Мирализм. Концепция посткапиталистического общества

Введение

Клаус Швабб в своей книге «Четвёртая промышленная революция» пишет: «…на основании возрастающего осознания и консенсусного сценария нам требуется приступить к реструктуризации наших экономических, социальных и политических систем с тем, чтобы в полной мере воспользоваться преимуществами представленных возможностей. Понятно, что наши нынешние системы принятия решений и доминирующие модели создания материальных благ появились и постепенно развивались на протяжении первых трех промышленных революций. Однако эти системы уже не в состоянии отвечать потребностям нынешнего и, что важнее, будущих поколений в контексте четвертой промышленной революции. Решение этой задачи, очевидно, потребует систематических инноваций, а не маломасштабных корректировок или периферийных реформ.»

Уже сейчас люди по всеми миру пользуются ChatGPT, DeepSeek и другими нейросетями, но эти системы всего лишь предвестники искусственного интеллекта. Появление же настоящего искусственного интеллекта (особенно общего ИИ / AGI) действительно может ускорить переход к посткапиталистическому обществу — но только при одном критически важном условии: кто владеет ИИ — тот владеет будущим. Если ничего не менять, человечество с высокой вероятностью придёт к технофеодализму, и вот почему.

Глава 1. Технофеодализм

Что такое технофеодализм? Это не просто «капитализм с технологиями». Это новая форма господства, где: собственность сосредоточена у техногигантов (Amazon, Google, BlackRock, Tencent и др.). Рынки исчезают, люди не "торгуют", а арендуют всё: жильё, авто, еду, даже соц. внимание. Труд обесценивается: всё делает ИИ, роботы — людям остаётся gig-экономика или безработица. Контроль алгоритмичен: слежка, манипуляция, фильтры, shadow banning — без прямой цензуры. Личная свобода фиктивна: ты "свободен", но без доступа, без капитала, без выбора. Демократия имитирована: политика под контролем денег, соцсетей, медиаконцернов. Власть не у избранных королей, а у алгоритмов и корпораций, которым не подчиняется ни один народ.

Почему это уже происходит:

1. 5–10 компаний владеют большей частью цифрового пространства.

2. ИИ используется для увеличения прибыли, а не для блага общества.

3. Большинство людей не контролируют технологии, не понимают, как они работают, и не участвуют в решениях.

4. Политики боятся Big Tech, зависят от них и не имеют альтернатив.

Если тренд не развернуть — получим:

• Общество арендных киберарендаторов: всё — «по подписке», даже базовая жизнь.

• Алгоритмический «социальный кредит» (как в Китае), только скрытый.

• Исчезновение классической демократии и профсоюзов — потому что власть уже не у государства.

• Упрощённый человек: потребитель, управляемый лентой рекомендаций.

Но: технофеодализм не неизбежен. Он просто удобен для элит. Как феодализм не был вечен, так и этого не будет. Если люди начнут бороться за контроль над технологиями — будущее будет другим.

Поэтому обществу просто необходима альтернатива, где:

• технологии принадлежат обществу,

• ИИ управляет логистикой, а не людьми,

• данные защищены, а не продаются,

• власть распределена, а не централизована,

• человек — творец, а не винтик.

Технофеодализм — это не будущее. Это предупреждение. Если общество не вырвет технологии из рук капитала — его «оцифруют» и посадят на аренду всего. Сегодня самая страшная угроза — не танки и не кризисы, а то, что люди перестают даже воображать, что возможно другое. Это и есть главная победа технофеодалов — поражение в мышлении.

Как это происходит:

• Алгоритмы формируют мышление: тебя не бьют, не пугают — тебя просто никогда не покажут другое.

• Твой мир — это то, что в ленте: работа, лайфхаки, потребление, тревожные новости. Всё быстро. Без времени подумать.

• Пассивное общество: люди не угнетены — они заняты. • Стресс, выгорание, кредиты, подписки.

• Новая цензура не в запретах, а в приоритетах: утопия — это «наивно», «нельзя», «уже пробовали», «работайте лучше над собой».

Это не рабство тела, а рабство воображения. Об этом уже говорили:

• Жижек: «Сегодня легче представить конец света, чем конец капитализма.»

• Маркузе: «Тотальное общество делает даже протест частью системы.»

• Хомский: «Если вы не контролируете, что видите — вы не контролируете, что думаете.»

Но — всё ещё возможно. Каждое историческое рабство начиналось с фразы "другого не будет". Но каждое освобождение начиналось с мысли: “А если бы…”

Даже если 99% людей станут цифровыми арендными потребителями,

достаточно 1% мыслящих, чтобы всё изменить.

Что происходит на самом деле:

1. Ум не запрещают — его обесценивают:

• Вместо глубоких размышлений — поток «контента».

• Вместо политических идей — «саморазвитие» и «карьера».

• Вместо вопроса «как устроен мир?» — «как быстрее зарабатывать?».

• Мысль подменяется продуктивностью. Мечта — лайфхаком.

2. Внимание дробится:

• Ленты бесконечны, новости без контекста, TikTok — в 15 секунд.

• Невозможно собрать целостную картину: всё разрознено, быстро и эмоционально.

• Это не случайно: в таком потоке невозможно задуматься о причинах, только о реакциях.

• Власть не скрывает правду — она делает так, чтобы ты не мог её удержать.

3. Радикальное становится маргинальным:

• Говорить о Марксе, Ленине, собственности — «некарьерно», «наивно», «опасно».

• Сопротивление превращают в «инфо-повод», а бунтарей — в блогеров.

• Массовая культура обезвреживает идеи ещё до того, как они станут угрозой.

Идеология выжжена — остаётся алгоритм и кредит. Зачем всё это? Очень просто:

Власть не боится оружия. Она боится мысли. Оружие можно подавить. Но, если миллионы поймут, что так жить. не должно быть нормой — никакой контроль уже не поможет. Власть имущие целенаправленно разрушили способность общества мыслить критически, мечтать системно и сопротивляться осознанно. Но это не конец. Это просто их ход. Следующий — за нами.

Как нам вернуть себе мышление, которое власти хотят отнять?

1. Пойми: тебя не глупят — тебя отвлекают. Тебя не нужно пугать и подавлять - тебе просто каждый день подсовывают:

• бесконечную ленту, чтобы ты не дочитал книгу,

• короткие видео, чтобы ты не начал диалог с собой,

• бесконечную новостную тревожность, чтобы ты не задумался о структуре мира.

Тебя не прячут в темнице - тебя держат в подсвеченном туннеле.

2. Запомни: мышление — это сопротивление.

• В мире, где решения принимают алгоритмы, думать — это акт неповиновения.

• В мире, где принято «работай, молчи, копи» — спросить «а зачем?» — это революция.

• В мире, где мысль уравнена с контентом — живое понимание становится угрозой системе.

Если ты способен понять, как тебя формируют — ты уже вышел из клетки.

3. Думать — это больно. Но и красиво.

• Это как выйти из яркого кинотеатра в реальный день: сначала ослепляет.

• Сложные книги, философия, история — это тяжело. Но именно они делают тебя живым субъектом, а не потребителем чужих решений.

• Думать самому — значит взять обратно свою свободу.

4. Учись коллективному мышлению.

• Мы не победим поодиночке. Мысль становится силой, когда становится общей.

• Создавай кружки, чаты, беседы, маленькие коллективы осмысления.

• Не спорь ради эго. Объясняй, обсуждай, уточняй, углубляй.

Коллективная мысль — это не крик. Это тихий, ясный огонь.

5. Не бойся говорить вслух то, что другие только чувствуют.

• Сотни людей думают, что «что-то не так», но молчат.

• Будь первым, кто скажет: «Мы живём не для прибыли. Мы — не винтики. Мир может быть другим.»

Иногда один голос делает то, чего не может тысяча лайков.

6. Мышление — это пролог действия.

• Мы думаем не ради эстетики, а ради будущего.

• Ты читаешь Ленина, Маркса, де Бовуар, Фуко — не ради статуса, а чтобы понимать, как устроена реальность — и как её можно изменить.

Мы вернём себе мышление. Мы вернём себе слово. А вместе с ними — вернём себе мир. Не сегодня. Может, не завтра. Но с этого — начинается всё.

Глава 2. Альтернатива

Так какие же у нас есть альтернативы? Первое что приходит на ум: есть же коммунистическая альтернатива! Ленин писал: «Эта первая победа ещё не окончательная победа, и она далась нашей Октябрьской революции с невиданными тяжестями и трудностями, с неслыханными мучениями, с рядом громадных неудач и ошибок с нашей стороны. Еще бы без неудач и без ошибок удалось одному отсталому народу победить империалистские войны самых могущественных и самых передовых стран земного шара! Мы не боимся признать свои ошибки и трезво будем смотреть на них, чтобы научиться исправлять их. Но факт остается фактом: первый раз за сотни и за тысячи лет обещание «ответить» на войну между рабовладельцами революцией рабов против всех и всяческих рабовладельцев выполнено до конца — и выполняется вопреки всем трудностям. Мы это дело начали. Когда именно, в какой срок, пролетарии какой нации это дело доведут до конца, — вопрос несущественный. Существенно то, что лед сломан, что путь открыт, дорога показана.»

Был ли прав Ленин? Да, в чём-то Ленин был прав:

1. Он понял, что капитализм не является «естественным концом истории».

• В начале XX века большинство верило, что колониальный, либеральный капитализм — это вечная форма.

