Месть – это блюдо, которое надо подавать холодным

Тускло горящая лампочка под потолком, свет которой никогда не выключался. Сырость, идущая от стен, отчего в помещении всегда стоял неприятный запах сырого цемента, который покрывал стены. Никогда не закрывающаяся форточка: во-первых, иначе бы было невозможно дышать, во-вторых, это было строго запрещено.

Форточка не закрывалась из-за того, что через окна работала «тюремная» почта, а «смотрящей» за СИЗО было запрещено закрывать форточки, чтобы не было сбоев с передачей тюремной «почты». Желающих нарушить его запрет не находилось.

Мария лежала на нижнем уровне двухъярусной кровати, отвернувшись к цементной стене, укрывшись с головой тонким шерстяным одеялом, уже изрядно полинявшим и почти протертым до дыр, которое почти не спасало от сырости и постоянного холода в камере, идущего от окна в камере.

«Почему это произошло именно со мной? Почему? Господи, почему ты так наказываешь меня? Где же я так согрешила, что ты наказал меня именно так, а не иначе?», - лихорадочно думала Мария. Её мысли метались с одного на другое, она так и не могла принять и понять случившееся с ней.

Судья в её уголовном процессе, с самого первого дня рассмотрения её дела в суде, казалось испытывал к ней патологическую ненависть, во всяком случае, он почти весь процесс показывал свое негативное отношение к ней. Это чувствовалось во всем: в его поведении, в его тоне и повышенном голосе.

Даже её адвокаты были ошеломлены поведением судьи. Как они говорили: им еще не приходилось сталкиваться с таким отношением судьи к подсудимой. Хотя они были с большим стажем, участвовали в многочисленных процессах, но тут просто ирреальная ненависть какая-то была со стороны судьи.

Процесс в отношении Марии прошел очень быстро, доказательств виновности хватало, тем более что у следствия оказались почти все документы, которые полностью подтверждали её вину, а все свидетели говорили не в её пользу. Возникало ощущение, что какой-то рок давит на неё и её судьбу.

У её отца был свой бизнес, можно сказать средний, но приносящий неплохой доход в течение года. Бизнес был в многочисленных сферах: торговля, строительство и инвестирование.

Как и обычный российский бизнесмен, отец не желал платить налоги в полном объеме, предпочитая положить большую часть этих денег в свой карман, а не в закрома Родины. Мария, как любящая и ответственная дочь, с момента окончания института, пошла работать к отцу в бизнес. Она помогала ему во всем, в том числе и с неуплатой налогов, в общем-то, не считая это преступлением, а небольшой шалостью. Отец в последнее время предпочитал жить за границей, счастливо проживая с очередной любовницей, прожигая заработанные деньги.

Мария с учетом ухода отца от бизнеса, была вынуждена стать генеральным директором многочисленных компаний отца, а где-то и учредителем. Она полностью взяла на себя курирование бизнеса, вела все дела, в том числе она отвечала за сокрытие доходов от государства, чтобы не переплачивать заработанные деньги.

Правда основной доход всё также уходил в зарубежные компании, которыми владел её отец. Она фактически была одной из менеджеров, а не хозяйкой, хотя юридически являлась хозяйкой, но...

В какой-то момент всё пошло очень плохо, если не сказать – катастрофически. Неожиданно для всех, было возбуждено уголовное дело в отношении её компаний и неё, как генерального директора. Следствие вменяло ей уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере.

Счета большинства компаний были арестованы и заблокированы, на имущество компаний и её личное наложен арест. Она еле наскребла денег у знакомых и многочисленных родственников на дорогих адвокатов. Последние утверждали, что смогут отбить обвинение, и максимально она получит лишь условный срок, если уж так получится.

Но уже в ходе расследования, адвокаты всё больше мрачнели, у следствия было полно документальных доказательств уклонения от уплаты налогов, а также свидетельских показаний: действующих и бывших работников её компаний.

Особенно злобствовали, по-другому не скажешь, бывшие работники, ранее работавшие у неё и отца, которые просто «закопали» её по уголовному делу. Она никак понять не могла, откуда такая злость и ненависть по отношению к ней и её отцу. Ведь этим людям платили достаточно хорошую зарплату и относили нормально, ну так она думала!

Хотя эти люди с ней бы абсолютно не согласились, но…

Плохое было и в том, что помимо неё, хотели и отца привлечь к уголовной ответственности, т.к. многие эпизоды по делу были совершены в то время, когда он еще был полностью погружен в бизнес. Но достать следствие его не смогло, т.к. он в момент возбуждения дела находился за границей.

Проживал он в одной из стран Евросоюза, которая была в очень плохих отношениях с Россией, да еще имел вид на жительство в этой стране. Поэтому шанс, что его выдадут в Россию, был почти мизерный.

После возбуждения уголовного дела, ей, адвокатами и отцом было принято решение не возвращаться в Россию, чтобы его не арестовали. А такое было возможно, с учетом предъявленных обвинений и доказательств.

