самосохранения вывел меня из ступора, я полез вниз. Выйдя в фойе, увидел на стойке гардероба черный пакет, а рядом металлический термос. Вытряс одежду, вместо ожидаемой спецовки, обнаружил мятые джинсы, майку, свитер, куртку из какого-то брезента, две пары носков и сапоги. Как бы не хотелось тёплого чая, но избавиться от мокрых тряпок важнее. Переоделся в почти новое и сухое, стало если не хорошо, то терпимо. Уложился наверняка быстрее армейских нормативов, старую, небрежно засунул в кулек. Свинтил крышку термоса, наполнил ее черным дымящимся чаем. Сделал большой глоток и сразу выплюнул всё наружу, сахара не было, от слова совсем. Матюгнулся и глотнут еще раз, тепла хотелось даже больше, чем понять всю дикость сложившейся ситуации.

Нет безвыходных положений, я найду способ вернуть всё, как было. Простая мысль, но я впился в нее, как альпинист в страховочный трос.

Неспешно допил чай, никто не спешил мне на помощь, пришлось прибегнуть к совету мужика и выдвигаться к панельной многоэтажке. Ближайший путь пролегал через поле и небольшую канаву, я этого наелся досыта, поэтому пошел по дороге. Попутно осматриваясь и впадая в черное уныние. Все выглядело мрачно, серо и тоскливо. Никаких животных, даже птиц не видно, да что там, ни одного листочка на деревьях и кустах, только мертвая трава.

Возле первого же подъезда меня встретила тетка в блекло зеленом дождевике, глазки поросячьи, нос картошкой, ниже, тройной подбородок, да такой, что кнопки на дождевике разошлись, хотя сама вроде и приемлемой комплекции.

- Зоя - проквакала она, представляясь - определю на постой.

Я покорно последовал за ней к крайнему подъезду. Шок от увиденного, растерянность и вспыхивающая надежда, что это все сон или бред, полностью лишили меня силы воли.

- Значиться так, можешь жить на первом этаже в общих квартирах, спальник принеси и найди себе уголок. Но к батарее тебя никто не подпустит, учти. Но такие, как ты, всегда отдельную жил. площадь хотят. Так что, тебе под крышу на третий - она замерла на последней лестничной площадке, обернулась ко мне - выбирай любую, везде одинаково паршиво.

Я посторонился пропуская ее вниз, сам же дернул первую попавшуюся дверь. Зашел в квартиру и скривился от запаха плесени. Нет, тут жить невозможно. Проверил остальные квартиры, та же вонь, те же отклеивающиеся обои с пятнами плесени по углам.

"Эти долбаные колхозники явно надо мной потешаются. Небось, хаты внизу нормальные, а мне это говно подсунули" - зло подумал я, спускаясь.

Зашел в квартиру, откуда голоса послышались и стоило мне открыть дверь, как понял, если кто и издевается надо мной, то только не эти убогие. Из коридора, помимо запаха плесени и сырости, тянуло мочой и еще чем-то кисло противным. Захлопнув дверь, выскочил на улицу, завертел головой ища не пойми что.

- А, новенький - просипело откуда-то с боку - чая плеснешь расскажу, что тут, да как.

Повернулся к говорящему, мужик в дождевике поверх фуфайки стоял под навесом, меланхолично двигая челюстями. Захотелось наорать на недоумка, но я сдержался и сразу внутри образовалась пустота и меланхолия, словно все эмоции кто-то спустил в унитаз.

- Держи - я протянул термос.

- Весь? - оживленно спросил он.

- Да.

Он выхватил емкость с чаем, свинтил пробку и прямо с горла, стал лакать горячий чай. Допил и смачно рыгнув, сказал.

- Всем новеньким дают термоса. Береги его, это первый совет.

Мужика звали Семеном и вот он почти час, как мог объяснил, в какую жопу я попал и что следует делать, дабы как-то существовать тут.

Первый и самый главный вопрос я задал, стоило нам перейти в его комнату, что располагалась на втором этаже, слева.

- Что это за место?

- А хрен его знает. Кто-то зовет чистилищем, кто-то, преисподней или адом. Кто-то говорит, что мы застряли во временной петле. Один псих, хоть и видный ученый, сказал, что мы вообще в кошмаре некого потустороннего существа. Ну того, что в тумане бродит. Он потом, кстати и ушел к нему, на съедение.

Я прижался к едва теплой батарее, под недовольным взглядом Семена, продолжил расспрос.

- А как отсюда выбраться?

- А ни как - наигранно легкомысленно ответил он - даже самоубиться не получаться, ну поорешь, постонешь, а затем срастается всё как есть и будешь уродом жить. Вены резать не советую, а то к мусорщикам определят из-за неспособности нормально работать.

С этими словами он полез в складки своей одежды и извлек пузырь с мутной жидкостью.

- Я это пить не буду - сходу заявил я.

- Будешь, а иначе насморк с ума сведет - я тут же шмыгнул носом.

Новый знакомец поставил на стол два мутных стакана, засыпал в них перца, чуть ли не на треть, разбавил все это дело самогоном, размешал тупым концом вилки, протянул один мне. Сам же, залил в себя эту муть, даже не скривился. Я безысходно выругался и последовал примеру собутыльника. То ли самогон был слабым, то ли он и вовсе не был алкоголе содержащим продуктом, но кроме жгучего перца, я ничего не почуял. Внутри раздалось тепло, я блаженно улыбнулся. Мысли потекли густой патокой и меня охватило отупляющее безразличие. Я слушал сбивчивый и путаный рассказ Семена в отрешённом и полностью подавленном состоянии. Про то, что все спят возле батареи, что Администраторы неприкосновенны, а мусорщики каннибалы и вообще отбросы. Про мутации, лесоповал и бригадира. Про какой-то праздник, свечи и особенно много про злобного Куца. Как я уснул, не помню.

Разбудили меня самым варварским способом, плеснув в лицо ледяной воды. Я дернулся, зло запыхтел, хотел было вскочить, но ночевка в одежде на жесткой подстилке, не добавила резвости ни телу, ни мыслям. Я махнул ногой, в попытке отбиться от невидимого садиста и невнятно выругался, продолжая смотреть на грязный пол. Мне было холодно, мокро и очень паршиво.

- Или идешь с нами в лес, или ночуешь на улице - пробасил чей-то злой голос и послышались удаляющиеся шаги.

- Лучше пошли - голос Семена я узнал - нет ничего страшнее ночевки на улице.

- Иди в жопу - огрызнулся я.

Семен не стал меня уговаривать. Я отлежал возле батареи еще час, силясь согреться, но вышло только не замерзнуть еще больше. Встать к действиям меня призвал гудящий от голода желудок. Осознание, что купить еды явно не получиться, а на халяву кормить точно не будут, прибавило мне мотивации идти на работу.

Стоило приоткрыть подъездную дверь, как я сразу же вернулся назад в подъезд. Из серого, как туман, неба лилась морось, мелкая и паскудная, а сквозняк сыпанул влаги в лицо полной гостью. И этого хватило, чтобы тело забилось в ознобе и ком раздражения поселился в груди, а еще страх ночевки под открытым небом. Лучше пару часов погорбатиться и потом снова прильнуть к батарее, чем спать на улице.

Найти лесорубов не составило никакого труда, сначала к гнилому сараю, затем на стук топором. На моё опоздание никто никак не отреагировал. Мужик, с похожим на кору дерева лицом, всучил мне орудие труда и показал куда идти, а Семен удивлённо спросил.

- Ты чего без дождевика?

- А мне никто не дал - рассеянно сказал я.

Я со страхом посмотрел на клубящийся туман, буквально в пятидесяти метрах от нас.

- А это, тварь нас не схватит?

- Не пойдешь в туман-не схватит. Работой давай - проворчал вчерашний собутыльник.

Я постарался держаться как можно дальше от серого полога. То и дело оборачиваясь на него. Но боятся всё время невозможно, особенно, когда ничего не происходит. Более до конца дня никто не произнес ни слова. Спустя три часа, тот же мужик, со странным лицом, раздал бутерброды с колбасой. Сеня с явной неохотно выделил мне пару глотков, едва теплой воды, из термоса. Еще через три часа послышался шум дизеля. Я было взбодрился, но тут же поник, к нам приближался трактор, под управлением мужика в серой спецовке Администратора. Как я помнил со слов Семена, эти нам не товарищи. С виду новенький МТЗ остановился возле канавы, все без приказа стали забрасывать бревна в прицеп. Администратор так и не выбрался из кабины, а я, закидывая одно из бревен, с лютой ненавистью смотрел, как он неспешно подносит к губам крышку от термоса, с клубящимся паром.

- Лучше не смотри - сказал неизвестный мне лесоруб.

- Чего? - проскрипел я.

- Зачем дразниться несбыточными мечтами - я дернул его за плечо, поворачивая к себе и заглянул в загноившееся глаза, вздрогнул и отпрянул.

Да с таким нагноение не то, что работать, просто ходить нельзя. Ему бы к врачу. Нашел взглядом Семена, подошел.

- Что с его глазами, почему не лечит?

- Иди в жопу, а - рыкнул он - я вчера тебе все объяснил.

Вот только я запомнил не всё.

- Отбой - отдал приказ бригадир.

Я с облегчением выронил топор, кисти рук хоть и не болели так нещадно, как в первые час работы, но тупая назальная боль присутствовала. Все побросали свои орудия труда возле большого пня и потянулись к трёхэтажке, вроде бы и вместе, но каждый сам по себе. Наше молчаливое шествие сопровождало одно лишь отвратительное чавканье грязи под ногами. Подойдя к дому люди, не задерживаясь разбрелись по своим углам, отогреваться и отъедаться. Я последовал за Семеном, но возле двери в его комнату он резко остановился и оттолкнул меня.

- Ты куда прешь - усталым, но очень раздражённым голосом, сказал он.

- Так это - не найдя слов промямлил я.