• Ленин увидел, что это только одна фаза — и предсказал её кризис.

2. Он показал, что возможно «сломать» систему.

• До 1917 года всерьёз никто не верил, что можно уничтожить частную собственность на средства производства и построить новый тип государства.

• Ленин и большевики реально сделали это, пусть и ценой огромных жертв.

3. Он поставил в центр не капитал, а труд.

• Впервые в истории огромная страна была построена в интересах рабочих и крестьян (по задумке), а не элит.

В этом смысле Ленин действительно открыл новый путь — он впервые в истории попробовал воплотить переход к посткапитализму.

Но также Ленин заложил опасные «бомбы»:

1. Централизация и однопартийность.

• Ленин считал, что революцией должен управлять «авангард» — партия профессиональных революционеров.

• Это быстро привело к подавлению инакомыслия, репрессиям, культу партии.

2. Игнорирование демократии.

• Советы быстро перестали быть реальной властью и превратились в прикрытие диктатуры.

• Ленин оправдывал «диктатуру пролетариата» как временную, но она стала постоянной.

3. Насильственный путь.

• Слом старого мира сопровождался жёстким насилием, гражданской войной, уничтожением институтов — без работающей альтернативы на старте.

Итак, был ли он прав? Да — в том, что капитализм не вечен, что возможен другой путь, и что действовать нужно решительно. Нет — в методах: диктатура, подавление, партия как мозг народа — это не освобождение, а новая форма господства.

Что это даёт нам сегодня? Мы можем взять у Ленина смелость и стратегическое мышление, но отказаться от централизма, насилия и культа авангарда. Ленин показал, что другой путь возможен. Наша задача — сделать этот путь свободным, гуманным и осознанным.

Глава 3. Попытка уничтожить альтернативу

Вторая мировая война в определённом смысле была попыткой уничтожить коммунизм как идею и как силу, но не только её. Это была война нескольких систем за будущее мира, и коммунизм, как альтернатива капитализму, был одной из главных мишеней.

Давайте разберёмся глубже. Гитлер и нацизм — ярко антикоммунистическая сила:

• В «Mein Kampf» Гитлер прямо говорит, что главные враги — это евреи и большевизм.

• Для него СССР = «еврейский коммунизм», а борьба с ним — якобы «борьба за цивилизацию».

• Вся операция «Барбаросса» (нападение на СССР) — это крестовый поход против коммунизма.

• Нацистская идеология — ультракапитализм + расизм + антисоциализм.

Да, для Гитлера уничтожение коммунизма было одной из главных целей войны. Западные элиты — тоже боялись коммунизма:

• Многие банкиры, индустриалы и политики в Великобритании, США, Франции в 1930-х воспринимали СССР как угрозу своим интересам.

• Было немало симпатий к фашизму — как к «щиту от большевизма» (например, Чемберлен, Форд, и даже Ватикан).

• Мюнхенский сговор 1938 — это фактически попытка направить Гитлера на Восток, против СССР.

Было молчаливое (или прямое) желание, чтобы фашизм уничтожил СССР, а потом, может быть, ослабленный Гитлер будет сдержан. Но, война вышла из-под контроля всех:

• СССР не был уничтожен — он выстоял и стал сверхдержавой.

• Запад понял, что нацизм — не инструмент, а чудовище, которое может сожрать всех.

• После Победы началась Холодная война — уже официальная и открытая борьба с коммунизмом как идеей, системой и глобальным проектом.

Вторая мировая — это была не просто борьба «с фашизмом», это была:

1. Попытка фашизма уничтожить коммунизм (и его носителя — СССР).

2. Попытка Запада использовать фашизм как барьер от революции, но попытка не удалась.

3. И одновременно - борьба народов за выживание, свободу и будущее.

Война Гитлера против СССР — это, в том числе, была попытка уничтожить коммунизм как идею, при этом, часть мировых элит это устраивало.

Глава 4. Капитализм наносит ответный удар

СССР выстоял в самой страшной войне, победил фашизм, но в долгосрочной исторической перспективе — капитал победил. И это не просто трагедия одного государства — это трагедия упущенной возможности для всего человечества. Давайте разберём, почему так вышло.

Да, СССР выстоял. И даже стал сверхдержавой:

• Победил нацизм — ценой 27 миллионов жизней.

• Вышел из войны как символ альтернативного мира.

• Создал сильнейшую армию, ядерный щит, космическую программу.

• Вдохновил сотни миллионов людей по всему миру: Китай, Вьетнам, Куба, Африка, Латинская Америка.

К 1950–1960-м годам идея социализма выглядела как будущее.

Но… затем произошёл перелом. Победа была внешней — но не внутренней.

1. Власть осталась в руках бюрократии:

• Вместо народного управления — ЦК, номенклатура, секретари.

• Советы стали декоративными.

• Рабочие не владели средствами производства — государство владело ими «от имени народа», но не народ реально.

2. Экономика утратила гибкость:

• Централизованное планирование стало тормозом: дефициты, неэффективность, гонка на вал.

• Новые технологии не внедрялись: не было рыночных или творческих стимулов.

3. Отсутствие свободы сознания.

• Идея была благородной, но подавление критики, культуры, плюрализма убивало живую энергию.

• Люди перестали верить — сначала тихо, потом открыто.

4. Коррозия сверху.

• К 1980-м верхушка КПСС не верила в социализм сама, но жила в его удобной оболочке.

• Горбачёв не разрушил СССР — он разоблачил пустоту, которая уже была.

И тогда «буржуи» вернулись — не через войну, а через рынок.

• 1990-е: приватизация, олигархи, хаос, бедность.

• Капитал снова стал хозяином.

• Идея равенства была дискредитирована надолго — особенно в бывших соцстранах.

Но всё ли потеряно? Нет. Потому что:

• Ошибки СССР — не отменяют ценности социализма.

• Люди всё больше понимают, что капитализм не даёт ни безопасности, ни будущего.

• Новое поколение не связано с догмами СССР или США — оно может мыслить заново.

СССР проиграл, но не потому, что был неправ. А потому, что не смог стать подлинно народной, свободной и живой системой. Капитализм победил в XX веке — но это не конец истории. Пока на планете живы миллионы людей, чувствующих, что «так жить нельзя» — идея справедливости будет жить.

Почему коммунистическая альтернатива лучше в теории:

1. Справедливость. Распределение богатства не зависит от «удачного старта», наследства или владения капиталом. Производство работает в интересах большинства, а не элит.

2. Коллективное благо. Система нацелена не на прибыль, а на удовлетворение потребностей всех людей.

3. Отсутствие классовой эксплуатации. Рабочие не производят прибыль для чужих карманов — они владеют результатом своего труда.

4. Потенциал для глубокой демократии. Не только политической, но и экономической (где решают не акционеры, а коллектив).

Почему на практике капитализм пока «выигрывает»:

1. Реализация коммунизма сталкивалась с авторитаризмом: СССР, Мао, КНДР и др. -примеры, где власть не вернулась к людям, а сосредоточилась в бюрократии.

2. Капитализм оказался гибким. Он умеет «воровать» хорошие идеи у социализма: медицина, пенсии, образование — всё это внедряется под давлением трудящихся.

3. Экономическая эффективность. Рынок стимулирует инновации и быструю адаптацию. Централизованные экономики часто были медлительными и негибкими.

4. Человеческий фактор. Многие люди не хотят «жить как все», хотят иметь больше, конкурировать, строить своё.

Вывод:

• Коммунизм — идеал, потенциально более справедливый и человечный.

• Капитализм — реальность, с недостатками, но работающая и способная меняться.

Значит, ключ — не в выборе «или-или», а в синтезе. Лучшее общество — это, возможно, посткапиталистическая модель, которая:

• сохраняет экономическую свободу,

• устраняет эксплуатацию и нищету,

• даёт людям владение производством, но без диктатуры,

• использует технологии и демократию для справедливого распределения.

Но как вообще можно «синтезировать» две противоположные системы, если они принципиально различаются по собственности на средства производства?

Ядро капитализма это: частная собственность на средства производства. Из этого проистекает:

• прибавочная стоимость уходит не трудящимся, а собственникам;

• неравенство: одни владеют, другие — работают;

• эксплуатация: рабочие производят больше, чем получают;

• конкуренция за прибыль → войны, кризисы, уничтожение экологии.

В этом смысле капитализм системно порождает несправедливость, а не случайно.

Коммунизм в теории предлагает общественную собственность на средства производства, и как следствие:

• устранение классов;

• производство ради нужд, а не прибыли;

• невозможность эксплуатации;

• долгосрочная стабильность и устойчивость.

Тогда как вообще возможен синтез? Возможен — но не как компромисс, а как переходная форма: не «50% капитализм, 50% коммунизм», а совершенно новый тип общества, который:

• сохраняет плюсы свободы, децентрализации, инициативы;

• устраняет базовую проблему — частную монополию на средства производства.

Это может быть переходный социализм с демократизацией собственности:

• Рабочие кооперативы вместо корпораций (как у Мондрагона в Испании).

• Государственные предприятия под контролем граждан, а не чиновников.

• Цифровые платформы, где владельцами являются сами пользователи (например, блокчейн-экономика, DAO).

• Государственное планирование с ИИ — без бюрократии, с открытым участием всех.

