Метаморфоза

Смотри не потеряй источник, знаешь сколько раз люди сталкивались с гибелью, потому-что теряли информацию!?

Представьте что, вы наблюдаете как груды болтиков, шурупов, заключают сделки друг с другом, обсуждают деловые проекты по прирощенным робототехническим отраслям, припои для неорганических процессоров, рекамная кампания, пиринговая система, доставка руд в дружелюбные миры... Представьте следующую картину, андроиды придерживаются культурных кодов и сдерживают такт, они улыбаются, и действуют собой и делом предсказуемо, сдержано... Кто-то станет защищать их, а, я спрашиваю себя: "а станешь ли ты защищать их?", станете ли и вы на их сторону?

Вселенные сливаются друг с другом в нашу эпоху, в наши времена, да так, да так что создаётся природой настоящий новый космос — невообразимый абсурд и каша событий из новостей для каждого гражданина Космоса в любой цивилизации ноль-первого уровня, так происходит с реакцией лам на зелёной планете Четвёртой Ноги в четврёхста световых лет, рядом, они ощущают, что с миром что-то не так, они смотрят в небо дольше обычного, больше уделяют внимания друг-другу, они в прохладном ночном воздухе жмутся друг к дружке и не собираются возвращаться в тёплый горный рьельеф, как будто ожидают какого-то ответа, как будто вселенная сама по себе разумна и способна дать им этот ответ. Теперь это новое и не изведанное место для всех её жителей место, мир. Цивилизации пытаются извлечь из ситуации максимум выгоды или сохранить свой мир в безопасности, кто сделать это может, а другие, ранние миры, просто остаются и наблюдают происходящее, что доходит до них..

Все стараются защититься, чтобы защитить и себя и свой мир, защитить всё то, что они так любят и так ценят, для чего жертвуют маленькими по-комическим масштабам благами, для чего живут, теми или иными способами, так или иначе. Кто-то врывается даже в этот космический процесс полностью сознательно, и ставит зачастую и свой мир и весь остальной мир под угрозу... Мы придумали в нашей лаболатории, что можно сделать с этим, решение находим в неорганическом организме.

Его зовут Нот и, он подчиняется лично мне. Андроид создаёт свой собственный стандарт, это кодекс человеческого поведения, его собственная инициатива это. Чтобы создать меру для всего космоса для всех остальных андроидов, которые поведут за собой и всех роботов, и все технологии мегацифрового поколения — они сделают это и в пределах нашей вселенной и далеко за её пределами.

Я отпиваю горячий кофе. Свечи выдыхают мягкий свет на мой стол. Итак пишу, сегодняшнего числа...

Ручка падает на стол. Я забыл... Слова вдыхая потерял, упустил важную мысль, это не просто стресс, это психологическое давление.

Итак, просит давления такого рода сама тема моего сегодняшнего повествования.

Сочинение будет зачитываться по важному событию и, я действую с полным осознанием таковой, значимости. Я радуюсь этому давлению, что идёт всё с таким малейшим колебанием, только говорит о свойствах создаваемого мною текста, мною.

Космос заменил собой все мысли об утопии, все новые и древние — всё это ледяной космос, бездыханный, потому-что неизведанный; неизвестный, потому-что физически неоднородный, неповторимый, потому-что происходит всё время, всё время меняется внутри, постоянно изменяется, и становится всё сейчас ещё ярче и более заметным из-за катаклизма, и поэтому... Нот вернулся с длительного путешествия на задание в Центр Дельта-Т, и передал все данные учёным. Они хранятся теперь внизу центра, в семи с половиной тысячах километров, нужно будет их принести в лаболаторию.

Древние колонизировали солнце, кораблями были их обычные ракеты, а моим средством чёрные страницы потому-что, я пишу белыми чернилами по белой бумаге. Мысли откидывать не всегда просто, особенно не замечая что, они поглощают только и только тебя самого. Интересно назвать нашу единую слитую в одно пламенное кольцо галактику солнцем, я думаю, что будет всё же не логично.

— Что делаешь Звед! Смотри как весело, светло вокруг! — пронёсся брат.

— Ты сбил меня с толку! — сказал я.