- Связался на свою голову — это было последним, что я услышал перед тем, как дверь захлопнулась.

Я беспомощно оглянулся на копошащихся возле батарей людей, помощи не ждал, скорей, это был еще один шаг к принятию действительности. Я закусил губу, холод и сырость тянули остатки тепло из тела, мне крайне необходимо просушиться и согреться.

- Эй, где тут можно вещи просушить - гаркнул я, но ответа не последовало – дебилы, я вас спрашиваю, где можно просушиться?

- В кочегарке - ответили мне сильно простуженным голосом.

- Суки! - кинул я в пустоту и почти побежал в сторону гигантской трубы.

Не знаю на что я рассчитывал, просто действовал, лишь бы не быть статичным в этом мире вечной промозглости. Но весь мой демарш ничем не увенчался. Забор из сетки рабицы, сплетённый из колючей проволоки в три метра высотой, стал для меня непреодолимым препятствием. Я кричал, матерился, угрожал, всё в пустоту, всё на потеху непрекращающейся мороси. Постепенно, осознавая всю злобность шутки. В голове всплыли слова Семена "Легче летать научиться, чем в кочегарку попасть". Когда я обессиленный и окончательно замерзший вернулся к проклятой многоэтажке, меня встретила Зоя.

- Иди к Куцу. На первом и прямо.

Зашел в указанную квартиру, но дальше коридора продвинуться не удалось. Не объяснимо высокая женщина, согнув голову возле потолка и выставив ладонь, проговорила.

- Те. Что?

- Обсохнуть и плащ.

- Там - глянул в угол, куда указывала, вполне себе нормального размера рука, в одной куче валялись упаковки плащей, в другое тряпьё.

Куча одежды, даже с виду, выглядела старой и основательно заношенной, но у неё было одно неоспоримое преимущество, сухость. Кривясь от вони, подобрал себе двое штанов, три свитера и даже несколько пар носков. Хотел было переодеться в свободной квартире на третьем этаже, но вспомнил ту сырость и не смог заставить себя сдвинуться с места. В итоге, занял комнату на втором, меня пытались остановить, но я кулаками отбил себе место возле одной из батарей. Быстро переоделся и остаток вечера вжимался в едва уловимо теплый бок чугуна. Толковых мыслей не было, только одна, за что мне это всё, даже отсутствие электричества воспринялось фоновым сожалением.

Когда мои новые соседи потянулись вниз, я последовал их примеру. Раз оторвались от тепла, значит внизу происходит что-то более важное и необходимое.

В метрах пяти от нашего подъезда стоял микроавтобус и люди в спецовках раздавали консервы, плесневелый хлеб и разливали по термосам кипяток. Я набрал почти десяток банок, меня никто в этом не ограничивал. Попытался заговорить с Администратором, но через десять минут непрерывных вопросов, он просто достал пистолет и выстрели мне под ноги. Только чудом не попав в конечность. Я обложил психа матом и вернулся к своей батарее. Там съел две банки тушенки и уснул продрогший, но сытый.

Затем пошли самые однотонные дни в моей жизни. Серость, холод, тупой монотонный труд, холодная еда и, конечно же, всепроникающая сырость. Вот и все слова, что могут описать уклад моей новой жизни. Даже на рефлексию и самобичевание не хватало ни сил, ни желания. Единственное чувство властвовало в душе- жалость к себе и обида на судьбу. Завести знакомство или нормальный разговор ни с кем не получалось. Народ сплошь угрюмый, злой и дерганый.

Утром четвёртого дня я позавтракал проклятой тушенкой, оказываться, еду привозили через день, запил ее едва теплой водой и отправился на лесозаготовку. Но на поляне никого не нашел. Крикнул пару раз "АУ" и отправился назад. Нашел Зою, что, как обычно, ошивалась возле первого из домов.

- А где все?

- Сегодня выходной. Сегодня праздник - очень уже ласково, ответила она.

- Чего это?

- Ночью обновление. Администратор привезет теплую еду и много свечей - голос ее сделался таким беззаботно счастливым, будто у маленькой девочки, которой пообещали кукольный домик и охапку плюшевых мишек.

- Что за обновление? - надо спрашивать, пока отвечаю, от других внятных объяснений могу и не добиться.

- Праздник - как само собой разумеющее, ответила она.

- А как его праздновать?

- Все соберёмся в одной или двух квартирах. Будем пить водку. Греться возле свечей. Есть теплую пищу. Праздник ведь, обновление.

Да, от нее я большего не добьюсь, криво усмехнулся и пошел искать Семена. Тот меня в очередной раз послал на хер. Так, до вечера я ничего толком и не узнал, просто довел всех до состояния перманентного раздражения. После удара в глаз от рослого якута, я более вопросов не задавал.

Когда серое небо стало затухать, тем самым обозначая ночь, подъехали три машины. Парни в спецовках быстро разгрузили кастрюли с вареной картошкой, супом и чем-то вроде плова. Так же было выдано три ящика водки и огромный кулек специй. И всем желающим, вместо пустого кипятка, выдали чай. Прежде чем они уехали, из подъезда вышел еще один в спецовке, кивнул и вся делегация двинулась в обратный путь. Лезть с расспросами или тем более с претензиями, я не стал, свои же затопчут, ведь есть шанс запороть им праздник.

Запрятав термос с горячим чаем и несколько бутылок водки, спустился на первый этаж в квартиру Куца. Несмотря на столпотворения людей, я увидел или даже почувствовал, тепло живого огня. Растолкал локтями собравшихся, придвинулся к большой свечке, стоящей на столе в центре комнаты. И как заворожённый протянул руки к огню, урча от блаженного тепла, что проникало через ладони, кажется, во всё тело сразу. Но меня грубо скрутили и уткнув мордой в раскисшие обои прошипели на ухо.

- Если бы она погасла, ты бы к кирпичникам переехал сегодня же - кто именно произнес угрозу, я не понял, но от этого она не стала менее пугающей.

Меня отпустили, я отер лицо и зло глянул на веселящихся людей. Хотел было обидеться и уйти, но терять тепло живого огня из-за этих дебилов, я точно не намерен. Протолкался через коридор в соседнюю комнату, ко второй свечке, кривой старикан подвинулся, давая возможность насладиться теплом.

- О горожанин! Если свеча потухнет, я тебе голову проломлю.

- Новую, что ли, зажечь нельзя - проворчал я, устраиваясь на хлипком табурете.

- Дурак, как есть-дурак. Где мы тебе спички возьмем, чтобы её зажечь?

- Ну от другой свечи, что никак?

- А если и та потухнет - испуганно возмутился дед - нарожают бабы дураков, а нам мучайся. Горожанин!

Я умолк, дальнейший разговор привел бы к злобе и возможной драке. Что побьют фигня — вот лишится тепла - это страшно. Как-то незаметно для себя осознал, что пью водку с перцем. Кто дал стакан и когда, не помню. Стало тепло не только снаружи, но и внутри. Я постепенно опускался в некую эйфорию, пил, ел, смеялся над старыми анекдотами или просто глупыми историями. Потом увидел того самого злого Куца, им оказался огромный жирный мужик, передвигающийся в инвалидном кресле. И на нем змеей обвилась та самая необычайно длинная женщина. Он прокричал какие-то лозунги, по типу-мы семья, мы сила, мы все единый организм и укатил к себе на кухню. А я счастливым идиотом продолжал смотреть на мирно горящее пламя свечи. Потом мне на колени села какая-то девица с перекошенным лицом, словно ластиком мазнули по картине, смещая черты влево. Она страстно впилась мне в губы нервным поцелуем. И после попыталась утащить в темную пропахшую потом комнату, где в тряпье копошились люди, издавая сладострастные стоны. Меня затошнило, и чтобы вырваться, пришлось ударить её по лицу. Заснул я подле свечи на табурете.

Проснулся от стука капель воды о что-то металлическое. Долго не мог собрать мысли в одну кучу: где я, как тут очутился и почему так плохо, вот основные из них. Каким-то невообразимым усилием воли, поднялся на ноги, помогая себе руками, цепляясь за трубу отопления. Если бы не эти удары, то точно бы не поднялся, а так раздражение заставило двигаться. Стоило выпрямиться, сразу замутило, ком тошноты ударил в горло, я зажал рот, нашел взглядом ручку от балконной двери. Вывалился на промозглый воздух и перевалившись через перила надсадно проблевался. Сразу полегчало и в голове прояснилось. Выпрямился и заметил, как мужик в спецовке что-то вытягивает из открытого капота машины, стоящей на асфальтной дороге. Он стоял ко мне спиной, увидеть что-то конкретное не выходило. Сгрузив нечто в самодельную тележку, Администратор зашел за машину и через мгновение столкнул её в канаву.

Прислушался к себе, вроде силы есть и мутит в меру. Перелез через перила, противно шмякнулся в раскисшую землю. Матюгнулся.

- Чай есть? - пробасили из-под балкона.

Я шарахнулся в сторону, не удержался на ногах и свалился на задницу.

- Да твою же - выдохнул я ругательство, под балконом, в куче тряпья и коробок виднелась обросшая морда мужика.

- Чай - словно бы пролаял он.

- Иди на хер - я поднялся и поспешил за мужиком в спецовке. Надо узнать, что он забрал из машины, ведь помню отчетливо, когда прибыл сюда, в канаве валялась потертая "мазда". А теперь она вон, на дороге очутилась, и этот Администратор просто так, под дождь не выйдет.

Мужика в спецовке догнать не вышло, он куда-то свернул или его подобрали, не знаю. На пустую ругань сил не хватало. Обтер лицо от дождя, сильно жалея, что нет дождевика. Но все же, смог уговорить себя проверить "мазду". Скользнул в канаву, не заботясь о чистоте одежды, поднял капот. Ага, понятно, аккумулятора нет, остальное вроде все на месте, но без гарантии, я в этих машинах несилен. Да и логично это, снять аккумулятор, какое-никакое, электричество, а это возможный источник тепла. Так, надо глянуть, может что полезного в салоне завалялось. Пара книг на заднем сидении, как и всё здесь, мокрых насквозь, в бардачке стакан, карта Мюнхина, шелуха от семечек и пачка сигарет на половину пустая. Да, голяк. Хотя, где сигареты, там должна быть и зажигалка или, на худой конец, спички. Вспыхнувшая надежда заставила перерыть машину, чуть ли не срывая обшивку. Пусто. Наверняка средства розжига Администратор забрал.