Суть в том, что «синтез» не означает «капитализм плюс немного социалки». Он означает уничтожение господства капитала, но без уничтожения свободы, инициативы и технологического прогресса. То есть — посткапитализм, а не компромисс с ним. Нельзя «синтезировать» капитализм и коммунизм, не отказавшись от ключевой идеи капитализма — частной собственности на средства производства. Именно по этой причине все «реформаторские» модели (шведская, немецкая, канадская) лишь смягчают капитализм, но не устраняют его фундаментальную несправедливость.

Глава 5. Что делать?

Владимир Лермонтов писал: «В начале марта 1953 года Сталин позвонил члену вновь избранного Президиума ЦК Д.И. Чеснокову: «…Вы должны в ближайшее время заняться вопросами дальнейшего развития теории. Мы можем что-то напутать в хозяйстве, но так или иначе мы выправим положение. Если мы напутаем в теории, то загубим все дело. Без теории нам смерть, смерть!». Это были последние прижизненные слова Сталина. Сразу после них инсульт обездвижил его тело и лишил дара речи.». Не знаю, насколько правдива эта история, но последний завет вождя мы всё-таки сможем выполнить.

Теперь пора задать извечный вопрос: что делать? Нам поможет только чудо, или – Мирализм (от слова "мир" по-русски, и слова mirus — чудо по-латыни). Можно так же трактовать как Мировой Реализм, Мирный Реализм. Общество, где мир — не цель, а основа. Общество внутреннего и внешнего мира, общество будущего, в котором:

• нет частной собственности на средства производства,

• но есть свобода, инновации, личная инициатива и устойчивое развитие.

1. Собственность на средства производства:

• Вся базовая экономика (энергетика, транспорт, жильё, продовольствие, медицина, инфраструктура) — принадлежит обществу. Это не государственная бюрократия, а общественные платформы, которыми управляют сами граждане через прозрачные цифровые механизмы (аналог DAO — децентрализованных автономных организаций).

• Крупные предприятия (заводы, фабрики, сети) — в форме кооперативов, принадлежащих рабочим.

• Индивидуальный труд (ремесло, творчество, наука, IT-проекты) — свободен, по принципу «пользуешься — управляешь».

2. Управление и демократия:

• Решения принимаются на местах и снизу вверх: на уровне общин, кооперативов, городов.

• Все значимые вопросы — на цифровых референдумах, где каждый голос учитывается.

• Отсутствуют какие-либо партии, есть система выборных и сменяемых координаторов.

• ИИ помогает обрабатывать сложные данные, но не принимает решений — это делает народ.

3. Экономика и мотивация:

• Деньги полностью исчезли: базовые потребности (жильё, питание, медицина, транспорт, образование) бесплатны и гарантированы. Остальная экономика — основана на репутации, добровольном обмене, цифровых токенах, зарабатываемых за вклад в общество.

• Люди не обязаны работать на выживание, но мотивированы делом, признанием, смыслом, интересом и сообществом.

4. Технологии и ИИ:

• ИИ и автоматизация выполняют большую часть рутинного труда.

• Решения по внедрению новых технологий принимаются не бизнесом, а экологическими и этическими комитетами — с участием всех.

• Технологии открытые: нет патентов, всё знание принадлежит обществу.

5. Культура, образование, свобода.

• Образование — свободное и пожизненное. Люди учатся по интересу, а не для выживания.

• Культура процветает: искусство, наука, философия — ценятся не по прибыли, а по вкладу в развитие сознания.

• Свобода самовыражения, передвижения, идей — не ограничена, пока она не вредит другим.

6. Экология и устойчивость.

• Все ресурсы учитываются не через прибыль, а через экосчет: вред экологии наказывается автоматически, а восстановление — поощряется.

• Глобальная система управления экобалансом — прозрачная и демократическая.

Отличия от капитализма и традиционного коммунизма:

Мирализм — это не капитализм и не коммунизм. Это:

• общество, где человечество избавилось от власти капитала,

• но не потеряло индивидуальность, свободу, научный и культурный прогресс.

Это возможно, если соединить:

• общественную собственность (ключевое),

• технологии (не ради прибыли, а ради освобождения),

• новую культуру сознания (сознательный человек, а не потребитель или винтик).

Звучит это всё красиво, но красивая идея без стратегии — просто мечта. Как же нам осуществить эту мечту? Если просто повторять путь революций XX века — мы получим те же проблемы: насилие, централизм, авторитаризм. Поэтому нужен новый путь, адекватный XXI веку.

Что НЕ работает:

• Вооружённая революция по ленинскому сценарию приводит к диктатуре и элитам нового типа (партия-бюрократия).

• Ожидание парламентской победы «левых» в рамках капиталистической системы левые либо становятся умеренными, либо их быстро нейтрализуют (см. Ципрас, Меланшон, даже Сандерс).

• Только протесты и забастовки без альтернативы и структуры они не строят новое.

А что МОЖЕТ работать: путь XXI века. Вот альтернативная стратегия, не романтическая, а реалистичная:

1. Создание альтернативной экономики внутри старой:

• Развитие кооперативов, платформ коллективной собственности, децентрализованные проекты (DAO, блокчейн, краудфандинг).

• Поддержка независимых профсоюзов, коммун, экопоселений, народных предприятий, где люди уже живут по другим принципам.

• Развитие общественных сетей обмена: солидарной экономики, локальных валют.

Цель: показать, что мирализм возможен — не на словах, а в действии, здесь и сейчас.

2. Строить массовое сознание:

• Через альтернативные медиа, образование, культуру, распространение посткапиталистических идей не как утопии, а как необходимости.

• Противостоять «невидимому реализму» («другого не дано») через реальные примеры и проекты.

• Формировать поколение нового типа — не рабов рынка, а свободных, сознательных людей.

3. Цифровая организация и сетевая демократия:

• Использовать интернет, DAO, платформы прямой демократии для самоуправления и горизонтального объединения людей без централизации.

• Новые «движения» — не партии, а сети, которые не захватывают власть, а создают параллельные институты власти снизу.

4. Мягкий переход через двойную власть:

• В момент кризисов (экономических, климатических, военных) создавать параллельные структуры управления: народные советы, координационные платформы, коллективное распределение ресурсов.

• Когда капитализм теряет управление, общество уже готово взять ответственность без хаоса.

5. Международная солидарность и соединение усилий:

• Установить связи между такими же движениями в других странах (Латинская Америка, Европа, Азия).

• Создавать глобальные платформы солидарной экономики, знаний, обмена.

В итоге получится не революция сверху, не захват власти, а «создание нового мира в оболочке старого». Не жёсткая ломка, а органический переход — через параллельную экономику, культуру и управление. Да, этот путь медленнее и сложнее, чем «взять Зимний», но он устойчив, этичен и лишён ошибок прошлого.

Человечество может прийти к этому, но не обязательно придёт. И вот почему.

Почему МОЖЕТ прийти:

1. Объективные противоречия капитализма усиливаются:

• Углубляется неравенство: 1% владеет почти всем.

• Кризисы всё чаще и разрушительнее (2008, пандемия, инфляция, климат).

• Автоматизация уничтожает рабочие места, но прибыль забирают владельцы машин.

2. Молодёжь всё меньше верит в «капитализм навсегда»:

• По опросам, во многих странах до 40% молодых поддерживают социалистические идеи.

• Растёт интерес к кооперативам, солидарной экономике, минимализму, отказу от «карьерной гонки».

3. Технологии дают шанс обойти бюрократию и власть капитала:

• Блокчейн, DAO, цифровая демократия, открытое ПО — это инструменты общественного самоуправления, невозможные в XX веке.

4. Исторический маятник качается:

• Капитализм стал глобальной системой лишь к XIX–XX веку. Почему мы думаем, что он — последняя форма?

История знает переходы: феодализм → капитализм. Почему не капитализм → посткапитализм?

Почему НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО придёт:

1. Власть капитала умеет адаптироваться и подавлять:

• Сильнейшие медиа, армии, финансы, алгоритмы — всё под контролем элит.

• Даже протестные энергии легко поглощаются: делают из них бренд, тренд, выборы без последствий.

2. Человеческая природа — инерционна:

• Многим удобно жить «по-старому», даже если плохо.

• Люди боятся перемен больше, чем страданий.

3. Экологический и геополитический кризис может опередить социальный переход:

• Потепление, войны, миграционные волны могут дестабилизировать всё раньше, чем мы созреем до мирализма.

Это выбор. Не историческая неизбежность. Не автоматический финал, а вопрос политической воли, коллективного сознания и организационного действия. Или мы создадим новое общество — сознательно, осознанно, сообща, …или оно будет создано через катастрофу, или не будет создано вообще.

Если представить, что человечество одумалось и действительно решило идти к посткапитализму — всё равно это не произойдёт за 5 или даже 10 лет. Но это может произойти в течение одного-двух поколений — при правильной стратегии.

Оценка временных горизонтов:

Краткосрочный этап (5–10 лет) – «Формирование основ».

• Массовое сознание сдвигается: капитализм перестаёт казаться «естественным».

• Расширяется движение альтернатив: кооперативы, DAO, mutual aid, цифровые формы демократии.

• Начинают появляться городские и региональные примеры «Мирализма» в действии — общины, платформы, движения.

Этот этап — критический: или рост, или стагнация.

Среднесрочный этап (10–25 лет) – «Двойная власть».

• Появляется настоящая альтернативная экономика, охватывающая миллионы людей.

