Мифы бытия

Откровение Ниндугала

Эриду, Шумер, XXIX век до н.э.

Услышь меня, Шегу, ученик мой, дитя из глины и праха.

Услышь своего учителя Ниндугала, служителя Истины и Мудрости.

Услышь то, что открыто было нашему повелителю Эа, Многомудрому.

Когда вверху небеса ещё не названы были, безмолвные и бездонные.

Когда внизу земля имени не имела, бесформенная и непостижимая.

Когда меж ними зияла Бездна, без начала и конца, вне времени и сущего.

Не было в той Бездне ни света, ни тени, ни меры, ни звука.

Не было в той Бездне ни смертных, ни бессмертных.

Не было в той Бездне ни богов, ни духов.

Не было в той Бездне ни животных, что бродят по суше, ни птиц, что парят в небесах, ни трав, что тянутся к свету.

Не было в той Бездне ни тверди земли, ни зыбкой воды, ни горячего пламени, ни холодного ветра.

И было в той Бездне лишь чистая возможность, невыраженная и спящая, ожидающая своего зова.

Истина та — о Бездне вне мира, где рождаются все песни, нерожденные ещё.

Истина та — о Бездне вне мира, где поются все песни, что вечно звучат в безмолвии.

Истина та — о Бездне вне мира, где кончаются все песни, угасая в изначальном Единстве.

И было так, что из глубины той Бездны, Первопоющие издали свои первые Слова.

И было так, что в глубине той Бездны, первые Слова сложились в Песни.

И было так, что из глубины той Бездны, Песни зазвучали в Пустоту.

О том, как те Первопоющие создают отзвуки своих изначальных песен — сотрясения, что наполняют пустоту.

О том, как в одном из отзвуков тех, плотных и сильных, явился Колодец, бездонный и сияющий, рождающий чистые, новые души для нашего мира.

О том, как из Колодца того, как искры от удара кремня, явились Великие Владыки нашего мироздания: Эа, Ану и Энлиль.

О явлении из Колодца Энлиля, Повелителя Дыхания, что наполнил пустоту воздухом и жизнью.

О явлении из Колодца Эа, Господина Мудрости, что осветил тьму знанием и разумом.

О явлении из Колодца Ану, Владыки Небес, что вознесся над всеми, став вершиной бытия.

И стало так, что песнь первых богов, их изначальная воля, стала фундаментом, на котором воздвигнут наш мир.

И стало так, что мир, как зиккурат, ступенчатая гора от грязи земной до сияющих небес, имеет три по два яруса, от плоти к духу, от простого к сложному.

И стало так, что живущие в нем, от пылинки до исполина, подобны Храму, воздвигнутому изнутри, имеющему три по три яруса, от телесного к божественному.

Послушай же, Шегу, о каждом ярусе!

Послушай же, Шегу, о каждой дарованной силе!

Послушай же, Шегу, о сути сущего!

О дне, когда Энлиль, Повелитель Дыхания, из глины и воды породил Тело Шумера, ощутимое и осязаемое.

О дне, когда Энлиль породил отражение Шумера в незримом, храня облик и после распада глины.

О дне, когда Энлиль соединил двуединое тело Шумера: осязаемое и неосязаемое.

О дне, когда Эа, Господин Мудрости, создал Сны Шумера, где пребываем мы от заката до рассвета.

О дне, когда Эа, создал Знания Шумера, что познаем и ищем мы от рассвета до заката.

О дне, когда Эа соединил Мысли Шумера: воображаемые и познаваемые.

О дне, когда Ану, Владыка Небес, воздвиг Миры Богов, вечные дома над Шумером, где обитают те, чья сила превосходит понимание смертных.

О дне, когда Ану украсил колодец богов Шумера, что рождает души для детей и внуков наших, когда мы рождаем тела для них.

О дне, когда Ану дал жизнь Шумеру, смертную, но несущую в себе семя вечности.