Никто не ожидал, что судья даст ей такой срок – шесть лет в колонии общего режима. Все максимум рассчитывали на условный срок, ну года три или четыре, а тут такое…

Её задержали прямо в зале суда, после оглашения приговора, а потом перевезли в СИЗО. Для женщины, первый раз столкнувшейся с таким, а тем более жившей достаточно богатой и спокойной жизнью = это был просто психологический шок, разрушение надежд и столкновение с мрачной реальность, что ввело её просто в ступор. Ей еще повезло, что в камере на шесть человек, сидели женщины, осужденные или ждавшие суда по финансовым преступлениям, а не какие-либо закоренелые урки или убийцы.

Адвокаты подали апелляционную жалобу на приговор, в связи с несоразмерным наказанием, но вышестоящая инстанция полностью поддержала приговор, и он вступил в законную силу.

Это ввело Марию еще в больший ужас, т.к. она надеялась, что её всё-таки осудят условно, но этого не произошло…

Адвокаты говорили, что они сделают всё, чтобы она вышла на свободу, но она уже почти не слышала их, голова была просто пустой, она не понимала происходящее с ней. Почему и за что? Ведь она не сделала ничего такого плохого… Некоторым за убийство дают меньше.

Особенно её удивило и ужаснуло то, что рассказали ей адвокаты. Через своих знакомых судейских работников они узнали, что кто-то пытался дать взятку судье, чтобы Марию оправдали или хотя бы скостили срок. Проблема была в том, что про судью ходили слухи, что он неподкупный и взяток не берет. Так это или нет, не знал никто.

Адвокаты долго выясняли, почему Мария не согласовала это с ними и решилась на такое! Они бы точно её отговорили, зная подноготную судьи, который рассматривал её дело.

Услышанное от адвокатов поразило её, ведь она прекрасной знала, что она этого не делала, да даже не думала о таком. И понятия не имела, что за человек приходил от её имени.

Адвокаты, судя по их взглядам, не очень ей поверили, но сказали, что тогда кто-то явно «работает» против неё и её отца, раз так топорно подошел к судье с таким предложение. Ведь вряд ли этот человек настолько туп или глуп, чтобы не выяснить отношение этого судьи к подобным предложениям.

Судья, к которому подходил этот неизвестный с предложением взятки, просто взбесился от подобного предложения. Настолько оно было наглым и бесцеремонным, судя по отрывочной информации от разных людей. Неизвестный имел наглость предложить взятку судье прямо в его кабинете в здании суда… Что было просто верхом наглости!

Теперь ей стало понятно, почему судья был такой злой на процессе. Так судья еще и с судьями апелляционной инстанции переговорил по поводу попытки дачи ему взятки. Поэтому апелляция была психологически «накачена» по поводу Марии как взяточницы. И соответственно приговор устоял в полном объеме.

*****

Прошло два года

Мария сидела и шила рукавицы в швейном цеху колонии, которая находилась на севере одной из областей, находившейся далеко в Сибири, на достаточном расстоянии от ближайших населенных пунктов. Эта колония была образована еще при Сталине, сюда ссылались особенно злостные враги народа. А сейчас она использовалась, как колония для осужденных женщин, которые получили сроки более пяти лет.

Не зря говорят, что человек ко всему привыкает. После достаточно обеспеченной жизни, Мария попала в спартанские и жесткие условия колонии для осужденных женщин. Первые полгода были очень тяжелыми для неё, но она уже почти привыкла к режиму, окружающим условиям, разным не очень приятным осужденным женщинам, конвою и «воспитателям». Так теперь назывались бывшие надзиратели.

Особенно её подкосило то, что буквально за несколько дней до её отправки в колонию, к ней пришел юрист от мужа - Сергея. Второго мужа, за которого она вышла за четыре года до её ареста и помещения в СИЗО. Его юрист сказал, что её любимый муж не желает ждать её из тюрьмы, тем более, жить с бывшей уголовницей, когда она выйдет из колонии.

Для неё это было просто громом посреди ясного неба, она просто не могла в это поверить!

В любом СИЗО можно при желании достать сотовый телефон. И она неоднократно пыталась дозвониться до Сергея, отправляла ему сообщения. Но тот просто не отвечал ей на звонки, а также не отвечал на её сообщения. Ей удалось дозвониться до него в первый раз, когда она ему позвонила в первый день, когда её доставили в СИЗО, но он сразу бросил трубку, когда, что это она.

Она сначала не могла понять, что происходит, но разговор с юристом мужа расставил всё на свои места. Хотя окончательно она это поняла, когда уже полгода просидела в колонии. Особенно удивляла наглость мужа, который потребовал, через адвоката доверенности, чтобы разделить общее имущество. А это вообще ни в какие рамки не лезло, т.к. общего имущества, нажитого в браке, у них не было. Муж жил в её собственной квартире, пользовался машиноместом в паркинге, которое также принадлежало ей, и было куплено задолго до брака с этим мужчиной. Поэтому юрист мужа был отправлен в пешее эротическое путешествие, с чем он недовольный и ушел.

Ведь она так любила Сергея мужа, и он неоднократно ей говорил, что жить без неё не может…

Она не верила в это, еще лежа на шконке в СИЗО, а потом уже и в колонии. Не верила сердцем, но понимала головой, что она его устраивали лишь как женщина, у которой всё хорошо с материальным положением. Да он даже работал у неё в компании, после их свадьбы, получая очень хорошую зарплату, ведь она могла себе это позволить.

