Миссия Диморра

– Доктор Росс!

Аллан Росс обернулся.

В лазарет ввалилась толпа народу. Нет, не толпа – четыре человека, но шуму от них было столько, что создавалось впечатление неуправляемого хаоса. Кто-то смеялся, кто-то ругался, двое спорили меж собой. Росс не сразу понял, что медицинская помощь нужна только одному. Тому, кто держался за руку.

«Вывих судя по всему», – решил Росс.

– Сюда его давайте. Доктор указал рукой куда именно «давать».

Два парня дотащили пострадавшего до кушетки. Пахло от них потом, лица были разгоряченные, волосы разлохмачены.

– Ложись, – приказал доктор. – Ноги на кровать.

– Док, да я, – попытался было возразить молодой человек, но Росс и слушать его не стал. Что произошло было понятно. Все четверо были в спортивной форме, трое из службы безопасности, а четвертый, тот, что остался у двери – доктор взглянул на высокого парня с темными волосами – из командного состава, на его плече сверкнули золотые нашивки, когда молодой человек скрестил руки на груди.

– Что я? – переспросил Росс. Его шеф, доктор Анна Сергеевна Павлова, сказала, что если еще раз она увидит поврежденных друг другом безопасников у нее в лазарете, то докладная капитану космического корабля Земли «Коперник» будет обеспечена. «Это же черт знает, что такое! – возмущалась Анна Сергеевна, – вместо того, чтобы обеспечивать порядок эти обалдуи калечат друг друга! Что это за спорт такой? Это банальные драки от которых они получают кайф. И пусть не рассчитывают на обезболивание, прямо живьем буду их резать!»

Но как бы там ни было, парнишка на кушетке выглядел скверно.

Росс опустил над ним диагностическую панель, луч сканера начал свое путешествие, выдавая на дисплей информацию.

Порядок есть порядок, никто не отменял возможность перелома или чего похуже.

Пока шло сканирование, Росс зарядил инъектор анальгетиком и вновь взглянул на парня у входа. Держался тот сковано, и под глазам набухал хороший синяк.

Это было нечто новое. Служа безопасности регулярно поставляла в лазарет пациентов – сотрудники СБ обожали тренировочные бои и недели у них не проходило без вывихнутых суставов, порванных связок и синяков. А сегодня они видимо позвали в спарринг - партнеры новенького. Да, верно, он же его осматривал дней десять назад – второй помощник капитана Шахов. Алекс, кажется его имя. Нет, как-то длиннее, он же русский. У них у всех мудреные трехсложные имена.

Доктор прижал инъектор к шее пострадавшего. Лицо молодого человека сразу расслабилось и он счастливо заулыбался.

– Чистый вывих плевого сустава, – сказал Росс отводя панель. – Садись, будем вправлять.

Он свернул жгутом простыню, завел ее парню под мышку, перекрутил пару раз.

Двое, сопровождавших пострадавшего, переминались с ноги на ногу рядом, наблюдая за действиями врача.

– Ты, – доктор ткнул в одного из них, – держи жгут. Да, верно, вот так.

Росс согнул руку пациента в предплечье и потихоньку начал вести ее в сторону. Вскоре раздался характерный щелчок.

– Все, готово, можешь отпускать.

– Доктор, а можно не включать в личняк мое плечо? – спросил пациент, как только встал на ноги.

– Нет, нельзя, – ответил врач.

– Понимаете, шеф Балкен в прошлый раз очень ругался, он хотел...

– Да плевать я хотел на то, что он хотел! Вы, парни, реально достали! Вот вы тут похваляетесь своими синяками, а случись что и ты со своим плечом не сможешь ничего путного сделать! Как ты будешь учавствовать в десанте?

– Да какой десант? – почти заныл один из стоявших рядом с пострадавшим, – нет никакого дела, вот только и остается, что развлекаться, ну доктор, ну будьте же человеком…

– Пошли все вон отсюда, – сказал Росс.

Знаем мы это: «Ну, доктор!» Раз дашь слабину и все – сядут на шею и не слезут. Он и не думал выполнять угрозу Павловой насчет лишения обезболивающего, но подделывать записи – вот еще!

Троица направилась к двери, и боком протиснулась мимо четвертого в коридор.

Тот направился было следом, но Аллан успел крикнуть:

– Стоп!

Парень обернулся.

– Будьте так любезны, – Аллан постучал пальцем по диагностической панели.

– Я в порядке, доктор, – сказал темноволосой с сомнением. Имеет ли доктор право вот так запросто его осматривать?

«Имеет, имеет, не сомневайся», – Росс отлично знал, о чем думает посетитель лазарета.