Так, так, так. Думай Ваня, думай. Раньше машина была в канаве, теперь на дороге, и после обновления к ней пришли снимать акуму, да еще и спички уволокли. Ага, кое-что пришло на ум, но надо все доподлинно разузнать. У бригадных и домовых спрашивать нет смысла, облают, как собаки, еще и в морду дать могут. Остался один вариант-юродивые и термос с чаем мне поможет. Я пару раз вдохнул- выдохнул, собираясь с силами, чтобы выскочить по морось, из пусть холодного, но относительно сухого салона машины, и рефлекторно гляну в зеркало.

- Тваю мать - больше зло, чем растерянно зашипел я.

Левый глаз был полностью закрыт, не заплыл от удара, а просто закрыт, как если бы мне его бесцветным скотчем залепили. Как я на это внимания не обратил? Непонятно. Ведь не было никакого дискомфорта и сейчас нет, все хорошо вижу. Надавил на веки большим и указательным пальцами, попытался разлепить их. Боль резанула по глазнице. Матюгнулся и повторил попытку. С трудом, но удалось разлепить веки, фокус зрения поплыл, левый глаз заслезился. Убрал пальцы, веко снова закрылось. Но теперь я ощутил, что вижу только одни глазом, левая часть потемнела. Я еще минут десять массировал и раскрывал веки, пока не получилось относительно нормально, держать их в открытом состоянии.

Добежал до своего убежища, быстро переоделся в сухую одежду, что заранее положил на батарею, напялил плащ, взял термос. На лестничной клетке нарвался на бригадира лесников, тот попытался затащить меня на работу. Я обложил его матом и, когда он потянул ко мне свои грязные руки, толкнул в грудь, и занес кулак, готовясь к драке.

- Отстань от него. Первое обновление пережил - неожиданно за меня вступился Семен.

- Завтра не увижу в лесу, под панель загоню - с вызовом зарычал он.

Отвечать я не стал, мне сейчас не до драки. Дождался пока лесники скроются из вида, пошел искать Зою.

Она, как обычно, стояла возле первого подъезда.

- День добрый — это я хреново разговор начал.

- Че тебе? - она обернулась ко мне, тряся своими подбородками.

- Да вот, пообщаться пришел на разные темы - и я, вроде как ненароком потряс термосом, делая намек.

- Иди в общагу, там с этими и общайся - зло пробулькала она, растягивая рот почти до ушей в жабьей улыбке.

- Так, они там...

- Ты что, глухой - заорала она и я заметил, как из-под плаща мелькнул кончик ножа - Я! СКАЗАЛА! ИДИ! В ОБЩАГУ!

Я ретировался от этой полоумной. Дальше, буду думать, что говорю. С тележниками, что обитали возле разрушенной двухэтажки, я побоялся начать разговор, при моем приближении они защелкали челюстями, по-гусиному выгибая шеи. Я уже собрался зайти в разрушенный дом, где обитала основная часть мусорщиков, но голоса с балкона нашего дома меня остановили.

- Хлядь, Хлядь, пошел. Схарчат, как есть схарчат. Пристукнут и схарчат.

- Нее, кипятком откупиться - возразил ему второй голос.

- Нууу. Халька, як думашь, схарчат, аль откупиться?

Дальше голоса стали тише и неразборчивее. Заходить сразу перехотелось, еще тележники за квохтали, как-то нехорошо. Не, туда мне точно соваться не резон, насколько я понял из слухов, эти могу и в самом дели убить и съесть. Хотя за руку их никто не ловил, но береженого Бог бережёт.

Я отошел от щербатого подъезда на десяток шагов, призадумался. Мусорщики еще где-то обитают, это я знал, но, где именно, это уже вопрос без ответа. Про них то узнал из общих разговоров. Насколько я понял, тут имелось деление на классы или даже касты, низшая-это тележники, те, кто крутиться возле домов и уже не пригоден к физическому труду, как выживают-вообще ни понятно. Кирпичники-сидят в домах и носа не высовывают, мусорщики, те, кого выгнали из отапливаемого дома. Есть еще шатуны, но их я не встречал. Есть разделения и у нас, меня можно причислить к бригадным. Домовые — это Куст и компания. Лишние-это те, кого забирают администраторы. Я решил, что более углубляться в эту систему нет смысла, основы понял, а остальное, придет само. И еще немаловажный факт, опуститься на этом социальном лифте можно, а вот подняться, такого не бывало.

Я взглянул на балконы третьего этажа, шмыгнул носом. Ох, чую, тот с говором, просто посмеялся надо мной. Но проверять я это не буду. Куда теперь? На ум сразу пришел подбалконик, местный уродец, про которого мне вскользь упомянул Семен.

На старом месте, где я вывалился по утру через перила, его не обнаружил, нашел далее, через три балкона.

- Чай будешь? - пошел я сразу с козырей, здесь явно не приветствовалась пустая вежливость.

Груда тряпья колыхнулась и даже через завесу мороси на меня дыхнуло смрадом, коробки, кстати, куда-то исчезли.

- Буд, - на удивление четко раздалось из тряпья.

Стоять в раскорячку возле балкона было не удобно, огляделся, нашел обломок кирпичной кладки. Не поленился, вырвал его из плена пожухлой травы, подтащил ближе к балкону с мусорщиком.

- Давай - рука вылезла совсем из неожиданного места, по сравнению с измазанной мордой.

- Кружка где? - свинчивая крышку, грубо спросил я.

- Мда, это. Вот - рука снова исчезла в тряпье, чтобы секунду спустя, выдать мне, на удивление, чистую фарфоровую чашку, объёмом не менее трехсот грамм.

Ага, раскатал губу, на донышке, не больше, вытянул руку, плеснул самую малость. Приближаться больше необходимого, к этой вонючке, я не собирался.

- Жмот - выпив чай, тут же пожаловался мусорщик.

- Если дашь правильные ответы на мои вопросы, получишь еще - стоило очень тщательно подбирать слова.

- Нуу.

- Что происходит после обновления?

- Дык понятно что. Обновляется все.

- Дурку включил. Ладно, кирпичники от моего кипятка не откажутся.

- Засцышь. Я видел, ты к ним пытался подойти.

- Знаешь, ты мне показался более разумным вариантом - я встал с кирпичей и бодро зашагал в сторону разрушенной двухэтажки.

- Стой, кому говорят, стой. Я больше знаю.

- Уверен? - я развернулся к нему, стараясь изобразить на лице раздражение и разочарование одновременно.

- Да - пробурчал он едва слышно.

Вернулся на свой импровизированный стул, подбалконник протянул кружку.

- Я, кажется, задал вопрос? - я проигнорировал его движение.

— Это место раз в пять-десять дней обновляется. Вещи возвращаются на старые места, если, конечно, тепла рядом нет. Если есть, по-разному, что-то остается, что-то меняется. Никто тебе точно не скажет, как это работает.

Хоть какая-то конкретика, а то, все как-то размыто говорят.

- Ясно. Что про кочегарку знаешь?

- Если не позвали туда до первого обновления, значит уже не позовут - я налил еще кипятка в протянутую кружку - а чаем не мог сдобрить - тут же проворчал он.

- Тебе чай нужен или кипяток? - в ответ тишина, - То тоже. Почему не позовут?

- После обновления у нас мутации разные появляются. Сначала едва заметные, потом все больше и больше. Чем теплее, тем меньше мутаций, как-то так это работает.

Теперь понятно, зачем они свечи да кипяток привозят перед обновлением. Чтобы мы совсем уродами не стали. А в кочегарке, места всем явно не хватает.

- А если кочегарку штурмом взять?

- Хм, новичок - еще немного горячей воды заполнило его чашку - их там человек пятьдесят засело. Есть оружие. А если кого из них тронешь, они потом приедут и тебя свинцом нашпигуют и подвесят за шею. И это хорошо, если до тебя Куц не доберётся раньше.

Я замолчал, осмысливая сказанное, убогий, тем временем, ударил боком чашки по термосу. Я машинально налил, он продолжил болтать.

- Ты думаешь, помрешь от этого, а вот хрен. Обновление пройдет, воскреснешь. Только свинец из тела некуда не денется, как и петля с горла. В муках будешь жить.

Ну, это мы уже слышали.

- И что, помереть ни как нельзя?

- Можно, иди в лес к стражу, он тебе в этом поможет - подпустив в голос ехидства сказал мусорщик, я чихнул от вони - а может, переваривать будет вечность. Кто знает.

Меня передернуло от такой перспективы.

- И все варианты? - подавлено сказал я.

- Ну не совсем. Администраторы ездят в соседние сектора.

— Это, типа как у нас - тут же оживился я.

Даже самая призрачная надежда — это надежда.

- Насколько я знаю, не совсем так. Где-то сатанисты, где-то евангелисты, есть просто дикари - он перешел на шёпот, я же, борясь с вонью, подался ближе - у нас то все спокойно, всем по фиг.

Он неожиданно цапнул меня за руку и дернул к себе, щеря рот в голодном оскале, второй рукой хватая меня за край куртки. Я повалился назад, вскрикнул и что есть силы, ударил урода ногой в область шеи. Еще раз и еще, но все удары тонули в мягкой ткани, не принося урона гаду. Подбалконник дернул мою руку и его челюсть сомкнулась на предплечье. Я взвыл от боли и что есть сил попытался вырвать, скребя пальцами раскисшую землю. Свободная рука нащупала что-то твердое, я не раздумывая ударил урода в косой лоб. Раз, другой, он обмяк, я, бороздя ногами землю отполз от психа на пару метров, встал на четвереньки и с трудом выпрямился.