С момента возбуждения уголовного дела, все её банковские счета и имущество были арестованы.

СИЗО же она узнала, что уж развёлся с ней, почти сразу найдя себе другую женщину, которую имел наглость привести в её – Марии квартиру.

Её мать с помощью родственников не стерпели и выкинули его и его бабу из квартиры. Хорошо, что она не оформила ему регистрацию в этой квартире, будто кто на ухо нашептал.

Муж после развода в суде пытался отсудить часть собственности, когда она уже находилась в колонии, хотя всё имущество появилось у неё задолго до их свадьбы. Ей еще повезло, что первый муж … дурак… не стал ничего делить, подписал нотариальное соглашение о том, что оставляет всё имущество своей жене!

Слава Богу, что у мужа не получилось ничего с разделом имущества. В суде ему просто и однозначно показал большой шиш, отчего он ну сильно расстроился.

Она вышла за Сергея замуж во второй раз, через год после развода со своим первым мужем. На свободе у неё осталась дочь от первого брака, которая уже была совершеннолетней, а также её мать в родном городе. С отцом её дочки – Ирины, они были в разводе уже больше шести лет.

Её отец продолжал жить за границей, не имея возможности вернуться на родину. Боялся ареста, т.к. уголовное дело в отношении него было выделено в отдельное производство, но было приостановлено в связи с его объявлением в розыск.

Конец ознакомительного фрагмента

Ознакомительный фрагмент является обязательным элементом каждой книги. Если книга бесплатна - то читатель его не увидит. Если книга платная, либо станет платной в будущем, то в данном месте читатель получит предложение оплатить доступ к остальному тексту.

Выбирайте место для окончания ознакомительного фрагмента вдумчиво. Правильное позиционирование способно в разы увеличить количество продаж. Ищите точку наивысшего эмоционального накала.

В англоязычной литературе такой прием называется Клиффхэнгер (англ. cliffhanger, букв. «висящий над обрывом») — идиома, означающая захватывающий сюжетный поворот с неопределённым исходом, задуманный так, чтобы зацепить читателя и заставить его волноваться в ожидании развязки. Например, в кульминационной битве злодей спихнул героя с обрыва, и тот висит, из последних сил цепляясь за край. «А-а-а, что же будет?»

Поэтому даже приехать навестить свою дочь в колонии отец не мог. Мария это прекрасно понимала, поэтому сама категорически настаивала на том, чтобы отец не вздумал приезжать в Россию.

Несколько раз к ней приезжала мать, правда последнее время это происходил всё реже, т.к. у неё были серьезные проблемы со здоровьем. Длительный и долгие поездки уже не позволяло её пошатнувшееся здоровье.

Первый муж пропал где-то за горизонтом, она уже давно ничего о нем не слышала. После того как она попросила покинуть квартиру, которую он оставил ей и дочери, она больше с ним не виделась.

У неё все чаще возникали мысли, что она попала в колонию в результате предательства уже бывшего второго муж. Он был допущен ко многим внутренним секретам компаний, в том числе и информации по поводу неуплаты налогов. И как раз эта информация и документы послужили тому, что она сейчас сидела.

Марию это просто морально уничтожало, т.к. она долго не могла в это поверить, но факты говорили об обратном. Может быть он всё это затеял, чтобы отобрать у неё имущество или компании? Если это так, то тогда он явно «спелся» с кем-то из её конкурентов… Только с кем из них?..

Она уже ничего не могла придумать вразумительное для произошедшего с ней, но возможное предательство заставляло её опустить руки, но она пыталась держаться из-за своих родственников, в особенности – ради дочери.

В этом момент к ней подошла одна из осужденных, с которой у Марии сложились неплохие отношения по имени Татьяна:

- Мария, тебя к «хозяину» вызывают, давай уже, иди, - сказала она Марии.

Мария внутренне напряглась: к начальнику колонии, которого за глаза все звали «хозяином», ходить никто не любил, как правило, любой поход к нему ничего хорошего не сулил. Но делать ей было нечего, она быстро оставила работу, встала из-за швейной машинки и вышла из цеха, направившись к зданию администрации колонии.

- Входите, - услышала Мария, которая сидела в приемной начальника и ожидала вызова. Ей приказали сесть на стул и ожидать вызова, когда она пришла в приемную. Неприятная секретарша начальника зыркала на неё злобным взглядом.

Ходили слухи среди осужденных женщин, что она не замужем, и у неё маленькая зарплата. Поэтому она на генном уровне ненавидела осужденных женщин, которые до колонии жили богатой жизнью, по сравнению с ней, а еще больше тех, у кого мужья дожидались своих оступившихся жен. Хотя таких было очень мало! Редко, когда мужики дожидались осужденных после отбытия ими срока. В большинстве своем они с ними разводились в короткое время после их осуждения.

- Ну здравствуйте, - услышала Мария, когда зашла в кабинет к начальнику. Это был грузный в летах человек, которой уже был на пенсии, но дорабатывал последний год, по его словам. Обычно он был вечно недоволен, когда встречался или разговаривал с осужденными, но тут, как ни странно, был в хорошем настроении.