– Да, я вижу, что в полном порядке, и морда лица у тебя светится здоровьем. Алекс Шахов, верно?

– Ну да.

Шахов провел рукой по лицу. Пальцы коснулись ссадины под глазом. Он огляделся.

– Зеркальце ищем? – спросил Росс. – Вон там, – он кивнул на санузел. – Иди, полюбуйся, а потом сюда.

Через несколько секунд он услышал шум воды и приглушенное ругательство.

– Нет, ну я понимаю эти идиоты, они по жизни такие, ничего другого не умеют, только кулаками махать, но ты же у нас вроде как командный состав. Что случилось?

– Ну…

Шахов сидел с закрытыми глазами, терпеливо ожидая, пока доктор снимет опухоль и ликвидирует синяк.

– Что ну? – спросил доктор требовательно. – Вроде не запрягал!

– Мы тренировались, – пояснил Шахов. – Курц, я и Велес. Я Курца отправил в угол на маты, отдохнуть, он лежал и стонал. Э… я подумал вдруг он упал неудачно, наклонился посмотреть, тут он мне и заехал. И я как бы немного рассердился…

– Так это ты ему плечо? Лапы убрал! – доктор шлепнул пациента по ладони, тянувшейся к сведенному синяку.

– Я не хотел ему плечо выбить… не специально, но перекинул по-взрослому…

– По-взрослому, – повторил доктор, – это так теперь называется. Но как-то не спортивно, а?

– И мне так показалось, – Алексей пожал плечами. – Неудачно потренировались.

– На беговой дорожке тренируйся, – буркнул Аллан. – Все, готово.

Парень вскочил на ноги, вид у него был бодрый. Впрочем сканер показал отсутствие каких-либо иных повреждений, и, что более важно, корабельный искин был с ним полностью согласен.

– Спасибо, доктор.

Он открыл было рот и Аллан практически услышал, что пациент намеревается ему сказать: «А можно не записывать в личное дело?», но второй помощник капитана, закрыл рот обратно, улыбнулся, блеснув великолепными зубами, чуть склонил голову и направился к выходу.

– Ладно, – сказал Аллан в его спину. – На первый раз пропустим. – Только постарайся больше сюда не попадать.

Алексей улыбнулся.

– А ты выходит не так суров, как кажешься, доктор Росс?

Доктор развел руками:

– Ну, с кем не бывает. Кстати, меня зовут Аллан.

Шахов тут же протянул ему руку:

– Алексей Иванович. Для друзей Алексей, или Алекс. И знаешь док – запиши травму. Там, в зале был Пехов, ну, он в курсе, что мы все немного перестарались.

– Пехов? И что он сказал?

– Сказал, что в настоящем бою еще и не такое бывает. В смысле, что наука мне будет.

Они как-то сразу сдружились, несмотря на десятилетнюю разницу в возрасте. Россу пришлась по душе открытость молодого человека, неподдельный интерес к жизни и дружелюбие.

В первой же увольнительной Аллан понял, что к этому прилагался неплохой интеллект, который тот иногда маскировал грубоватой речью, и полный самоконтроль.

Последнее оказалось очень полезным в баре, название которого доктор потом так и не вспомнил, впрочем как и то, каким чудом он оказался на корабле в немного потрепанном виде.

А потом приключилась Диморра.

2.

Это была планета с азотно-кислородной атмосферой, отличным мягким климатом и богатейшими ресурсами. Цель «Коперника» – установить контакт с местным населением, уровень развития которого находился в районе земного верхнего палеолита. Земляне намеривались выяснить, возможна ли частичная колонизация планеты.

Шатл, описав круг, опустился на прогалину около ручья. Люк шатла отошел в сторону и люди, один за другим, начали выбираться наружу.

Вот и его очередь, вот и этот самый миг – Алексей Шахов делает первый шаг по поверхности чужой планеты, по траве чужой планеты, это точнее, если эти длинные, стелящиеся по земле пряди – трава. Первый вдох, и воздух иного мира наполняет его легкие. Лабораторные пробы показали, что он безопасен для землян и атмосфера совпадает до сотой доли процентов с земной. Но этот воздух разительно отличался от воздуха корабля. «Он живой, – вот что первое подумал Алексей. – Да, живой, наполненный влагой, цветочной пыльцой, кисловатым запахом перепревшей хвои».

Ради этих мгновений он и учился три года в Звездной Академии, а потом еще два года горбатился, как проклятый, на командном отделении.

Как и все прочие, кто рвался в космос, кто хотел увидеть то, что никто не видел, ощутить, попробовать то, что никто не ощущал и не пробовал.

Диморра пахла лесом. Глухим, сумрачным лесом, густо поросшим мхом.