- Термос забыл - как ни в чем не бывало, сказал мусорщик, протягивая в тощей сизой руке серебристый цилиндр.

Я было дёрнулся в его сторону, но тут же отскочил назад, идти в ловушку к пауку, не самая здравая мысль.

- Чтоб ты сдох - зло рявкнул я и бросил в него кирпич, затем еще один, когда в ответ прилетел мой снаряд и больно попал в ногу, я еще раз выругался и отставил все попытки его достать.

Обошел дом, приблизился к своему подъезду, где стоял Семен, активно что-то жуя.

- Где так вымазался - полюбопытствовал он с долей злорадства.

- Да тварь под балконная чуть не сожрала.

- А, Петров. Этот да, этот может, ты это рядом с балконами не ходи, а то может выскочить, к себе затащить и там сожрать. Долго жрать будет, а нам, эти крики по ночам, ни к чему.

- А чего вы его отсюда не вышвырнете? - зло проорал я.

- Иди и вышвырни - меланхолично ответил Семен.

- А предупредить сразу нельзя было - выдал я обоснованную претензию.

Семен помолчал, потер переносицу и сказал.

- Так все же знают.

Прав это под балконный урод, тут всем на всех плевать. Под чавканье Семена, очистил, как мог, дождевик. Хорошая вещь-не рвется, воду и грязь не пускает.

- Откуда он такой взялся? – поуспокоившись, спросил я.

- Ааа, сиганул с крыши головой вниз, сразу перед обновлением, потом орал два часа. А на утро, собрался во что-то там и залез под балкон. Там теперь и живет. Иногда ловит таких придурков как ты и харчит. А так, вреда от него нет.

- И все мусорщики каннибалы?

- Не знаю, он, да еще Путник, точно людей едят. Тот заведет в глушь и сожрет.

- А как он выглядит?

- А хрен его знает, никто не возвращался же. В зеленом дождевике ходит.

- Охренеть какая примета - очень тихо прошептал я.

Поняв кое-какие принципы этого мира, жить, не скажу, что стало легче, но куда как сподручнее. Да и понимание, что можно отсюда сбежать, очень даже мотивировало на активные действия. Просто так, с людьми тут разговаривать бесполезно, надо через кипяток задавать вопросы. Деньги тут заменяло всё, что могло давать хоть грамм тепла, тот же перец с водкой. Жжёт внутренности, значит хорошо. Из опасного для здоровья, первым номером стоит туман, с его монстрами, мутантами и всем остальным непонятным. Сам мельком видел разное и жути эти видения, нагнали немалой. И бывалые вполне охотно (что удивительно) делились мрачными историями, про туман. Понятно дело, с Администраторами конфликтовать, что себя живьем в могилу зарывать. Еще есть Куц, его перманентно боялись все, и никто не хотел говорить, почему. Еще есть яблоневый сад в поле и хлев, с открытыми дверьми, плюс подвал и пока что всё.

С мутациями было все просто и сложно одновременно, любая травма, после обновления становилась уродством, как у мне глаз или кости Подбалконника. А дальше, шли множественные вариации, никем не изученные и не подмеченные, что было на виду то и знали, во внутренности никто не лез.

Следующим утром я в рядах первых отправился на лесоповал, прежде, попросил у Куца новый термос. Тот охотно его вручил с заверениями, что я ничего не должен и это жест доброй воли. Что это банальная замануха, дабы втянуть меня в долговую яму, ясно, как божий день, хотя, тут дни все сплошь пасмурные и тоскливые.

Придя к вырубке, буркнул, мол пойду на дальний участок. Мои слова были благополучно проигнорированы. Всем на всех плевать. Стукнув по трухлявой березе пару раз, отложил топор и отправился на исследования местности, с целью помародерствовать. Здесь народ сплошь инертный, есть неплохие шансы, найти что-нибудь полезное.

Тщательное обследование окрестностей заняло три дня. Местность маленькая, искать есть смысл только в домах, да в заброшенных машинах. Нашел много книг, мебели и мелкого хлама, по типу плоскогубцев, отверток да фонариков с намертво разряженными батарейками. В одном здании, явно административном, если судить по разбросанным бумагам, обнаружил пакет со спичками. Сердце на секунду встрепенулось в радостном предвкушении, но и только, голая логика сразу подсказала, морось, с гарантией, уничтожила этот способ добычи огня. Так и вышло. Даже если высушить их на раскаленной печи, то самостоятельно, они все одно, не зажгутся. Там же обнаружил сверток с пятью толстыми белыми свечами. Валялись под разорванным баяном, будто кто-то спрятал, а может и не будто. Не суть.

Пять свечей-невообразимое богатство в местных реалиях. Их не то, что показывать, но даже упоминать не следует. Я хорошо помнил, как на меня накинулись, стоило, не осознано, приблизился к живому огню слишком близко. Столь шикарный подарок судьбы, разом лишил меня желания продолжать поиски. А голову заняла только одна мысль, как добыть огонь для свечей в день обновления, или же суметь раздобыть зажигалку раньше Администраторов, что могла лежать в бардачке машины. Так же я понял, нужно построить какую-нибудь хибарку возле батареи, чтобы в одиночестве наслаждаться теплом возможного огня.

Строительство начал на четвертый день, снова улизнув с трудотерапии, но к обеду явился Бригадир, злой как собака, сорвавшаяся с цепи.

- Сука. Убежал - я подставил плечо под удар, бил он медленно, явно не рассчитывая на сопротивление - ЧТО!!!

- Мужик ты чего, а? И так живот болит, спасу нет, и ты еще - заскулил я.

- В поле дрищи, не тут - продолжал вопить он, не оставляя попыток меня ударить.

Я уворачивался, подставляя спину, было больно, но терпимо. Если совсем избегать побоев, еще больше разозлю, не говоря уже про сопротивление. Дам сдачи, так они меня толпой научат летать с крыши. От местных можно ждать чего угодно.

- Да понял я, понял.

- Тогда пошли - навис надо мной Бригадир, сверля маленькими глазками из-под зароговевших век.

- Пошли - пискнул я.

Понятно, значит в наглую прогуливать не выйдет, кто-то обязательно сдаст. Учтем.

На следующий день, почти с самого утра, начался полновесный дождь, как знамения грядущего обновления. Все разом повеселели не только потому, что принесут свечи, горячую еду и водку, но и из-за возможности прогулять рабочий день. Я, до самого приезда людей из кочегарки, отвозился с шалашом-палаткой у себя в комнате. Приходил Семен и только посмеялся над моими трудами и, произнеся что-то вроде "Ну-ну, удачи тебе, в кирпичника обратиться" - ушел вниз.

Услышав рокот дизеля, спустился, быстро наполнил термос кипяток. Набрал пайки и обратно в свою комнату. Запер дверь, заложив палку за ручку. Быстро поел и собрался закладываться спать. Будильника не было, пришлось применить древний способ, то есть, напился воды по максимуму, чтобы естественный позыв пробудил по утру. Будем надеяться сработает, в книге, со слов автора, всё получилось. Заснуть удалось не сразу, все ворочался, мысленно прикидывая, получится обзавестись сухими спичками или нет. Но мысли все время соскальзывали к людям внизу, они веселятся в тепле при свечах. Как же хотеться к ним. Как справился с соблазном не знаю, может помогло четкое понимание-спущусь и уже точно не найду сил уйти. Тем самым загублю единственную возможность обзавестись своим огнем. Потом кто-то ломился в дверь, это я хорошо придумал, подпереть её. По итогу, провалился в ватную дрему, прижимаясь спиной к батарее.

Вычитанный способ побудки сработал, нестерпимое давление в мочевом пузыре заставило разлепить веки и даже выбраться из укрытия. Вот только заторможённый мозг подвел, стоило выйти на балкон и начать процедуру избавления от жидкости, как меня качнуло. И я основательно изгадил штаны. Выматюгался. Но и в мыслях не было переодеваться, не та обстановка и время уходит. Сбежал по лестнице, не таясь и прямым ходом устремился к "мазде". Выскочил на дорогу. Ага, стоит родимая и не каких комбенизонщиков. Добежав до машины, я изрядно запыхался, голова кругом пошла, чуть на ногах устоял, еще шум в ушах, да круги перед глазами, усугубил моё положение. По фиг. Рванул дверь, завалился на сидение, дернул бардачок, тот не поддался. Что за черт. Еще попытка, ага получилось, вывалил содержимое себе на колени. Вот она, блести серебром, «зиппо». Дрожащими руками скинул крышку, затаил дыхание и сосредоточено прокрутил колёсико, радость, нарождающимся фонтаном, поднималась из нутра, вместе с искрами. Мгновение и сильное живое пламя одарило меня теплом. Огромным волевым усилием заставил себя погасить огонь. Затолкал остальное барахло обратно в бардачок, глянул в заднее стекло, к машине приближалась фигура с тележкой. Вот это уже плохо. Поймают, по головке не погладят. Машина стоит боком к дороге, так что, есть аккуратно и не шумя, то можно выбраться. На четвереньках выполз наружу, прикрыл дверь, скатился в канаву отползая в сторону. Если Администратор не спуститься вниз, то заметить не должен.

Шум возни около машины, вроде как разочарованный мат и удар металла об землю. Мазда тюкнулась носом в бузу. Момент истины, пойдет он обследовать территорию или нет. Не пошел. Сука, измазаться боится. Полежал еще минут пятнадцать-двадцать. Осторожно высунулся. Ушел сволота.

Напрямик к квартире не пошел, сделал круг. Подходя к жилому дому, услышал вопли кривого дедка.

- Горожанина нашли! Горожанина!

Новенький что ли? Немного помялся, все же решил проявить любопытство. Зоя уже сопровождала фигурку в зеленом плаще, (а мне не дали гады) с зажатым термосом в руках. Вроде девка. Точно девка, длинные рыжие волосы выбиваются из-под капюшона, прям как у Клавки. Только не это. Стоило ей поднять голову, как я увидел зарёванное лицо моей девушки.