- Присаживайтесь осужденная. Хочу вас обрадовать. К вам через два дня приедет ваш муж и дочь, - огорошил он Марию.

Мария была ошеломлена: ну дочь Ирина – понятно, а какой муж? Ведь развод с мужем давно оформлен в суде…

Поэтому заявление начальника было для неё просто невозможным и возникал когнитивный диссонанс.

- Но ведь… - хотела она вставить слово, но была прервана начальником.

- В общем, послезавтра получишь доступ в наше семейное «общежитие», - заявил он ей, - теперь можешь идти на своё рабочее место, - махнул он в сторону выхода из кабинета.

Мария закусила губы и вышла из его кабинета, боясь перечить злопамятному и властному начальнику, не терпевшему каких-либо пререканий с ним.

Двое суток она не могла поверить, что скоро увидит свою дочь. Правда не знала, как ей реагировать на приезд её мужа, как с ним вообще общаться, после произошедшего…

Хорошо, что с ним её дочь приезжает, которую она не видела уже несколько месяцев. В последний раз она видела её со своей матерью, когда они приезжали к ней на свидание в колонию.

В день встречи она была сама не своя, её руки дрожали, а где-то в глубине груди был какой-то комок, а сердце билось неравномерно…

Встреча предполагалась в семейном «общежитие», как его называли в колонии. Это было специальное отдельно стоящее здание на территории колонии, которое использовалось для длительных свиданий родственников с женщинами отбывающими наказание. Здание было разделено на несколько отсеков по две и три комнаты, которые использовались в зависимости от количества приехавших родственников на «зону».

Надзирательница, которая следила за порядком в «общежитие», назвала ей номер трехкомнатного отсека на втором этаже, где её уже ожидали дочь и «муж».

- Здравствуй, Мария, - услышала она, когда вошла в «гостиную» её отсека… И с порога увидела дочь, которая сидела за столом, правым боком к входу, а спиной к ней сидел мужчина…

Она не сразу узнала этот голос… голос из прошлого. Это был голос её … первого мужа Андрея, которого и был отцом их общей дочери, голос которого она не слышала много лет.

- Мама… мамочка… - выкрикнула уже такая взрослая дочь, которой уже было 18 лет, она бросилась к застывшей на пороге комнаты матери, а та сжала её в объятиях и заплакала.

Обливающиеся слезами обе женщины не могли оторваться друг от друга несколько минут, а затем Мария наконец настороженно обратила внимание на повернувшегося на стуле бывшего мужа, который чуть улыбался, но взгляд его был очень серьезным.

- Ну что ж, предлагаю перекусить, а потом уже и поговорить, - спокойно сказал Андрей, приглашающе кивнув головой на накрытый стол. На столе было целое раздолье: многочисленные салаты, закуски, парящая кастрюля, судя по запаху, с борщом и другие деликатесы, которые Мария не пробовала уже давно… Ну не кормят у нас в колониях особыми блюдами или разносолами.

Вечер встречи семьи выглядел достаточно странным. В основном общались мать с дочерью, а Андрей почти не разговаривал, отделываясь короткими словами. Затем ушел в одну из комнат позвонить и долго не возвращался.

Мария была ему за это благодарна, ведь у неё появилась возможность пообщаться со своей дочерью наедине. Она так по ней соскучилась, села рядом с ней и долго гладила её по голове. Дочь смущалась и все время порывалась прекратить эти «телячьи нежности», но потом сама лезла обниматься к матери, поглаживая её по плечам и спине.

- Ну тебя понятно, как пустили, а как твой отец попал сюда в колонию? Ведь он уже не близкий родственник? – удивленно спросила дочку Мария.

- Точно не знаю. Но отец сказал, что деньги решают всё! - ответила ей спокойно дочь. – Ты лучше у него спроси, как он это сделал.

Они еще долго разговаривали, а потом дочь сильно огорчила её.

- Мама, я завтра рано утром уеду, у меня сессия «горит». Я и так на один день опоздаю, пришлось договориться преподавателями, что меня не будет один день на учебе. Еле отпустили...

- Как же так! - сильно огорчилась Мария, просто потеряв все хорошее настроение, которое у нее было до этого.

- Я приехала на один день, чтобы увидеть тебя, сказать, что я люблю и жду, когда ты вернешься, - обняла Женя свою мать, у которой покатились слезы от таких известий.

Утром Женя уехала, а Андрей остался, правда у них состоялся тяжелый разговор:

- Я прекрасно знаю, что в этом «общежитии» ты можешь оставаться только при одном условии - если родственники остаются здесь на время свидания. У тебя еще два дня, если ты скажешь, то я уеду, но тогда тебя переведут обратно в колонию… - обрисовал бывший видение ситуации.

Мария прекрасно это знала, а нахождение в «общежитие» всё же давало легкое ощущение свободы: не надо вставать и ложиться по графику, можно есть и отдыхать в любое время…

- Твоё решение: я сейчас ухожу или остаются на эти два дня. - повторил Андрей, глядя прямо ей в глаза.

Мария понимала странность ситуации, но и обратно в барак ей не очень хотелось. Она согласилась с тем, что Андрей останется, а не уедет. Хотя её очень напрягал тяжелый и прямой взгляд Андрея, а ведь раньше он смотрел на неё по-другому. А теперь смотрел, будто прицеливался…

- И как же ты смог представиться моим мужем? – спросила она его вечером того же дня, когда дочка ушла в ванную.