Восемьдесят пять процентов поверхности планеты занимали леса.

Да, деревья на Диморре были дивно хороши. Огромные серо-зеленые стволы взмывали на пятьдесят метров, чтобы там, в высоте, переплестись кронами. Ветки начинались на высоте трех-четырех метров и местные жители отлично приспособились – их нижние конечности были столь мощны, что легко подкидывали узкие и гибкие тела вверх, в безопасность переплетения стволов, веток, лиан.

Но тогда они этого еще не знали.

Группа высадки стояла, осматривалась и пыталась понять, что тут к чему. И дышала, дышала – воздухом чужой планеты. Всех переполняло чувство новизны и предвкушения чего-то необычного, того предвкушения, которое испытывает человек, заглянувший за ближайший холм и увидевший там что-то интересное. Что-то другое. Иное. Непознанное.

Их было семеро, пока еще только семеро, тех, кому доверили осуществить первый контакт. С собой были подарки, запас еды и легкие палатки.

Если все пройдет как надо, они разобьют лагерь и тогда уже прилетят остальные, кто будет более тщательно знакомиться с жизнью аборигенов, налаживать отношения, изучать язык, культуру и все остальное, что полагается.

Алексей на зубок знал все протоколы встреч с жителями примитивных миров, некоторые из этих протоколов были составлены полвека назад и все отработаны до мелочей.

Минут через пятнадцать три высоких светлокожих гуманоида вышли к ним из леса на прогалину.

Двигались они с некоторой опаской, часто оглядывались на стену леса, словно прикидывая смогут убежать назад или нет.

В руках диморрцы держали копья, у одного была большая дубинка. Набедренные повязки составляли всю их одежду.

Земляне смотрели на них во все глаза. Они изучали их раньше, на экранах мониторов, но вот так видеть своими глазами – совсем другое дело. Глаза у аборигенов были особо примечательные – большие, с радужкой бирюзового цвета.

Навстречу аборигенам пошел Сергей Пехов, первый помощник капитана космического корабля Земли «Коперник» и командир их группы высадки. Шел неспешно, протягивая к туземцам пустые руки, и шел он один.

Диморрцы и Пехов остановились одновременно на расстоянии около двух метров друг от друга.

Постояли, затем диморрцы что-то сказали Пехову, тот ответил, но видно было что ни хозяева, ни гость не понимают друг друга.

К Пехову медленно двинулась Ядвига Мазур, высокая темноволосая женщина, она несла большую прозрачную коробку с подарками. Подошла, опустила короб к ногам, показала пустые руки, потом села на землю и сделала приглашающий жест остальным.

Пехов тут же уселся рядом. Он и Мазур принялись доставать из коробки подарки – бусы, несколько ножей, посуду, отрезы тканей. Все это они предлагали диморрцам.

Те, то ли смущаясь, то ли опасаясь, подошли ближе и принялись осматривать дары.

Дальше все шло как по маслу.

Их позвали с собой, не стали возражать, когда земляне развернули две палатки, разожгли огонь.

Принесли корзину, грубо сплетенную, но именно что корзину, наполненную местными орехами, и связками корешков.

Еда была принята землянами с благодарностью, хоть они и не знали можно ли это употребить в пищу.

Так они и начали контакт, мирный, обычный, ничем не примечательный.

Количество землян в лагере через пару дней возросло в четыре раза, появился целый палаточный городок. Все это ничуть не беспокоило аборигенов, напротив, те с удовольствием ходили по лагерю, рассматривали приборы, предметы быта, охотно менялись, сидели у костров, пробовали еду из котлов, довольно цокали языками.

Где-то через неделю диморрцы позвали землян на охоту.

Уже вечерело, когда к земному костру приблизились аборигены. Алексей сразу понял, что у них есть определенная цель, что это не просто дружеский визит. Они хотели добиться от землян чего-то конкретного.

Старший из подошедших, Ван-Де, кажется его звали, отобрал четырех землян, в том числе Шахова, отвел от остальных.

Потом на песке около костра диморрец принялся рисовать тонкой палочкой и все стало предельно ясно. Вот зверь с рогами, закинутыми на спину, он не один, таких целое стадо. Вот те, кто сидят в засаде, с копьями и дротиками, а вот место, где стадо встречает загонщиков, которые кричат и бьют палками о деревья. Минимум слов, максимум жестов.

Ван-Де каждому показал его место и знаками объяснил, что нужно делать. Убедившись, что его поняли, Ван-Де кивнул остальным своим людям и они все вместе принялись танцевать у земного костра, проигрывая охоту снова и снова, приглашая выбранную четверку присоединится.