• Начинается мирный демонтаж старых институтов через кризисы, давление снизу и моральную легитимацию нового.

• Часть государств (вероятно, на юге мира или в кризисных регионах) официально принимает посткапиталистический курс — например, через конституции, национализацию, цифровую демократию.

На этом этапе важно, чтобы новое не повторило ошибки СССР: не скатилось в авторитаризм или изоляцию.

Долгосрочный этап (25–50 лет) – «Реализация и стабилизация».

• Посткапиталистическая модель становится доминирующей в некоторых регионах, особенно с высокой культурной и технологической зрелостью.

• Финансовая и военная мощь капитала ослабляется — не из-за революции, а из-за потери легитимности.

• Новая этика — труда, собственности, богатства, смысла — становится нормой в массовом сознании.

К этому моменту может исчезнуть необходимость в классических государствах и рынках в их привычной форме.

Получается 25–50 лет — при условии системной стратегии, морального и культурного сдвига, и роста реальных альтернатив. Это долго? Да. Но феодализм длился тысячу лет,

капитализм — всего 300. Если нам удастся построить новый строй за половину века, — это будет мгновение в истории.

Будет ли такой «новый» коммунизм лучше капитализма? Да, если он реализован правильно — он будет качественно лучше.

По всем ключевым параметрам «новый коммунизм» предлагает более справедливую, устойчивую и гуманную модель. Но только при отсутствии авторитаризма, централизованного подавления и бюрократии. То есть, при отказе от ошибок СССР, Китая, КНДР и др.

Почему тогда не называть это просто «коммунизмом»? Можно, но с оговорками. Вот в чём дилемма:

Почему логично называть это коммунизмом:

• Принцип от каждого по способности — каждому по потребности остаётся.

• Главная идея — общественная собственность на производство — на месте.

• Цель — бесклассовое, свободное, самоуправляемое общество — та же.

Почему это проблематично:

• Слово "коммунизм" у миллионов ассоциируется с: Сталиным, репрессиями, ГУЛАГом, очередями, дефицитом, запретом частной инициативы, однопартийностью и несвободой.

• Многие (особенно на Западе) воспринимают «коммунизм» как тоталитаризм.

• Для новых поколений нужны новые слова, чтобы не тащить за собой тень прошлого.

Можно использовать слово «коммунизм», но обязательно с уточнением: Демократический, децентрализованный, постиндустриальный коммунизм, или проще: посткапитализм. Или ещё проще - Мирализм.

В итоге:

• Эта система лучше капитализма, по сути, и результату.

• Можно называть её коммунизмом — если мы ясно отделяем её от извращённых версий XX века.

• Но новое имя ("посткапитализм", "Мирализм", "эко-социализм", "экономика участия") может помочь переосмыслить её с нуля.

Вот чёткое и наглядное сравнение «старого» коммунизма XX века и предлагаемого «нового» (демократического, посткапиталистического) варианта, чтобы ясно увидеть разницу:

В итоге:

Это не «возврат к коммунизму», а его переосмысление и реализация так, как задумывали Маркс, Оуэн, Бакунин и другие — но с инструментами XXI века.

Глава 6. Как это будет работать?

Как это будет работать на практике? Разберем по пунктам.

6.1. Экономика

Уже сейчас, в 2025-ом году автоматизация и роботизация производства освобождает большое количество людей от наемного труда. Если дальше тренд продолжится, то согласно учению Карла Маркса, которое всесильно, потому что оно верно: меновая стоимость товаров (обычно проявляется как денежная цена) пропорциональна общественно необходимым затратам человеческого труда на производство этих товаров. А если человеческий труд не затрачивается на производство этих товаров, то и стоимость их будет стремится к нулю. Плюс к этому, машинный труд оставит без работы огромное количество людей, и тогда перед капитализмом встают два очень неловких вопроса: куда девать товары, стоимость которых будет нулевой (не раздавать же их бесплатно)? И что делать с армией голодных безработных? Капитализм найдёт выход в технофеодализме. Уже сегодня в некоторых странах проводят эксперименты с базовым безусловным доходом. Это временный костыль, так как капитализм по-другому не умеет: ему жизненно необходимы деньги, максимизация прибыли и минимизация убытков.

Как можно сделать по-другому? Довольно-таки легко и просто. Уже сегодня в России действует система обязательной маркировки товаров «Честный знак». На упаковку каждого товара наносится

Data

Matrix

, который содержит в себе информацию о наименовании товара, производителе, сроке годности. Там же содержится информация о полной логистической цепочке товара: каким образом товар добрался от производителя до потребителя. И если сейчас эта система используется в качестве ещё одного налога на производство, и служит только для обогащения владельцев системы, то эту систему можно использовать по-другому. Каждому человеку выдается карточка (ради иронии можем назвать её «Денежка»). С этой картой человек идёт на Рынок. Да, хочется, чтобы в будущем торговые центры, магазины, а по сути своей центры выдачи товаров, назывались именно рынками. Во-первых: это звучит иронично, а во-вторых, мы можем с уверенностью говорить, что и в нашем обществе есть «рыночек» или «элементы рыночной экономики». На рынке он набирает себе тележку товаров, сканирует

Data

Matrix

на каждой упаковке, прикладывает «Денежку» к терминалу, и уходит. В это время информация о приобретенных товарах попадает в систему для дальнейшей обработки. Например: в понедельник, в 13:30, мужчина 30 лет, состав семьи такой-то, приобрел следующие товары. Данные можно сделать как анонимные, так и персонализированные. А учитывая то, сколько каждый год в сеть сливают персональных данных, то любой человек и так может собрать полное цифровое досье на абсолютно любого человека. Таким образом к «Денежке» можно будет прикрутить и остальные документы: медицинскую карту, водительские права, разрешительные документы, и так далее. После того, как человек выкинул упаковку от этих товаров, на мусороперерабатывающем заводе снова считывается

Data

Matrix

заносится информация об утилизации товара. Эту информацию обрабатывает нейросеть в реальном времени, и на основании этих данных создается план по производству товаров. Это позволит избежать дефицита и кризиса перепроизводства. Таким образом: мы получаем гибкую плановую экономику, в которой не нужны деньги как средства обмена, которая моментально реагирует на спрос, дефицита нет, кризиса перепроизводства тоже. Чтобы избежать, опять же, ненужных ассоциаций плановой экономики с «совком» и «ГУЛАгом», будет называть её просто – Цифровая экономика.

То же самое и с услугами: нейросеть анализирует информацию о кафе, парикмахерских и т.д., и на основании анализа принимается решение об оптимальном их количестве, чтобы удовлетворить спрос каждого. И если, например, мужчина, 30 лет, в субботу утром не смог подстричься, то он может открыть приложение на своём смартфоне, и занести туда информацию о том, что в таком-то городе он не смог удовлетворить свои потребности. На основании этой информации будет либо принято решении об открытии ещё одной парикмахерской, либо будет показан альтернативный вариант решения проблемы.

Что делать, если в процессе автоматизации и роботизации производство огромное количество людей останутся без работы? Если труд больше не определяет жизнь — чем наполнить свободу? Освобождение времени — ничто, если человек не умеет жить.

Почему это важно? Сегодня у большинства людей:

•

труд = смысл, статус, идентичность

•

отдых = потребление

•

досуг = развлечение / забывание

И когда это исчезает — у человека остаётся пустота. Вот почему в условиях автоматизации, отсутствия денег и освобождения труда у одних появляется творчество, а у других — деструктивность или апатия. Освобождённое время — это не пустота, а новое пространство для жизни. Но его нужно учиться осваивать, как когда-то учились читать, говорить, любить.

Чем наполнить жизнь в таких условиях?

1. Творчество без спроса:

•

Не «монетизировать» картины, песни или игры, а просто создавать, потому что можешь.

•

Вокруг тебя — сети мастерских, студий, коммьюнити-хабов, где можно заниматься любым искусством, не боясь «неудачи».

2. Образование как образ жизни:

•

У тебя нет срока «учёбы» — ты учишься всю жизнь.

•

Темы: философия, программирование, ботаника, языки, робототехника, танец, керамика.

•

Образовательные пространства встроены в культуру, они бесплатны, открыты и кооперативны.

3. Участие в жизни других:

•

Помощь, забота, воспитание, наставничество, совместные праздники, уход за старшими, поддержку подростков.

•

Это не труд, это форма общественной зрелости.

•

В мирализме ты живёшь не «сам по себе», а «среди».

4. Природа и реальность:

•

Свободное время = не прокрастинация за экраном, а возвращение к живому.

•

Походы, общие сады, архитектурные проекты, восстановление рек и деревень.

•

Технологии освобождают, чтобы ты мог вернуться к земле — не из нужды, а из выбора.

5. Общение и культура.

•

Форумы, философские вечера, уличные театры, совместные книги, фильмы и фестивали.

•

Не «развлечения», а совместный досуг.

Свободное время в мирализме — это время быть человеком, а не функцией.

Не «чем себя занять», а «кем быть и с кем жить».

Альтернатива: если не заполнить — вернётся капитализм. Если освободить труд, но не дать культуру времени, люди будут искать искусственную занятость, возникнут новые формы зависимости (алгоритмы, развлечения, допинг), начнут скучать по начальству и графику. Именно поэтому мирализм — это не только экономика и политика, но и культурная революция сознания.