- Клава - растерянно, произнес я.

На лице попаданки проскользнуло узнавание, она громко всхлипнула и целенаправленно поспешила ко мне. Я больше растерянный, чем потрясённый двинулся на встречу к несчастной.

- Клава как... как ты... тут оказалась? - промямлил я, подходя к ней в плотную.

- Я - и она расплакалась, прижимаясь к моей груди, а я глупо гладил ее по спине, кривясь от влаги на дождевике.

- Нечего тут стоять, пошли ко мне.

Она послушно позволила себя увести. Мы беспрепятственно дошли до моей батареи. Я закрыл дверь, подперев ручку палкой, слишком любопытнее обитатели дома, нам ни к чему. Указал Клаве на жалкое подобие шалаша, она на удивление спокойным голосом спросила.

— Это что?

- Эээ мой дом. Наш дом - зачем-то поправился я.

- Нннда - с полным разочарованием в голосе произнесла она.

Клава относила себя к тому типу женщин, что считают себя дерзкими и независимыми. Отсюда и рыжий цвет волос, полу-хамское общение с окружающими и здоровый цинизм, замешанный на реализме. Поэтому, когда надо-плачет, когда надо- сходу в карьер с претензиями.

- Тебе пояснили, куда ты попала?

- В общих чертах. Что-то про монстра, холод и сама всё поймёшь.

- На крышу водили?

- Ага - уже легче - слушай Ванёк, я задубела в край, где бы тут погреться нормально?

- Залезай в шалаш, других вариантов предложить не могу.

Кое-как разместились внутри хлипкого сооружения. Я достал из тайника под тряпками свечи и трясущимися руками вставил одну в импровизированный подсвечник из консервной банки. Очень бережно закрыл его сверху трехлитровой банкой, но не плотно чтобы воздуха хватало. Шалаш тут же заполнился светом и мягким теплом, я привалился к батарее, наслаждаясь видом живого огня.

- Эй, ты чего? - тут же возмутилась Клава.

Как бы мне не хотелось ее заткнуть, но пришлось себя перебороть.

- С самого начала, как ты сюда попала?

- Тебя пошла искать. А там этот волчара, потом в канаву упала. Выбралась, дошла до дороги, там УАЗик меня подобрал. Затем, на крышу привели и монстра показали – получается, у Администраторов есть некая система поиска и отлова новеньких. Запомним - потом всучили термос, плащ и послали сюда. Ваня, что тут происходит?

Я рассказал все, что понял сам. Про теории измерений, про монстра, пожирающего всех заходящий в туман. Про всегда идущую морось, про то, что тепло цениться больше, чем рыжий металл во времена золотой лихорадки. Объяснил про Администраторов и их кочегарку, что там тепло и вроде как, можно хорошо жить. Про мутации промолчал пока, а то совсем девушку в отчаянье загоню. Она слушала молча и в свете свечи, мне казалось, Клава ушла куда-то глубоко в себя, и может уже и не вернется. Стоило мне умолкнуть, как она неживым голосом спросила.

- Выпить есть? - и тут явно не про воду речь.

Я выбрался из шалаша, залез в покосившийся шкаф, достал бутылку водки, запрятанную за обломками мусора. Вернулся, налил горькую в крышку от термоса, Клава одним махом влила в себя всё содержимое, критично посмотрела на пустую тару, протянула ее за добавкой. Налил еще. Она повторила действие. Лихо и не разу не поморщилась.

— Это точно водка? - спросила она с подозрением.

Я отхлебнул с горла. И в самом деле, на вкус нечто напоминающее водку, но не как не являющееся ею, словно развели ее с изрядной долей воды.

- Сейчас.

Покопался в своем тряпье, нашел банку с перцем. Щедро сыпанул в крышку от термоса, залил все это дело алкоголем.

- Пробуй.

Клава выпила, сморщилась, прижала тыльную сторону ладони ко рту, силясь сдержать кашель, затем выдохнула и стерла накатившие слезы.

- Еще - налил.

Что же это получается, водка испортилась, стоило пройти обновлению. Вскрыл консервы, так и есть, мясо всё покрылось плесенью и некой непонятной жижей. Охренеть, тут даже запасов не сделаешь. А как же тогда эти долбанные Администраторы еду сохраняют. Одни вопросы и нет ответов.

- Ванек, чем это воняет? - осоловевшим голосом спросила девушка.

Принюхался, блин мочой, штаны подсохли вот и воняют.

- Эээ, сейчас переоденусь - смущенно ответил я, выбираясь наружу.

Быстро разделся и почти голым нырнул в теплое нутро шалаша. И замер, не я один решил оголиться, кроме трусиков на Клаве более ничего не было.

- Я продрогла. И мне нужно высушить одежду - пьяно сказала девушка - а ты что, секса захотел?

Я честно мотнул головой, чего-чего, а плотских утех мне хотелось меньше всего.

- Залезай и не студи хату - заворачиваясь в плед, что я так тщательно сушил возле батареи, заявила она.

Я молча подсел к ней, так же урывая кусочек почти сухого материала. Соприкосновения живых тел тоже дало тепло и в купе с пледом и свечой, мой мозг таял, уплывая в нирвану.

- А что у тебя с глазом - донеслось откуда-то издалека.

- Не важно - брякнул я, наслаждаясь теплом.

Клава еще что-то сказала, но память отказалась фиксировать слова. Допив водку, она свернулась калачиком и мирно засопела, наверняка еще не до конца осознавая, куда попала и что с ней будет дальше. Для нее, это пока лишь досадная неприятность, и по утру обязательно найдётся выход, может сложный, может долгий, может местами опасный, но найдётся. Но увы, по утру ее ждет морось и ожидание обновления, среди людского безразличия.

Любуясь свечой, я иногда бросал на спящую девушку быстрый взгляд. Вот если так, по серьезному, что нас с ней связывает? Секс, развлечения, общие друзья. И какое это имеет значение в сложившейся ситуации? Когда нет ни второго, ни третьего, а на первое- даже не тянет. Хм, только общее прошлое, обычное прошлое. Мы сошлись в начале лета, понимая, что нет у нас светлого и, главное, долгого совместного будущего. Просто удобно быть вместе. Позже, люди повесели на наши отношения ярмо любви, кое мы тащим в разные стороны

За этими мыслями меня и сморил сон, хотя я так и не пришел ни к какому конкретному выводу.

Проснулся от ощущения давящего взгляда. Кое-как разлепил глаза, поднялся на локти и щурясь правым глазом, уставился в проем шалаша, ранее закрытым одеялом. Посередине комнаты, на раскладном стуле, сидел мужчина в серой спецовке, сверху плащ небесно-голубого цвета, капюшон скинут, на голове кепка военного образца. Смотрит задумчиво, оценивающе, черная борода, словно после салона, аккуратно выстрижена.

- Какого хера - сипло возмутился я.

Мужик меня проигнорировал, я было дернулся, но пистолет в руке незнакомца остановил мой порыв.

- Что тебе надо? - сам я даже, примерно, не догадывался, что могло понадобиться Администратору от нищего меня.

Зажигалка. Ответ был настолько прост и ужасен, что я замер соляным столбом, не в силах придумать, как себя вести.

- О, Клава, вы проснулись? - сдержанным голосом лектора спросил незваный гость.

- Ваня кто это? - я глянул на свою девушку, та неловко прикрывалась пледом. Я же мысленно выдохнул, не за огнем.

- Послушайте меня внимательно и не перебивайте. От этого будет зависть ваша дальнейшая жизнь - пистолет в руках незнакомца заставлял подчиняться его просьбе - я пришел сюда сделать вам, Клава, предложение по переезду к нам в кочегарку - если раньше меня заставлял молчать пистолет, то теперь, исключительно слова Администратора - теперь начнем с минусов и плюсов. Минусы, вы станете моей третьей наложницей, в моем личном боксе. На вас лягут обязательства по уборке, чистке и снабжению бокса, плюс, три часа обязательных работ за меня. И конечно, вы будете спать со мной. Никаких извращений, просто секс, я в этом крайней консервативен. Теперь плюсы, первое: у нас сухо и тепло. Второе: нормальная еда и условия проживания. В-третьих: никаких мутаций. Даже таких не значительных, как не открывающейся глаз вашего приятеля и опухшие, морщинистые руки. Думайте, у вас есть сроку до ближайшего обновления. Но мой вам совет, чем быстрее вы придете, те больше шансов, что я не передумаю вас брать.

Он поднялся, накинул капюшон, чуть постоял. Вот так просто, без раскачки, прямо в лоб и фактами. А я даже не нашел сил злиться на его слова.

- Походите, посмотрите, что тут, да и сами поймете, я предложил не так уже и мало за столь кх... символичную плату. И да - он ткнул в меня пистолетом - больше огня вы не получите.

Он спокойно вышел, я же невольно посмотрел на свои ладони, они распухли, и кожа скукожилась, как после долго пребывания в воде. Странно, почему я сразу не обратил на это внимания.

- Вань, что за мутации? - резанул возмущённый голос Клавы.

- Сам пока не знаю - нагло соврал я, хотя и так ясно, она пройдется и все поймет. Не дура ведь.

Я спешно спрятал свечку в полиэтиленовый пакет. Быстро оделся и выйдя на балкон, сунул сверток за ограждение, на соседнюю площадку, в горку мусора. Выходит, тот мужик заметил меня и решил не связываться. Зачем ему лишняя возня, когда в следующий раз можно меня обломать. К тому же, за такое богатство, могут и убить. Не кому не нужны лишние риски. А ведь, мог и силой отобрать или прилюдно натравить местных. Но не стал. Не понимаю я этих Администраторов, вроде и словчи редкостные, но в открытую не подставляют.

- Запомни, про свечку никому ни слова. А то нас тут на куски порвут и, поверь, этим всё дело не ограничится - вернувшись, предупредил я Клаву.