Пехов кивнул согласно и первым закружился в странном танце, повторяя движения туземцев, притопывая ногами и издавая схожие звуки.

Они долго танцевали у огня, а потом аборигены вручили Пехову копье и указали на дерево в отдалении, на котором висела светлая шкурка.

Сергей Пехов размахнулся хорошенько и всадил копье прямо в центр этой шкурки. Алексей, получив копье в руки, обнаружил, что оно тяжелое, но отлично сбалансировано. Шахов попал в мишень и Виктор Боев, молодой парнишка из службы безопасности корабля, тоже, а вот второй безопасник Дин Курц, с первого раза промахнулся, но тут же потребовал еще одно копье, приметился хорошенько и метнул.

Попал в дерево, не в мишень. Диморрцы засмеялись, но не обидно, принялись по-дружески похлопывать Курца по спине.

– Мне нужно потренироваться, – сказал Курц, обращаясь к Пехову, – я никогда раньше…

Пехов не ответил. Сергей вообще был не разговорчив.

Алексей сходил за своим копьем и внимательно его рассматрел. Длина почти в его рост, наконечник из камня, края которого носили следы сколов. Древко покрыто тонкой корой какого-то дерева, и эта кора, обвивавшая древко, имела форму спиралеобразных полосок. Выглядела такая обмотка красиво и держать оружие в руках было приятно.

Боев и Курц принялись по очереди кидать копья в светлую шкурку, постепенно отходя все дальше и дальше.

Аборигены какое-то время наблюдали за ними, одобрительно кивали, потом взяли копья у землян, прислонили их к деревьями и показали знаками, что сейчас нужно спать, отдыхать, набираться сил перед охотой.

– Командир, вы, что и вправду собираетесь завтра убивать животных? – спросила Пехова Ядвига Мазур, глядя вслед уходящим к своим деревьям диморрцам.

Она сказала вслух то, о чем думали многие. Вправе ли они настолько глубоко погружаться в чуждую им культуру?

– Очевидно, что да, – сказал Пехов спокойно. Потом взглянул на Шахова: – А ты что думаешь?

– Мы должны наладить контакты. Совместная охота это знак доверия. Нельзя отказываться.

– Вот именно, – кивнул Пехов. – Если нам выделят часть добычи, попробуем местного мяса.

– Фу… – протянула Мари Феррье, биолог и убежденная вегетарианка.

– Вот и узнаем фу или не фу. Я думаю будет вкусно, – сказал Курц.

– А станнеры брать? – спросил Виктор Боев.

Пехов задумался на миг, а потом сказал:

– Брать, но стрелять только в случае если что-то или кто-то будут угрожать вашей жизни. Только тогда и никак иначе. И не растеряйте оборудование. А на зверушек будем охотиться, как местные. Вопросы?

Рано утром, когда солнце только-только начало вставать, диморрцы вновь пришли в лагерь землян. Четверо человек были полностью готовы и каждый сжимал в руке копье.

Шахов поборол искушение заменить каменное лезвие на стальной нож, проверил лишь крепление – насколько надежно закреплен наконечник в древке. Закреплен тот был надежно.

Он не совсем понимал что испытывает – страх? Нет, что тут может быть страшного? Сиди в засаде и кидай копье в пробегающих зверей. Удастся охота – вечером будет шашлык, девочки запросили с корабля рецепты маринадов, а не удастся, что ж, и сегодня они зальют походный концентрат горячей водой и получат отличное питательное блюдо. Уже сколько-то дней можно прожить и без корабельных синтезаторов. Но незаметно подкрадывалось какое-то возбуждение. Уж не потому ли, что им предстояло важное, мужское дело – они шли добывать мясо для племени! И уж не древние ли первобытные инстинкты пробуждались, шепча Шахову – мы должны вернуться с победой!

Было интересно наблюдать за своими товарищами. Пехов относился к делу с предельной серьезностью. Сам осмотрел копья у всех еще раз, напомнил про станнеры, велел проверить обувь.

И вот они уже идут по лесу. Воздух неподвижен, очень тихо, пространство между стволами начинает розоветь – это встает солнце Диморры.

Шли тропкой, друг за другом, четверо с «Коперника», и семеро аборигенов.

Через пару часов быстрой ходьбы они вышли к краю леса, точнее не к краю, а к прогалине (леса на Диморре не кончались). Прогалина довольно широкая, включала в себя горный кряж, реку.

Ван-Де разделил отряд – земляне и четыре аборигена направились к скалам, а трое других местных пошли к реке, двигаясь предельно осторожно.