— Я сделал диск из камней размером с четыре звезды, смотри, они все в огнях! — указывал брат куда-то за далёкие облака и размытое небо, откуда доносились вспышки...

— Уйди! Мы увидимся теперь завтра! — крикнул я.

— Тебя ждёт большая награда от меня, если спасёшь всех живых существ из других вселенных, ты получишь информационный ярлык на правление во всех космических городах, которые построю я ещё и, которые построил уже, ты понял!

Я проснулся в четыре часа утра из чувства хорошего сна. Стало рассветать медленно на зелёных лугах. Тень сбегала быстрее с верхнего зелёного луга, я живу в цепочке близких друг к другу планет.

— Как пишется твоя работа? — подкинула мысль мама, на кухне горела плита с яишницей.

— Я не знаю сейчас, как живут другие существа в других вселенных, поэтому работаю над этим. — ответил я.

— И скажи теперь как, это связанно с моим вопросом пожалуйста. — попросила она.

— Я делаю всё что в силах сделать из возможного. — сказал я.

— Молодец продолжай так и дальше сынок... — сказала она.

— Я уезжаю сегодня, помните?

— Да помню, твоя сумка уже у двери вот еда.

Я перешёл с веранды моего дома сразу в лаболаторию в четырёх тысячах километров. Тут находятся скалистые горы. Веранда открывает каждый раз моему взгляду пропасть для бесконечных снежинок, многие сносит с заснеженной поверхности.

— Сколько будет небесных кораблей сегодня? — спросил младший научный сотрудник.

— Я думаю что пять. — ответил я.

— Всего будет пять? — спросил он.

— Я думаю, что будет сегодня пять тысяч кораблей. — сказал я.

— Побереги мои нервы, что же, мне делать... — схватился напарник за голову. Он не привыкнет к путешествиям в части новой вселенной без физических возможностей нашей.

— Поработай сегодня с органикой на планетах с жизнью в нашей вселенной.

— Да сделаю пару важных дел для них!

Я расстаюсь со своим пропуском крайне редко. Это случается возможно, что всего один раз в год. Тут изучается физическое свойство реальности превращаться из одной формы в другую, важно что во-первых он не материален.

Мы отправили четверть века назад в другое измерение зонд. И сложилось всё так что, он создал для себя целую армию репликантов, и отошёл от нашего управления, от наших комманд. Зонды связывают одни и те же значения подобий метаморфозы, исключительных фундаментальных свойств.

Напарник вернулся. Он забыл что-то, как оказалось, что не взял цифровую подпись от меня, которая разрешает ему доставить данные от Нота из хранилища. Я напомнил ему как это важно, стараться делать всё, сразу.

Я покажу ему как делаются дела в цивилизованном мире в своём отчёте через неделю. Я подключаю нашу систему к потоку энергии чёрной материи. Скоро буду в парной вселенной, то-есть буду в новой части вселенной, которая стала теперь продолжением космоса всей вселенной.

Борт качается и скрипит дерево, это солится брус. Параллелизатор стоит повёрнутый ко мне, спиной. Море дышит спокойным солёным воздухом, день...

— Эй начнётся всё совсем скоро! Ты пришёл и правда из соседней вселенной? — крикнул он.

— Я пришёл из твоей вселенной, потому-что она теперь у нас с тобой одна общая. — крикнул я.

— Космос пренадлежит нам с тобой!

— Я не думаю так.

— Просто представь!

— Я ищу надёжного партнёра, а не разговорчики на палубе.

— Три тысячи кораблей двинуло с севера, вот тебе надёжные сведения, а корабли императорского флота плывут с юга, как и раньше, и с самого начала. — он отчеканил доклад, и следом оттарабанил ещё слишком сложную, чтобы запомнить мелодию.

Скоро придёт он. Вы спросите возможно, кто придёт? Вы увидете его в центре океана.

— На отпей нашей бурундувки! Пока ждём начала шоу.

— Я оставил кляксу!

— Ну!

— Нет!

Пушки раздаются с шепением ударов волн по бортам, загрохотал северный ряд смертельных водных монстров... Корабли называют так люди — Водные Монстры. Когда заставлю всех их использовать мои новые энергетические станции, все они предпочтут оставаться в городе на зимнее время, а не болтаться в зимнем океане с устаревшими пушками.