- Чего? – тупо, как овца, проблеяла она.

Вот зачем я ей свечку показал, теперь только и остается надеяться, что не проболтается.

- Дорогая — вот это явно перебор, но да ладно - поверь, тепло здесь большая тайна.

- Хорошо пират, не выдам твою тайну - я чертыхнулся и пальцами раздвинул веко.

Ладно, надо узнать, как этот хмырь сюда попал, да еще так бесшумно. Межкомнатная дверь была просто открыта, а палка, подпирающая ее, стояла возле стены. А вот входная пострадала изрядно, некто просто вырвал ее совсем, с мясом, словно дернув разом и за петли и замок. Соседи по квартире так же жались к батарее и их явно нет смысла расспрашивать. Дальше моё расследование не продвинулось, в дверном проеме показался Бригадир и по его озверевшему лицу стало ясно, на работу нужно выдвигаться незамедлительно и без лишних слов. Уже шлепая по раскисшей дороге, я внезапно пришел в странному выводу. Если раньше работа была добровольно принудительная, мол, кто не работает-тот не есть, то сейчас, меня туда гонят под натуральным конвоем. Это общее изменение? Или только меня санкции коснулись.

По дороге на лесоповал я аккуратно, как мог, расспросил мужиков, что за дела и чего это Бригадир лютует. Как выяснилось, злость его направлена сугубо на меня и я даже узнал причину из уст Семена "Потому что хитро-жопый и Администраторов разозлил". Да, вылазка не прошла для меня бесследно. Мне еще повезло, если верить словам Семена, мной мог занять сам Куц.

Я машинально дотронулся до кармана с «зиппой», огня мне на долго хватит, если с умом пользоваться, при этой мысли я замер, как в копаный. А ведь бензин испарится так же, как и водка. И эта радость продлится, только лишь, до ближайшего обновления.

- Чего замер, бегом - крикнул Бригадир.

Удрать от трудовой повинности не получилось, на дальнюю делянку со мной отправился Бригадир. Отработав, под присмотром весь день, я чуть ли не бегом возвращался домой. Нет, не к Клаве, а, чтобы проверить тайник. А потом зажечь свечу и все как следует обдумать.

- Куда бежишь, кабелина - крикнул мне горбатый мужик, имени которого я не знал - телка твоя того, ушла в кочегарку.

Он мерзко засмеялся, тыча в меня пальцем. Я промолчал. Ее поступку я нисколько не удивился и, если честно, не сильно и осуждал. Нет, она, конечно, тварь, раз сбежала в постель к этому дебилу, но ее можно понять. А ревность? А ревность, всего лишь тень, на фоне раздражающей мороси и желания погреть руки. Еще пару обновлений и кроме желания погреться, у меня ничего не останется.

Подавленный безрадостными мыслями, я поднялся в свою комнату и заскрипел зубами от злобы. Шалаш был разломан, а вещи раскиданы, тут кто-то явно проводил обыск. Громко ругнулся и направился к Куцу. Эта жирная жаба наверняка в курсе учинённого беспредела. Ворвался в его квартиру, оттолкнул высокую женщину, пнул попавшегося на пути калеку.

- Ты... - на этом мой разговор с Куцом и закончился.

Жердяй схватил меня одной рукой за шиворот, другой шлепнул ладонью в ухо. Мир сразу лишился звуков, а я распластался на полу, не в силах понять, где нахожусь и что сейчас произошло.

Здравомыслие вернулось, когда холод оплел тело коконом из ледяной влаги. Обтер лицо и трясясь поднялся, и едва справляясь с нехитрой задачей переставлять ноги, побрел к дому. Выкинули меня в кусты в десяти метрах от подъезда.

- Слухай. Сюды, не ходи. Куц не разрешает - послышался глумливый голос, со стороны дверей, безымянного горбуна.

- Иди в жопу, - просипел я.

Послышались шаги, миг, и нога закованная в ботинок, пнула меня в грудь.

- Увидаю в доме. Башку размачу. Понял?

- Там мой дом - вставая с бетонной дорожки, просипел я.

- Когда Куц скажет, тогда и вертаешь взад. А покамест, на улочке погреешься - он мерзко захохотал - вперед думать будешь, на кого кричать.

Я осторожно уселся на лавку, вытянул руки из рукавов, обнял себя под свитером, силясь согреться. Злости не было, только обида на свою глупость и страх перед ночевкой на улице. И что делать? Куда идти? Эти мысли всецело заняли мой мозг.

Сколько я вот так просидел в прострации не знаю.

- Ты чего тут? - почти с интересом спросил Семен, выросший пере домной, словно из-под земли.

- С Куцем поссорился - жалобно проговорил я, в тайне надеясь на чудо, что за меня вступятся.

- Ну, если не сильно, то через день-два пустит - вяло сообщил собеседник и после, дал не утешительный совет - ты это, тряпья побольше набери, да навес сделай, может не сильно и пострадаешь от мороси.

Он ушел в дом, а я стал прикидывать место для ночевки. Под балконы нельзя, там этот приползет и сожрет, к кирпичникам, тоже не вариант, про подвал вообще молчу, не зря же дверь в него забита, так что, полдня потратишь прежде, чем вскроешь. Частные дома. Других вариантов придумать не смог. Страшно правда, но выбора нет. Хотя. Если получиться забрать свой сверток, то ночевка в доме может оказаться не столь и страшным делом. Воодушевившись этими мыслями, дождался еды. Быстро перекусил прямо тут, на скамейке. И уже в сумерках полез за своим добром. Забраться по балконным перилам на второй этаж, хоть и трудновато, но не настолько, чтобы не справиться. Раскидал тряпьё и радостно прижал сверток к себе.

Пока так, а потом будем думать.

Дом выбирал не долго, обустроился в более-менее целом, третий слева, если идти от многоэтажки. Снял двери, заставил ими окна, до этого выкинув весь хлам с лежанки на русской печи. Надо будет позже тряпья какого-нибудь набрать под зад, как Семен советовал. А то совсем холодно сидеть на голом кирпиче. Зажег свечу, прежде, закрыв ее со всех сторон кусками прогнивших досок, от случайных сквозняков. Страхи почти мгновенно испарились и появилось ощущение некого уюта. А с ним пришло понимание, отсюда надо валить или меня ждет участь обращения в мутанта, что, по сути, живет только один вечер в неделю, все остальное время существует в чистилище. Подбалконик говорил, Администраторы как-то выбирались за пределы этой зоны. Надо разузнать, как и на всё про всё у меня неделя времени.

Свечу затушил, когда в очередной раз вынырнул из неги сна.

По утру ощущения были приближенным к хорошему. Тело конечно занемело и продрогло, но той тупой вялости не ощущалось. Очень захотелось кофе, но пришлось довольствоваться кипятком из термоса. Глотая горячую воду, даже подумал послать этих лесорубов на хер. Живу отдельно, едой они не заведуют, но после недолгого раздумья, отмел эту идею. Не следует жечь мосты, далеко не факт, что мне удастся отсюда вырваться так быстро. И, как я понял, доступ к огню Администраторы мне обломают.

Ушел уже привычно на дальнюю делянку и меланхолично стуча топором по стволу, прикидывал, как сбежать из-под надзора Бригадира. Тот работал рядом и, казалось, на меня не обращал внимания, но все же рядом. А потом меня осенило. Всадил топор в пень, пошел в кусты, вроде как по естественной надобности. Чуть углубился в туман, трясясь от страха. И что есть мочи крикнул.

- ОТБОЙ!!!

И быстро побежал к общей группе лесорубов. Попутно крикнув еще пару раз "отбой".

Когда я выскочил на общую поляну, то заметил лишь валяющиеся топоры. Люди послушно выполнили приказ, особо не вдумываясь, кто и когда его отдал. Иногда простота и наглость-дают удивительные результаты.

Я пересек канаву и поспешил к многоэтажке. Еще пару раз такой фокус пройдет, потом Бригадир догадается, и я снова получу по ребрам. Люди здесь инертны и чуть туповаты, но не настолько, чтобы не заметить такого простого развода.

Подбалконника я нашел под неотапливаемой трёхэтажекой.

- Эй горемычный, кипятка хочешь? - не подходя близко, крикнул я.

Почти минута молчания, я было собрался еще раз проорать вопрос, как рука выскочила из кучи тряпья, совсем не из того места, где я предполагал.

- Ну?! - нетерпеливо прикрикнул я.

- Хочу, конечно - раздался приятный голос, и из другого угла тряпок показалась кружка.

- Кидай.

- Боишься меня что ли? - насмешливо спросил Подбалконник.

- Ну - одновременно с возгласом, тара полетела в мою сторону.

Не отрывая глаз от шевелящихся нагромождения тряпья, согнулся, готовясь, если что, дать стрекача. Выпрямился, налил в эмалированную кружку до половины кипятка. Тепла было жалко, до зубного скрежета, но информация-нужнее.

— Вот кружка и чем дольше ты мне будешь отвечать, тем больше остынет вода. Так что, не советую юлить, говори четко и ясно.

- Ты мне хоть вопрос задай, идиот - из тряпья показалась взлохмаченная голова моего информатора.

В лоб спрашивать не стал, начал издалека. Поинтересовался кочегаркой, ее обитателями и бытом. Получил, вполне ожидаемые, ответы. Там тепло. Там хорошо. Там вкусно кормят. И чужих не принимают.

- А они этот туман исследовать пытаются? - подошёл я наконец к по настоящему интересному вопросу.

- Слышь, изверг, дай водичку, пока окончательно не остыла - взмолился Подбалконник.

- Еще пару вопросов. Потом добавлю кипятка.

В тряпье что-то за рычало, но голос урода по-прежнему оставался жалостливым.

- Изучали раньше. Ездили на машинах, приборы ставили, Борисыч там главным был.

- Куда ездили?