Алексей понял, что они будут ждать зверей, которые должны прийти к водопою. Но подкрасться к животным около реки сложно, слишком много места – стадо надо направить в проход в горах, или хотя бы часть стада, наверняка кто-то ринется именно туда, где в засаде сидят восемь охотников.

Карабкаться по скалам было трудней, чем идти по лесу.

Пехов буркнул:

– Смотрите куда ноги ставите, – сам он уже поскользнулся на голышах и удержался от падения, схватившись рукой за колючий кустарник.

Они расположились в удобном месте, на утоптанной площадке, с высоты которой отлично просматривалась тропа внизу. Сидели на камнях, наблюдая, как солнце поднимается все выше и выше. Землянам жарко не было, их одежда отводила тепло, а туземцы с видимым удовольствием грелись в ласковых лучах светила.

Несколько раз земляне начинали переговариваться, но другие охотники делали знак молчать.

«Правильно, – подумал Шахов, – глупо выдать себя звуками, кто знает насколько тонок слух у этих местных лосей или бычков».

Диморрцы первые услышали звуки начавшейся охоты: тупые удары и завывания на высокой ноте, потом до слуха охотников донесся мерный топот копыт бегущих животных.

Им сверху было видно, как стадо разделилось – большая часть пронеслась мимо скалистой гряды, но некоторые из зверей направились к камням. Вряд ли тут сыграл роль инстинкт или расчет, количество зверей было слишком велико и в узком месте, то одному, то другому зверю приходилось отступать к камням, а затем, подгоняемые адскими криками они продолжали бег уже по инерции.

Диморрцы вскочили на ноги. Вот они расслабленно сидели или даже лежали на площадке, а вот уже стоят с копьями наизготовку.

Земляне тоже приготовились метнуть копья.

Первым показался огромный седой зверь с рогами, закинутыми на спину.

Не сговариваясь охотники решили его пропустить – слишком он огромен и стар, за ним уже бежали другие, и там где первый зверь шел один, следующие помещались по двое.

Первыми кинули копья туземцы.

Два лося, Шахов решил называть их так – упали, движение застопорилось. Но сзади напирали и вот уже следующий лось прыгнул через упавших товарищей.

Диморрцы обернулись к землянам

Шахов примерился и кинул копье со всей силы. Острие скользнуло по холке, улетев в кусты. Но Алексей даже был рад – ему жаль было убивать зверя. Боев и Курц кинули свои копья в того же лося, метили в бока и попали.

Еще двое зверей проскакали мимо, и это было все. Хотя нет, на тропинку выбежал детеныш без рожек, с боками, дышащими тяжело от непосильного для него бега.

С копьем остался один Сергей Пехов.

Все обернулись к нему, но первый помощник капитана покачал головой.

Лосенок одним прыжком перескочил препятствие из тел и припустил вслед за убежавшими сородичами.

Пехов ничуть не огорчился что добыча ускользнула – и так три здоровых туши лежали на тропинке.

Охотники спустились вниз, к тропе, выдернули из тел животных свои копья. Алексей отошел за своим копьем, к кустам и уже протянул руку за древком, как вдруг замер, услышав тихий шипящий звук.

Он посмотрел туда, откуда шипело и встретил взгляд ярко голубых глаз еще одного зверя, совершенно другой породы. Животное напомнило Шахову пуму, которую он видел где-то в музее. Круглые уши животного были прижаты к голове, зубы ощерены.

Шкура местной пумы, покрытая переплетающимися полосками, делала ее практически незаметной среди подлеска. Размер «пумы» был не особо впечатляющим, не больше метра в длину, но видно, что это сильное животное – мышцы готовы к стремительному прыжку, а когти и клыки способны располосовать человеческое или диморрское горло за пять секунд.

«Станнер не достать, – мелькнуло у Шахова в голове, – не успеть. Наверное, эта кошка мирно спала в кустах, когда в нее прилетело копье. Хорошо хоть на излете и не поранило ее, а может быть она сидела тут тоже в засаде и хотела полакомиться, да хоть тем же лосенком, а мы помешали… в любом случае резких движений следует избегать, если кинется, то прыгну в сторону…»

Но тут в сторону его откинул чей-то мощный удар. Зверь кинулся вперед и напоролся на копье Пехова, завизжал в агонии, размахивая лапами с длинными когтями.

Алексей вскочил на ноги, увидел, что Боев стоит со станером в руках и готов оглушить все ближайшие кусты, а Пехов стряхивает с копья животное.

– Ты цел? – спросил он, обращаясь к Шахову.

Тот кивнул, на душе стало как-то тоскливо.

Зверь продолжал скулить, и звуки эти были похожи на плач. Из кустов выбрался полосатый детеныш с тонким хвостиком, затем еще двое, они подошли к издыхающей самке, принялись тыкать ее носами, один попытался пристроиться к отвисшему соску.