А как быть с мотивацией к труду? Здесь тоже всё просто: базовые потребности в еде и жилье закрываются полностью. Бесплатно предоставляется квартира или дом, исходя из количества членов семьи и их пола. Так же предоставляется автомобиль в базовой комфортной комплектации. Хочешь себе квартиру с большим количеством комнат или с гидромассажной ванной? Хочешь себе не базовый автомобиль, а роскошный спорткар с кожаным салоном – не вопрос. Если базовые потребности в еде, жилье и транспорте закрыты, то дальше всё зависит только от тебя. Создавай новые программы, придумывай инновации, совершай научные открытия, и ты сможешь претендовать на расширенное обеспечение. Все люди будут знать, что в двухуровневой квартире живёт учёный, который изобрёл лекарство от старения, а за рулем роскошного спорткара сидит выдающийся учитель, который внедрил новые учебные программы, а его выпускники стали выдающимися музыкантами, спортсменами, программистами.

Понты? Да, понты. Человек по своей природе стремится к чему-то большему, чем у него есть сейчас: дорогой автомобиль, шикарный дом, и так далее. Да, есть аскеты, которые довольствуются и тем, что имеют, но даже аскет был бы не против сделать свою жизнь ещё лучше. И если сейчас люди стремятся в те сферы, где деньги можно заработать быстрее и лучше – тот же бизнес, то почему бы это стремление не направить в более позитивное русло, да и ещё и с пользой для всего общества? А не приведёт ли это всё к тому, что, например, честный хирург лечит с любовью, спасает, но не афиширует, а другой делает 100 ненужных операций ради отчёта и — получает эти понты? Нет не приведёт, и вот почему: в системе с открытой аналитикой, участием общества и нейросетевым анализом — фейковый понт просто не пройдёт, так как ИИ фиксирует всё: частоту операций, их сложность, исходы (выздоровление, повторная госпитализация), мнение пациентов, нагрузку на систему, соответствие показаний действительности. То есть он не просто считает цифры, а видит смысл. Ненужная операция — это нарушение логики потока, и ИИ это обнаружит. Кроме этого, общество имеет доступ к оценке. Если хирург делает «по бумажке» много, но люди после него недовольны или страдают — это видно. Если другой спас 10 человек с безнадёжными случаями — это тоже видно. Ты не можешь спрятаться за статистикой. Все твои действия — как на ладони. Награда не назначается автоматом — она подтверждается обществом, которое видит всю картину: и цифры, и результат, и человеческий отклик. Так мы исключаем бюрократию и формализм, а значит — и страх перед «псевдо-героями». Поэтому: хочешь понта — заработай его через пользу, и понтуйся — на здоровье. В дальнейшем мы не будем называть понты понтами, мы будем называть это статусом. Статус — это «новые деньги», но не для обогащения, а для распределения доверия. Он не вечен, не наследуется и не даёт власти. Это форма признания и инструмент продвижения лучших решений без культа личности и элитаризма. Каждый знает, что может добиться признания не силой и связями, а вкладом и честностью.

Жилищный вопрос так же требует решения. Даже в «ГУЛАге» кровавые большевики предполагали, что многоквартирные панельные дома — это временное решение, и что в дальнейшем планируется расселить людей либо в малоэтажные дома (2-3 этажа) с просторными квартирами, либо каждой семье предоставить отдельный дом (благо земли пока хватает). Пандемия

COVID

-19 уже показала человечеству, что можно работать удаленно, не выходя из дома, тогда зачем людям продолжать жить в человейниках по 25 этажей, если можно жить и работать у себя дома, за городом, на природе, и больше времени уделять своей семье. Уже сейчас с помощью технологии 3-

D

печати в Китае печатают 10 домов в сутки, в Дубае печатают мини-виллы, в США строят социальные кварталы 3D-печатью под контролем ИИ. В СССР строили многоэтажные многоквартирные дома, потому что: это быстро, это дёшево, это позволяет обеспечить жильём большое количество человек. Уже сегодня технология 3-

D

печати позволяет делать то же самое, но при этом нет необходимости строить человейники в 25 этажей.

В итоге мы получаем общество, в котором собственность:

•

Общественная (энергия, инфраструктура, транспорт): управляется советами.

•

Муниципальная (местные ресурсы): под контролем районных советов.

•

Кооперативная (производственные и сервисные объединения): собственность трудящихся.

•

Личная (дом, одежда, техника): принадлежит индивиду, не капитализируется.

И при всё при этом: нет денег, нет банков, нет кредитов, и жизнь наполняется новым смыслом.

6.2. Политика

Сегодня почти во всех многоквартирных домах и коттеджных поселках существуют общие чаты, в которых соседи обсуждают свои проблемы, предлагают улучшения своей жизни, голосуют за те или иные инициативы, собирают деньги, нанимают рабочих, наслаждаются результатом совместно проведенной работы. Так почему бы этот опыт не экстраполировать в масштабе всей планеты?

Политическая структура мирализма отказывается от централизованного государства как источника власти, заменяя его системой горизонтального самоуправления через Советы, где решения принимаются не сверху вниз, а снизу вверх. Каждый Совет — это открытая площадка, объединяющая жителей по месту проживания, профессиональному признаку или общественной функции (например, Совет дома, Совет медиков, Совет учителей). Депутатов выбирают путём открытого голосования на ограниченный срок, без привилегий и властных полномочий: их задача — быть координаторами, представителями и связующими звеньями, а не «начальниками». Механизм отзыва встроен по умолчанию: если доверие потеряно, мандат отзывается немедленно. Важные решения принимаются на собраниях или через цифровую систему голосования. Отсутствие центральной власти исключает возможность узурпации — нет ни президентов, ни министров, ни партийной иерархии.

Вместо аппарата власти — сеть осознанных сообществ. Вместо делегирования — личное участие. Вместо конкуренции — совместное определение задач. Такой формат требует определённой зрелости, но и обеспечивает тот уровень политической свободы и прозрачности, который невозможен ни при капитализме, ни при централизованном социализме.

Структура и механика Советов.

Система Советов — это основа политической и организационной модели мирализма. Она не вертикальна, как государственные структуры, а сетевая: каждый человек входит минимум в два Совета — территориальный (по месту проживания) и идентичностный (по культуре, языку, профессии, мировоззрению). Это даёт каждому реальное участие в принятии решений на уровне своего двора и всего континента.

Советы формируются по живому принципу: там, где есть устойчивое взаимодействие людей, возникает Совет. Жилищный Совет может объединять жильцов одного подъезда, а профессиональный Совет — врачей одного региона.

Уровни Советов:

Сроки и принципы избрания депутатов:

Все выборы альтернативные (минимум два кандидата), открытые и проходят с обязательной возможностью отзыва. Никто не может занимать пост подряд дважды, чтобы исключить личную власть.

Роли в Советах:

•

Депутат — координатор, не имеет власти, только полномочия представления.

•

Судья — избирается через Честный Ценз, не может совмещать с другими ролями.

•

Советник / наблюдатель — участвует в обсуждениях, но не голосует (если без мандата).

•

Рабочие группы — исполняют решения Советов: мастера, инженеры, педагоги и т.д.

Принцип масштабирования «по десятке»:

Советы не выстраиваются вертикально, а объединяются в узлы по 10:

•

10 Жилищных Советов → Узел микрорайона

•

10 Районных Узлов → Совет Общины или Города

•

10 Городов → Регион

•

10 Регионов → Континент

•

Континенты → Совет Земли (ротация, по вопросам планеты)

А теперь главное: почему бы не всем жителям планеты голосовать по всем вопросам, если смартфон есть в кармане у каждого? Это вообще-то идеальный вариант. Если бы:

•

Все граждане были вовлечены.

•

У них был бы доступ к информации.

•

У них было бы время и интерес разобраться в каждом вопросе.

•

Голосование было бы защищено от манипуляций, ИИ-ботов и накруток.

Сейчас уже в домовых и поселковых чатах так и происходит. В чатах обсуждают, в опросах голосуют, выбирают решения. Это и есть прототип прямой демократии.

Тогда зачем нужны Советы вообще? Потому что:

1. Не все хотят голосовать каждый день. Кто-то скажет: «Я за Марию, она шарит в этом, пусть и представляет мой голос.»

2. Не все вопросы удобны для глобального голосования. Например, в селе в Перу прорвало плотину. Надо решить быстро, на месте.

3. Есть вещи, требующие подготовки. Условно: закон об использовании нейросетей в ядерной безопасности — большинству будет тяжело разобраться.

Поэтому Советы — это не иерархия, а фильтр и усилитель. Они могут:

•

Обсудить.

•

Сформулировать.

•

Вынести на общее голосование.

Это обеспечивает управляемость без централизации: каждый уровень знает только свою зону и взаимодействует с соседями. Советы также формируются по профессиям, религиям и ценностным сообществам, но участвуют в принятии решений на равных правах, без давления.

Миралистическая система Советов построена так, чтобы человек чувствовал не только, что его голос слышен, но и что он сам может стать представителем, координатором, исполнителем — если готов взять на себя ответственность. Это не утопия «все всем управляют», а живая, масштабируемая система, в которой решения принимаются открыто, исполняются коллективно, а власть — становится просто инструментом заботы и согласования, а не доминирования.