- Это было не сложно… Через знакомых люде я нашел выход на твоего начальника колонии, немного ему заплатил, предъявил старое свидетельство о заключении брака. Конечно, не акцентируя на том, что мы уже давно разведены. Начальник «закрыл» глаза на то, что оно старое и ты была замужем за другим человеком после меня. Поэтому немного коррупции и я здесь… А почему приехал? Просто захотел поддержать тебя, ну и взял с собой дочь, чтобы тебе не было так некомфортно. Бывшую тещу брать не стал, тут уже извини.

Теперь Мария поняла, почему начальник так был благодушен к ней. Сумма явно была неплохой, как раз перед выходом начальника на пенсию. Про её маму было тоже всё понятна, та даже обрадовалась, когда Мария решила развестись, и даже не очень сильно это скрывала перед Андреем. Соответственно, теперь любви Андрей к ней не испытывал. От слова – совсем!

Они проговорили еще несколько часов, а потом разошлись по своим комнатам. Дочка утром уехала, а они остались вдвоём…

Мария во вторую и третью ночь ожидала, что Андрей придет к ней в постель. Боялась этого и страшилась. Она просто не знала, как ей реагировать, если он придет… Как к мужчине она давно не имела к нему влечения, из-за чего, в общем-то, и развелась с ним. Но сопротивляться? Будет выглядеть странно, раз он ее муж, якобы. Да и свидание явно будет сразу прекращено, если она поднимет шум, а это ей не очень хотелось.

Однако, Андрей так и не пришел, а утром последнего дня, когда она должна была уйти в барак через час, то она услышала страшную новость от него.

- Прости, что не сказал тебе сразу, но я не хотел тебе портить эти несколько дней, когда ты чувствовала себя почти свободной. И дочери запретил тебе об этом говорить… Неделю назад умер твой отец! Твоя мать не могла до тебя дозвониться, а потом через Ирину ей было сказано, что я сам тебе об этом расскажу.

Марина почувствовала, как в груди у неё почти остановилось сердце, глаза мгновенно наполнились влагой, она завыла диким голосом, а Андрей, обняв ее стал ее утешать. Почти весь оставшийся час он успокаивал её. Рассказал, что отец умер внезапно от инфаркта, а приехавший врач на скорой помощи ничего не смог сделать.

Отца похоронили в Москве на одном из кладбищ. Андрей помог родственникам деньгами и своими связями, чтобы без проблем привезти гроб с телом на Родину.

Мария чуть успокоилась, но была просто опустошена, потом отправилась в барак, т.к. уже поджимало время.

Напоследок Андрей сказал, что его адвокаты помогу ей выйти условно-досрочно, через год. Он сделает для этого всё, чтобы помочь ей. Пообещал, что ближайший год будет приезжать к ней и привозить их дочь.

Мария пришла в барак и долго пыталась успокоиться, ей предстоял тяжелый год до условно-досрочного освобождения, если верить Андрею. Может быть он ей поможет…

Отец… Она очень сильно любила своего отца, который был для неё всем: учителем, другом и самым близким человеком. Она опять завыла, легла на кровать и стала рыдать. Находящиеся в бараке женщины уже зная о случившемся, старались не подходить к ней, чтобы она выплакалась и смирилась со своим горем.

С момента первого приезда Андрея и дочери, отношения к ней со стороны начальника колонии и персонала сильно изменилось. Явно Андрей постарался. Ей на личный счет постоянно поступали внушительные суммы денег, которые она могла тратить в магазине колонии, покупая всякие «вкусняшки» и сигареты, которые служили «валютой» в колонии, где она сидела.

Жить стало однозначно легче и веселее!

В течение года Андрей с Женей неоднократно приезжали к ней в колонию: и вместе, и по одному. В очередной одиночный приезд Андрея, она сама пришла к нему ночью в кровать. Хотя никаких поползновений или намеков с его стороны не было ни разу. Она сама так решила: может отблагодарить его за всё, что он делал, может природа просила. Она сама не могла ответить на этот вопрос…

Она, кстати, поделилась с Андреем своими подозрениями в отношении её последнего бывшего мужа, на что он ей сказал, что они обязательно его накажут, но только тогда, когда она выйдет из колонии, потом отбудет условно-досрочное наказание.

В последний приезд к ней он ей сказал, что сейчас его адвокаты готовят документы на условно-досрочное освобождение. С начальником колонии и судьей вопрос уже решен. Спустя месяц она должна будет выйти на свободу. Документы направлены в суд, дата рассмотрения дела назначена.

Андрей вернулся на самолете в свой родной город. Его встречали на выходе из терминала.

- Здравствуйте, Андрей Игоревич, - сказал встречающий его начальник охраны с двумя своими подчиненными, - Куда поедем?

- Добрый день, Олег, давайте в офис, - сказал Андрей, передавая одному из охранников свои вещи.

Все вместе они быстро дошли до автомобиля представительского класса, который сопровождался микроавтобусом сопровождения с другим охранниками, после чего вся кавалькада уехала из аэропорта в офис.