– Черт, – сказал Пехов. – Вот гадство.

Туземцы, напротив, радостно загомонили:

– Лу-ка, лу-ка! – услышал Шахов.

Диморрец схватил камень и сильным ударом по голове прикончил пуму. Детеныши отчаянно завизжали и кинулись в разные стороны, но диморрцы поймали малышей, вздернули вверх за шкирки.

«То ли это будущее лакомство, то ли домашние любимцы, – мелькнула у Шахова в голове. – Феррье узнает – устроит скандал и обзовет живодерами».

Туземец поднял убитую пуму, обхватив ее за брюхо, и поднес Пехову, сложив животное около ног землянина.

Пехов кивнул, отказываться сходу от подарка не годилось, взглянул на товарищей и стало понятно, что сомнительная честь вернуться в лагерь со шкурой зверя на плечах их командира не прельщала.

Диморрцы связали котят, они лежали на тропинке, подвывая жалобно и шевеля мохнатыми лапками. Дальше туземцы принялись разделывать туши лосей.

Сначала они затащили их на камни, повыше, но так чтобы головы остались на земле, затем заточенными камнями вспороли одно горло за другим. Кровь потекла вниз, и Шахов был уверен, что дикари примутся пить ее, но нет, все что они сделали, лишь провели по лицам друг друга красные полосы. Когда кровь перестала течь, туземцы принялись вспарывать лосей от горла до заднего прохода, на землю полетели внутренности, которые диморрцы осматривали, обнюхивали и даже пробовали на вкус. Кое-что они откладывали, но большая часть требухи полетела в кусты.

«Эх, – подумал Алексей, – если бы я не нашел ту пуму, – потом, когда мы ушли, у нее было бы мяса на несколько дней. И у нее и у ее детенышей, если, конечно, они уже ели мясо, а не сосали свою несчастную мамку».

После внутренностей дело дошло до шкур. Туземцы сноровисто обдирали лосей, а Шахов наблюдал за кровавым процессом с каким-то странным чувством – это было отвращение смешанное с любопытством.

Вскоре к ним на каменную площадку забралось еще трое аборигенов, тех, кто загоняли зверей, и работа ускорилась, да так, что вскоре они все вместе спустились вниз с тушами, висящими на палках. Были еще и заплечные короба, наполненные отборными кусками.

Пехову удалось отвертеться от «лу-ки». Он отдал ее Ван-Де, со всеми подобающими знаками почтения и благодарности за приглашение на охоту. Взамен получил увесистую ляжку лося.

Ван-Де повертел тело пумы, ощупал густую шерсть, заулыбался и взялся за свой каменный топор.

Назад шли часа три, вес добычи был значителен, хотелось отдохнуть, но нет, диморрцы не остановились ни разу. «Наверняка в лесу есть и другие животные, которые не прочь отнять добычу», - решил Алексей.

Весь оставшийся день у аборигенов горели костры – мясо запекалось в ямах, часть коптили.

Вечером земляне и диморрцы попробовали еду друг друга и местным пришлись по душе маленькие кусочки мяса, нанизанные на тонкие палочки.

А еще через день на лагерь напали.

3.

…Да, напали на рассвете.

Шахов этого не слышал, он спал крепким сном, раскинувшись на походной кровати. Проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Алексей сел, помотал головой, приходя в себя.

По стенам палатки метались световые всполохи, снаружи бушевал огонь.

Алексей не сразу понял, кто растолкал его.

– Мари?

Да, сполохи огня и что за шум вокруг? Крики, свист, звуки ударов.

– Напали! Они на нас напали! – девушка почти завизжала ему в лицо. Зрачки глаз ее были расширены, губы тряслись.

– У тебя есть станнер?

Адреналин мгновенно прочистил Шахову голову.

– Нет. Кто напал? – Алексей схватился за ботинки, но тут на крышу их палатки что-то упало и кровля занялась огнем.

Хотя не должна была.

Мари снова завизжала и на соседней кровати зашевелился Сергей Пехов.

В руках девушка сжимала кухонный нож, хороший такой нож, которым вчера резали мясо на шашлыки.

– Дай, – Алексей сжал ее руку, высвободил рукоять ножа из пальцев. – Иди за мной.

Он встал. Встал и Пехов. Шахов увидел в руках командира станнер.

Они прошли в дальний угол шестиместной палатки, по дороге толкнув еще одного спящего.

– Вставай! Скорее!

Остальные койки в палатке были пусты.

Алексей воткнул нож в заднюю стену палатки и провел рукой вниз, делая вертикальный разрез.