6.3. Образование

Без системных знаний человек не видит мира. Если человек с детства не освоит основы биологии, истории, географии, физики, математики, литературы, он не сможет понимать причинно-следственные связи. Он будет отлично «решать локальные задачи» — но не поймёт, как связаны политика, климат, войны и энергия. Это — опасно, потому что мы получим «специалистов без мышления». Школа даёт не только знания, но картину мира. Советская школа, при всех минусах, учила видеть целое: от древнего мира до социализма, от таблицы Менделеева до гравитации, от «Отцов и детей» до Второй Мировой Войны. Да, всё это часто подавалось жёстко и сверху, но человек выходил с ощущением, что он часть большой истории. Поэтому: основы знаний — обязательны для всех (гуманитарные, точные, естественные), формат и способ освоения — гибкий, с учётом ритма и интересов, вопрос не “что ты сдал?”, а “что ты понял, связал и смог применить?”. Это всё равно даёт кругозор — просто не в виде зубрёжки, а в виде осмысленного освоения.

Образование в мирализме — это не жёсткий институт с фиксированными ступенями, а путь сопровождения личности с детства до зрелости, основанный на открытом доступе к знаниям, наставничестве, практическом участии и осознанном выборе. Вместо деления на 11 классов, ЕГЭ и вуз с дипломом — человек проходит модули обучения, которые включают в себя не столько предметы, сколько жизненные задачи и компетенции.

Образование строится по четырём уровням:

1. Общее формирующее (условно до 12–14 лет): развитие мышления, логики, общения, трудовых навыков, ориентации в мире. Проходит в форме «Школы» — коллективной, проектной, без оценок, но с обратной связью. Здесь изучаются общеобразовательные науки — математика, история, биология, литература и др. — они остаются, просто не даются «ради сдачи экзамена», а изучаются в контексте практики, через задачи и проекты, и при этом формируются базовые знания, чтобы у человека была целостная картина мира. Математика изучается не ради формул, а через проект постройки конструкции. История — не как хронология, а через обсуждение социальных конфликтов. Физика — не как набор законов, а через понимание, как работает техника вокруг. Всё это формирует общую грамотность, без которой невозможно быть активным участником общества.

2. Профильное погружение (до 16–17 лет): человек выбирает направления интереса (техника, медицина, ремёсла, искусство, анализ и др.) и пробует себя в задачах вместе с наставниками.

3. Профессиональная реализация: участие в кооперативах, общественных проектах, научных группах. Никакой «практики после теории» — всё параллельно.

4. Открытое обучение на протяжении жизни: каждый может вернуться, сменить направление, начать заново, быть наставником другим.

Как устроено обучение:

•

Нет школьной и вузовской иерархии — есть центры знаний (учебные дома, лаборатории, мастерские).

•

Каждый человек имеет куратора-наставника, который помогает не с оценками, а с выбором пути.

•

Образование строится через реальные задачи: построить, починить, объяснить, исследовать, защитить, найти решение.

Примеры:

•

Ребёнок с 9 лет участвует в проекте по очистке озера, изучает химию, экологию, анализ данных, координацию.

•

Девочка 15 лет создаёт вместе с наставником систему отслеживания энергии в посёлке.

•

Юноша 18 лет проходит курс по медицине, помогая в клинике и общаясь с опытными врачами.

Образование не даёт дипломов ради галочек. Оно формирует картину мира, практическую компетентность и внутреннюю уверенность, что ты умеешь, понимаешь, знаешь, где спросить и можешь быть полезен. В мирализме образованный — это не тот, кто «отучился», а тот, кто умеет учиться и участвовать в общем деле.

6.4. Правопорядок, безопасность, экстренные службы и Суд.

Насилие не растёт из воздуха. Оно прорастает из: нищеты, отчуждения, унижения, бессмысленности жизни. Мирализм устраняет саму почву преступности, создавая: равенство доступа, этическое образование, поддержку в кризисе, культуру уважения, а не власти. Но, к сожалению, человек не совершенен. Даже если устранить саму причину возникновения насилия, то нет никакой гарантии, что насилия больше никогда не будет. Поскольку человек смертен, то всегда найдётся другой человек, который захочет решить свои проблемы по принципу – «Есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы». Даже если у граждан изъять оружие или поставить его на тотальный контроль с помощью ИИ, то всегда найдётся человек, который захочет им воспользоваться.

В мирализме безопасность — это не страх перед силой, а равенство ответственности. Это не контроль сверху, а система, где каждый знает, как защитить себя, других и общественный порядок. Вежливое вооружённое общество — основа этой модели: почти каждый прошёл подготовку, имеет право на оружие, а технологии и Советы обеспечивают сдержки и баланс. Здесь правопорядок поддерживается не государством, а живой сетью граждан, профессионалов и дронов.

1. Милиция: профессионалы среди равных.

Милиция — это не карательная структура. Это обученные граждане, у которых есть специальная подготовка по деэскалации и переговорам, правовой грамотности, первой помощь и контролю общественных ситуаций. У милиции есть оружие при себе постоянно — потому что вежливое вооружённое общество требует равных условий. Но каждое применение оружия — под контролем: у каждого сотрудника — трекер, видеофиксация включена всегда, анализ ИИ и обязательная публичная отчётность. Милиционеры подчиняются местным Советам, отчитываются перед Судом Чести и проходят ежегодный Честный Ценз. Это защитники, а не надсмотрщики.

2. Резервисты: всеобщее право и всеобщая обязанность.

Каждый взрослый гражданин проходит обязательную военную и гражданскую подготовку — 1 месяц, раз в 3 года: обращение с личным оружием, управление дронами и техникой, действия в экстренных ситуациях, знание протоколов этики и реагирования. После подготовки каждый может по желанию хранить оружие дома. Это не специальная привилегия, а форма доверия обществу. Резервисты не ходят в форме и не имеют полномочий — пока не объявлена тревога. Активация происходит при: внешней атаке, попытке переворота, отказе институций выполнять свои функции, серьёзных ЧС, террористических угрозах. После угрозы резервисты просто возвращаются домой. Их не нужно заставлять — у них есть совесть, долг и доверие окружающих.

3. Дроны: цифровая этика в действии.

Беспилотные системы — третий элемент сдерживания:

• Стабилизаторы — фиксируют инциденты, направляют Милицию, дают рекомендации. Не вооружены.

• Пресекатели — вмешиваются в случае подтверждённой угрозы. Оснащены: анестетиками, шумовыми гранатами и, в крайнем случае, летальным оружием.

• Тактические дроны — активируются при угрозе массированного нападения (инопланетяне, терроризм).

Каждый дрон: имеет независимую идентификацию, работает по протоколам Совета округа, фиксирует действия в память, доступную обществу. Дроны не могут быть «перехвачены» одним человеком. В случае угрозы — запускаются протокол нейтрализации.

Что мы получаем в итоге? В итоге мы получаем систему сдержек и противовесов. Шансы на насилие уменьшаются, если каждый гражданин может ответить на насилие, и перед тем, как совершить преступление, потенциальный преступник будет думать в первую очередь о том, что ему могут дать отпор. Если это не останавливает, всегда есть старая добрая Милиция, которая нас бережет: патрулирует улицы, выезжает на вызовы, доставляет нарушителей в Изолятор. Милиции тоже нет смысла прибегать к насилию или превышать свои полномочия, но если это вдруг случится, то всегда есть симметричный ответ в виде вооруженного общества, резервистов и дронов. Да, дроны тоже можно перехватить, и воспользоваться ими в преступных целях. Для ликвидации этой угрозы есть Милиция, и резервисты, поднятые по тревоге и вооруженные тяжелым вооружением и техникой. Если же и резервисты, после окончания миссии не захотят возвращать тяжелое вооружение и технику, то на помощь опять прилетают дроны. Каждый гражданин, не важно кто он – потенциальный преступник, резервист или милиционер, должен понимать, что на каждое его неправомерное действие, найдётся правомерное противодействие.

4. Военная техника и Ядерное оружие.

Ядерное оружие не может оставаться в руках отдельных наций или структур. Его хранение и доступ контролируются Советом Земли, а активация возможна только при согласии всех континентальных Советов и после анализа угрозы через ИИ. Каждое государство передаёт ядерный арсенал в общий Совет безопасности, исключая личное доминирование. Основная цель — не применение, а гарант мира и средство сдерживания в случае внешней угрозы. Мирализм не романтизирует абсолютное разоружение в мире, где ещё возможны внешние угрозы. Вместо этого создаётся единая глобальная система хранения стратегического вооружения:

• Ядерное оружие и тяжёлая техника хранятся в специальных закрытых объектах, которые управляются автоматизированно, под контролем нейросетей и ИИ.

• Активация возможна только при тройном согласовании: (1) Совет Земли, (2) все континентальные Советы, (3) подтверждение через независимый ИИ-анализ угрозы.

• Доступ к оружию физически невозможен без многоканальной авторизации, которая включает цифровую проверку, биометрические коды и синхронное решение нескольких регионов.

• Охрана осуществляется автоматическими системами: турели, беспилотники, системы блокировки и самоуничтожения компонентов в случае нарушения протокола.

• Живой персонал — это не охрана, а инженеры и наблюдатели, которые следят за технической исправностью систем, не имея физического доступа к самим арсеналам.

Мир не строится на страхе, но он также не слеп к реальности. Механизм ядерного сдерживания — это не угроза, а страховка, которая может никогда не понадобиться, но в случае необходимости не позволит человечеству остаться беззащитным.

5. Изолятор: сдержать, не наказать.