- Ты тупой? В туман, в соседние кластеры. Давай кипяток – похоже, он вот-вот кинется и дальше тянуть информацию из него бесполезно.

Я быстро долил горячей водицы, поставил кружку на подгнившую траву и поспешно отбежал на метров пять, когда обернулся, сглотнул ком подкатившего страха. Кружки на траве не оказалось, а из-под балкона доносилось довольное урчание. Насколько же он быстрый? Нет, на хер, я к нему больше и на пять метров не приближусь.

Значит мои догадки подтвердились, по дороге можно выехать за пределы зоны. Осталось еще пара вопросов. На чем? И куда? Все машины находятся у Администраторов, и они явно ими не поделятся. Но есть еще вариант с "маздой". Я сам видел, как мужик в спецовке скручивал с неё акум. Значит, теоретически, она заводится. Но, так как я спалился с этой зажигалкой, они придут туда раньше, чем я в себя, после обновления. Следовательно, нужно уже очутиться в машине. А это с гарантией можно сделать, только если там заночевать. Хм, а это мысль. С огнем я вполне себе продержусь при обновлении. Теперь, следующий вопрос. Куда ехать? И как следствие, подвопрос, что меня там ждет?

И где мне добыть эту информацию? Кто может знать и, главное, кто готов поделиться ею? Зоя. На простые вопросы, должны быть простые ответы.

За взятку в виде кипятка, я смог получить некие ответы от вечно стража первого подъезда. В этот раз она не орала и ножом не угрожала. Вот что значит правильный подход, а конкретно, кружка с дымящимся паром в вытянутой руке.

Если убрать все её оханья-аханья, пространные изречения и оставить голые факты. Выходит, следующее. Из зоны ведут три дороги, по первой, что ближе к кочегарке, Администраторы ездят часто, почти два раза в неделю. По грунтовой, уходящей в поля, были замечены всего дважды. Но никто оттуда не вернулся. По третий, что проходит мимо многоэтажки и поселка, где я поселился, ездят редко и большим конвоем. Так что, путем нехитрых умозаключений, я пришел к выводу, мне следует убегать по ближайшей от кочегарки. Скорей всего у них там идет некая торговля или что-то в этом роде. Есть шанс приехать в более мирное поселение. Что я буду делать, когда туда попаду? Не знаю. Но останься я здесь, это верный путь в мутанты. В движении жизнь, так что, буду двигаться.

Еще три дня я изображал примерного труженика, не много заискивая перед Бригадиром. Со слов Семена, на обновление, Куц меня простит. Мне бы лучше у себя дома отсидеться, но отказ от тепла будет казаться сверхподозрительным. А рисковать я не собирался. После работы я шел к кочегарке, в надежде увидеть машины, выезжающие из тумана. Но настолько сильно мне не повезло. Сама же кочегарка и здание, примыкающее к ней, была отгорожена трехметровым забором из колючей проволоки. Через такую перелизать — это ад кромешный.

На четвертый день морось усилилась, верный признак приближающегося обновления. На работу, понятно дело, никто не вышел. Я собрал вещи, пяток покрывал, свечку и еще один огарок, зажигалку носил всегда с собой во внутреннем кармане летней куртке. Связал все добро в узел, пошел к многоэтажке. Зайдя в подъезд, сразу направился к Куцу, в коридоре квартиры столкнулся с длинной женщиной. Или мне кажется, или она прибавила в росте? Так сразу и не скажешь.

- Я это, извиняться? – голосом, полным раскаянья, проговорил я.

- Хм - она выставила ладонь и не отрывая ног от пола, почти половиной тела заглянула на кухню, возвратившись сообщила - прощен.

- Спасибо - оказалось легче, чем я думал. Могли ведь и виру какую взять.

Вернулся в свою комнату, обнаружил возле батареи чьи-то пожитки. Без зазрения совести выкинул всё на лестничную клетку. Тут только так и никаких переговоров. Времени до общей вакханалии еще где-то час и, чтобы тупо ни сидеть и не загоняться ненужными мыслями, пошел к кочегарке, прогуляться. Обошел ее в десятый раз по кругу, как услышал шум дизеля. Ага, вот и паек для банкета везут. Возле ворот пискнуло, и створка отъехала в сторону. Это ввергло меня в штопор, не хуже, чем если бы появился дед Мороз и раздал бы бесплатно горячее какао.

У них есть электричество. Охренеть и не встать. Это, это вообще, как?

Пока я пребывал в шоковом состоянии, мимо неспешно проехала машина с прицепом.

- Вань - звук Клавиного голоса вернул меня в действительность.

Она стояла в паре шагов от меня, в ядовито оранжевом дождевике, из-под которого выглядывала часть спецовки серого цвета.

- Клава, у них есть электричество.

- Вань, тебе запрещается приближаться к ограждению ближе, чем на десять метров...

- Клавка, это же, много-много тепла - меня лихорадило от этой мысли.

- Если после обновления тебя увидят ближе, чем на десять метров, последует наказание. Ты понял?

Я проигнорировал сказанное, подскочил к бывшей девушке, схватил за рукав. Та пискнула и поспешно отшатнулась, в глазах у нее плескался страх.

- Клава, там люди дохнут, а у вас электричество - меня несло - можно же помочь... поставить обогреватели... я не знаю...

- Ваня, ты дурак - с грустью сказала она.

А ведь, в самом деле дурак, хотели бы Администраторы, помогли бы, а то, что я тут распинаюсь, это все морось и пустота.

- Сегодня ночью я убегу - зачем я это сказал? Не знаю, может чтобы удивить ее - бежим со мной.

- Куда, зачем? - нарочито смешливо, спросила она.

- Подальше отсюда, от кочегарки. У меня есть план, надежный план.

- Там холод, сырость и безнадега. Тут свет, тепло, интернет - она указала пальцем в сторону гигантской трубы - там можно жить. Хорошо жить.

- Понятно - я пожалел о секундной слабости. Остается надеяться, ей плевать на меня, как и большинству здесь, и она не настучит о моих планах Администраторам.

- Вань, десять метров. Помни - она подбежала к вратам, те пискнули, пропуская её внутрь.

Что же и мне пора, Клава сделал свой выбор. А мои слова для нее-пустой звук, как и я.

Вернулся к многоэтажке, первым делом наелся горячего и наполнил термос. Позже раздобыл бутылку выдохшейся водки, и только потом, пришел в общую комнату к свечке. Уселся подальше от огня, дабы в меньшей мере попасть под гипнотическое влияние тепла. Пил выдохшуюся водку, то и дело отворачиваясь от пламени, когда ко мне подкатило существо женского пола, послал её матом. Это и был сигнал, пора сваливать, пьянка вошла в последнюю стадию. Пересек комнату, вышел в коридор, кто-то дернул меня за рукав я, недолго думая и не вникая, просто ударил в область головы пустой бутылкой. Послышался писк и чье-то тело сползло по стене, таща за собой прокисшие обои. Быстро поднялся в свою комнату, теперь уже мои баулы валялся в коридоре, старый хозяин решил бороться за территорию. Ну и хрен ему в обои руки. Забрал вещи, вышел на балкон, оглянулся, вроде никого, узел вниз, сам же, аккуратно перелез через перила, набрал воздуха побольше в легкие и спрыгнул. Удар подошвами об землю, кувырок. Вроде цел, только в правом бедре что-то щелкнуло.

Ого, а дождя то нет, даже морось исчезла. Странно, но приятное ощущение, когда нет постоянной влаги. И не бывалое зрелище, луна на небе, льющая на меня мертвый свет. Подобрал баул, взгромоздил на плечо. И какое-то седьмое чувство толкнуло меня в сторону. И это скорей всего и спасло мне жизнь. Из-под балкона выпрыгнула некая тварь, когда-то бывшая человеком. Изломанные руки и ноги держали над землей худое тело, из центра которого торчала мохнатая голова. Тварь то ли кувыркаясь, то ли перекатываясь, устремилась ко мне. Я еще раз отпрыгнул. Страх плеснул в организм адреналин, и я побежал, резко меняя направления. Из-за своих увечий, тварь не могла точно рассчитать траекторию движения. А когда я отбежал на добрых сто метров и вовсе, прекратила преследование. Подбалконник был резвой, но очень неточной тварью. Отдышавшись, поспешил к машине. Очень надеюсь, что моё нахождение в транспортном средстве, никак не отразиться на процессе обновления. И меня, вместе с машиной, вытащат на дорогу.

Забрался в "мазду", закутался, как в коконе пледами, подтянул, как можно ближе к себе ноги, зажег свечку в найденном пару дней назад светильнике. Тут же стало нечем дышать, пришлось отковырять небольшую дырку для воздуха. И прежде, чем погрузиться в сон, ко мне пришла интересная идея, а как Администраторы помешали бы мне забрать зажигалку, если я тут ночую.

Я закричал. Вернее, сделал все, что надо: открыл рот, выплевывая воздух через голосовые связки, но вот звук не появился. Затем, кашель пудовым кулаком ударил в грудь. Я тонул, задыхаясь в плотном водном потоке. Это продлилось не более пяти секунд, но страха я испытал больше, чем за все время пребывания в стылом мире мёртвой осени. На миг меня коснулся ужас, чтобы со мной произошло, не будь рядом огня от свечи.

Кашляя, я разворошил кокон, окружающий мир словно бы провалился под воду, не самый лучшей чистоты. Я опухшими руками нащупал ключ зажигания, пальцы ухватились за плоскую поверхность, я выдохнул.

Затаил дыхание, провернул ключ в первую позицию, панель приборов вспыхнула огнями надежды. Но, чего же все такое мутное, я закрыл правый глаз и раздвинул пальцами левый. Во так лучше. Так Ваня, только без паники, греем свечи три раза, только не спешить, время есть. Нетерпение гнуло мою волю, но я держался. Пуск. Поворот ключа, машину тряхнуло, мотор неохотно рыкнул и мерно затрещал, набирая обороты. Пять тысяч, что за фигня. А, дьявол, это я педаль газа давлю. Теперь первую передачу и поехали. Я медленно, как учили в автошколе, отпустил сцепление и добавил газа.