Дано нам Энлилем, Повелителем Дыхания тело, что чувствует боль и радость прикосновений.

Дана нам Энлилем жизнь: дыхание, кровь и продолжение рода.

Дана нам Энлилем тень, в незримом, что могут увидеть могучие маги.

Даны нам Эа, Господином Мудрости страсти, любовь и ненависть, радость и скорбь, что ведут слабых по жизни, как река несет ветку, но сильным дают неистовый огонь и хлад.

Дан нам Эа разум, что что ведёт нас к Великим Истинам, и способен проломить границы мира и видеть то, что вне него.

Дана нам Эа воля, что движет нас и упорствует, что не позволит потеряться в Реке Жизни, и способна подавлять суть вещей, если достигнет истинной мощи.

Данными нам страстями, постигай силу, сверх человеческого предела, изменяющую мир.

Данным нам разумом, постигай силу, сверх человеческого предела, покоряющую мир.

Данной на волей, постигай силу, сверх человеческого предела, укрощающую мир.

Одарены мы Ану, Владыкой Небес искрой вечности, что продлевает жизнь и дает время для Великого Пути.

Одарены мы Ану искрой величия, что может раскрыться в огне высших стремлений, позволяя стать подобным самим богам.

Одарены мы Ану словом, что пелось до мира и будет звучать и после мира.

Запомни, ученик — дана нам Искра, что есть суть наша, что не исчезнет никогда.

Запомни, ученик — Искрой нам дан Путь, длиннее и дольше чем ты сможешь осознать.

Запомни, ученик — Путь ведёт нас от смертного комочка глины до Первопоющего, хозяина Бездны.

Скорби, ученик — ибо не всем хватит Знания, чтобы найти этот Путь в лабиринтах бытия.

Скорби, ученик — ибо не всем хватит Воли, чтобы пройти этот Путь через все испытания и соблазны.

Скорби, ученик — ибо не всем хватит Времени, чтобы дойти до конца Пути в пределах одной жизни.

Возрадуйся ученик — ибо от смерти до новой жизни сохранится капля тебя, суть твоей Искры и Слова.

Возрадуйся ученик — ибо от жизни до новой смерти, капля эта умножится, неся на себе отпечатки твоих деяний.

Возрадуйся ученик — ибо как капли станут морем, соединяясь в Великом Очищении, так и ты станешь одним из Первопоющих, слившись с Бездной.

Ниндугал тяжело вздохнул, завершив свой гимн, его глаза, казалось, видели нечто за пределами храмовых стен.

— Шегу, — произнес он, его голос был глубок и полон древней усталости, — запиши это откровение слово в слово. Высеки его на глиняных табличках и обожги в печи, чтобы огонь сделал его вечным. Мы обязаны сохранить эти слова Многомудрого и Обширного Разумом Эа. Истина эта слишком велика, чтобы быть брошенной на произвол судьбы.

Ученик, потрясённый масштабом откровения, в которое его посвятили, прошептал, едва шевеля губами:

— Учитель… Но это же… ересь. Противоречие всем догматам жрецов! Мы ведь знаем, что Великие Владыки, Энлиль, Эа и Ану, вечны и неизменны, а не рождены из какого-то Колодца. Нас объявят сумасшедшими, учитель! Нас выгонят из храма. Нас лишат имён, а таблички с нашими именами сотрут из всех списков, будто нас никогда не было! Это конец нашей жизни, нашего служения!

Ниндугал мягко, но с непоколебимой твердостью посмотрел на него.

— Пусть так. Мы должны это записать. Мы не бросим слова Эа в реку забвения, даже если мир захочет их утопить. Но и не откроем их тем, кто не готов, кто не услышит их не ушами, а самой своей сутью. Это не для всех. Только для Знающих, Шегу. Только для тех, чья душа сама ищет этот Путь. Ибо истина, что слишком велика, может сломать слабый разум. Иди. Запиши. И храни в тайне до времени.