Изолятор — это не тюрьма, а защищённое место временного изъятия человека из среды, если он стал угрозой. Процедура такова:

• Инцидент фиксируется и подтверждается.

• Милиция доставляет нарушителя.

• Суд принимает решение.

• Срок изоляции ограничен, причины и анализ — открыты обществу.

Никаких пыток, никакой деградации — только разбор, восстановление и контроль повторного выхода в общество.

6. Как работает Суд.

Суд — это не вертикаль. Это гражданская процедура для разрешения споров, конфликтов и оценки последствий.

Кто такой Судья:

•

человек, прошедший Честный Ценз,

•

выбранный Советом округа на срок 1 год,

•

не работает судом постоянно, а вызывается по нужде (ротация).

Суд может рассматривать:

•

имущественные споры,

•

случаи насилия,

•

разбор инцидентов применения оружия,

•

жалобы на действия других Советов.

Суд не работает в одиночку: всегда присутствуют свидетели, отчёт ИИ, один представитель от Совета и общественный наблюдатель. Все материалы открыты.

Решение суда — не карательное, а корректирующее. Может быть:

•

предложение о компенсации,

•

направление в Изолятор,

•

отзыв допуска к оружию,

•

направление на повторный Честный Ценз,

•

публичное разъяснение.

7. Что такое Суд Чести.

Суд Чести — это не о праве, а об этике. Он возникает, когда:

•

действия человека не нарушают формальные правила,

•

но вызывают общественный протест, тревогу или сомнение.

Примеры:

•

человек ведёт себя высокомерно,

•

использует доверие в личных целях,

•

говорит от имени других без мандата,

•

демонстрирует склонность к манипуляции или доминированию.

Суд Чести собирается по инициативе граждан. Его цель — обсудить, услышать, проговорить — и вынести вердикт: общественное доверие снижено, укреплено или требует коррекции. Часто результатом бывает не наказание, а предложение отстраниться от дел, пройти дополнительный ценз, или сделать публичное пояснение.

8. Что такое Честный Ценз.

Честный Ценз — это не экзамен, а периодическая сверка этического состояния и поведенческой зрелости. Проводится ежегодно, или вне очереди (по запросу Совета, после инцидента, по заявлению другого гражданина).

Что оценивается:

•

способность к самоанализу,

•

готовность к диалогу,

•

понимание последствий своих поступков,

•

устойчивость к давлению,

•

общее психоэмоциональное состояние.

Ценз не даёт баллов. Он либо подтверждает доверие, либо предлагает меры:

•

пауза в доступе к оружию,

•

психологическая поддержка,

•

рекомендации по участию в проектах.

Честный Ценз — это как зеркало: не для оценки, а для отражения. Человек может пройти его с наставником, или сам. Результаты доступны Совету и гражданам округа.

9. Кто такие Скорая помощь и Служба гражданской обороны.

Это не ротационные органы, а настоящие службы — с профессионалами. Почему?

Потому что:

•

экстренная медицина требует навыков,

•

тушение пожара — это ремесло,

•

реагирование на катастрофы — это ответственность.

Скорая помощь:

•

выезжает на травмы, приступы, аварии,

•

укомплектована как техникой, так и специалистами,

•

использует ИИ для прогнозирования маршрутов, очередности, и телемедицинской связи.

Служба гражданской обороны:

•

реагирует на пожары, обрушения, стихийные бедствия,

•

готова к эвакуации, поиску, логистике,

•

работает с обученными волонтёрами и резервистами на местах.

Обе службы — не иерархия, а сеть профессионалов с ротацией ответственности, отчётностью перед Советом и доступностью для людей.

Всё это — Суд, Честный Ценз, экстренные службы, и даже Изолятор — не власть. Это инструменты общества, управляемые не страхом и не законами, а живым участием, прозрачностью и доверием.

6.5. Как общество управляет сложными отраслями в мирализме

Не все решения принимаются всем обществом напрямую — но все цепочки прозрачны и подотчётны.

1. Сложные отрасли = Профессиональные Сектора. Это то, что в прошлом называлось: «атомная энергетика», «высокотехнологичная логистика», «авиаперевозки», «медицина». В мирализме их ведут Советы отрасли, но они не «власть» — они координация и ответственность.

2. Кто входит в Совет отрасли:

•

Специалисты по данной теме (инженеры, логисты, энергетики),

•

Граждане с опытом из смежных сфер,

•

Наблюдатели от территориальных Советов (чтобы никто не «замкнулся»),

•

Один технический координатор (фиксирует процессы, работает с ИИ).

Состав — ротационный. Никто не сидит там вечно.

3. Как принимаются решения:

•

Все ключевые решения проходят двойной фильтр:

ИИ-анализ + Общественное слушание.

•

Решения по развитию (новые станции, маршруты, системы)

выносятся на обсуждение с представителями Советов территорий, которых это касается.

•

Все протоколы — доступны любому (вплоть до логистики смены топлива на АЭС).

4. Пример — Атомная энергетика:

•

Ядро: профессиональные физики, инженеры, экологи, энергетики.

•

Система управления:

ИИ следит за работой реактора, утечками, циклами обслуживания,

Совет энергетиков принимает решение о ремонте/расширении,

Совет региона получает уведомление — если рядом с ним АЭС,

его граждане участвуют в оценке рисков и необходимости.

И если сообщество в регионе голосует против расширения — решение не проходит, даже если оно экономически выгодно.

5. Пример — Международная логистика:

•

Нет централизованной «таможни» или «министерства транспорта».

•

Есть Советы транспортных узлов (крупные порты, перекрёстки, логистические центры).

•

Они договариваются не по флагу, а по потоку:

«Сколько людей надо перевезти, какие грузы важны, какой трафик экологичен?»

На глобальном уровне — есть Глобальный Совет логистики (ротационный, межотраслевой), который отслеживает баланс, минимизацию перегрузки и справедливое распределение транспорта.

6. А если кто-то начнёт «захватывать» отрасль?

•

Всё фиксируется ИИ,

•

Все параметры — прозрачны,

•

Любое уклонение — видно сразу,

•

Любой человек может запросить аудит или предложить замену координатора.

•

Не нужно «подавлять», достаточно отозвать мандат и запустить расследование.

Итого:

В мирализме сложные отрасли управляются не массой, а через мозг + участие.

Профессионалы принимают решения, но в рамках подотчётности и прозрачности,

с участием тех, кого это касается, и без сословий и «вечных экспертов».

6.6. Международные отношения и Совет Земли.

Мирализм предполагает уход от государств как центров силы и возврат к сотрудничеству на основе Советов — от локальных до глобальных. Вместо дипломатии через интересы, мы получаем дипломатии через общее дело: совместное развитие, распределение ресурсов, защиту природы, координацию знаний. Все континенты представлены в Совете Земли, который занимается глобальными вопросами — климатом, миграцией, биобезопасностью, управлением ресурсами, чрезвычайными ситуациями.

Как работает Совет Земли:

•

Состоит из делегатов от континентальных Советов (1–2 на континент).

•

Решения принимаются консенсусом или квалифицированным большинством.

•

Имеет функции координации, предложения, объявления общепланетных экстренных протоколов.

•

Не имеет армии, налогов, структур насилия — только доверие и прозрачность.

Совет Земли — не правительство планеты, а форум её безопасности, координации и доверия. Его цель — не управлять, а удержать равновесие, когда локальные конфликты могут перерасти в глобальные. Это щит, а не меч. И это его сила.

Культурные, языковые, национальные Советы:

Вместо границ и наций — формируются Советы идентичности. Человек может участвовать в Совете своей культуры, языка, веры, без претензий на территорию или контроль. Цель — не противопоставление, а сохранение и обмен. Это уменьшает конфликты, потому что никто не может сказать: «эта земля только наша», но каждый может сказать: «мы есть, мы слышим, мы участвуем».

6.7. Культура, язык и идентичность.

Культура в мирализме — это не декоративное приложение к обществу, а его основа. Язык, традиции, искусство, религия, музыка, обряды, архитектура — это то, через что человек понимает себя, других и свою историю. В постденежном обществе, где нет гонки за прибылью, культура перестаёт быть товаром и становится открытым пространством для самовыражения, памяти и взаимопонимания.

Многообразие как норма:

Никакая культура не объявляется «главной», никакой язык не «второстепенный». Каждый человек имеет право говорить на своём языке, участвовать в Совете своей культуры, отмечать праздники, сохранять традиции и обучать им детей. В то же время, каждый человек имеет доступ к культуре других — бесплатно, без ограничений, с уважением.

Вера и религия:

Религиозные организации существуют как общественные объединения: храмы, церкви, мечети, дацаны и капища действуют на добровольной основе. Вера — это часть идентичности, но не часть власти. Религия полностью отделена от образования, науки и управления. Каждый имеет право верить или не верить, но никто не имеет права навязывать. Семинарии, воскресные школы, религиозные праздники — сохраняются. Церковь живёт как элемент культуры и традиции, но не вмешивается в законы, школы и науку. Никто не запрещает верить — и никто не заставляет.

Искусство, музеи, театры:

Все культурные учреждения — общественные пространства, открытые для всех. Кино, музеи, галереи, концерты, театры, студии — работают не по билетам, а по записи, по интересу, по участию. Художник получает ресурсы не потому, что «продал больше картин», а потому, что его работа признана обществом как значимая, честная, глубокая. Это определяет Совет культуры и сама аудитория.