Первым выглянул Пехов, Алексей за ним.

По лагерю метались люди, несколько человек лежали на земле.

Алексей видел, что местные прячутся за деревьями, их смуглые тела были раскрашены белыми полосами. В переплетении древесных веток, да в предрассветном сумраке, такая маскировка была идеальной.

– Что случилось?

Алексей обернулся. Виктор Боев смотрел на них растерянно. То ли смел не в меру, то ли не понимает, чем все это может кончиться.

– Обуйся, – сказал Пехов Алексею. – И ты тоже, – он кивнул Боеву. – Всем обуться, взять теплую одежду, что есть из оружия.

– Откуда? У меня даже ножа нет, – Боев посмотрел на нож в руке у Алексея. – Никто не думал…

– Тихо! – Пехов вскинул руку со станнером.

Луч станнера вырубал любого гуманоида на полчаса, если попадал прямо в цель. Если стрелять с широком углом рассеивания, то минут на десять.

Таким образом, можно успокоить человек шесть-семь за выстрел. Теоретически.

Пехов выскочил из палатки и побежал к центру лагеря, стреляя на ходу. Несколько диморрцев упали.

Шахов и Боев стояли у палатки, смотрели на происходящее, пытаясь сообразить – что им-то делать?

Сергей навел оружие, прошелся по кронам деревьев, окружавших поляну, на которой был разбит лагерь землян. Несколько силуэтов попадали вниз, и среди них два человека, обмотанных веревками.

Скверно.

Пехов опустил руку со станнером, а Боев кинулся было помочь упавшим, но Шахов поймал мальчишку за рукав.

Пехов снова вскинул руку, меняя направление выстрела, но с деревьев в него полетели копья.

Сергей ловко увернулся от первого, перекатился по поляне, кто-то еще из местных упал с деревьев, а затем копье, пущенное почти в упор, пробило тело Сергея насквозь.

Мари глухо вскрикнула.

Шахов обернулся и увидел, что девушка валиться назад с закаченными глазами. Он подхватил ее, сунул в руки Боеву и сказал:

– Бегите к той прогалине, у реки, где мы приземлились! Вызывай корабль! Код один! Бегом!

Боев хлопал глазами, словно не понимая, что от него требуется. Все его силы уходили на то, чтобы держать на весу, потерявшую сознание Мари.

Шахов шлепнул девушку по лицу, потом еще раз. Встряхнул хорошенько.

– Быстро! – крикнул он. – Что встал? Тоже по морде захотел? Возьми комлинг и вызывай корабль! Код один! Вперед!

Алексей перебежал к другой палатке. Если кто-то еще спал, то крики раненых, вопли местных разбудили бы любого. Четыре палатки из шести полыхали огнем. Их троица проспала нападение, потому что именно они вчера дежурили полночи. Как бы не были туземцы дружелюбны, а они были, были именно что дружелюбны, сторожевые вахты никто не отменял. Но такого никто не ожидал.

Выскакивающих из палаток людей встречал град камней, дротиков, их сбивали с ног, обматывали веревками и утягивали вверх на деревья.

Алексею показалось, что в одной из палаток, охваченных огнем, мечется человек; он побежал туда, распорол стену ножом. И впрямь – на него выскочила Татьяна Вельд. Биолог? Нет, социолог. Группа высадки и состояла в основном из социологов, историков, научников, плюс они с Пеховым и пара парней из службы безопасности.

Он ухватил ее за руку, прижал к себе, зашептал в ухо.

– Беги туда, где мы сели, – он показал рукой направление, – к реке! Там Боев и Мари Ферье, поняла? Давай!

Он оттолкнул от себя девушку, заглянул в палатку, нет ли кого еще?

Нет, не было.

Он обогнул палатку и замер.

Сергей Пехов стоял на коленях и смотрел на него.

С конца копья капало что-то склизкое, мокрое, такое от чего желудок Алексея приготовился вывернуться наизнанку.

Пехов наклонился, подобрал с земли станнер и кинул его Шахову. При его движении конец копья задел землю, Сергей захрипел и повалился на бок. Изо рта хлынула кровь, глаза закрылись.

Алексей взял станнер и замер, не понимая, что делать? И что он может сделать? Даже если прямо сейчас Сергей Пехов окажется на операционном столе и врачи включат все, что есть в лазарете, не факт, что это спасет жизнь первому помощнику капитана космического корабля Земли «Коперник».

Стрелять было не в кого. Дикари, напавшие на лагерь землян, уже попрятались по кронам своих деревьев. Именно так они и подобрались к лагерю. Впрочем, они могли и не прятаться, могли подойти открыто, никто из группы первого контакта не ожидал неприятностей. Если бы сразу – увидели чужаков и напали. Но нет, десять дней жители Диморры вполне дружелюбно общались с пришельцами. Меняли вещи, пробовали еду, приглашали к своим кострам. Они даже вместе охотились!

