Мир, где растут мечты

Давным-давно существовал мир под названием Ониэра — край, где мечты питали магию, а магия вдыхала жизнь в мечты. Здесь, между небом цвета морской пены и океаном, усыпанным звездной пылью, жили люди и зверолюди бок о бок, храня в сердцах одну древнюю легенду.

Говорили, что в самых глубоких водах Ониэры плавает Левиор — белоснежный кит с рогом единорога на челе, существо столь прекрасное, что один его взгляд мог превратить бурю в штиль, а слезу — в жемчужину. Левиор был не просто созданием, он был богом-мечтой, воплощением всех надежд, что когда-либо шептали волнам. Его рог, сплетенный из лунного света и забытых желаний, обладал силой исполнять любую мечту — от самой скромной до самой безумной.

Но Левиор был подобен самой мечте: всегда близко, всегда рядом, и всегда недостижим. Тысячи искателей бороздили моря Ониэры, всматриваясь в пучины, но никто не мог найти белого кита. Возможно, он находил людей сам, когда приходило их время. А может, он был всего лишь сказкой, которую матери напевали детям под плеск волн.

Солнце Ониэры клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки меда и розового золота. На берегу раскинулся Талассея — великий торговый город, чьи белокаменные здания с колоннами вздымались к небесам, будто руки, тянущиеся за благословением богов. Мраморные улицы сбегали к гавани ступенями, где десятки кораблей покачивались на волнах, а торговцы в светлых хитонах зазывали покупателей голосами, звонкими как колокольчики.

На центральной площади женщина в синем пеплосе смеялась, придерживая корзину с гранатами. Дети гонялись друг за другом между колонн храма, их босые ноги шлепали по нагретому солнцем камню. Старый рыбак чинил сети, напевая древнюю песню о море и звездах. Город дышал, жил, мечтал.

И вот, словно посланец из другого мира, над городом пролетел красный лепесток.

Он кружился в воздухе, танцуя с ветром — один-единственный, алый, как капля крови на снегу. Никто не знал, откуда он прилетел: в Талассее не росли красные цветы. Лепесток скользнул над головами торговцев, миновал храмовые шпили, пересек гавань и устремился к открытому морю.

Далеко за пределами города, где вода темнела до цвета ночи, лепесток опустился на поверхность лимана. Он коснулся волн нежно, будто поцелуй, и начал медленно погружаться в глубину, извиваясь среди проблесков заходящего солнца.

Всё глубже. Всё тише.

Пока не упал на нечто неожиданное.

В пучине покоилось существо неземной красоты. Длинные серебристо-белые волосы развевались в воде, словно морские водоросли, каждая прядь жила своей жизнью. Кожа — бледная, почти светящаяся, усыпанная переливающимися чешуйками, похожими на опал. Тело было облачено в роскошные одежды глубокого синего цвета с золотыми узорами — изображениями рыб, волн и созвездий. На лбу сияла золотая диадема, а в ушах покачивались серьги с голубыми камнями, мерцающими, как далекие звезды.

У существа были закрыты глаза, словно оно спало сном, длящимся вечность.

Красный лепесток опустился прямо на изящный нос спящего и замер.

Мгновение тишины.

Потом существо слегка сморщило нос.

«Ап-чхи!»

Легкий чих разнесся по воде звоном серебряных колокольчиков. Ресницы дрогнули. И медленно, очень медленно, существо открыло глаза.

Они были цвета янтаря, теплые и глубокие, хранящие в себе отражения давно забытых миров. Взгляд метнулся по сторонам — вода, тьма, звездный свет, пробивающийся сквозь волны сверху.

Губы, бледные как жемчуг, приоткрылись. Голос, тихий и прекрасный, словно песня, которую можно услышать только во сне, прошептал:

— Где... я?

Вопрос растворился в воде, оставив лишь круги на поверхности моря. А красный лепесток медленно всплывал обратно к звездам, завершив свою миссию.

Так началась новая история Ониэры.