Звон клинков и хруст костей,
И пусть такой лишь звук могу
Услышать, ведь за ними крики те,
Молитвы Богу.
Я скорей им помогу:
Убью,
Как и любой убить меня бы мог, но
В данный миг никто из них на то не годен.
.
Пот ручьём,
Но ни на чьём пути он так нелепо не стоял,
Как на моём.
Ведь всё равно, что там под латами, помимо
Сердца, бьющегося, но
Обидно было бы, коль латы не спасли бы
От стрелы, отпущенной врагом.
И небо от заката не блеснёт так никогда,
Как латы, что на мне, что на поверженном враге.
И меч блестит, меч как Харон,
Но как и он, их хоронить не станет.
Меч прямой, Христа во славу
Сделан он крестоподобным,
Чтобы стал — пусть как попало —
Я рубить себеподобных.
Кто-то скажет повезло,
Что я так долго протянул,
Но я ответил бы, что злость —
Вот мой верный друг питбуль.
И коль увидел б я Луну,
С закатом попрощавшись,
Смог ли б сердце успокоить,
Чтобы сну отдаться?
.
Но закат кровавым «завтра»
Обещает обернуться,
Поле брани с горизонтом
Подружилось, не отпустит теперь нас,
Как земля — уже истлевшие любимые глаза!
Зря отняли этот взгляд из моей жизни,
Никогда бы сильно так я и не злился.
.
Режь это мясо,
Выбей все зубы,
Попытки ты брось
Себя образумить.
Лезь самым первым,
Мелькай среди копий,
Будь самым сильным
Героем историй.
Жалей всех, но после,
Их крики пусть снятся,
Их взгляды пусть тоже,
Подумай о ней, о том, где её кости.