Что пошло не так? Что спровоцировало нападение?

И что ему делать? Попытаться спасти командира? Продолжать стрелять по деревьям? Бежать?

Мимо просвистело копье, обмотанное горящей шкурой и ударило в палатку.

– Отступаем! – закричал Шахов. – Всем, кто меня слышит, отступаем к месту высадки! К реке!

Он увидел, что два человека поползли к краю поляны. Огляделся – еще кто-нибудь уцелел?

От дерева отделился третий силуэт и тоже направился в указанную Алексеем сторону.

Хороший ли вариант спасения он предложил? Ведь бежать придется через лес, где диморрцы полные хозяева, но все равно – это их шанс. Они выберутся из леса, вызовут корабль и дождутся помощи! Там можно держать оборону, там нет деревьев.

Шахов глянул на свои босые ноги. Так и не успел надеть ботинки. Черт. А откуда кровь?

Он с удивлением смотрел на штанину, которую пропорол дротик. Да, вот он лежит на земле. Острый каменный наконечник измазан кровью.

А он даже не почувствовал удара.

Алексей наступил на ногу. Боль была тупой, терпимой. Шахов, пригибаясь к земле, начал пробираться к краю поляны. Там его уже ждали. Двое из трех спасшихся были ранены, но легко и могли идти.

– Нужно направляться к реке, – в который уже раз сказал Алексей. – Шаттл может сесть только там.

– Что случилось? Почему они напали?

– Потом, все потом!

Они побежали вперед. Местность плавно повышалась, подлеска почти не было, слишком плотно стояли деревья. Только низкорослая, густая трава заплетала ноги.

Две девушки и пятеро молодых мужчин бежали, прыгая через корни, ожидая нападения сверху.

Они выскочили из леса на прогалину и сразу увидели воду. Алексей добежал до берега, упал на землю, уткнулся лицом в руки. Боль в ноге из тупой стала дергающей, резкой.

– Почему, почему они напали? – спросил Виктор Боев.

– Не знаю.

– Вас тоже задело?

Шахов достал нож, разрезал штанину. Каменное острие глубоко распороло кожу.

– Вот держите, – Виктор протянул Алексею свою разорванную майку. – Нет, дайте я. Больно?

– Туже бинтуй, – выдохнул Алексей.

– Вы видели, что они сделали со старпомом? – спросил Виктор.

– Все видели.

Алексей оглянулся, пересчитал тех, кто сумел сбежать из лагеря. Он, Боев, Мари, Татьяна и еще трое. Сергей Пехов наверняка погиб, остальных двадцать семь человек из группы высадки туземцы утащили с собой. Сколько при этом было еще ранено, сколько переломано рук и ног – никто не знал.

– На корабль сообщил? – спросил Алексей у Боева. – Есть связь?

– Да, они выслали шаттл.

– Давно выслали?

– Не знаю… Наверное, сразу как узнали. Ну… похоже полчаса ждать.

– Надо убираться отсюда, – сказала Мари. – Они же в любой момент могут напасть снова!

Алексей Шахов посмотрел на девушку.

– Могут, – согласился он. – Но у меня станнер. Отобьемся если что. Давайте пройдем немного выше по течению, там вижу пару валунов, за которыми будет безопасней.

– Да, командир. Я схожу и посмотрю как там, – вызвался Боев.

Парень вроде вспомнил, что работает в службе безопасности.

– Ну, вперед тогда. И спасибо за майку.

Парнишка растеряно улыбнулся и побежал к скалам.

Шахов не отрывал взгляда от полога леса. Пусть только какая ветка шевельнется, лист упадет. Заряд станнера успокоит любого.

«Командир», – назвал его Боев.

А ведь он всего-навсего второй помощник капитана, а никакой не командир группы. Но если Пехов погиб, то он здесь и есть старший по званию или командир.

Алексей очень надеялся, что принятое им решение было верным. Но что все-таки случилось? С какого перепугу диморрцы напали на лагерь? Злобные, оскаленные лица, прищуренные бирюзовые глаза, оскаленные рты, кричащие что-то, кидающие в землян дротики.

За что?

Ведь день назад они мирно сидели у костров, делились мясом, пели что-то, раскачиваясь в такт издаваемым звукам.

Язык диморрцев был еще не распознан, только общие термины – огонь, вода, тепло, иди, стой, да, нет. Команда предвкушала долгие недели или даже месяцы исследований и вот все так закончилось…