Культура как исследование: глубокая работа с традициями, изучение народных языков, реставрация зданий, сохранение устных историй, семейных архивов, народных ремёсел, танцев, кухонь, ритуалов. Мирализм не стирает идентичность, а помогает её понять, сохранить и передать дальше.

Национальные и культурные Советы:

Цыгане, курды, башкиры, тувинцы, украинцы, якуты, греки, евреи, татары, буряты и тысячи других культур — все имеют право на свои Советы. Они не борются за территорию, но борются за память. И в этом борются не друг с другом — а за каждого, кто хочет помнить, кто он, и кем был его народ.

Культура в мирализме — это не украшение, а зеркало и мост. Она соединяет прошлое и будущее, помогает нам понимать себя, других, и строить общество, где быть разными — это не конфликт, а возможность узнать больше.

Глава 7. От мечты к практике

Мирализм — это не идеология. Это попытка собрать из уже существующих частей новый порядок жизни, в котором свобода не отменяет заботу, а технологии — не подчиняют человека, а служат ему. Он не требует веры, он требует участия. Это не система «сверху», а предложение для тех, кто чувствует, что старая модель — исчерпала себя.

Что уже есть:

•

Технологии для автоматизированного учёта и планирования.

•

Опыт кооперативов, коммун, гражданских инициатив.

•

Инструменты цифрового голосования, наблюдения и анализа.

•

Примеры рабочих моделей в отдельных сообществах, школах, поселениях.

Что нужно развивать:

•

Массовое гражданское участие и понимание ответственности.

•

Этические фильтры в технологиях (ИИ, распределение, биометрия).

•

Культуру диалога и отказа от власти как формы давления.

•

Право на ошибку и путь к восстановлению без репрессий.

Мирализм не строится за ночь и не навязывается всем. Он начинает с малого: с дома, где соседи общаются; с школы, где дети учатся понимать мир, а не бояться оценок; с рынка, где больше не платят деньгами, а планируют потребление. Он требует не революции, а эволюции мышления и действий.

Кому нужен Мирализм?

•

Тем, кто устал от неравенства, но не верит в месть

•

Тем, кто хочет быть частью решений, а не объектом управления

•

Тем, кто чувствует, что можно иначе — по-человечески, но точно

Мирализм — это не о том, как всех уравнять. А о том, как каждому дать возможность быть собой, быть полезным, быть уважаемым и жить в достатке без страха. Это возможно. Если не сразу — то шаг за шагом. Главное — начать идти. Вместе.

Глава 8. Вызовы и трудности мирализма

Любая новая система сталкивается с сопротивлением — как со стороны среды, так и самого человека. Вот ключевые вызовы, которые может встретить миралистический переход:

1. Утопичность и масштаб.

Мирализм требует высокой степени сознательности, участия и согласия. Его сложно внедрить «на всю планету» сразу. Нужны тестовые зоны, пилотные сообщества, поэтапные переходы.

Что помогает: островки мирализма — в школах, посёлках, цифровых пространствах. Постепенное масштабирование.

2. Сопротивление существующих элит.

Глобальный капитал и государства не откажутся от власти добровольно. Попытки внедрения могут встретить жёсткий отпор: медийный, юридический, силовой.

Что помогает: прозрачность, массовость, мирность, невозможность демонизировать. Чем меньше страха — тем труднее подавить.

3. Социальная инерция.

Многие люди не готовы к самоуправлению. Им привычнее быть ведомыми. Особенно это касается бедных и уставших: не до концепций, когда нет хлеба.

Что помогает: минимальный базовый комфорт, доступный каждому. Простые инструменты участия. Примеры, которые вдохновляют, а не пугают.

4. Зависимость от технологий.

ИИ, планирование, цифровой контроль — всё это пока работает либо в частных интересах, либо на уровне прототипов. Без надёжной технологической базы мирализм уязвим.

Что помогает: открытые лицензии, прозрачность алгоритмов, распределённое хранение, локальные серверы. Никаких чёрных ящиков.

Все эти трудности — реальны. Но они не повод отказаться. Они — инструкция по сборке. Зная слабые места, мы можем укрепить проект до того, как он начнёт рушиться. Мирализм — это не магия. Это работа. Но работа, которая даёт надежду на честную и добрую жизнь. Для всех.

Заключение

Кто-то, прочитав всё это может сказать: «То есть ты нам предлагаешь в будущем жить в цифровом ГУЛАГе?». Оглянитесь вокруг – вы уже живёте в цифровом ГУЛАГе: уличные камеры видеонаблюдения с системой распознавания лиц знают каждый ваш шаг, системы видеофиксации на дорогах знают куда вы ездили на вашем автомобиле, телефонные мошенники знают о вас больше, чем вы сами. Вы живете в кредит на всё: квартира, автомобиль, бытовая техника, путешествия, образование – всё в кредит. А что будет завтра? А завтра вы проснётесь в Технофеодализме, где у вас вся жизнь будет по подписке, а за неуплату вас отключат от системы воздухоснабжения. Так в каком цифровом ГУЛАГе вы хотите жить: где всё в кредит и жизнь по подписке, или где всё бесплатно и можно приносить пользу обществу? Выбор за вами.

Мирализм — это современная утопия. Это может сработать как идеологический и культурный ориентир, но требует адаптации, пилотных реализаций и политической борьбы. Его реализация возможна, если: он начнёт с малого (эксперименты, общины, платформы), сможет мобилизовать молодое поколение, избежит ошибок авторитарных левых моделей.

Иначе он останется красивой интеллектуальной конструкцией, но не практической программой.

Список рекомендуемой литературы

1. Янис Варуфакис. — «Технофеодализм. Что убило капитализм»

2. Карл Маркс. — «Капитал»

3. Карл Маркс. — «Манифест коммунистической партии»

4. Владимир Ленин. — «Государство и революция»

5. Мишель Фуко. — «Надзирать и наказывать»

6. Ноам Хомский. — «Кто правит миром?»

7. Славой Жижек. — «Добро пожаловать в пустыню реального»

8. Клаус Швабб. — «Четвёртая промышленная революция»

9. Фридрих Энгельс. — «Происхождение семьи, частной собственности и государства»

10. Пётр Кропоткин. — «Взаимопомощь как фактор эволюции»

Приложение 1

🌍 Дорожный план перехода к посткапитализму (2025–2075)

От кризисного капитализма — к мирализму

🟢 Этап I. "Пробуждение" (2025–2035)

Цель: создать культурные, экономические и технологические основы альтернативной системы.

🔹 Ключевые задачи:

📚 Массовое просвещение: распространение посткапиталистических идей, критика капитализма, антиутопий и потребительства.

🛠 Развитие альтернативной экономики:

Кооперативы и общественные предприятия.

DAO, платформы с коллективной собственностью.

Краудфандинг, обмен, mutual aid, краудэкономика.

🗳 Рост инициатив прямой цифровой демократии (платформы голосования, общины самоуправления).

🧩 Появление демонстрационных зон — городов, регионов, движений, где реально внедряются принципы мирализма.

👥 Сбор критической массы людей, готовых к системному переходу.

🟡 Этап II. "Расширение и двойная власть" (2035–2050)

Цель: создать масштабную параллельную систему, конкурирующую с капиталистической.

🔹 Ключевые задачи:

🌍 Создание транснациональных сетей солидарной экономики (общественные торговые платформы, цифровые коммуны, знания, обучение).

📊 Расширение систем взаимопомощи, репутации и доверия, альтернативных деньгам.

🏛 Формирование народных институтов управления — цифровые советы, муниципальные союзы, глобальные кооперативные альянсы.

🛡 Возникновение параллельной "власти снизу", способной управлять экономикой, медициной, образованием — в кризисных регионах.

🧠 Появление новой этики: труд — как творчество, богатство — как ответственность, свобода — как участие.

🟠 Этап III. "Переход" (2050–2060)

Цель: Демонтаж старой системы и внедрение новой модели на уровне стран и континентов.

🔹 Ключевые задачи:

🏗 Новые конституции: закрепление коллективной собственности, ликвидация капиталистических монополий, цифровое самоуправление.

⚖ Преобразование национальных правительств в координационные органы самоуправляющихся территорий и экономик.

🏭 Массовая трансформация предприятий в кооперативные или общественные структуры.

🔐 Упразднение частной собственности на ключевые ресурсы (земля, энергетика, транспорт, медиа).

📉 Постепенное отмирание традиционного денежного обращения, переход на репутационные и распределительные системы.

🟣 Этап IV. "Устойчивость и созревание" (2060–2075)

Цель: закрепить новую общественную систему как глобальную норму.

🔹 Ключевые задачи:

🌿 Полный экологический переход: круговая экономика, нулевые выбросы, восстановление природы.

🧬 Расширение базовых гарантий: обеспечение товарами, пожизненное образование, медицинское бессмертие (при технологической возможности).

🏡 Расширение этической собственности: каждый человек владеет только тем, чем реально пользуется или управляет коллективно.

🎓 Культура посткапиталистического сознания — глубокая этика, философия, наука, сотрудничество вместо конкуренции.

🌐 Создание Совета Земли — объединения регионов и территорий, живущих по принципам новой системы.

🧭 ИТОГОВАЯ ЦЕЛЬ к 2075 году:

Посткапиталистическое общество, основанное на:

общественной собственности на производство,

прямой цифровой демократии,

свободе, равенстве и экологической ответственности,

культуре самореализации и солидарности.