- Привет, Андрей, - улыбаясь сказал его ближайшая правая рука и единственный заместитель Дмитрий, - Как долетел?

- Нормально, правда устал сильно, но это ничего, жду тебя сегодня вечером у себя дома. Отчитаешься мне по нашей сети.

- Хорошо, - выходя из кабинета шефа сказал Дмитрий.

Вечером оба они после доклада Дмитрия, сидели перед горевшим камином и пили 25-и летний виски. Андрей, имея большой дом с просто гигантским участком в одном из престижных районов Подмосковья.

Неподалеку от дома был небольшой навес тремя стенами, внутри находилась большая кирпичная печь и встроенный камин.

Вечерами Андрею нравилось выйти на улицу, зажечь камин и кутаясь в плед, попивая элитный алкоголь, смотреть в огонь, вспоминая свой нелегкий путь.

После развода с Марией он потерял работу, начал сильно пить, но собрался с силами и устроился на работу к одному очень богатому бизнесмену, правда не совсем по своей специальности – старшим менеджером.

Спустя полгода он был управляющим сетью ресторанов и пивных пабов. У собственника была привычка, давать часть своих долей хорошим специалистам в своих предприятиях, чтобы они работали более эффективно. Доли были мизерные, но подстегивали любого работника лучше любого кнута.

«Так они понимают, что работают не только на дядю, но и на себя», - говаривал его работодатель. И его схема работала почти идеально, что подтверждалось многолетним практическим опытом.

Зарплата у Андрея действительно была большая, да и бонусы с премиями, а также доля от предприятия приносила неплохой доход, идя плюсом к другим доходам.

Спустя пять лет, работодатель решил выйти из этого бизнеса, который был одним из многих. Ему просто понадобились деньги на вложение в другой бизнес, а этот бизнес ему поднадоел, т.к. был не совсем профильным для него.

Он предложил Андрею выкупить свою долю, а тот недолго думал. И получив большой кредит в банке своего знакомого, да и за время работы накопил неплохую сумму, он выкупил долю у теперь бывшего работодателя. И в течение пары лет полностью вернул кредит.

Затем очередное вложение денег: выкупил ещё несколько ресторанов и пабов, в результате чего его бизнес увеличился вдвое. И прибыл с сети была очень большой, так что за последнее время он являлся долларовым миллионером, так что многое себе мог позволить.

- Скажи, Андрей… А это того стоило? – прозвучал в ночной тишине, разбавляемыми потрескиванием в огне поленьев голос Олега.

- Знаешь… Когда я начал это… Я думал, что это того стоит. Да и сейчас пока имею лишь небольшие сомнения по этому поводу… Каждый ответит за свои действия… Рано или поздно, но отвечает! И они ответили, и еще, может быть, ответят…

- Так ведь и ты… - начал Олег.

- И я отвечу! Только я к этому готов, а они оказались неготовыми…

- Если они узнают, то не будет более ненавидимого человека на свете, чем ты!.. – тихо произнес Олег.

Андрей продолжал молча смотреть в огонь, лижущий потрескивающие полена, уже подернутые в некоторых местах серебристой золой.

Развод с Марией очень сильно подкосил Андрея. Он просто не ожидал, что с ним так поступит любимый человек. Он, фактически, полностью погрузился в семью Марии. Всё для них делал и полностью посвящал свою жизнь своей любимой жене, да и её матери и отцу. Но когда он стал не нужен, то его просто выкинули под зад коленом, как нашкодившего котенка. Мария буквально в какие-то мгновения превратилась из любящей его женщины в совершенно постороннего человека, который начал воспринимать его в штыки и как абсолютно чужого. Он просто не мог поверить, что ей жена так изменилась и стала невероятно чужой и в чем-то даже ненавидящей его. А это он тем более не мог понять и простить.

Да и её отец и мать мгновенно вычеркнули его из их жизни, почти сразу перестав с ним общаться, после того, как Мария объявила о разводе.

Со временем он понял, что в глубине души его начала подниматься ненависть к Марии и её родственникам. Хотя и говорят, что сильные чувства со временем начинают слабеть… но не в его случае.

Его ненависть росла с каждым годом всё сильнее и сильнее. И он ничего не мог с этим поделать. Хотя понимал, что это неправильно – ведь она разрушает личность.

******

Олег, сидевший рядом со своим шефом, вспоминал, глядя в огонь в камине, как всё началось несколько лет назад.

- Товарищ следователь, вы не сомневайтесь, документы, доказывающие её вину мы, вам, предоставим, свидетелей тоже. Они дадут полный расклад по всем фактам уклонения от уплаты налогов, - вещал голосом искусителя, сидящий напротив следователя человек.

Следователь городского управления внутренних дел встретился с этим человеком в небольшом ресторане по протекции одной уважаемой персоны, которая гарантировала, что визитер предоставит ему материалы и доказательную базу в отношении одной компании и генерального директора, а также реального хозяина ряда компаний, которые уклоняются от уплаты налогов в «промышленных» масштабах. Отказать следователь не мог, в силу ряда причин.