- Стой сука - злой окрик и удар по стеклу, сбили меня с мерного настроя.

Я нервно утопил педаль акселератора, машина взревела и рванула вперед. Вырвался, вашу мать, всех на... я вырвался. Я повернул голову в сторону, дабы позлорадствовать над неумехой, что пытался меня остановить, но от ужаса едва не выдавил педалью днище машины. Куц, собственной персоной, гнался за мной на инвалидной коляске. Мощными рывками он догонял машину, крутя лапищами колеса инвалидной коляски и это, при показании спидометра, в сорок километров в час. Он скалился нечеловечески огромной пастью, а три языка траурными лентами метались в воздухе. Монстер поравнялся со мной, выкинул руку, удар, машину изрядно качнуло, а задняя правая дверь вогнулась внутрь.

Мне конец. Эта тварь меня сожрет.

Как только сознание поддалось панике, тело сработало на автомате, то есть, переключило коробку передач с первой на вторую, машина заметно прибавила ходу. Монстр-колясочник отстал и когда я влетел в туман, и вовсе, пропал.

Спасся. Спасся?

Я скинул скорость и дрожащей рукой включил ближний свет с противотуманными фарами. Дорогу стало хоть и плохо, но видно. Когда чуть под успокоился и снова был готов логически мыслить, я с замиранием сердца глянул на стрелку, отмеряющую топливо. Хм, смелым везет, больше половины бака.

Туман неестественно клубился, я же, с затаённым ужасом, пытался найти Стража. Прошло еще минуты три, как нечто, щупальцеподобное, стукнуло по капоту, сбивая ход машины. Нажал тормоз, замер, на секунду пожалев, что затеял эту авантюру. Потом сцепил зубы и утопил педаль газа. Щупальца сползла с кузова машины. Так я и ехал, удар стража, замирание и снова в путь. И стоило мне успокоиться, а адреналину раствориться в крови, как пришло понимание, в машине есть печка. Выкрутил переключатель на максимум, струи горячего воздуха ударили со злобным урчанием. Меня обдало теплом, объёмным, желанным, умопомрачительным теплом. Из эйфории меня вырвал очередной удар щупальцы. Затормозил. Отдышался, блин, да я почти в канаву уехал. Нет, так дело не пойдет, так я далеко не уеду. Сбавил обороты в печке почти на самый минимум. Но не проехал и минуту, как печь, будто бы сама, снова включилась на максимум. Моё подсознание во всю старалось добыть тепло. Следующий раз меня вырвало из блаженной неги, ударом об верстовой столб. Я приложился носом об руль, оставляя на нем кровавую отметину.

- В жопу - крикнул я, отставляя сидение назад, повернулся и ногой раздолбал панель управления печкой - так-то лучше.

Из тумана я выбрался, когда указатель топлива в баке едва дополз до середины.

Очередной поселок, вот только, выглядел он куда как хуже, чем покинутый мной. Я на минимальной скорости покатил по разбитому асфальту, разглядывая окрестности. Первое, что бросалось в глаза, отсутствие мороси, вместо нее дул резкий, порывистый ветер, неся в своих объятья кучи мусора и пыли. Деревья торчали обломанными рогатинами, дома имели лишь стены. На поле, слева, увидел смерч небольшой, но плотный. И этот вой, пробирающий до костей. Нет. Мне определенно дальше, тут я оставаться не буду. Доехав до перекрестка меж двумя домами, остановился, здания в два этажа плотно прилегают к дороге. Идеальное место для засады, на таких вот наглых путников, как я. Почему тут должна быть засада? Нет у меня четкого ответа, но интуиция не позволяет ехать дальше.

- Хрен с ним, объеду - слова придали сил.

Включил заданию передачу, развернул голову назад, машина стронулась. И в этом миг выскочили они. Человек десять-пятнадцать, в непонятном тряпье, с дубинами, и бог ты мой, мечами в руках. Сомнений нет, это по мою душу. Ускорился. На ближайшем перекрестке развернул машину, врубил первую передачу. И закричал. Один из дикарей прыгнул на капот. Это существо сложно причислить к людскому роду, большая угловатая голова, ноздри вырваны, глаза темнеют провалами, изуродованное тело прикрывала длинная безрукавка. Само существо утыкано деревяшками, они пронизывали его плоть под разными углами, никакого полета здравой мысли, тупое буйство стихии. И все раны явно гнили и причиняли созданию боль.

Удар дубиной по лобовому стеклу отозвался паутиной трещин. Я же, дал полный газ, выкручивая руль влево, тварь скатилась в канаву. А я поспешил обратно, остальные пути движения перекрывала толпа уродливых дикарей. Я почти добрался до тумана, как задние колесо лопнуло, машину крутануло. Меня подбили. Скрипя и трясясь, я закатился в туман. Погоня не отважилась следовать за мной.

План по бегству потерпел полное фиаско. Неудачная попытка окончательно сломала мой дух и решимость. Я закричал, молотя кулаками по рулю, когда истерика прошла, мной завладел сон.

Проснулся от чудовищного холода. Попытался завести машину, но только посадил аккумулятор. Это обстоятельство не сильно сказалось на мне, я был опустошен. Осталось два варианта: сдохнуть от голода или же от зубов твари.

Не знаю, как там в фильмах, книгах, герои стоически переносят голод, но для меня он было истинной пыткой. Не знаю, сколько я вот так сидел в машине, свечи сгорели, как и бензин в зажигалке. Вся одежда отсырела настолько, что можно было смело выжимать и в завершении, ломающий волю и разум-голод. И в один миг я осознал, что больше не в силах вот так сидеть и лучше рискнуть, и уйти в туман, чем заживо киснуть в машине. Избавившись от лишнего, открыл дверь, туман змеёй завился возле входа, но дальше не полез. Я скривил губы в усмешке и смело шагнул в серое марево.

На удивление, в тумане оказалось суше, чем в машине, или даже в поселке, только со звуком творилось что-то непонятное. Делаю шаг, а отзвук приходит с задержкой в несколько секунд. Но это уже не пугало, уверенно потопал по дороге, в надежде выйти хоть куда-то.

Шел прямо, по сторонам не смотрел, ни к чему не прислушивался. Я смирился с судьбой, принял её правила. Погибну-так погибну, дойду-так дойду.

Я успел пройти километр, может чуть больше. Как нечто свалило меня с ног, а черная щупальца обвила тело, до хруста в костях. Я попытался кричать, но воздуха в легких не хватило даже на стон. А затем я словно бы провалился в воду. Она одним махом забилась по всюду-в рот, нос, легкие, глаза. Я задыхался и бился в агонии. Пока сознание не покинуло тело.

Пробуждение было отвратительным, как и многие другие, до этого. Несколько томительно долгих секунд собирался с силами, чтобы встать с промокшей земли. Когда это получилось, я открыл глаза, долго не мог навести резкость, пока не открыл левый глаз пальцами, а правый не прикрыл. От чего же так башка болит и желудок тянет вниз, словно ведро воды выпил. Я стер с лица лишнюю влагу и засмеялся, как припадочный истерик, не в силах остановиться. Луч солнца, с силой прожектора, бил прямо в лицо, но ощущения тепла не приносил. Это и не важно, важно, что я вижу солнце. Давясь смехом, я поспешил из леса, ни на что не обращая внимания. Весь мой разум занимало небесное светило. Выскочив на поляну, полностью залитую солнечным светом, я заплакал. Давясь слезами, стянул одежду, когда прокисшая от влаги майка упала на траву, я плюхнулся на задницу, силясь избавить ноги от плена сапог, следом слетели штаны и трусы. И уже полностью счастливый, отдался солнечному теплу.

Меня нашли грибники, голого, смеющегося и я на них кричал, и показывал вверх на пламенеющий диск в небе. Они великодушно вызвали скорую. После, полгода провел в психбольнице, где мне, почти полностью, вылечили, разве что, осталось гидрофобия. Воду, объёмом в пару тройку литров, я воспринимал нормально, а вот наполни ванну, и паническая атака не заставит себя ждать. Еще люто, до скрежета в зубах, и подвывании, ненавижу дождь и морось. В пасмурные дни, особенно осенью и весной, сижу дома возле батареи или обогревателя. Ну и совсем мелочь, всегда ношу с собой зажигалку и свечи.

Отсутствовал я почти полгода, нашли меня в конце апреля. Друзья сказали, что мы с Клавой ушли и пропали. Искали нас почти пять месяцев, это с добровольцами и полицией.

Когда спрашивали, где я был, друзья, мама, родители Клавы или полиция, всем отвечал одно и тоже-про холод, голод, дождь, и мутантов. Психолог сказал, у меня посттравматический синдром и психика так защищается. И от меня почти отстали.

Кроме психологической травмы, мне достались и физические уродства. Частичная атрофия левого глаза, отслоение сетчатки на правом. Еще кисти рук выглядят, как у старика, что всю жизнь рыбачил на траулере. Пальцы на левой ноге срослись, еще смещение трех ребер, так что, я весь косой и кривой. И перспективы у меня не очень радостные, но я все равно счастлив, ведь мне тепло и, главное, сухо.

Сейчас меньше, но поначалу, много думал про то место. И пришел к неким выводам. Я скорей всего попал в другое измерение или же в сон некой сущности. А страж, на самом деле не убивает, а выбрасывает непрошеных гостей в реальный мир. А люди мутируют при каждом обновлении, срастаясь с чужой реальностью. Если, конечно, поблизости нет тепла, точнее не самого тепла, а сухости. Поэтому у кочегаров нет мутаций, они всегда сухие. И вот еще странность, почему-то там, я этих, кочегарами не называл, только Администраторами.

И последние. Только здесь я вспомнил слова Калавы про "у нас есть интернет". Так что я частенько ищу ее в соц. сетях. Ведь надо ей рассказать, как можно выбраться из моросящего ада.