— Я вижу дюжену мушкетов, один мушкет... — сказал Параллелизатор.

— Теперь рассказывай что дальше... — сказал я.

— Подлодка поднимается выше, видишь там тонкая струйка пара? — указал Параллелизатор. ///<-----

— Да совсем горячий пар должно быть... — прокомментировал я.

— Пароподлодка открыла люк. — подсказал Параллелизатор и передал мне подзорную трубу.

— Человек находится с мушкетом возле него? — спросил я.

— Да присмотрись, нет же! — закричал Параллелизатор.

— Да, вижу! — окрикнул я.

— Это бросай дело, это пароид, а не человек! — развёл Параллелизатор руками.

Я не оказался готовым к такому повороту. Он не сказал мне раньше, что здесь есть гуманоиды. Почему не сказал?..

Ядра подлетают к этому моменту к зениту облаков. Я чувствую какую-то переполненную уверенность, я разберусь и с гуманоидами, только потребуется... Остановить ядра, и продолжить своё исследование, мне.

Сдвиг окрасил небеса в багровый и удар пространства обратился в сталь. Взрывы окрашивают небо в чёрные объёмные, жирные кляксы. Я не испытал какого-то потрясения, действие обычной физики!

— Ты смотри... — сказал я.

— Мне жаль, что Конкурезатор не заметит этой красоты. — сказал Параллелизатор.

— Нет, посмотри... Конечно не увидит, ведь, это почти невозможно. — сказал я.

— Что значит почти? — развёл Параллелизатор руками снова, и поднял брови.

— Невозможно не бывает, нет. Почти, значит, что это слишком сложно увидеть, заметить, и встретить такое слишком маловероятно.

— Что не увижу? — голос Кокурезатора послышался позади.

Конкурезатор стоял по-видимому всё это время позади нас, и не отрываясь от вида. Даже сейчас, он продолжал смотреть. Заканчивая говорить, он не закрывал открытого рта.

— Жару не увидишь! — крикнул Параллелизатор не отрывая своих глаз от пейзажа.

День подходил к концу и вечерело, и раздавались новые грохоты и, всё повторялось. Небо темнело, снова и снова, только не становилось чёрным, мрачным. Я рассмотрел в подзорной трубе того самого гуманоида, с тем мушкетом, это и правда пароид, только выглядит пароид этот как настоящее чудо технологий.

— Конкурезатор напомни пожалуйста, что делаешь ты? — спросил я.

— Я конкурезатор, а Параллелизатор, параллелизатор! Запомни нас уже, это просто, ну совсем же. — сказал он.

Отчаянные отправились паролёты, по-видимому выяснять никто ничего не собирается... Облакопадом взмывают паровые двигатели... Так работают скоростные моторы, тысячи их, они атакуют друг-друга, едва достигая зенита, шквальными атаками с обеих сторон.

— Да впечатляет огонь! — закричал Конкурезатор.

— Ты говоришь про водную плазму, про горящую соль! — завопил Параллелизатор.

— Вы говорите про боевую атаку. — сказал я.

— Ты не понял! — сказал Конкурезатор.

— Ничего не понял ты! — сказал Параллелизатор.

— Что не понял же я? — спросил я.

— Что действует где-то психокинетик!

— Ты не понимаешь, что на чьей-то стороне в битве маг?

— Взгляни на мой меч! — заблестал Параллелизатор.

— Да выглядит как полная пустышка! — завопил Конкурезатор.

— Я не понимаю ничего из того что, вы говорите! — закричал я.

— Да пойми главное, что это не обычный маг! — зашипел почти шотом Параллелизатор.

— Это действует сильнейший маг во всей истории, возможно что всё дело именно так! — завопил Конкурезатор.

— Возможно перевернёт все пароходы врага скоро единственной мыслью! — закричал Параллелизатор.

— И кончится всё этим! — сказал Конкурезатор.

— Только отойти ему нужно от нейтральной тактики для начала бы! — сказал я.

Пока не происходит ничего.

— Я буду говорить с императрицей. — сказал я.

— Что, будешь? — закашлял Параллелизатор.