- Мой руководитель очень хочет, чтобы собственник и его дочь были наказаны. И наказаны серьезно! Желательно возбуждением в отношении них уголовного дела, ну и привлечены к уголовной ответственности, - вещал следователю, сидящий напротив него визитёр.

- Зачем вам это надо? Я не совсем понимаю, - подозрительно глядел следователь на этого странного человека. – Вы у них хотите бизнес забрать?

- Нет-нет, их бизнес нас абсолютно не интересует. Как говорит мой работодатель: «Каждый должен нести ответственность за свои поступки»! Вам лишь надо сделать свою работу, а именно так, как предписывает вам закон. Ничего незаконного мы от вас просить не будем.

Спустя некоторое время они расстались, договорившись о следующей встрече, на которой должны были быть переданы определенные документы и необходимая следователю информация.

После чего Олег уехал к Андрею, чтобы доложить о результатах переговоров.

*****

Олегу вспомнилось еще несколько подобных разговоров с нужными людьми.

- Иван Петрович, вы же работали и были уволены из этой организации, и я точно знаю, что вас заставили уйти оттуда! Вы ничем не рискуете, будете свидетелем. А мы вас хорошо простимулируем. Ведь эта сумма вас устроит? – Ивану Петровичу протянули листок бумаги, на котором была указана приятная цифра.

Иван Петрович сглотнул, ведь ему сейчас предлагала взять большую сумму лишь за свидетельские показания, которые ему надо было дать против бывшего ненавистного работодателя и его дочери – Марии.

Таких, как он было еще несколько человек, которые простимулированные большими денежными суммами в дальнейшем дали изобличающие показания в отношении отца и дочери.

Следователю были предоставлены многочисленные документы, доказывающие вину отца и дочери. Свидетели с радостью давали показания по совершенным эпизодам по уклонению от уплаты налогов. Была выдана информация по местам, где хранился основной бумажный компромат и сервера, где хранилась электронная информация по сделкам. Все документы и «жесткие» диски были изъяты в кратчайшие сроки и приобщены к материалам уголовного дела.

Руководство следователя было в экстазе: при наличии таких доказательств, дело расследовалось в кратчайшие сроки и обещало обвинительный приговор в отношении фигурантов по делу.

Спустя три месяца уголовное дело было передано в суд

*****

- Надо сделать завершающую точку, - тихо вымолвил Андрей Олегу, когда тот был у него в кабинете, а уголовное дело в отношении Марии было передано в суд. – Ты знаешь, что делать!

- Петр Николаевич, ну ведь вам не трудно. Надо всего лишь оправдать человека или дать по минимуму. Ведь в этом нет ничего сложного, - говорил человек, который пришел по звонку одного из знакомых судьи. Правда знакомый говорил, что с этим человеком надо быть поосторожнее, т.к. в «деле» этот человек не был проверен. Однако, выслушать его желательно, но можно и отказать, если он себя поведет неадекватно.

- Эта подсудимая очень не хочет сидеть. Поэтому она предлагает вам вот «такую» сумму, - продолжал уговаривать судью посетитель, протягивая бумажку на которой была написана сумма ручкой.

Судья был просто возмущен, он действительно не брал взятки. А еще, больше всего, его возмутила сумма, которая была указана на бумажке. За такую сумму человека бы из КПЗ не выпустили за мелкое хулиганство, а тут речь шла об уголовном наказании. Тем более, что взятку ему предлагали прямо в его кабинете. Конечно, «прослушек» в здании суда быть не могло, т.к. это незаконно. Но кто знает этих фээсбешников… Иногда и такое бывало.

- Убирайтесь, иначе я вызову полицию, - будто выплюнул сквозь зубы судья.

- Ой, ну не хотите, как хотите, - улыбнулся визитер, - Но смотрите, не пожалейте, - угрожающе сказал он, вставая из-за стола.

- Да я тебя… Я тебя… - вскипел судья.

Олег быстро вышел кабинета судьи от греха подальше.

Судья был в легкую «просчитан» их психологами и аналитиками службы безопасности: сам разговор в здании суда, предложенная смехотворная сумма, легкая угроза в конце разговора…

Всё это должно было привести судью в ярость и резкую реакцию с его стороны. Что и произошло в конце концов.

Мария получила максимальный срок по вменяемому ей преступлению. Судьи апелляционной инстанции были проинформированы судьей, который вынес приговор Марии, что она взяточница, которая имела наглость предлагать деньги в здании суда. Судей апелляционной инстанции это возмутило не меньше, чем судью, которому эта взятка предлагалась.

*****

- Не забудь позвонить еще одному человеку, - услышал Олег очередное приказание от Андрея.

- Здравствуйте, это ведь отец Марии! – услышал отец Марии утвердительный голос в телефоне.

- Да, это я. Откуда вы узнали мой телефон? И кто вы, черт возьми? - возмутился он. Номер этого телефона знали лишь несколько человек.

- Смею вас «обрадовать», сегодня ваша дочь Мария получила шесть лет колонии. Поздравлять не буду, но и сочувствовать тоже.

Олег положил трубку и его лицо передернулось от той гадости, которую он только что совершил. Ему это всё не нравилось, но он был вынужден делать это. Прекрасно понимая, что Андрей просто использует другого человека, а их дружбе придёт конец…

Отец Марии получил тогда свой второй инфаркт сразу после разговора с незнакомцем.

