— Ой, — пергаменты из рук Гермионы падают на пол совершенно неожиданно. Она тут же упирается ладонями во что-то твёрдое и теплое.
— Смотри, куда прёшь, Грейнджер, — надменно звучит над головой мужской голос.
Гермиона поспешно отстраняется и проклинает себя за медлительность и невнимательность. Зачем она замерла? Вроде война закончилась недавно, когда успела потеряться быстрая реакция? Такие навыки не проходят за такой короткий срок — несколько месяцев. И, конечно, ей прекрасно было известно, кому принадлежал голос. Драко Малфою. Чёртову избалованному мальчику, которого изменила война. Как и её саму.
— Сам смотри, — огрызается Гермиона и наклоняется, чтобы подобрать пергаменты, лежащие по полу.
— Грейнджер, — это уже звучит опасно, грозит потоком нелицеприятных слов, но...
Гермиона знает, что их не будет, потому что у нее и Малфоя есть секрет. Маленький секрет, который лежит в кармане её кофты.
Записка, написанная его аккуратным почерком и заставляющая ее краснеть, потому что там нет ничего приличного.
Когда и как они до этого дошли? Гермиона и сама не помнила. Это между ними было уже давно. Просто однажды, когда стёрлись немного границы, когда боль и потери уравняли всех, они смогли нормально поговорить и поняли, что у них много общего. Что они просто люди, попавшие в водоворот событий, менявших историю. А через время после той беседы началась их переписка. Сначала робкая, а теперь переходящая все границы.
— Малфой, — запоздало отвечает Гермиона и вздернув подбородок, идёт по своим делам, будто столкновения не было.
В коридорах и на занятиях — они одни. В своих комнатах — другие. Лишь кровати Гермионы известно, что она думает о прикосновениях Малфоя по ночам. А ванная знает, что Малфой себя удовлетворяет, представляя Грейнджер обнажённой и покорной. Но решатся ли они воплотить фантазии в реальность?