Сложившаяся ситуация, тяжелое финансовое положение, после ареста всех счетов работающих фирм в России, подкосили его и так не блестящее здоровье. Отцу Марии стало тяжело ходить и активизировались все старые «болячки».

Ему даже пришлось продать часть имущества в стране проживания, чтобы были деньги на содержание остальной части имущества, которое накапливалось за счет средств, зарабатываемых в России, а потом сюда.И это не принесло ему радости. Он предпочитал накапливать имущество, а не продавать его.

*****

- Подкинь мысль её нынешнему супругу, что он сможет претендовать на её имущество, - приказал Андрей Олегу.

- Здравствуйте, я представляю конкурентов компаний вашей жены. Мы вам предлагаем деньги за информацию о компании Марии. Учтите, предлагаем большую сумму! - вещал странный визитер мужу Марии.

Как ни странно, муж Марии сразу согласился, когда узнал, какую ему сумму предлагают, а также обещают помочь в разделе имущества его жены, если он с ней вдруг разведется.

Всё прошло, как и было задумано. Этот дурачок решил, что он действительно сможет получить половину имущества и денег, если разведется, что он и сделал. Под него даже «подвели» профессионалку, которая сделала вид, что прямо-таки влюбилась в этого придурка. Кучу денег ей заплатили, блин…

Ему помогли быстро развестись с Марией, но имущества получить он не смог. «Благодетель» уже бывшего мужа Марии, втравивший его в это дело, пропал – его телефон перестал отвечать, а юристы, работавшие по разводу, просто отказались работать с ним дальше без объяснения причин.

В конце концов бывший муж Марии плюнул, решив, что в любом случае он бы не стал ждать жену-зечку. На фига она ему нужна, с уголовным прошлым! И решил продолжить отношения со своей новой пассией. Правда и она куда-то неожиданно пропала из виду… Её поиски ничего не дали.

*****

- С условно-досрочным освобождением, что будем делать? Как ты и задумал? «Прокатим» его или сделаем так, чтобы её отпустили? – ожидал указаний от Андрея Олег.

- Знаешь… Изначально я хотел её обнадежить, а потом сделать так, чтобы она отсидела от «звонка до звонка» … Вылетай в город, где суд и заплати деньги. Марию должны выпустить!

-Ну слава Богу! Я уже и не надеялся… - выдохнул успокоившийся Олег. – Хорошо, что ты решил не продолжать всё это… безобразие. Ну не по мне всё это.

Несколько минут Андрей молчал, а потом взглянул на Олега:

- Каждый должен в этой жизни платить за свои поступки. И я заплачу… Уже скоро… Да, перед моим отъездом из колонии, она сказала, что беременна. Хотя и это бы меня не остановило… Я бы просто забрал у неё ребенка после рождения, пока бы она продолжала сидеть.

Олег сглотнул от таких известий, но поняв, что это явно не всё, жадно вглядывался в лицо Андрея, ожидая продолжения.

Андрей еще немного помолчал, а затем опять продолжил.

- Я переменил отношение к ней не потому, что она стала спать со мной, когда я приезжал к ней. Не потому, что я простил её. И не потому что она беременна. Не потому, что я хочу, чтобы мать была с дочерью…

Андрей поднял бокал с виски и медленно отпил из него.

- Мне осталось не больше месяца, Олег. Сделай всё, чтобы она вышла. Деньги тебе выделены, езжай и реши вопрос! – повторился Андрей.

Олег сглотнул и с ужасом смотрел на Андрея:

- Может быть…

- Нет! - перебил его Андрей. – Уже не может быть! Несколько врачей из разных стран подтвердили диагноз. Неоперабельная опухоль в мозге, операция не поможет. Месяц, столько мне дали, и это в лучшем случае.

Олег вздохнул, поняв, что его работодатель и … друг уже всё решил для себя.

- За всё надо платить… И я скоро заплачу! - повторил Андрей, продолжая глядеть в уже затухающий огонь в камине.

*****

Спустя месяц, как и обещал Андрей, в отношении Марии судом было принято решение об условно-досрочном освобождении.

Через пару дней, когда решение суда пришло в колонию, она вышла из ворот этого печального учреждения и увидела стоящих неподалеку от ворот колонии свою любимую дочь с незнакомым человеком и свою мать.

- Привет, а где папа? - сразу спросила она, настороженно глядя на незнакомого человека.

У Жени помрачнело лицо, она сглотнула, в глазах сверкнули слезинки, одна из них скатилась к подбородку:

- Ты знаешь…. Он всегда говорил, что за свои поступки надо отвечать… Неделю назад, в последний раз, он мне сказал, что пришел его черед ответить за них… - вымолвила сквозь слёзы Женя.

- Я близкий друг вашего бывшего мужа, мне поручено кое-что сделать для вас, Жени и … вашего будущего ребенка. И эту просьбу я намереваюсь выполнить, - лицо Олега передернулось. - - Я это начал, правда с подачи Андрея, но и мне это заканчивать, - тихо себе под нос произнес Олег, так, что его никто не услышал.

Он был обязан выполнить последнюю волю Андрея – обеспечить его детей и помочь им с наследством…